***

Глава 6

— Валера! — ошарашенно пролепетал я, осознав, что не только забыл о нем, но еще и соскучился.
Тем временем Валера доскакал до меня, люто мяукнул, со скоростью торпеды вскарабкался по штанине наверх и застыл где-то в районе колена, глубоко воткнув когти в ткань.
— Валера, мне вообще-то больно, — заметил я, поморщившись.
— Он не хотел есть! — наябедничал правдолюбивый Степан. — Сидел только все время и на дверь смотрел. А когда слышал чьи-то шаги, вскакивал и мяукал. Заколебал уже!
— Ты зачем вскакивал и мяукал, Валера? — строго спросил я животное и добавил еще более свирепым голосом: — Ты зачем Степана заколебал?
Но Валера не отвечал. Он был занят — продолжал висеть. И лишь счастливо выдохнул и затих, притворившись, что это вообще не он.
Отдирали от штанов мы его всем нашим небольшим коллективом.
— Пипец твоим штанам, — грустно констатировала Татьяна, глядя на затяжки.
— Да уж, — согласился я, тоже грустно.
И только Степан был еще менее оптимистичен:
— А как я штаны порвал, так меня в угол сразу! — возмущенно проворчал он при виде такой социальной несправедливости и скрылся у себя в комнате.
Видимо, демарш Степки что-то переключил в голове Танюхи, потому что она вдруг тоже слегка взбунтовалась:
— Знаешь, Серега, я завтра, наверное, не пойду с тобой бегать в шесть утра.
— Пойдешь со мной в семь утра? Или в восемь?
— Нет, вообще не буду бегать так рано, — выпалила она. — Я потом весь день вареная хожу, не высыпаюсь. Лучше я днем, пока Степан будет в школе, сама побегаю. И в плане своем так и напишу.
— Так ты об этом хотела поговорить, когда записку оставила?
— Ну.
— А что же ты раньше молчала? — усмехнулся я. — Хорошо, Танюх, без вопросов. Можно вообще делить. Скажем до обеда погулять полчаса, потом после или вечером. Главное, подруга, двигаться. А когда это делать — дело десятое.
Тем временем в коридоре появился Степка. Он, демонстративно игнорируя нас, выволок коробочку Валеры и снова ушел к себе. Молча.
Но Валера в коробочку категорически не хотел. Он поднял такой ор, что пришлось нести его домой так. А коробку — отдельно.
Дома демарш продолжался — Валера отказался сидеть в гетто. Бунтовал изо всех сил. А когда я, наплевав на педагогические принципы, взял его за шкирку и посадил туда — поднял такой ор, что я мысленно посочувствовал Степану.
А сам заварил себе во френч-прессе травяной чай. Дав ему настояться, с удовольствием выпил чашечку и приступил к приготовлению обеда из замороженного хека, который вполне мог стать и ужином — я всегда был сторонником нормального трехразового питания, вопреки модным бредням про дробные порции. В интернете когда-то советовали есть пять-шесть раз в день маленькими порциями, мол, разгоняешь метаболизм. Чушь собачья!
Ведь чем обычно перекусывают? Всякими снеками, батончиками, сэндвичами, печенюшками, а это углеводы, с ними ведь каждый перекус ведет к скачку глюкозы. За ним следует выброс инсулина, и эти постоянные скачки рано или поздно приводят к инсулинорезистентности. А та развивается в метаболический синдром, который резко повышает риск серьезных заболеваний. Реально серьезных. Таких, от которых быстро умирают.
Но даже если не доводить до такого, при инсулинорезистентности клетки перестают слушаться гормона, отсюда все остальное: тяга к сладкому, дневная сонливость, туман в голове, набор веса, и человек даже просыпается утром неотдохнувшим, как будто не спал вовсе.
А еще важно питаться в одно и то же время, потому что наше тело любит расписание. Если питание стабильно, гормоны начинают выделяться заранее — желудок готовится, ферменты синхронизируются. Завтракать, кстати, желательно в течение часа после пробуждения, чтобы настроить метаболизм: утренний прием пищи задает ритм дня и включает обмен веществ.
В общем, знаю и по себе, и по пациентам, и по научным исследованиям, что часто достаточно просто наладить питание, отрезав перекусы, чтобы уже через неделю ощутить прилив сил и вторую молодость. Да, будет хотеться сладкого, пока не наладятся нормальные процессы, но недолго. И та же Танюха скоро в этом сама убедится.
С этими мыслями я поставил жариться на одну сковородку филе хека, разогрел другую с тремя ложками оливкового масла, высыпал туда замороженные овощи прямо из пакета: брокколи, цветную капусту, кабачок, горошек и фасоль. Помешал деревянной лопаткой с отломанным краем, добавил соли и перца, накрыл крышкой.
На второй сковороде зашипело филе хека, я полил его лимонным соком и обсыпал сухим укропом и чесноком. От смачного рыбного запаха даже голосящий Валера замолчал на секунду, принюхиваясь, но быстро вспомнил о своем возмущении и продолжил подавать мне жалобы в устной форме.
Минут через семь рыба была готова. Я переложил ее на тарелку вместе с тушеными овощами. Навскидку оценил калораж: триста пятьдесят, может, четыреста килокалорий, причем граммов сорок пять белка. Хватит и на обед, и на ужин.
Небольшой кусочек рыбы я размял и вместе с кормом поставил перед котенком. В его же коробке.
Однако страшный зверь есть отказался и продолжал голосить.
Тогда я сел напротив орущей коробочки на табуретку, печально вздохнул и сказал:
— Валера! Угомонись уже. Пожалуйста. Поговорить надо.
Валера заткнулся и посмотрел на меня одним глазом. Скептически так посмотрел. А второй прикрыл, видимо, изображая Кутузова.
— Короче, слушай сюда, Валера, — строго сказал я, — сообщаю по-хорошему. У тебя еще карантин не окончен. Стригущий лишай — это не шутки. Мы основные очаги уже купировали, но лечение надо зафиналить, это я тебе как врач говорю, путь и уволенный.
Валера молча слушал, и по его продувной морде было совершенно неясно, что он обо всем этом думает.
А я продолжил воспитательный процесс:
— То, что я тебя пожалел и забрал из помойки, совершенно не означает, что ты тут теперь будешь мне диктовать условия.
Судя по тому, что одно ухо Валеры дернулось, он был со мной категорически не согласен, хотя от дискуссии пока воздержался.
Тем временем я продолжил развивать педагогическую мысль:
— Более того, я тебе сообщаю, хоть и не скрывал с первых часов нашего знакомства, что ты здесь находишься на временных условиях. Как только вылечишься, я найду тебе хороших хозяев, и ты переедешь в более подходящие условия. Понял?
Валера ответить не успел — в дверь позвонили.
Чертыхнувшись (мысленно, но тем не менее, ведь не дали закончить воспитательный процесс), я пошел открывать. И что обидно, мы с Валерой так и не пришли ни к какому консенсусу.
Недоумевая, кто бы это мог быть, и томясь холодным предчувствием, а вдруг это опять от Михалыча пришли долбаные коллекторы-мордовороты, я открыл дверь.
К моему счастью, там стояла соседка.
— Как вы, Алла Викторовна? Я к вам эти дни не заглядывал, но Татьяна говорила, что вам уже вроде легче. Стучался разок… — Я вспомнил, как надеялся, что она видела того, кто наложил мне под дверь. — Но вы не открыли.
— Да, да, я прохожу лечение, мне ставят капельницы, — отмахнулась она, — все нормально, за это не беспокойся. Я по другому поводу пришла.
— Проходите, Алла Викторовна.
Я посторонился, гостеприимно пропуская ее в квартиру.
Соседка вошла не чинясь и с любопытством принюхалась, осмотрелась и с удивлением констатировала:
— Да ты прям чистоту навел, Сережа!
— А то! Как видите, — хвастливо сказал я, но потом все-таки совесть взыграла, не смог быть таким хвастуном и задавакой, поэтому, как честный и порядочный человек, признался: — Это Татьяна помогла.
— У вас что-то намечается? — Соседка лукаво посмотрела на меня. — Мне говорили, что вы вдвоем по утрам домой из парка возвращаетесь. Вас уже не раз видели. Два раза!
— Да быть такого не может, — удивился я, потому что бегали мы с Танюхой пока только один раз. — И кто такое говорит?
— Доброжелатели, — фыркнула Алла Викторовна. — Плюнь ты на них, просто скажи, что у вас с ней?
— Да всяко бывает, — пожал я плечами. Как-то не хотелось оправдываться, да и за что? — Она женщина молодая, одинокая, да и я тоже холостяк. Почему бы и не прошвырнуться с утреца из парка домой?
— Ох, смотри, Сережа, женят тебя, — покачала головой Алла Викторовна. — Девка она непростая, хоть с виду дура дурой, а она ведь совсем не простая.
— В каком смысле? — сказал я. — Подлая? Злая? Врет? Ну, что гуляет — это вряд ли. А в чем дело?
— Да нет, сам увидишь, — обошла стороной скользкую тему Алла Викторовна, но потом, увидев мое удивленное лицо, пояснила: — Просто если у вас сейчас отношения и я что-то плохое скажу, то буду виновата. Ты же сам знаешь, ночная кукушка дневную всегда перекукует.
Я посмотрел на нее внимательнее. Что-то в ее голосе меня насторожило — неуверенность, тревога.
Система отреагировала мгновенно:

