Главная » 2016 » Январь » 14 » 451 градус по Фаренгейту. Бредбери Рэй
23:04
451 градус по Фаренгейту. Бредбери Рэй



Жечь было наслаждением. Какое-то особое наслаждение видеть, как огонь
пожирает вещи, как они чернеют и меняются. Медный наконечник брандспойта
зажат в кулаках, громадный питон изрыгает на мир ядовитую струю керосина,
кровь стучит в висках, а руки кажутся руками диковинного дирижера,
исполняющего симфонию огня и разрушения, превращая в пепел изорванные,
обуглившиеся страницы истории. Символический шлем, украшенный цифрой 451,
низко надвинут на лоб, глаза сверкают оранжевым пламенем при мысли о том,
что должно сейчас произойти: он нажимает воспламенитель - и огонь жадно
бросается на дом, окрашивая вечернее небо в багрово-желто-черные тона. Он
шагает в рое огненно-красных светляков, и больше всего ему хочется сделать
сейчас то, чем он так часто забавлялся в детстве,- сунуть в огонь прутик с
леденцом, пока книги, как голуби, шелестя крыльями-страницами, умирают на
крыльце и на лужайке перед домом, они взлетают в огненном вихре, и черный от
копоти ветер уносит их прочь.
Жесткая улыбка застыла на лице Монтэга, улыбка-гримаса, которая
появляется на губах у человека, когда его вдруг опалит огнем и он
стремительно отпрянет назад от его жаркого прикосновения... Читать дальше »                   

Сотня воронок, и в них по желобам льют воду только для того, чтобы она
вылилась с другого конца. Да еще уверяют, будто это вино. К концу дня мы так
устаем, что только и можем либо завалиться спать, либо пойти в парк
развлечений - задевать гуляющих или бить стекла в специальном павильоне для
битья стекол, или большим стальным мячом сшибать автомашины в тире для
крушений. Или сесть в автомобиль и мчаться по улицам - есть, знаете, такая
игра: кто ближе всех проскочит мимо фонарного столба или мимо другой машины.
Да, они, должно быть, правы, я, наверно, такая и есть, как они говорят. У
меня нет друзей. И это будто бы доказывает, что я ненормальная. Но все мои
сверстники либо кричат и прыгают как сумасшедшие, либо колотят друг друга.
Вы заметили, как теперь люди беспощадны друг к другу?
- Вы рассуждаете, как старушка.
- Иногда я и чувствую себя древней старухой. Я боюсь своих сверстников.
Они убивают др... Читать дальше »                                    

Он садился и ждал.
Шквал звуков обрушивался на него со стен. Музыка бомбардировала его с
такой силой, что ему как будто отрывало сухожилия от костей, сворачивало
челюсти и глаза у него плясали в орбитах, словно мячики. Что-то вроде
контузии. А когда это кончалось, он чувствовал себя, как человек, которого
сбросили со скалы, повертели в воздухе с быстротой центрифуги и швырнули в
водопад, и он летит, стремглав летит в пустоту- дна нет, быстрота такая, что
не задеваешь о стены... Вниз... Вниз... И ничего кругом... Пусто... Гром
стихал. Музыка умолкала.
- Ну как?- говорила Милдред.- Правда, потрясающе?
Да, это было потрясающе. Что-то совершилось, хотя люди на стенах за это
время не двинулись с места и ничего между ними не произошло. Но у вас было
такое чувство, как будто вас протащило сквозь стиральную машину или всосало
гигантским пылесосом. Вы захлебывались от музыки, от какофонии звуков.
Весь... Читать дальше »

Часть 2. СИТО И ПЕСОК

Весь долгий день они читали, а холодный ноябрьский дождь падал с неба
на притихший дом. Они читали в передней. Гостиная казалась пустой и серой.
На ее умолкших стенах не играла радуга конфетти, не сверкали огнями
фейерверки, не было женщин в платьях из золотой мишуры, и мужчины в черных
бархатных костюмах не извлекали стофунтовых кроликов из серебряных
цилиндров. Гостиная была мертва. И Милдред с застывшим, лишенным выражения
лицом то и дело поглядывала на молчавшие стены, а Монтэг то беспокойно шагал
по комнате, то опять опускался на корточки и по нескольку раз перечитывал
вслух какую-нибудь страницу.
"Трудно сказать, в какой именно момент рождается дружба. Когда по капле
наливаешь воду в сосуд, бывает какая-то одна, последняя капля, от которой он
вдруг переполняется, и влага переливается через край, так и здесь в ряде
добрых поступков какой-то один вдруг переполняет
... Читать дальше »

005. Часть 2. СИТО И ПЕСОК(Продолжение)

- Теперь вам понятно, - продолжал Фабер,- почему книги вызывают такую
ненависть, почему их так боятся? Они показывают нам поры на лице жизни. Тем.
кто ищет только покоя, хотелось бы видеть перед собой восковые лица, без пор
и волос, без выражения. Мы живем в такое время, когда цветы хотят питаться
цветами же, вместо того чтобы пить влагу дождя и соки жирной почвы. Но ведь
даже фейерверк, даже все его великолепие и богатство красок создано химией
земли. А мы вообразили, будто можем жить и расти, питаясь цветами и
фейерверками, не завершая естественного цикла, возвращающего нас к
действительности. Известна ли вам легенда об Антее? Это был великан,
обладавший непобедимой силой, пока он прочно стоял на земле. Но, когда
Геркулес оторвал его от земли и поднял в воздух, Антей погиб. То же самое
справедливо и для нас, живущих сейчас, вот в этом городе,- или я уж совсем
сумасшедший. Итак, вот первое, чего нам не
... Читать дальше »
Часть 3. ОГОНЬ ГОРИТ ЯРКО

В домах вдоль улицы зажигались огни, распахивались двери. Люди выбегали
посмотреть на праздник огня. Битти и Монтэг глядели, один с сдержанным
удовлетворением, другой не веря своим глазам, на дом, которому суждено было
стать главной ареной представления: здесь будут жонглировать факелами и
глотать пламя.
- Ну вот,- промолвил Битти,- вы добились своего. Старина Монтэг вздумал
взлететь к солнцу, и теперь, когда ему обожгло крылышки, он недоумевает, как
это могло случиться. Разве я не предупредил вас достаточно ясно, когда
подослал пса к вашим дверям?
Застывшее лицо Монтэга ничего не выражало, он почувствовал, как его
голова медленно и тяжело, словно каменная, повернулась в сторону соседнего
дома - темного и мрачного среди окружавших его ярких цветочных клумб.
Битти презрительно фыркнул:
- Э, бросьте! Неужто вас одурачила эта маленькая сумасбродка со своим

... Читать дальше »
Как зачарованный, боясь пошевельнуться, Монтэг следил за происходящим.
Все это казалось таким далеким, не имеющим к нему никакого отношения. Как
будто он сидел в театре и смотрел драму, чью-то чужую драму, смотрел не без
интереса, даже с каким-то особым удовольствием. "А ведь это все обо мне, -
думал он, - ах ты, господи, ведь это все обо мне!"
Если бы он захотел, он мог бы остаться здесь и с удобством проследить
всю погоню до конца, шаг за шагом, по переулкам и улицам, пустынным широким
бульварам, через лужайки и площадки для игр, задерживаясь вместе с диктором
то здесь, то там для необходимых пояснений, и снова по переулкам, прямо к
объятому пламенем дому мистера и миссис Блэк и наконец сюда, в этот домик,
где они с Фабером сидят и попивают виски, а электрическое чудовище тем
временем уже обнюхивает след его недавних шагов, безмолвное, как сама
смерть. Вот оно уже под окном. Теперь, если Монтэг захоче
... Читать дальше »
Грэнджер включил портативный телевизор. На экранчике замелькали краски,
с жужжанием заметались тени, словно в этом маленьком ящичке был заперт
какой-то кошмарный сон, и странно было, что здесь, в лесу, можно взять его в
руки, передать другому. Голос диктора кричал:
- Погоня продолжается в северной части города! Полицейские геликоптеры
сосредоточиваются в районе Восемьдесят седьмой улицы и Элм Гроув парка!
Грэнджер кивнул:
- Ну да, теперь они просто инсценируют погоню. Вам удалось сбить их со
следа еще у реки. Но признаться в этом они не могут. Они знают, что нельзя
слишком долго держать зрителей в напряжении. Скорее к развязке! Если
обыскивать реку, то и до утра не кончишь. Поэтому они ищут жертву, чтобы с
помпой завершить всю эту комедию. Смотрите! Не пройдет и пяти минут, как они
поймают Монтэга!
- Но как?..
- Вот увидите.
Глаз телекамеры, скрытый в брюхе геликоптера, был теперь н
... Читать дальше »

 

... Читать дальше »

      Рэй Брэдбери. 451 градус по Фаренгейту

---------------------------------------------------------------
Перевод Т. Шинкарь
Изд: Рэй Брэдбери "О скитаниях вечных и о Земле". Изд. "Правда", 1987.
OCR: Петр Лоскутов (peter@mail.ur.ru)
---------------------------------------------------------------

451o

по Фаренгейту - температура, при которой воспламеняется
и горит бумага.


ДОНУ КОНГДОНУ С БЛАГОДАРНОСТЬЮ

Если тебе дадут линованную
бумагу, пиши поперек.

Хуан Рамон Хименес                            

****

 
001. Часть 1. ОЧАГ И САЛАМАНДРА         
 
002. Часть 1. ОЧАГ И САЛАМАНДРА (Продолжение)                   ;                 003. Часть 1. ОЧАГ И САЛАМАНДРА (Продолжение)Продолжения                                              004. Часть 2. СИТО И ПЕСОК                                     005. Часть 2. СИТО И ПЕСОК(Продолжение)                                                    ;                     006. Часть 3. ОГОНЬ ГОРИТ ЯРКО                                                        ;                                            007. Часть 3. ОГОНЬ ГОРИТ ЯРКО(Продолжение)                                                                 008. Часть 3. ОГОНЬ ГОРИТ ЯРКО(Продолжение)Продолжения

 ... Читать дальше »

 

 

 

                                                Брэдбери Рэй - 451 градус по фаренгейту - слушать...                                                                       http://audiokniga.club/252-bredberi-451-gradus-po-farengeitu.html#sel=15:1,15:1

*** ***

***

Рэй Брэдбери. Пришло время дождей

Рэй Брэдбери. Пришло время дождей

     Отель напоминал высохшую  кость  в  пустыне.  Немилосердно
жгло  солнце  и накаляло крышу. По ночам воспоминания о дневном
зное наполняли комнаты, словно запах далекого лесного пожара. И
после наступления темноты в отеле долго не зажигали огней,  ибо
свет  означал  зной.  Обитатели  отеля  предпочитали в потемках
ощупью пробираться по коридорам в тщетных поисках прохлады.
      ... Читать дальше »

***

ПОДЕЛИТЬСЯ

 

***

Зачем

 


      Оруэл задумал свой 1984 в 1943 году. Еще до формирования разделенного на две супердержавы мира и за 40 лет до описываемых в его романе событий. И сдал в печать до формирования противостоящих друг другу военных блоков НАТО и Варшавского договора. История самими этими фактами отсрочила исполнение его прогноза.

      Задуманные де факто в конце 1980-х и реализованные в рамках буквально трех лет разрушения одной из супердержав и ее военного блока отключили эту отсрочку. И часы Оруэлла вновь начали тикать.

      Но инер ... Читать дальше »

Антиутопия 004. Джордж Оруэлл. 1984

Подумал с грустью, хотя хорошо знал, что Сайм презирает его, не слишком благоволит и вполне способен разоблачить как преступника мысли, если только найдется какой-нибудь повод. Что-то с ним было не так. Чего-то ему явно не хватало — благоразумия, равнодушия, спасительной глупости. Нельзя сказать, что Сайм неблагонадежен. Он верит в принципы Ангсоца, обожает Большого Брата, ликует при известиях о победах, ненавидит отступников, искренне, с рвением, по-современному ненавидит, что встречается далеко не у каждого рядового члена Партии. И все же за ним тянется дурная слава. Он говорит о таких вещах, о которых лучше помолчать, он с ... Читать дальше »

 Антиутопия 001

Антиутопия 002

Антиутопия 003

Антиутопия 004

Антиутопия 005

 Антиутопия 006 

Антиутопия 007

   Антиутопия 008

Антиутопия 009

Антиутопия 010

Антиутопия 011

   Антиутопия 012

Антиутопия 013 

 Антиутопия 014

   Антиутопия 015 

  Антиутопия 016 

  Антиутопия 017

   Антиутопия 018 

 

1984 (роман)

Материал из Википедии — свободной энциклопедии

 

1984
англ. Nineteen Eighty-Four
1984 (first book-cover).jpg
Обложка одного из первых изданий романа
Жанр роман-антиутопия
социальная фантастика
Автор Джордж Оруэлл
Язык оригинала английский
Дата написания 1948
Дата первой публикации 1949
Издательство Secker and Warburg
Предыдущее Скотный двор
Логотип Викицитатника Цитаты в Викицитатнике
Commons-logo.svg Медиафайлы на Викискладе

«1984» (анг. Nineteen Eighty-Four, «Тысяча девятьсот восемьдесят четвёртый») — роман-антиутопия Джорджа Оруэлла, изданный в 1949 году.

