Главная » 2022 » Февраль » 22 » Двадцать лет спустя. Александр Дюма. 026. XI    "ШОТЛАНДЕЦ КЛЯТВУ ПРЕСТУПИЛ, ЗА ГРОШ ОН КОРОЛЯ СГУБИЛ". XII    МСТИТЕЛЬ.
05:22
Двадцать лет спустя. Александр Дюма. 026. XI    "ШОТЛАНДЕЦ КЛЯТВУ ПРЕСТУПИЛ, ЗА ГРОШ ОН КОРОЛЯ СГУБИЛ". XII    МСТИТЕЛЬ.

---

Подняв глаза, Рауль увидел перед собой двух всадников, смотревших  на него; он узнал их и устремился к ним с распростертыми объятиями.
- А, это вы, дорогие друзья! -  воскликнул  он.  -  Вы  за  мной?  Вы
возьмете меня с собой? Не имеете ли вы известий от моего опекуна?
   - А разве вы не получали от него писем? - спросил у молодого человека
д'Артаньян.
   - Увы, нет, сударь, и я, право, не знаю, что с ним сталось. Я  беспокоюсь, так беспокоюсь, что готов плакать.
   И действительно, две крупные слезы скатились по загорелым щекам  юно-
ши.
   Портос отвернулся в сторону, чтобы его доброе круглое лицо не  выдало
того, что делалось у него на сердце.
   - Что за черт! - сказал д'Артаньян,  растроганный  больше,  чем  ког-
да-либо. - Не отчаивайтесь, мой друг; хотя вы не получали писем от  гра-
фа, зато мы получили... одно...
   - А, в самом деле? - воскликнул Рауль.
   - И даже очень успокоительное, - сказал д'Артаньян, видя,  какую  ра-
дость принесло молодому человеку это известие.
   - Оно с вами? - спросил Рауль.
   - Да, то есть оно было со мной, - сказал д'Артаньян, делая  вид,  что
ищет его. - Подождите, оно должно быть здесь, в моем кармане. Он пишет о
своем возвращении. Не так ли, Портос?
               Хотя д'Артаньян и был гасконец, он все же не хотел взять на себя  од-
ного бремя этой лжи.
   - Да, - сказал Портос, кашляя.
   - О, покажите мне ею письмо! - сказал молодой человек.
   - Да я только что читал его. Неужели я потерял его? Ах, черт  возьми,
у меня порвался карман.
   - О да, господин Рауль, - сказал Мушкетон, - и письмо было такое уте-
шительное. Господа читали мне его, и я плакал от радости.
   - Но, по крайней мере, господин д'Артаньян,  вы  знаете,  где  он?  -
спросил Рауль, и лицо его слегка прояснилось.
   - Ну еще бы! - сказал д'Артаньян. - Конечно, знаю. Но только это тай-
на.
   - Не для меня же, наверное?
   - Нет, не для вас, и я вам скажу, где он.
   Портос удивленно воззрился на д'Артаньяна.
   "Куда бы, черт возьми, подальше заслать его, чтобы Рауль не вздумал к
нему отправиться", - пробормотал про себя д'Артаньян.
   - Ну, так где же он, сударь? - спросил Рауль своим  нежным,  ласковым
голосом.
   - В Константинополе.
   - У турок? - воскликнул Рауль. - Боже мой, что вы говорите!
   - А что, это вас пугает? - сказал д'Артаньян - Ба, что  значат  турки
для таких людей, как граф де Ла Фер и аббат д'Эрбле?
   - А его друг с ним? - сказал Рауль. - Это меня всетаки успокаивает.
   "Как он умен, этот дьявол д'Артаньян!  -  думал  Портос,  восхищенный
хитростью своего друга.
   - А теперь, - продолжав д'Артаньян, спеша переменить разговор, -  вот
вам пятьдесят пистолей, присланных от графа с тем же курьером.  Полагаю,
что у вас больше нет денег и что они будут вам очень кстати.
   - У меня еще есть двадцать пистолей.
   - Все равно берите, будет семьдесят.
   - А если вам нужно еще... - сказал Портос, опуская руку в карман.
   - Благодарю вас, - отвечал Рауль, краснея, - тысячу раз благодарю.
   В эту минуту показался Оливен.
   - Кстати, - сказал д'Артаньян так, чтобы лакей мог его слышать, - до-
вольны ли вы Оливеном?
   - Да, ничего себе.
   Оливен, сделав вид, что ничего не слышит, вошел в палатку.
   - А чем он грешит, этот плут?
   - Большой лакомка, - сказал Рауль.
   - О сударь! - сказал Оливен, выступая вперед при этом обвинении.
   - Немного вороват.
   - О сударь, помилуйте!
   - А главное, ужасный трус.
   - О сударь, что вы, помилуйте! За что вы меня позорите?
   - Черт побери! - вскричал д'Артаньян. - Знай, Оливен, что такие люди,
как мы, не держат у себя в услужении трусов. Ты можешь обкрадывать свое-
го господина, таскать его сладости и пить его вино, но - черт возьми!  -
ты не смеешь быть трусом, или я отрублю тебе уши. Посмотри на Мушкетона,
скажи ему, чтобы он показал тебе свои честно заработанные рапы, и  смотри, какую печать достоинства наложила на его чело свойственная ему храбрость.
   Мушкетон был на седьмом небе и охотно обнял бы д'Артаньяна,  если  бы
только посмел. Пока же он дал себе слово умереть за него при первом под-
ходящем случае.
   - Прогоните этого плута, Рауль, - сказал д'Артаньян, - ведь  если  он
трус, он когда-нибудь обесчестит себя.
   - Господин Рауль называет меня трусом, - воскликнул Оливен, - за  то,
что я отказался его сопровождать, когда на днях он хотел драться с  кор-
нетом из полка Граммона.
   - Оливен, лакей всегда должен слушаться своего  господина,  -  строго
сказал д'Артаньян.
   И, отведя его в сторону, прибавил:
   - Ты хорошо сделал, если господин твой был неправ, и вот тебе за  это
экю; но если его когда-нибудь оскорбят, а ты не дашь  себя  четвертовать
за него, то я отрежу тебе язык и вымажу им твою физиономию. Запомни это.
   Оливен поклонился и опустил экю в карман.
   - А теперь, мой друг Рауль, - сказал д'Артаньян,  -  мы  уезжаем,  дю
Валлон и я, в качестве посланников. Я  не  могу  сказать  вам,  с  какой
целью: я этого и сам еще не знаю. Но если  вам  что-нибудь  понадобится,
напишите Мадлен Тюркен, в гостиницу "Козочка" на Тиктонской улице, и бе-
рите у нее деньги, как у своего банкира, но только умеренно, потому что,
предупреждаю вас, ее кошелек набит все же но так туго, как у д'Эмери.
   Он обнял своего  временного  воспитанника  и  передав  его  в  мощные
объятия Портоса. Грозный великан поднял его на воздух и прижал к  своему
благородному сердцу.
   - Теперь в дорогу! - сказал д'Артаньян.
   И они снова направились в Булонь, куда  прибыли  к  вечеру  на  своих
взмыленных лошадях.
   В десяти шагах от  того  места,  где  они  остановились,  прежде  чем
въехать в город, стоял молодой человек, весь  в  черном;  он,  казалось,
поджидал кого-то и, завидя, уже не спускал с них глаз.
   Д'Артаньян подошел к нему и, заметив, что он глядит на него  в  упор,
сказал:
   - Эй, любезный, я не люблю, чтобы меня так мерили с ног до головы.
   - Милостивый государь, - произнес молодой человек, не отвечая на рез-
кость д'Артаньяна, - скажите, пожалуйста, не из Парижа ли вы?
   Д'Артаньян подумал, что это какой-нибудь любопытный, которому хочется
разузнать столичные новости.
   - Да, сударь, - отвечал он помягче.
   - Не собираетесь ли вы остановиться в гостинице "Герб Англии"?
   - Да, сударь.
   - Не имеете ли вы поручений от его преосвященства кардинала Мазарини?
   - Да, сударь.
   - В таком случае, - сказал молодой человек, - у вас есть до меня  де-
ло. Я Мордаунт.
   - А, - прошептал д'Артаньян, - тот самый, которого Атос советует  мне
остерегаться.
   - А, - пробормотал Портос, - тот самый, которого Арамис  просит  меня
придушить.
   Оба внимательно посмотрели на молодого человека.
   Тот неправильно истолковал их взгляд.
   - Вы сомневаетесь в моей личности? - сказал он. - В  таком  случае  я
готов представить вам доказательства.
   - Нет, не надо, - сказал д'Артаньян, - мы отдаем себя в ваше распоряжение.
   - Тогда, господа, поедемте, не откладывая ни минуты -  сказал  Морда-
унт. - Сегодня последний день отсрочки, которой просил у меня  кардинал.
Судно готово, и если бы вы не явились, я бы уехал без  вас,  потому  что
генерал Оливер Кромвель с нетерпением ждет моего возвращения.
   - Ага! - сказал д'Артаньян. - Значит,  мы  едем  к  генералу  Оливеру
Кромвелю?
   - Разве у вас нет письма к нему? - спросил молодой человек.
   - У меня есть письмо, наружный конверт которого я должен был  вскрыть
только в Лондоне; по так как вы сообщили, кому оно  адресовано,  то  нет
надобности это откладывать.
   Д'Артаньян разорвал конверт.
   Письмо действительно было адресовано:  "Господину  Оливеру  Кромвелю,
командующему армией английского народа".
   "Вот странное поручение!" - подумал д'Артаньян.
   - Кто этот Оливер Кромвель? - спросил тихонько Портос.
   - Бывший пивовар, - ответил д'Артаньян.
   - Не задумал ли Мазарини нажиться на пиве, вроде как мы на соломе?  -
спросил Портос.
   - Скорее, скорее, господа, - нетерпеливо воскликнул Мордаунт. - Едем-
те!
   - Вот как, даже не поужинав, - сказал Портос. - Разве Кромвель не мо-
жет подождать немного?
   - Да, но я... - сказал Мордаунт.
   - Что вы? - спросил Портос.
   - Я очень спешу.
   - О, если речь идет о вас, - сказал Портос, - то это меня не  касается, и я поужинаю с вашего позволения или без оного.
   Мутный взгляд молодого  человека  вспыхнул  и,  казалось,  готов  был
сверкнуть молнией, но он удержался.
   - Сударь, - продолжал д'Артаньян, - надо извинить проголодавшихся пу-
тешественников. К тому же наш ужин задержит нас недолго. Мы  поскачем  в
гостиницу, а вы идите пешком на пристань. Мы только  перехватим  кусочек
чего-нибудь и поспеем на пристань в одно время с вами.
   - Как вам будет угодно, господа, только не опоздайте, - сказал Морда-
унт.
   - Так-то будет лучше, - пробормотал Портос.
   - Как зовется ваше судно? - спросил д'Артаньян.
   - "Стандарт".
   - Отлично. Через полчаса мы будем на борту.
   И приятели, пришпорив коней, поскакали к гостинице "Герб Англии".
   - Ну, что вы скажете об этом молодом человеке? -  спросил  д'Артаньян
на скаку.
   - Скажу, что он мне очень не нравится, - отвечал Портос, -  и  что  у
меня все время чесались руки последовать совету Арамиса.
   - Берегитесь, Портос. Он посланный генерала Кромвеля, и  нас  примут,
думаю, не очень любезно, если мы заявим, что свернули шею его доверенному лицу.
   - Все равно, - сказал Портос, - я хорошо знаю, что Арамис дает только
хорошие советы.
   - Слушайте, - сказал д'Артаньян, - когда наша миссия  будет  закончена...
   - Ну?
   - Если он привезет нас обратно во Францию...
   - Тогда?
   - Тогда мы посмотрим.
   Тут приятели доехали до гостиницы  "Герб  Англии",  где  поужинали  с
большим аппетитом. Вслед за тем они немедленно отправились на пристань.
   Бриг уже готов был поднять паруса. На палубе его они увидели Мордаун-
та, который нетерпеливо шагал взад и вперед.
   - Прямо невероятно, - сказал  д'Артаньян,  когда  лодка  везла  их  к
"Стандарту", - до чего этот молодой человек похож на  кого-то,  не  могу
только вспомнить, на кого именно.
   Они подъехали к трапу и через минуту были на палубе.
   Но лошадей переправить на бриг было труднее, чем людей,  и  бриг  мог
сняться с якоря только в восемь часов вечера.
   Молодой человек сгорал от нетерпения и приказал поднять все паруса.
   Портос, разбитый после трех бессонных ночей и семидесяти миль, проделанных верхом, ушел к себе в каюту и тотчас заснул.
   Д'Артаньян, преодолевая свое отвращение к  Мордаунту,  стал  прогули-
ваться с ним по палубе, рассказывая ему тысячу мелочей и пытаясь вызвать
его на откровенность.
   Мушкетона терзала морская болезнь.    


XI

   "ШОТЛАНДЕЦ КЛЯТВУ ПРЕСТУПИЛ, ЗА ГРОШ ОН КОРОЛЯ СГУБИЛ"

   А теперь предоставим "Стандарту" спокойно плыть не в Лондон, как  думали д'Артаньян и Портос, а в Даргем, куда Мордаунт  должен  был  направиться, согласно распоряжениям, полученным из Англии во время его пребывания в Булони, и перенесемся в королевский лагерь, расположенный на берегу Тайна, близ города Ньюкасла.
   Здесь, между двумя реками, рядом с границей Шотландии, но еще на анг-
лийской земле, раскинулись палатки маленькой армии.  Полночь.  Воины,  в
которых по их голым ногам, коротким юбкам, пестрым пледам и перу на  ша-
почках легко признать шотландских горцев, скучаю г, стоя на часах. Луна,
пробиваясь сквозь густые тучи, всякий раз озаряет  мушкеты  часовых;  и,
залитые ее светом, отчетливей выступают стены, крыши и колокольни  горо-
да, который Карл I только что сдал парламентским  войскам,  так  же  как
Оксфорд и Ньюарк, еще державшие ею сторону в надежде на примирение.
   В одном конце лагеря, возле огромной  палатки,  битком  набитой  шот-
ландскими офицерами, собравшимися на военный совет под предводительством
старого графа Левена, их командира, положив правую руку на  шпагу,  спит
на траве человек, одетый в платье для верховой езды.
   В пятидесяти шагах от него другой человек, так же одетый,  разговаривает с часовым-шотландцем. Хотя он и иностранец, он,  видимо,  настолько
привык к английскому языку, что понимает ответы своего собеседника,  говорящего на пертском наречии.
   Когда в Ньюкасле пробило час пополуночи, спавший пробудился; потянув-
шись, как делает человек, открывающий глаза после глубокого сна, он вни-
мательно осмотрелся кругом и, увидев, что он один, встал, подошел к  то-
му, кто беседовал с часовым, и затем пошел дальше. Другой, надо  думать,
окончил свои расспросы, потому что через минуту простился  с  часовым  и
непринужденно направился туда же, куда и первый.
   Тот ждал его в тени палатки, стоявшей на дороге.
   - Ну что, мой друг? - сказал он на чистейшем  французском  языке,  на
каком когда-либо говаривали между Руапом и Туром.
   - А то, мой друг, что нельзя терять ни минуты, надо предупредить  ко-
роля.
   - Что случилось?
   - Долго рассказывать. К тому же вы  сейчас  сами  услышите.  Малейшее
слово, произнесенное здесь, может все  погубить.  Пойдем  разыщем  лорда
Винтера.
   И оба направились в противоположный конец лагеря. Но так как весь лагерь занимал площадь не более чем в пятьсот  квадратных  футов,  то  они
быстро оказались у палатки того, кого искали.
   - Твой господин спит, Топи? - спросил по-английски один из них у слуги, лежавшего в первом отделении палатки, заменявшем переднюю.
   - Нет, господин граф, не думаю, - ответил слуга -  Разве  что  заснул
совсем недавно, так как он больше двух часов ходил взад и  вперед,  вер-
нувшись от короля. Они затихли только минут десять тому назад;  впрочем,
вы можете сами посмотреть, - прибавил слуга, пропуская их в палатку.
   Действительно, Винтер сидел перед отверстием, служившим окном, вдыхая
ночной воздух и меланхолически следя глазами за луной,  мелькавшей,  как
мы только что говорили, среди больших черных туч.
   Друзья подошли к лорду Винтеру, который, подперев голову рукой, смотрел на небо. Он не слышал, как они вошли, и оставался в том  же  положе-
нии, пока не почувствовал прикосновения к своему плечу. Тогда  он  обер-
нулся, узнал Атоса и Арамиса и протянул им руку.
   - Заметили вы, какого кровавого цвета сегодня луна? - сказал оп.
   - Нет, - ответил Атос. - Она показалась мне такой же, как всегда.
   - Посмотрите вы, сударь, - продолжал Винтер.
   - Признаюсь, - произнес Арамис, - что я, как и граф де Ла Фер, не вижу в ней ничего особенного.
   - Граф, - промолвил Атос, - в таком опасном положении нужно  смотреть
на землю, а не в небо. Хорошо ли вы знаете наших шотландцев и уверены вы
в них?
   - В шотландцах? - спросил Винтер. - В каких шотландцах?
   - О, боже мой, - сказал Атос, - в наших, в тех, которым доверился ко-
роль, в шотландцах графа Лечена.
   - Нет, - ответил Винтер и затем прибавил: - Вы, значит, совсем но видите этого красноватого отлива на всем небе?
   - Нисколько, - ответили вместе Атос и Арамис.
   - Скажи ка, - продолжал Винтер, занятый все той же мыслью, - говорят,
во Франции есть предание, что накануне своей  смерти  Генрих  Четвертый,
играя в шахматы с Бассомпьером, видел кровавые пятна на шахматной доске?
   - Да, - сказал Атос, - и маршал мне самому несколько раз  рассказывал
об этом.
   - Так, - прошептал Винтер, - а на следующий день Генрих Четвертый был
убит.
   - Но какая связь между этим видением Генриха  Четвертого  и  вами?  -
спросил Арамис.
   - Никакой, господа. Я сумасшедший, право, что занимаю вас такими глупостями; ваше появление в моей палатке в такой час  показывает,  что  вы
принесли мне какую-то важную весть.
   - Да, милорд, - произнес Атос, - я желал бы поговорить с королем.
   - С королем? Но он спит.
   - Мне нужно сообщить ему нечто весьма важное.
   - Разве нельзя отложить это до завтра?
   - Нет, он должен немедленно узнать, в чем  дело.  Боюсь,  что,  может
быть, и сейчас уже поздно.
   - Пойдемте, господа, - сказал Винтер.
   Палатка Винтера стояла рядом с королевской; нечто вроде коридора соединяло их. Этот коридор охранялся не часовыми, а доверенным камердинером