Сканирование завершено.

Объект: Драч Алла Викторовна, 65 лет.

Доминирующие состояния:

— Тревога преждевременная (82%).

— Вина за недостаточность помощи (75%).

— Забота искренняя (материнская) (61%).

Дополнительные маркеры:

— ЧСС повышена (волнение).

— Избегание прямого взгляда.

— Поза защитная (руки сложены на груди), но корпус наклонен вперед (желание помочь).

«У-у-у, как все запущено», — мысленно простонал я, понимая, что она пришла не просто так и новости будут неприятные. И не в Танюхе дело.
Но вслух сказал:
— И правильно, Алла Викторовна. Так зачем вы пришли и что хотели, рассказывайте. Может, давайте пройдем на кухню и попьем чайку?
— От чая я бы не отказалась, — сказала Алла Викторовна, — но понимаешь… уже позднее время, и если сейчас выпью чашечку, то потом спать не буду. Возраст.
Я понимал. Тоже такой был и, когда перешагнул пятидесятилетний рубеж, вдруг обнаружил, что после обеда мне уже ни кофе, ни чая крепкого пить не надо. Иначе до четырех утра буду ворочаться и не усну.
Вспомнилось, как в той жизни наши друзья постоянно брали с собой в баню домашний кофейный скраб — натирались им. Я как-то раз попробовал и больше не рискнул: то ли баня так повлияла, то ли чертов кофеин подействовал через кожу, но у меня бессонница разыгралась. Зачем вообще натирался? Так у нас, мужиков, кожа толще, плотнее, вырабатывает больше сала, поэтому склонна к закупориванию пор и шероховатостям, и скраб помогает убрать омертвевшие клетки и разгрузить сальные протоки, это полезно, но, как и вообще все остальное, в меру.
Сам подивившись такой цепочке воспоминаний, я посмотрел на Аллу Викторовну и сказал:
— У меня есть отличный травяной чай. Я обычно сам его завариваю, получается вкусно и полезно. Хотите?
Глаза Аллы Викторовны заинтересованно блеснули, и она слегка кокетливо сказала:
— Ну, раз доктор считает — не откажусь.
— Считаю, что чаи в принципе полезны, и черный, и зеленый, и ягодно-травяные, — улыбнулся я. — Главное, сочетать правильно и пить то, что именно тебе нужно.
— А мне что нужно? — вздохнула Алла Викторовна, напомнив о своем диабете. — Вряд ли есть травки, что могут помочь.
— Почему же, есть, причем с доказанным наукой эффектом. Имбирь при регулярном приеме в умеренных дозах улучшает гликемию, а корица — чувствительность к инсулину.
На кухне Алла Викторовна осмотрелась и сказала:
— Никогда бы и не подумала, что ты такой чистюля, Сережа.
И тут из-под стола послышался истошный вой.
— Ой, божечки! — аж подпрыгнула от неожиданности Алла Викторовна. — Что это?
— Знакомьтесь, Алла Викторовна, — официальным голосом чопорно сказал я, — это Валера. Моя головная боль.
Головная боль вылез из-под стола и, высоко задрав крысиный хвост, гордо продефилировал к себе в коробочку. На меня при этом он старался не смотреть. Игнорировал, в общем, как мог.
— Ой, какой масипусечка! — елейным голоском моментально засюсюкала соседка.
Я вздохнул. Ну вот почему нормальная женщина, стоит ей увидеть пухлощекого малыша или, не к ночи будь упомянут, котика, моментально превращается в присюсюскивающую дурочку? Куда деваются сила воли, опыт и интеллект? Какая-то мимимимагия.
Но вслух я сказал:
— У него стригущий лишай.
— Ох! — воскликнула Алла Викторовна, которая уже почти протянула руки в сторону Валеры, а тут прям с испугом отдернула. — А зачем ты его сюда притащил?
— А куда б я его притащил? — спросил я, разливая нам чай в чашки. — К вам? Он обитал на помойке, я выносил мусор, и мы там встретились. Ему было холодно, а у меня места много. Так что теперь он здесь.
Алла Викторовна задумчиво хотела что-то сказать, отпила из чашки и ахнула:
— Сережа! Что это за чай, напомни?
— Нравится?
— Прямо ух! — похвалила она и отпила еще. — Прелесть, а не чай, хоть и за душу аж берет.
— Потому что, как я говорил, там имбирь.
— А еще что?
— Угадайте, — усмехнулся я.
— Мяту я ощущаю, — усмехнулась соседка, — и по запаху, и по вкусу. И лимон есть.
— Правильно, — похвалил я. — А еще?
— Эм-м-м… что-то такое знакомое… но не могу понять, что там… — покачала головой Алла Викторовна и попросила: — Еще налей.
— Налью, — кивнул я, — но только одну чашечку, и на этом все. Не от жадности. Этот чай просто мощный лимфодренажный эффект имеет. Для похудения хорошо, и имунку разгоняет отлично. Но, учитывая возраст, вы потом в туалет будете бегать.
— Мочегонный эффект? — догадалась Алла Викторовна. Все-таки она была медсестра.
— Да, там брусничник. Обычно я листья от брусники беру, но когда их нет, и ягоды сойдут. Поэтому на ночь пить его надо умеренно. Лучше с утра. Или в баню. Тогда тоже хорошо.
— И все? — не сдавалась соседка.
— Еще там корица, — сказал я. — Я вам уже говорил, что при диабете она полезна, но женщинам корицу вообще каждый день употреблять надо. Можно с кофе. Да и мужчинам тоже не помешает. И ромашка, потому что к вечеру желательно успокоиться. В целом получается так: имбирь дает противовоспалительный эффект и помогает пищеварению, ромашка успокаивает, мята расслабляет, а про бруснику я уже говорил.
— И все?
— И все, — подтвердил я.
— Странно, ингредиенты вроде простые, а вкус замечательный, — сделала мне комплемент Алла Викторовна.
— Так что вы мне рассказать хотели? — напомнил я, когда, на мой взгляд, долг гостеприимства был выполнен.
— Да тут такое дело… — замялась Алла Викторовна, отхлебнула из чашки еще и сказала со вздохом: — Ты знаешь, Ахметовы на тебя заявление ведь написали и подписи теперь с жильцов собирают. Заявление о выселении.
От удивления у меня аж челюсть отпала.
— В каком смысле?
— Вот в таком. В прямом. Они… решили тебя отсюда выселить…
— С какой стати? — удивился я. — Квартира у меня в собственности.
— Ой ли? — хмыкнула соседка.
Стоп, а ведь Михалыч упоминал, что Серега заложил квартиру. И раз допустил просрочку по коммуналке, то и выплаты по кредиту, скорее всего, тоже. Но в телефоне никаких звонков или сообщений от банка… Странно. Наверное, Серега все же потерял телефон, а номер не восстановил. Или, наоборот, специально сменил, чтобы кредиторы не искали. Надо найти и проверить все документы по этой квартире.
Я покачал головой.
— Все равно это не дает им права.
— Ну вот, видимо, ты им мешаешь, — нахмурилась соседка. — И даже если не смогут выселить, нервы все вытянут.
— Что конкретно они уже сделали?
— Как я и говорила, подписи собирают. Хотят, чтобы ТСЖ и участковый занялись тобой — жалуются на шум, пьянки, мусор. Говорят, ты мешаешь жить. Многие уверены, что тебя через суд могут заставить квартиру продать или признать неблагополучным жильцом. Плюс кредит на тебе висит, все знают, ты же ходил у всех деньги клянчил на него. Хотят и в банк идти жаловаться.
Да что ж такое-то! Похоже, мне придется обойти всех соседей и выяснить, кому и сколько Серега, то есть, уже я, должен.
— Так чем я им могу мешать?
— Здрасьте! Сережа! Забыл, как раньше постоянно буянил? Пьянки, музыка, мусор даже ленился выбрасывать, на площадку выставлял!
— Так то было раньше. Сейчас же я не буяню, и все спокойно, тихо. Уже сколько дней!
— Сколько? — скептически задала риторический вопрос Алла Викторовна. — Никто даже не заметил, как ты изменился, все по инерции думают, что ты такой же. И что возмущает, много кто их поддерживает. Представь себе, что очень много… Гариповы вот, да тот же Брыжжак подписал. И под тобой живут вот эти… молодежь… Ты им там замечания делал, вот они тоже подписались. Ну, в общем, озлобленного народа хватает, так что будь, пожалуйста, осторожен, Сережа, потому что за тобой сейчас глаз да глаз будет.
— Ну, вы-то хоть, Алла Викторовна, не подписали? — печально усмехнулся я.
— Нет, я не подписала, но ты не радуйся: у нас из всего подъезда, может, две-три квартиры только не подписали, — огорошила меня она. — Все остальные согласны.
Ну дела… Ладно, с этим вопросом я разберусь тоже. В конце концов, если разберусь с кредитом, я могу эту квартиру продать и купить в другом месте. Где не будет этих шумных соседей. Может, даже где-то в пригороде, чтобы была зеленая зона и свежий воздух.
А вообще, я давно хотел из этого города уезжать, раз у Сереги здесь столько проблем. Может, даже вернусь в Москву. Цены на недвижку в Казани, к моему удивлению, близки к столичным, так что должно хватить и на что-то в Москве. И работу точно найду. Возможно, даже в ту же клинику, где я работал, устроюсь.
Где-то в глубине души царапнула мысль о Серегиных родителях, но я трусливо попытался ее отогнать: мне сейчас надо думать о том, чтобы выгадать себе еще времени.
Мы еще перекинулись парой слов, и Алла Викторовна ушла, а я сел и задумался — что теперь делать?
А потом вспомнил. Нашел в телефоне ближайшую ветеринарную клинику, Серегин рюкзак, уложил туда старый теплый свитер и, поскандалив с Валерой, запихал его внутрь.
Ветклиника оказалась в двадцати минутах ходьбы, на первом этаже жилого дома. Врач, молодая женщина лет тридцати, осмотрела Валеру быстро и профессионально. Послушала, пощупала, заглянула в глаза и уши, покачала головой. Котенок даже не рыпнулся.
— Конъюнктивит запущенный, но вылечим, — сказала она, доставая из шкафчика тюбик мази и флакон капель. — Вот это — три раза в день, а капли — утром и вечером. Неделю покапаете — и все пройдет. Лишай у вас тоже почти прошел. Молодец, что занимались. А глистов гнали?
Я кивнул, и она одобрительно хмыкнула, выписывая рецепт.
— Тогда через две-три недели приходите на вакцинацию. И кормите нормально — котенок худой. — Она протянула мне бумажку с назначениями, погладила Валеру по макушке и добавила с усмешкой: — Повезло ему с вами. Обычно таких на помойке и бросают.

...

===

Глава 7

Вернувшись от ветеринара, я посадил Валеру в его новый дом — специальную лежанку для кошек, которую купил по дороге из ветклиники. Мягкая корзинка с высокими бортиками, обшитая серым плюшем, выглядела вполне уютно, я бы и сам в такой полежал, всяко лучше убитого дивана Сереги.
Валера недоверчиво обнюхал края, потоптался на месте передними лапами, словно проверяя качество подстилки, и, наконец, уселся в самом центре, мяукнул, демонстративно отвернулся и принялся вылизывать переднюю лапу. Конус на шее, разумеется, мешал и тут — язык не доставал до шерсти, но котенок упорно продолжал попытки. Через минуту сдался, свернулся клубком и закрыл глаза.
А я вернулся мыслями к тому, о чем рассказала Алла Викторовна.
В прошлой жизни, когда был в непонятках, тревоге и каких-то негативных мыслях, я начинал какую-нибудь механическую работу: мыть посуду, подметать пол, вешать полочки, обрезать деревья и кусты на даче (в той жизни у меня была шикарная дача, и я часто любил там возиться с растениями, считал, что работа на земле — это своего рода духовная практика, почти как молитва) или в крайнем случае перебирать старые бумаги, откладывая все, что шло на выброс.
Так и сейчас. После того как дорогая соседка специально или нет испортила мне настроение, я занялся тем, что полез в диван. Мне и в голову не приходило, что в нем можно что-то спрятать, совсем забыл о такой конструкции, но оказалось, что Серегин диван именно такой.
Приподняв сиденье, я выругался и долго смотрел на склад наваленного туда барахла.
Потом, глянув на спящего Валеру, принялся за дело. Влез в диван, вытащил оттуда старые коньки, клюшку, старый советский хоккей с обломанными фигурками, альбом с футбольными наклейками, запыленную игровую консоль, перевязанную бечевкой стопку вздувшихся от времени и сырости журналов «Наука и жизнь» и «Страна игр», пакеты в пакетах, две пустые банки с засохшим там непонятно чем, ракушками и камушками из моря — видимо, что-то такое привозили и пытались сделать аквариум. Возможно даже, это какие-то водоросли, но я, конечно же, все выброшу. Ну, кроме журналов.
Сначала у меня сложилось впечатление, что в этой горе хлама — все самое ценное, чтобы было в жизни Сереги. То, что не поднялась рука выкинуть. И у меня в той жизни было почти так же, пока не сгорело вместе с домиком на старой даче, где и хранилось.
Но когда я обнаружил старый фотоальбом с порванными и пожелтевшими черно-белыми фотографиями… Нет, этот хлам был не Серегин, а даже если и его, то не весь.
Это была квартира его бабушки. Именно его бабушки, потому что я заметил на фотографиях и самого Серегу, еще маленького, и его родителей, молодых и с надеждой на лицах.
А самому Сереге, видимо, квартира досталась по наследству. И, возможно, не в лучший период его жизни, раз у него даже не дошли руки разобрать этот хлам.
Рассортировав вещи (что-то на мусорку, что-то оставлю, чтобы изучить жизнь Сереги), в опустевшем пространстве диванного хранилища я заметил забившуюся под боковую обивку небольшую пухлую папку. Она была явно новее всего остального барахла и, может, даже провалилась туда, а не была специально уложена.
Я достал ее — самая обычная белая папка на завязках, правда, изрядно потрепанная и уже не совсем белая. Открыл и обнаружил кучу бумажек, которые касались Сереги: здесь была и его переписка с Наташей и даже с какой-то Верой; школьные тетради, дневник за седьмой класс, еще какие-то бумаги — это все я отложил, просмотрю позже. И сильно обрадовался, увидев блокнот Сергея — старый, потрепанный, но, судя по последним записям, а они были недавними, актуальный. Больше всего меня порадовало то, что на последней странице вверх ногами были выписаны пароли, в том числе от Госуслуг и от компьютера.
Интернет я оплатил и подключил, поэтому сейчас, изрядно порадовавшись, включил комп и открыл браузер Сереги. Подгрузилось множество незакрытых вкладок… Да уж, порнушкой молодой человек увлекался горячо и беззаветно. Хорошо хоть вкусы у него были вполне традиционные. Подавив вдруг вспыхнувший интерес, я быстро закрыл все эти вкладки, после чего перешел к закладкам.

О! Вот оно! Нашел ссылку на
mail.ru
, кликнул и… открылась страница его почты, причем уже залогиненная. Полистал и убедился, что электронка его не представляла никакого интереса — возможно, ей давно не пользовались, а может, у него какие-то дополнительные еще были…

Ну не верю я, что там, на электронной почте, могут быть только ежемесячные расчетные листы с начислением зарплаты из больницы, какие-то распоряжения и приказы по поводу сдачи отчетов на определенные сроки — и на этом все! А больше ничего не было. Ни личной переписки, ничего. А, ну еще была парочка поздравлений с днем рождения, да и то от медицинских сайтов. Что-то не то.
Затем я открыл Госуслуги, залогинился, получил сообщение с кодом и ввел его. Успешно!
Первое, на что бросил взгляд — несколько непрочитанных уведомлений, включая долги по ЖКХ и штрафы ГИБДД.
Самое последнее как раз и касалось того, что поступило судебное решение, по которому мне назначено выплатить компенсации родственникам пациентов в рамках гражданского иска… по три миллиона!
Надо же, не обманул «няшка» Рубинштейн, мать его так. И сумма какая-то… бешеная. Обычно при таких случаях раз в десять меньше, а тут… прямо как будто по верхней границе назначили, чтоб уж до конца растоптать меня. Уверен, никто даже не попытался разобраться ни в деталях, ни в обстоятельствах. Просто между делом, как будто в курилке быстро порешали: три смерти — значит, три миллиона каждому. Готово. И все быстро задним числом провернули, пока я не очухался и не начал дергаться.
Самое паршивое — я понятия не имел, что там натворил Серега. В чем именно ошибся-то?
Я посмотрел на это все, почесал затылок и решил, что сегодня уже поздно, и я ничего не сделаю.
А вот завтра, пожалуй, найму адвоката, причем не буду брать никого из Казани, раз товарищ Хусаинов мне подробно и внятно объяснил, что у него здесь все схвачено. Скорее всего, возьму знакомого адвоката из Москвы, скажу ему, что мне рекомендовал его доктор Епиходов.
А что, это мысль!
И кстати, я придумал вполне достоверную версию, которая поможет перекинуть небольшой мостик к моей прошлой жизни. Фамилия у меня Епиходов, имя — Сергей. Если у людей из той, прежней, жизни возникнут вопросы к моей новой личности, скажу, что я внебрачный сын Епиходова Сергея Николаевича, а мать дала мне имя в его честь. После такого придраться будет сложно. Вряд ли кто-то станет глубоко копать, выяснять, что у того Сергея отец тоже Епиходов и так далее. В крайнем случае можно сказать, что тот взял фамилию из-за благозвучия.
Ну, или еще что-нибудь эдакое выдумаю.
Я углубился в другие бумаги Сереги и выпал из реальности на некоторое время.
Пока я разбирался с документами, обнаружил еще одно уведомление на Госуслугах — свежее, минуты две как пришло. Немало удивившись, полез туда и хмыкнул: это было официальное уведомление из больницы номер девять о том, что Епиходов Сергей Николаевич приглашается на заседание внеплановой комиссии по разбору летальных исходов и качеству медицинской помощи. Честно говоря, у меня аж челюсть отпала.
Насколько я знаю, основная ответственность за организационный бардак и допуски лежит на руководстве, но лечащий врач тоже отвечает за свои решения. Однако крайних обычно ищут среди начальства.
Кроме того, на операцию, которую я делал Лейле, мне дал разрешение лично Харитонов — пусть и не в письменной форме, а в устной, но при многих свидетелях — уверен, что и тому Сереге Епиходову на операции тех троих пациентов, которые умерли, тоже давало распоряжение и разрешение руководство. Более того, я так до сих пор и не понимал, почему Сереге, взрослому хирургу, дали делать операцию ребенку — ведь для этого есть свои, детские, врачи — и где были остальные хирурги, когда у него пошли косяком вот эти проблемы? Почему не перепроверяли диагнозы? Почему после этого его не отправили на переподготовку? И вообще, вопросов было более чем достаточно.
И тут еще вот эта комиссия так внезапно нагрянула. Причем не явиться я в принципе не могу, потому что проблем у меня тогда будет вообще выше крыши — тем более, если я буду подавать на суд, все вот эти справки мне тоже придется собирать. Более того, меня должны были уведомить за две недели, а не за полсуток, во всяком случае, по Трудовому кодексу. Хотя… Не просто так они воткнули слово «внеплановой».
И здесь мелькнула мысль: а если бы я не успел вернуться из Москвы?
Нет, нельзя больше откладывать.
Поэтому я прямо сейчас сел и написал адвокату письмо такого содержания:

'Уважаемый Артур Давидович!

Обращаюсь к Вам по настоятельной рекомендации Сергея Николаевича Епиходова.

Меня зовут так же, как и его, Сергей Николаевич Епиходов. Я проживаю на данный момент в городе Казань. И по странному совпадению я тоже врач, как и покойный С. Н.

Артур Давидович!

Обращаюсь к Вам с убедительной просьбой стать моим адвокатом.

Очень нужна Ваша помощь и опыт.

Дело у меня непростое. И помочь мне по силам только Вам.

Кратко опишу проблему. В общем, ситуация на данный момент сложилась такая: меня незаконно уволили (точнее, вынудили уйти) с работы (приказ об увольнении прилагаю). Я работал в городской больнице №9 в отделении хирургии. Помимо этого, мне инкриминируют смерть трех пациентов, якобы последовавшей ввиду моего халатного отношения и неправильной постановки диагнозов. Причем один из умерших — ребенок. Уточняю, что я обычный врач, а не завотделением и не главврач (!).

На сегодняшний день уже состоялось заседание городского суда, причем обращаю Ваше внимание на то, что уведомление в оригинале мне отправили за 2 часа до процесса на Госуслуги и за 1 день — почтой на работу, с которой я уже неделю как был уволен. По телефону секретарь суда не сообщала. Таким образом, заседание прошло без меня (копию судебного решения прилагаю).

Также я только что, поздним вечером (в 21:00), получил уведомление через Госуслуги о том, что завтра в 12 часов дня состоится заседание внеплановой комиссии по разбору летальных исходов и качеству медицинской помощи (само уведомление и скрин с Госуслуг со временем получения уведомления прилагаю).

Комиссия будет заседать в Казанской горбольнице №9, откуда я уволился.

Так как в этом деле замешаны влиятельные люди города, полагаю, что решение апелляционного суда по Татарстану, как и решение городского суда г. Казани, заранее будет отрицательным.

При этом я очень рассчитываю на кассацию и на Вашу поддержку в подаче документов и моей защите. В крайнем случае я готов идти до Верховного суда.

Буду признателен за любой ответ и прошу сообщить — возьметесь ли Вы за мое дело или нет?

С ув. Епиходов С. Н.'.

И отправил электронку Караяннису.
Да, это был хитрожопый потомок еще тех первых греческих торговцев, которые в незапамятные времена осели в Российской Империи. Если он возьмется — однозначно, дело я выиграю. Правда, обойдется мне это ой как дорого. Но зато я обелю свое новое имя и репутацию.
Ну что ж, одно великое дело я сделал.
А ведь без его помощи я, пожалуй, эту ситуацию сам не вытяну. Считаю, если можно привлечь к делу лучших профессионалов, лучше так и сделать.
Просто я реально осознавал, что апелляционный суд Татарстана, который тоже находится в Казани, однозначно под давлением Хусаинова, и он стопроцентно поддержит решение городского суда. Но я был уверен, что уж кассационный суд и апелляцию, и городской суд поставит раком. Поэтому решил срочно пообщаться с этим адвокатом.
Караяннис был толковый профессионал, можно сказать, самородок и хоть драл с клиентов три шкуры, но я все-таки надеялся, что в результате нормально сниму за моральный ущерб, и этого хватит оплатить все. Еще и останется. На Мальдивы.
К тому же есть ведь еще деньги на виртуальном счете. И с помощью этого адвоката, пообещав ему треть, я их рано или поздно получу (он в лепешку расшибется, но найдет их даже в Гондурасе).
И Караяннис не обманул моих ожиданий. Потому что на электронку Сергея минут через десять пришел ответ:

'Не удивлюсь, если вы с Епиходовым родственники!:-)

Здравствуйте, Сергей Николаевич! Прежде чем ответить на ваш запрос, скажите, вы состоите в профсоюзе, я надеюсь? Нужно уточнить, поступало ли перед вашим увольнением в первичную профсоюзную организацию Казанской горбольницы № 9 уведомление о рассмотрении ситуации с вашими «просчетами» в диагнозах пациентов и о запланированной комиссии. Завтра же возьмите оттуда или заверенный скан уведомления (если таковой есть), или справку из ППО о том, что уведомления не было. Скан пришлите мне, тогда уже будем разговаривать по существу и что-то думать.

С ув. Караяннис'.

Я ответил лаконично:

'Спасибо, Давид Александрович, за ответ. Сделаю!

С ув. Епиходов С. Н.'.

Ну, супер! Уже понемногу движемся вперед.
Главное, не отказал.
Считай, не отказал!
С этими мыслями я вернулся в реальность — завтра пойду на комиссию, а заодно нужно выяснить, состоял ли Серега в профсоюзе. Судя по его безалаберности — вряд ли. Но все равно лучше проверить. К сожалению, или к счастью, комиссия заседала в двенадцать часов — неужели до двенадцати тридцати, когда начинается обед, за полчаса они готовы все выслушать и сделать полный анализ? Очень сомневаюсь. Явно тут какая-то подстава, такая же, как и с судом.
Но я возьму с собой диктофончик и все запишу. Жаль, что в свой прошлый визит к Харитонову, когда там сыпали угрозами, не догадался.
Я проверил телефон Сергея и с печалью констатировал, что тот не только с виду звезд с неба не хватал. Нормального диктофона там не имелось, а тот, что был, записывал, только если в него орать. Да уж, этой модели уже лет семь-восемь, наверное.
Пу-пу-пу…
Решил, что завтра с утра первое, что сделаю, — это пойду в магазин, куплю хороший костюм для Сергея, обувь, а также сделаю стрижку. И обязательно заведу новый телефон. Надеюсь, денег, оставшихся после Москвы, хватит.
Да, это вернет меня к пустому карману, но прийти на комиссию в том отрепье, в котором ходил Епиходов, я себе позволить не мог — довольно. Не хочу больше ловить на себе пренебрежительные взгляды отожравшихся и лощеных победителей отрицательного отбора.
С этими утешительными мыслями я оделся и пошел прогуляться перед сном.
Вечерняя прогулка, как я знал из своего опыта и множества исследований, творит чудеса с качеством сна, способствуя общему расслаблению организма. Десять-пятнадцать минут по своему кварталу или вокруг дома снизят возбуждение центральной нервной системы после напряженного дня, а главное, создадут условия для естественной выработки мелатонина, гормона сна. А еще обеспечат более быстрое засыпание и продлят глубокие фазы сна, когда организм активно восстанавливается на клеточном уровне.
Вообще, как человек пожилой в прошлой жизни, я столкнулся с проблемой засыпания и ночных пробуждений, когда посреди ночи лежишь, не понимая, как уснуть. Иногда это доходило до хронической бессонницы, которая длилась месяцами, медленно меня убивая.
Как ученый, я, конечно, с большим интересом изучал все исследования на эту тему и нашел способы с этим справляться безо всяких медикаментов. Но тело Сереги еще молодое, а потому проблем с засыпанием у него нет. Наоборот, мне кажется, он-то как раз мог дрыхнуть сутками. Но улучшить качество сна никогда не помешает. Лучше шесть-семь часов здорового сна, чем двенадцать — беспокойного. Или в пьяном угаре.
Я неспешно шагал по знакомым дворам, вдыхая прохладный осенний воздух. Где-то над головой шелестели последние листья на деревьях, вдалеке лаяла собака, а из окон первых этажей доносились приглушенные звуки телевизоров и разговоров.
У магазина Светки горел тусклый фонарь, отбрасывая желтоватые блики на мокрый асфальт, и я заметил мужчину в потертой кожаной куртке. Он прикуривал у входа. Я узнал в нем Марата, владельца точки.
— Сергей! — увидев меня, кивнул он.
— Вечер добрый, — ответил я, останавливаясь в паре шагов.
Марат затянулся, выдохнул дым в сторону и усмехнулся, разглядывая меня с нескрываемым любопытством.
— Слышал от Светки, что ты весь долг выплатил, — сказал он, прищурившись от дыма. — В лотерею выиграл, что ли?
— Вроде того, — ответил я. — Повезло немного.
Марат прищурился, явно пытаясь понять, шучу я или говорю серьезно, но потом махнул рукой и кивнул с одобрением.
— Ну, молодец тогда, — сказал он. — Светка говорит, ты даже шоколадку ей подарил. Она до сих пор в шоке, если честно. Думала, от тебя никогда не дождемся.
Я усмехнулся.
— Бывает, — ответил я. — Жизнь — штука непредсказуемая.
— Это точно, — согласился Марат, снова затягиваясь. — Главное, смотри, больше не влезай в долги. Ты не отдал, а про тебя думают плохо. И в душе твоей как будто червячок точит изнутри, что не отдал. Долги как медленный яд, понимаешь?
— Понимаю, — улыбнулся я и пошел дальше. — Спокойной ночи, Марат.
— Ага, бывай, Сергей.
Гуляя дальше, я улыбался, потому что встреча с ним оказалась неожиданно приятной. Как-то по-доброму, по-соседски. Как будто я действительно решил свои проблемы и теперь мог спокойно бродить по улицам вечером, не оглядываясь через плечо.
Вернувшись домой, я первым делом проверил Валеру. Котенок спал в своей лежанке, свернувшись в крошечный клубочек, и тихонько посапывал, прижав к груди одну лапку. Конус на шее слегка сдвинулся набок, перекрывая воздух, и я осторожно поправил его.
Валера дернул ушком во сне, но не проснулся. Все-таки он еще совсем малыш.
Перед сном я решил принять ванную, до блеска отмытую Танюхой.
Набрал почти горячей воды, высыпал туда добрую горсть морской соли, размешал руками до полного растворения, наблюдая, как мелкие кристаллы исчезают в мутноватой воде. Потом, стянув с себя одежду, осторожно погрузился, прикрыл глаза, опустил голову на свернутое полотенце и позволил себе просто лежать, ничего не делая. Никаких мыслей о завтрашней комиссии, долгах, Ирине, Михайленко, Лысоткине, Лейле, Танюхе, Харитонове и Хусаинове. Только горячая вода, тишина и мое размеренное на 4?7–8 дыхание.
Минут через десять я почувствовал, как тело окончательно расслабилось, веки стали тяжелыми, а мысли — спокойными и вялыми. Это был верный признак того, что пора выбираться.
Я вылез из ванны, растерся жестким полотенцем, активируя кровообращение, надел чистую футболку и шорты и отправился на кухню, чтобы добавить кое-что в мою вечернюю программу релаксации.
Заварил травяной чай из ромашки. Как я объяснял Алле Викторовне, у такого сбора мягкий успокаивающий эффект, который помогает снизить тревожность, но даже без этого сам ритуал вечернего чаепития, теплая кружка в руках и травяной аромат дарят ощущение покоя и завершенности дня, что само по себе всегда помогало мне настроиться на сон. Жаль, забыл мед купить, ложечка бы не помешала — просто для вкуса.
Устроившись в кухне на стуле, я медленно пил чай. После двух ночей в кабине фуры и салоне «крузака» я наконец-то нормально посплю.
Тем временем пробудился Валера. Котенок выбрался из своей лежанки, подошел ко мне и вопросительно мяукнул.
— Нет, брат Валера, тебе чай нельзя, — сказал я, почесывая его за ушком. — А вот водички можно.
Я ткнул его в большую плошку с водой, которую специально поставил и менял каждый день, и котенок с жадностью принялся лакать, урча и фыркая.
Допив чай, я ополоснул кружку, выключил свет на кухне и направился в комнату.
Через несколько минут, лежа в темноте под тонким одеялом, почувствовал, как веки становятся невыносимо тяжелыми, дыхание замедляется, а тело погружается в приятную, теплую пустоту.
Девятый день моей новой жизни закончился, а завтра понедельник. Комиссия, возможно, профсоюз, адвокат, костюм, телефон — столько всего нужно успеть.
Но сейчас, ощущая, как расслабляется тело, я просто позволил себе отпустить все мысли и провалиться в глубокий, спокойный сон.

Глава 8

Проснулся я сам, без будильника, ощущая бодрость и свежесть в голове. За окном уже рассвело, но время было раннее, только семь утра.
Сон впервые за дни после перерождения оказался глубоким. Без ночного ворочания, без липкого тумана, который накрывал меня каждое утро после отказа от никотина и алкоголя. Я проснулся спокойно, и, что особенно порадовало, не чувствовал никакой сонливости, никакого желания перевернуться на другой бок и провалиться обратно. Тело само проснулось, отдохнувшее и готовое к новому дню.
Проспал я целых восемь с половиной часов, учитывая, что отрубился около половины одиннадцатого.
Система, будто тоже набравшись сил, радостно доложила:

Внимание! Положительная динамика!

Зафиксировано восстановление организма после качественного сна продолжительностью 8 часов 30 минут.

Глимфатическая система активно работала во время сна: зафиксировано снижение метаболических токсинов и бета-амилоида до физиологической нормы.

Консолидация памяти и обработка эмоциональных переживаний успешны.

Улучшение показателей по системам организма:

— Сердечно-сосудистая система: ЧСС в покое снижена на 12%, АД нормализовано.

— Нервная система: уровень кортизола снижен на 24%, тревожность уменьшена.

— Печень: активность детоксикации повышена, показатели улучшены на 8%.

— Иммунная система: повышение активности клеточного иммунитета на 15%.

— Эндокринная система: чувствительность к инсулину улучшена, баланс лептина и грелина восстановлен.

— Опорно-двигательная система: синтез белка для восстановления мышц активирован.

Воспалительные маркеры: снизились до безопасного диапазона.

Когнитивные функции: внимание, память и скорость реакции улучшены на 13–16%.

Рекомендуется продолжить соблюдение режима сна не менее 8 часов.

Рекомендуется поддерживать вечерние ритуалы релаксации.

+4 дня к продолжительности жизни.

Прогноз продолжительности жизни уточнен: 6 месяцев 3 дня…

Что и требовалось доказать!
Впрочем, в этом не было ничего удивительного, если знать физиологию. Качественный сон, особенно после вечерней прогулки, теплой ванны и травяного чая, сделал свое дело, позволив организму пройти все необходимые циклы восстановления. Глубокий сон в первой половине ночи отвечал за физическое восстановление и очищение мозга от метаболических отходов через глимфатическую систему, а фаза быстрого сна ближе к утру помогла консолидировать память и обработать эмоции. Естественное пробуждение без резкого рывка будильника означало, что я поймал момент между циклами, когда мозг уже готов к бодрствованию.
Я потянулся, приводя в тонус затекшие за ночь мышцы и ощущая приятное покалывание в суставах. Потом медленно поднялся, прислушиваясь к ощущениям. Голова ясная, настроение ровное, даже тревожные мысли о предстоящей комиссии не давят, как вчера вечером…
Сердце вдруг пропустило удар, на секунду кольнуло раздражение, причем без видимой причины…
…но тут же отпустило. Видимо, тело наконец перестает ломать от отмены вредных привычек. Да, самое тяжелое я уже прошел.
В первые дни я старался не обращать внимания на симптомы отмены никотина и алкоголя, терпел, понимая, что через это придется пройти. Голова гудела, настроение скакало, мышцы ныли, а внутри сидел маленький вредный черт, который только и делал, что шептал: «затянись хоть раз» или «да что там какие-то сто граммов?»
Сейчас этого нет. Остались короткие вспышки дискомфорта, которые приходят неожиданно и быстро уходят.
Впереди, правда, еще долгий путь, потому что организм не забудет многолетние привычки за пару недель. Еще будут утренние провалы в настроении, когда просыпаешься с тяжелой головой и пустотой внутри. Будет обязательно странная беспричинная тоска. Будет накатывать раздражение из-за любой ерунды. Сон еще пару месяцев может быть нестабильным, то глубоким и восстанавливающим, то рваным, с пробуждениями по три раза за ночь. Кишечник какое-то время будет бунтовать и перестраиваться.
Я был к этому готов, потому что оно того точно стоило. Даже сейчас результаты были такими, что сердце радовалось. Пульс в покое уже спокойнее пунктов на пятнадцать, давление выровнялось до нормальных цифр, дыхание стало свободнее, легкие расправляются полностью, без привычного ощущения сдавленности. Глаза прояснились — белки посветлели, исчезла краснота. Мозг соображает быстрее. Даже вкус у еды стал ярче.
Встряхнувшись, я осмотрел комнату.
Валера все еще спал в своей лежанке, свернувшись калачиком, а конус на шее торчал в сторону, как спутниковая антенна.
Время было раннее, комиссия только в двенадцать, так что я мог спокойно привести себя в порядок и сделать все необходимое.
Но сначала — утренние ритуалы.
Пока грелся чайник, я умылся, побрился и почистил зубы, а чтобы не терять времени, пока водил щеткой, вставал на носочки и резко опускался. Это важно для венозного возврата и лимфотока. Ведь не просто так икроножная мышца называется вторым сердцем — ее сокращения механически выталкивают кровь и лимфу снизу вверх, против силы тяжести, улучшая циркуляцию и снижая застойные явления в ногах.
Потом, как обычно, добавив каплю лимонного сока и микрощепотку морской соли в стакан теплой воды, с удовольствием выпил.
Следующим важным пунктом в утреннем ритуале у меня всегда была утренняя прогулка, но важнее в этом не сама ходьба, а солнечный свет в глаза. Мелочь, но невероятно важная, особенно для тех, кто все время проводит в помещении.
В идеале, конечно, было бы походить быстрым шагом, побегать интервально, но не сегодня. Побегаю после того, как закончу с делами. Может быть, даже с Танюхой, если успею вернуться с комиссии.
А сейчас вместо этого я накинул куртку, сунул ноги в тапки и вышел на балкон.
Небо было затянуто облаками, но сквозь них пробивался рассеянный солнечный свет. Пять–десять минут на естественном свету утром, желательно в течение первого часа после пробуждения, творят чудеса с циркадными ритмами. Свет, попадая на сетчатку глаза, напрямую активирует главные биологические часы организма, которые регулируют циклы сна и бодрствования, выработку гормонов, температуру тела и множество других физиологических процессов. Утренний свет подавляет остаточный мелатонин и настраивает внутренние часы на правильный режим, что улучшает качество сна следующей ночью и повышает энергию днем.
Я стоял на балконе и дышал свежим воздухом, прикрыв глаза и позволяя свету делать свою работу. Слышал, как просыпается двор — где-то внизу хлопнула дверь подъезда, завелся автомобиль, пропиликал чей-то телефон.
Через пять минут я вернулся в квартиру, ощущая, что организм окончательно проснулся и готов к активности.
Следующим пунктом шла зарядка. Сначала потянулся. Такая легкая процедура для позвоночника особенно эффективна по утрам, ведь за ночь межпозвонковые диски впитывают жидкость, что делает их эластичнее и податливее. Несколько плавных наклонов вперед и в стороны, вращений плечами и скруток помогают снять мышечные зажимы, улучшить подвижность фасций и подготовить тело к нагрузкам дня. Я сделал несколько наклонов, ощущая, как тянутся мышцы спины и поясницы, затем вращения плечами, чтобы размять шейный отдел, который у казанского Сергея явно страдал от сидячего образа жизни и постоянного напряжения.
Ничего сложного, просто базовые упражнения для активации кровотока и пробуждения мышц. Несколько приседаний, несколько подъемов ног лежа на пресс и сколько смог отжиманий от стены, учитывая текущее состояние тела. Все это улучшило кровоток, включило крупные мышечные группы и без кофеина пробудило тело за счет стимуляции симпатической нервной системы. Кроме того, физическая активность, даже такая умеренная, улучшает работу мозга, что мне сегодня точно пригодится.
Закончив упражнения, я почувствовал легкую испарину на лбу и приятное тепло в мышцах. Пульс участился, дыхание стало глубже, а в голове появилась ясность и энергия.
Потом я принял короткий контрастный душ, чтобы смыть пот и запустить все важные оздоровительные механизмы.
Одеваясь, мысленно прокрутил план на утро и перебрал в уме все необходимые пункты: приодеться, сделать стрижку, купить новый телефон с диктофоном, выяснить насчет профсоюза, состоял ли там Серега, и к двенадцати быть на комиссии. Времени в обрез, но выполнимо.
Очень хотелось кофе, но натощак он повышает кислотность желудочного сока, раздражает слизистую и усиливает стрессовый ответ организма, добавляя к и без того высокому утреннему кортизолу еще и адреналин. Так что кофе — только после завтрака, с которым я не стал мудрить и сделал на скорую руку: яичница с зеленью и помидорами да бутерброд с остатками кабачковой икры.
К этому времени и Валера проснулся, выбрался из лежанки и с немым укором уставился на меня.
— Доброе утро, — сказал я и наложил ему корма в миску. — Как спал?
Валера признал, что спал неплохо. Его больной глаз почти открылся, да и выглядел сейчас котенок намного лучше. Он принялся за трапезу, урча и фыркая.
А я, погуглив ближайший торговый центр, отправился туда. Благо он открывался в девять.
Но по пути решил зайти в салон красоты «Шарм», что располагался в соседнем от «Пятерочки» здании. К моему удивлению, он открывался рано. Все равно нужно постричься, так лучше сделать это до того, как я оденусь во все новое.
Вывеска салона мигала розовым неоном, отражаясь в луже у крыльца, а внутри пахло лаком для волос и освежителем воздуха.
Три кресла стояли у стены с зеркалами, одно было занято женщиной с фольгой на голове, второе пустовало, а у третьего, ближайшего к окну и свободного, возилась молодая парикмахерша в черном фартуке с вышитым логотипом салона.
— Здравствуйте, — окликнула она меня, поднимая голову от телефона, и приветливо улыбнулась. — Стричься?
Риторический вопрос, зачем еще мужик в девятом часу утра заходит в парикмахерскую, но я кивнул:
— Да.
Звали ее Виктория, судя по бейджу на груди. Было ей лет двадцать с небольшим, миловидная девушка с пепельно-русыми волосами, аккуратно собранными в низкий пучок, и светлыми, почти прозрачными глазами. Макияж легкий, руки ухоженные, маникюр нейтральный, без вульгарных наращенных когтей, а на безымянном пальце правой руки красовалось тонкое колечко с небольшим голубоватым камушком. Симпатичная. Порадовало, что диагностический модуль не включился, значит, девушка в порядке, а ее настроение, согласно показаниям Системы, было вполне дружелюбным.
Поняв, что начал обращать внимание на пальцы девушек, я ухмыльнулся. Похоже, тело Сереги передумало помирать.
— Проходите, садитесь. — Виктория похлопала ладонью по спинке кресла, приглашая занять место. — У нас как раз нет записи на это время.
Я устроился перед зеркалом, разглядывая свое отражение, а она накинула на меня эту штуку, название которой мне никак не удавалось запомнить, застегнула сзади на шее, после чего встала позади.
Девушка критически оценила мою шевелюру, слегка склонив голову и пропуская пряди сквозь пальцы.
— Ого, — протянула она с мягким сочувствием. — Давненько вас не стригли, я смотрю.
Разумеется, я понятия не имел, когда казанский Сергей последний раз был в салоне, поэтому просто неопределенно хмыкнул.
— Ну ничего, — бодро пообещала Виктория, проходясь по волосам расческой с мелкими зубчиками и что-то прикидывая. — Сейчас приведем в порядок. Как стричь будем? Коротко? Или оставить длину?
— Коротко, но аккуратно. У меня сегодня важная встреча, Вика, хотелось бы выглядеть соответствующе.
— Понятно, — кивнула девушка, включая машинку, и принялась за работу, уверенно водя бритвой по моим вискам.
Вскоре машинку сменили ножницы, состригая лишнее, и вдруг сбоку раздался знакомый голос.
— Это же вы?
В соседнее кресло уселась Майя, та самая аптекарша, которая в прошлый раз отказывалась продавать мне противогрибковую мазь для Валеры, а потом все-таки уступила под давлением очереди. Сейчас ее темно-русые волосы были распущены и лежали на плечах мягкими волнами, а рядом с ней стояла другая парикмахерша, женщина лет пятидесяти, выкрашенная в рыжий цвет.
— Здравствуйте, Майя, — поздоровался я, слегка кивнув. — Да, это я. Наверное.
Система активировалась сама, без моей просьбы, словно уловила направленный ко мне интерес:

Сканирование завершено.

Объект: Майя, 20 лет.

Доминирующие состояния:

— Удивление искреннее (62%).

— Любопытство доброжелательное (58%).

— Осторожная симпатия (формируется) (41%).

Дополнительные маркеры:

— Легкое смущение (вегетативная реакция — румянец на щеках).

— Открытая поза, корпус слегка наклонен вперед (интерес).

— Нет признаков презрения или недоверия.

Интересно. Значит, я ей небезразличен. Это было удивительно, учитывая, что видела она меня лишь раз, и то в неприглядной форме, но ужасно приятно.
Кто бы рассказал, не поверил бы. Может, у нее пунктик на высоких толстяках?
Но продолжения не было. Я молчал, не зная, что сказать, а Майя, похоже, не собиралась продолжать общение, подавив свою «осторожную симпатию».
Повисшую тишину нарушал только монотонный шум фена и щелканье ножниц Виктории.
— Как ваш котенок? — спросила Майя наконец. — Мазь помогла?
— Помогла, — кивнул я. — Валера уже почти здоров. Лишай проходит, шерсть отрастает местами. Ест за троих и орет, требуя внимания. В общем, типичный подросток с завышенными требованиями к жизни.
Майя улыбнулась, и лицо ее стало мягче.
— Я рада, — сказала она тихо. — Знаете, я тогда переживала, что не продала вам мазь сразу. Правила, конечно, — это важно, но котенку хуже бы не стало. Думала потом об этом, укоряла себя.
Надо же… она запомнила. Хотя сколько таких клиентов перед ней мелькает каждый день? Видимо, действительно я ей приглянулся.
— Все нормально, — заверил я, глядя на ее отражение. — Я не в обиде, правда. Тем более что все хорошо закончилось.
Виктория, работавшая над моей головой, тихо хмыкнула, явно слушая наш разговор с интересом, но в беседу не вмешивалась.
— Ну и хорошо. — Майя улыбнулась шире и откинулась в кресле.
Виктория закончила со мной минут через десять, помыв мне голову и уложив волосы гелем так, что в зеркале на меня смотрел совершенно другой человек. Представительный, аккуратный, с короткой стрижкой и ясным взглядом.
— Красавчик, — оценила Виктория, любуясь своей работой и стряхивая с моих плеч остатки волос широкой мягкой кистью. — Идет вам. Прямо другой человек получился.
— Спасибо, — поблагодарил я искренне.
За стрижку вышло семьсот рублей, но я оставил тысячу. Если мне тут жить, нужно налаживать контакты и репутацию, хотя чаевые получились, конечно, так себе. Но пока не мог себе позволить больше.
Выходя из салона, я перекинулся прощальным взглядом с Майей, которая улыбнулась мне из зеркала, и направился дальше, в ближайший торговый центр, где мне предстояло купить новый телефон, костюм, рубашку, галстук и туфли. Не тот, где было кадровое агентство, а нормальный и современный.
Покупателей в центре было не так много, учитывая утро понедельника.
Сначала я направился в магазин электроники, где, потратив минут пять на выбор и консультацию с продавцом, купил недорогой, но функциональный китайский смартфон с хорошим диктофоном и емкой батареей. Модель была бюджетная, всего за семь с половиной тысяч, но для моих целей вполне подходящая.
Следующим пунктом был отдел мужской одежды, где я потратил больше времени, перебирая костюмы на вешалках, прикидывая размеры и ощупывая ткань. Остановился на классическом темно-синем из смесовой ткани с добавлением шерсти, который сидел на мне удивительно хорошо, подчеркивая рост и скрывая недостатки. К костюму я подобрал светло-голубую рубашку из хлопка, темно-синий галстук в тонкую диагональную полоску и черные осенние туфли из искусственной кожи на низком каблуке. Все вместе обошлось мне в восемнадцать тысяч.
Переодевшись в примерочной и собрав старые вещи в пакет, я вышел из магазина уже в новом костюме, ощущая себя совершенно по-другому. Спина сама собой распрямилась, походка стала увереннее, плечи расправились. Даже продавщица у кассы смотрела на меня с легким интересом, как на мужчину — спасибо Системе, сам бы я никогда не подумал.

...

 Читать  дальше  ...    

***

***

***

***

Источники:

https://my-lib.ru/read/dvadtsat-dva-neschastya-2-daniyar-sugralinov/

---

https://gigabooks.ru//read/dvadtsat-dva-neschastya-2-daniyar-sugralinov/

***

***

***

***

***

***