Главная » 2021 » Ноябрь » 10 » Святослав 037. Скляренко С.Д.
23:40
Святослав 037. Скляренко С.Д.

*** 

*** 

***

***

Здесь, на берегу Золотого Рога, уже стояла запряженная четверкой лошадей, обитая бархатом и украшенная самоцветами колесница, и димоты расчищали среди толпы путь, чтобы император мог к ней подойти.

Однако Иоанн Цимисхий не сел в колесницу, в которой его не могли видеть. Он велел поставить на колесницу драгоценную икону Божьей матери, вывезенную из Преславы, и короны болгарских кесарей. Сам же, надев золотой венец и взяв скипетр, вскочил на коня, — о, в Константинополе все знали и теперь убедились, какой ловкий наездник император! Так он и въехал в город, с венцом на голове, со скипетром в руке, с красной багряницей на плечах.

В тот же день, к вечеру, император совершил выход в Золотую палату. Там все давно приготовили для этого первого после войны выхода. Папия со своими диэтариями несколько ночей до этого не спали — мыли мраморные полы, натирали до блеска светильники и паникадила, развешивали на стенах знамена и дорогие ткани, украшали все цветами.

Каждый из сановников мечтал попасть на этот выход, но император велел пригласить в Золотую палату прежде всего посла Германской империи, посла Венеции, всех знатных чужеземцев, полководцев, и потому многим сановникам пришлось стоять в конхах вокруг Золотой палаты, а еще некоторым сидеть за закрытыми дверями в Орологии.

Во славе и величии вошел император в Золотую палату, сел на золотой трон, обозрел толпу собравшихся и дал знак логофету. И тогда в палату ввели кесаря Болгарии Бориса.

К нему были прикованы тысячи глаз. Только теперь понял кесарь, почему, оставляя Преславу, император повелел ему следовать за ним, почему везли его в закрытом возке, почему заставили ждать так долго в Орологии, на смех и глумление всем сановникам.

Но у кесаря-труса оставалась еще капля надежды, и по знаку логофета он пошел вперед, направился к императорскому трону. Это была страшная минута — идти и чувствовать, что за каждым твоим движением следят император, послы, знатные чужеземцы, тысяча глаз. Кесарь Борис боялся, что упадет. И он, наверное, упал бы, если бы логофет не подал ему знак опуститься перед троном императора на колени.

 

— Почему ты надел на себя багряницу и красные сандалии? -прозвучал голос императора ромеев.

«Конец», — подумал кесарь Борис, вставая.

И это был действительно конец: несколько диэтариев подскочили к нему и сорвали багряницу, сняли сандалии. Босой, раздетый, стоял кесарь Борис среди Золотой палаты. А впрочем, он уже был не кесарем, а самым ничтожнейшим из всех, кто толпился здесь, в палате.

И тогда Борис вспомнил о Боге: ведь если император Цимисхий сорвал багряницу с него, с кесаря, то в Болгарии остается еще патриарх, не подвластный ни императору ромеев, ни константинопольскому патриарху, он может защитить кесаря Болгарии.

— Я обращаюсь к Богу, — воскликнул развенчанный кесарь, — я призываю на помощь церковь и патриарха болгар!

Стиснув губы, император Цимисхий долго смотрел холодным взглядом на Бориса, а потом процедил:

— Да будет тебе известно, что болгарского патриарха тоже не существует, есть только константинопольский патриарх, которому отныне подлежит и болгарская паства.

Итак, по слову Цимисхия уничтожалась Болгария — ее кесари, церковь.

Но императору ромеев и этого было мало. Он хотел, чтоб над кесарем Борисом, а следовательно, и над Болгарией, насмехались не только в Золотой палате, но и во всем Константинополе, во всем мире.

— Во имя Отца, Сына и Святого Духа, — сказал император, - властью, данной мне от Бога, посвящаю тебя в магистры…

Бледный и растерянный, стоял магистр Борис перед троном императора. Он не нашел ничего другого, как стать на колено и поцеловать красную сандалию императора, которая пахла пылью. Отныне он сам был пылью!

Войско Иоанна Цимисхия отходило от Дуная очень медленно. Легионы же его стояли на месте, грабя и объедая города и села. Лишь тогда, когда в гирле появились первые хеландии из Херсонеса, а прибывшие на них купцы рассказали, что видели далеко в Понте лодии со знаменами киевского князя, легионы снялись с места и направились в горы.