Карла I, так что в случае надобности король мог в ту же минуту  снестись
со своим верным слугой.
   - Эти господа пройдут со мною, - сказал Винтер.
   Лакей поклонился и пропустил.
   Действительно, уступая непреодолимой потребности в сне,  король  Карл
заснул на походной кровати, в своем черном камзоле  и  высоких  сапогах,
расстегнув пояс и положив возле себя  шляпу.  Вошедшие  приблизились,  и
Атос, шедший впереди, с минуту  молча  всматривался  в  это  благородное
бледное лицо, обрамленное длинными черными волосами, прилипшими к вискам
от пота во время тяжелого сна, и покрытое синими жилками, которые, казалось, набухли от слез под усталыми глазами.
   Атос глубоко вздохнул; этот вздох разбудил короля, -  так  легок  был
его сон.
   Он открыл глаза.
   - А! - сказал он, приподымаясь на локте. - Это вы, граф де Ла Фер?
   - Да, ваше величество, - ответил Атос.
   - Вы бодрствуете, когда я сплю? И вы хотите сообщить мне какую-нибудь
новость?
   - Увы! Вы, ваше величество, изволили верно угадать, - ответил Атос.
   - Значит, новость дурная? - спросил король с грустной улыбкой.
   - Да, ваше величество.
   - Все равно, я всегда рад вас  видеть,  добро  пожаловать,  вы,  кого
оторвала от отечества преданность, что не знает страха невзгод, вы,  которого прислала мне Генриетта, - какова бы ни была ваша весть,  говорите
смело.
   - Ваше величество, Кромвель прибыл сегодня ночью в Ньюкасл.
   - А! - сказал король. - Чтобы сразиться со мною?
   - Нет, ваше величество, чтобы купить вас.
   - Что вы говорите?
   - Я говорю, ваше величество, что вы должны шотландской армии четыреста тысяч фунтов стерлингов.
   - Невыплаченного жалованья? Да, я знаю. Уже около года мои храбрые  и
верные шотландцы бьются только чести ради.
   Атос улыбнулся.
   - Честь - прекрасная вещь, ваше величество, но им  надоело  сражаться
за нее, и сегодня ночью они продали вас за двести тысяч фунтов, то  есть
за половину того, что вы были им должны.
   - Невозможно, - воскликнул король, - чтобы шотландцы  продали  своего
короля за двести тысяч фунтов!
   - Продали же иудеи своего бога за тридцать сребреников!
   - Какой же Иуда совершил этот гнусный торг?
   - Граф Левей.
   - Вы убеждены в этом, граф?
   - Я слышал это своими собственными ушами.
   Король глубоко вздохнул, словно сердце его разрывалось, и закрыл лицо
руками.
   - О, шотландцы, - сказал он, - шотландцы,  которых  я  считал  такими
верными! Шотландцы, которым я доверился, когда  мог  бежать  в  Оксфорд!
Шотландцы, мои земляки, мои братья! Но уверены ли вы в этом, граф?
   - Я прилег за палаткой графа Левена и, приподняв полотно, все слышал,
все видел.
   - Когда же должен совершиться этот подлый торг?
   - Сегодня утром. Вы видите, ваше величество, нельзя терять времени.
   - К чему же нам время, раз вы говорите, что я продан?
   - Надо переправиться через Тайн в Шотландию, к лорду Монтрозу,  который вас не продаст.
   - А что мне делать в Шотландии? Вести партизанскую войну? Это  -  недостойно короля.
   - Возьмите пример с Роберта Брюса, ваше величество.
   - Нет, нет! Борьба слишком затянулась. Если они продали  меня,  пусть
они меня выдадут. Да падет на них вечный позор этой измены.
   - Ваше величество, - сказал Атос, - быть может, так следует поступить
королю, но не мужу и отцу. Я явился от имени вашей супруги и вашей дочери, и от их лица, а также от лица двух других  ваших  детей,  которые  в
Лондоне, я говорю вам: "Живите, ваше величество, так угодно богу!"
   Король встал, стянул пояс, прицепил к  нему  шпагу  и,  вытирая  свой
влажный лоб, сказал:
   - Хорошо! Что же нужно делать?
   - Ваше величество, есть ли у вас во всей армии хоть один полк, на ко-
торый вы могли бы положиться?
   - Винтер, - сказал король, - можно ли положиться на  верность  вашего
полка?
   - Ваше величество, они люди, а люди стали очень слабы или злы. Я  на-
деюсь на их верность, но не ручаюсь за нее; я доверил бы им  собственную
жизнь, но не решаюсь доверить им жизнь вашего величества.
   - Что поделаешь? - сказал Атос. - Если нет полка, зато есть трое нас,
преданных вам людей, и этого будет достаточно. Садитесь  на  коня,  ваше
величество, и поезжайте с нами; мы переправимся  через  Тайн,  достигнем
Шотландии и будем в безопасности.
   - Вы того же мнения, Винтер? - спросил король.
   - Да, ваше величество.
   - А вы, д'Эрбле?
   - Тоже, ваше величество.
   - Будь по-вашему. Отдайте приказания, Винтер.
   Винтер вышел, а король стал оканчивать свой туалет. Первые лучи  зари
уже начинали проникать в щели палатки, когда Винтер вернулся.
   - Все готово, ваше величество, - сказал он.
   - А мы? - спросил Атос.
   - Гримо и Блезуа ожидают вас с уже оседланными лошадьми.
   - В таком случае, - сказал Атос, - не будем терять ни минуты. Едем!
   - Едем, - повторил король.
   - Ваше величество, - сказал Арамис, - не известите ли вы  ваших  дру-
зей?
   - Моих друзей? - сказал Карл I, грустно качая головой. - У  меня  нет
больше друзей, кроме вас троих: старого друга,  никогда  не  забывавшего
меня в течение двадцати лет, и двух других, дружба которых не старше не-
дели, по которых я никогда не забуду. Едем, господа, едем.
   Король вышел из палатки, и лошадь его была уже оседлана. Это был конь
буланой масти, на котором король ездил уже три года и которого очень лю-
бил.
   Увидав его, конь радостно заржал.
   - А, - сказал король, - я был неправ. Вот еще если не  друг,  то,  по
крайней мере, живое существо, которое меня любит. Ты останешься мне  ве-
рен, Артус, не правда ли?
   Конь, как будто понимая слова, приблизил свои дымящиеся ноздри к лицу
короля, поднял губу и радостно оскалил белые зубы.
   - Да, да, - сказал король, лаская его, - хорошо, Артус, я тобой доволен.
   С легкостью, стяжавшей ему славу лучшего наездника Европы, Карл вскочил на коня и, обернувшись к Атосу, Арамису и Винтеру, крикнул:
   - Ну, господа, я жду вас!
   Но Атос стоял неподвижно, устремив глаза вдаль и  указывая  рукой  на
черную линию, тянувшуюся вдоль берега Тайна и вдвое превосходившую длину
лагеря.
   - Что это за линия? - сказал Атос, которому остатки  ночной  темноты,
боровшейся с первыми лучами дня, не давали ясно  различать  предметы.  -
Что это за линия? Я вчера ее не видал.
   - Это, вероятно, туман, поднявшийся с реки, - сказал король.
   - Нет, ваше величество, это что-то поплотнее тумана.
   - Действительно, там какая-то красноватая полоса, - сказал Винтер.
   - Это неприятель вышел из Ньюкасла и окружает нас! - воскликнул Атос.
   - Неприятель? - сказал король.
   - Да, неприятель. Мы опоздали. Смотрите,  смотрите!  Видите  вы  там,
около города, как блестят на солнце "железные ребра"?
   Так называли кирасиров, из которых Кромвель образовал свою гвардию.
   - А! - сказал король. - Сейчас мы увидим, действительно ли  мои  шот-
ландцы изменили мне!
   - Что вы хотите делать? - воскликнул Атос.
   - Дать приказ к наступлению и раздавить этих подлых мятежников.
   И король, пришпорив лошадь, понесся к палатке графа Левена.
   - За ним! - сказал Атос.
   - За ним! - повторил Арамис.
   - Не ранен ли король? - сказал Винтер. - Я  вижу  на  земле  кровавые
пятна.
   И он бросился вслед за двумя друзьями. Атос остановил его.
   - Ступайте соберите ваш полк, - сказал он. - Я чувствую, что он  сей-
час нам понадобится.
   Винтер повернул назад, меж тем как друзья продолжали свой путь.
   Через две секунды король был у палатки главнокомандующего шотландской
армией. Он соскочил с лошади и вошел.
   Генерал был окружен старшими командирами.
   - Король! - воскликнули они, вставая и недоуменно переглядываясь.
   Действительно, Карл стоял перед ними в шляпе, хмуря  брови  и  ударяя
хлыстом по сапогу.
   - Да, господа, - сказал он, - король! Король пришел потребовать у вас
отчета в том, что происходит.
   - Что случилось, ваше величество? - спросил граф Левей.
   - Случилось то, - сказал король гневно, - что генерал Кромвель прибыл
сегодня ночью в Ньюкасл. Вы знали об этом и не уведомили  меня.  Неприятель выступает из города и заграждает нам переправу через Тайн; ваши ча-
совые должны были видеть эти движения, и вы скрыли это от меня. Вы подло
продали меня парламенту за двести тысяч фунтов, но об этой сделке  меня,
к счастью, предупредили. Вот что случилось, господа. Отвечайте  или  оправдывайтесь, так как я обвиняю вас.
   - Ваше величество, - проговорил, запинаясь, граф Левен, - ваше  вели-
чество, это ложный донос.
   - Я своими глазами видел, как неприятельская армия развернулась между
моим лагерем и Шотландией, - сказал король. - Я почти могу сказать,  что
собственными ушами слышал, как вы обсуждали условия сделки.
   Шотландские командиры снова переглянулись и, в свою очередь, нахмурились.
   - Ваше величество, - пробормотал Левен, сгорая от стыда, - ваше вели-
чество, мы готовы представить вам все доказательства.
   - Я требую только одного, - сказал король, - постройте армию в боевой
порядок и ведите ее на неприятеля.
   - Это невозможно, ваше величество, - отвечал граф.
   - Как невозможно? А что же этому мешает? - воскликнул Карл I.
   - Вашему величеству известно, что мы заключили перемирие с английской
армией, - ответил граф.
   - Если и было перемирие, то английская армия нарушила его,  выйдя  из
города, где, по условию, она должна  была  оставаться.  Поэтому,  говорю
вам, вы должны пробиться со мной сквозь эту армию и вернуться в  Шотландию, а если вы этого не сделаете, тогда выбирайте себе  любое  из  имен,
которыми человечество клеймит презренных и низких людей: вы  или  трусы,
или изменники.
   Глаза шотландцев засверкали, и, как часто бывает в подобных  случаях,
нестерпимое чувство стыда породило в них предельную наглость.
   Два предводителя кланов подошли с двух сторон к королю и сказали:
   - Да, мы обещали избавить Шотландию и Англию от того, кто  уже  двадцать пять лет выжимает кровь и золото из Англии и Шотландии. Мы обещали,
и мы сдержим наше слово. Король Карл Стюарт, вы наш пленник.
   И оба одновременно протянули руки, чтобы схватить короля. Но не успе-
ли они прикоснуться к нему, как уже оба  лежали  на  земле  -  один  без
чувств, а другой мертвый.
   Атос оглушил одного прикладом пистолета, а  Арамис  проткнул  другого
шпагой.
   И пока граф Левен с остальными предводителями отступали в ужасе перед
этой неожиданной подмогой, точно с неба свалившейся тому, кого  они  уже
считали своим пленником, Атос и Арамис увлекли короля из  палатки  клятвопреступников, куда он так неосторожно вошел, и,  вскочив  на  лошадей,
которых слуги держали наготове, все трое поскакали обратно к королевской
палатке.
   Проезжая, они заметили Винтера, спешившего со  своим  полком.  Король
сделал ему знак, чтобы он следовал за ними.


XII

   МСТИТЕЛЬ

   Все четверо вошли в  палатку;  у  них  не  было  еще  никакого  плана
действий, и надо было сразу его выработать.
   Король упал в кресло.
   - Я погиб! - сказал он.
   - Нет, ваше величество, - ответил Атос, - вам только изменили.
   Король глубоко вздохнул.
   - Изменили, изменили шотландцы,  среди  которых  я  родился,  которых
всегда любил больше англичан! О, негодяи!
   - Ваше величество, - сказал Атос, - теперь не время для  укоров,  теперь надо показать себя королем и дворянином. Смелее, государь,  смелее!
Здесь перед вами, по крайней мере, три человека, которые вам не изменят,
можете быть покойны. Ах, если бы нас было пятеро! - пробормотал он,  думая о д'Артаньяне и Портосе.
   - Что вы говорите? - спросил Карл, поднимаясь с места.
   - Я говорю, ваше величество, что осталось только одно  средство.  Ми-
лорд Винтер ручается или почти ручается, - не будем придираться  к  словам, - за свой полк. Он станет во главе этого полка; мы окружим ваше величество, пробьемся сквозь армию Кромвеля и достигнем Шотландии.
   - Есть еще одно средство, - сказал Арамис. - Один из нас  наденет  на
себя платье короля и сядет на его коня: пока все будут гнаться  за  ним,
король может ускользнуть.
   - Мысль недурна, - сказал Атос, - и если его величеству  угодно  ока-
зать одному из нас эту честь, мы будем ему искренне благодарны.
   - Что вы скажете об этом совете, Винтер? - спросил король, с  восторгом глядя на этих двух людей, готовых принять на себя все удары, грозив-
шие ему.
   - Я скажу, ваше величество, что если есть  средство  спасти  вас,  то
только то, которое предлагает господин д'Эрбле. Потому я смиренно умоляю
ваше величество как можно скорее сделать между нами выбор, так как  времени терять нельзя.
   - Но если я соглашусь, то это принесет смерть  или  по  меньшей  море
темницу тому, кто займет мое место?
   - Нет, это принесет честь тому, кто вас спасет! - воскликнул Винтер.
   Король со слезами на глазах посмотрел на своего старого  друга,  снял
орден Святого Духа, который носил, желая оказать внимание двум сопровождавшим его французам, и надел его на шею  Винтеру,  который  на  коленях
принял этот пагубный для него знак королевской дружбы и доверия.
   - Это справедливо, - сказал Атос, - он служит дольше нас.
   Король, услышав эти слова, обернулся со слезами на глазах.
   - Господа, - сказал он, - подождите минуту, у меня и для вас есть  по
ленте.
   Он подошел к шкафу, где хранились его личные ордена, и взял две ленты
ордена Подвязки.
   - Эти ордена не для нас, - сказал Атос.
   - Почему? - сказал король.
   - Это почти королевские ордена, а мы простые дворяне.
   - Найдите мне сердце благородней вашего на любом престоле,  -  сказал
король. - Нет, нет, вы несправедливы к себе, и я  считаю  своей  обязан-
ностью воздать вам должное. На колени, граф!
   Атос преклонил колени. Король надел на него  ленту,  как  полагается,
слева направо; затем, подняв шпагу, вместо  обычной  формулы:  "Посвящаю
вас в рыцари, будьте храбры, верны и честны", произнес:
   - Вы храбры, верны и честны, я посвящаю вас в рыцари, граф.
   Потом, обратившись к Арамису, сказал:
   - Теперь ваша очередь, шевалье.
   Та же церемония, с теми же словами, повторилась. Между тем  Винтер  с
помощью оруженосцев снял с себя медные латы, чтобы  больше  походить  на
короля.
   Окончив обряд с Атосом и Арамисом, король обнял обоих друзей.
   - Ваше величество, - сказал Винтер, к которому в предвкушении велико-
го подвига вернулась вся его сила и мужество, - мы готовы.
   Король посмотрел на трех рыцарей.
   - Значит, надо бежать? - сказал он.
   - Бегство сквозь ряды неприятельской армии, ваше величество, - сказал
Атос, - во всех странах называется атакой.
   - Итак, я умру со шпагой в руке, - сказал Карл.  -  Господин  граф  и
господин шевалье, если я опять стану королем...
   - Ваше величество уже оказали нам больше чести, чем полагается  простым дворянам, и теперь мы ваши должники. Но не будем терять времени,  мы
его и так уже слишком много потратили.
   Король в последний раз протянул руку всем троим, обменялся шляпами  с
Винтером и вышел.
   Полк Винтера выстроился на площадке, несколько возвышавшейся над всем
лагерем. Король в сопровождении трех друзей направился к этой площадке.
   Шотландский лагерь, казалось, наконец проснулся; солдаты вышли из па-
латок и начали строиться, как для битвы.
   - Видите, - сказал король, - может быть, они раскаялись и готовы идти
в бой.
   - Если они раскаялись, ваше величество, - сказал Атос, - то они  пой-
дут за нами.
   - Хорошо, - сказал король. - Что теперь делать?
   - Разглядим неприятеля, - сказал Атос.
   И взоры маленькой группы тотчас устремились  на  полосу,  которую  на
рассвете они приняли было за туман. Теперь первые лучи солнца ясно обнаруживали, что это армия, построенная в боевом порядке. Воздух был  прозрачен, каким он обычно бывает в этот час утра. Можно было отчетливо различить полки, знамена, даже цвет мундиров и масть лошадей.
   В это время на небольшом холме перед неприятельским фронтом показался
коренастый и плотный человек небольшого роста;  его  окружало  несколько
офицеров. Он направил подзорную трубку на группу, в которой был король.
   - Ваше величество, этот человек знает вас в лицо? - спросил Арамис.
   Карл улыбнулся.
   - Этот человек - Кромвель, - сказал он.
   - В таком случае надвиньте шляпу, государь, чтобы он не заметил  под-
мены.
   - Ах, сколько времени потеряно! - сказал Атос.
   - Так скомандуйте, - сказал король, - и двинемся на них.
   - Разве не вы будете командовать, ваше величество? - спросил Атос.
   - Нет, я назначаю вас моим главнокомандующим, - сказал король.
   - Тогда послушайте, милорд, - произнес Атос. - Прошу вас, ваше  вели-
чество, отойдите на минутку в сторону. То, о чем мы будем  говорить,  не
касается вашего величества.
   Король улыбнулся и отошел на три шага.
   - Вот что я предлагаю, - продолжал Атос. - Мы разделим  наш  полк  на
два эскадрона: вы станете во главе одного; его величество и  мы  поведем
второй. Если ничто не преградит нам путь, мы атакуем все  вместе,  чтобы
пробиться сквозь неприятельскую линию и переправиться через  Тайн  вброд
или вплавь; если же мы встретим непреодолимую преграду,  то  вы  и  ваши
солдаты ляжете все до последнего, а мы с королем  будем  продолжать  наш
путь. Мы доберемся до берега, хотя бы пришлось прорваться через  тройной
ряд врагов, если только ваш эскадрон выполнит свой долг.
   - На коней! - сказал Винтер.
   - На коней! - повторил Атос. - Все обдумано и решено.
   - Итак, господа, вперед! - сказал король. - И да будет нашим лозунгом
старинный боевой клич французов: "Монжуа и Сен-Дени!" Клич  Англии  оск-
вернен теперь устами изменников.
   Они вскочили на коней: Винтер на королевского коня,  король  на  коня
Винтера. Лорд Винтер стал во главе первого эскадрона, а король с  Атосом
по правую руку и Арамисом по левую, стал во главе второго.
   Вся шотландская армия смотрела на эти приготовления неподвижно,  мол-
ча, со стыдом. Несколько офицеров вышли из рядов и сломали свои шпаги.
   - Прекрасно, - сказал король, - это меня утешает, они не все изменники.
   В этот момент раздался голос Винтера.
   - Вперед! - крикнул он.
   Первый эскадрон двинулся. За ним последовал  второй,  спустившийся  с
площадки. Полк латников, приблизительно равный им по  численности,  раз-
вернулся за холмом и во весь опор понесся им навстречу.
   Король указал на него Атосу и Арамису.
   - Ваше величество, - сказал Атос, - мы предвидели это,  и  если  люди
Винтера исполнят свой долг, то этот маневр неприятеля, вместо того чтобы
погубить, спасет нас.
   В эту минуту раздалась команда Винтера, покрывая собой топот  и  фыр-
канье несущихся лошадей:
   - Сабли наголо!
   При этой команде все сабли блеснули, как молния.
   - Вперед! - крикнул тоже король, опьяненный  этим  видом.  -  Вперед,
сабли наголо!
   Но этой команде, пример которой подал сам король, повиновались только
Атос и Арамис.
   - Нас предали, - тихо сказал король.
   - Подождем еще, - произнес Атос, - может быть, они не  узнали  голоса
вашего величества и ждут приказания своего эскадронного командира.
   - Разве они не слышали команды своего полковника? Но смотрите,  смотрите! - воскликнул король, круто осаживая коня и хватая за повод  лошадь
Атоса.
   - Трусы! Негодяи! Изменники! - слышался голос Винтера.
   Его солдаты уже покидали свои ряды, разбегаясь во все стороны по  по-
ляне.
   Около него осталось не более пятнадцати человек, ожидавших  вместе  с
ним атаки латников Кромвеля.
   - Умрем вместе с ними! - вскричал король.
   - Умрем! - повторили Атос и Арамис.
   - Ко мне, все верные королю! - крикнул Винтер.
   Этот голос долетел до двух друзей, которые помчались галопом.
   - Не давать пощады! - крикнул по-французски в  ответ  Винтеру  другой
голос, заставивший их вздрогнуть.
   Услышав этот голос, Винтер побледнел и замер на месте.
   Это был голос всадника, летевшего на великолепном вороном коне в ата-
ку во главе английского полка, который он в пылу опередил шагов  на  десять.
   - Это он! - прошептал Винтер, устремив на него глаза и опустив руку с
саблей.
   - Король! Король! - закричали несколько англичан,  обманутых  голубой
лентой и буланой лошадью Винтера. - Взять его живым!
   - Нет, это не король! - воскликнул всадник. - Не давайте  себя  обмануть. Не правда ли, лорд Винтер, ведь вы не король? Вы мой дядя?
   С этими словами Мордаунт (ибо это был он) направил дуло пистолета  на
Винтера. Раздался выстрел. Пуля пронзила грудь старого лорда;  он  подп-
рыгнул на седле и упал на руки Атоса, прошептав:
   - Мститель!
   - Вспомни мою мать! - проревел Мордаунт и  полетел  дальше,  уносимый
бешено скачущей лошадью.
   - Негодяй! - крикнул Арамис и навел на него пистолет  почти  в  упор,
когда он проносился мимо. Но пистолет дал осечку, и выстрела не последовало.
   Между тем весь полк уже обрушился  на  нескольких  оставшихся  людей.
Обоих французов окружили, смяли, стиснули. Убедившись, что Винтер  умер,
Атос выпустил из рук его труп и, обнажив шпагу, воскликнул:
   - Вперед, Арамис, за честь Франции!
   И двое англичан, стоявших поблизости, упали мертвыми, пораженные уда-
рами Атоса и Арамиса.
   В то же время раздалось громовое "ура!", и тридцать клинков  блеснуло
над их головами.
   Вдруг из толпы англичан вырвался человек, одним прыжком очутился око-
ло Атоса, сжал его своими мощными руками и вырвал у него шпагу,  прошептав ему на ухо:
   - Молчите! Сдайтесь! Сдаться мне - не значит сдаться.
   В ту же секунду какой-то великан схватил за обе руки Арамиса, который
тщетно старался вырваться из его страшных объятий.
   - Сдавайтесь! - произнес он, пристально глядя на пего.
   Арамис поднял голову, Атос обернулся.
   - Д'Арт... - хотел воскликнуть Атос, но гасконец зажал ему рот рукой.
   - Сдаюсь! - сказал Арамис, протягивая свою шпагу Портосу.
   - Стреляйте, стреляйте! - кричал Мордаунт, возвращаясь  к  группе,  в
которой были два друга.
   - Зачем стрелять? - сказал полковник. - Все сдались.
   - Это сын миледи, - сказал Атос д'Артаньяну.
   - Я узнал его.
   - Это монах, - сказал Портос Арамису.
   - Знаю.
   Между тем ряды победителей расступились. Д'Артаньян держал  за  повод
лошадь Атоса, Портос - лошадь Арамиса. Каждый  старался  отвести  своего
пленника подальше от поля битвы.
   Когда они отъехали, очистилось место, где лежал труп Винтера.  Движимый чувством ненависти, Мордаунт отыскал его и, наклонившись  с  лошади,
посмотрел на него с отвратительной улыбкой.
   Атос, как он ни был спокоен, протянул руку к кобурам, где лежали  его
пистолеты.
   - Что вы делаете? - вскричал Д'Артаньян.
   - Дайте мне убить его.
   - Мы все погибли, если вы хоть одним движением покажете,  что  знаете
его.
   Он обернулся к молодому человеку и крикнул:
   - Славная добыча! Славная добыча, дорогой Мордаунт!  Каждому  из  нас
двоих досталось по пленнику. Каждому но  кавалеру  ордена  Подвязки,  ни
больше, ни меньше.
   - Эге, - воскликнул Мордаунт, глядя кровожадными глазами на  Атоса  и
Арамиса, - да ведь это, кажется, французы?
   - Ей-богу, не знаю. Вы француз? - спросил д'Артаньян Атоса.
   - Да, - с достоинством ответил тот.
   - Ну вот, вы попались в плен к своему соотечественнику.
   - А король? - с горечью спросил Атос. - Где король?
   Д'Артаньян сильно сжал руку Атоса и сказал:
   - Он в наших руках.
   - Да, - прибавил Арамис, - благодаря гнусной измене.
   Портос стиснул руку своего друга и сказал ему с улыбкой:
   - Э, сударь, на войне ловкость значит не меньше, чем сила. Смотрите.
   Действительно, в эту минуту  эскадрон,  который  должен  был  служить
прикрытием королю в его бегстве, двигался навстречу  английскому  полку,
окружая короля. Карл шел пешком в  центре  образовавшегося  вокруг  него
пустого пространства. Он был спокоен на вид, но ясно было, чего это  ему
стоило. Пот капал с лица его, и он отирал  себе  виски  и  губы  носовым
платком, на котором всякий раз, как он отнимал его ото  рта,  появлялось
пятно крови.
   - Вот он, Навуходоносор! - крикнул один из латников Кромвеля,  старый
пуританин, глаза которого загорелись при виде того, кого называли  тира-
ном.
   - Как вы сказали, Навуходоносор? - спросил Мордаунт с  ужасной  улыб-
кой. - Нет, это Карл Первый, добрый король Карл, который обкрадывал сво-
их подданных, чтобы наследовать их имущество.
   Карл поднял глаза на дерзкого юношу, но не узнал его. Однако  спокойное, величавое выражение его лица заставило Мордаунта отвести взгляд.
   - Здравствуйте, господа! - сказал король двум французам,  которых  он
увидел в руках д'Артаньяна и Портоса. - Какой  печальный  день!  Но  это
все-таки не ваша вина. Где же мой старый Винтер?
   Друзья отвернулись и промолчали.
   - Там же, где и Страффорд! - сказал резким голосом Мордаунт.
   Карл вздрогнул: злодей попал в цель. Страффорд был вечным упреком со-
вести короля, тенью, омрачавшей его дни, и кошмаром его ночей.
      

   Читать  дальше  ...   

***

***

 Источник :  http://lib.ru/INOOLD/DUMA/dwadcat_let.txt  === 

***

ПРИМЕЧАНИЯ 

***

***

 Читать с начала - Двадцать лет спустя. Александр Дюма. 001. * ЧАСТЬ ПЕРВАЯ *  I    ТЕНЬ РИШЕЛЬЕ.  II    НОЧНОЙ ДОЗОР.

***

*** Двадцать лет спустя. Александр Дюма. 022.* ЧАСТЬ ВТОРАЯ * I НИЩИЙ ИЗ ЦЕРКВИ СВ. ЕВСТАФИЯ. II БАШНЯ СВ. ИАКОВА. III БУНТ.

 Три мушкетёра

---

Читать - Виконт де Бражелон. Александр Дюма. 001 - с начала...

---

***


---

---

---

ПОДЕЛИТЬСЯ

Яндекс.Метрика 

---

Слушать аудиокнигу "20 лет спустя" :  https://akniga.xyz/26444-dvadcat-let-spustja-djuma-aleksandr.html

---

Фотоистория в папках № 1

 002 ВРЕМЕНА ГОДА

 003 Шахматы

 005 ПРИРОДА

006 ЖИВОПИСЬ

007 ТЕКСТЫ. КНИГИ

008 Фото из ИНТЕРНЕТА

010 ТУРИЗМ

011 ПОХОДЫ

012 Точки на карте

Страницы на Яндекс Фотках от Сергея 001

---

---
Познал потери боль,
В ударах по судьбе…

Жил-был Король

---

О книге -

На празднике

 песнь 

Планета Земля...

Новости

Аудиокниги

Новость 2

Семашхо

***

***

Просмотров: 80 | Добавил: iwanserencky | Теги: история, Александр Дюма, Роман, франция, 17 век, Двадцать лет спустя, Александр Дюма. Двадцать лет спустя, слово, литература, проза, классика, текст | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: