Перемещение 031 - 25 Декабря 2025 - Персональный сайт

Главная » » Перемещение 031

19:37

Перемещение 031

***

#4 Печать Пожирателя
Соломенный Илья
Глава 1
Завершение первого курса

27 мая 2031 года. Москва.

— Ну как тебе помещение? — спросил привалившийся к неоштукатуренному дверному косяку Салтыков,
Я снова обвёл взглядом огромный open-space, по которому сновали рабочие. Нанятые Петром люди приводили наш будущий офис в порядок. Отовсюду доносился шум дрелей, стук молотков, шуршание валиков по стенам, а в воздухе повис тяжёлый запах краски и растворителя.
Не обращая на суету внимания, я подошёл к панорамному окну во всю стену и оценил вид, который открывался на Москву-реку и Кутузовский проспект. Вся столица (ну ладно, не вся, конечно — но изрядная её часть) как на ладони! Двадцать-пятый этаж, как-никак.
— Просторно. Ты уверен, что нам вообще нужны такие площади? Сколько здесь квадратов?
— Тысяча двести. Самое большое, из того что продавалось скопом, — поморщился Пётр, — Я подумывал прикупить этаж выше или ниже, но там уже всё занято. Владельцы упёрлись, а возиться с ними не хотелось, так что… Имеем то, что имеем. И само собой — такие площади нам нужны! Маркетинг, отдел продаж, бухгалтерия, конференц-зал, служба безопасности, мастерские-лаборатории… Я вообще считаю, что сюда ничего толком не влезет — но надо же было с чего-то начинать?
Я только покачал головой. В этом весь Салтыков.
Купить целый этаж в башне Москва, ради дела, которое вообще может не выгореть? Пожалуйста, без проблем.
Это был второй визит князя с момента нашего празднования Нового года. В прошлый раз он прилетел в конце марта, чтобы обсудить со мной общие детали и передать остатки своих разработок. Теперь же нагрянул неожиданно, предупредив о визите всего за несколько часов, и заявил, что у него для меня сюрприз.
Сюрпризом оказался, как нетрудно догадаться, этот купленный офис.
— Где хочешь разместить свой кабинет? — спросил я.
— Не думаю, что он мне тут вообще нужен, — пожал плечами князь, — У тебя будет — да и ладно, всё равно ты будешь развивать это дело. А я в столице и так редко бываю, так что дополнительный офис мне не нужен.
— Ну ты на меня всё-то не взваливай! Я охренею руководить таким проектом целиком! Разработка — это одно, а вот всё остальное…
— Да ты не переживай, — Салтыков подошёл ближе, встал рядом, тоже разглядывая город, и хлопнул меня по плечу, — Маркетингом, бухгалтерией, поставками и всем таким будет заниматься исполнительный директор. Ты же сосредоточишься на самой технологии.
— Кстати насчёт исполнительного директора, — я посмотрел на Петра, — Есть идеи, кого можно назначить на эту должность?
— Мои помощники составили список кандидатов. Все — достойные управленцы, с опытом в серьёзных компаниях. Но если ты найдёшь кого-то получше — я с удовольствием рассмотрю и эту персону. А что, уже есть идеи?
— Пока нет, просто… Интересно, как будет всё наше взаимодействие происходить?
— Что значит «как»?! — удивился князь, — Ты что, не читал устав корпорации?! Я тебе его две недели назад отправлял!
— М-м-м…
Разумеется, я просмотрел и устав, и (куда внимательнее) договор между Салтыковым и мной. Но из-за пробелов в юридических знаниях у меня до сих пор оставались вопросы касаемо того, как наша корпорация будет функционировать.
А адвокат, который защищал меня от нападок Львова после разгрома «Арканума» Бунгамой, был слегка другой квалификации, так что помочь ничем не мог.
— Там всё очень официально. И судя по четырём сотням страниц — обязанностей у меня будет столько, что на разработку времени вовсе не останется!
— Надо бы проверить, что там такого ты навычитывал… Нет, всё будет так, как мы договаривались, даю слово — и бумажно его тоже закрепим, не сомневайся. Ты отвечаешь за разработку технологии, имеешь доступ ко всем финансам и документам, за тобой последнее слово во всех решениях по продвижению и так далее. Просто заниматься большей частью всего этого будет исполнительный директор и главы отделов. А тебе нужно будет лишь время от времени приглядывать за ними, да принимать некоторые решения — но для этого у тебя будет целый штат консультантов.
— Которых подберу твои помощники, и которые будут рассказывать тебе о каждом моём шаге?
Не то чтобы я собирался язвить — но не сделать этого не мог.
Салтыков хохотнул.
— Ты что, думаешь, я настолько одержим контролем своих активов?
— Думаю, что у тебя не осталось бы никаких активов, если бы ты их не контролировал. А уж насчёт одержимости давай и вовсе не будем начинать, а то я вспомню Новый год.
Пётр фыркнул.
— Сколько ещё вы все будете меня попрекать этим?
— Полагаю, пока не случится что-нибудь, что перекроет те события по степени опасности и безрассудства с твоей стороны.
Салтыков тихо рассмеялся.
— Видимо, не я один вспомнил зимние праздники? — спросил я, — Раз ты сказал «вы»?
— Да, так и есть. Василий и Варвара отказались встречаться со мной, что в прошлый приезд, что в этот. На звонки не отвечают, ссылаются занятыми, сообщения почти всегда игнорируют. Не то, чтобы я навязывался… Но слегка неприятно.
— Понимаю.
— Катя тоже делает вид, что ей некогда со мной общаться.
— А Черкасова?
— Аделина — мой телохранитель, ты же давно это понял? — прищурился князь, — Так что мы не совсем друзья. Но и она, признаюсь, похолодела к моей персоне. Полагаю, из-за гибели барона Рихтера… Проклятье, вот уж не думал, что такой здоровяк погибнет первым и… Единственным.
Мне не слишком понравились его слова — чувствовалось в них то, что я заметил после новогодних праздников.
А именно — лёгкое пренебрежение к человеческим жизням.
Нет, у меня тоже оно присутствовало, но… Бессмысленных жертв и глупого риска я никогда не одобрял — в отличие от Петра.
Впрочем, когда голову кружит Эфир — поступиться можно чем — и кем — угодно.
Эх, жаль, что пока я не нашёл времени отыскать связь князя с этой субстанцией…
Но ничего — скоро мы начнём работать над совместным проектом, и у меня наверняка появится возможность бывать в поместьях Петра чаще. А уж там, уверен, я найду способ покопаться в его мозгах и памяти.
Дайте только время…
Хотя мы и так довольно сильно затянули с началом разработки этой нашей новой «магической реальности». Сначала из-за проблем князя после нового года, теперь — из-за ремонта помещения, найма сотрудников, постройки лаборатории, настройки системы безопасности и всего такого.
Что поделать — быстро подобные дела не делаются…
Насколько я понимал (мы с Петром обсудили это буквально час назад), приступить к полноценной работе будет можно лишь к началу августа. Вот только для меня это было неприемлемо — потому что как раз август у меня оказался совершенно неожиданно занят.
Всех студентов «Арканума», кто сдал выпускные экзамены (вообще всех курсов!), в этом году отправляли на практику к Урочищам!
Так себе новости, конечно, от которых подофигела половина студентов академии. Но зато подтвердились слухи, которые предсказывали ещё мои братья.
Точнее, братья Марка. Точнее… А, да неважно!
Важно то, что мы с Арсом, Аней, Львовым, и ещё двумя десятками студентов (первокурсников и второкурсников) получили распределение к Онежскому Урочищу, и практика наша начиналась первого августа. А заканчивалась первого сентября.
Что, в общем-то было не слишком плохо — это Урочище хоть и было массивным, но считалось относительно безопасным.
Судя по объявлению, которое сделал Кощеев на общем собрании академии, министерство обороны решило «усилить» учебную программу, и всё такое, но…
Я подозревал, что всё немного не так. Слухи, которыми время от времени делились братья и дед (до сих пор пользующийся своими старыми связями), участившиеся стычки, которые то и дело случались на границах Урочищ, тревожные новости касаемо Выбросов и разных выбравшихся тварей (не только в Империи, но и в других странах) — всё это намекало любому, кто имел хоть мало-мальски развитый мозг, что в аномальных зонах происходит что-то странное.
Так что, подумав обо всём этом, я даже прикидывал завалить парочку экзаменов, чтобы не лезть в котёл, который может рвануть в любое время.
Впрочем, эта малодушность была короткой и незначительной — выгоды от подобной практики почти наверняка будут перекрывать любые лишения, так что от идеи вылететь из «Арканума» я отказался.
И так пришлось приложить кучу усилий, чтобы после всех тех косяков, которые натворила Бунгама, остаться на учёбе.
Я был паинькой, вёл себя ниже травы и тише воды, не пропуска занятий, не лез на рожон, держал язык за зубами. Хотя признаюсь, с Земельцевым и Онегиной, которые будто себе цель поставили — выпнуть меня из «Арканума» — совладать оказалось не так-то просто!
Декан факультета Целительства и Некромантии явно намеревалась меня завалить. Она сама принимала экзамен у первокурсников, и когда я вытянул билет — потребовала досконального ответа на него. Но это ладно, глупо было ожидать поблажек.
И пусть внутренние кровотечения и восстановление лимфоузлов были не самыми простыми заданиями для первогодок — справился с ними я блестяще, не допустив ни единой ошибки.
А вот дальше началось веселье — Ванесса принялась гонять меня по дополнительным вопросам, и даже сферу некромантии затронула, хотя ничего подобного мы не изучали.
Впрочем, ей не удалось меня подловить — я знал о целительстве (в теории) и строении человеческого тела едва ли не больше, чем она сама, так что единственной проблемой была специальная энергия, которую я до сих пор толком не мог тянуть из окружающего мира.
Но и это ограничение я обошёл с изяществом ослепшего борова — просто проглотил несколько энергокристаллов, и тянул силу из них, ха-ха! Прямо из желудка, да.
Правда, потом пришлось… Ладно, об этом лучше не упоминать.
Земельцев же, решивший оторваться за весь год, принялся валить меня с самой первой минуты. Он закидал меня таким количеством теоеретических вопросов, что я мог составить из них целую монографию на тему «почему старый козёл такой мудак?», и приложить к ней такого же объёма книгу с комментариями.
Невдомёк старому профессору было, что мне даже учить ничего не пришлось — мне помогла фэйри из Архива, которой я уже помог в самом начале учебного года (в день, когда меня лишили доступа к библиотеке) — а перед экзаменами помог повторно.
Всё оказалось до безобразия просто — какие-то придурки со Стихийного факультета замуровали Фиранду Мудрошелест в ледяной глыбе и закинули на перила одной из башен.
Я обнаружил фэйри случайно — когда искал место, где можно спокойно повторить материал к зачёту по монстроведению — и, разумеется, освободил её.
Милая малышка пообещала вернуть мне долг, и перед экзаменом по теоретической магии я привлёк её к лёгкому жульничеству. Фиранда знала всё, что можно было найти в Архивах.
Я попросил её незаметно подсобить мне, если это возможно — и малютка не отказала! Она просто связалась со мной ментальной связью, и мне оставалось лишь проговаривать про себя вопросы Земельцева, а затем слово в слово повторять то, что говорила фэйри!
Да-да, знаю… Можно было попросить её поискать запретную информацию, или ещё что — но наша сделка была одноразовой, и пользоваться добротой фэйри постоянно я бы не смог. А сейчас было куда важнее закончить учебный год безо всяких косяков — что у меня и получилось сделать!
Бедный Земельцев никак не мог поверить, что я вызубрил больше сотни учебников и такое же количество запредельно сложных технических трудов. Он всё наваливал и наваливал новые и новые вопросы, углубляясь так далеко в дебри собственного предмета, что и сам начал путаться.
В конце-концов, по прошествии трёх часов (этот идиот решил взять меня измором) в кабинет ворвалась рычащая от негодования Марианна Бурундукова, объявила Земельцеву, что вообще-то своей очереди ждут ещё два десятка студентов, и тот был вынужден поставить мне «хорошо».
Само собой, я не преминул поставить заносчивого профессора на место, и потребовал пояснений, почему он не поставил мне «отлично». Тем более, что грех было не воспользоваться тем, что рядом находилась Бурундукова, которая относилась ко мне благосклонно.
Земельцев попытался было аппелировать тем, что я не сдавал письменные работы весь год — но я притащил их собой и продемонстрировал прямо на экзамене, заявив, что если всё действительно так, как говорит профессор — то о моей «беспечности» он должен был заявить в ректорат, и не раз.
Разумеется, старый пень не делал этого, ведь я всегда добросовестно выполнял домашку. Так что Земельцеву не оставалось ничего, кроме как поставить мне высший балл за экзамен.
С остальными предметами проблем не возникло вовсе.
Практическую магию принимала Белецкая, и без того расположенная ко мне, но я проявил себя во всей красе. Сексапильная преподавательница придумала интересный вариант экзамена и устроила для нас «марш-бросок» через полосу препятствий, устроенную на чаробольном поле.
Моё выступление прошло идеально
Монстрология, артефакторика, алхимия и история магии также не вызвали сложностей. Правда, Вязовский всё же подловил меня на вопросах касаемо бунтов смутного времени, и я слегка заплутал в датах и порядке событий — так что он поставил мне четвёрку.
По итогу она стала единственной в моей зачётке, и я стал десятым в рейтинге всех первокурсников — передо мной находились только отличники.
Не самый выдающийся результат для меня, признаюсь честно, но… Это было всё равно лучше, чем рассчитывали некоторые из преподавателей и студентов, которые питали ко мне не самые лучшие чувства.
Таким образом я завершил первый курс «Арканума», и теперь до августа оказался предоставлен сам себе.
Я встретился с Юсуповым, которого слегка заинтересовало происшествие в академии — он даже пригласил меня на встречу с одним из инквизиторов, который обследовал Бунгаму. Ничего опасного в ней не нашлось, и граф в очередной раз лишь посмеялся над моим умением притягивать неприятности. А после — поинтересовался ходом дел с Салтыковым, и выразил надежду, что вскоре я начну вытягивать из него что-нибудь интересное.
— Ты чего задумался?
Пётр вырвал меня из размышлений.
— Прикидываю, как успеть завершить собственные дела до того, как мы начнём работу.
— Ах да, я уже слышал о твоей новой разработке! — улыбнулся князь, — Впрочем, как и вся столица. Примерочные зеркала… Надо же, не думал, что ты ударишься в сегмент моды… Но идея занимательная, нельзя не признать. Сделаешь одно для меня?
— Само собой, и даже готов предоставить скидку в десять процентов.
Салтыков только рассмеялся в ответ на такое предложение.
Да, дела с зеркалами пошли в гору с того момента, как я научился локализовать утечку энергии из них, и получил на это изделие патент. Заплатить за него пришлось почти сто тысяч на пять лет — заломившие эту цену люди в министерстве поняли, что я изобрёл золотую жилу. Да ещё и в последний момент стекольный завод Иловайских попытался перекупить мою разработку за пять миллионов — но я отказался.
Сумма была отличной, и я мог разом погасить долг перед банком за Бунгаму — и немного даже осталось бы. Но мне было предельно ясно, что сам я заработаю куда больше, если всё сделаю правильно.
В общем-то, первые заказы показали, что так оно и есть.
На оборудование, компоненты и изготовление первых пяти зеркал, собранных мной в подсобке «Лавки Адриана», мы с Илоной потратили шестьсот тысяч рублей. Два я подарил Варваре Долгорукой и Кате Романовой, одно пришлось отдать в патентное бюро. А вот три остальных мы сразу же продали в самые модные московские бутики, расположенные в центре — по двести тысяч каждое, отбив весь бюджет в первый же день.
Это произвело эффект разорвавшейся бомбы. Рабочая почта ломилась от предложений других бутиков, крупных сетевых магазинов и богатых дворянских семей, желающих заиметь такую уникальную вещь в свои гардеробные.
Предзаказов я насобирал сотню зеркал — и учитывая, что запрашивал пятидесятипроцентный аванс сразу, мой счёт теперь пух от денег!
Даже несмотря на то, что половина уходила Илоне, с которой мы по-прежнему делили все расходы.

«Баланс — 5 736 090 рублей»

Налогов с этого, конечно, придётся заплатить дофига — но как же эти цифры грели душу!
Я понимал, что в течение полугода появятся такие же наработки других артефакторов, а через девять месяцев они тоже начнут продавать собственные зеркала — но это меня волновало мало. Я был обеспечен работой на ближайший год (при скорости одно зеркало в неделю), и за это время нам выплатят ещё столько же звенящих рубликов.
А по ходу дела я запущу ещё что-нибудь не менее эффективное и дорогое.
Эх, даже если бы я заработал вполовину меньше денег — всё равно был бы рад! Потому что разочарованное и опустошённое выражение лица Львова, который узнал о моей новинке, нельзя было описать никакими словами!
Куда ему, с кустарными безделушками на перепродаже!
— Ладно, — я повернулся к Салтыкову, отвлекаясь от приятных мыслей, — Давай закругляться здесь. Мне нравится помещение, и как только вернусь с практики — сразу же приступлю к работе. Ты, надеюсь, в сентябре будешь в столице? Думаю, мне потребуется твоя помощь, чтобы в самом начале разобраться со всеми твоими наработками. Так дело пойдёт быстрее.
— Само собой, — кивнул князь, — А пока пусть всё полежит в моей банковской ячейке.
— Хороший вариант, — согласился я, — Нельзя, чтобы наши идеи попали в чужие руки.
— Я сделаю для тебя персональный доступ к ним, если вдруг понадобится.
— Благодарю.
— И выбери, пожалуйста, исполнительного директора, — напомнил Пётр, — Если сам намереваешься уехать из Москвы на какое-то время, он займётся офисом.
— Договорились.
— Тебя подбросить?
— Нет, спасибо, — я отрицательно покачал головой, — Пройдусь немного, освежу голову.
— Ну, как знаешь, — князь пожал мне руку, — До скорого, Марк. Будем на связи.
— Будем.
Я покинул наш будущий офис, и спустился на лифте в холл башни «Москва». Выйдя из здания, вызвал такси, и поехал на северо-запад.
Конечно, можно было прокатиться и на АВИ Салтыкова — это было бы куда быстрее, но…
Я не хотел, чтобы хоть кто-то знал, куда я направляюсь.
Потому что дело, которое мне нужно было сегодня провернуть, не предполагало участия никого, кроме меня.
В конце-концов, жульничество на финале чаробольного кубка «Арканума» — серьёзное нарушение, за которое меня точно попрут из академии.
Если спалят, конечно.

Глава 2
Тайны и обманы

1 июня 2031 года. Квартира Апостоловых.

— Я что-то не понимаю, сын… Ты втягиваешь меня в какое-то колдовское дерьмо?
Прислонившийся к дверному косяку, уставший после ночной смены и не особо расположенный разговаривать, Григорий смотрел на меня слегка прищурившись. Его усы (понятия не имею, зачем он их отращивал) встопорщились, выдавая недовольство.
— Да в общем-то, не особо…
— Не темни!
— Слушай, пап, — я вздохнул, больше для театральности, — Чем больше я тебе расскажу, тем… Не надо тебе этого знать, поверь.
— Ну блеск! — фыркнул отец, достал из кармана пачку сигарет, помял её в руках, бросил на меня недовольный взгляд, и убрал эту отраву обратно. Он всегда так делал, когда нервничал, — Давай-ка проясним. Ты просишь меня пойти на чаробольный матч команды, из которой тебя исключили, и прихватить с собой наше родовое существо, которое тебе запретили проносить на территорию академии? Верно?
— Ну, в целом… Всё так.
— Зачем?
— Потому что без меня команда не победит этих долбаных Стихийников, — честно признался я, — А родовое существо… Оно им поможет.
— Да ну? Твоя жаба? Загипнотизирует противников, или что?
— Нет, но объяснить, что я хочу сделать, будет непросто — это раз. И два — если вдруг кто-то узнает, что ты протащил Бунгаму на стадион, то тебе ничего не грозит. Но если будешь знать мой план — это уже другое, за такое… Могут возникнуть вопросы.
Отец снова нахмурился.
Я понимал, что сейчас иду ва-банк. Конечно, можно было попробовать просто подкинуть кольцо в карман отца, и надеяться на успех, но тут было два камня преткновения. Во-первых — Григорий мог обнаружить его и оставить дома. Во-вторых я хотел, чтобы отец мне доверял, хотел налаживать отношения и дальше — и вопрос доверия стоял в числе первых.
— Мне это очень не нравится, сын. Если бы я тебя не знал… Или хотя бы думал, что не знаю, я бы предположил, что ты задумал какую-нибудь пакость!
— Не переживай, отец, я не собираюсь делать ничего… Такого. Честно!
— Ага, так я тебе и поверил!
— Я обещаю, что ничего не случится, — твёрдо произнёс я, — Я тебя уважаю, пап. Поэтому не собираюсь подставлять. И по той же причине не собираюсь просить «услугу за услугу». Да, я не расскажу в деталях, в чём смысл моей… Афёры. Но мне не хочется тебя обманывать, поэтому я просто прошу тебя о помощи.
Григорий продолжал сверлить меня взглядом несколько секунд, а затем обречённо махнул рукой.
— Ладно… Ладно! Я ценю… Эти слова. Спасибо. Но пообещай!..
— Обещаю, что ничего не случится! — широко улыбнулся я, — Максимум — тебя попросят уйти со стадиона. Но это один шанс из миллиона.
— Утешил… А сам-то ты где будешь?
— Да можно сказать, что там же…

* * *
Позднее, «Лавка Адриана»

— Марк, прости что так спонтанно позвала…
— Да брось, — я поцеловал Илону и уселся на стол в мастерской, — Я всегда рад нашим встречам. Соскучилась?
Рыжая нежно щёлкнула меня по носу:
— Останови на секунду свой поток флирта, Апостолов! Надо поговорить.
— Так, — я прищурился, — Что-то случилось?
— М-м-м… Нет, — чуть покраснела подруга, — Или да. Это как посмотреть.
— Обожаю загадки.
— Не ты один.
— Не понял?
— Слушай, — Илона села рядом со мной и покачала ногами, которые сегодня были обтянуты изумительными чёрными чулочками, которые заканчивались где-то под волнистой зелёной юбкой, — Мне слегка не по себе, но… Я не смогу завтра прийти на ваш матч.
— Вот оно что… — я улыбнулся, — Я-то уж думал, что-то серьёзное…
— То есть тебе даже обидно не будет, что я продинамлю такое важное для тебя событие?!
— Учитывая, что меня попёрли из команды и играть я не смогу… Ай!
Подруга ущипнула меня и показала язык.
— В общем… Завтра рано утром я уезжаю в Питер.
— Решила отдохнуть в культурной столице?
— Ты сейчас точно щипком не отделаешься! Дай рассказать!
— Всё-всё, умолкаю!
— В общем, дело серьёзное. Помнишь, дедушка начал странно себя вести с самой середины осени?
— А то. Наверное занимался чем-то важным, раз скинул на тебя управление магазином.
— Ну, можно сказать и так. Он мне ничего не рассказывал, но после того, как его положили в больницу — пришлось.
Я кивнул.
Позавчера Адриан навернулся с лестницы и сломал себе бедро. Из-за внушительного возраста (оказывается, ему было уже восемьдесят три! Никогда бы не подумал, дедуля был в отличной форме!) быстро срастить кости не получилось даже с магией, и ему прописали неделю стационара.
— И что там интересного?
— Он утверждает, что напал на след нескольких потерянных трудов Вильгельма Пеля.
— Алхимика, который владел Башней Грифонов? Поставщика императорского дома и, по слухам, человека, который вторым после Николаса Фламеля якобы открыл философский камень?
Об артефакте, превращающем свинец в золото, легенды ходили несколько столетий — но никаких задокументированных подтверждений его существования не было.
На мой взгляд, всё это было просто красивой легендой для юных алхимиков — чтобы они стремились к знаниям.
— Именно. Говорят, что Пель готовился представить его императору, — Илона, оседлав любимого конька — историю, начала говорить быстрее обычного, а её глаза заблестели от воодушевления, — Вот только не успел. Все эти документы были утеряны после того, как его растерзали его собственные грифоны, проклятые неизвестным чернокнижником.
— Любопытно. И что, твой дедушка действительно нашёл что-то, что подтверждает эти… Легенды?
— Ты в курсе, что Пель — это прадед моего деда?
— Ты шутишь? — изумился я, — То есть твой пра-прадед?!
— Именно так! — Илона задрала свой острый носик
— Обалдеть… Это новость!
— Спрашивал бы о моей жизни побольше — знал бы! — рыжая снова показала мне язык.
— Спрошу прямо сейчас — что там с твоим дедом-следопытом? И философским камнем вашего предка?
Не скажу, что теперь что-то изменилось в моём отношении насчёт этого мистического артефакта — но послушать было любопытно.
— Да филосовский камень и при чём, — слегка расстроилась подруга, — там о другом речь. Пель на самом деле был выдащимся алхимиком, изобрёл много разных и полезных вещей. Вот только не все из них были запатентованы и дошли до наших дней.
— И?
— Легенды о башне грифонов всегда завораживали дедушку. Он посвятил много лет изучению старинных документов и архивов. И прошлой осенью, во время своей поездки в Петербург, отыскал след — обрывки зашифрованного дневника Пеля. Всё это время он потратил на расшифровку, представляешь?
— Вполне. Ваша семья весьма… Увлекающаяся, как я заметил.
Илона спрыгнула со стола и начала вышагивать по мастерской.
— Вчера дедушка рассказал, что среди расшифрованного он нашёл упоминания о каком-то масле грифона.
— И что оно делает?
— Якобы повышает восприятие человека. Скорость, реакцию, даже добавляет предчувствия будущего!
— Провидение на минималках?
— Ну, если верить записям.
— А Адриан уверен, что это реальные документы? Не говорю уже об уверенности о правдивости этих исследований…
— Дедушка всегда досконально изучает попавшие ему в руки источники!
В глазах Илоны мелькнули искорки, предупреждающие о том, что лимит моих подколов на исходе.
— Хорошо… И что теперь он от тебя хочет? Чтобы ты поехала копаться в пыльных архивах? Или обчистила библиотеку Петра?
— Да если бы! Оказалось, что у одного из его знакомых есть ещё несколько страниц этого дневника. Но он живёт в Северной Америке, и улетает завтра вечером.
— И надо думать — не доверяет службам доставки?
— Догадаться было нетрудно. Ты же имеешь небольшое представление о рынке редкостей и людях, которые занимаются такими вещами?
— В общих чертах.
— Нужно будет декларировать посылку в таможенной службе. А у каждого уважающего себя торговца древностями есть свой человек в таком ведомстве. Не будет ничего удивительного, если страницы дневника просто не доедут до нас — это, всё таки, очень ценная штука!
— Так что забрать их должна будешь ты?
— Точно.
— Ясно… Что ж… Это уважительная причина, — я притянул к себе Илону и поцеловал её, — Езжай, конечно.
— А ты не хочешь ко мне присоединиться? — рыжая ответила на поцелуй и немного отстранилась, — С тобой мне было бы спокойнее. Тем более, что играть сам ты не сможешь…
— Читаешь мои мысли, — улыбнулся я, — Давно хотел посмотреть северную столицу. И обязательно к тебе приеду — но после игры. Но пропустить финал я не могу. Это всё же моя команда, и я столько для неё сделал… Это будет неправильно.
— Ладно, — кивнула рыжая, — Я вообще-то и планировала задержаться на несколько дней.
— Устроим романтический отпуск? Хм-м, мне это нравится.
— Тогда договорились?
— Безусловно.

* * *
2 июня 2031 года. Стадион «Арканума»

Грохот и музыка, доносящиеся со стадиона создавали впечатление, что там будет разыгран не финал «Арканума», а по меньшей мере Кубок Мира.
Здоровенные магические колонки крутили последний хит этой весны (что-то попсовое, я особо не вслушивался), зрители уже скандировали кричалки и гудели в вувузелы, комментатор — бессменный пятикурсник Василий Уткин — перекрикивал их, пытаясь завести толпу ещё сильне.
И у него это отлично получалось!
Трибуны были заполнены почти полностью. Было приятно, что мои годовые усилия по привлечению зрителей на кубок академии увенчались таким успехом.
Ну ладно, не только моих — после Нового года руководство «Арканума» подключилось к освещению турнира, сделав из практически закрытого чемпионата элитного учебного заведения зрелище, права на трансляцию которого даже были проданы одному из столичных спортивных телеканалов.
Не дорого — но всё же!
Мы сидели в раздевалке, ожидая, когда нас вызовут на поле, и настраивались на игру. Каждый делал это по своему. Арс медитировал, Аня барабанила ладонями по коленям, отбивая какой-то ритм, близнецы острили — и всё в таком духе.
— Ну что, ребята, готовы? — пройдя мимо меня, задал вопрос Чехов.
— Готовы, тренер, — гулко отозвался за всех Зверь.
— Стихийники сильны — у них, пожалуй, лучший состав за последние годы, — произнёс Вениамин, — Но знаете что? Вы ничуть не хуже! Ничуть! Из команды долбоклюев вы превратились в настоящую спортивную машину! Не без моей помощи, конечно, но… Я верю в то, что вы сможете надрать задницы этим ушлёпкам! Верю! А вы верите?
— Да! — хором произнесла команда.
— Эх, жаль Марка с нами нет… — теребя косу, произнесла Варвара, — Вот уж кто хотел бы устроить стихийникам головомойку!
— Команда — это не только один человек, — наставительно произнёс Чехов, — Не нужно забывать об этом! Да, Марк показал себя прекрасным раздающим — но я уверен, что Олег прекрасно справится с поставленной задачей! У него и опыта больше, раз уж на то пошло! Верно, Олег?
Все взгляды обратились на меня, и я, подражая манере Вещего, коротко кивнул.
— Справлюсь.
— Ну и отлично!
Нет, ну это надо же! До последнего не верил, что мой сумасшедший план выгорит!
М-да, честно говоря, я думал, что системы защиты на стадионе будут получше… Хотя, может просто до такого безумия никто из студентов ещё не додумался.
Теперь оставалось лишь не спалиться каким-нибудь совершенно нелепым образом во время игры, разделать стихийников под орех — и Кубок Торвальда мой!
Хотя, чтобы всё это провернуть, пришлось приложить столько сил…
С подменой личности проблем, кстати, не особо возникло.
Обычный морок, который уже разок накладывала на меня Бунгама — только другого характера. Сложный, энергозатратный — но хладнокровная сволочь после того, что натворила в академии, была у меня в крупном долгу.
И хвала Эфиру — она это не просто понимала, но и согласилась помочь.
Хотя для этого мне пришлось почти месяц провести, циркулируя огромные объёмы её сумасшедшей магии. Пропускать через себя, сходить с ума, восстанавливаться — и повторять это снова и снова, пока жаба не сдалась.
Хотя, поначалу она предложила просто списать долги за Вальтера — что, в общем-то, было нефиговым предложением! Но я настоял на своём, и потребовал кое-что… Иное.
Когда жаба оказалась в моей полной власти (пусть и всего в одной услуге) — начался второй этап.
Подмена личности.
Я долго ломал голову, что с этим делать, и как провернуть. Вариантов было не то чтобы много — но в итоге я отказался от идеи оглушить одного из игроков, связать его и запереть в каком-нибудь чулане.
Потом это обязательно бы вскрылось.
Так что я решил поступить честно (что-то в последнее время это становится для меня нормой…). Выбрал того, кто стал раздающим вместо меня — Олега Вещего, позвал его на серьёзный разговор, и признался в том, что собираюсь сделать.
С выбором я не ошибся и по той причине, что «прочёл» Олега, и был уверен на девяносто процентов, что он согласится. Парень, при всей своей молчаливости, искренне хотел победы в кубке, и также прекрасно понимал, что как игрок куда слабее меня.
Посвящать его в тонкости я не стал — лишь объяснил, что сделаю иллюзию своим родовым существом. А взамен… Ну что ж, мой счёт опустел ещё на пятьдесят тысяч.
В том, что Вещий меня не сдаст, я был уверен — хотя бы потому, что он добровольно согласился принять во всём этом участие, и принял оплату.
В общем, снять с него иллюзорную копию для Бунгамы не составило никакого труда.
Но это была меньшая из проблем.
Просто выиграть Кубок — полбеды! Куда больше мне пришлось поломать голову над тем, что делать потом, когда он окажется у меня в руках!
Подержать артефакт, в котором хранился Эфир, удастся всего ничего — минуту, может, две-три. А затем на нём торжественно обновят гравировку, сделают несколько фото с командой, и утащат обратно в академию, где снова установят в супер защищённый стеклянный бокс.
Так что требовалось придумать, как за эту пару минут выкачать Эфир из Кубка.
И вот с этим пришлось повозиться.
Собственно, второй месяц после косяка на факультативе я потратил как раз на разработку метода «извлечения».
Проблема состояла в том, что Эфир можно было перелить лишь во что-то, что могло выдержать мощь самого сильного элемента во вселенной.
Кубок Торвальда, например, был изготовлен из металла гаобан — одного из редчайших, встречающихся в обозримой вселенной. Само собой, местные учёные не подозревали об этом, иначе бы не использовали Кубок так тупо. Просто металл гаобан мог мимикрировать под любой другой металл, полностью перенимая его свойства. Но на глубинном уровне, до которого земляне ещё не дошли, всё было куда-а-а-а сложнее!
Но у меня-то под рукой такого материала не было! Лишь одно могло вместить в себя такую мощь.
Древо.
Вот только насколько я знал, его было невозможно повредить человеческими методами. Хотя это не мешало столичным продавцам сувениров продавать талисманы из якобы настоящей коры Древа.
Разумеется, это были фальшивки. Но изучив вопрос подробнее, я кое-что придумал.
Листья.
Пусть в них не хранился Эфир, и они никогда не опадали — но некоторые имперские ведомства научились воздействовать на черешки молодых листьев, чтобы снять их с древа. Насколько я узнал — из них делали элементы дизайнерской одежды, отличающиеся невероятной твёрдостью.
Разболтать модного дизайнера, с которым была знакома княжна Долгорукая, оказалось несложно — длинноволосый, накрашенный парень в претенциозном блестящем пиджаке и кожаных шортах обожал говорить о себе. А используя своё умение читать эмоции и внушать их, я направил его в нужное русло.
Выпытав способ срезания (банальные лазеры, пусть и с добавлением нескольких сложных заклинаний и магических кристаллов), пришлось потратить ещё немного времени, денег, и соорудить «листовор».
Хвала Эфиру, многие ветви Древа располагались не только над Кремлём (вокруг которого воздушное пространство было закрыто), но и над многими окрестными домами.
Взломать замок, подняться на грузовом дроне, выдав себя за представителя коммунальной службы — что может быть проще?
Да много чего.
Но у меня получилось!
А дальше всё пошло как по маслу. Пусть Эфира в небольших нижних листьях (размером со здоровенный лопух) и не было — хранить они его могли. Рассчитав вместимость одного, и прикинув, сколько их всего потребуется для энергии из Кубка, я принялся за садовые работы.
Учитывая, что от полиции пришлось убегать всего раз — можно сказать, что операция прошла без сучка — без задоринки.
Ну а дальше…
Ох, надеюсь собранный мной талисман, напоминающий свёрток наркоторговца, выдержит хотя бы месяца три.
Пока не придумаю что-нибудь более… Стабильное.
Ну а что было делать?! Время поджимало!
Рёв стадиона выдернул меня из воспоминаний. Судя по дикарской кричалке, на поле вышли стихийники.
Чехов, тоже прислушавшись к шуму, театрально поднял палец:
— О, слышите? Нас приглашают!
— КОМАНДА НЕВЕДОМОГО ФАКУЛЬТЕТА-А-А-А-!!! — раздался громогласный голос Уткина, — ВСТРЕЧАЙТЕ! ЗВЕРЕВ, ЛИСИЦИНА, КАБАНОВ, ВЕЩИЙ…
Услышав фамилию Олега, я встал, и трусцой побежал на выход.
Ну всё, ставки сделаны, ставок больше нет.
Пора за работу.

...

Глава 3
Финал Кубка

Стадион буквально сотрясался от восторженных криков зрителей. Солнечный свет прорывался через облака, преломлялся сквозь магические линии силового щита, окружающего арену, а кожу ласкал тёплый ветер.
Я нёсся вперёд. Размашистым движением руки сбил водную стену, норовящую снести меня — и она, изменив траекторию, влетела в приближающегося справа защитника стихийников.
— УФ! — произнёс комментатор, — А «Тихий» Олег на поле становится не таким уж и тихим! Вы только посмотрите, как он приложил Дрязгина его же заклинанием! Его пропитало насквозь! Сел в собственную лужу, ха-ха!
Я не слушал Уткина. Бросив мяч рвущейся вперёд Ане, заколдовал его некротикой, захлестнул ноги второго защитника стихийников воздушным лассо — и резко дёрнул на себя.
Здоровяк с выбритыми висками успел сбить моё заклинание с мяча — но вот дотянуться до него уже не получилось. Я поймал парня прямо в прыжке, и с силой приложил о землю.
Трибуны взорвались одобрительными (и не очень) криками.
А вот Аня, поймав мяч, ловко ушла от последнего защитника, который преграждал ей путь к воротам — и швырнула снаряд.
Вратарь противников угадал направление и прыгнул в нужную сторону — но моя подруга жахнула по нему такой силы звуковыми волнами, что бедолагу впечатало в сетку.
Вместе с мячом.
— Тридцать — десять в пользу Неведомых! — прогрохотал голос комментатора.

Стихийники-стихийники
Памперс не забыли?
Какие победители?
Вас начисто урыли!

Я рассмеялся очередной кричалке, которую придумал наш фан-клуб. Расположенный на среднем секторе трибун, полторы сотни самых преданных фанатов нашего факультета выкрикивали обидные стишки после каждого забитого мяча — и это здорово подрывало моральный дух наших соперников!
— Отличный бросок! — похвалил Аню, и отбил ей пять, когда она возвращалась.
— Отличный пас, Вещий! — усмехнулась она, и побежала к центру поля, — Надеюсь, Апостолов это видел!
Я хмыкнул. Отлично, пусть товарищи по команде думают, что я смотрю на матч с трибун.
Игра была в разгаре, и началась она жёстко. С самого начала команда стихийного факультета попыталась показать своё превосходство — однако мы встретили их каменной стеной, и забили первый мяч. Затем они сравнялись, но мы, взяв себя в руки, вырвались вперёд.
Так что теперь я с удовольствием наблюдал недовольное лицо Черномора, орущего с боковой линии на своих подопечных, и мрачные взгляды противников.
Особое удовольствие мне доставляла измазанная грязью и травой рожа Львова, которого я пару минут назад прокатил по полю.
Точнее, прокатился на нём сам, словно на скейте.
— Тебе крышка, Вещий! — рыкнул он, проходя мимо, — Ответишь за такое!
— У тебя трава в зубах застряла, — ответил я под дружный смех нашей команды.
Свисток — и стихийники начинают новую атаку.
— Львов разыгрывает мяч! Соловьёв, Петухов, Радневский… Отличная диагональная передача! Никейский рвётся наперерез… ООООООУУУУ! Вот это полыхнуло!
Треск и яркая вспышка — и не разобравшийся с вражеским заклинанием Самсон оказался впечатан в силовой щит. Его одежда дымилась, а волосы, кажется, слегка обгорели…
Арс и один из близнецов попытались остановить атаку противника, но оказались зажаты в коробочку — и трое атакующих стихийников стремительно приближались к нашей штрафной…
Проклятье!
Наши нападающие не успели вернуться — и высокий капитан вражеской команды по фамилии Аврамов совершил безумный бросок, усилив его заклинанием ветра. Причём такой силы, что магия сорвала часть газона по пути мяча!
Однако наш Зверь был не лыком шит — использовав резерв защитного амулета (старшекурсники это умели) он выставил перед собой земляную стену — и вражеское заклинание разбилось об неё, а мяч отскочил назад, попав прямо в руки второго близнеца.
— Вперёд, вперёд! — заорал я, — Третья схема!
Длинный пас на Варвару, передача на меня… Не видя перед собой ничего, кроме приближающихся с трёх сторон вражеских нападающих, я жахнул по одному из них иллюзорными клинками, заставив замешкаться, проскочил в открывшийся коридор, в подкате сбил третьекурсника, и с разворота швырнул мяч Лиле. Она подкинула себя на несколько метров вверх, мастерски перехватила снаряд — и ещё до того, как опустилась на землю, пасанула его Алексу.
Замершие на несколько секунд стихийники воздели руки к небу — и всех их соединила тонкая огненная линия.
А когда контур замкнулся — рядом с каждым вражеским игроком появилась их огненная копия!
— Ифриты! — выкрикнула Аня, — Осторожнее!
Вашу мать! Это же заклятие седьмого уровня!
Как они ему обучились?..
Перехватить передачу Алекс не успел.
Рванув к нему с невероятной скоростью, один из ифритов сбил близнеца с ног и протащил по полю, а затем кинул в силовой щит с такой силой, что тот загудел, когда в него врезалось тело Алекса!
Трибуны охнули.
Второй ифрит подхватил мяч, рванул к нашим воротам, двигаясь раза в два быстрее, чем человек, и швырнул снаряд…
Зверь не успел буквально на долю секунды.
Пылающий огнём мяч пролетел над его пальцами, поджёг перчатки — и пробил сетку насквозь.
Болельщики стихийников заорали и начали бесноваться на трибунах.
— УРА! УРА! УРААААА!
— Нет, вы это видели?! — завопил Уткин, — Невероятно! Сложнейшее колдовство седьмого уровня — и теперь у стихийников двукратное преимущество в игроках! Ох, чую, неведомым теперь придётся несладко! Интересно, сколько эти ифриты продержатся на поле? Счёт: двадцать — тридцать, в пользу неведомых!
Ифриты вернулись к своих «хозяевам» и теперь торчали рядом с ними, на своей половине поля. Стихийники обменивались довольными ухмылками, а я увидел, как медики бегут к Алексу. От него валил пар.
— О, кажется, декан Змеев требует тайм-аут! — произнёс комментатор.
— Не тяни время, Илья! — громыхнул Черномор, когда я пробегал рядом, — Не поможет! Мои парни умеют контролировать своих зверушек, так что не рассчитывай, что они быстро исчезнут!
Наш декан пропустил его слова мимо ушей, и когда мы собрались в круг у боковой линии, повернулся к Чехову.
— Есть идеи? Эти сволочи теперь играют с двукратным перевесом! И зная Черномора — вряд-ли он врёт. Эти твари продержатся ещё минут десять.
— За это время нас разделают под орех, — нахмурился Зверь, — Быстрые, сволочи…
— Есть идея, — встрял я, — У левого края всё время появляются две водные аномалии. Сместим игру туда! Заманим ифритов — и пусть превратятся в пар!
— Рехнулся? — нахмурился Чехов, — Сами же и застрянем в этом болоте!
— А какие варианты, тренер? Играть против восемнадцати игроков — такое себе занятие.
— Если бы ты внимательнее слушал Волкова на монстрологии, — заявила Лиля, — То знал бы, что ифритам нужен сильный контроль. Так что пока стихийники сосредоточены на управлении своими питомцами, сами играть не могут!
— Это вообще законно?! — возмутилась Аня.
— Правилами не запрещено… — пробасил Зверь.
— Не отвлекаемся, время ограничено! — резко бросил я, — Пусть даже так — эти долбаные огнедухи быстрее нас вдвое! И против них бессмысленно пытаться играть честно! Ни заклятием не попасть, ни перехватить! Мяч сейчас у нас — главное, срезать пару-тройку уродов в болоте, станет легче! А остальных во время следующих двух розыгрышей распинаем!
— Ты что, предлагаешь пропустить три мяча?! — взвился Чехов.
— А как их перехватывать? — задал я резонный вопрос, — Только если мяч у нас есть какой-никакой шанс! Если есть идеи получше — излагайте, мы все внимание.
В нашем кругу повисло молчание.
— Ты говоришь как Апостолов, — заявил наконец один из Алексов, — Вот прям точь в точь!
— У всех раздающих мозги схожи, — отмахнулся я, поймав задумчивый взгляд Ани.
— Дерьмо грифона! — выругался Вениамин, — Похоже ты прав, Вещий… Других вариантов нет… Будем пытаться избавиться от наибольшего числа ифритов за один заход в этих водяных аномалиях. Что там?
— Водный торнадо и стылое болото, — тут же ответила Варвара.
— Зашибись! — я хлопнул в ладоши, — Одно разорвёт духа, второе заморозит и развоплотит через пару минут!
— Да, вот только нам тоже придётся несладко… — заметил Самсон.
— Это да, — согласился, — Так что нужны будут те, кто пожертвует собой на время. Торнадо займусь я.
— Но…
— Спорить нет смысла, есть идея. А в болото надо будет сунуться тому, у кого наибольшая защита. Кто меньше всего разрядил амулет?
Один из Алексов вздохнул и поднял руку.
— Отлично. Тогда план такой…

...

* * *
— Невероятно, просто невероятно! — надрывался Уткин, — Вы только посмотрите, в какую коварную ловушку команда неведомых заманивает питомцев стихийников! И уже ТРЕТИЙ РАЗ ПОДРЯД! Да-а-а, кажется господину Черномору Воеводину следовало не только обучить своих подопечных такому мощному заклинанию, но и в целом, кхм… Вложить им в головы немного ума. Эй-эй, профессор, не нужно кидаться огненными шарами в комментаторскую будку! Это порча имущества академии, между прочим!
Я рассмеялся очередному комментарию, и вновь зашагал к центральной линии.
Тактика, предложенная мной, дала свои плоды. Да, мы пропустили четыре мяча — но выбили из игры семерых ифритов стихийников!
Создания оказались тупыми (и это я не о духах, а их владельцах). Раз за разом после пропущенного мяча противники были вынуждены бросать ифритов на нас — ну а мы сами бросались в мясорубку водных аномалий, чтобы хоть как-то с ними совладать.
И это сработало!
Я использовал свои навыки пожирателя, чтобы незаметно «привязывать» преследующих меня ифритов к водяному торнадо — и лично отправил трёх духов на тот свет — их просто разорвало мощнейшей контр-огненной магией в клочья!

...

***

Источник : https://rb.rbook.club/book/57523536/read/page/1/

...