Главная » 2020 » Апрель » 10 » Час Быка. Иван Ефремов. 005
13:40
Час Быка. Иван Ефремов. 005

***

   Земляне поняли,  что  эти четверо во главе с Чойо Чагасом и есть
истинные владыки всех и всего. Как обычно у древних народов, у жителей
Торманса  преобладали  однообразные  имена,  и  поэтому им приходилось
носить по три имени.  Иногда встречались люди с двумя именами. Видимо,
двуименные  составляли высшие классы общества планеты.  Тормансианские
имена звучали отчасти похоже  на  земные,  но  в  трудном  для  землян
диссонансе слогов.  Чойо Чагас, Гентло Ши, Кандо Лелуф и Зетрино Умрог
- так звали четверку верховных правителей. Имена разрешалось сокращать
всем,  кроме  Чойо  Чагаса;  Ген  Ши,  Ка  Луф,  Зет  Уг повторялись с
назойливым однообразием в неизменном порядке после имени Чойо  Чагаса,
звучавшего магическим заклятием диких предков.
      Олла Дез шутя объявила,  что все земляне с их системой  двойных,
бесконечно  разнообразных  имен  должны  принадлежать  на  Тормансе  к
верховному классу.
      - И ты хотела бы, не постыдилась бы? - спросила Чеди Даан.
      - Мне представилась  бы  возможность  увидеть  настоящих  хозяев
жизни и смерти любого человека. Еще в школе второго цикла я увлекалась
историческими  фантазиями.  Больше  всего  меня  захватывали  книги  о
могучих королях,  завоевателях,  о пиратах и тиранах.  Ими  полны  все
сказки Земли, какой бы из древних стран они ни принадлежали.
      - Это  несерьезно,  Олла,-  сказала  Чеди,- величайшие страдания
человечеству доставили именно эти люди,  почти всегда невежественные и
жестокие.  Одно  тесно  связано с другим.  В плохо устроенном обществе
человек или должен развивать  в  себе  крепкую,  бесстрашную  психику,
служащую самозащитой,  или,  что бывает гораздо чаще, надеяться только
на  внешнюю  опору  -  бога.  Если  нет  бога,  то  возникала  вера  в
сверхлюдей,  с  той  же потребностью преклонения перед солнцеподобными
вождями, всемогущими государями. Те, кто играл эту роль, обычно темные
политиканы, могли дать человечеству только фашизм и ничего более.
      - Среди них были и мудрецы,  и герои,- не смутилась  Олла  Дез.-
Мне  хотелось  бы повстречаться с подобными людьми.- Она закинула руки
за голову и оперлась  спиной  о  выступ  дивана,  мечтательно  сощурив
глаза.
      Фай Родис пристально посмотрела на инженера связи.
      - Чеди  права  в  одном аспекте,- сказала она,- в действиях всех
этих владык,  помимо обусловленности,  было еще  отсутствие  понимания
далеких последствий.  Это порождало безответственность,  приводившую к
трагическому результату. И я понимаю Оллу Дез.
      - Как? - воскликнули разом Чеди, Вир и Тивиса.
      - Любой человек Земли  так  осторожен  в  своих  поступках,  что
проигрывает  в  сравнении  с властителями нашей древности.  У него нет
внешних признаков могущества,  хотя на самом  деле  он  как  осторожно
ступающий  исполинский  слон  перед  несущимся  напролом  перепуганным
оленем.
      - Владыка   -   и   перепуганный?   -  рассмеялась  Олла.-  Одно
противоречит другому.
      - А   следовательно,   и  составляет  диалектическое  единство,-
заключила Фай Родис.
      Дискуссии подобного  рода  повторялись  много  раз,  но внезапно
пришел  конец  спокойному  изучению  планеты.
      Ночной дежурный  по радиопередачам - им был на этот раз Гэн Атал
- поднял по тревоге Родис,  Грифа и  Чеди.  Все  четверо  собрались  у
темного экрана,  прорезанного лишь светящейся индикаторной линией с ее
всплесками осцилляции.  Переводная  машина  была  выключена,  так  как
звучавшие   в   обертонной   воронке   слова   были   теперь   понятны
звездолетчикам:
      "Сообщение главной  обсерватории  Хвоста  подтверждено следящими
станциями. Вокруг нашей планеты обращается неизвестное небесное тело -
вероятно,  космический корабль. Орбита круговая, угол к экваториальной
плоскости - 45, высота - 200, скорость..."
      - Они умеют рассчитывать и орбиты,- буркнул Гриф Рифт.
      "Размеры космического тела по предварительным данным значительно
меньше звездолета, посетившего нас в Век Мудрого Отказа. Второй доклад
следящих станций в восемь часов утра".
      - Вот  мы  и  обнаружены,-  с  оттенком грусти сказал Гриф Рифт,
обращаясь к Фай Родис.- Что будем предпринимать?
      Родис не  успела  ответить,  как вспыхнул большой экран и на нем
появился знакомый диктор.
      - Срочное  сообщение!  Всем  слушать!  Слушать  город Средоточия
Мудрости!  - Тормансианин говорил отрывисто,  резко,  будто взлаивая в
середине  фраз.  Он  передал  сообщение  о звездолете и закончил:  - В
десятый час утра выступит друг Великого Чойо Чагаса,  сам Зет Уг. Всем
слушать город Средоточия Мудрости!
      - Что будем делать?  - повторил Гриф Рифт,  приглушив  повторное
сообщение.
      - Говорить с  Тормансом!  После  выступления  Зет  Уга  перебьем
передачу,  и на всех экранах появлюсь я с просьбой о посадке. Олла Дез
приготовилась к такому случаю.- На щеках Фай Родис  проступил  румянец
легкого волнения.
      К назначенному времени весь экипаж звездолета собрался у экранов
связи.  Наступил  важнейший  момент.  Ради  него  они посланы Землей и
проделали весь невероятный полет прямого луча.  Все зависит  от  того,
как сложатся отношения гостей, к сожалению незваных, с тормансианами -
вернее,  с их владыками. Ибо решение этой небольшой кучки людей, даже,
возможно,  одного лишь Чойо Чагаса,  определит "волю" Торманса и успех
экспедиции землян.
      Сигнальные часы   над  крылом  отражателя  стереоэкрана  шли  по
времени главного города Торманса.  Фай Родис,  удалившаяся на время  в
свою  каюту,  появилась  примерно  за четверть часа до выступления Зет
Уга. Вероятно, она заранее приготовила платье любимого тормансианского
цвета   -  красного  с  золотисто-оранжевой  подцветкой  из  пушистой,
дававшей глубокий тон материи.  Оттененные этим платьем знакомые черты
Фай  Родис стали непреклоннее и тверже,  почти грозными,  а плавные ее
движения казались бликами красного солнца  Торманса.  Она  еще  короче
срезала волосы,  полностью открыв гордую шею. Тщательно причесанная, с
завитками черных волос на щеках, без единого украшения, Фай Родис села
в  кресло  перед  экраном,  не  обменявшись  ни  словом со спутниками.
Приглушенное привычное пение приборов ОЭС  не  нарушало  настороженной
тишины корабля.
      Гулкие, гудящие металлом  удары,  как  в  огромный  боевой  щит,
возвестили начало выступления одного из правителей планеты.  Некоторое
время экран оставался пустым,  затем на нем появился небольшого  роста
человек  в красной накидке,  вышитой причудливо извивающимися золотыми
змеями.  Его кожа казалась более  светлой,  чем  у  большинства  людей
Торманса.  Нездоровая  одутловатость  смягчала  резкие  складки вокруг
широкого тонкогубого рта,  маленькие умные глаза сверкали решимостью и
в  то  же время бегали беспокойно,  будто тормансианин опасался что-то
упустить из виду.
      Олла Дез  подавила вздох недоумения и разочарования и покосилась
на Фай Родис.  Та оставалась бесстрастной,  будто облик этого человека
не был для нее неожиданностью.
      Зетрино Умрог провел маленькой рукой по высокому,  с  залысинами
лбу, изборожденному поперечными морщинами.
      - Народ Ян-Ях!  Великий Чойо Чагас поручил мне предупредить тебя
об  опасности.  В  нашем  небе  появился  пришелец  из  тьмы  и холода
вселенной.  Управляемый корабль враждебных сил.  Мы объявляем по  всей
планете   чрезвычайное  положение,  чтобы  отразить  врага.  Последуем
примеру наших предков,  их мудрости  во  время  правления  Ино  Кау  и
мужеству  народа,  прогнавшего  непрошенных  пришельцев  в Век Мудрого
Отказа. Да здравствует Чойо Чагас!
      - Может быть,  довольно? Владыка высказался ясно? - шепнула Олла
Дез из-за пульта.
      Фай Родис  кивнула  головой,  и  Олла повернула голубой шарик до
отказа,  включив на полную мощность заранее настроенную установку ТВФ.
Изображение Зет Уга задрожало, разбилось на цветные зигзаги и исчезло.
На долю секунды Фай Родис успела заметить  выражение  испуга  на  лице
владыки,  поднялась и встала на круг главного фокуса. Она не отрываясь
смотрела в ромбик центрального луча,  а боковым зрением  могла  видеть
себя на экранах, как в зеркале.
      Перед изумленными   тормансианами   вместо    искривленного    и
разбившегося  изображения Зет Уга появилась удивительно похожая на них
прекрасная улыбающаяся женщина, с голосом нежным и сильным.
      - Люди и правители Ян-Ях! Мы пришли с Земли, планеты, породившей
и вскормившей ваших предков.  Случай отдалил  вас  в  недоступную  нам
прежде глубину пространства. Теперь мы в силах преодолеть его и пришли
к вам,  как кровные прямые родичи, чтобы соединить усилия в достижении
лучшей жизни. Мы никогда не были ничьими врагами и полны добрых чувств
к вам,  с которыми  нас  ничто  не  разделяет  и  возможно  абсолютное
понимание.   Мы   просим   разрешения   опуститься  на  вашу  планету,
познакомиться с вами, рассказать о жизни Земли и передать вам все, что
мы  знаем  полезного  и  хорошего.  В  экипаже  нашего  корабля  всего
тринадцать таких же,  как и вы,  людей,  это горсточка в сравнении  со
множеством   жителей   Ян-Ях.  Мы  не  представляем  для  вас  никакой
опасности,  если вы примете нас гостями своей планеты.  Мы изучили ваш
язык, чтобы избежать ошибок и непонимания.
      Экран подернулся серой рябью,  сделавшись плоским и  пустым.  Из
глубины его возник,  прерываясь,  воющий звук, сквозь который надрывно
кричал знакомый уже землянам голос диктора города Средоточия Мудрости:
      - Передачу... прекращаем передачу...
      Фай Родис переглянулась с Гриф Рифтом и, отступив назад, села на
прежнее место.  Олла Дез протянула руку к шарику выключателя, но Родис
жестом остановила ее.  Нагнувшись к приемнику, она заговорила громко и
звонко, не обращая внимания на вой и свист помех:
      - Звездолет "Томное  Пламя"  вызывает  Совет  Четырех!  Вызывает
Совет Четырех!  Повторяем просьбу - разрешить посадку!  Просим довести
до сведения Чойо Чагаса,  председателя Совета Четырех.  Ждем ответа на
косвенной частоте ваших навигационных передач. Ждем ответа!
      Олла Дез выключила  ТВФ.  Загорелся  синий  огонек  эллипсоидной
антенны.  После  воя  и  взлаивающих  криков  в круглом зале наступило
мертвое молчание. Его нарушила сама Родис.
      - Не могу считать начало успешным,- озабоченно сказала она.
      - Я  бы  сказал,  что  попытка  познакомить   Торманс   с   нами
провалилась,- скупо улыбнулся Гриф Рифт.
      - Хороши же эти правители!  - возмущенно воскликнула Чеди.-  Они
боятся!
      - Того  же,   чего   боялись   все   воспитанные   капитализмом,
проникнутые  завистью принужденного неравенства.  Боятся конкуренции,-
печально ответила Фай Родис.
      - То есть того, что мы отнимем власть? - спросила Чеди.
      - Конечно!
      - Но ведь это дико и нелепо. Зачем нам власть в чужом мире?
      - Это ясно для нас, для всей Земли, для Великого Кольца, но вряд
ли много людей на Тормансе понимают это.
      - Тогда зачем нам вообще просить посадки? Очевидно, мы не поймем
друг друга,- пожала плечами Чеди.
      - Для тех,  кто сможет понять.  Да и нам тоже следует понять их,
даже этих странных правителей,- твердо сказала Родис.
      - И вы будете настаивать?
      - Попытаюсь!
      Синий глазок горел час за часом,  но планета молчала.  Звездолет
ушел  на  ночную  сторону,  когда  Фай  Родис  поднялась  и пригласила
свободных от вахт спутников в столовую.
      Все энергично  принялись  за  темно-коричневые кирпичики пищевой
смеси,  достаточно вкусной,  чтобы поддержать  аппетит,  и  достаточно
упругой, чтобы дать работу крепким зубам и челюстям, наследию предков,
евших  всевозможные  твердые  и  неудобоваримые   яства.   Фай   Родис
ограничилась бокалом густого КМТ  -  оливково-зеленого  напитка.  Гриф
Рифт сделал лишь несколько глотков чистой воды.
      Чеди Даан,   оставшаяся   дежурить   на  перехвате  телепередач,
наблюдала  за  возобновлением  всепланетных  новостей.  Перед  глазами
телекамер  возникали  улицы  и  площади разных городов Торманса,  залы
собраний   и   аудитории   школ.   Везде   возбужденные    тормансиане
жестикулировали,  кричали  издалека  или  разражались  потоками слов в
непосредственной близости от  приемных  аппаратов.  Задавался  вопрос:
"Что делать со звездолетом?",  и чаще всего повторялись слова: "Долой,
вон,  не допустим,  уничтожим!.." На  широком  уступе  перед  зданием,
похожим  на  астрономическую обсерваторию,  появился молодой человек в
голубой одежде.  Диктор объявил,  что выступит один из  Стражей  Неба,
организации,  призванной  охранять  неприкосновенность  планеты Ян-Ях.
Человек в голубой одежде завопил:  "Вы слышали  гнусную  ложь  дрянной
женщины,  предводительницы  шайки  межзвездного ворья,  с беспримерной
наглостью посмевшей  назвать  себя  кровной  сестрой  нашего  великого
народа.  За  одно  это кощунство опасные пришельцы подлежат наказанию.
Наши ученые давно установили  и  доказали,  что  предки  народа  Ян-Ях
явились  с  Белых  Звезд,  чтобы  покорить  природу  забытой планеты и
устроить здесь жизнь, полную счастья и покоя..."
      Чеди Даан,  увлекшаяся  нелепой  речью  оратора,  произносимой с
непривычным для землян пафосом, голосом то дрожащим, то срывающимся на
крик,  не  заметила,  как  за ее спиной появилась Фай Родис и включила
переводную машину.  Но  даже  та  не  смогла  найти  эквивалента  слов
"гнусный", "шайка", "воры", "дрянной", "кощунство". Родис удалилась за
справками,  а Чеди,  иногда прибегая к  дифференциальному  увеличению,
продолжала всматриваться в толпу - молодые лица, только молодые, с тем
непроницаемым и  отгороженным  от  мира  выражением,  какое  бывает  у
фанатиков или у тупых, равнодушных людей.
      Внезапная догадка заставила Чеди включить на сигнальном браслете
вызов Оллы Дез.  Та прибежала, раскрасневшаяся, после отражения атаки,
произведенной на нее сразу Вир Норином,  Тивисой и Неей  Холли  за  ее
романтическую  приверженность  к  "владыкам".  Вслед  за ней вошла Фай
Родис,  неся листок только что выкопированного из "звездочки"  словаря
древних понятий.
      - Нашли загадочные слова? - не утерпела Чеди, как ни хотелось ей
высказать собственную догадку.
      - Ругань,  то есть слова  на  низком  уровне  развития  психики,
считающиеся оскорбительными для тех, кому адресованы.
      - Зачем? Ведь они ничего не знают о нас!
      - Они  применяют  методы  проникновения в психику человека через
подсознание,  в свое  время  запрещенные  у  нас  законом,  но  широко
использовавшиеся   в   демагогии   фашистских   и  лжесоциалистических
государств ЭРМ.  Страшный преступник Гитлер,  расценивавший свой народ
как   стадное   сборище   обезьян,   действовал  в  точности  как  эти
тормансианские ораторы. Он вопил, орал, багровел в яростных припадках,
извергая   ругань   и   слова  ненависти,  заражая  толпу  ядом  своих
несдержанных эмоций.  "В толпе инстинкт выше всего,  а из него выходит
вера"   -   вот  его  слова,  использованные  позже  в  олигархическом
лжесоциализме Китая.  С противниками не спорят.  На них кричат, плюют,
бьют,  а при надобности уничтожают физически.  Вы сами видите, что для
ораторов Торманса нет ничего,  кроме  вбитых  в  голову  понятий.  Они
обращаются  не к здравому смыслу,  а к животному безмыслию,  так пусть
вас не смущает эта ругань -  она  всего  лишь  прием  в  разработанной
системе обмана народа.
      Чеди встала и прошлась перед  стеной  экранов  и  пультов,  сжав
кулачки от нетерпения.
      - А я,  кажется, поняла,- медленно заговорила она,- даже позвала
Оллу, прежде чем вы пришли,- для эксперимента...
      Родис и Олла выжидательно смотрели на Чеди.
      - У  них  существует  вторая  сеть  всепланетных  новостей.  Та,
которую мы ежедневно принимали,  контролируется и фильтруется,  так же
как  и  наша  Мировая Сеть.  Но если мы делаем это для отбора наиболее
интересного и  важного,  подлежащего  первоочередному  оповещению,  то
здесь это делается с совершенно другими целями.
      - Понимаю,- кивнула Фай Родис,- показать только  то,  что  хотят
правители   Торманса.   Подбором   новостей   создается  "определенное
впечатление". А может быть, создаются и сами "новости".
      - Без   сомнения,   так.   Я   догадалась,   когда  смотрела  на
"негодование" народа.  Группы людей,  которые высказываются  абсолютно
одинаково,  с  наигранным рвением.  Они подобраны в разных городах.  А
подлинного обзора людей и мнений мы не  видим,  как  не  видит  его  и
население планеты.
      - Если так...- начала Фай Родис.
      - Должна  существовать  другая  сеть,-  продолжала Чеди.- По ней
идет подлинная информация.  Правители не смотрят на фальшивку.  Это не
только бесполезно, но и опасно для управления.
      - И вы хотите настроиться на вторую сеть?  - спросила Олла Дез.-
Есть соображения о ее параметрах?
      - Помните, мы поймали ночные рапорты обсерваторий?
      Олла Дез  склонилась над аппаратом волнового разреза,  и стрелки
его индикаторов ожили, прощупывая каналы передач.
      Фай Родис  обняла Чеди за плечи и слегка прижала к себе.  Обе не
отрываясь  смотрели  на  слепой  экран.  Проплывали   и   стремительно
проносились   размытые  контуры  или  просверки  четких  линий.  Через
несколько минут громкая речь зазвучала одновременно  с  появлением  на
экране обширного помещения, заставленного рядами столов с развернутыми
на них таблицами и  чертежами.  Совсем  непохожие  на  буйствующих  на
улицах  люди  в коричневых и темно-серых одеждах собрались в кружок на
заднем плане. Они были намного старше экзальтированной молодежи.
      "Не понимаю  этой  паники,-  говорил один в центре собравшихся.-
Надо бы принять звездолет.  Подумать только, как много мы можем узнать
от  них,  очевидно,  людей  более  высокой культуры и столь похожих на
нас..."
      "В этом-то  и  дело,-  перебил  другой,-  но как же быть с мифом
Белых Звезд?"
      "Кому он нужен сейчас?" - сердито нахмурился первый.
      "Тем, кто твердил о непреложности истины  в  книгах  величайшего
гения  Цоама,  доставленных  с  Белых Звезд.  А если мы с планеты этих
пришельцев и там все так изменилось, тогда..."
      "Довольно! У   Четырех   везде  глаза  и  уши,-  прервал  первый
говоривший,- молчим".
      Будто по  сигналу,  люди  разошлись  по своим местам за столами.
Глаз телекамеры переключился на лабораторию  с  аппаратурой  и  стеной
сетчатых  клеток,  в  которых  копошилось  нечто  живое.  Здесь стояли
пожилые люди в желтых халатах  и  разговор  тоже  велся  о  звездолете
землян.
      "Необычайное наконец случилось,-  сказала  женщина  с  забавными
косичками,  на Земле годившимися для девочки.- Тысячелетия мы отрицали
разумную  жизнь  с  высокой  культурой  вокруг  нас  или  считали   ее
величайшей редкостью.  В Век Мудрого Отказа прилетал один звездолет, а
теперь появился второй, да еще с нашими прямыми родственниками. Как же
можно его не принять!"
      "Шш! - совершенно по-земному дал знак молчания старый,  согнутый
возрастом  тормансианин.-  Там,- он поднял палец вверх,- еще ничего не
сказали".
      И опять   по   безмолвной   команде   люди   разошлись.   Камера
переключилась на высокий зал  с  огромными  столбообразнымй  машинами,
трубами и котлами.  И вдруг все погасло. Синий глазок приемника потух,
зеленоватое  свечение  озарило   окно   фильтратора,   и   послышалась
взвизгивающая тормансианская речь.  Земляне, задержавшиеся в столовой,
поспешили присоединиться к наблюдателям.
      "Пришельцам чужой   планеты.  Пришельцам  чужой  планеты.  Совет
Четырех  вызывает  вас  для  переговоров.  Вступайте  в   двустороннюю
видеосвязь по особому каналу. Техник пояснит способ включения!"
      Темный стереоэкран загорелся вновь.  В тесной камере, похожей на
обычную  автоматическую  установку  ТВФ,  сидел пожилой тормансианин в
голубом.  Он начал говорить в маленький  рупор  перед  собой,  пытаясь
объяснить   землянам   параметры  особой  линии.  Олла  Дез  мгновенно
подключила  уже  настроенный  ТВФ  "Темного   Пламени".   Тормансианин
откинулся  назад  и  замер от удивления,  увидев на своем экране людей
звездолета.
      - Звездолет "Темное Пламя" к переговорам готов,- с чуть заметной
ноткой   торжества   сказала   Олла   Дез,   немного   спотыкаясь   на
тормансианском произношении.
      Техник в голубом наконец оправился от неожиданности и проговорил
что-то приглушенное и неразборчивое в кубик на гибкой ножке,  выслушал
ответ и поднял побледневшее лицо.
      - Приготовьтесь.  Выберите среди вас умеющего хорошо говорить на
языке Ян-Ях и знающего  слова  почтения.  Переключаю  вас  на  Обитель
Совета Четырех!
      На экране  появилась  огромная  комната,   вся   задрапированная
вертикальными  складками  тяжелой  ткани  густого  малахитово-зеленого
цвета.  На переднем плане стоял круглый стол с массивными, украшенными
резьбой  ножками  в  форме  когтистых  лап.  На  столе  одиноко  лежал
бледно-голубой опалесцирующий шар.  Четыре кресла из  той  же  зеленой
ткани стояли на ярком солнечно-желтом ковре. На задней стене виднелась
астрономическая карта, слабо светившаяся над черным шкафом с дверцами,
украшенными  пестрыми  и  тонкими  рисунками.  На шкафу горела высокая
лампа с   бледно-голубым   абажуром,   окаймленным   зеленой  полосой,
бросавшая свет на четырех людей, с неприличной важностью развалившихся
в креслах.  Трое скрывались в тени,  впереди сидел худощавый и высокий
человек в белой накидке,  с обнаженной  головой  и  торчавшими  ежиком
серо-черными  волосами.  Жесткий  рот  не  гармонировал с притупленным
коротким носом, а проницательные узкие глаза - с высоко поднятыми, как
бы в усилии сообразить, бровями. Но Олла Дез могла быть довольна. Чойо
Чагас производил впечатление властелина и, несомненно, был им.
      Фай Родис,  по-прежнему в своем красно-оранжевом платье, ступила
на  круг  главного фокуса.  Чойо Чагас выпрямился и долго рассматривал
женщину Земли.
      - Я  приветствую  вас,  хотя  вы  явились без спроса!  - наконец
сказал он.
      "Для того   чтобы  запросить  "приглашение"  и  получить  ответ,
потребовалось бы несколько тысяч лет!" - подумала  Родис,  и  губы  ее
дрогнули в еле заметной усмешке,  вызвавшей столь же быструю реакцию -
брови владыки немного сдвинулись.
      - Пусть   тот,   кто   у   вас  владычествует  и  кому  поручено
представлять  правителей  вашей  планеты,  объяснит  цель   прибытия,-
продолжал он.
      Фай Родис кратко и точно рассказала об экспедиции, об источниках
сведений о планете Ян-Ях и истории исчезновения трех звездолетов Земли
в самом начале ЭМВ. Чойо Чагас бесстрастно слушал, отвалившись назад и
положив  на  мягкую  подставку ноги,  обтянутые белыми гетрами.  И чем
надменнее становилась его поза,  тем яснее  читали  земляне  смятение,
происходившее в душе председателя Совета Четырех.
      - Я не уяснил себе,  от чьего имени вы говорите,  пришельцы. Все
вы  чересчур  молоды!  -  сказал Чойо Чагас,  едва Родис окончила свое
сообщение с просьбой принять "Темное Пламя".
      - Мы  люди Земли и говорим от имени нашей планеты,- ответила Фай
Родис.
      - Я вижу, что вы люди Земли, но кто велел вам говорить так, a не
иначе?
      - Мы  не  можем  говорить  иначе,-  возразила  Родис,-  мы здесь
частица человечества.  Каждый из людей Земли говорил бы то  же  самое,
только, может быть, в других выражениях или яснее.
      - Человечество? Это что такое?
      - Население нашей планеты.
      - То есть народ?
      - Понятие народа у нас было в древности, пока все народы планеты
не слились в одну семью.  Но если пользоваться этим  понятием,  то  мы
говорим от имени единого народа Земли.
      - Как может народ говорить помимо законных правителей? Как может
неорганизованная  толпа,  тем  более простонародье,  выразить единое и
полезное мнение?
      - А  что  вы  подразумеваете  под  термином  "простонародье"?  -
осторожно спросила Фай Родис.
      - Неспособную  к высшей науке часть населения,  используемую для
воспроизводства и самых простых работ.
      - У нас нет простонародья,  нет толпы и правителей. Законно же у
нас лишь желание человечества,  выраженное через суммирование  мнений.
Для этого есть точные машины.
      - Я не уяснил себе,  какую  ценность  имеет  суждение  отдельных
личностей, темных и некомпетентных.
      - У нас нет  некомпетентных  личностей.  Каждый  большой  вопрос
открыто  изучается  миллионами  ученых  в  тысячах научных институтов.
Результаты доводятся до всеобщего сведения.  Мелкие вопросы и  решения
по  ним  принимаются  соответствующими  институтами,  даже  отдельными
людьми, а координируются Советами по главным направлениям экономики.
      - Но есть же верховный правящий орган?
      - Его нет. По надобности, в чрезвычайных обстоятельствах, власть
берет  по  своей  компетенции  один из Советов.  Например,  Экономики,
Здоровья,  Чести и  Права,  Звездоплаванья.  Распоряжения  проверяются
Академиями.
      - Я вижу у вас опасную анархию и сомневаюсь,  что общение народа
Ян-Ях с вами принесет пользу.  Наша счастливая и спокойная жизнь может
быть нарушена...  Я отказываюсь принять  звездолет.  Возвращайтесь  на
свою планету анархии или продолжайте бродяжничать в безднах вселенной!
      Чойо Чагас  встал,  выпрямился   во   весь   рост   и   направил
указательный палец прямо в Фай Родис.  Три других члена Совета Четырех
вскочили и дружно  вскинули  руки  с  ладонями,  направленными  ребром
вперед, - жест высшего одобрения и восторга на Тормансе.
      Побледнев, Фай Родис тоже простерла  вперед  руку  успокаивающим
жестом Земли.
      - Прошу вас еще несколько минут подумать,  - звонко сказала  она
Чойо  Чагасу.-  Я  вынуждена  связаться  с нашей планетой,  прежде чем
начать решительные действия...
      - Вот  и  обнаружилось  истинное  лицо пришельцев!  - Чойо Чагас
картинно повернулся к своим соратникам.- Какие решительные действия? -
Он грозно сощурил свои узкие глаза.
      - Смотря по тому, какие мне разрешит Земля! Если...
      - Но  как  вы  сможете  связаться?  -  нетерпеливо  прервал Чойо
Чагас.- Вы только что говорили о недоступности расстояния. Или все это
обман?
      - Мы никогда  никого  еще  не  обманывали.  В  крайних  случаях,
израсходовав  огромную  энергию,  можно  пронзить  пространство прямым
лучом.
      Спутники Фай Родис переглянулись с изумлением. Чеди Даан открыла
было рот, Гриф Рифт сдавил ее плечо, глазами приказывая молчать.
      Олла Дез   невозмутимо   подошла  к  Родис,  и  взгляды  четырех
правителей сосредоточились  на  новой  представительнице  Земли.  Олла
подала  Родис  обыкновенный  микрофон для переговоров внутри корабля и
перевела  раму  ТВФ  на  экран  в  глубине  зала,  где  обычно  экипаж
звездолета  смотрел  взятые  с  Земли  стереофильмы и эйдопластические
представления.  Для  звездолетчиков  не  осталось  сомнения,  что  обе
женщины действуют по заранее согласованному плану.
      Фай Родис принялась вызывать в  микрофон  Совет  Звездоплавания.
Короткие  и  мелодичные слова земного языка звучали для тормансиан как
заклинания.  Четверо владык остались стоять вне  света  лампы,  и  Фай
Родис не могла уследить за выражением их темных лиц.
      На экране,  совсем реальные в трехмерной пластике и естественных
цветах,  появились люди Земли.  В большом зале шло заседание одного из
Советов, по-видимому, отрывок из хроники.
      Чеди Даан резко освободила плечо от пальцев Гриф Рифта.
      - Недостойный обман!  - громко  произнесла  она.
      Фай Родис не дрогнула, а продолжала, склоняясь вперед и не сводя
глаз с владык Торманса:
      - Перевожу свои вопросы Земле на  язык  Ян-Ях!  -  И  она  стала
говорить  попеременно  то  на  земном,  то  на  тормансианском языке.-
Уважаемые члены Совета,  я вынуждена просить  разрешения  чрезвычайных
мер.  Правители  Торманса,  не выяснив мнения и вопреки желанию многих
людей планеты, отказались принять наш звездолет по мотивам ошибочным и
ничтожным...
      - Ложь!  Разве  вы  не  видели  по  всепланетным передачам,  как
негодует народ и требует,  чтобы вас не только не  пускали  к  нам,  а
попросту уничтожили? - повелительно перебил Чойо Чагас.
      - Мы включились в вашу особую сеть и видели другое,- невозмутимо
парировала Родис и продолжала: - Поэтому я прошу позволить нам стереть
с лица планеты главный город -  центр  самовластной  олигархии  -  или
произвести всепланетную наркотизацию с персональным отбором.
      Чойо Чагас присел на  край  стола,  а  трое  остальных  ринулись
вперед, размахивая руками.
      Олла Дез незаметно передвинула кадры эйдопластики. На экране ТВФ
председатель  Совета  энергично  заговорил,  указывая на карту вверху.
Члены  Совета  утвердительно  закивали.   Шло   обсуждение   постройки
тренировочной  школы  для  будущих  исследователей Тамаса.  Со стороны
можно было подумать, что Фай Родис получила необходимое разрешение.
      - Неслыханно!  Я  больше не могу!  - Чеди Даан выбежала из зала,
бросилась в свою каюту и заперлась там, жестоко страдая.
      Следом за  ней двинулись Гэн Атал,  Тивиса и Мента Кор,  но были
остановлены повелительным тоном речи Фай Родис:
      - Я  получила  разрешение на чрезвычайные действия.  Прошу снова
подумать.  Буду  ждать  два  часа  по  времени   Ян-Ях.-   Фай   Родис
повернулась, чтобы выйти из главного фокуса.
      - Стойте!  - крикнул Чойо Чагас.- На какое действие вы  получили
разрешение?
      - На любое.
      - И что решили?
      - Пока ничего. Жду вашего ответа.
      Родис погасила обратную связь ТВФ, оставив владык Торманса перед
темным экраном их секретной сети. Они не догадались сразу выключиться,
и  земляне  могли  несколько  минут  наблюдать  их  спор  и  суетливые
испуганные жесты.
      - Положение опасно! - говорил горбоносый тормансианин с круглыми
и выпуклыми глазами,  как позднее узнали земляне, первый помощник Чойо
Чагаса Ген Ши.- Могущество пришельцев несомненно.
      - Как бы они ни лгали,  звездолет обладает огромной силой и, без
сомнения,  могущественным  оружием.  Без  него  никто не пустился бы в
дальние  пути  к  неведомым  планетам,-  бубнил  Зетрино  Умрог,-   но
звездолет, севший на планету...
      - Это совсем другое!  - сказал Чойо Чагас  и  что-то  крикнул  в
сторону. Экран выключился.
      Родис устало  опустилась  в  кресло  и  несколько  раз   провела
ладонями  по  лицу и волосам снизу вверх,  как бы умываясь.  Гриф Рифт
молча протянул бокал КМТ, и она приняла его с благодарной улыбкой.
      - Представление  получилось  блестящее!  - довольно сказала Олла
Дез и прорвала плотину негодующего молчания.
      - Недостойно!  Стыдно!  Люди  Земли не должны разыгрывать лживые
сцены и пускаться  в  обман!  Никогда  не  ожидали,  что  глава  нашей
экспедиции  способна на бессовестный поступок!  - наперебой заговорили
Тивиса Хенако,  Мента Кор, Гэн Атал и Тор Лик. Даже твердокаменный Див
Симбел осуждающе смотрел на Фай Родис,  в то время как Нея Холли,  Вир
Норин, Соль Саин и Эвиза Танет не скрывали своего восхищения ею.
      Фай Родис отставила бокал,  встала и подошла к товарищам. Взгляд
ее зеленых, больших, даже для женщины ЭВР, глаз был печален и тверд.
      - Мнения  о моем поступке разделились у вас почти надвое - может
быть,  это свидетельство его правильности...  Не нужно  оправдания,  я
ведь сама сознаю вину.  Опять перед нами, как тысячи раз прежде, стоит
все  тот  же  вопрос:  вмешательства  -  невмешательства  в   процессы
развития,  или, как говорили прежде, судьбу, отдельных людей, народов,
планет.  Преступны навязанные  силой  готовые  рецепты,  но  не  менее
преступно  хладнокровное  наблюдение  над  страданиями миллионов живых
существ - животных ли,  людей ли.  Фанатик или  одержимый  собственным
величием  психопат  без  колебания  и  совести  вмешивается во все.  В
индивидуальные судьбы,  в исторические пути народов,  убивая направо и
налево  во  имя  своей  идеи,  которая  в огромном большинстве случаев
оказывается порождением недалекого ума и больной воли  параноика.  Наш
мир  торжествующего  коммунизма очень давно покончил со страданиями от
психических ошибок и невежества власти.  Естественно,  каждому из  нас
хочется помочь тем,  которые еще страдают. Но как не поскользнуться на
применении древних способов борьбы -  силы  обмана,  тайны?  Разве  не
очевидно,  что,  применяя их, мы становимся на один уровень с теми, от
кого хотим спасать? А, находясь на том же уровне, какое право имеем мы
судить,  ибо теряем знание? Так и я сделала один шаг по древнему пути,
и вы сами бросаете мне обвинение в недопустимом поступке.
      Фай Родис  присела  к столу,  по обыкновению подперев подбородок
рукой и вопросительно оглядывая молчавших людей.  Она не  нашла  среди
присутствовавших  Чеди  Даан,  поняла  причину,  и  глаза ее стали еще
печальнее.
      - Разве  можно  полностью отвергать вмешательство,- спросил Гриф
Рифт,- если с детских лет - и во  всей  социальной  жизни  -  общество
ведет людей по пути дисциплины и самоусовершенствования?  Без этого не
будет человека.  Шаг выше, к народу - совершенствование его социальной
жизни,  а затем и совокупности народов,  целой страны или планеты. Что
же такое ступени к  социализму  и  коммунизму,  как  не  вмешательство
знания в организацию человеческих отношений?
      - Да,  это так,  но если оно создается  изнутри,  а  не  извне,-
возразил  Тор  Лик,-  здесь  же мы чужие,  пришельцы из совсем другого
мира.
      - Не чужие! Мы дети Земли, и они тоже! - воскликнула Нея Холли.
      - Около двух тысячелетий они шли сами,  без нас.  И  у  нас  нет
чести  и  права  теперь  рассматривать  тормансиан  как  своих,- резко
возразила Тивиса.
      - Может  ли  биолог  и  антрополог судить столь поверхностно?  -
поморщилась Эвиза Танет.- Две тысячи лет без нас,  а миллионы с нами и
весь последний,  самый трудный путь от варварства и феодализма до ЭМВ.
Все жертвы,  кровь,  слезы и горе великого пути с нами!  Какие же  они
чужие?  Разве вы забыли, что человек - это кульминация трех миллиардов
лет естественного отбора,  слепой игры на выживание,  инферно,  завесу
над   которым   впервые   приподнял  Дарвин.  Мы  связаны  через  гены
исторической преемственностью со всей животной жизнью  нашей  планеты,
и, следовательно, тормансиане тоже. Разве мы можем отказаться от своих
корней,  как то по неизвестным нам причинам сделали предки современных
обитателей Ян-Ях? Давно уже, как и мы, они знали, что человек погружен
в неощутимый океан  мысли,  накопленной  информации,  который  великий
ученый  ЭРМ  Вернадский  назвал  ноосферой.  В  ноосфере  - все мечты,
догадки,  вдохновенные идеалы тех,  кто  давно  исчез  с  лица  Земли,
разработанные   наукой   способы   познания,   творческое  воображение
художников,  писателей,  поэтов всех народов и веков.  Мы  знаем,  что
человек Земли в своей психике почерпнул огромную силу, реализовавшуюся
в построении коммунистического общества: удивление и преклонение перед
красотой,  уважение,  гордость,  творческую веру в нравственность,  не
говоря уже об основе основ - любви.  То,  что тормансиане прервали эту
преемственность,-  ненормально.  Нет ли здесь нарушения первого закона
Великого Кольца - свободы информации?  Если есть,  то,  вы знаете,  мы
полномочны на самое суровое вмешательство...
      - Убедительно! - сказал Соль Саин.
      - И  все  же  это не оправдание методов древности!  - сказал Тор
Лик.
      - Не  оправдание,  я  уже  сказала,-  ответила  Фай  Родис.-  Но
представим себе чашу весов.  Бросим на одну возможность  помочь  целой
планете,   а  на  другую  -  лживую  комедию,  разыгранную  мною.  Что
перевесит?
      - Нечего спорить,- согласилась Мента Кор,- но существо дела не в
соотношении добра и зла,  горя  и  радости,  которые,  как  мы  знаем,
абсолютны лишь в мере,  а не в сравнении.  Зерно опасности здесь,  как
понимаю, в уровне поступка, ибо, ступив на путь лжи и запугивания, где
определить меру и ту грань, дальше которой нельзя идти, не падая?
      - Мента,  вы  очень  точно  выразили  общее  мнение,  -  сказала
внезапно  появившаяся в зале Чеди Даан,  - ложь вызовет ответную ложь,
испуг - ответные попытки устрашения,  для  преодоления  которых  нужны
новые обманы и застращивания, и все покатится вниз неудержимой лавиной
ужаса и горя.
      - Я   убеждена,   что   сущность  противоречия  вы  формулируете
правильно,  но эти последние ступени пока далекая абстракция,- сказала
Фай Родис.
      Синий глазок  потух.  Планета  Ян-Ях  вызывала  "Темное  Пламя".
Засветились экраны на корабле и в Обители Совета Четырех.
      Чойо Чагас сидел, неестественно прямо, скрестив на груди руки, и
смотрел на землян в упор.
      - Я разрешаю посещение планеты и приглашаю быть  моими  гостями.
Через сутки будет подготовлено и указано место посадки корабля.
      Фай Родис,  встав,  поклонилась,  вложив  в  это  движение  едва
заметное кокетство и женскую насмешливость.
      - Благодарю вас от имени  Земли  и  моих  спутников.  Спешить  с
посадкой  нет  необходимости.  Мы должны пройти иммунизацию,  чтобы не
занести вам  тех  болезнетворных  начал,  против  которых  у  вас  нет
антител,  и создать иммунитет для себя. Теперь, получив разрешение, мы
возьмем пробы земли, воды и воздуха...
      - Не садясь?
      - Да,  для этого есть аппараты  -  у  нас  их  зовут  чиркающими
ракетами.  Думаю,  что  дней  через  десять мы будем готовы к посадке.
Кроме того...- Фай Родис на секунду запнулась.
      - Кроме того? - остро блеснули глаза Чойо Чагаса.
      - Я вызову второй звездолет.  Он  будет  обращаться  по  высокой
орбите вокруг Ян-Ях, ожидая нас,- на случай аварии нашего звездолета.
      - Неужели водители кораблей Земли так неискусны?  -  раздраженно
сказал  Чойо  Чагас,  в  то  время как члены Совета Четырех обменялись
обескураженными взглядами.
      - Путешественники  космоса,  или бродяги вселенной,  как назвали
нас Стражи Неба, должны быть готовы к любым случайностям,- подчеркнула
последнее слово Фай Родис.
      Владыка Торманса нехотя кивнул, и телеаудиенция окончилась.  
              Читать  дальше  ...   

***

Час 001

Час 002 

Час 003

Час 004 

Час 005 

Час 006 

Час 007 

Час 008 

Час 009

Час 010

Час 011

Час 012

Час 013 

 Час 014 

Час 015 

Час 016 

Час 017 

Час 018 

Час 019

Час 020 

Час 021 

Час 022 

Час 023 

Час 024 

Час 025 

Час 026 

Час 027

 Час 028 

***

***

  ОГЛАВЛЕНИЕ
Главные действующие лица
Пролог

Глава I. Миф о планете Торманс
Глава II. По краю бездны
Глава III. Над Тормансом
Глава IV. Отзвук инферно
Глава V. В садах Цоам
Глава VI. Цена рая 
Глава VII. Глаза Земли
Глава VIII. Три слоя смерти
Глава IX. Скованная вера
Глава X. Стрела Аримана
Глава XI. Маски подземелья
Глава XII. Хрустальное окно
Глава XIII. Кораблю - взлет!
Эпилог          

***

***

Час Быка
Иван Антонович Ефремов   
 

*** Источник : http://booksonline.com.ua/view.php?book=16347&page=83  ***

ПОДЕЛИТЬСЯ

 

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

   Антиутопия Джордж Оруэлл. 1984.  018 

***

  

Антиутопия 001. Джордж Оруэлл. 1984    

***

***

***

***

***

Просмотров: 306 | Добавил: iwanserencky | Теги: Роман, Таис Афинская, общество, слово, будущее, антиутопия, древняя Греция, текст, литература, из интернета, Иван Ефремов, Чойо Чагас, проза, писатель, Фай Родис, фантастика, Час Быка | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: