Главная » 2022 » Июль » 11 » Закон охотника. Дмитрий Силлов. 010
12:51
Закон охотника. Дмитрий Силлов. 010

***

---

Почесал я задумчиво своё ноющее брюхо, понял, что через бронекостюм чесание туловища не особо эффективное занятие, и плюнул в сердцах еще раз в сторону аномалии. Сволочь такая, расселась прям посреди дороги, как паук на паутине, поджидающий жертву.

– Чтоб ты жуком-медведем подавилась, паскуда, – пожелал я напоследок «мясорубке». Потом снизил «галошу» и полетел себе дальше над грунтовкой, обильно поросшей унылой серой травой.

Примерно через полтора километра встретился мне одинокий ктулху, бредущий куда-то по своим делам. Я на всякий случай взялся было за «Вал», но стрелять не пришлось. Мутант остановился, вылупившись на мое транспортное средство белесыми, бессмысленными глазами. Похоже, прифигел слегка от увиденного. Ну да, «галоша», наверно, в этих местах явление нечастое. Нынче ученые предпочитают сидеть на укрепленных базах, а по зараженным землям ходить в сопровождении хорошо вооруженных групп сопровождения. Больно уж соблазнительна габаритная летающая цель для любого имбецила, научившегося нажимать на спусковой крючок.

Короче, разминулись мы с ктулху по-хорошему, что редко бывает в Зоне. Ну и ладушки, ну и замечательно. Не любитель я стрелять в живых существ, кем бы они ни были. И вообще я очень добрый, если меня не злить.

Преисполненный таких вот пацифистских мыслей, подлетал я к деревне Новоселки, при этом осознавая, что по большому счету ничего об этой деревне и не знаю. Случалось, проходил неподалеку, но в само село не заглядывал. Да и не особо-то просто к нему на своих двоих подобраться. С южной, северной и восточной стороны Новоселки окружает густой лес, западней села раскинулась болотистая местность, где, если не знать пути, можно запросто провалиться в трясину по самую макушку. К селу ведет разбитая в хлам асфальтовая дорога от села Черевач, расположенного в четырех километрах западнее, по которой я и рассчитывал выбраться на шоссе, ведущее к Рассохе.

В принципе, изолированное расположение села меня устраивало. Не много любителей таскаться по густому, непролазному лесу, где колючий кустарник рвет одежду и мясо, а ветви деревьев-мутантов торчат во все стороны, словно острые колья. Наса?дится по глупости да неловкости на такую ветку сталкер или мутант какой-нибудь, как бабочка на иголку, – и дереву хорошо. Питается оно сначала кровью, а потом сгнившей плотью, пока разложившийся труп не рухнет вниз, где совсем скоро станет удобрением, подпитывающим узловатые корни, что для всеядного растения тоже весьма неплохо.

В болото лезть тоже желающих мало. Потому и стоят Новоселки обособленно, практически изолированные от остальной Зоны, и наверняка так же медленно разваливаются, как и остальные деревушки, брошенные жителями в далеком восемьдесят шестом году…

А мне где-то заночевать было надо. Смеркалось уже. Можно было, конечно, и посреди лесной тропы дождаться рассвета, но как-то не очень хотелось мне ночью встретиться с глазу на глаз с тем ктулху, что шастает в этих местах. Да и редко они поодиночке ходят. Чаще разведчик впереди идет, обходя аномалии, а остальные члены стаи следом тащатся. Уж лучше в развалившейся деревне остановиться. Найти какой-нибудь подвал, поставить у входа растяжку и хоть немного поспать. Не железный же я, в конце концов, от недосыпа уже скоро сам как зомби передвигаться буду, волоча ноги и шатаясь на ходу.

Над болотом я двигался не спеша, еле-еле давя на газ, чтоб случайно в аномалию не въехать. Некоторые из них специально в трясину залезают – маскируются, дабы сподручнее было отлавливать зазевавшихся птиц и героически настроенных сталкеров, решившихся штурмовать трясину.

Но – обошлось. Округлый бампер «галоши» раздвинул густые заросли камыша, я выехал на околицу Новоселок…

И обалдел от увиденного.

Это было село. Самое обычное, каких тысячи разбросано по Украине. Несколько десятков деревянных хат, коровники, свинарники и иные сельскохозяйственные постройки. Над всей этой пасторалью возвышается водонапорная башня. Казалось бы, вполне мирная картина, при виде которой совершенно необязательно останавливать транспортное средство и напряженно замирать, держа «Вал» наизготовку.                                   ===                              Ну, это на Большой земле оно, может, необязательно. А в Зоне такая картина сулит большие неприятности. Потому что здесь нет и быть не может сёл, выглядящих обжитыми и ухоженными.

Но это село не имело вообще никаких следов разрушений. Заборы не сгнившие и не развалившиеся от времени. За ними – чистые, свежеокрашенные одноэтажные дома с абсолютно целыми, не разбитыми стеклами в окнах. Над большинством крыш дымок вьется, поднимающийся кверху из труб. Лениво перебрехиваются собаки. Где-то негромко возмущается петух, воспитывая кур, – потому что если в неурочное время начать орать в полный голос, можно не только дождаться пинка сапогом под хвост, но и запросто в суп угодить. Короче, самое обычное обжитое село… посреди мертвой Зоны.

Я на всякий случай сильно зажмурился, для верности постучал кулаком по шлему, чтоб услышать звук, почувствовать вибрацию металла и понять на сто процентов, что я не сплю. После чего с опаской открыл глаза.

Ничего не изменилось.

Похоже, не сон это и не глюк. Ладно. Если даже оно и так, не исключено, что это село заново отстроили какие-нибудь упыри-людоеды и живут себе в нем, никуда себе не дуя и поджидая вкусных гостей вроде меня. Или же сильный псионик мне мозги канифолит с той же целью – сытно поужинать свежей сталкерятинкой.

Но, как бы то ни было, поворачивать назад было поздно во всех смыслах. Менее чем через полчаса солнце окончательно спрячется за темную стену леса, и тогда придется мне ночевать на краю болота, что в мои планы совершенно не входило. Поэтому я перехватил «Вал» поудобнее и двинул «галошу» к калитке ближайшей хаты.

На мое приближение немедленно отреагировал четвероногий зазаборный секьюрити, залившийся злобным лаем. Ну офигеть, реально настоящая деревня! Такой продуманный и правдоподобный глюк даже суперспособному псионику не создать.

Короче, заглушил я «галошу», вылез из нее и, подойдя к невысокой калитке, постучал по ней бронированной перчаткой.

Скрипнула дверь дома, и на крыльцо вышел мужик в домашних тапочках и телогрейке, накинутой на плечи. И, что самое удивительное, в руках у него не было оружия! Невероятно…

Увидев меня, мужик замер и выпучил глаза. Хммм… Ну да, возможно, он мог раньше и не видеть специальный бронекостюм ученых, которые по Зоне ходят только в случае крайней необходимости. Нет, реально, не вооружен он, от слова совсем! С ума сойти, думал уж, такое в Зоне никогда не увижу. Хотя даже если этот странный тип попытается откуда-нибудь выхватить пистолет, я всяко успею раньше выстрелить. Поэтому я позволил себе немного расслабиться. Поднял свободную руку, нажал на кнопку, открывающую забрало шлема, вдохнул свежий, прохладный вечерний воздух и сказал:

– Вечер добрый.

– Здравствуйте, – с некоторой опаской отозвался мужик. – Вы с ЧАЭС?

– Можно и так сказать, – отозвался я.

– Я так и подумал, – облегченно выдохнул хозяин дома. – В наших местах немудрено заблудиться.

И тут же засуетился:

– Да вы проходите, не стесняйтесь. Нуклона я сейчас придержу, а то он чужих очень не любит, может и укусить.

Я мысленно усмехнулся. Надо же, псину зовут Нуклоном. Хотя это не особо удивительно вблизи крупной атомной электростанции. Укусить он может, ага. Главное, чтоб после такого куса без кусалок не остался, потому как научную броню даже из СВД с пятидесяти метров не так-то просто пробить, надо знать, куда стрелять. Что уж говорить о собачьих зубах.

Мужик же сноровисто приструнил пса и даже дверь придержал, когда я в дом входил. Уважает? Или опасается? Не знаю, не знаю, видно будет. Ох, не люблю я, когда что-то не понимаю! Но сейчас я не понимал вообще ничего. Ну не могло в радиоактивной Зоне сохраниться нетронутым целое село! Причем я сейчас припомнил: да, сталкеры упоминали о нем, мол, есть такое, на всех картах обозначено. Но я точно не знал никого, кто б сказал, что лично был в Новоселках.

Оказалось, я прервал ужин целого семейства. За столом в большой комнате сидели женщина – не иначе, жена хозяина дома – и двое детей, мальчик лет десяти и девочка младше брата года на три. На столе нехитрая снедь: вареная картошка, шмат сала, открытая «Килька в томате», лук, хлеб, кувшин с какой-то запивкой.                   ===                         – Катя, это товарищ с ЧАЭС, – сообщил хозяин дома. – Заплутал на ночь глядя, и я пригласил его переночевать.

– Конечно, конечно, проходите, – улыбнулась женщина. – Коля, ну что ж ты товарища на пороге держишь? Присядете с нами, поужинаете? У нас картошечка со своего огорода, консервы вот вчера в сельпо завезли, давно не было…

– Спасибо большое, – сказал я, снимая рюкзак. – Если позволите, я присоединюсь, но со своим хабаром.

– Простите, с чем? – не поняла женщина.

– Это научный термин, наверно, – улыбнулся мужчина. – Товарищ же со станции. Простите, а как вас звать?

– Иван, – сказал я после небольшой паузы и понял, что сейчас не сразу вспомнил своё имя, давно оставшееся в прошлой жизни.

– А я Николай, – протянул руку мужчина. Сняв бронеперчатку, я пожал ее, отметив сильное рукопожатие. А главное – живое. Рука была теплой, человеческой. До этого меня не оставляло ощущение какой-то нереальности происходящего, а сейчас я понял на сто процентов – всё по-настоящему. Передо мной действительно живые невооруженные люди. И как-то наплевать, что их не может, не должно быть здесь. Но вдруг и правда случилось чудо и вот это отдельно взятое село пощадила Зона, обошла стороной, не коснулась своим смертоносным дыханием. И живут себе люди так, как жили раньше. Эдакий островок жизни посреди Зоны смерти…

Я начал доставать из рюкзака коробки с сухпайком, при этом заодно осматриваясь. Обжитое помещение, не вчера заехали сюда хозяева. На стенах фотографии членов семьи, какие-то картинки, вырезанные из журналов, раритетный календарь за тысяча девятьсот восемьдесят шестой год с изображенным на нем Ту-134 и надписью «Летайте самолетами Аэрофлота». Ну, понятное дело, в Зоне как-никак находимся, святое дело повесить на стену календарь того трагического года как дань памяти погибших…

– Дядя, а вы космонавт? – спросила девочка, завороженно глядя на мой бронекостюм.

– Дядя с электростанции, Танюш, это его рабочая форма, – пояснил отец, садясь за стол.

– А это у вас что, автомат? – поинтересовался мальчик.

– Так, – нахмурился отец. – Дети, не приставайте к дяде. Он устал, не до вас ему сейчас.

И увидев, что я распаковываю две коробки с сухпаем, попробовал меня остановить:

– Ну что вы, не надо, зачем…

– Это вкусно, – сказал я, с удивлением отметив, что еще немного – и улыбнусь. Но не улыбнулся. Разучился, наверное. Да и не оставляло меня ощущение, что всё это не по-настоящему, хотя все органы чувств свидетельствовали об обратном. – Не стесняйтесь, попробуйте.

Они попробовали.

– Ой, и правда вкуснотища! – порадовалась женщина печеночному паштету. И жалобно так поинтересовалась: – Может, всё-таки нашей картошечкой не побрезгуете? А то весь стол своими продуктами завалили…

– Спасибо, но я как-то больше по-походному привык, – отказался я, соблюдая неписаное правило, которое сформулировал себе сам: у незнакомых людей ничего не брать, как бы они ни располагали к себе при первой встрече. – Да и вообще, я, если честно, больше спать хочу, чем есть.

– Что ж вы сразу-то не сказали? – вскочила из-за стола женщина. – Я вам сейчас постелю.

И убежала в другую комнату.

– У нас дом не очень большой, – смущенно улыбнулся Николай. – Но она вам сейчас на чердаке постелит, чтоб дети спать не мешали. Он только называется чердаком, а на самом деле, считай, отдельная спальня. У нас там брат Кати ночевать любит, когда из Киева в гости приезжает. Говорит, воздуху больше, дышится легче.

– Да мне и в подвале подойдет, если что, – брякнул я. И, поймав удивленный взгляд хозяина дома, поправился: – Шучу.

– Понятно, – рассмеялся Николай. По-доброму, открыто. Редко кто так смеется в наше время.

Я успел навернуть упаковку гречневой каши с говядиной из сухпайка, заедая ее овощным рагу оттуда же, как вернулась Катя.

– Всё готово, – сообщила она. – Как поедите…

– Да я всё уже, – сказал я, поднимаясь из-за стола.

– Тогда пойдемте, лестница там, в спальне.

Я поднялся из-за стола, забрал рюкзак и автомат и прошел в другую комнату, где в потолке имелся внушительный люк, к которому вела раздвижная лестница.

– Сам сделал, – похвастался Николай. – В журнале «Техника – молодежи» схема была, вот я и реализовал.

– Круто! – сказал я. И снова поймал удивленный взгляд хозяина дома.

– Ну да, крутовата лестница, – согласился он. – Хотя вы вроде человек тренированный…

– Справлюсь, – кивнул я.                     ===                                – Круто! – сказал я. И снова поймал удивленный взгляд хозяина дома.

– Ну да, крутовата лестница, – согласился он. – Хотя вы вроде человек тренированный…

– Справлюсь, – кивнул я.

Деревянная лестница заскрипела под тяжестью меня, моего костюма, рюкзака и оружия, но выдержала.

– Так, может, вы снаряжение здесь оставите, – сказал мне в спину Николай, явно опасаясь за судьбу своего творения. – Завтра заберете.

– Устав не позволяет, – ляпнул я первое, что пришло в голову.

– Ну да, устав, я понял, – уважительно отозвался хозяин дома. – Спокойной ночи.

– И вам того же, – отозвался я уже с чердака.

Что ж, Николай ничуть не слукавил. Это и правда была комната, вполне приличная, только с потолком, повторяющим форму двускатной крыши. Небольшое окошко, кровать, стол, стул, в углу шкаф, рядом большой старинный сундук, на котором лежали два советских чемодана с уголками, обитыми кожей, и двумя блестящими стальными замками. Для чердака, куда в России принято сваливать всякое ненужное барахло, очень прилично.

Но главное, конечно, это кровать. Большая, деревянная, сработанная по-советски громоздко, избыточно и надежно. Белье, которым Катя старательно заправила это здоровенное чудо, я аккуратно собрал в стопку и сложил на чемоданы. А на кровать улегся прямо в броне, опустив забрало шлема и положив автомат на грудь. Спасибо, конечно, радушным хозяевам, но я ни на секунду не забывал, что нахожусь в Зоне. Будь они чуть менее располагающими к себе, я б на люк что-нибудь тяжелое определил, тот же шкаф на него задвинул, например. А так достаточно патрона, что я на него положил. Попытается кто-то открыть люк, патрон скатится, и я от того звука непременно проснусь. Главное только, с ходу очередью не полоснуть, мало ли, вдруг любопытные дети захотят еще раз посмотреть на «космонавта»…

Это всё я уже додумывал, стремительно проваливаясь в сон, глубокий и черный, как болото, за которым раскинулась гостеприимная деревня Новосёлки…

* * *

Я проснулся от стона. Тихого, жалобного, жуткого. И в то же время какого-то неживого.

Реакция на такое пробуждение у любого сталкера одинаковая – через мгновение я стоял возле кровати с автоматом наизготовку. Мозг еще приходил в себя, после сна загружая в себя окружающую реальность, а рефлексы уже сработали. Это нормально. Иначе в Зоне не выжить.

Но стрелять было не в кого. Через мгновение я осознал, что это воет ветер в разбитом окошке чердака, цепляясь за острые осколки стекла, торчащие из рамы. Но кто успел разбить окно, пока я спал, так, чтобы я не услышал звука бьющегося стекла?

Я круто развернулся на месте: главное в непонятной обстановке – понять, что никто не собирается напасть сзади…

Но за моей спиной никого не было. Лишь кровать, на которой я спал, какие-то трухлявые кости на полу возле нее, почти что полностью рассыпавшиеся в пыль, да большая дыра в полу на том месте, где вчера стоял шкаф. Сквозь разбитое окно падали скудные лучи рассветного солнца, позволяющие рассмотреть обломанные доски давно сгнившего пола, люк без крышки и растрескавшуюся от времени спинку кровати, которая еще вчера была практически новой. А еще на полу было разбросано много мусора – пожелтевшие обрывки газет, осколки стекла, плюшевый медведь с оторванной задней лапой, ручка старого чемодана…

Это было странно. Но не удивительно. Я слишком много всякого повидал в разных мирах и отучился удивляться. К тому же у любой странности должно быть объяснение.

Я осторожно закинул на плечи рюкзак, который ночью лежал у меня в ногах, и подошел к люку, в любой момент готовый к тому, что гнилой пол провалится подо мной. Но нет, выдержал. Правда, вчерашней лестницы возле люка не было. Ничего страшного.

Я прислушался. Внизу было тихо. Конечно, это не значит, что по углам нижней комнаты не рассредоточилось отделение вооруженных бойцов. Но понять, как оно там на самом деле, в данной ситуации можно было только одним способом.

И я прыгнул вниз.

Приземлился мягко – сработали амортизаторы бронекостюма. Кувырок боком через плечо, так как по-другому с таким рюкзаком никак, выход в положение для стрельбы с колена…

И опять все мои маневры оказались напрасными.

Дом был пуст и давным-давно заброшен. Кучи мусора по углам, обломки кровати, почерневшие остатки разбитой тумбочки, валяющаяся на полу сломанная, наполовину сгнившая лестница, по которой я вчера поднимался наверх. И, конечно, частично превратившиеся в труху фрагменты шкафа и сундука, под весом которых однажды провалился гнилой пол чердака.                                      ===                               В соседней комнате меня ожидала аналогичная картина. Местами покрытый плесенью стол, за которым я вчера ужинал, фрагменты разломанной мебели… и пожелтевший от времени старый календарь на стене за тысяча девятьсот восемьдесят шестой год.

Двери не было. Я вышел наружу из дома, который теперь напоминал пустой череп разложившегося трупа. И не сразу разглядел пять деревянных столбиков во дворе, заросшем бурьяном высотой мне чуть ли не по пояс.

Я подошел ближе.

К столбикам были прибиты фанерные таблички, на которых еще можно было разобрать надписи, выведенные зеленой армейской краской.

«Николай». «Екатерина». «Витя». «Таня»…

Пятый столбик был вкопан чуть поодаль от остальных, и на нем тоже был криво прибит кусок фанеры с надписью «Нуклон». Это правильно, что поодаль. Собак вообще не хоронят рядом с людьми. Разве только если эти люди очень любили свою домашнюю животинку и, умирая, попросили об этом кого-то. Например, брата Екатерины, который нашел их тут при смерти и выполнил последнюю волю родных…

– Упокой вас Зона, – прошептал я. – Пожалуйста, упокой.

Очень искренне я это сказал, от души. Потому что не дело, когда семья хороших, добрых людей из того наивного и героического Советского Союза днем лежит в земле, погибшая от первой волны Излучения или от рук мародеров, а ночью вновь и вновь проживает те сутки, что предшествовали их гибели. Наверно, потому и ничего не рассказывали сталкеры особенного о Новоселках, потому что днем это было просто покинутое, разрушенное село, одно из многих в Зоне. И, похоже, я первый, кто заночевал в этой огромной аномалии…

А потом до меня дошло.

Нет, всё-таки я не первый. Просто у тех, кто ночевал тут до меня, не было продвинутого научного бронекостюма, экранирующего аномальное излучение. И это их истлевшие кости лежали возле кровати, на которой я провел ночь. Аномалии в Зоне не бывают безопасными для человека. И если в них попал, то тебе должно очень сильно повезти, чтобы остаться в живых.

Мне – повезло. В который раз уже. Зона больше не помогала мне, но, похоже, личная удача всё-таки меня не оставила. Что ж, значит, я еще нужен Мирозданию. А коли так, то пора выдвигаться навстречу своему предназначению, будь оно неладно.

Моя «галоша» стояла там же, где я ее оставил, возле забора. Которого больше не было – из густой травы торчали лишь два гнилых столба, на которые раньше крепились поперечные лаги. Впрочем, на «галошу» аномальный переброс во времени никак не повлиял. Во всяком случае, изменений во внешнем облике моего транспортного средства я не заметил – разве что на капоте осели мелкие бисеринки утренней росы. С некоторой опаской я залез в нее, завел…

Движок негромко загудел, «галоша» приподнялась над травой. Бросив последний взгляд на покосившийся дом, я развернулся и взял курс на Рассоху.

* * *

Оставив пользующуюся дурной славой деревню Иловницу по левую руку, я вырулил на старое шоссе – разбитое и основательно поросшее сорняками. Но всё-таки лучше лететь над относительно ровной, хорошо обозримой поверхностью, чем лавировать меж скрывающимися в бурьяне подозрительными проплешинами, ямами и кочками, которые запросто могут оказаться замаскировавшимися аномалиями. Можно сказать, оптимальный вариант для такого рода передвижения.

Не скажу, что я прям горел желанием побывать на свалке. Когда я проходил этими местами в прошлый раз, помнится, бандиты тут целую крепость возвели – благо было из чего. В восемьдесят шестом году на южной окраине опустевшего села Рассоха был организован гигантский могильник зараженной техники площадью около двадцати гектаров. Чего тут только не было! Ремонтно-эвакуационные бэтээры, инженерные машины разграждения, плавающие гусеничные транспортеры, машины химразведки и даже вертолеты Ми-6 и Ми-8, участвовавшие в ликвидации последствий Чернобыльской аварии. Однако известно, что сталкеры к радиации относятся как к неизбежному злу, которым можно пренебречь. И местные бандиты – не исключение. Распилив изрядное количество машин, они из получившихся кусков металла построили себе огромный бронеколпак, чем-то напоминающий по форме научный комплекс Захарова. Правда, в отличие от убежища ученых, сварен он был далеко не профессионалами и не разваливался на стальные листы лишь вследствие избыточности конструкции – множество контрфорсов усиливали сооружение. А между вертикальными стальными ребрами были прорезаны длинные амбразуры, в некоторых из которых, помнится, можно было различить дульные срезы стволов неслабого калибра.                           ===                               От шоссе до крепости было около полукилометра – то есть при желании хороший стрелок мог прицельно обстрелять мою «галошу». Но я надеялся, что меня укроет легкий рассветный туман, висящий над Зоной. А также был почти уверен, что недисциплинированные часовые бандитов клюют носом на своих постах и пока сообразят, что к чему, я уже буду далеко. После Рассохи шоссе круто поворачивало налево и уверенно вело туда, куда мне было нужно. Всего-то и надо было мне полминуты, чтобы на полной скорости проскочить простреливаемый участок. Повесил я автомат за спину, дополнительно засунув его под рюкзак, чтоб не болтался, – и надавил на газ, почти уверенный в успехе…

Но ничего у меня не вышло.

Первая короткая очередь со стороны крепости вспорола пелену тумана за моей спиной – стрелок взял слишком маленькое упреждение. И мне очень не понравился гулкий, тяжелый звук, с которым работал пулемет – а то, что это именно пулемет, сомнений не было. Причем крупнокалиберный. ДШК, НСВ, а может, и «Корд», по звуку выстрелов их не отличить. Но мне, в общем, без разницы. Если моя «галоша» примет бортом очередь из «крупняка», то быть ей прошитой насквозь вместе со мной – пулю патрона 12,7?108 миллиметров мой бронекостюм точно не удержит.

Поворачивать без толку, всё равно что остановиться, – через секунду пулемет с прицельной дальностью более двух километров стопроцентно разворотит корму моему транспортному средству и превратит его в пылающий факел. Вот попал-то! Называется, оптимизировал путь, мать его…

А пулеметчик, сволочь, сейчас как пить дать рывком переводит ствол пулемета вправо, корректируя линию выстрела метров на пятьдесят впереди носа моей «галоши». И плавно так, аккуратно, давит на спуск, принимая в ладони отдачу своей послушной машины смерти…

Я оказался прав.

Пулемет тявкнул дважды, и моё летающее средство передвижения со страшной силой дернуло. Я собирался выскочить на ходу, но не успел – «галоша» завертелась юлой на месте, и хотя я сбросил газ, помогло это мало. Твою ж маму… Сейчас стрелку достаточно потратить на меня еще два-три патрона, чтобы поставить жирную точку в моей беспокойной жизни…

Но тут слева от шоссе что-то громко пшикнуло, будто кто-то гигантской спичкой чиркнул по габаритному коробку?. И со стороны крепости никто больше не выстрелил, только грохнуло там, словно кувалдой железное ведро расплющили. А в следующую секунду моя крутящаяся «галоша» клюнула бампером, со страшным скрежетом чиркнула по растрескавшемуся от времени асфальту, дернулась, будто споткнувшийся мустанг, и я вылетел из нее как ядро из пушки.

Был бы я не в продуманном бронекостюме, точно б шею себе свернул, так как приземлился на макушку. Но умная автоматика сработала чётко, только амортизаторы брони плечевого пояса жалобно заныли, принимая на себя избыточную нагрузку. А потом я грохнулся спиной об землю – вернее, рюкзаком, отчего на секунду ощутил себя черепахой, лежащей лапами кверху. Однако мощный рывок ногами помог перевернуться, и через секунду я уже стоял на ногах, соображая: так, автомат не потерял. Всё остальное барахло вроде тоже на месте. А вот «галоше», кажись, кранты.

Моё транспортное средство дымило, словно подбитый «мессершмитт». Того и гляди сейчас рванет. И из-за этой дымовой завесы раздался крик:

– Слышь, ты, канай сюда! Не тормози, нах, они сейчас шмалять начнут!

Знакомый «базар», наслушался в тюрьмах в своё время. Но – странно. Если меня подстрелили бандиты из крепости, то зачем я каким-то другим бандитам, которые, как я понимаю, чем-то серьезным заткнули пулемет и тем самым не дали разнести меня на клочья мясного фарша? То, что это именно бандиты, сомнений у меня не было – характерная «феня» указывала на это лучше черного плаща и маски на лице, в которые любили наряжаться представители известной в Зоне группировки романтиков с большой дороги.

Тем не менее, если разговаривают вместо того, чтоб стрелять, это уже хорошо. Хотя могли бы, с тридцати метров промахнуться затруднительно, тут и бронекостюм мог не спасти. Поэтому я послушался. Пригнулся и рванул на голос, под защиту дымовой завесы, которая теоретически могла скрыть меня от стрельбы из крепости.

Теоретически…

Я уже перебежал дорогу, когда со стороны бандитского укрепления началась неслабая пальба. Молотили из нескольких стволов. Позади меня оглушительно рванула подбитая «галоша», но я уже успел спрыгнуть в кювет, где меня поджидали двое. Причем хватило короткого обмена взглядами, чтобы понять – я знаю обоих.                                    ===                                    Первый был крупный, небритый мужик с посеченной шрамами рожей и интересным погонялом – звали его Припас. Пересекались мы с ним как-то давно на бандитской «малине» Индуса, где этот здоровяк забирал у посетителей оружие на входе и возвращал на выходе.

А со вторым мы встречались недавно. И даже дрались плечом к плечу на арене группировки «Борг» против целой стаи мутантов. Тощий тип, зататуированный по самую нижнюю челюсть. Не узнать его было сложно. На пальцах – синие перстни, на левой стороне шеи набит паук, сидящий на паутине. Судя по «партакам», опытный сиделец, который большую часть жизни провел в тюрьме, «давя режим», то есть портя нервы вертухаям. Ну и к особым приметам добавилось изуродованное «боргами» и криво зажившее ухо. Короче, ни с кем другим не спутаешь. Надо же, выжил тогда – раненый, без снаряжения, с одним только ножом. Редкий случай. Хотя со мной такое бывало, почему с другими не может?

В руках у татуированного был РПГ-7, который бандит уже успел перезарядить кумулятивным выстрелом. Понятно теперь, из чего он шарахнул по крепости, чтобы заткнуть пулемет. Однако вопрос, зачем ему это было надо, оставался открытым.

Когда я спрыгнул в кювет, Припас немедленно наставил на меня «Пустынный орел», пистолет, из которого при желании вполне можно охотиться на слонов. Уверен, что при выстреле в упор из такой крупнокалиберной дуры мой бронекостюм меня не спасет.

– Сымай свой бронеклифт, фраерок, – мазнув по мне взглядом, сказал татуированный. – Да не тормози, если не хочешь своей умной тыквой маслину поймать.

Понятно. Неожиданная помощь объяснялась просто. Гранатометчику всего-навсего понадобился мой бронекостюм. То есть это был обычный «гоп-стоп», грабеж средь бела дня. Не жизнь мою они спасали, а свой хабар, на который положили глаз, – и только. Правда, зачем они засели возле дороги? Меня ждали? Вряд ли. Скорее всего, просто заметили, как из крепости подбили летящую «галошу», и решили под шумок забрать ценную добычу, которая в Зоне стоила очень серьезных денег. Думаю, они б и меня уже пристрелили, просто не хотели портить «бронеклифт».

Пули молотили по дороге, но кювет был глубоким, основательно размытым осенними дождями, поэтому мы сидели как в траншее под обстрелом. Вполне можно безопасно раздеть «фраера», пристрелить его, а после смыться с добычей. Всё это как в открытой книге я прочел в глазах татуированного, у которого, судя по всему, Припас был хорошо управляемой «торпедой» – послушным исполнителем того, кто ту «торпеду» запускает.

Автомат, висящий поперек спины и дополнительно засунутый под рюкзак, я, понятное дело, достать не мог. Да и не собирался, если честно. Я лишь поднял руку и нажал на кнопку, открывающую бронезабрало.

По невозмутимому лицу Припаса скользнула тень удивления.

– Снайпер? Ты?

– Что это за хрен с горы? – поморщился татуированный, стряхивая с плеча асфальтовую пыль, которая в изобилии сыпалась сверху.

– Это чувак, который Халка завалил, – пояснил Припас. – Старая история, ты, небось, слыхал.

– Ну и что, это маза с ходу фраера в авторитеты короновать? – поинтересовался татуированный.

– Да не, по ходу это маза спросить с тебя старый Долг жизни, который ты сам признал, – сказал я.

Лицо татуированного окаменело.

– Ты это мне сейчас прогнал, чёрт подшконочный? – развернулся он ко мне, при этом бросая гранатомет на землю. Мгновение – и его рука змеиным движением выдернула из-за спины стреляющий нож НРС-2 «Взмах».

– За чёрта ответить придется, – усмехнулся я, с аналогичной сноровкой выдергивая из ножен «Бритву». – Только сначала нож верни, который я тебе дал попользоваться.

– Поясни, – нахмурился татуированный.

– Арена «Боргов». Ты кидаешься на краснопёрого, я выбиваю у тебя автомат. А потом даю тебе вот этот нож, которым ты валишь ктулху. И второй раз спасаю тебе жизнь, переправляя со стадиона «Авангард» через «кротовую нору».

– Слышь, фраер, кто тебе эту раскладку дал?.. – начал было бандит, но я его перебил:

– У меня тогда было другое лицо. Это Зона, тут бывает всякое.

– Снайпер правильный бродяга, фуфло гнать не станет, – подтвердил Припас. – Катар, ты по ходу сейчас конкретно рамсы путаешь…                                ===                               – Как фамилия того борговского урода, которого я вальнуть хотел? – быстро спросил татуированный бандит, которого припас назвал Катаром.

– Сидоренко, – ответил я. Никогда не жаловался на память, а такие острые моменты жизни, как тогда под трибунами стадиона «Авангард», в памяти отпечатываются навсегда5.

Катар ничего не сказал, лишь быстрым движением пальцев повернул нож рукоятью ко мне.

– Забирай, – сказал он. – И за чёрта не прими в ущерб, реально попутался я, не выпас тебя с новым портретом.

– Без проблем, понимаю, – усмехнулся я. – А нож оставь себе, дарю.

– Благодарю за подгон, – кивнул Катар и спрятал нож обратно.

Тем временем стрельба поутихла.

– Из крепости как пить дать штурмовую группу пошлют, – сказал Припас. – Они сто пудов решили, что это ты их пулемет заглушил со своего летающего тапка. И сейчас пойдут проверять, чего они тут настреляли. Нормальная тактика Хряка – сначала огнем подавить, потом зачистить.

– Козлина он беспредельная, – скрипнул зубами Катар. – Лично его на пику насажу, век воли не видать.

Я начал припоминать дела давно минувших дней. Помнится, в один прекрасный момент хорошо знакомый мне главарь группировки бандитов с запоминающимся погонялом Индус внезапно куда-то исчез, и место пахана занял Хряк, бывший его заместитель. При этом многие поговаривали, что зам недолюбливал своего начальника, но тот его терпел за деловую хватку.

– И за что ж ты так Хряка не любишь? – поинтересовался я.

– А за то, что, пока я срок мотал, он моего брата завалил, после чего на его трон свою корму пристроил, – нехорошо ощерился Катар.

Тут я начал кое-что понимать.

Для начала я вспомнил, что «катар» – это не только государство на Ближнем Востоке, но и индийский тычковый кинжал, из-за своей формы и способа удержания весьма эффективный в ближнем бою. Его еще «зубом бога смерти» называли, идеальное оружие мщения. А погоняло исчезнувшего пахана группировки бандитов – Индус. Похоже, оба брата были неравнодушны к Индии, и «погоняла» себе выбрали соответствующие.

И теперь, значит, освободившийся брат решил отомстить за убитого, для чего явился в Зону и привлек к вендетте одного из приближенных Индуса. Интересный расклад получается.

– Подсобишь этого козла достать? – обернулся ко мне Катар.

По большому счету, мне на Хряка было положить с пробором. Видел его как-то мельком, но это не повод участвовать в его ликвидации. Индусу я однажды помог, когда пересеклись в тюрьме, но и это не есть причина мстить его убийце.

И, словно поняв мои мысли, Катар продолжил:

– Мой Долг жизни я тебе только что вернул, так что, считай, мы разошлись краями. Но если поможешь достать этого Хряка, будет тебе от братвы в Зоне всегда уважение и помощь по возможности. Слово даю.

Предложение было щедрым. С учетом того, что за мою голову была назначена нехилая цена, поддержка хоть одной группировки мне бы не помешала. А то надоело мне немного, что каждый встречный норовит заполучить ценный приз, который вполне себе комфортно чувствует себя на моих плечах. Да и деваться было особо некуда – если Припас прав, уйти от боя со штурмовой группой людей Хряка мне всё равно не удастся.

– По рукам, – кивнул я, опуская забрало шлема. Потом проверил свой автомат. Вроде нормально всё, «Вал» с честью выдержал испытание нехилым ударом об асфальт, пусть даже и немного смягченным рюкзаком. Что ж, осталось только проверить его в бою.

– Идут, – прошептал Припас, осторожно раздвигая стволом «Пустынного орла» ветки хилого кустарника, растущего вдоль шоссе. – Четверо. Все в «вольной» броне и с хеклеровскими автоматами.

– Мне говорили, что Хряк втихаря с «Волей» в десны целуется, гнида, – сплюнул Катар. – И вот тому подтверждение. Пора валить уродов.

– Погоди, – тормознул я его. – Сейчас ты их положишь, а следом из крепости нас чем-то потяжелее пулеметов накроют. Давай-ка по-другому сделаем.

 

 Читать  дальше  ...   

***

***

Закон охотника. Дмитрий Силлов. 001

Закон охотника. Дмитрий Силлов. 002 

Закон охотника. Дмитрий Силлов. 003

 Закон охотника. Дмитрий Силлов. 004 

Закон охотника. Дмитрий Силлов. 005

Закон охотника. Дмитрий Силлов. 006 

Закон охотника. Дмитрий Силлов. 007

Закон охотника. Дмитрий Силлов. 008

Закон охотника. Дмитрий Силлов. 009

Закон охотника. Дмитрий Силлов. 010

Закон охотника. Дмитрий Силлов. 011

Закон охотника. Дмитрий Силлов. 012 

Закон охотника. Дмитрий Силлов. 013

Закон охотника. Дмитрий Силлов. 014 

Закон охотника. Дмитрий Силлов. 015 

О книгах Дмитрия Силлова. Сталкер.

***

* * *

---


---

Источники:         https://libcat.ru/knigi/fantastika-i-fjentezi/boevaya-fantastika/428540-97-dmitrij-sillov-zakon-ohotnika-litres.html#text             https://www.litres.ru/dmitriy-sillov/zakon-ohotnika/?lfrom=236997940    https://libbox.ru/book/zakon-oxotnika  

---

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

ПОДЕЛИТЬСЯ

Яндекс.Метрика 

---

***

***

***

 

Где-то есть город
... в горах,
Кто-то построил его,
Наверное, люди.
…Облако рядом,
Всего в двух шагах,
Странствует мимо,
Как на верблюде.
… С башен высоких
Взирает на мир,
… Красота.
Светом холодным,
Призрачно тихим
Являет, как Дух,
Чудеса…
И при этом,
Заметьте,
Творчество есть…
На далёкой,
Не нашей,
Планете.

Где-то в горах

Иван Серенький

***

***

---

Фотоистория в папках № 1

 002 ВРЕМЕНА ГОДА

 003 Шахматы

 004 ФОТОГРАФИИ МОИХ ДРУЗЕЙ

 005 ПРИРОДА

006 ЖИВОПИСЬ

007 ТЕКСТЫ. КНИГИ

008 Фото из ИНТЕРНЕТА

009 На Я.Ру с... 10 августа 2009 года 

010 ТУРИЗМ

011 ПОХОДЫ

012 Точки на карте

014 ВЕЛОТУРИЗМ

015 НА ЯХТЕ

017 На ЯСЕНСКОЙ косе

018 ГОРНЫЕ походы

Страницы на Яндекс Фотках от Сергея 001

---

***

***

***

***

---

О книге -

На празднике

Поэт  Зайцев

Художник Тилькиев

Солдатская песнь 

Шахматы в...

Обучение

Планета Земля...

Разные разности

Новости

Из свежих новостей

Аудиокниги

Новость 2

Семашхо

***

***

***

***

***

***

***

***

***

Просмотров: 40 | Добавил: iwanserencky | Теги: Закон охотника. Дмитрий Силлов, Закон охотника, СТАЛКЕР, из интернета, Дмитрий Силлов, текст | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: