Перемещение 033 - 25 Декабря 2025 - Персональный сайт

Главная » » Перемещение 033

20:15

Перемещение 033

***

Глава 6
Поиски

Я поднял шарф, пропустил его через пальцы и сжал, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди.
Кровь была ещё свежая, липкая… Я глубоко вдохнул, чтобы сосредоточиться. Илона… Что с ней случилось? Кто мог напасть на неё здесь, в самом центре Петербурга, в дорогом отеле? И почему этого никто не заметил?
Я осмотрел комнату ещё раз, пытаясь найти хоть какую-то зацепку. В воздухе висели остатки комплексного заклинания — чего-то из школы иллюзий. Быстро определить, что это за магия, у меня не получилось, но догадаться было не сложно. Неизвестные явно окутали наши апартаменты какой-то глушилкой, чтобы никто ничего не услышал.
На подоконнике обнаружились следы — мелкие царапины, будто от когтей. Я выглянул наружу. Под окном был узкий карниз, а дальше — крыша соседнего здания. До неё было метров пять — и это был единственный путь скрыться.
— Дерьмо! — прошептал я, сжимая кулаки, — Кто же до тебя добрался, дорогая?..
Я быстро вернулся в гостиную, выгреб из сумки все энергокристаллы, и распихал их по карманам куртки и штанов, а затем вышел из номера. Спустившись в холл, подошёл к ресепшену и щёлкнул пальцами, привлекая внимания всё того же служащего с зализанными назад волосами.
Он с опаской приблизился.
— Д-да? господин Апостолов? В-вот ваш п-паспорт, кстати…
— Слушайте внимательно, — резко оборвал его я, забирая документ, — В номере триста тринадцать произошло нападение, он разгромлен. Моя подруга, Илона Кофеева, исчезла. Вызывайте полицию, охрану отеля и вашего начальника. Быстро! В номер до прибытия властей никого не впускать. Ясно?
— Д-да, господин Апостолов, — побледнев и запинаясь, ответил администратор, — Всё сделаем!
Уже через пару минут в холле отеля началась суета.
Выскочивший из своего кабинета управляющий пытался убедить меня, что они примут всё, что возможно для содействия полиции, но я заткнул его и велел показать записи с камер видеонаблюдения.
— Н-но полиция… — заикнулся холёный низкорослый мужчина, но я перебил его.
— Мою невесту похитили в вашем отеле. Согласно уложению о дворянстве, это попадает под определение чрезвычайной ситуации, задевающей мою честь. В которой я могу потребовать у вас любое содействие. А если вы собираетесь отказать…
По моим пальцам пробежали молнии, и управляющий нервно сглотнул.
— Х-хорошо… Пройдёмте в комнату охраны…
Да, пришлось чуть приврать — но ждать полицию я не собирался. Изнутри меня будто жгло огнём, и беспокойство за подругу заставляло действовать.
Быстро подняв видеозаписи, я обнаружил камеру, цепляющую краем как раз нужную крышу.
Отмотав запись, нашёлся нужный фрагмент. Сначала на крышу перепрыгнул мужчина в чёрной одежде, с лицом закрытым полумаской. Явно подкинул себя потоками воздуха, это видно…
Затем на крышу прыгнули двое. — Ещё один мужчина, только в плаще, и тоже в маске. Он держал на руках обмякшее женское тело в светлых джинсах и короткой белой куртке… Это точно Илона, её волосы развевались на ветру…
Похитители выбили дверь, которая выходила на крышу, и скрылись за ней…
Так… Ладно…
— Снимите мне копию записи, живо.
Молчаливый пожилой охранник не стал перечить и быстро отправил мне нужный файл.
Я снова вышел в холл, покинул отель, и обогнул здание. Пройдя через вереницу дворов-колодцев, отыскал единственный подъезд того здания, на который перепрыгнули похитители, и поднялся до выхода на чердак.
Ничего особенного не обнаружил — никаких остатков заклинаний тут не было. Разве что несколько капель крови на лестничных пролётах. Дерьмо…
Спустившись обратно, я внимательно осмотрел окрестности. Капли крови обнаружились в ближайшей арке проезда…
— Так-так-так…
Пройдя через неё, я оказался ещё в одном дворе, затем ещё… Да сколько их тут?! Что за лабиринт из облупившихся стен, грязных окон и разбросанных бутылок?
Да-а-а, за фасадом Петербурга будто скрыто не самое приятное нутро прожжённого курильщика… Надеюсь, не вся северная столица такая?
Нахмурившись, я тряхнул головой, отгоняя посторонние мысли.
Это что, я нервничаю?! Давненько такого со мной не случалось…
Капель крови в округе не оказалось, и я скрежетнул зубами. Значит, тут похитители либо хорошенько перевязались, либо избавились от ранения… Либо… Сели в приготовленный заранее мобиль!
Эх, жаль, что большинство транспортных средств сейчас без колёс! Куда проще было бы, если бы сейчас удалось обнаружить отпечатки шин…
Правда, я понятия не имел, что бы мне это дало…
Изучив два арочных выезда из двора, на стене одного из них я обнаружил царапины на старой извёстке — и следы чёрной краски. Всё это выглядело очень свежим…
— Эй, паря, тут закладчиков не любят! Валил бы отседова! — послышался откуда-то сверху хриплый голос.
Выглянув из арки обратно во двор, я поднял голову — и увидел высунувшегося из окна второго этажа старика. Он напоминал потрёпанного луня — с торчащими остатками волос, растущих вокруг лысины, с крупным носом, чуть мутноватым взглядом, полного и в старой, растянутой майке, бывшей некогда белого цвета, а теперь превратившуюся в серую тряпку.
— Я что, похож на торчка?
Дед хмыкнул, затянулся сигаретой и стряхнул пепел.
— А то! Щас это дело такое, только для молодёжи с деньгами, хех!
Я прищурился.
— Дедуль, а ты часто куришь?
— А что? — насторожился тот.
— В окно выглядывать наверное любишь… Лето тёплое, свежий воздух…
— Может и так, — степенно кивнул старичок, — А тебе-то чего?
— Да ничего, — я пожал плечами, — Думаю вот поддержать пенсионеров славной северной столицы деньгами. Особенно тех, кто любит подышать… в нужное время.
— Хех! — усмехнулся дед, — Ну поднимайся…
— А есть смысл?
— Ну, если ищешь чёрный мобиль, в который упаковали рыжую деваху — есть. Если что-то другое ищешь — нет.
Старый филин! Быстро соображает, несмотря на сонный вид…
Недолго думая, я заскочил в ободранный и мрачный подъезд, в котором горела лишь одна лампочка, поднялся по лестнице и оказался перед обитой красной кожей дверью — уже слегка приоткрытой.
— Залетай, — донеслось изнутри.
Я шагнул внутрь. В нос сразу ударил запах скисшего пива, прокуренных десятилетиями стен и нестиранной десятилетиями одежды. М-да уж…
Обстановка соответствовала — отошедшие местами обои в узком коридоре, старый рассохшийся шкаф, пачки старых (бумажных!) журналов на стульях, грязный коврик на полу, паутина под потолком…
Старик стоял посреди всего этого безобразия
— Чай будешь? — предложил он, почёсывая выпирающий из-под старой майки живот, — Заходи.
— Я тороплюсь, уважаемый, — покачал я головой, — И очень сильно. Плачу десять тысяч за информацию о том мобиле. Переводом.
— Наличкой, — нагло ухмыльнулся дед, облокотившись на стену, — И не десять, а двад…
Договорить он не успел — я метнулся вперёд, ухватил его за горло и впечатал в стену.
— Не нужно проверять мою доброту, дедуля… Предложение и так щедрое, а я… Сейчас не в настроении торговаться.
Обижать старших нехорошо, конечно, но… И терпеть такое, пока Илона в опасности, я не собирался.
В глазах деда промелькнул страх, он захрипел, и я чуть разжал пальцы.
— Говори.
— Большой, внедорожный кузов… Тонированный… Девчонку без сознания туда запихнули двое…
— Лица видел?
— Были в масках…
— Номер?
— А четыре-два-семь АГ…
— Камеры в вашем дворе есть?
— От-ткуда?..
Я отпустил горло старика, и кинул запрос на сопряжение. Через несколько секунд он подтвердил его, и я тут же отправил ему десятку.

«Баланс — 5 642 350 рублей»

— С-спас-сибо… — удивлённо ответил он, потирая горло, — Н-не думал, что с-сдержишь… Слово…
— Я всегда его держу.
Спустившись во двор, я пошёл обратно в отель. Теперь у меня есть хоть что-то, но на ногах догнать мобиль (скорее всего — угнанный) нереально. Нужно подключать связи…
В холле «Петра» уже вовсю сновали полицейские. Вход перекрыли, постояльцев куда-то выгнали, и меня тоже попытались было не пустить. Но я заявил, что это я вызвал представителей власти — и ко мне вышел какой-то молодой лейтенант лет двадцати семи-тридцати, с лёгкой небритостью.
— Господин Апостолов?
— Это я.
— Лейтенант Арсений Новицкий. Прошу, пройдёмте в кабинет управляющего, есть несколько вопросов…
Мне не потребовалось много времени, чтобы понять, чтобы лейтенант не слишком опытный… Вопросы были один стандартнее другого. «Во сколько вы приехали?». «Есть ли у вас или вашей невесты враги?». «Обнаружили ли вы что-то особенное, когда осматривали комнату?».
И всё в таком духе…
— Послушайте, лейтенант, — вздохнул я, когда он принялся заверять, что полиция Петербурга предпримет всё возможное, чтобы отыскать Илону, — Мы с невестой не занимались ничем противозаконным, и я понятия не имею, что могло побудить похитителей украсть Илону. Я не понимаю, что произошло, а потому хочу спросить — вы уже что-то обнаружили?
— Мы нашли остатки глушащего звуки плетения в ваших апартаментах. Также проверили камеры наблюдения и обнаружили, как преступники покинули здание. Уверяю вас, наши лучшие специалисты детально изучают их пути отхода, и…
— Простите, что перебиваю, но давайте поступим так, — вздохнул я, — Пока ваши люди копаются, я уже отыскал путь отхода этих ублюдков. Они сели в мобиль в одном из дворов неподалёку и уехали в неизвестном направлении. У меня есть описание мобиля и его номер — но нет возможности отследить его.
— Это… — опешил лейтенант, — Прекрасно! Давайте же передадим всё это нашим специалистам, и…
— Обязательно передадим, — согласился я, — Только добавим это кое-чем.
— Что вы имеете в виду?
— Мы сейчас же пробьём этот мобиль по вашим базам, и вы подключитесь к городской сети видеонаблюдения. Но я не собираюсь ждать, и буду искать похитителей — либо сам, либо вместе с вашими людьми.
— Не думаю, что это возможно, господин Апостолов.
— Думаю, вполне, — я пожал плечами, — Если вы откажетесь я, разумеется, всё равно передам вам данные. Однако при этом позвоню своему другу, графу Юсупову, и попрошу его… Посодействовать. Из-за этого наши «переговоры» удлинятся на пару десятков минут — но всё равно придут к тому же результату. Вот только я никогда не забуду, что вы помешали мне поскорее отыскать невесту.
Пока я всё это говорил, во мне бурлили самые разные эмоции.
И в лейтенанте Новицком — тоже! Я прекрасно их ощущал — неуверенность, самобичевание, опасения, сочувствие, немного страха и щепотка возмущения… Они будто запахи, расходились от него и обволакивали меня…
Не скажу, что это было приятно — но неожиданно я понял, что происходит! Это же поглощение эмоций! Оно работало, и довольно хорошо!
Вопрос — почему? Неужели потому, что я сам переживал эмоциональное потрясение?..
— Лейтенант? — я добавил в голос немного мягкости, определив, что сильнее всего чувствует Новицкий, — Похищена моя невеста… Поймите — я готов пойти ради неё на всё. Уверен, вы бы тоже не хотели оставаться в стороне, если бы что-то подобное случилось с вами…
Он медленно кивнул, и его негативные эмоции тут же сменились сочувствием!
Впрочем, это был последний проблеск моей способности — «запахи» тут же растворились в воздухе, а у меня заломило виски.
— Я… Понимаю вас… И думаю, нет необходимости отвлекать графа от его работы прямо сейчас…
— Согласен. Так мы договорились?
— Пожалуй… Но прошу, господин Апостолов — постарайтесь держать себя в руках!
— Разумеется.
Как только я выложил всё, что знаю, лейтенант связался с кем-то, и дело закрутилось быстро. Таких номеров не было нигде зарегистрировано, но похожий мобиль уже пару дней как числился в угоне. И пока полиция пыталась отыскать его по дорожным камерам, лейтенант выяснил, кто занимался угоном.
И тут я оказался удивлён и не удивлён одновременно.
Угон мобиля произошёл рядом с Московским вокзалом, и дело это поручили моему «знакомому» — следователю Никитину.
Так-так-так… Значит, мои подозрения на счёт этого ублюдка были не беспочвенными…
— К сожалению, ничего конкретного нам не сообщили, — поговорив с Никитиным, сообщил мне лейтенант, — Есть данные кому принадлежал мобиль, откуда его угнали — но не более того. Ни зацепок по личности угонщиков, ничего другого. Но поверьте, мы обязательно выйдем на след этих преступников! Непозволительно, чтобы гости северной столицы становились объектами…
— Прошу вас, — поморщился я, — Давайте не будем повторяться… Мне сейчас нелегко, и…
— Да, я понимаю!
— Держите меня в курсе, хорошо? — попросил я, поднимаясь из кресла в кабинете управляющего, где мы организовали что-то вроде «штаба».
— Разумеется! Как только мы что-то выясним, я обязательно вам сообщу! Вы останетесь здесь?
— Да. Мой номер у вас есть, так что…
— Да, да, разумеется!
Кивнув, я вышел из кабинета управляющего, и… Не стал отправляться в выделенный мне администрацией отеля номер. Вместо этого вышел на улицу, вызвал такси, и отправился обратно к Московскому вокзалу.
Стоило ли поделиться с лейтенантом подозрениями насчёт того ублюдского следователя?
Однозначно — нет.
Никаких доказательств, безосновательные обвинения… Ничем хорошим это для меня не закончится, но…
Учитывая, что я до сих пор был взбудоражен случившимся — имелась идея, как обернуть это себе на пользу. И полиция для этого была мне не нужна.
Ну… Нужна не так, как можно было бы подумать.
Приехал я уже к вечеру, когда над Петербургом сгустились сумерки и город зажёгся миллионами огней.
На проходной полицейского опорника меня встретили настороженными взглядами.
Сержант за бронестеклом нахмурился, и тут же нажал на кнопку вызова рации, закреплённой у ключицы.
— Майор Хворостов, приём. Тут тот дворянин вернулся…
— Ждите, — прохрипела рация.
— Расслабься, крушить ничего не буду, — успокоил я парня, и уселся на жестяную скамейку у стены.
Полный майор в помятом кителе появился за сканирующими рамками меньше, чем через минуту. Нахмурившись, он окинул меня настороженным взглядом, вытащил из кармана платочек и вытер залысину.
— Господин Апостолов… Не думал увидеть вас так скоро…
— Есть разговор, если вы не против, майор…
— Леонид Геннадьевич Хворостов.
— Рад знакомству. Марк Апостолов.
— Да, я уже в курсе… Пройдёмте ко мне в кабинет?
— Буду признателен.
Меня пропустили, и через пару минут майор пригласил меня в небольшую комнатку с тусклым освещением и огромным столом посередине. Крякнув, майор уселся за него и приглашающим жестом предложил мне кресло напротив.
Оно скрипнуло под моим весом. М-да, как бы не развалилось…
— Слушаю вас, господин Апостолов.
Мой «эмоциональный сканер» снова работал — хоть это и вызывало страшную головную боль. Но я не собирался «отключать» это — не сейчас.
Майор нервничал. А ещё — опасался меня. И чувствовал лёгкую агрессию — вероятно оттого, что ему приходится ходить на цыпочках перед молодым аристократом. Но опасения были сильнее всего.
Дерьмо! Как бы начать…
— Дело вот в чём, — начал я, — Сегодня, пока меня держали в вашем отделении, мою невесту похитили прямо из отеля. Сейчас там работают полицейские, и у нас есть зацепки, но… Как вы понимаете, я не могу просто сидеть на месте.
— Понимаю, — Ощутив лёкое сожаление и сочувствие, кивнул Хворостов, — Мне уже доложили, что отделение центрального района запрашивало какую-то информацию по похищению из отеля, но я не вдавался в подробности…
— Дело в том, что машина, которая подходит под описание той, на которой увезли мою невесту, находится в угоне. И расследует этот угон один из ваших следователей. Никитин.
— Теперь понимаю… — протянул майор, — И чего вы хотите?
— Поговорить с ним. Данных об угоне, насколько мне известно, немного, но я бы хотел пообщаться с Никитиным. Быть может, он вспомнит что-то незначительное, что поможет в расследовании…
— Но… — на этот раз майор удивился, — Почему приехали вы, а не кто-то из центрального отделения?
— Вы действительно не понимаете? — я добавил в голос холода.
— Понимаю, но…
Теперь майор напрягся, и до меня донеслись кисловатые оттенки страха. И с каждой секундой, пока я пилил Хворостова взглядом, его страх становился всё сильнее.
Точно также, как усиливалась и моя головная боль. Мозг трещал так, будто к нему подвели электричество и подали мощное напряжение…
— Если вы переживаете, что придётся поделиться информацией с гражданским — это вполне оправданно, майор, — процедил я, и направил на Хворостова всю ярость, которая во мне скопилась.
Головная боль стала почти невыносимой, но я скрипнул зубами — и усилил нажим ещё больше.
— Однако… Это поможет мне забыть утреннее недоразумение. А ещё не придётся звонить моему другу, графу Юсупову, и просить его об… «одолжении».
Ох, надеюсь, инквизитор не узнает, как я тут козыряю знакомством с ним…
Не расплачусь же потом!
Услышав знакомую фамилию, майор снова поморщился.
Головная боль продолжала нарастать, и я уже с трудом улавливал нотки эмоций Хворостова, так что не выдержал, и процедил:
— Ну так что, майор? Какое решение примете?

Глава 7
Холодная ярость

Майор Хворостов не стал испытывать судьбу — и разрешил мне поговорить со следователем.
Ничего нового об угоне он не рассказал (ну ещё бы!) — но пока мы сидели в его прокуренном кабинете, с Никитиным связались полицейские центрального управления — те самые, которые прямо сейчас искали Илону.
Они сообщили, что отследили угнанный мобиль до какого-то пустыря в районе Купчино. Авто оказалось брошено и сожжено, и сейчас на месте работала следственная группа, так что Никитина, как ведущего это дело следователя, вызвали на место.
Я же попросил «подбросить» меня туда же — якобы, чтобы пообщаться с лейтенантом Новицким и узнать подробности.
Отказать настойчивой просьбе, подкреплённой приказом майора Хворостова, Никитин не посмел. Так что теперь он вышагивал впереди меня уверенной походкой, но я ощущал исходящие от него эманации страха.
Ничего больше — только липкий, кислый страх, оставляющий за собой неприятный шлейф.
И это говорило о многом.
«Ну, сволочь, жди…»
Парковка полицейского участка находилась позади здания, спрятанная от посторонних взглядов и окружённая высоким забором. Разумеется, тут я не собирался воздействовать на Никитина — хотя, признаться, сдерживал себя с трудом.
Впрочем, было и ещё кое-что. Видимо, я слишком долго использовал навык поглощения эмоций — голова всё ещё болела со страшной силой. И хотя я, «выпив» один из энергокристаллов с живительной силой, попытался её успокоить — получилось не слишком хорошо.
Боль слегка отступила, но череп всё равно будто был сжат стальными тисками, заставляя постоянно морщиться и скрипеть зубами…
Мобиль, в который мы сели, оказался бронированным, тяжёлым, выкрашенным в белый и синий цвета и с мигалками на крыше. Рыкнув турбинами, когда Никитин завёл двигатель, авто поднялось на полметра в воздух и медленно поплыло к отъезжающим воротам.
Следователь молчал, и демонстративно не обращал на меня никакого внимания — даже не смотрел в мою сторону!
Мы выехали на Лиговский проспект, вдоль которого возвышались красивые барочные здания, и устремились на юг.
— Давно вы в органах работаете? — спросил я, уже поняв, что со своим новым умением лучше заходить издалека.
— Десять лет, — коротко ответил следователь.
Сожаление, усталость…
— И как вам служится?
Настороженность…
— В каком смысле?
— Господин Апостолов.
Мужчина скрипнул зубами, и до меня донеслись нотки возмущения, недовольства и зависти.
— В каком смысле… Господин Апостолов?
— Вам нравится ваша работа?
Мобиль свернул и теперь мы двигались вдоль канала, по которому проплывали прогулочные яхты.
— Да, не жалуюсь.
Ложь!
Так-так-так… Кажется, я на верном пути… Эх, жаль, из-за уснувшей Бунгамы нельзя пообщаться с её «квартирантом», Вальтером. Уж он бы сориентировал меня в столь сложном умении чтения эмоций…
— И никогда не хотели большего?
— Что вы имеете в виду… Господин Апостолов?
Теперь до меня донеслась настороженность и опасения — холодные и колючие, отчего по моей собственной спине пробежали мурашки.
А голова вновь затрещала так, будто по ней ударил таран!
— Вы не думали найти занятие вне органов? Стать частным сыщиком, или открыть собственное охранное агенство?
Облегчение…
— Нет, как-то в голову не приходило. Мне нравится помогать людям… Господин Апостолов.
Ложь! Плюс нотка превосходства и радости…
Ладно, сволочь… Сейчас попробуем достать из тебя всё, что ты знаешь…
— Притормозите у аптеки, — попросил я, указав на небольшой кармашек меж двух старых домов с «парижскими» крышами, — Голова раскалывается.
— Не думаю, что у нас есть время… Можете взять в бардачке цитрамон…
— Остановите, — жёстко велел я
Спорить следователь не посмел. Пусть от тоже и был дворянином — но имели прямой приказ своего непосредственного начальника содействовать мне. В голове мелькнула забавная мысль, что следователь работал в полиции, а значит — служил народу. По-крайней мере — соблюдал видимость этого…
Я этому лишь усмехнулся.
Никитин сбросил скорость заехал в переулок, и остановился.
— Постарайтесь поскорее… Господин Апостолов.
— А вы постарайтесь больше не работать с преступниками, — спокойно произнёс я, повернувшись к следователю.
Ледяной, обжигающий страх…
— П-простите?
Он попытался состроить удивлённое лицо, но в этот момент я врезал ему кулаком в нос!
Голова Никитина дёрнулась, будто у тряпичной куклы, на лобовое стекло брызнули капли крови из разбитого носа, а по пальцам следователя пробежали молнии — но я тут же сорвал с его шеи защитный амулет. Развеяв зарождающееся заклинание ударил повторно, сбивая концентрацию ублюдка.
А затем жёстко ухватил его за челюсть левой рукой, на которую была натянута перчатка.
Стараясь не обращать на головную боль никакого внимания, я подсоединился к ауре Никитина своими энергожгутами — и запустил по ним своё умение поглощения памяти.
Да, я не был уверен, что оно сработает. Но в таком случае я бы загасил тварь эмоциональными ударами, пусть даже моя голова взорвалась, как переспелый арбуз!
Да, я понимал, что напал на полицейского — и у этого могут быть серьёзные последствия. Но я точно знал, что Никитин не просто так продержал меня в отделении, пока Илону похищали. Его эмоции выдавали его с головой, и я был уверен в своей правоте!
Моё первое опасение не подтвердилось. Пожирание памяти — лёгкий колдовской конструкт, набор бессвязных плетений, в которых я не мог разобраться, неожиданно объединился с более упорядоченным пожиранием эмоций, закрутился, полыхнул вспышкой магического света — и скользнул по энергожгутам в голову закатившего глаза и пускающего слюни следователя!
— Сегодня… Сегодня днём! — рычал я, одновременно пытаясь совладать с пронёсшимся перед глазами временным потоком, — Илона… Я… Задержание… Угнанный мобиль… Сегодня днём… Сегодня… Вчера… Илона… Я… Задержание… Угнанный мобиль!
Страшно представить, как исказилось моё лицо.
Боль, рвавшая голову изнутри, оказалась такой сильной, что я едва не потерял сознание. Единственное, что удерживало меня в сознании — проносящиеся перед глазами потоки образов из жизни Никитина.
Моя стратегия оказалась верной.
Среди бурной мешанины воспоминаний передо мной «закольцевались» несколько фрагментов.

Вечер. Я сижу в мобиле. Старый телефон крутится в руках. Вздохнув, набираю номер по памяти.
— Да… Тачка припаркована по адресу… Только номера смените, я подержу её в розыске ещё пару дней…

День. Обшарпанный переулок. Неизвестный, чьё лицо скрыто под капюшоном, передаёт мне толстую пачку наличных.
— Задержи паренька на час-полтора. Когда закончим — получишь столько же.

День. Прокуренный кабинет. Перед моим столом навытяжку стоит сержант Авдеев. Я протягиваю ему планшет.
— Вот ориентировка. Есть информация, что подозреваемый приедет на пятичасовом поезде из москвы. Смотрите в оба! Он дворянин, так что осторожнее. Но если заартачится — крутите!
— Так точно, товарищ младший лейтенант!

Полицейский участок. Я смотрю, как я же выхожу из полицейского участка. Майор Хворостов орёт на меня при всех.

День. Я выхожу на парковку полицейского участка и снова набираю тот же номер.
— Да… Его отпустили. А что я мог сделать?! Он вынес дверь допросной и нарвался на Хворостова! Что?! Нет уж, ты тоже послушай! Я не позволю…

Внезапно меня отпустило — будто ураган, который крутил меня в вихре чужих воспоминаний, неожиданно рассеялся.
Я оказался вжат в спинку сиденья полицейского мобиля.
Голова просто раскалывалась, и прежде чем что-то сделать, я опустошил ещё два кристалла с целительной энергией. Применив все свои лекарские навыки, кое-как обуздал бушующий мозг, нейроны и энергополе, выдохнул.
И лишь после этого повернулся к Никитину.
Он сидел, вцепившись побелевшими пальцами в руль, с таким видом, будто только что увидел собственную смерть. Взгляд следователя блуждал, и когда я пошевелился — Никитин вздрогнул.
— Ч-то… Ч-то т-ты… Сделал…
— Увидел всё, что ты сделал, сволочь!
— Т-ты… М-ментал-лист!
Рука следователя метнулась к кобуре, но он ещё не пришёл в себя, и я перехватил её. А затем вновь ударил его по лицу.
— Закрой пасть!
— А-а-а…
— Дам тебе только один шанс, чтобы ответить на мои вопросы. Если соврешь — я узнаю. И выжгу нахрен всю твою память, тварь!
— Н-нет… Н-не надо!
— Кто те люди, которые заплатили тебе, чтобы ты меня задержал?
— Банда Михайло Островского, — выдохнул Никитин, — Не самые серьёзные ребята… Берут разные… «Подряды» у тех, кто более… Авторитетен…
— Зачем им моя невеста?
— Я н-не знаю… Я д-даже не знал, что они её… П-похитят… П-просто… П-попросили задержать тебя… Н-ненадолго… И найти тачку…
— Куда они увезли Илону?
— Я не знаю…
— Перефразирую — где у этих тварей логово?
Никитин отвёл взгляд, его нижняя челюсть задрожала.
— В Отрадном… Если ехать вдоль Невы на юго-восток…
— Я знаю, где это. Конкретнее.
— После моста через реку Тосна справа будет комплекс заброшенных заводов… После нового жилого квартала… В одном из них, с башенным краном…
— Ясно.
Я прищурился — и ударил по Никитину расстройством кровотока в мозг.
Не стану скрывать — хотелось накачать заклинание такой силой, чтобы у этого ублюдка все сосуды нахрен полопались и он сдох — но я удержался… Просто заставил следователя потерять сознание.
А затем вышел из мобиля, провёл рукой по лицу, и позвонил Юсупову.
Он ответил после первого же гудка.
— Господин Апостолов? Неожиданно.
— Здравствуйте, граф. Я вас не отвлекаю?
— Пара минут у меня есть, вы попали в удачное окно. Говорите.
— Не уверен, что вы в курсе… Я тут приехал в Петербург, и сразу вляпался в неприятности.
Юсупов рассмеялся в трубку своим глубоким голосом.
— Отчего-то я не удивлён, Марк… Проблемы серьёзные?
— Решаемые, — не стал я кривить душой.
— И вы решили решить их за мой счёт? Пользуетесь влиятельным знакомством? Что-ж, не могу вас осуждать…
— Всё слегка не так. С проблемами я разберусь сам. Вот только чтобы выяснить кое-какую информацию, мне пришлось… Скажем так — оказать давление на представителя власти.
— Звание? — деловито осведомился граф.
— Младший лейтенант. Следователь, если это важно.
— Он жив?
— За кого вы меня принимаете?!
— Даже не знаю… Но на вашем месяце я бы не стал переживать. Всё… Решаемо.
— Не сомневаюсь. Особенно, если учесть, что этот следователь — продажная шкура, и участвовал в похищении моей подруги.
— Даже так? — в голосе Юсупова проскользнула заинтересованность, — И как же вы это узнали? Неужели настолько запугали полицейского?
— Я же неведомый, — усмехнулся я, бросая взгляд на мобиль Никитина, — Во мне то и дело бурлит разная магия. Видимо, произошёл эмоциональный всплеск, и… В общем, я смог «увидеть» в его памяти несколько событий, о которых догадался по его странному поведению ранее. Думаю, после допроса он сам расскажет подробнее, как всё произошло.
— Ментализм? Любопытно…
— Не то, чтобы это было слишком приятно. Такое ощущение, что голова сейчас лопнет.
— Это сильно облегчает дело, Марк. Разумеется, мои люди займутся этим человеком. Где он?
Я посмотрел на угол здания, где красовался адрес, и продиктовал его, затем назвал имя Никитина.
— Он сейчас в полицейском мобиле, без сознания. Надеюсь, ваши люди поторопятся.
— Даже не сомневайтесь. Братья прибудут через десять-пятнадцать минут. Что касается вашей подруги… Вы знаете, где она?
— Да. И полагаю, что с этим помощи не потребуется. Я подключил местную полицию, они уже занимаются делом.
— Что-ж, как будет угодно. Звоните, если будет нужно.
— Благодарю, граф.
— Не стоит. Надеюсь, всё обойдётся без… Происшествий.
Найдя поблизости мобиль каршеринга, я направился к нему, а параллельно набрал лейтенанту Новицкому.
— Господин Апостолов? — тут же ответил он, — Что-то случилось?
— Случилось. Я узнал, где держат мою невесту.
— Что?! Но… Как?!
— Младший лейтенант, занимавшийся угоном мобиля оказался в сговоре с преступниками. Я выбил из него информацию.
— ЧТО?!
— Не переживайте. Граф Юсупов санкционировал это, — приврал я, снимая блокировку с новенькой «Чайки» и усаживаясь за руль, — И его люди уже едут, чтобы допросить этого продажного следователя. Вся необходимая информация будет вам предоставлена.
— Немыслимо…
— И тем не менее. Я сейчас еду за невестой, лейтенант, — я назвал ему место, — И надеюсь, что ваши люди не полезут внутрь без меня. Я хочу лично участвовать в освобождении госпожи Кофеевой.
— Я не… Не уверен, что это безопасно, господин Апостолов!
— Я — маг, — жёстко отрезал я, выруливая на дорогу, — И дворянин. Задета моя честь. Я имею полное право там присутствовать! Похитители пока ничего не знают — так что воспользуйтесь временем и предоставленной мной информацией с умом, и подготовьте штурмовой отряд. Я буду на месте через сорок пять минут.
Отключившись, я послал сигнал Мунину, вжал педаль газа в пол, и понёсся по шоссе.
Дерьмо космочервей… Надеюсь, эти ублюдки действительно там… А если нет? Хм… В таком случае снова придётся звонить Юсупову — и уж на этот раз так легко Никитин не отделается, в это я уверен!
До места я добрался в точно указанное время, когда на улице уже порядком стемнело. Белые ночи ещё не начались, но и сказать, что не было видно ни зги, было нельзя.
Отрадное оказалось небольшим городком-сателлитом Санкт-Петербурга, и ничего особенного собой не представляло. Жилые комплексы, обычные магазинчики, пара парков и церквей, три школы, больница, торговый центр и несколько градообразующих предприятий — в основном, связанных с тяжёлой промышленностью и грузоперевозками.
Одно из таких предприятий, как и говорил Никитин, оказалось заброшено.
Я не стал лезть на рожон, и для начала позвонил Новицкому. Лейтенант сообщил, что штурмовая группа будет готова через пятнадцать минут, и они уже недалеко — но настоятельно попросил не лезть в промзону в одиночку.
Что ж… Я не стал рисковать понапрасну.
Вместо этого припарковался, оставив каршеринговый мобиль у большого жилого комплекса неподалёку от промзоны. Прогулявшись от жилых зданий к чаробольному полю, я дошёл до дороги, отделяющей жилой квартал от берега Невы, и уселся на одну из скамеек в небольшом сквере.
А затем связался с Мунином.
Мой питомец оказался рядом — всю дорогу летел за мной, ничуть не отставая — и через пару мгновений я направил пернатого в сторону промзоны, глядя на мир его глазами.
Заброшенный заводской комплекс когда-то было гордостью промышленного района — обколотые фрески и статуи на крышах некоторых зданий, а также огромные полуразрушенные ордена на стенах указывали на это.
Правда, теперь все эти постройки представляли собой жалкое зрелище. Полуразрушенные цеха и склады, раздолбанные причалы… Высокие кирпичные стены, покрытые граффити и мхом, окружали территорию, а ржавые ворота, когда-то внушительные, теперь висели на одной петле, поскрипывая на ветру. Над главным зданием комплекса возвышались трубы. Их верхушки упирались в серое небо, напоминая мрачные обелиски.
Похоже, некогда это был цех по производству металлоконструкций… Теперь же — скелет из бетона и железа.
Окна были выбиты, стёкла давно стали осколками, разбросанными по земле. Крыша частично обрушилась, открывая взору Мунина (то есть — моему) ржавые балки, которые, казалось, вот-вот рухнут.
Я заложил петлю, и подлетел поближе — и тут же заметил нескольких людей.
Первого заметил на уцелевшей части крыши, рядом с одной из труб. Там был установлен импровизированный наблюдательный пункт — старый стол, накрытый брезентом, стул, небольшой навес… Оттуда наверняка открывается вид на всю территорию, включая подъездные пути и берег Невы…
Ещё двое стояли у входа в здание, укрывшись за массивными ржавыми воротами — так, что со стороны дороги и не разглядишь. Одеты в тёмную одежду, с автоматами на перевязи. Они курили, и о чём-то говорили.
Берег Невы, подступавший к заводу, был заросшим и заболоченным. Вода подходила почти к самым стенам одного из цехов, оставляя лишь узкую полосу земли, покрытую грязью и илом.
На берегу валялись ржавые бочки, обломки лодок и прочий мусор. Старый причал был раздолбан — металл проржавел, доски прогнили и явно могли провалиться под весом даже одного человека. Однако я приметил спрятанную в камышах моторную лодку — новую. Видимо, бандиты использовали её как запасной путь для отступления в случае проблем.
Облетев территорию, я срисовал ещё трёх человек — одного у массивного мобиля, припаркованного у котельной, и двух, обходивших территорию.
Рискнув, я направил ворона к крыше, с противоположной от дозорного стороны. Подчиняясь моей команде, Мунин несколько раз хлопнул крыльями, и уселся на одну из покосившихся балок.
Внутри цеха царила тьма, но воронье зрение позволило мне разглядеть груды мусора, каких-то обломков и старых станков, покрытых слоем пыли и ржавчины. Воздух был пропитан запахом сырости, масла и чего-то… гниющего.
В нескольких местах были установлены лампы — на лестнице, ведущей на второй этаж, у каморки в дальнем южном углу, и наверху, внутри уцелевшего на втором этаже помещения с большими, но очень грязными стёклами.
За ними виднелось несколько двигающихся теней.
Повинуясь моей воле, Мунин снова поднялся в воздух. Пролетев меж железных конструкций, я отыскал выбитое стекло и уселся на раму, вглядываясь в полумрак помещения…

...

Глава 8
Штурм

Темнота, сгустившаяся вокруг промзоны, была густой, как разлитые по миру чернила. Воздух был тяжёлым, пропитанным запахом ржавого металла, сырости и чего-то гниющего, и холодным — его тянуло со стороны Невы, и по моей коже пробежали мурашки.
А может, это было волнение?
Дерьмо!
Мне не терпелось рвануть в этот проклятый цех, поубивать всех этих отморозков и освободить Илону!
Да что же это такое?! Откуда во мне столько эмоций?! Я, конечно, не был бесчувственным чурбаном — но обычно очень хорошо контролировал себя. А тут…
Неужели это потому, что я весь день бездумно использовал поглощение эмоций? Неужели… Оно как-то меняет меня?
Надо бы с этим разобраться. Но позже.
Отогнав лезущие в голову мысли, я повернулся к лейтенанту Новицкому. Он стоял, прислонившись к стене. Как ещё шестеро полицейских, одетых в чёрную тактическую форму — они выглядели как призраки, готовые раствориться в темноте. Их лица, были напряжены, в глазах блестели лунные отблески.
— Мы заходим с двух сторон, — шёпотом объяснял Новицкий, развернув перед нами схему территории промзоны, смоделированную на планшете, — Первая группа, наша — проникает через провал в заборе. Вторая уже на подходе со стороны Невы. они прикроют нас с северной части. Вы, господин Апостолов, пойдёте с нами. Но, пожалуйста, держитесь сзади. Это всё-таки наша работа.
Я кивнул, хотя был готов прямо сейчас рвануть вперёд.
— Во второй группе тоже есть штурмовой маг, — продолжил лейтенант, — И если возникну… «Колдовские» проблемы — он нас прикроет. Но вы всё же смотрите в оба. Граф Юсупов заверил, что на вас можно рассчитывать… В сложной ситуации.
Голос лейтенанта слегка дрожал, и я подумал, что это его первая подобная операция. Ну а то, что Юсупов решил проконтролировать ситуацию — ничего удивительного.
Впрочем, за то, что граф подстелил мне соломки, я был благодарен — всё-таки, не факт, что меня допустили бы к участию в штурмовой операции, если бы не его своевременный звонок Новицкому.
— Что насчёт человека на крыше? — уточнил я.
— Его снимут с водонапорной башни, — заверил меня лейтенант, — Прямо… Сейчас.
Приложив руку к наушнику, Новицкий прислушался — и, получив подтверждение, кивнул:
— Готово! Выдвигаемся!
Шестеро штурмовиков двинулись вдоль стены один за другим. Мы с Новицким держались чуть в стороне. Добравшись до провала, идущий впереди полицейский остановился, подняв кулак, на котором был закреплён сигнальный кристалл.
— Сигналка, — предупредил он, глядя на обвалившиеся кирпичи, — Колдовская…
Я шагнул вперёд, тоже ощутив дрожание скрытого в кладке заклинания. А хорошо они тут подготовились…
Вытянув руку, я не стал мудрить, и просто высосал всю энергию из охранного заклинания. Магов рядом не было, простые люди не поймут, что я сделал — а значит, скрываться было незачем.
— Чисто.
Мы бесшумно пробрались на территорию промзоны и рассредоточились за сваленными горами мусора, бочками, контейнерами из-под мусора.
Осмотрев округу с помощью приборов ночного видения, первый номер штурмовиков сделал знак — и прочие полицейские двинулись вперёд. Короткими перебежками они продвигались вперёд, укрываясь за разнообразным хламом, валяющимся на территории промзоны.
Я чувствовал, как люди напряжены. Чувствовал их опасения — однако ни один из них не боялся.
И это делало им честь.
Быстро преодолев небольшое открытое пространство, мы оказались меж разбросанных стальный контейнеров, разбросанных вплотную к главному цеху.
Я держался сразу за бойцом, и резко сжал ему плечо. Тот мгновенно замер.
— Стой, — я едва успел остановить мужчину, который уже собирался наступить в обычную лужу. Его нога замерла в нескольких сантиметрах над ней.
— Что?
— Ещё одна ловушка…
Обычная, на первый взгляд, лужица воды… Но в ней тоже чувствовались эманации магии.
— Уверен?
Боец посмотрел на закреплённый на запястье сигнальный кристалл. Он ничего не показывал.
— Не двигайся, — прошептал я, осторожно протискиваясь мимо бойца, — Это иллюзия. Если наступить — парализует.
— Проклятые… уроды! — прошептал Новицкий, следующий сразу за нами, — Нужно было взять с собой анималиста и проверить здесь всё какой-нибудь птицей…
— Время не резиновое, — отрезал я, опустился на колени и внимательно изучил плетение, — К тому же, я уже это сделал. Дайте мне минуту…
Лужа оказалась сложной конструкцией, сплетённой из тонких нитей магии, невидимых в темноте. К тому же — двухсоставной. Стоит только наступить в иллюзорную воду — сработает не только «заморозка», но и сигнал. И все бандиты в округе будут знать о нашем присутствии.
Я протянул к плетению руку. Просто высосать магию нельзя — сигналка всё равно сработает.
Хитро…
Пришлось аккуратно разрывать нити плетения, одну за другой, словно распутывая клубок. Пришлось потратить пару минут, но в конечном итоге плетение рассыпалось, и я почувствовал облегчение.
— Готово, — я поднялся на ноги и кивнул Новицкому, — Идём дальше.
В этот раз я пошёл впереди, опасаясь, что подобные сюрпризы могут быть и дальше — но нет. Проходы между контейнерами оказались свободны.
Мы вышли к северо-восточному углу главного цеха, неподлёку от ворот.
Там по прежнему курила пара охранников. Они о чём-то спокойно переговаривались, и явно не ожидали никаких неприятностей.
— Наш выход, — едва слышно шепнул мне один из бойцов, и бесшумно двинулся вперёд. Следом за ним пошли ещё двое, прикрывая.
— Всем приготовиться, — велел Новицкий, — Заходим в здание по команде!
Высунувшись из-за угла, боец поднял винтовку, выждал несколько секунд…
Я даже не услышал звуки выстрелов — глушитель скрал их. В тот же миг от ворот раздался сдавленный стон, и глухой звук падения человека на землю.
— Вперёд, вперёд! — прошипел Новицкий.
Во мне бурлил адреналин, я чувствовал это физически — и жажда боя. Да такая, какую я последний раз чувствовал в битве на планете Байкауэр, когда пришлось в кромешной тьме штурмовать замок Горгульего короля…
На входе валялись двое бандитов. Они оказались живы — из их шей торчали дротики с опустевшими ампулами.
Снотворное…
Внутри цеха царила полутьма, местами рассеиваемая тусклым светом немногочисленных ламп. Проходы между запылёнными станками и производственными линиями были усеяны мусором… На растрескавшемся бетонном полу виднелись масляные пятна и ржавые потёки. Воздух пах ржавчиной, а где-то в глубине слышался лёгкий шум капающей воды.
Взяв под контроль каждое направление, штурмовики рассредоточились и двинулись вперёд на полусогнутых ногах, держа оружие перед собой… В свете закреплённых на гильзах стволов фонарей мелькали пылинки…
В каптёрке справа что-то шелохнулось — и тут же несколько выстрелов повалили на пол ещё двух бандитов.
И всё это происходило почти в полнейшей тишине, нарушаемой лишь мягкими шагами штурмовиков, их дыханием — и приглушёнными голосами, доносящимися со второго этажа.
Оставшиеся бандиты даже не подозревали, что кто-то вторгся на их территорию…
Мы стремительно продвигались между стопками ржавых металлоконструкций, валяющиеся по всему цеху. На противоположной стороне помещения тоже мелькнули лучи фонариков…
— Это наши… — шепнул держащийся рядом со мной боец.
Пройдя дальше, мы встретились со второй группой, и часть штурмовиков разбрелась в разные стороны. Мы же, с Новицким и ещё четырьмя бойцами, тихо поднялись по лестнице, ведущей на второй этаж.
Здоровенное помещение с мутными окнами занимало половину второго этажа. Двустворчатые двери были закрыты — но вряд ли заперты…
Новицкий знаками показал бойцам разделиться, а мне — чтобы я держался за спиной одного из них.
Мы бесшумно подобрались к дверям… Новицкий осторожно потянул одну из них за ржавую ручку на себя и отворил на сантиметр… Открыто!
— По готовности… — он повернулся к полицейским, — Снаряды!
Один из штурмовиков бросил через стекло светошумовую гранату — и в тот же момент второй швырнул внутрь помещения такую же — через приоткрытую дверь.
— Чё за…
БАХ! БАХ!
Яркие вспышки пробились через стёкла.
— Вперёд!
Выбив дверь, первый штурмовик ворвался внутрь. Я оказался сразу за ним.
Помещение было большим, но практически пустым. Несколько столов у дальней стены, дверь в ней же, ведущая невесть куда, стул под раскачивающейся лампочкой — и Илона, привязанная к нему!
Двое мужчин валялись на полу, держась руками за лица. Ещё один размахивал дробовиком чуть поодаль — но тут же получил снотворный дротик, и упал на пол вперёд лицом.
— Рассредоточиться! — уже не скрываясь, крикнул Новицкий, и бойцы тут же прошлись по периметру. Двое направились к дальней двери.
— Илона! — я бросился к подруге…
И в этот момент стальная дверь у дальней стены, к которой подошла пара штурмовиков с резким, пронзительным скрежетом слетела с петель!

Она снесла одного полицейского с ног и протащила его по полу несколько метров. Второго зацепила торцом и разворотила лицо в кровавую кашу…
Я едва успел влить в щит побольше энергии, укрыв полусферой себя и всё ещё привязанную к стулу Илону — как по помещению пронеслась затхлая волна некротики!
А затем с жутким хрипом из-за двери выскочили люди…
Люди?! Да как бы не так!
Куклы некроманта, с иссохшими лицами, мерзкими клыками и горящими зеленью глазами…
Одна, две, пять, десять… Они всё прибывали и прибывали!
Там что, склад мертвецов?!
— Подмога! — заорал Новицкий, — Нам нужна подмога!
Трясущимися руками он перезарядил автомат, бросив рожок с дротиками на пол, вскинул его — и начал стрелять.
Куклы двигались очень быстро, но двух лейтенант успел снять. Один из штурмовиков тоже умудрился прострелить голову одному зомбаку — но его тут же смели трое других и начали рвать на части когтистыми руками и клыкастыми челюстями, не обращая внимания на броню.
Раздался оглушительный крик…
Всё это случилось за пару секунд, пока я сдирал с шеи Илоны блокирующий магию амулет и пережигал стягивающие её руки и ноги путы. И как только закончил — включился в схватку.
На первом этаже послышались крики, по лестнице загрохотали шаги… Подкрепление было близко…
Р-раз! — и двое налетевших на нас кукол падают бездвижными мешками, лишившись всей поддерживающих в них «не-жизнь» некротики!
Два! — и крутящийся ледяной диск сносит головы ещё двум!
Три! — и воздушный поток выдёргивает из окружения единственного уцелевшего в этой бойне штурмовика.

...

***

Источник : https://rb.rbook.club/book/57523536/read/page/1/

...