После них в болгарских селах стало еще труднее и горше - новеллом императора Иоанна многие придунайские земли жаловались акритам. А те были еще большими кровососами бедных болгар, чем легионеры.

Акриты шли в села, и вставали дымы над колибами и хижинами, а по улицам неслись стоны и стенания. Акриты хватали все, что только могли унести, — меха, жито, последнего ягненка.

Ангел знал, что творится в селах над Дунаем, вскоре узнал он, что акриты появились и в его родном селе. Будь Ангел здоров, он ушел бы в горы, наточил бы нож и кровью отплатил за жену, за все обиды. Но сломанная кость ноги не срасталась, он не мог вставать даже с помощью палки и лежал в углу своей колибы на соломе, смотрел на покровину и думал тяжкую ДУМу.

Правда, он не был одинок. Его не покидали соседи, они приносили ему еду, лечили рану, а когда начались холодные ночи, ставили в ногах мангал с горящими углями. Нет, он не был одинок, только пусто было на душе и на сердце.

Это сердце тоскливо сжалось и забилось, когда Ангел услышал крики на улицах родного села и тяжелую поступь акритов.

Подобно волкам, ворвались они в его колибу. Ангел сидел в углу на соломе.

— Встань!

Он показал на искалеченную ногу.

— Ты был у Святослава? Это ты показывал ему тропы в горах?

Ангел долгим грустным взглядом окинул акритов, и ненависть сдавила ему грудь.

— Я, — ответил он, — и ныне с ним сердцем.

— Собака! Хватайте его! — закричал один из акритов.

Ангел не мог ходить, и они выволокли его из колибы и потащили по мокрой дороге. Это была страшная мука. Болела не только нога, но и все тело. Однако, сжав зубы, он молчал, только раз или два с губ сорвалось страшное проклятие.

Был вечер, когда Ангела привязали к сухой вербе на горе за селом. Перед ним лежала глубокая голубая долина, по ней блуждали туманы, солнце на западе уже скрылось за темными горами, но на востоке его лучи еще касались высоких туч, оковывали их края золотом.

Ангел видел, как стаскивают к дереву сухой валежник, слышал, как внизу высекают огонь. Он знал, какая невыносимая мука и страшная смерть ждут его.

Ангел не боялся смерти, он знал, что жил праведно, жил трудно, что после смерти ему будет, может, легче, чем теперь. Несказанно больно было то, что так долго, с таким трудом и все же тщетно они боролись с ромеями, что сейчас они повержены, что гибнет Болгария, ушла на восток Русь.

А внизу уже разгорелся огонь, волною взметнулся, окутал Ангела, клубами покатился в долину дым, пламя охватило вербу, сухое дерево запылало, затрещало.

И когда Ангел был не в силах уже терпеть, он закричал так, что его услыхали в селе. Крик этот пронесся далеко-далеко по всей долине, к Дунаю:

— Князь! Святослав! А-ге-ге-й! Вой русские! Микула! Слышите?! По-ми-и-раю!

С этими словами он умер. Среди ночи, надвинувшейся с востока, с Дуная, долго еще горела над высоким обрывом сухая верба. И долго еще, когда с гор подул ветер, вспыхивало ясным огнем дерево и сыпались, летели на запад искры — все, что осталось от Ангела.

Поздней осенью 976 года император Иоанн Цимисхий, возвращаясь из Сирии в столицу империи, остановился на ночлег в долине близ горы Олимп, в имении патрикия Романа.

Это был уже не тот Иоанн, который вступал с фалангами бессмертных в Родопы, долгие месяцы стоял под стенами Доростола, говорил на Дунае с князем Святославом, который со славой вернулся в Константинополь и сорвал багряное корзно с кесаря Бориса.

Болгария была побеждена, но народа Болгарии император покорить не смог. Болгария распалась. В одной ее половине правили враги императора — Шишманы. Но и в другой, присоединенной к Византии, то тут, то там вспыхивали восстания. Возмущенный император самолично с большим войском выступил против непокорных болгар, обложил город Тралицу, ставший очагом восстания. Двадцать дней старался он взять город копьем, но не только не взял, а дождался того, что болгары сами напали на войско ромеев.

Тогда же перед лагерем римских воинов упала с неба, освещая ослепительным светом все небо и потрясая землю, большая звезда. Император Иоанн и его войско тотчас покинули стан и в ужасе бежали.

И все же они не ушли от подстерегавшей их беды. На другой день, когда войско ромеев, миновав долину, торопилось пройти ущелья, на них с большими силами напали болгары, перебили несметное число бессмертных и обычных воинов, уничтожили всю конницу, забрали имущество, захватили даже шатер императора Иоанна с сокровищами.

 

Но не только на востоке империи было неспокойно, восстания и мятежи бушевали в самой империи, в Азии и во многих городах и землях вдоль Средиземного моря.

Ссылаясь на то, что идет защищать Гроб Господень, Иоанн ведет легионы в Малую Азию, вступает в Сирию, после ожесточенной битвы берет крепость Мемпеце, где завладевает прядью волос, якобы принадлежавшей Иоанну Предтече, налагает громадную дань на Анамею и Дамаск, врывается в Ворзю и не оставляет камня на камне от крепостей Валанеи и Вириты.

Однако не было покоя императору Иоанну, ему казалось, что земля горит у него под ногами, что весь мир против него, что его окружают одни враги.

Император Византии не ошибался. В продолжение всей своей жизни он был врагом других народов и теперь пожинал только то, что сеял. Безумный император хотел покорить мир, и теперь мир мстил ему. На крови, войне, несчастье других он хотел построить собственное счастье, а счастье уже давно отвернулось от него…

Теперь он возвращался из далекой Сирии в Константинополь, но сама природа словно задерживала его движение. На Иоанна и его воинов жаром дышала Аравийская пустыня. Там, где они проходили, долго еще среди песков высились могилы — болезни и моровая язва косили людей. Они были, казалось, властителями мира, но голодали в этой стране, где все сгорело, а люди, покинув свои шатры, ушли куда глаза глядят.

И как это бывает, император Иоанн обидел того, кто стоял к нему ближе всех, и тем заставил своего злейшего врага сделать последний шаг.

Когда войско переправилось через Пропонтиду и василевс увидел Византию, он обратился к своему проэдру со словами:

— Жадный, корыстолюбивый Василий, это ты повинен во всех несчастьях, которые непрестанно преследуют меня. Я осыпал тебя золотом, дал тебе богатейшие области Византии — Лонтиаду и Дризу. В знак любви и доверия назвал тебя — первого из всех паракимоменов — проэдром, первым после себя. Ты же обманывал и предавал меня. Ты думал о себе и только о себе. Ты не сделал ничего, чтобы Византия была сильна и счастлива. Ты не радел и обо мне, своем императоре.

Упреки эти были несправедливы: до сих пор проэдр Василий, как вернейший пес, день и ночь сторожил своего императора, выполняя каждое его желание, и делал лишь то, что повелевал император. Только Феофано проэдр помогал вопреки воле императора.

Проэдр не стал спорить с императором. Он понял, что вершина успеха Иоанна позади, что император стоит над бездной, куда давно уже влек его неумолимый рок. Осталось только подтолкнуть василевса.

В тот же день они заночевали с императором вблизи Олимпа, в доме патрикия, севастофора Романа. Патрикий, многим обязанный императору, достойно, с большой щедростью принимал Иоанна и его полководцев, устроив роскошный ужин.

Но во время ужина случилось нечто необычайное и страшное: после захода солнца на севере, у самого небосвода, появилась сверкающая звезда с ослепительно белым, похожим на конский хвост следом, который поднимался вверх. По бокам звезды высилось на небосводе несколько будто бы кровавых полос, напоминающих копья.

— Проэдр! — испуганно обратился к Василию император Иоанн. — Скажи, что предвещают эти полосы и звезды?

Проэдр Василий не задержался с ответом. Сколько раз в самые тяжелые минуты своей жизни обращались к нему с трудными вопросами императоры Византии, и каждый раз он утешал их, до тех пор пока сам не карал лютой смертью. Так и теперь проэдр Василий тотчас ответил императору Иоанну, а отсвет далекой звезды осветил его морщинистое, старческое лицо и седую голову.

— О василевс! Эти кровавые полосы, стоящие на небосклоне, -твои враги. Выше над ними висит твоя звезда, а ее хвост — это наша сила, легионы. Ты победишь, император!

Ответ удовлетворил пьяного императора. Он лег, но заснуть не смог. Позвав проэдра Василия, он велел налить кубок вина. И проэдр налил вина, а на дно бросил яд, который давно носил у сердца.

— Выпей, император, и ты спокойно заснешь! — сказал он. Император Иоанн выпил бокал до дна и в самом деле заснул так, как давно уже не спал.

Перед рассветом императору стало плохо, он проснулся от страшной боли в животе и в груди у самого сердца.

— Проэдр! — позвал император. — Что со мной? Я умираю…

Проэдр Василий долго стоял со светильником в руке у ложа императора и, прищурив глаза, смотрел на его бледное, перекошенное от боли лицо…

— Нет, император, — пересохшими губами ответил проэдр Василий, — ты не умрешь, ты — бессмертен, император.

— Как можешь ты говорить мне о бессмертии, — крикнул раздраженный и вконец перепуганный Цимисхий, — если я вижу: вот она — смерть?!

— Ты захворал, — утешал проэдр, — от тлетворного поветрия Азии, где всюду нас подстерегали болезни. Нам следует скорее ехать в Константинополь — там ты выздоровеешь.

Они тронулись на другой день вечером, когда стало немного прохладнее. Умирающего императора положили на носилки, которые привязали между двумя лошадьми. Глаза его заволакивало пеленой, смертный холод сковывал руки и ноги, а угасающий взгляд был прикован к звезде, которая неумолимо нависла на северной стороне неба.

— Что это за звезда? — шептал император. — Нет, это не моя звезда. Она идет с севера, слышишь, проэдр, с севера. Мы -только кровавые столбы, только столбы…

За императором шел Василий. Здесь, за носилками императора, он не был уже проэдром — первым, здесь он был последним.

С трудом передвигая слабые ноги, Василий думал о том, что вот они скоро придут в Константинополь, скоро там не станет императора Иоанна и похоронят его в им же выстроенном храме Спасителя на Халке. А тем временем в Константинополь приедет Феофано, за которой он тайно уже послал дро,-мон…

Но что даст это Василию? Не подняться ему. И Феофано пишет, что она тяжело больна. Что же остается? Песок поп ногами?!

В Великом Новгороде звонит колокол, и по узким улицам со всех концов на площадь у широкого Волхова спешат мужи новгородские, идут жены и дети.

С Волхова дует свежий ветер, там стоят на якорях, качаясь на высокой волне, широкие учаны и шнеки, длинные лодии с насадами, легкие струги. Вой и рыбаки, которые стоят на этих лодиях, не прочь бы побывать там, на берегу, на площади, где звонит колокол. Но встречная волна не пускает.

 

И они только смотрят, как со всех сторон Новгорода стекаются к площади мужи новгородские, идет, высоко подняв секиры, дружина… А вон, видят они, идет князь новгородский Владимир, по правую руку от него шагает воевода Добрыня, по левую — тысяцкий Михало.

Князь Владимир поднимается на высокий помост, что стоит у вечевого колокола, снимает шапку. Ветер с Волхова перебирает его длинные русые волосы, раздувает полы темного бархатного платна, подпоясанного кожаным поясом, на котором висит драгоценный меч.

— Мужи новгородчи, — начинает князь Владимир, поднимая правую руку, в которой крепко зажата его княжеская шапка, — отцы и братья мои! Я созвал вас сюда, на вече, дабы поведать вам — неспокойно у нас на Руси, невзгода в городе Киеве…

Свистит, ревет ветер, он подхватывает над Волховом белых чаек, несет и кидает сюда, к площади, где собрались мужи. Здесь птицы кружат, точно белая тучка, борются с ветром и стонут.

— Мужи новгородчи! — громко говорит князь Владимир. - Трудное время настало для Руси и нас, аже князь Ярополк убил брата своего Олега и поиде на земли Руси. Что деяти има-мо, новгородчи, мужи мои?

Минуту на площади у Волхова стоит тишина, — всех поразило известие, поведанное князем Владимиром. А потом со всех сторон звучат голоса, несутся взволнованные крики:

— Не допустим, княже, усобицы на Руси!… Пойдем, княже, ратовать за Русь! Кличь, княже, верхние земли, пойдем против убийцы князя, заратуем Русь!

И уже над многотысячной толпой засверкали секиры, замахали шапки, поднялись темные, натруженные руки.

— Веди нас, княже! Станем за Русь!

1 сентября 1958 г. Киев

  Читать с начала... 

 Ещё -  Читать -  КРАТКИЙ ПОЯСНИТЕЛЬНЫЙ СЛОВАРЬ, КОММЕНТАРИИ, ХРОНОЛОГИЧЕСКАЯ ТАБЛИЦА ...

***

КНИГА ПЕРВАЯ

КНЯГИНЯ И РАБЫНЯ

 002. Семен Скляренко. Святослав.

 003. Скляренко С.Д. Святослав.

004. 

005. 

006. 

007. 

008. 

009.

010. 

011. 

012. 

013. 

014.

 015. 

 

КНИГА ВТОРАЯ

НАД МОРЕМ РУССКИМ

017. СВЯТОСЛАВ. С. Скляренко. 

018. 

019. 

020. 

 021. 

022.  

 023. 

 024. 

 025. 

026. 

 027. 

028.

 029.

 030. 

031.

032. 

033. 

034. 

035.

036. 

 037. Святослав.  Скляренко С.Д.

038. СВЯТОСЛАВ. СКЛЯРЕНКО СЕМЕН ДМИТРИЕВИЧ.  КРАТКИЙ ПОЯСНИТЕЛЬНЫЙ СЛОВАРЬ, КОММЕНТАРИИ, ХРОНОЛОГИЧЕСКАЯ ТАБЛИЦА

***

  В начало, читать

. Святослав. Скляренко С.Д. 

 Источник :   https://www.litmir.me/br/?b=24988&p=11 

  Слушать -   https://knigavuhe.org/book/svjatoslav-1/

 Читать дальше и ещё - Владимир. С.Д. Скляренко 

***

***

ПОДЕЛИТЬСЯ

                

 

***

Яндекс.Метрика

***

***

 

***

***

 

Визитка дуэта...

***

***

 

***

О Святославе 
О рождении Святослава нам известно только то, что в год казни его отца древлянами в 945 году, ему было три года. Стало быть, родился он в 942 году.

... Читать дальше »

***

***

 

***

***

***

Святослав. Семен Дмитриевич Скляренко.

***

***

***

***

***

***

Фотоистория в папках № 1

Фотоистория в папках 002 ВРЕМЕНА ГОДА

Фотоистория в папках 003 Шахматы

Фотоистория в папках 004 ФОТОГРАФИИ МОИХ ДРУЗЕЙ

Фотоистория в папках 005 ПРИРОДА

Фотоистория в папках 006 ЖИВОПИСЬ

Фотоистория в папках 007 ТЕКСТЫ. КНИГИ

Фотоистория в папках 008 Фото из ИНТЕРНЕТА

Фотоистория в папках 009 На Я.Ру с... 10 августа 2009 года 

Фотоистория в папках 010 ТУРИЗМ

Фотоистория в папках 011 ПОХОДЫ

Фотоистория в папках 012 Точки на карте

Фотоистория в папках 013 Турклуб "ВЕРТИКАЛЬ"

Фотоистория в папках 014 ВЕЛОТУРИЗМ

Фотоистория в папках 015 НА ЯХТЕ

Фотоистория в папках 016 ГОРЯЧИЙ КЛЮЧ и его окрестности

Фотоистория в папках 017 На ЯСЕНСКОЙ косе

Фотоистория в папках 018 ГОРНЫЕ походы

Фотоистория в папках 019 На лодке, с вёслами

***

***

 

***

***

Страницы на Яндекс Фотках от Сергея 001

*** 

*** 

***

***

О книге - "Читая в первый раз хорошую книгу, мы испытываем то же чувство, как при приобретении нового друга". (Вольтер)

На празднике

Поэт Александр Зайцев

Художник Тилькиев и поэт Зайцев...

Солдатская песнь современника Пушкина...Па́вел Алекса́ндрович Кате́нин (1792 - 1853)

Шахматы в...

Обучение

География... ФОТО

Разные разности

Из НОВОСТЕЙ

Новости

Из свежих новостей - АРХИВ...

11 мая 2010

Аудиокниги

Новость 2

Семашхо

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

Прикрепления: Картинка 1
Просмотров: 110 | Добавил: iwanserencky | Теги: история, Роман, Русь, текст, Святослав, книга, слово, литература, проза, из интернета, Семен Скляренко | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: