Артефакт 034 - 20 Декабря 2025 - Персональный сайт

Главная » » Артефакт 034

18:02

Артефакт 034

***

Глава 9

Ровно в десять часов открылась дверь, и на пороге появилась Лизонька. Она улыбнулась и объявила:
— Игорь Васильевич, претендентки пришли! А ещё звонили с автосалона, они ждут вас сегодня на тест-драйв в четырнадцать часов. Что им ответить?
— Ответь, что я приеду, — сказал я, допивая кофе.
Вопрос с личным транспортом нужно было решать, и я подумал, что вполне могу себе позволить машину, ели не представительскую, то как минимум дорогую. И очень уж мне понравился Хорьх. Разумеется, А-100 я брать не собирался, но что-то попроще вполне можно было приобрести. К тому же фирменный салон этого производителя давал беспроцентную рассрочку на год — то, что надо, в моей ситуации.
— А с девочками что? — спросила Лизонька.
— Сколько их там?
— Пять, — ответила секретарь. — Самые лучшие из тех, кого я нашла.
— И как они тебе вживую?
— Симпатичные.
— Это радует, но я надеюсь, что они ещё и умные.
Лизонька на это лишь пожала плечами и уточнила:
— Первую уже можно запускать?
— А можно сразу всех посмотреть?
— Всех? — удивилась секретарь, не поняв старую мужскую шутку из моей прошлой жизни.
— Это я пошутил неудачно, — отмахнулся я. — Давай по очереди.
Лизонька посмотрела на меня как на душевнобольного, но тут же спохватилась, улыбнулась и выскочила за дверь. И почти сразу же в кабинет вошла миленькая брюнеточка в строгом деловом костюме, выгодно подчёркивающем её точёную фигурку.
— Ангелина Лапина! — представилась претендентка и мило улыбнулась.
— Очень приятно, Ангелина, — ответил я. — Присаживайтесь, расскажите о себе, где работали, какие навыки имеете?
Милая девушка присела на стул, обезоруживающе улыбнулась, посмотрела мне прямо в глаза и сказала:
— А можно сначала прояснить один важный момент?
— Конечно, — ответил я. — Что вас интересует?
— Как часто я должна буду с вами спать?
Признаюсь, я даже растерялся. Но быстро взял себя в руки и не удержался от напрашивающегося вопроса:
— А есть какие-то ограничения по частоте?
— Да, — ответила девушка как ни в чём не бывало. — Я могу это делать, но не часто. У меня есть жених, и я не хочу ему изменять. Могу раз в неделю, максимум два, если уж так сложится ситуация. Но вашей постоянной любовницей я быть не могу.
Пока я переваривал информацию и пытался понять, почему один-два раза в неделю ещё не измена, а вот чаще уже — да, Ангелина добавила:
— И ещё одно условие: я не могу работать в субботу и воскресенье. Выходные для меня важны. Если вас это устраивает, я могу начать рассказывать о себе.
— Пожалуй, не стоит рассказывать, — сказал я. — Есть большая вероятность, что мы с вами в два раза в неделю не уложимся, да и иногда по выходным надо выйти на работу.
— Меня не предупредили про выходные.
— Видимо, секретарь забыла это сделать. Прошу прощения за эту накладку.
Ангелина вздохнула, поднялась и молча покинула кабинет.
— До свиданья! — сказал я уже закрывшейся двери.
Впрочем, дверь тут же открылась, и в комнату вошла вторая претендентка на должность моего помощника. В этот раз блондинка. Одета она была совершенно не по офисному — в короткую юбку и полупрозрачную блузку с глубоким вырезом. Хотя офис офису рознь, во многих сотрудники и не так одеваются.
— Ирина, — представилась девушка и без приглашения присела напротив меня, в процессе так наклонившись, что блузка еле удержала то богатство, что Ирина пыталась мне продемонстрировать.
И надо признать, демонстрировать так было что. Но я искал помощника.
— Расскажите, Ирина, о себе, — сказал я. — Где работали, чем занимались?
— Я пока нигде не работала, — ответила девушка. — Я училась.
— И где же?
— В консерватории.
— И что же подвигло человека, закончившего консерваторию, пойти работать в офис?
— Развод, — вздохнув, ответила девушка.
Теперь всё стало понятно: девчонка после консерватории выскочила замуж, потом её содержал муж, причём не один год, так как на недавнюю выпускницу она не особо походила, а теперь случился развод, и пришлось искать работу. В принципе нормальная ситуация, и я даже готов дать эту работу и помочь девушке, только вот был один нюанс, и я поспешил его прояснить:
— Скажите, Ирина, вы умеете печатать?
Вопрос претендентку на должность секретаря расстроил, она вздохнула и сказала:
— Я могу научиться, если нужно.
— К сожалению, нужно.
Ирина снова вздохнула, затем загадочно улыбнулась, чуть ли не легла на стол, выставив на обозрение свои прелести почти полностью, и поинтересовалась:
— А без этого никак?
— К сожалению, никак.
Общение с третьей, четвёртой и пятой претендентками прошло примерно в таком же ключе. Все девушки были как на подбор красавицы, но ни одна из них совершенно не подходила на должность помощника. А четвёртая, как и первая, тоже поинтересовалась, как часто придётся со мной спать.
— Никакая не понравилась? — сочувственно поинтересовалась Лизонька, когда я вышел в секретарскую после собеседований.
— Никакая не подошла, — поправил я секретаря. — Понравились все.
— Жаль, а первая прям очень хорошенькая была.
— Елизавета, мне нужна не хорошенькая, мне нужна толковая. Ты откуда их вообще взяла? Из какого рекрутингового агентства?
— Я не из агентства, я по объявлениям.
— По каким ещё объявлениям? — уточнил я и начал подозревать нехорошее.
— В газетах, — ответила Лизонька. — Там же есть раздел «Ищу работу», вот я оттуда и набрала.
— Ты издеваешься? А почему не из раздела «Массаж для состоятельных клиентов»?
Вместо ответа, Лизонька надула губки, и её щёки тут же покраснели, а глаза заблестели. И здоровенная слеза образовалась буквально за пару секунд и потекла по щеке.
— Извини, Лиза, — произнёс я, жалея, что так неудачно пошутил. — Извини, я погорячился, просто ты не представляешь, что я выслушал за эти полчаса. Они все предлагали мне секс, но ни одна не умеет печатать.
— Можно же научиться печатать, — шмыгнув носом, проговорила Лизонька. — А так ведь девочки все хорошие.
«Ну не все такие уж и хорошие, у некоторых ограничение не чаще двух раз в неделю», — подумал я, но удержался, чтобы не ляпнуть это вслух.
— Я вам денег хотела сэкономить, — продолжила оправдываться секретарь. — Рекрутинговые агентства столько берут за свои услуги, что просто ужас.
— Вот за это тебе спасибо! За то, что хотела сэкономить. Но, как видишь, не получилось. Но ничего, бывает.
— Теперь звонить в рекрутинговые?
— Да, звонить. И звони в лучшее, и неважно, сколько стоят их услуги. И в этот раз мы поступим немного по-другому. Выбери десять лучших, на твой взгляд, претенденток и принеси мне их резюме. Я по ним выберу трёх, с ними и встретимся.
— Хорошо, Игорь Васильевич, — я всё сделаю, — пообещала Лизонька и улыбнулась, похоже, наш мини-конфликт был исчерпан.
— Вот и отлично!
Секретарь ушла, и я тоже не стал задерживаться в кабинете — на час дня у меня была назначена встреча с Артуром и, а я перед этих хотел ещё пройтись по рынку, посмотреть, как там обстановка, нет ли шпаны да карманников.
Зачем я понадобился ИСБ-шникам, Артур мне не сказал, просто позвонил вчера и попросил приехать.
На нужный перекрёсток я прибыл ровно в час; дверь минивэна, как обычно, была слегка приоткрыта, я отодвинул её, залез в салон и поздоровался.
— Ну, здравствуй, здравствуй, — произнёс Роман Валерьевич, который впервые за все наши встречи пребывал в хорошем настроении. — Разреши поздравить тебя с победой в суперфинале и заодно с окончанием твоей миссии. С успешным окончанием.
Старый ИСБ-шник крепко пожал мне руку и добавил:
— Ну и хочу выразить тебе благодарность от нашей организации за отличную работу.
— А грамоты не будет? — не удержался я.
— Будет, только у нас бланки закончились, — сказал Артур. — Мы на днях распечатаем, я Пете закину, у него заберёшь.
— Пожалуй, не стоит.
— Ладно, хватит дурачиться, — произнёс Роман Валерьевич, вмиг ставший снова хмурым. — Как я уже сказал, Игорь, операция наша закончена, и общение мы с сегодняшнего дня прекращаем. Думаю, излишне говорить, что о наших встречах ты должен забыть. И о том, что ты видел в Новосибирске. Точнее, кого ты там видел.
— Значит, всё зря? — не удержался я от вопроса, который мучил меня с того самого дня, как мы вернулись из Новосибирска.
— Ничего не делается зря, — уклончиво ответил ИСБ-шник.
— Но тем не менее операция сворачивается?
— Тебе не кажется, что ты задаёшь слишком много вопросов?
— Извините.
— Ничего не сворачивается. Операция переходит на новый уровень в связи с открывшимися обстоятельствами, — сказал Роман Валерьевич, но прозвучало это как-то совсем неубедительно. — И ещё! Вопрос с охраной твоего завода мы почти решили. Я завтра уезжаю, а Артур остаётся. Он доведёт это дело до конца.
Признаться, я уже и не рассчитывал на помощь, думал, что ИСБ-шники замнут это дело, но я ошибся. И ошибиться было приятно.
— Благодарю вас, — сказал я.
— Не за что. Ты помог нам, мы помогаем тебе, — произнёс Роман Валерьевич.
— Ну и если что по мелочи понадобится, обращайся, — добавил Артур. — Я пока здесь, мне нельзя резко пропадать, чтобы ничего не заподозрили.
Я ещё раз поблагодарил ИСБ-шников и покинул минивэн. Немного отошёл от него и принялся ловить такси, чтобы поехать в автосалон. Но не успел я и руку поднять, чтобы махнуть проезжающим машинам, как у меня зазвонил телефон. Я достал аппарат, принял звонок и из динамика раздался голос Насти:
— Игорь, привет!
— Настя! — от неожиданности и радости я заорал на всю улицу. — Ты куда пропала? Почему не звонила?
— Не хотела тебя отвлекать.
— Ты смеёшься? Да я и так все эти дни о тебе только и думал. Ты где?
— Я дома. Мы можем встретиться?
— Конечно! Я приеду к тебе часа через два-три. И скорее всего, на новой машине.
— У меня поезд через два часа.
— Поезд? — я аж растерялся. — Какой поезд? Куда?
— В Челябинск, — ответила Настя.
— Ты же только что оттуда приехала!
— Да, но мне нужно туда вернуться.
— Погоди! Что-то случилось?
— Нет, всё нормально.
Но как-то по голосу Насти совсем не ощущалось, что у неё всё нормально.
— Так, — сказал я тоном, не допускающим возражений. — Сиди дома и жди меня! Через полчаса я приеду.
— Хорошо, — ответила Настя и положила трубку.
Я убрал телефон в карман, быстро остановил такси и поехал домой. По пути позвонил Лизоньке и попросил отменить тест-драйв. Что-то подсказывало мне, что в автосалон я сегодня не попаду.

Глава 10

Когда до дома осталось всего два квартала, у меня снова зазвонил телефон, я быстро его достал из кармана и принял звонок.
— Игорь! — раздался из динамика голос Насти. — Ты подъезжаешь?
— Да, — ответил я. — Через пять минут буду у тебя.
— Ко мне не иди, давай встретимся в сквере, за соседним домом. Возле неработающего питьевого фонтанчика. Я уже выхожу, иду туда.
Ну вот и как это было понимать? Что за встреча на нейтральной территории? Я пообещал Насте подойди в сквер, убрал телефон и едва успел попросить водителя остановиться — мы как раз этот сквер и проезжали. Рассчитался, покинул такси и направился к фонтанчику. Он на весь сквер был один — стоял в окружении удобных скамеек. Летом его включали, и детвора с расположенной в сквере большой детской площадки постоянно бегала к нему утолять жажду. А все скамейки были оккупированы с утра до ночи мамочками этих детишек.
Сейчас, поздней осенью, фонтанчик, разумеется, не работал, детей на площадке не было, скамейки стояли свободные — лишь на одной, кутаясь в плащ, сидела молодая женщина с коляской. Я выбрал скамейку, с которой открывался вид в сторону нашего дома, присел на неё и принялся ждать Настю, прикидывая в голове различные причины её поведения. Скажем так, очень уж странного. Сначала она надолго пропала, хотя и обещала звонить чуть ли не каждый день, а теперь вот позвонила, попросила меня о встрече, но не захотела, чтобы я пришёл к ней домой.
Но гадай не гадай — проще спросить, учитывая, что буквально через пару минут я заметил Настю, которая шла ко мне через сквер быстрым уверенным шагом. Шла так, будто что-то случилось, и она куда-то торопится. Я встал со скамейки и пошёл ей навстречу.
И тут Настя меня удивила ещё раз: когда я к ней приблизился, она бросилась мне на шею, обняла и расцеловала, и выглядела при этом очень довольной. И тут я окончательно отказался понимать происходящее.
— Что с тобой происходит? — спросил я сразу в лоб, решив, что это лучший вариант что-то выяснить.
— Я очень рада тебя видеть! — ответила Настя и чмокнула меня в губы.
— Так рада, что домой не пустила?
Я понимал, что вопрос прозвучал довольно грубо, но у меня не было ни желания, ни времени выпытывать информацию по частям. Настя улыбалась — значит, всё у неё было более менее нормально; а если всё нормально, то какого хрена мы встречаемся в сквере? Впрочем, это могла быть часть романтического свидания, поэтому особо нагнетать не стоило.
— Дома наш разговор мог затянуться, — ответила Настя, нисколечко не обидевшись на столь грубый вопрос. — А у меня скоро поезд.
— Ты опять про свой поезд? Да что там у тебя такое в Челябинске, что так тебя туда тянет?
— У меня билет куплен.
— Выбрось его, я тебе куплю другой — на завтра. А лучше на послезавтра.
Настя взяла меня за руку, посмотрела мне в глаза, вдруг стала очень серьёзной и заявила:
— Мне кажется, что мне лучше уехать сегодня.
— Лучше? Лучше, чем что? Чем провести время со мной? — уточнил я.
— Это неправильная постановка вопроса.
— Ну так поставь его правильно, потому как я вообще ни фига не понимаю. Ты пропала, не звонишь, потом объявляешься, хочешь поговорить, а потом выясняется, что у тебя билет на поезд, и ты очень хочешь сегодня уехать. Если я правильно понимаю, ты приехала лишь для того, чтобы поговорить со мной?
— Да.
— И о чём же?
— О том, что нам с тобой лучше…
Настя замялась и выдержала такую эффектную паузу, что сам Станиславский бы зааплодировал стоя.
— Лучше расстаться? — попробовал я отгадать окончание фразы.
— Нет, — Настя отрицательно завертела головой. — Не общаться.
— Я не вижу большой разницы между этими словами, уж извини. И мне кажется, это ты и по телефону могла сказать.
— Нет, по телефону нельзя.
— Почему, если не секрет.
— Я хотела тебя увидеть.
— В смысле, увидеть? Посмотреть на реакцию? И как? Оправдал надежды?
Похоже, я всё-таки её обидел — Настя как-то сразу поникла после этих слов и замолчала, хотя перед этим было видно, что она хочет что-то ещё сказать.
— Ну, извини, — произнёс я. — Но тебе не кажется это всё странным? Я думал, у нас серьёзные отношения, хоть и недолгие пока, рассчитывал, что всё у нас будет хорошо, постоянно думал о тебе, ждал встречи или хотя бы звонка, а ты приезжаешь и говоришь, что всё кончено.
— Ничего не кончено, — негромко проговорила Настя. — Просто, мне кажется, я тебе сейчас не нужна.
На это мне осталось лишь развести руками — слов, хоть немного цензурных, не осталось.
— Это ведь действительно так, — продолжила Настя. — Я это вижу. И я не хочу быть для тебя обузой.
— Ты о чём, вообще, говоришь? — воскликнул я. — Какой ещё обузой?
— У тебя сейчас куча проблем, я видела, как ты переживаешь за семью, за её безопасность, а тут ещё я.
— Ну как бы это логично. Ты моя женщина, я должен за тебя переживать, должен тебя защищать и обеспечивать твою безопасность.
— Ты не представляешь, как мне приятно это всё слышать, но я не хочу быть обузой, Игорь! У тебя столько дел сейчас, я буду лишь мешать.
— Так! — сказал я и взял Настю за руку. — Есть ещё хоть одна причина не быть нам вместе, кроме того, что ты не хочешь быть мне обузой?
— Есть.
— Какая?
— Я боюсь.
— Чего именно?
— Потерять тебя.
— Настя, ты предлагаешь мне расстаться, вообще-то. Где логика?
— На время же.
— Я уже ничего не понимаю, — признался я. — А через некоторое время ты не будешь бояться меня потерять?
— Игорь, я влюбилась в тебя, — сказала Настя и вздохнула, да с такой грустью, словно влюбилась в безнадёжно женатого мужика с кучей детей и с несогласной на развод с женой. — Сильно влюбилась. Я буду тебе мешать, требовать внимания, времени. А тебе сейчас не до этого. Ты будешь на меня злиться, я буду тебя раздражать своей навязчивостью. А я буду, я себя знаю. И мы всё равно расстанемся, но уже навсегда. А я не хочу тебя терять навсегда.
Самое обидное, что Настя была права: мне действительно было не до отношений. Но я их начал, и не собирался от них убегать. И, в конце концов, я тоже влюбился — как мальчишка, несмотря на богатейший опыт предыдущей жизни, в том числе и опыт в амурных делах, я влюбился соответствующе своему биологическому возрасту. И разумеется, я хотел, чтобы объект моей влюблённости был рядом со мной, а не в каком-то там Челябинске.
Нет, это ещё была не любовь. Конечно же, нет. Любовь — это другое чувство. Совершенно другое. Я знаю — я в своей прошлой жизни пережил не одну влюблённость, и один раз мне посчастливилось узнать, что такое любовь.
— Мы с мамой решили переехать в Челябинск, — произнесла Настя, прервав мои мысли. — Мне там нашли хорошее место в крупной частной клинике. Нашу квартиру будем сдавать, а жить у тётки. У неё четырёхкомнатная в центре, и она одна там живёт.
— Быстрые вы, однако, — только и осталось мне сказать.
— Мама давно мечтала к сестре переехать, но боялась меня одну в Екатеринбурге оставлять. А теперь всё так удачно сложилось.
— Она может оставить тебя со мной, — заметил я. — Как по мне, тоже хороший вариант.
— Игорь, я очень ценю то, что ты хочешь, чтобы я осталась, ты даже не представляешь, как для меня это важно, но мы с тобой…
К сожалению, узнать, что там за «но» такое, мне было не суждено: у меня зазвонил телефон. Настя тут же замолчала и кивком дала понять, что она не против, если я отвечу. На экране высветился номер Влада.
— Я быстро отвечу, — сказал я. — Влад просто так звонить не будет.
— Да, конечно, — согласилась Настя. — Я отойду.
— Не надо никуда отходить, я быстро.
Я принял звонок и из динамика тут же раздался взволнованный голос Влада:
— Гарик, тут братки на рынок припёрлись, предъявы кидают.
— Серьёзные? — спросил я.
— Братки или предъявы? — уточнил друг.
— Предъявы.
— Походу да.
— Что хотят?
— Много чего, но для начала встретиться с главным.
— Еду.
Я посмотрел на Настю; Влад в трубку почти кричал, поэтому она слышала весь разговор, и объяснять ей что-либо необходимости не было.
— Ты сегодня в Челябинск не едешь! — уверенно сказал я, взяв Настю за руку. — Мы должны закончить наш разговор, но ты понимаешь, что я не могу сейчас не поехать на рынок.
— Конечно, понимаю, — ответила Настя и для убедительности даже кивнула.
— Но мы обязательно должны сегодня закончить наш разговор. Ты сейчас иди домой и жди моего звонка. Как только я решу дела, сразу позвоню. И приеду.
— Хорошо, — согласилась Настя. — Я буду дома ждать твоего звонка.
Я поцеловал её и побежал к ближайшей улице, чтобы поймать такси.
Когда я приехал на рынок, меня у самых ворот встретил начальник смены охраны и доложил:
— Игорь Васильевич, в кабинете у Владислава Андреевича пять
— Одарённые среди них есть?
— Не могу знать, — растерялся начальник смены. — При мне никто магией не пользовался.
Точно, откуда ему было знать, есть ли среди братков одарённые? Он, как я, не мог видеть магию. Я иногда об этом забывал.
Быстро пройдя до административного корпуса, я вошёл в него и направился в кабинет к Владу. Там меня ждали пятеро братков. По их одежде, необезображенным интеллектом лицам и одинаковым причёскам-площадкам у четверых из пяти, я сразу понял, что это первый пробный заход. Кто-то отправил к нам, так сказать, разведчиков.
Трое из этой пятёрки были классическим «торпедами»; двое, судя по всему, переговорщиками. Один их них был невысокий, худой и лысый, а второй здоровый, толстый со шрамом на лбу. Шрам это мог убрать любой лекарь за пять минут, но у братков было модно ими красоваться. И все они были не одарённые, что неудивительно.
— Добрый день, господа любезные! — с наигранным дружелюбием поприветствовал я братков, войдя в кабинет. — Прошу прощения, что заставил ждать, но вы сами виноваты надо было записываться у секретаря. Чем могу помочь? Только прошу вас излагать просьбы быстро и чётко — времени у меня мало!
Видимо, братки ожидали немного не такого приветствия от восемнадцатилетнего пацана, и на какое-то время они даже растерялись. Но потом толстый произнёс:
— Нам нужен старший.
— Он перед вами! — ответил я. — Вам повезло.
— Нам нужен реально старший, — пояснил браток. — Новый хозяин рынка.
— Я и есть новый хозяин рынка. Давайте уже перейдём к делу. Что вам от меня нужно?
— Нам нужен самый старший! — влез в разговор лысый. — Реальный хозяин. Настоящий!
— Я и есть самый настоящий, я бы вам даже документы показал, но лень вставать и к сейфу идти. Что хотели-то?
— Побазарить, — ответил толстый.
— Так базарьте, я слушаю, — сказал я. — О чём базар?
— О том, что вы тут беспредел творите, — заявил толстый, чем окончательно убедил меня, что он в этой пятёрке главный. — Щипачей подвинули с рынка.
— И не только их, — добавил лысый, уставился на меня и добавил: — Никому не даёте работать!
— Разве? — показав искреннее удивление, воскликнул я. — Так ведь все работают: продавцы, грузчики, мясники, в чебуречной народ. Да вообще все!
— Ты чего мне сейчас прогнал, пацан? — нахмурился толстый.
— А он по ходу не всасывает, что с ним серьёзные люди разговаривают, — пробурчал лысый.
— Что вы, любезнейшие, я всё прекрасно понимаю: и серьёзность нашего разговора, и уровень вашего положения. Именно поэтому я отношусь к вам с максимальным уважением.
— Чёт не заметно. Мы тебя здесь час ждали, а нам даже чая не налили.
— Так, секретарь, в отличие от меня, не поняла, насколько вы серьёзные люди, — пояснил я. — По одежде не особо заметно. Но прошу её за это извинить. Я бы сейчас с радостью исправил это недоразумение и велел ей принести вам чай с пончиками, но, к сожалению, вы уже уходите.
— В смысле уходим? — возмутился толстый. — Ты чего-то попутал, пацан.
— Я же говорю, он реально не догоняет, с кем разговаривает, — снова пробурчал лысый.
— Господа! — я старался говорить максимально дружелюбно. — Ещё раз скажу, что я всё понимаю и отношусь к вам с уважением, которое, вы несомненно заслуживаете. Именно поэтому я даю вам возможность выбора: как покинуть мой рынок.
— Чё? — воскликнули братки почти хором.
— Видите вот эту пепельницу? — сказал я толстому и указал на стоявшую на столе здоровенную хрустальную пепельницу, доставшуюся мне от Фокина и каким-то чудом до сих пор не убранную.
— И чё? — спросил браток.
— Она просто создана для вас, уважаемый, — ответил я.
— Да на хрена мне твоя пепельница?
— Вы будете в ней прекрасно смотреться в виде кучки пепла, — сказа я и тут же в обеих ладонях зажёг огонь, да хорошо так зажёг, эффектно.
Братва тут же попятилась к двери, а толстый напрягся так, что у него на лбу образовалась глубокая морщина. Видимо, призадумался и начал понимать, что разговаривает он не с обычным пацаном.
— А вы, любезные, не обессудьте, но вас придётся ссыпать в мусорное ведро, — обратился я к остальным «гостям». — Пепельница у нас одна. И она для вашего бугра.
Братки после этих слов совсем приуныли, а двое даже оглянулись на дверь.
— Но есть и второй вариант, господа! Я ведь обещал вам выбор, как уважаемым людям. Второй вариант — это вы сейчас выходите из кабинета и следуете прямо к главному выходу с рынка. Уходите и никогда больше сюда не приходите. И тем, кто сюда вас прислал, скажете, чтобы они тоже не приходили. И никого не присылали. Ну а если им всё же хочется что-то обсудить, то пусть пришлют кого-то не в спортивных штанах. Не смею вас здесь больше задерживать!
Последнюю фразу я подкрепил ещё одной эффектной демонстрацией пламени, бьющего из ладоней. Братки выскочили из кабинета за секунду.
А после этого почти сразу же вошла Лизонька и как ни в чём не бывало поинтересовалась:
— Игорь Васильевич, вам сделать чай или кофе?
— Нет, спасибо, — ответил я. — Воды просто принесли.
— А ещё вам звонили из автосалона. Просили передать, что будут вас ждать до восьми вечера, и что вам лучше подъехать именно сегодня, потому что только сегодня для вас действует персональная скидка. Завтра её не будет.
Молодцы ребята, умеют работать, знают, как завлечь клиента. Но нет, сегодня не до них.
— Перезвони им, скажи, что мне ужасно жаль, что я не успеваю сегодня приехать и получить скидку. И скажи, что я тогда завтра не поеду — подожду, когда ещё скидка будет.
— Хорошо, — произнесла Лизонька и покинула кабинет.
— Гарик, ты так над ними глумился, что я прям удивляюсь, как они на нас не набросились, — произнёс Влад, когда мы с ним остались наедине.
— Набросились? Пятеро неодарённых на двух магов? — уточнил я. — Они, конечно, идиоты, но всё же не до такой степени. И в итоге они сделали правильный выбор.
— Не захотели братки мусориться в мусорном ведре, — сказал Влад и расхохотался.
— Ага. Это очень несерьёзно для таких серьёзных пацанов.
— А вот если бы они упёрлись? — спросил друг. — Что бы мы тогда делали?
— Сожгли толстому половину руки, — ответил я. — Сразу бы поверили.
— А почему половину?
— Потому что для нужного эффекта этого достаточно, а нарастить проще.
— А ты умеешь?
— Я — нет, Настя умеет. И вообще, не тем ты голову забиваешь.
— А чем надо?
— Надо думать, кто их сюда прислал. Это явно была проверка. Отправили быков — пробить поляну и нас прощупать. Предупреди охрану, пусть вызовут подкрепление из другой смены. Внеурочные оплатим, а я попрошу Артёма Ивановича ещё ребят найти.
— Мы так разоримся на охране.
— Это того стоит. Ладно, мне надо срочно уехать, держи меня в курсе.
Я вышел из кабинета и тут же натолкнулся на Лизоньку.
— Игорь Васильевич! — доложила она мне. — Я позвонила в автосалон, они сказали, что продлили вашу персональную скидку на завтра.
Ещё бы они не продлили, они её и до конца месяца продлят — сейчас не так-то много желающих покупать дорогие машины. Точнее, желающих-то много, только вот тех, кто может себе это позволить, по пальцам можно пересчитать. Страна не просто погружалась в экономический кризис — она в него падала. Со свистом.
Я покинул административный корпус, чуть ли не бегом пересёк территорию рынка, вышел за ворота и направился к проезжей части, чтобы поймать такси. Но не успел я толком отойти от рынка, как заметил, что к нему приближается группа из примерно двадцати — двадцати пяти мужчин. Я остановился, спрятался за дерево, быстро достал телефон и набрал номер Влада.
Бригада тем временем подошла совсем близко, и я уже мог их нормально разглядеть. Все были одеты в спортивные костюмы, у одних в руках были бейсбольные биты, у других — арматуры. Они шли явно не драться — они шли громить рынок. Крушить, ломать, пугать продавцов и запугивать владельцев. И среди этой толпы я насчитал пятерых одарённых, и у двух из них магия просто переливалась через край. Это двое были точно не быки, но, видимо, решили не выделяться и оделись как все.
Ну вашу же маму, ну почему именно сегодня?
— Да, — донёсся из динамика голос Влада, который наконец-то ответил на звонок.
— Бегом к главному входу! — сказал я другу. — И охране по рации объяви, что сейчас начнётся большая заруба! У нас гости. Человек тридцать, есть одарённые. Постарайся никого не убить!
Я убрал телефон в карман, бригада к этому времени уже почти подошла к воротам рынка. Плюнув со злости на грязный асфальт, я усилил защиту, вкачал побольше магии в кулаки и побежал к входу, чтобы ударить входящим на рынок врагам в спину.

Глава 11

Ещё примерно треть непрошеных гостей оставалась за воротами, когда я сразу с обеих рук влепил им в спину два воздушных удара, вкачав предварительно в руки всю свою магию. Ребятки залетели в ворота, как кегли после хорошего страйка, и врезались в спины своих впередиидущих товарищей. А навстречу к ним уже бежал Влад с охранниками.
Драка завязалась хорошая — как и положено в таком случае: все лупили всех, иногда даже попадая по своим. Я, конечно же, старался в первую очередь нейтрализовать вражеских магов, Влад занимался тем же. А охранники просто профессионально ломали братков, так как уровень подготовки сторон был несопоставим.
Не будь среди налётчиков одарённых, пятёрка охранников вынесла бы их без проблем, несмотря на то, что братков было почти три десятка и среди них имелись спортсмены — Артём Иванович подобрал мне не просто бывших военных, он привёл в охрану бывших спецназовцев и разведчиков, побывавших во многих горячих точках и ставших ненужными своей стране после гибели императора.
Я знал, что провокации будут, поэтому попросил наставника найти именно таких ребят: тех, кто заметит любую мелочь и сразу же даст жёсткий отпор любому непрошеному гостю, проявившему агрессию. И сейчас эти парни ломали братков — хладнокровно, профессионально, вообще не переживая, что могут их покалечить. Как на войне. Впрочем, это и была война, которую мне, похоже, объявили. Ну а на войне, как на войне.
Сам я, конечно же, не мог себе позволить бить братков в полную силу — трупы на рынке мне были не нужны, а без них бы не обошлось, не сдерживайся я. К тому же у меня была изначально другая задача — нейтрализовать магов, потому как от них исходила основная угроза.
Как я изначально заметил, одарённых братков было пятеро. Причём у троих из них, магии было настолько мало, что её им хватало лишь на то, чтобы держать усиление. Видимо, парням достался совсем слабый дар — подходящий лишь для того, чтобы выделяться на фоне неодарённых. Они и действовали в основном кулаками, вкачав в руки всё, что осталось после установки укрепления. Никаких заклятий, созданных ими, я не заметил.
А вот два других — совсем другое дело. У них магии было просто с избытком. И они явно не относились к этой толпе отбросов, коих отправили к нам, можно сказать, на убой, ведь тот, кто это сделал, знал, что мы с Владом сильные одарённые и не просто одарённые, а боевые маги. Как минимум об этом должны были сказать те, кого я выгнал из кабинета, напугав магическим огнём. Но похоже, план Б был прописан заранее. А может, это был план А, если мои недруги знали, что я без вариантов выгоню горе-парламентёров.
Двух сильных магов к этим быкам однозначно прикрепили для усиления. И своим поведением они это доказывали: один из них — невысокий, седой, со светящимися от сильной магической активности глазами, пытался командовать братками, стараясь, собрать их в отряд и заставить обороняться.
Второй — высокий, широкоплечий и на вид довольно молодой, сразу пошёл громить торговые ряды. И это меня напрягло больше всего, потому как сама по себе драка меня не сильно смущала — я ждал чего-то подобного с первого дня, как мы забрали рынок. Без этого просто не могло обойтись. И я был готов. И лишь за одно я переживал — чтобы арендаторы, простые люди, не пострадали.
— Влад, оставь шушеру, ломай того лося! Только не убей! — крикнул я другу, указав на молодого сильного мага, а сам направился к седому, разбрасывая обычных братков на своём пути увеличенными и усиленными кулаками.
Когда я подошёл к нему, он при помощи огненного лассо опутал ноги одному из охранников и повалил его на землю. И накладывал какое-то заклятие — возможно, пытался обездвижить. Маг такого уровня мог убить неодарённого вообще не напрягаясь, но у седого явно не было такой задачи. Они пришли пугать, а не убивать.
Седой так зациклился на охраннике, что не заметил, как я подскочил к нему и усиленной да увеличенной в три раза ладонью схватил его за горло и крепко сжал. И, разумеется, тут же начал «пить» его магию.
Пошло хорошо: контакт был полный, а я — злой. Седой сразу и не осознал, что происходит. Впрочем, он и позже явно не понял, почему ему так резко поплохело. А это было заметно даже невооружённым взглядом — глаза у вражеского мага тут же перестали светиться. Ну а я ещё и видел, как уменьшается покрывающая его тело магическая аура, как его магия переходит ко мне мощнейшим потоком.
Седой попытался ударить мне в грудь сначала кулаками, затем каким-то заклятием, но ничего не вышло — я эти удары почти не ощутил. Но на всякий случай схватил его за горло и второй рукой. Я его даже не душил по большому счёту — просто пожирал его магию, а уж резкая её потеря создавала у него дискомфорт, отчасти напоминающий удушье. Казалось, он вот-вот потеряет сознание.
Но ждать, когда это произойдёт, мне не хотелось, поэтому, оставив одну ладонь на горле седого, вторую я сжал в огромный кулак и засадил врагу этим кулаком прямо в солнечное сплетение. Разумеется, вкачав в ударную руку магии по максимуму. А так как к тому времени от недостатка магии с седого слетело всё усиление, он ничего не мог сделать для защиты. Он лишь выпучил глаза, как-то странно зашипел и обмяк. Я отпустил его шею, и враг рухнул на землю.
Седой был без сознания, но я на всякий случай быстро наложил на него крепкий сон, после чего принялся оглядываться в поисках других одарённых. Помимо здоровяка, с которым вовсю дрался Влад, заметил лишь одного. Куда делись ещё двое — было непонятно. Возможно, сбежали, поняв, что шансов у них нет.
Вообще, количество братков сильно уменьшилось — на ногах держались не больше десяти, а на земле лежали без сознания максимум пятеро. А было в два раза больше. Видимо, половина «сделали ноги», поняв, что ловить им здесь нечего, кроме душевных тумаков.
Я подскочил к одарённому братку и, действуя по только что отработанной схеме, схватил его за горло, «выпил» магию и ударил. Правда, он неудачно дёрнулся в момент удара, и я попал не в солнечное сплетение, а по рёбрам. Хорошо попал — показалось, что я даже слышу, как они ломаются.
Браток заорал от боли, схватился за бок и согнулся. Вариантов ударить туда, куда я изначально хотел, не осталось. Пришлось бить прямым в голову. Тоже хорошо получилось — мгновенный нокаут. Бедняга упал на землю и не шевелился. Я наклонился к нему, быстро наложил на него сон, после чего снова огляделся. И оказалось, что драка уже закончилась.
В окружении охранников стояли трое братков, ещё какое-то количество валялись без сознания на земле. А вот Влада и молодого сильного вражеского мага видно не было.
Потихоньку начали выходить из укрытий спрятавшиеся перед дракой продавцы, покупатели и различные работники рынка. Прибежал напуганный Литвинов. На него было больно смотреть — заместитель директора рынка выглядел так, будто разрушили его дом. Видимо, всё же по-настоящему переживал за вверенный ему объект. Это хорошо. Такие люди нам нужны.
— Свяжите эти троих! — велел я охранникам, указав на оставшихся на ногах братков. — И всех, кто на земле тоже. Закройте где-нибудь и охраняйте. Только проверьте на предмет тяжёлый ранений. Сильно раненых — отдельно. Им надо будет оказать неотложную помощь, и побыстрее. И проверьте, нет ли раненых среди гражданских!
Я на автомате употребил термин «гражданские», имея в виду работников рынка и посетителей, но это лишний раз подтвердило, что подспудно я воспринимал это нападение, как начало необъявленной войны.
— Сделаем, — ответил мне начальник смены, у которого, как у бывшего военного необычный термин тоже вопросов не вызвал.
— А с этими надо осторожнее, — я указал на двух спящих магов. — Я наложил на них заклятие сна, в теории они ещё часа три-четыре минимум не должны проснуться. Положите их где-нибудь и следите.
— А если вдруг проснутся? — спросил один из охранников. — Что тогда делать?
— Прямой в голову, — ответил я. — Нокаут работает не хуже заклятия.
— Вы шутите?
— Нет. Это действительно работает. Но ненадолго хватает. Поэтому нужно будет вколоть после нокаута сильное снотворное. Причём этому, — я указал на молодого мага. — Можно сразу вколоть. А со вторым мне надо будет пообщаться. Отнесите его ко мне в каби…
Я прервался, в голову пришла неожиданная идея. Почему бы немного не поразвлечься? Раз уж мне испортили вечер с девушкой, оттянемся по-другому. Заодно совместим полезное с приятным: повеселимся и произведём на братву впечатление.
— Хотя нет, — сказал я, хорошенько обдумав идею. — Отнесите его в цех разделки туш крупного рогатого скота. И прихватите ещё четверых кабанов — самых здоровых.
Охранники без вопросов принялись исполнять поручение, лишь Литвинов побледнел.
— Всё будет нормально, Макар Гордеевич, — сказал я заместителю директора рынка и подмигнул. — Я сто раз так делал.
К сожалению, шутка ситуацию не разрядила — Литвинов смотрел на меня глазами, полными ужаса. Да и ладно, переживёт.
— Макар Гордеевич, — обратился я к нему, меняя тему. — Будьте добры, соберите с каждого, кто пострадал во время этого варварского налёта, заявления с указанием материального ущерба. Полного. После чего составьте единый список и выведите общую сумму. Всех, кто пострадал, если такие имеются, отправьте за счёт администрации в приличную лекарскую клинику. Все расходы на лечение тоже зафиксируйте. Ну и, разумеется, все расходы на восстановление разрушенной инфраструктуры рынка тоже надо подбить в одну сумму. И не тяните с восстановлением.
— Всё сделаем, Игорь Васильевич, — ответил Литвинов и тут же бросился исполнять поручение.
Пока я разговаривал с заместителем директора рынка, вернулся сам директор. Влад был зол и очень грязно ругался.
— Ты чего такой недовольный? — спросил я его. — Мы неплохо справились.
— Вы — да, — ответил друг. — А я — нет. Убежал зараза.
— Кто убежал? Тот маг, с которым ты дрался?
— Ну да. Казалось, вот-вот сломаю и скручу, а нет. Вёрткий гад. И крепкий.
— Вообще, не парься, — сказал я. — Ты сделал главное — обезвредил его, не дал ему крушить рынок. А то, что он ушёл — ерунда. Главного мы задержали и, помимо него, достаточно.
Наш улов, если это можно так назвать, действительно был неплохим и составил четырнадцать братков: дюжина простых быков и два одарённых. Причём я был уверен, что один из одарённых был не совсем уж и простым. И мне не терпелось его допросить.
Велев охранникам проследить, чтобы все посетители и работники рынка побыстрее его покинули, и усилить наблюдение за периметром на предмет, если братва придёт отбивать своих, я отправился в разделочный цех. Влад пошёл за мной.
В цехе, который располагался в подвале под мясным павильоном, уже ждали пятеро лежащих на полу братков и начальник смены с двумя охранниками.
— Ребята, мы сейчас немного попугаем наших гостей, — сказал я. — Ничему не удивляйтесь, так надо.
После этого я наложил сильное заклятие сна на четверых быков. Потом попросил их раздеть по пояс и подвесить вверх ногами, зацепив верёвкой, обмотавшей ноги в районе ступней за свисающие с потолка мясные крюки. Охранники всё это быстро сделали, расположив братков между свиных туш. Получилось очень даже эффектно.
Затем я сделал на теле у каждого несколько неглубоких надрезов — чтобы лишь кровь появилась, и быстро эти раны приморозил. При помощи магии «наградил» каждого несколькими ожогами, после чего попросил принести мне пару литров свиной или коровьей крови. Когда кровь принесли, я попросил охранников «раскрасить» тела братков и свои ладони, а когда они это сделали, пришло время мага.
Его я тоже попросил подвесить, но вверх головой и лицом к «избитым» браткам. Когда это сделали, я снял с седого бандита заклятие, предварительно «выпив» из него всю магию, что успела восстановиться.
Признаться, это было нелегко — не заржать в голос, когда седой пришёл в себя и обнаружил, что он висит в разделочном цехе, а напротив висят четверо бойцов из его бригады. Выражение его лица просто невозможно описать — там было всё: удивление, испуг, отчаяние, злость и даже немного вселенской печали.
— И снова здрасьте! — громко произнёс я, глядя бандиту прямо в глаза. — Рад приветствовать вас в нашем уютном подвальчике! Ваши друзья уже оценили невероятно высокий уровень нашего гостеприимства, теперь ваша очередь.
— Что вы от меня хотите? — сразу же перешёл к делу седой.
— Приятно иметь дело с человеком, которого не нужно принуждать к сотрудничеству силой. Эти ребята, — я указал на висящих на крюках братков, — Сказали, что ты у них главный. И теперь меня интересует, кто стоит над тобой?
— Я у них не главный, — возразил бандит.
— А они сказали, что главный, — стоял я на своём. — И я не думаю, что они меня обманули.
— Меня просто попросили за ними приглядеть.
— Кто?
Седой молчал, а я наблюдал, как потихоньку у него восстанавливается уровень магии.
— Кто тебя попросил за ними приглядеть? И не тяни время, магия тебе не поможет. Ты против меня одного в бою не выстоял, а теперь нас двое, — я указал на Влада. — А ты сильно ослаб. Поэтому не усугубляй, пока на тебя не надели блокирующий ошейник и тоже не подвесили вверх ногами.
Седой с ненавистью посмотрел на меня, затем с грустью — на висящих братков, вздохнул и произнёс:
— Лёха Бульдозер.
— Это кто ещё такой?
— Смотрящий за рынками.
— Ну что ж, придётся объяснить Лёхе, что за своим рынком я сам присмотрю, — сказал я, достал из кармана телефон и протянул его седому. — Звони своему Бульдозеру!
— Зачем?
— Путь тоже сюда приезжает, будем разговаривать.
— С чего ты решил, что он сюда приедет? — спросил седой.
— С того, что в противном случае сюда приедет полиция, и всех вас оформит. И заведут дело о разбое, совершённом группой лиц по предварительному сговору. А у некоторых, — я бесцеремонно ткнул бандита пальцев в грудь. — Ещё и отягчающее будет в виде использования магии.
Бандит снова вздохнул, взял телефон и набрал номер. Почти сразу же пошли гудки, а через какое-то время из динамика донёсся хриплый прокуренный голос — видимо, принадлежавший тому самому Бульдозеру:
— Да.
— Это я — Магнус, — сказал седой в трубку.
— Магнус? — удивился Бульдозер. — Ты откуда звонишь? Что там у вас?
— Хреново у нас, — ответил седой. — Нас тут приняли не хило, по ходу ждали. Пацанов всех сломали, и меня тоже.
— А как ты тогда звонишь?
— Телефон дали, вот и звоню, — ответил седой с раздражением. — Короче, нас угрожают мусорам сдать, если ты не приедешь сюда.
— Кто угрожает?
Я перехватил трубку у седого и вместо него ответил Бульдозеру:
— Угрожает Игорь Васильевич Воронов — хозяин Восточного рынка. И не просто угрожает, но и намерен привести свои угрозы в исполнение, если ты не приедешь сюда в течение получаса. Разумеется, один. Я даю слово, что, даже если мы не договоримся, и твои быки отправятся в КПЗ, ты всё равно уйдёшь отсюда без проблем.
— Да ты кто такой, вообще? — заорал Бульдозер.
— Я же сказал: Игорь Васильевич Воронов, — спокойно ответил я.
— Слушай, Воронов, ты хоть представляешь, кому сейчас условия ставишь?
— Понятия не имею, поэтому приезжай — познакомимся.
— Да ты знаешь, кто я такой? — Бульдозер заводился не на шутку.
— Ты тот, кто мощно встрял, наехав на мой рынок. И у тебя есть полчаса, чтобы попытаться как-то разрулить ситуацию.
— Я приеду! Я сейчас приеду! — исходил злобой Бульдозер. — И мы так поговорим, что ты мне свой рынок отдашь и ещё должен останешься!
— Давай, жду. Только без глупостей, — всё так же спокойно произнёс я и сбросил звонок.
— Ты откуда такой бесстрашный? — не удержался от вопроса седой. — Ты хоть знаешь, под кем Бульдозер ходит?
— Мне плевать, под кем он ходит! — жёстко ответил я. — И мне плевать, под кем ходишь ты! Вы нанесли ущерб моему рынку. И если вы его не возместите, то и ты и твой Бульдозер будете ходить исключительно под себя! И ни один лекарь вам не поможет.
Седой хотел на это что-то сказать, но я быстро схватил его правой рукой за горло, «выпил» всю его магию и на уже лишённое усиления тело наложил заклятие сна. Бандит тут же отрубился.
— Снимите их всех с крюков, — обратился я к охранникам. — Пусть на полу полежат до приезда Бульдозера. Мы же не звери.
— А ты думаешь, он приедет? — спросил меня Влад.
— Конечно, — ответил я. — А какие у него варианты?
Охранники занялись нашими пленниками, а я направился в администрацию, чтобы выпить чашечку кофе. По дороге набрал домашний номер Насти, но, к сожалению, она не ответила. Пока добрался до своего кабинета, успел позвонить три раза, но ответом на все три звонка были лишь долгие гудки.
Видимо, Настя домой не пошла. Или пошла, но уже покинула дом и сейчас едет на вокзал, как и планировала. Но гадать смысла не было. Да и надо признать, что как бы я ни относился к Насте, как бы ни хотел сохранить наши отношения, но вот прямо сейчас мне было не до неё. Надо было готовиться к встрече с каким-то Бульдозером. И если он — смотрящий за всеми рынками города, то это довольно серьёзный человек.
И этого серьёзного человека я должен был не просто заставить выплатить мне компенсацию за причинённый ущерб — это мелочи; я должен был дать понять всем этим Бульдозерам, Магнусам и прочим местным криминальным авторитетам, что Восточный рынок мой! И им на него рот разевать не стоит. И делать это нужно жёстко и решительно. Иначе о каком заводе может идти речь, если я свой рынок не смогу отстоять?