Название романа, его терминология и даже имя автора впоследствии стали нарицательными и употребляются для обозначения общественного уклада, напоминающего описанный в романе «1984» тоталитаризм.

Роман «1984», наряду с такими произведениями, как «Мы» Евгения Замятина (1920), «О дивный новый мир» Олдоса Хаксли (1932) и «451 градус по Фаренгейту» Рэя Брэдбери (1953), считается одним из известнейших произведений в жанре антиутопии.

В письме своему издателю Фреду Уорбургу от 22 октября 1948 года Оруэлл сообщил, что первая мысль о романе возникла у него в 1943 году. Он органично продолжает тему «преданной революции», раскрытую в «Скотном дворе». Первыми названиями романа были «Последний человек в Европе» и «Live and Dead» («Живые и мёртвые»). Появляются основные моменты и линии — двухминутки ненависти, двоемыслие, новояз, любовь и страх в тоталитарном обществе и пр.

В романе прослеживается также ряд параллелей или даже заимствований из творчества предшественников Оруэлла — прежде всего, романа-антиутопии Евгения Замятина «Мы» (Благодетель — Старший Брат; Единое Государство — Океания; операция по удалению из мозга центра фантазии — промывка мозгов). Английский критик Исаак Дойчер ещё в 1955 году обратил внимание, что Оруэлл «заимствовал идею, сюжет, главных героев, символику и всю атмосферу» замятинского «Мы». С другой стороны, некоторые исследователи утверждают, что Оруэлл прочитал «Мы» уже после собственной книги. Но необходимо помнить о том факте, что сам Оруэлл отрецензировал «Мы» в 1946 году, а в письме Глебу Струве от 17 февраля 1944 года Оруэлл писал так: «Вы меня заинтересовали романом „Мы“, о котором я раньше не слышал. Такого рода книги меня очень интересуют, и я даже делаю наброски для подобной книги, которую раньше или позже напишу».

Черновой вариант романа был закончен в октябре 1947, однако работа была прервана из-за обострения туберкулёза. Выйдя из клиники, Оруэлл 28 июля 1948 года приезжает на остров Джура для окончания романа. В октябре он просит Уорбурга прислать ему машинистку, однако никто не согласился ехать на отдалённый остров, и тяжелобольной Оруэлл перепечатал роман сам. Впервые роман был опубликован 8 июня 1949 года и вызвал восторг критики и восхищение коллег — Хаксли, Дос Пассоса, Рассела. В 1953 году был выпущен радиоспектакль, в 1956 и 1984 годах по роману были сняты одноимённые фильмы. К 1989 году роман был переведён более чем на 65 языков.

  • Уинстон Смит (англ. Winston Smith) — главный герой, 39-летний мужчина. Родился в Лондоне в 1944 или 1945 году — точную дату установить невозможно. С молодых лет работает в Министерстве Правды, в отделе документации: в его обязанности входит внесение уточнений в документы, которые содержат факты, противоречащие партийной пропаганде. Внешне он делает вид, что является приверженцем партийных идей, тогда как в душе глубоко их ненавидит. На протяжении всего романа одет в униформу партийного работника внешней партии. Протагонист получил своё имя в честь Уинстона Черчилля, лидера английской партии консерваторов, которая была враждебна политическим взглядам Оруэлла.
  • Джулия (англ. Julia) — девушка, влюблённая в главного героя. Ей 26 лет, у неё пышные каштановые волосы и карие глаза, тонкая талия, перетянутая красным кушаком Молодёжного Антиполового Союза. Работает в Министерстве Правды в Художественном отделе. Искусно притворяется яростной сторонницей Партии, в то время как постоянно нарушает партийные законы.
  • О’Брайен (англ. O'Brien) — антагонист, высокопоставленный член Внутренней Партии. Описывается как «рослый плотный мужчина с толстой шеей и грубым насмешливым лицом». Однако при этом О’Брайен не лишён обаяния, умён, а внешность боксёра-тяжеловеса в сочетании с воспитанностью даёт странный контраст. «Завербовал» Уинстона и Джулию в Братство — по его словам, подпольную антиправительственную структуру, в которой из-за конспирации и децентрализации каждый участник знает лишь троих-четверых других, а точное их число неизвестно никому. Позднее содействует аресту Уинстона и Джулии и «перевоспитывает» Уинстона в Министерстве Любви.
  • Мистер Чаррингтон (англ. Charrington) — продавец в лавке антиквариата, в действительности являющийся агентом полиции мыслей. Сдаёт Уинстону и Джулии комнату, позднее руководит их арестом.
  • Сайм (англ. Syme) — образованный коллега Уинстона. Один из наиболее симпатичных ему персонажей. Является филологом и работал над 11-м изданием словаря новояза. Мечтал изменить язык настолько, чтобы инакомыслие стало невозможным. Позже был «распылён».
  • Парсонс (англ. Parsons) — сосед и коллега Уинстона. Описывается как толстый, активный мужчина лет 35-ти, от которого всегда пахнет потом. Уинстон и Сайм не очень его любят. Он является идеальным членом партии — энергичен, работоспособен, не склонен к рассуждениям, беспрекословно верит всему, чему учит партия. Является главным активистом туристических походов и партийных акций. Невероятно глуп, но добродушен; очень любит детей. Позднее был арестован полицией мыслей по наводке своей дочери и «распылён».
  • Амплфорт (англ. Ampleforth) — коллега Уинстона, сотрудник министерства правды. Описывается как высокий, нескладный человек с ушами, покрытыми шерстью. По специализации — поэт, считается одним из лучших специалистов по рифмам и так называемым «каноническим текстам» (то есть переводам поэтических произведений с классического английского языка на новояз). В третьей части романа оказывается в камере предварительного заключения вместе с Уинстоном из-за того, что в одном из его переводов имелось слово «молитва», после чего исчезает в «комнате 101».
  • Мартин (англ. Martin) — слуга О’Брайена, описывается как низкорослый щуплый человек с монголоидным лицом, в белом костюме слуги.

Старший Брат (другой, менее точный вариант перевода — Большо́й Бра́т) (англ. Big Brother) — единоличный лидер партии. Изображается как черноусый мужчина средних лет. Утверждение единоличной власти Старшего Брата началось в 1960 году, с этого времени началось истребление руководителей партии, непосредственно участвовавших в революции; этот процесс завершился в начале 1970-х годов. Возможно, что Иосиф Сталин — прообраз Старшего Брата.
Эммануэль Голдстейн (англ. Emmanuel Goldstein) — враг государства № 1. Когда-то он был одним из вождей революции, но позднее, по официальной версии партии, предал её и бежал за границу. В Океании считается, что он создал тайное Братство, целью которого является борьба с партией. Считается номинальным автором книги «Теория и практика олигархического коллективизма» (хотя из слов О’Брайена, возможно, следует, что книга сфабрикована идеологами внутренней партии для облегчения процесса выявления и отлова инакомыслящих). Прообразом Голдстейна послужил Лев Троцкий.
Кэтрин (англ. Katharine) — формально жена Уинстона, фактически разведена с ним и фигурирует только в воспоминаниях главного героя. Описывается как высокая блондинка с благородным профилем; однако при своей внешней привлекательности она, по словам Уинстона, — «самое глупое существо», с которым когда-либо он был знаком. Глубоко предана партийным идеям, испытывала огромное отвращение к сексу, но еженедельно требовала от Уинстона «исполнения партийного долга» для зачатия ребёнка. После серии неудачных попыток забеременеть она покинула Уинстона.
Джонс (англ. Jones), Аронсон (англ. Aaronson) и Резерфорд (англ. Rutherford) — бывшие высокопоставленные члены внутренней партии. Они были первоначальными лидерами революции, однако позднее обвинены в предательстве революции и арестованы. Под пытками они сознались во всех преступлениях, в которых их обвиняла партия, были помилованы, временно освобождены, однако потом почти сразу повторно осуждены и расстреляны. Во время своей работы Уинстон случайно обнаружил доказательство их невиновности — фотографию участников партийной конференции в Нью-Йорке, на которой они присутствовали. Фотография была сделана в 1960 году, в то время, когда, согласно предъявленным обвинениям, они находились на тайном евразийском аэродроме в Сибири, где якобы общались с представителями евразийской разведки.

 

Главный герой — Уинстон Смит — живёт в Лондоне, работает в Министерстве правды и является членом внешней партии. Он не разделяет партийные лозунги и идеологию и в глубине души сильно сомневается в партии, окружающей действительности и вообще во всём том, в чём только можно сомневаться. Чтобы «выпустить пар» и не совершить какой-нибудь безрассудный поступок, ведёт дневник, в котором старается излагать все свои сомнения. На людях же притворяется приверженцем партийных идей. Однако опасается, что девушка Джулия, работающая в том же министерстве, шпионит за ним и хочет разоблачить его. В то же время полагает, что высокопоставленный сотрудник их министерства, член внутренней партии некий О’Брайен также не разделяет мнения партии и является подпольным революционером.

Однажды оказавшись в районе пролов (пролетариев), где члену партии появляться нежелательно, он заходит в антикварную лавку Чаррингтона. Тот показывает ему комнату наверху, и Уинстон мечтает пожить там хотя бы недельку. На обратном пути ему встречается Джулия. Смит понимает, что она следила за ним, и приходит в ужас. Он колеблется между желанием убить её и страхом. Побеждает страх, и он не решается догнать и убить Джулию. Вскоре Джулия в министерстве передаёт ему записку, в которой она признаётся ему в любви. У них завязывается роман, они несколько раз в месяц устраивают свидания, но Уинстона не покидает мысль, что они уже покойники (свободные любовные отношения между мужчиной и женщиной, являющимися членами партии, запрещены партией). Они снимают комнатку у Чаррингтона, которая становится местом их регулярных встреч. Уинстон и Джулия решаются на безумный поступок: они идут к О’Брайену и просят принять их в подпольное Братство, хотя сами лишь предполагают, что он в нём состоит. О’Брайен их принимает и даёт им книгу, написанную врагом государства Голдстейном.

Через некоторое время их арестовывают в комнатке у мистера Чаррингтона, так как этот милый старик оказался сотрудником полиции мыслей. В министерстве любви Уинстона долго обрабатывают. Главным палачом, к удивлению Уинстона, оказывается О’Брайен. Сначала Уинстон пытается бороться. Однако от постоянных физических и психических мучений он постепенно отрекается от себя, от своих взглядов, надеясь отречься от них разумом, но не душой. Он отрекается от всего, кроме своей любви к Джулии. Однако и эту любовь ломает О’Брайен. Уинстон предаёт её, думая, что предал её только на словах, разумом, от страха. Однако, будучи «излечен» от революционных настроений и на свободе, он, сидя в кафе и попивая джин, понимает, что в тот момент, когда отрёкся от неё разумом, отрёкся полностью. Он предал свою любовь. В это время по радио передают сообщение о победе войск Океании над армией Евразии, и Уинстон понимает, что теперь он полностью излечился. Теперь он действительно любит партию, любит Большого Брата…

 Рабочее название романа, над написанием которого Оруэлл работал на протяжении 1940-х годов, звучало как «Последний человек в Европе» (англ. «The Last Man in Europe»). Известно, что издатель книги Фредерик Варбург настаивал на смене названия для повышения интереса потенциальных читателей. Причины, по которым автор остановился на названии «1984», до конца не ясны. Наиболее распространённым является мнение, что год действия романа избран простой перестановкой последних двух цифр года написания романа — 1948.

В своём эссе «Почему я пишу» (1946) Оруэлл настаивал на том, что все его произведения, начиная с периода Гражданской войны в Испании, были прямо или косвенно против тоталитаризма и за демократический социализм, как он его понимал.

Во многих отношениях роман является продолжением предыдущих произведений Джорджа Оруэлла — в некоторой степени мемуаров о Гражданской войне в Испании «Памяти Каталонии» и особенно повести «Скотный двор». В «1984» продолжены основные мотивы «Скотного двора» — преданная революция, опасность ограничения личных свобод, авторитарная бонапартистская диктатура, эксплуатирующая попранные ею же достижения революции, — а также вводится образ, соответствующий Льву Троцкому (Снежок в «Скотном дворе», Голдстейн в «1984»)...

Источник : 1984 (роман) — Википедия   https://ru.wikipedia.org/wiki/1984_(%D1%80%D0%BE%D0%BC%D0%B0%D0%BD)

***

Просмотров: 564 | Добавил: iwanserencky | Теги: творчество, фантастика, фильм, книги, видео, проза, 451 градус по Фаренгейту, писатель, Рэй Бредбери | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: