Главная » 2020 » Ноябрь » 21 » Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 029.
02:18
Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 029.

***

***

***

Продолжение - Глава шестнадцатая. ЛЕВ У НОГ ДЕВУШКИ. - ПОСОЛ, ПОНЕСШИЙ НАКАЗАНИЕ - начало 

***

 

Вернулся хозяин и принес каждому на небольшом блюде обещанного жареного
барашка,  и  оба  путешественника  стали  есть  с  большим  аппетитом. Тем
временем  хозяин  поставил перед каждым сосуд с пресловутым формианским, и
хотя  его  и  не  нашли  достойным  трапезы  Юпитера,  но  все же признали
недурным, чтобы как-нибудь оправдать преувеличенные похвалы красноречивого
хозяина.
   -  Итак, - сказал апулиец после недолгого молчания, когда он покончил с
жарким, - я вижу, что тебе нравится моя лошадь, не так ли?
   -  Клянусь  Геркулесом!..  Нравится  ли мне она?.. Конечно, нравится...
Настоящий   апулиец...   стройный...  горячий...  со  слегка  приподнятыми
боками...  а ноги у него тонкие, нервные; шея такого изящного изгиба... Он
обладает  всеми  достоинствами  этой  породы. Я больше двадцати лет состою
хозяином  этой  почтовой  станции  и,  согласитесь  сами,  должен  кое-что
понимать  в  лошадях,  и  я  знаю  в  них толк; кроме того, я сам родом из
Апулии,  мне  досконально известны все преимущества и все недостатки наших
лошадей. Представьте себе...
   - Дашь ты мне,  -  спросил, потеряв терпение, апулиец, - в обмен на мою
одну из твоих двадцати лошадей?
   - Из сорока, гражданин, из сорока, потому что моя станция первого, а не
последнего разряда, знаешь...
   - Ну,  так даешь мне одну из твоих сорока,  из ста,  из тысячи, которые
стоят у тебя на конюшнях?  - раздраженно крикнул апулиец. - Да пошлет тебе
Эскулапий типун на язык.
   - Э...  вот... скажу я тебе, поменяешь лошадь, которую я хорошо знаю...
на другую...  хотя и красивую... она как будто и молодая... да, но я-то ее
не знаю...  - ответил с плохо скрытым смущением, почесывая за ухом, хозяин
станции,  не  обращая внимания на  ругательства апулийца.  -  Меня это  не
очень-то прельщает...  потому что,  должен тебе сказать, лет пять назад со
мной приключился как раз такой случай...
   - Я  вовсе не  желаю уступать тебе лошадь,  не  променяю я  ее на самую
лучшую из твоих:  я хочу оставить ее у тебя в залог... Ты дашь мне одну из
твоих,  чтобы доехать до ближайшей станции;  там я оставлю твою,  и возьму
другую, и так далее, пока не доеду до...
   Тут апулиец остановился и  бросил недоверчивый взгляд не  на болтливого
хозяина почты,  а  на  молчаливого и  почтительного отпущенника или  раба.
Затем закончил свою речь:
   - Пока не доеду,  куда мне надо... Когда я поеду обратно, я проделаю то
же  самое  и,  приехав к  тебе,  заберу своего Аякса;  моего гнедого зовут
Аяксом.
   - Ну уж о нем ты не беспокойся;  ты его найдешь упитанным,  сильным;  я
знаю,  как надо ухаживать за лошадьми... Ты не сомневайся. Но, вот видишь,
я сразу догадался,  что ты спешишь и что ехать тебе далеко...  Наверно,  в
Беневент?
   - Может быть, - улыбаясь, ответил апулиец.
   - Или, может быть, даже в Капую?
   - Может быть.
   - Кто знает, может быть, тебе надо ехать даже и в Рим?
   - Может быть.
   Оба замолчали.
   Апулиец,   оказывавший  честь  маслу  и  сыру,   принесенным  хозяином,
продолжал  улыбаться,   глядя   на   добродушного  болтуна,   который  был
разочарован и недоволен,  потому что остался в дураках от всех этих "может
быть", ничуть не удовлетворявших его любопытство.
   - Ну,  что же ты молчишь? - спросил путешественник. - Может быть, я еду
в  Корфиний,  Аскул,  Камерин,  в Сену галльских сенонов,  в Равенну?..  А
отчего бы  мне  не  поехать также  в  Фалерии,  Сполетий,  Хиос,  Кортону,
Арретий,  Флоренцию? В страну галльских боийев или к лигурийцам? Почему бы
мне не...
   - Да  сопутствует тебе великий Юпитер!  Не смеешься ли ты надо мной?  -
спросил сконфуженный хозяин станции.
   - Я пошутил,  -  ответил апулиец, добродушно улыбаясь и подавая хозяину
чашу,  наполненную формианским вином.  - Выпей из чаши дружбы, не обижайся
на меня,  когда я шучу и разжигаю твое любопытство. Ты, по всей видимости,
человек хороший... только болтун и излишне любопытен...
   - Но не ради дурного,  - ответил добродушный хозяин, - и, клянусь всеми
богами неба и  преисподней,  человек я  благочестивый и честный,  а если я
лгу, пусть погибнут от чумы моя жена и дети!
   - Да ты не накликай бедствий, я тебе верю. Пей!
   - Желаю тебе счастливого путешествия и  благополучия,  -  сказал хозяин
станции и,  отпив из  чаши два-три глотка формианского,  передал ее  затем
апулийцу.
   Апулиец чаши не взял, сказав:
   - Передай ее теперь другому гостю и выпей сначала за его здоровье.
   И, обратившись к отпущеннику, апулиец добавил:
   - Ты, кажется, отпущенник?
   - Да,  я вольноотпущенный, - почтительно ответил этот могучего сложения
человек, - я из рода Манлия Империозы...
   - Знаменитый и  древний род,  -  заметил хозяин станции,  -  один из их
предков  Марк  Манлий  Вулсон  был  консулом в  двести  восьмидесятом году
римской эры, а другой...
   - Я  еду в Рим известить Тита Манлия об убытках,  причиненных его вилле
близ Брундизия мятежными гладиаторами, явившимися в наши края.
   -  А,  гладиаторы!  -  вполголоса  произнес  хозяин  станции,  невольно
вздрогнув.  - Не говорите о них во имя Юпитера Статора! Я вспоминаю, какой
страх я испытал два месяца назад, когда они проходили здесь, направляясь в
Брундизий...
   - Да будут прокляты они и  их презренный вождь!  -  с  жаром воскликнул
апулиец, сильно стукнув по столу кулаком.
   Затем он спросил у хозяина станции:
   - Они причинили тебе большой ущерб?
   - По  правде говоря,  нет...  надо сказать правду...  они  с  уважением
отнеслись ко  мне  и  к  моей семье...  взяли у  меня сорок лошадей...  но
заплатили за них золотом...  Они правда не дали того, что стоили лошади...
но ведь... могло быть и хуже...
   - В конце концов,  - сказал отпущенник, прерывая хозяина станции, - они
могли увести лошадей, не дав тебе ни гроша.
   - Конечно!  Надо  признаться,  что  эта  война,  ставшая такой ужасной,
унизительна для  римлян,  -  сказал хозяин станции все  также  испуганно и
вполголоса.   -   О,  видели  бы  вы  их,  когда  они  здесь  проходили!..
Неисчислимое войско...  Конца  не  было  видно...  А  в  каком порядке шли
легионы!..  Если бы  не  было кощунством сравнивать наших славных солдат с
этими разбойниками,  я  бы  сказал,  что их легионы ничем не отличались от
наших...
   - Говори без обиняков, - прервал его отпущенник, - пусть это будет даже
позорным,  но  надо  быть  справедливым:  Спартак  великий полководец,  из
шестидесяти тысяч рабов и гладиаторов он сумел создать войско в шестьдесят
тысяч храбрых и дисциплинированных солдат.
   - Клянусь  римскими  богами  Согласия!   -  с  негодованием  воскликнул
удивленный апулиец, обращаясь к вольноотпущеннику. - Как? Низкий гладиатор
опустошил  виллу   твоего  хозяина  и   благодетеля,   а   ты,   негодный,
осмеливаешься защищать его и превозносить его добродетели?
   - Во  имя  великого Юпитера не  думай  так!  -  почтительно и  смиренно
возразил вольноотпущенник.  -  Я  этого не говорил!..  Но я должен сказать
тебе, что гладиаторские легионы вовсе не разорили виллу моего господина...
   - Почему же  ты только что рассказывал,  что едешь в  Рим сообщить Титу
Манлию  Империозе,   владельцу  виллы,  об  ущербе,  понесенном  им  из-за
появления в этих местах гладиаторов?
   -  Но  ущерб, о котором я упомянул, гладиаторы нанесли не самой вилле и
не  землям  моего  господина...  Речь  идет  о пятидесяти четырех рабах из
шестидесяти,  обслуживающих  виллу: все они были освобождены гладиаторами,
которые  предоставили  им  право решать, желают ли они следовать за ними и
бороться  под  их  знаменами.  И из шестидесяти только шестеро остались со
мной на вилле - это были старики и инвалиды; а все остальные ушли в лагерь
Спартака.  Ну,  что  ты  теперь  скажешь? Разве это малый ущерб? Кто будет
теперь работать, кто будет пахать, сеять, подрезать виноградники, собирать
урожай в поместьях моего хозяина?
   - К  Эребу  Спартака и  гладиаторов!  -  гордо и  презрительно произнес
апулиец. - Выпьем за то, чтобы их уничтожили, и за наше процветание.
   И   после   того   как   хозяин  станции  снова   выпил   за   здоровье
вольноотпущенника,  последний выпил  за  благополучие своих собеседников и
передал  чашу  апулийцу,  который в  свою  очередь выпил  за  благополучие
хозяина и вольноотпущенника.
   Затем  апулиец,  уплатив по  счету,  поднялся,  собираясь отправиться в
конюшни и выбрать там лошадь.
   - Подожди минуточку,  уважаемый гражданин, - сказал хозяин станции. - Я
не хочу,  чтобы кто-нибудь говорил, что добропорядочный человек побывал на
станции у Азеллиона и не получил от него гостевой таблички.
   И он вышел из комнаты, где остались апулиец и отпущенник.
   - Видно, он действительно человек порядочный, - заметил отпущенник.
   - Конечно,  -  ответил апулиец;  он  встал в  дверях,  расставив ноги и
заложив за спину руки, и запел излюбленную пастухами и крестьянами Самния,
Кампаньи и Апулии песенку в честь бога Пана.
   Вскоре  вернулся хозяин почтовой станции и  принес Деревянную табличку,
на  которой стояло его  имя -  Азеллион.  Он  разделил ее  пополам и  одну
половинку, на которой было написано: "лион", отдал апулийцу.
   -  Эта  половинка  таблички  поможет тебе; при ее предъявлении хозяевам
других  почтовых  станций  они  будут  тебе оказывать всевозможные услуги,
дадут лучших лошадей и прочее, как это всегда бывало со всеми, у кого была
такая  половинка моей гостевой таблички. Я помню, как семь лет назад здесь
проезжал Корнелий Хрисогон, отпущенник знаменитого Суллы...
   - От всей души благодарю тебя,  - сказал апулиец, прерывая Азеллиона, -
за  твою  любезность и  будь уверен,  что,  несмотря на  твою беспрерывную
болтовню,  Порций Мутилий,  гражданин Гнатии,  не  забудет твоей доброты и
сохранит к тебе чувство искренней дружбы.
   - Порций Мутилий!..  -  повторил Азеллион.  - Хорошо... Чтобы не забыть
твоего имени,  я  запишу его  в  дневник моих воспоминаний,  написанный на
папирусе...  ведь  здесь  ежедневно  проезжает столько  народу...  столько
разных имен, столько дел... нетрудно и...
   Он  ушел,  но вскоре снова вернулся,  чтобы проводить в  конюшни Порция
Мутилия, который должен был там выбрать лошадь.
   В эту минуту прибыл еще один путешественник;  по его одежде видно было,
что он чей-то слуга;  он сам отвел свою лошадь на конюшню, где в это время
находился Порций Мутилий,  наблюдавший за тем, как конюх седлал выбранного
им  коня.  Только  что  прибывший слуга  обратился с  обычным приветствием
"привет тебе" к Порцию и Азеллиону, и сам поставил своего коня у одного из
отделений мраморных яслей,  расположенных вдоль стены конюшни, снял с него
уздечку и сбрую и положил перед ним мешок с овсом.
   В  то  время  как  слуга  был  занят всеми этими хлопотами,  в  конюшне
появился отпущенник Манлия Империозы;  он  пришел посмотреть свою  лошадь,
стал ласкать ее,  и,  незаметно для Порция Мутилия и Азеллиона,  обменялся
быстрым взглядом с вновь прибывшим слугой.
   Последний,  закончив уход  за  своей  лошадью,  направился к  выходу и,
проходя мимо отпущенника,  сделав вид,  будто только что  заметил и  узнал
его, воскликнул:
   - Клянусь Кастором!.. Лафрений!..
   - Кто это?  -  спросил тот,  быстро обернувшись.  -  Кребрик?..  Какими
судьбами?.. Откуда едешь?
   - А ты куда?.. Я еду из Рима в Брундизий.
   - А я из Брундизия в Рим.
   Эта встреча и восклицания привлекли внимание Порция Мутилия,  и он стал
незаметно наблюдать за  слугой и  отпущенником.  Однако те  заметили,  что
Мутилий украдкой поглядывает на них и прислушивается к их разговорам.  Они
стали  говорить вполголоса и  вскоре разошлись,  пожав друг  другу руку  и
что-то шепнув один другому,  но недостаточно тихо,  так что Порций, сделав
вид, будто собирается уходить, приблизился к ним, как бы не обращая на них
никакого внимания, и услышал следующее:
   - У колодца!
   Слуга вышел из  конюшни,  а  отпущенник продолжал ласкать свою  лошадь.
Вышел и Порций, тихонько напевая песенку гладиаторов:

   Этот кот, весьма ученый,
   Хитрый, жизнью умудренный...
   Мигом мышь поймал за хвост.

   Вольноотпущенник  Лафрений  тоже  напевал  какую-то   песенку,   но  на
греческом языке.  Как только Порций Мутилий вышел из  конюшни,  он  сказал
Азеллиону:
   - Подожди меня здесь минутку... я скоро вернусь.
   И,  обойдя дом хозяина станции, он очутился во дворе. Там действительно
оказался  колодец,  из которого брали воду для поливки огорода; за круглой
его  стеной  спрятался  Порций, как раз с той стороны, которая выходила на
огород.
   Он  не  пробыл там  и  трех  минут,  как  вдруг услышал шаги  человека,
приближавшегося с  правой стороны дома;  почти одновременно кто-то шел и с
левой стороны.
   - Итак? - спросил Лафрений. (Порций сразу узнал его голос.) - Мне стало
известно,  что мой брат Марбик,  - быстро и тихо проговорил другой (Порций
догадался,  что говорил слуга), - ушел в лагерь наших братьев; я убежал от
своего хозяина и направляюсь туда же.
   -  А я, - тихо сказал Лафрений, - под предлогом, что еду в Рим сообщить
Титу  Империозе  о  бегстве  его рабов, на самом деле еду за своим любимым
сыном Гнацием: я не хочу оставлять его в руках угнетателей; а потом вместе
с ним я также отправлюсь в лагерь нашего доблестного вождя.
   - Будь осторожен,  нас могут заметить;  этот апулиец посматривал на нас
так подозрительно...
   - Да, я боюсь, что он за нами наблюдает.
   - Привет, желаю тебе счастья!
   - Верность!
   - И победа!
   Порций Мутилий услышал, как слуга и отпущенник быстро удалились.
   Тогда  он  вышел  из  своего  укрытия и удивленно огляделся вокруг; ему
казалось,  что  это  был  сон; он сам себя спросил, была ли это та великая
тайна,  которую он собирался раскрыть, были ли это враги, которых он хотел
захватить  врасплох.  И,  думая  о  происшедшем,  он  покачивал  головой и
улыбался;  затем  он  снова  стал прощаться с Азеллионом; хозяин без конца
кланялся Порцию, желая ему счастливого пути и скорого возвращения и обещал
к  тому  времени  приготовь  великолепное  массикское вино, которое затмит
нектар  Юпитера.  Когда  же  Порций  вскочил  на  коня  и,  пришпорив его,
поскакал,   направляясь  к  Барию,  Азеллион  пробежал  за  ним  десять  -
двенадцать шагов и все кричал:
   - Доброго пути!  Пусть боги сопутствуют вам  и  хранят вас!..  Ах,  как
чудесно он  скачет!..  Как  великолепно он  выглядит на  моем Артаксерксе!
Отличный конь,  мой Артаксеркс!.. Прощай, прощай, Порций Мутилий!.. Что и.
говорить!.. Я полюбил его... и мне жаль, что он уезжает...
   В эту минуту он потерял из виду своего гостя, исчезнувшего за поворотом
дороги недалеко от станции.
   Опечаленный Азеллион отправился домой, рассуждая про себя:
   "Бесполезно... таков уж я... чересчур добрый".
   И он тыльной стороной руки отер слезу, катившуюся по щеке.
   А   Порций  Мутилий,   в   котором  читатели,   конечно,   уже   узнали
свободнорожденного начальника легиона Рутилия,  посланного в Рим гонцом от
Спартака  к  Катилине,   все  время  ехал  рысью,   размышляя  о  странном
происшествии, и спустя час после наступления сумерек добрался до Бария, но
даже не заехал туда,  а остановился в трактире на дороге в Гнатию.  Там он
велел  отвести  на  конюшню  Артаксеркса,  который  действительно оказался
резвым и сильным конем, а затем нашел для себя постель, чтобы отдохнуть до
рассвета.
   На следующий день,  еще до восхода солнца, Рутилий уже мчался по дороге
Гнатия,  которая вела  к  Бутунту;  на  эту  станцию он  прибыл пополудни,
поменял  Артаксеркса на  вороную  кобылу  с  кличкой  Аганиппа и,  немного
подкрепившись, поскакал в Канузий.
   Под  вечер,  на  полпути  между  Бутунтом и  Канузием,  Рутилий заметил
впереди столб  пыли:  очевидно,  ехал  какой-нибудь всадник.  Осторожный и
предусмотрительный  Рутилий  пришпорил  свою  Аганиппу  и   вскоре  догнал
ехавшего впереди всадника.  Это  был  не  кто  иной,  как вольноотпущенник
Лафрений, которого он встретил на станции Азеллиона, близ Бария.
   - Привет!  -  произнес  отпущенник,  даже  не  повернув  головы,  чтобы
посмотреть, кто его обгоняет.
   - Привет тебе, Лафрений Империоза! - ответил Рутилий.
   - Кто это? - с удивлением спросил тот, быстро обернувшись.
   Узнав Рутилия, он произнес, облегченно вздохнув:
   - А, это ты, уважаемый гражданин!.. Да сопутствуют тебе боги!
   Благородный  и  великодушный  Рутилий  был  растроган,   узнав  бедного
отпущенника,   ехавшего  в  Рим,   чтобы  похитить  своего  сына  и  затем
отправиться вместе с  ним в лагерь гладиаторов.  Он молча смотрел на него.
Ему  захотелось подшутить  над  отпущенником,  и  он  сказал  ему  строгим
голосом:
   - Так ты едешь в Рим,  чтобы украсть своего сына из дома твоих хозяев и
благодетелей,  а  потом убежишь вместе с  ним в  лагерь низкого и  подлого
Спартака!
   - Я?  Что ты говоришь?..  -  пробормотал Лафрений в смущении;  лицо его
страшно побледнело, или это только показалось Рутилию.
   - Я  все  слышал  вчера,  потому что  стоял  позади колодца на  станции
Азеллиона;  мне все известно, коварный и неблагодарный слуга... как только
мы приедем,  в  первом же городе я  прикажу арестовать тебя,  и  ты должен
будешь перед претором, под пыткой признаться в измене.
   Лафрений остановил коня; Рутилий также.
   - Я   ни   в   чем  не  сознаюсь,   -   произнес  мрачно  и   угрожающе
вольноотпущенник, - потому что я не боюсь смерти.
   - Не побоишься даже распятия на кресте?
   - Даже распятия... потому что знаю, как освободиться от этого.
   - А как? - спросил, будто бы удивившись, Рутилий.
   - Убью такого доносчика,  как  ты!  -  воскликнул разъяренный Лафрений,
вытащив короткую,  но  увесистую железную палицу,  спрятанную под чепраком
лошади;  он  пришпорил своего  коня  и  бросился на  Рутилия;  тот  громко
расхохотался и крикнул:
   - Остановись, брат!.. Верность и...
   Лафрений левой  рукой остановил лошадь,  а  правую,  которой он  сжимал
палицу, поднял вверх и удивленно произнес:
   - О!..
   - ...и?..  -  спросил Рутилий,  ожидая в ответ от Лафрения вторую часть
пароля.
   - ...и  победа!  -  пробормотал тот,  еще не вполне пришедший в себя от
изумления.
   Тогда  Рутилий  протянул ему руку и три раза нажал Указательным пальцем
на  ладонь левой руки отпущенника и этим окончательно успокоил его. Сам он
теперь  был  уверен в своем собеседнике и спутнике, не колеблясь признав в
нем товарища, также состоявшего в Союзе угнетенных.
   Стемнело.  Всадники обнялись и поехали рядом,  рассказывая друг другу о
своих невзгодах.
   - Ты  действительно можешь удивляться,  как  это я,  свободнорожденный,
продался ланисте в гладиаторы. Знай же, я родился и вырос в богатстве; как
только я надел претексту,  я тотчас же погряз в кутежах и расточительстве.
А  тем  временем мой отец проиграл в  кости почти все свое состояние.  Мне
было двадцать два года,  когда он умер; долги полностью поглотили все, что
он оставил; моя мать и я впали в крайнюю нищету. Меня нужда не испугала, я
был  молод,  силен,  храбр и  отважен,  но  моя  бедная мать...  Я  собрал
двенадцать или пятнадцать тысяч сестерций -  все,  что осталось от  нашего
прежнего благосостояния,  присоединил сюда то,  что  выручил,  продав себя
ланисте,  и  таким образом обеспечил мою  бедную родительницу до  глубокой
старости...  Только во  имя этого я  продал свою свободу,  которую теперь,
через  восемь  лет,  испытав бесчисленные страдания и  опасности,  теперь,
когда умерла моя мать, получил возможность обрести снова.
   Рутилий  закончил  свой  рассказ  дрожащим голосом,  несколько слезинок
скатилось по щекам, побледневшим от волнения.
   Мрак  сгущался; братья поднимались в это время по крутой дороге, по обе
стороны которой тянулся лес; широкие рвы отделяли его от дороги.
   Оба всадника продолжали молча ехать еще с четверть часа по этой дороге,
как вдруг лошадь Лафрения Империозы,  то  ли  испугавшись тени от  дерева,
отбрасываемой на  дорогу светом восходящей луны,  то ли по какой-то другой
неизвестной  причине,   вздыбилась,  сделала  два-три  безумных  прыжка  и
свалилась в ров, тянувшийся вдоль обочины по левой стороне дороги, .ведшей
от Бутунта в Канузий.
   Услышав крики  Лафрения,  звавшего на  помощь,  Рутилий сразу остановил
своего коня,  спешился, привязал его за повод к кустарнику и, бросившись в
ров, поспешил на помощь другу.
   Но  не  успел он  сообразить,  что  произошло,  как  вдруг почувствовал
сильнейший удар в  спину.  От этого удара Рутилий свалился,  и в то время,
как он пытался понять, что происходит, получил второй удар в плечо.
   Рутилий  понял,  что  попал  в ловушку, расставленную ловко и хитро; он
выхватил  из-под  туники  кинжал,  но в это время Лафрений молча нанес ему
третий  удар  по  голове.  Рутилию  удалось  приподняться,  и  он с криком
бросился на своего убийцу, поражая его в грудь.
   -  Презренный,  мерзкий  предатель!..  Ты  не посмел открыто напасть на
меня!
   Но тут Рутилий понял, что у убийцы под туникой был панцирь.
   Произошла короткая отчаянная схватка между  раненым и  почти  умирающим
Рутилием и Лафрением, сильным и невредимым, который, казалось, растерялся,
пораженный мужеством и  душевным благородством своего  противника.  Слышны
были только стоны, ругательства, глухие проклятия.
   Вскоре  послышался шум  падающего  безжизненного тела  и  слабый  голос
Рутилия, воскликнувшего:
   - О, подлое предательство!..
   Потом все затихло.
   Лафрений наклонился над упавшим и  прислушался,  желая убедиться в том,
что тот больше не  дышит.  Затем он поднялся и,  вскарабкавшись на дорогу,
стал что-то шептать, направляясь к лошади Рутилия.
   - Клянусь Геркулесом,  -  вдруг  воскликнул убийца,  почувствовав,  что
теряет сознание, - я вижу... Что же это со мной?..
   И он зашатался.
   - Мне больно,  вот здесь...  -  простонал он слабеющим голосом и поднес
правую руку к шее, но тотчас отнял ее. Рука была в крови.
   - О,  клянусь  богами!..  Он...  поразил  меня...  как  раз  сюда...  в
единственное... незащищенное место.
   Он  зашатался и  рухнул в  лужу  крови,  которая била ключом из  сонной
артерии.
   Здесь,  на этой пустынной дороге,  среди ночной тишины,  тщетно пытаясь
приподняться  и  призывая  на  помощь,   человек,   назвавшийся  Лафрением
Империозой,  а в действительности низкое орудие мести Эвтибиды, в жестоких
муках ужасной агонии умер в нескольких шагах от того рва,  в котором лежал
труп бедного Рутилия, погибшего от руки убийцы, нанесшего ему восемь ран.

 Читать  дальше ...  

***

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК .001. Глава первая ЩЕДРОТЫ СУЛЛЫ

Рафаэлло Джованьоли СПАРТАК Роман 02   

 Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 003.Глава вторая. СПАРТАК НА АРЕНЕ

Рафаэлло Джованьоли СПАРТАК Роман 004 

 Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК 005. Глава третья. ТАВЕРНА ВЕНЕРЫ ЛИБИТИНЫ

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК 006. Глава четвертая. ЧТО ДЕЛАЛ СПАРТАК, ПОЛУЧИВ СВОБОДУ

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК 007. Глава пятая. ТРИКЛИНИЙ КАТИЛИНЫ И КОНКЛАВ ВАЛЕРИИ

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК 008. Глава шестая. УГРОЗЫ, ЗАГОВОРЫ И ОПАСНОСТИ 

***



 Иллюстрации. Рисунок. Художник В. И. Пойда. СПАРТАК.Роман. Рафаэлло Джованьоли. 008

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 009. 

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 010.   Глава седьмая. КАК СМЕРТЬ ОПЕРЕДИЛА ДЕМОФИЛА И МЕТРОБИЯ 

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 011.

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 012. Глава восьмая. ПОСЛЕДСТВИЯ СМЕРТИ СУЛЛЫ 

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 013. 

 Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 014. Глава девятая. О ТОМ, КАК НЕКИЙ ПЬЯНИЦА ВООБРАЗИЛ СЕБЯ СПАСИТЕЛЕМ РЕСПУБЛИКИ

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 015.

КНИГА. СПАРТАК. Роман. Рафаэлло Джованьоли.   Художник В. И. Пойда.

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 016. Глава десятая. ВОССТАНИЕ 

 Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 017.

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 018. Глава одиннадцатая. ОТ КАПУИ ДО ВЕЗУВИЯ 

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 019.  Глава двенадцатая. О ТОМ, КАК ... СПАРТАК ДОВЕЛ ЧИСЛО СВОИХ СТОРОННИКОВ С 600 ДО 10.000. 

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 020. 

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 021. Глава тринадцатая. ОТ КАЗИЛИНСКОГО ДО АКВИНСКОГО СРАЖЕНИЯ 

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 022. 

 Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 023.Глава четырнадцатая, В КОТОРОЙ ... ГОРДОСТЬ ЛИКТОРА СИМПЛИЦИАНА

 Иллюстрации. Рисунок. Художник В. И. Пойда. СПАРТАК.Роман. Рафаэлло Джованьоли. 006

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 024. 

 Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 025. 

 Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 026. Глава пятнадцатая. СПАРТАК РАЗБИВАЕТ НАГОЛОВУ ДРУГОГО ПРЕТОРА И ПРЕОДОЛЕВАЕТ БОЛЬШИЕ ИСКУШЕНИЯ 

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 027.

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 028. Глава шестнадцатая. ЛЕВ У НОГ ДЕВУШКИ. - ПОСОЛ, ПОНЕСШИЙ НАКАЗАНИЕ

 Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 029.

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 030. Глава семнадцатая. АРТОРИКС - СТРАНСТВУЮЩИЙ ФОКУСНИК 


 Иллюстрации. Рисунок. Художник В. И. Пойда. СПАРТАК.Роман. Рафаэлло Джованьоли. 004

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 031. 

 Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 032. Глава восемнадцатая. КОНСУЛЫ НА ВОЙНЕ. - СРАЖЕНИЕ ПОД КАМЕРИНОМ. - СМЕРТЬ ЭНОМАЯ 

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 033. 

*** Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 034. Глава девятнадцатая. БИТВА ПРИ МУТИНЕ. - МЯТЕЖИ. - МАРК КРАСС ДЕЙСТВУЕТ 

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 035. 

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 036. Глава двадцатая. ОТ БИТВЫ ПРИ ГОРЕ ГАРГАН ДО ПОХОРОН КРИКСА 

 Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 037.




 Иллюстрации. Рисунок. Художник В. И. Пойда. СПАРТАК.Роман. Рафаэлло Джованьоли. 001

 

***

***

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 038. Глава двадцать первая. СПАРТАК СРЕДИ ЛУКАНЦЕВ. - СЕТИ, В КОТОРЫЕ ПОПАЛ САМ ПТИЦЕЛОВ

 Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 039. 

***

 

***  Источник :  http://lib.ru/INOSTRHIST/DZHOWANIOLI/spartak.txt    СПАРТАК.Роман. Рафаэлло Джованьоли.

***

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 040. Глава двадцать вторая. ПОСЛЕДНИЕ СРАЖЕНИЯ. - ПРОРЫВ ПРИ БРАДАНЕ. - СМЕРТЬ

Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 041.

 Рафаэлло Джованьоли. Роман. СПАРТАК. 042. 

***

***

Бои гладиаторские... Экскурс

СПАРТАК    

Гибель завоевателя Марка Лициния Красса

***

***

*** ПОДЕЛИТЬСЯ

 

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

 

ПОДЕЛИТЬСЯ

                

 

***

Яндекс.Метрика

***

***

 

Художник Джим Уоррен

 

 

***

 

  Читать, СМОТРЕТЬ, СОВРЕМЕННУЮ энциклопедию АФОРИЗМОВ на ЯНДЕКС-ДИСКЕ...    

***

О книге

На празднике

Поэт Зайцев

Художник Тилькиев

Солдатская песнь 

***

Разные разности

Из НОВОСТЕЙ 

Новости

Из свежих новостей - АРХИВ...

11 мая 2010

Аудиокниги

Новость 2

Семашхо

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

Просмотров: 129 | Добавил: iwanserencky | Теги: Гибель завоевателя, слово, Википедия, Марк Лициний Красс, история, Спартак, Роман. Рафаэлло Джованьоли, литература, Восстание Спартака, Красс и его гибель, Красс и Спартак, Рафаэлло Джованьоли СПАРТАК, Гибель завоевателя Красса, текст, Древний Рим, гладиаторы, писатель Рафаэлло Джованьоли | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: