Главная » 2023 » Февраль » 6 » Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 012
17:47
Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 012

***

Действительно, длинную узкую кабину заполнили пассажиры. Большинство из них, видимо, летели на Зарю не впервые, потому что сразу же натягивали неуклюжие антигравитационные скафандры и пристегивались к низким наклонным креслам. С помощью Фредди кое-как справилась с этим заданием и Тесси.
Через несколько минут закрылся люк, в наушниках скафандра прозвучал громкая команда, а затем послышалось то неприятное «ве-ве-ве», которое так поразило Тесси три месяца назад. Но здесь, в кабине, звуки были еще более резкими, врывались в уши, заставляли сердце сжиматься, а легкие — задерживать дыхание.
Из огнеупорных дюз ракеты вылетали раскаленные тугие клубки газа, и космический корабль, преодолевая силу притяжения, летел все выше и выше. Тела людей в ракете придавливало к креслам, ускорение делало их непривычно тяжелыми.
Тесси казалось: еще немного — и конец. И вот смолкли двигатели. Застучало сердце у девушки. Тело сразу стало невесомым, как перышко.
Еще несколько раз, правда, на короткое время, включались ракетные двигатели. Затем послышалось легкое бряцанье металла о металл. И вот, наконец, Фредди тронул Тесси за рукав скафандра:
— Выходим.
Он примкнул к ее скафандру тонкий стальной трос и осторожно потянул в шлюзовую камеру, а оттуда — к люку.
Тесси пролезла в отверстие и аж задохнулась от увиденного.
Прямо перед ней, в страшной пустоте на фоне черной, утыканной острыми лучами бесчисленных звезд завесы, висело огромное, залитое светом прожекторов блестящее колесо со странным многобашенным сооружением в центре.
— Ну, приехали! — раздался в наушниках скафандра голос Фредди. — Не бойся!
Блеснула вспышка. Что-то дернуло Тесси за пояс и потянуло. Повернулась и уплыла куда-то вверх ракета.

А колесо все приближалось и приближалось. Оно уже заняло полнеба. На его ободе светились многочисленные иллюминаторы.
Картина была грандиозной и страшной одновременно.
— Так вот ты какая, «Звезда Кейз-Ола»! — прошептала Тесси, вспомнив, что именно сюда ссылали на каторгу коммунистов. — Отсюда не убежишь!
Она не знала, что микрофон включенной радиостанции шлема подхватил ее голос, разнес радиоволнами во все стороны, поэтому аж вздрогнула, когда в ответ послышался мягкий баритон Фредди:
— И все же были случаи, когда удавалось отсюда сбежать. В прошлом году каторжник, по имени Айт, инженер, кстати, захватил почтовую ракету и улетел со Звезды. К счастью, не сумел справиться с посадочным механизмом и разбился. Преступник был, говорят, необычный.
Так вот откуда попал Айт в клинику профессора Лайн-Еу! Так вот почему он мстит Кейз-Олу!
«Мой дорогой, клянусь отплатить за все твои мучения!» — мысленно поклялась Тесси.
Между тем, Фредди дотянул девушку до проема шлюзовой камеры. Зашипел сжатый воздух, раскрылся внутренний люк, и девушка оказалась в закругленном коридоре. Там вновь прибывших ожидал невысокий мужчина в синем комбинезоне.
Он отрекомендовался, мрачно улыбаясь:
— Инженер Проут. Временный главный инженер Зари.
«И ты тоже издевался над Айтом?! — хотелось воскликнуть Тесси. — Ты тоже радовался, когда узнал, что он погиб?»
Но она, конечно, этого не произнесла, а только холодно кивнула головой.                     

«Мистер Кейз-Ол — против атомной бомбы!»

Ночь. Огромный кабинет, наполненный зеленоватым полумраком. Массивный изукрашенный стол, ярко освещенный скрытыми лампами под абажуром. За столом сидит немолодой человек в мягком сером комбинезоне и что — то неторопливо пишет простой старомодной ручкой.
На лист ложатся длинные строки цифр… Старик что-то подсчитывает. На столе стоит диктофон, но он не включен. Всю правую стену занимает гигантская электронновычислительная машина, но на ней не горит ни одна сигнальная лампочка. Даже табло автоматического указателя биржевых курсов не пульсирует тревожными вспышками чисел, а дремлет, полузакрыв свой сетчатый большой стеклянный глаз.
Скрипит, скрипит перо старомодной ручки. Человек пишет медленно, то и дело задумывается, утыкаясь невидящим взором в дальний угол, и тогда его глаза становятся мечтательными, а губы шепчут: «Да, да! Это будет хорошо!» Стоит на столе нетронутый скромный ужин. За креслом вытянулся слуга и нетерпеливым покашливанием напоминает, что пора передохнуть.
Похоже, что этого немолодого мужчину все любят и уважают. Вон, видишь, как внимательно следит слуга за каждым движением его пера!.. А вот в кабинет вошла юная красавица. Это, видимо, дочь, а может, внучка. Она шутливо выдирает из его рук ручку, ерошит мужчине редкие седые волосы: «Ну, хватит, милый! Ты, наверное, устал?»
Какая идиллия!.. Старенький промышленник-консерватор. Старомодная ручка. Юная красавица — внучка или дочь…
Нет, хотя внешне все выглядит именно так.
«Старенький промышленник» мистер Кейз-Ол никогда не был консерватором. Еще двадцать лет назад, как только-только была открыта цепная реакция деления ядра урана, Кейз-Ол смело пожертвовал ученым более пяти миллиардов дайлеров — годовой бюджет небольшой страны, получил первую атомную бомбу и стал монополистом в этой отрасли. Во время Второй всепирейской войны и в послевоенные годы Кейз-Ол, не жалея затрат, создавал десятки научноисследовательских учреждений, которые дали Монии и радиолокацию, и реактивную технику, и электронновычислительные машины, а Кейз-Олу — неслыханную прибыль и положение самого могущественного человека капиталистического мира.
Старомодной ручке нет цены, потому что ею был подписан Пакт о капитуляции врага после окончания Второй всепирейской войны. А писал этой ручкой мистер Кейз-Ол сейчас потому, что боялся доверить свои мысли даже диктофону. На больших листах высококачественной бумаги мистер излагал тот политико-экономический курс, которого должна придерживаться Мония и ее вассальные государства с момента начала будущей войны.
В мозгу Айта отражается каждая фраза, каждая цифра ужасной программы действия. Хотелось бы запомнить, по крайней мере, самое основное.
Такое же желание светится и в глазах Мэй.
— Все бумаги и бумаги… — скорчив рожицу, она сгребла листы в кучку и сунула туда свой нос. — Фу, неужели у вас нет советников, светлейший?
— Не надо, Мэй! — Кейз-Ол забрал у нее бумаги, закрыл ладонью. — Здесь нет ничего интересного.
— О, если так, я должна прочитать все. От первой до последней строчки!
— Нельзя.
— А я хочу!
— Нет!
— Нет?! Я обижусь, светлейший!
— Мэй, это — дело не вашего ума!
Прищурились ее глаза, метнули синие молнии. Бровки сдвинулись, и между ними легла упрямая вертикальная черта. В голосе, который только что звучал хрустальным колокольчиком, послышалось совсем другое, похожее на свист пули.
— Светлейший, если не ошибаюсь, обещал жениться на женщине, которая окажется умнее него?.. Я не претендую на такое звание, и еще не стала женой светлейшего. Но если он хочет сделать из меня куклу, пусть считает, что брачный контракт расторгнут!
Сказала, повернулась и ушла.
Ничего не ответил ей Кейз-Ол, только нахмурился и приступил к ужину.
Не впервые приходится Айту наблюдать такие сцены, но до сих пор Мэй была сдержаннее. Сейчас она решилась на значительно большее — и Кейз-Ол не взорвался гневом, проглотил обиду.
«Подкаблучник старый, подкаблучник!» — насмешливо думает Айт.
Действительно, в течение последних декад здоровье Кейз-Ола начало пошатываться. Всю жизнь, начиная с детства, он придерживался строгого режима и никогда не реагировал на женские прихоти. И вот теперь все изменилось. Видимо, это уже подкатывает старость.
Скорее всего, Кейз-Ол вот-вот признает себя побежденным. Его рука уже тянется, чтобы включить экран, позвать невесту. Но в это мгновение раздается тихий мелодичный сигнал, загорается светящаяся табличка: «Шеф полиции». И Кейз-Ол вдруг странно меняется. Он выпрямляется, в его глазах загораются злые огоньки: если кто-то осмелился побеспокоить среди ночи самого мистера Кейз-Ола — значит, произошло что-то чрезвычайное, очень неожиданное.
Псойс знает, что в таких случаях его присутствие нежелательно. Он медленно идет к двери, но так, чтобы расслышать хоть слово. И то, что он слышит, продирает, как мороз по коже, заставляет его сердце забиться в радостном и одновременно тревожном танце. Шеф полиции, заикаясь от страха, сообщает, что его агенты задержали неизвестного, у которого обнаружено пятнадцать катушек магнитофонной записи Совещания «мудрейших». В семдесятый час над Дайлерстоуном промчался самолет, который сбросил несколько тысяч листовок с сокращенной стенограммой того же Совещания. Только что получен свежий номер «Пламя», целиком посвященный Совещанию. Группа каких-то вооруженных людей захватила телецентр «Ньюз-Лайн Компани» и, отбивая атаки полиции, сейчас ведет передачу опять же про Совещание.
Задерживаться дальше опасно. Айт тихонько прикрывает дверь и совсем не по-стариковски быстро и энергично уходит по коридору.
Вот и началось то, о чем только мечталось. Началось так неожиданно, так внезапно, что просто не верится.
Что же будет делать Кейз-Ол? Как будет выкручиваться хитрый, хищный лис?
Но триллионер не только не растерялся — он собирается использовать ситуацию в свою пользу. Холодный голос четко чеканит слова:
— …Отключить подачу электроэнергии в телецентр, а если не получится, то во всем районе!.. Немедленно напечатать миллион листовок с подписью: «Центральный Комитет Коммунистической партии Монии». Содержание: призыв к всеобщему вооруженному восстанию; лозунги — экспроприация всей — подчеркните: всей частной собственности, запрет церкви, преследование тех, кто работал на Кейз-Ола… Набрать и напечатать сто тысяч экземпляров «Пламени» с аналогичным текстом. Все это сбросить утром с самолетов.
Лишь немногие одиночки пойдут за фальшивыми лозунгами. Спровоцированное Кейз-Олом вооруженное восстание будет подавлено. А тогда начнет свою работу агитационный аппарат. Коммунистов обвинят в фальсификации, на них свалят вину за человеческие жертвы. Кто вспомнит тогда о каких-то там катушках с записью Совещания?
— Полицию и войска привести в состояние боевой готовности. Старайтесь не стрелять первыми, сделайте так, чтобы стреляли мятежники. А тогда уничтожайте все!
— Будет выполнено, светлейший!
Щелкнул выключатель, погас экран. Кейз-Ол поднял голову, посмотрел на Мэй, которая, встревоженная событиями, снова помчалась в его кабинет, и сказал насмешливо, с вызовом:
— Ну?
— Простите, светлейший! — Мэй подошла к нему, прижалась к щеке. — Я признаю свою вину. Но признайте и вы: не хорошо унижать достоинство женщины… — Она помолчала немного и сказала уже другим тоном, озабоченным, деловым: — Меня очень беспокоит эта история, светлейший! Вы предложили гениальный план контрнаступления. Но не будет ли этого мало?.. Позвольте мне высказать предложение, светлейший! А что если бы сенат издал закон о запрещении атомного оружия?.. Коммунисты добиваются его шестнадцать лет. Они играют на этом, подстрекают всех. Так пусть получат бумажку… Вы меня поняли, светлейший?
Кейз-Ол смотрел на нее молча, удивленно. Если он сам только что приказал осуществить действительно грандиозную по своим масштабам провокацию, то его невеста пошла дальше!
Законопроект о запрещении атомного оружия!.. Гм… Даже у него, человека, не гнушавшегося никакими средствами для достижения цели, не хватило наглости прибегнуть к такому обману. А это же действительно хорошая идея! Надо только оговорить в законе, что Мония имеет право использовать атомное оружие только тогда, когда есть угроза применения атомного оружия со стороны врага. Такую «угрозу» при необходимости можно инспирировать очень легко.
Он уже согласился со столь смелым предложением своей невесты, но, будучи человеком недоверчивым и осторожным, еще медлил, обдумывая, нет ли в таком маневре какой-то скрытой опасности.
— Ну, что же, Мэй… Может, так и придется сделать. Увидим, как пойдут дела.
Радостно вспыхнули глаза девушки. Пусть мистер Кейз-Ол издаст закон, который можно будет использовать против него, когда план «Молния» начнет осуществляться. Сделать тогда атомную бомбардировку будет гораздо сложнее, чем он думает: войну не начнешь без людей, а каждый человек, независимо от своих политических убеждений, хочет жить. Только бы Кейз-Ол не передумал!
Эта ночь была для Айта очень тревожной. Он надеялся, что «конспираторша Тесси» включится хоть теперь. Почти две декады назад она горячо поблагодарила его за колесико, намекнула о каком-то чрезвычайно важном задании и предупредила, что не сможет поддерживать связь, потому что уезжает на неопределенное время. Наверное, действительно ее задание было серьезным, потому что девушка наивным шифром — по первым буквам отдельных слов — передала свою фамилию — Торн.
Айт разгневался тогда на девушку за ее безрассудство, попрощался с ней сухо и кратко. А теперь жалеет, беспокоится. Он привык к звенящему, взволнованному голосу Тесси Торн, к тем странным ее интонациям, которые почему-то находили отклик в сердце, вызвали воспоминания о собственной юности.
Хорошо было бы, если бы Тесси вышла на связь. Впечатлительная девчонка может не понять смысла провокационного плана Кейз-Ола, ринется в бой и погибнет. Комитет Защиты Мира!.. Айт теперь уже знает, что работу в Комитете полиция расценивает как принадлежность к коммунистической партии, а это говорит о многом. Нет сомнения, что именно такие девушки и юноши распространяют листовки, которые доставили Кейз-Олу столько хлопот.
Тесси молчала. Айт просидел возле приемника целых два часа, потом махнул рукой и выключил аппарат.
События разворачивались совсем не так, как хотел бы Кейз-Ол. Утром того дня самолеты действительно сбросили огромное количество провокационных листовок. Одна из радиостанций, якобы захваченная коммунистами, провозгласила призыв к всеобщему вооруженному восстанию. Но не дремали и коммунисты. Тысячи агитаторов вышли на улицы. Стены заклеили воззваниями. Лозунги были короткими и четкими: «Не поддавайтесь на провокацию! Гоните прочь всех, кто призывает к оружию!» И полиция не знала, как найти повод для арестов, потому что против таких призывов не возразишь.
А листовки с записью Совещания распространялись по всей Монии. «Размножайте и передавайте настоящим друзьям», — призывали коммунисты. Диктофоны, которые по инициативе Кейз-Ола постепенно вытесняли бумагу и чернила, тоже работали на полную мощность. То, что недавно было самой большой тайной, постепенно стало становиться общеизвестным.
Над Монией навис призрак атомной войны. Все, что говорилось на Совещании о Союзе Коммунистических Государств, каждый мониец невольно примерял к обстановке в своей стране.
Кейз-Олу ежечасно докладывали об обстановке. Из этих сообщений становилось ясно, что провокация проваливалась. Нигде никто не выступил с оружием, зато в целом ряде районов Дайлерстоуна вспыхнула паника. Газет мистера Кейз-Ола не покупают. Коммунистическое «Пламя» вышло огромным тиражом. В нем вторично помещена статья профессора Литтла «Трагедия Сан-Клея», и реакция населения на эту статью очень тревожная.
— Да!.. Да!.. — сухо бросал Кейз-Ол в ответ. Он был слишком умен, чтобы в такой миг прибегнуть к оружию, и резко оборвал шефа полиции, когда тот предложил расстреливать на месте всех, кто распространяет или читает коммунистические издания. Спасти положение сейчас могла только хитрость.
Вечернее «Пламя» опубликовало протест двадцати семи ученых-атомщиков против использования атомного оружия, призыв не допустить начала новой войны и требование общественности привлечь к суду Кейз-Ола. Шеф полиции доложил, что приказал арестовать ученых, которые подписали протест.
И вот тут Кейз-Ол впервые по-настоящему рассердился:
— Дурак! Сейчас же отмените приказ и передайте дела своему заместителю!
Он яростно щелкнул выключателем и нажал на кнопку с надписью «Главный советник».
— Господин советник! Немедленно приготовьте наиучтивейшее приглашение десяти самым выдающимся атомщикам. Завтра в тридцатом часу я приму их в Зале Розовых Мечтаний. Намекните прессе: мистер Кейз-Ол хочет обдумать вопрос о запрещении атомного оружия.
На следующий день, пятьдесят четвертого числа Первого месяца, утренние газеты вышли с огромными заголовками: «Мистер Кейз-Ол — против атомной бомбы».

Приготовления заканчиваются

Прошла почти декада, а Тесси Торн все еще не осуществила свой дерзновенный замысел.
С Пирейи искусственный спутник казался маленьким колечком, заброшенным в безграничность неба. Конечно, сознание учитывало расстояние и масштаб, но и после такой корректировки Звезда представлялась сооружением непрочным и легкоуязвимым. Думалось: достаточно пробраться к главному пульту управления, дернуть за какой-нибудь там рубильник — и сойдет с орбиты «Звезда Кейз-Ола», рассыпется в атмосфере огненным дождем метеоров.
Да, с Пирейи затея казалась легковыполнимой и романтичной. А на самом деле все оказалось чрезвычайно сложным.

Искусственный спутник вблизи имел совсем другой вид. Его обод, составленный из нескольких сотен корпусов ракет, снаружи пестрел заплатами и грубыми сварными швами. Внутренний кольцевидный коридор с многочисленными герметичными дверями в крохотные каютки, обставленные аскетичной металлической мебелью, ассоциировался разве что с тюрьмой или казармой. Никакой заботы об уюте. «Звезда Кейз-Ола» была всего-навсего космической военной базой, и этим определялось все.
Фредди Крайн, привезя свою невесту, был вынужден уделять ей совсем мало внимания. Но Тесси к этому и стремилась. Как только организм привык к резкой смене условий, она начала обследование «Звезды Кейз-Ола» самостоятельно.
Девушка воспользовалась своим исключительным статусом — единственной женщины среди персонала заброшенной в межпланетное пространство станции. Ей показывали даже то, что, по инструкции, составляло тайну даже для сенаторов.
Но, результаты обследования «Звезды» ее не радовали, а, наоборот, очень огорчали.
Люстиг был прав во всем.
Оказалось, что с большим метеоритом, способным причинить значительный вред, «Звезда Кейз-Ола» могла встретиться один раз в сто миллионов лет. А против маленьких были установлены автоматические пушки и пулеметы, которые, управляемые радиолокатором, расстреливали их на расстоянии.
Конструкторы позаботились не только о защите от метеоритной опасности. Они предполагали возможность нападения. С этой точки зрения искусственный спутник был неприступной крепостью.
Его мощное вооружение автоматически уничтожало все, что приближалось без сигнала «Я — свой». Каждый из ста двадцати секторов «Звезды Кейз-Ола» являлся вполне самостоятельным узлом обороны, и был боеспособен даже тогда, когда все остальные выходили из строя. После завершения работ места людей в боевых секторах должны были занять электронно-вычислительные машины, которые будут подчиняться только приказам радиоцентра Кейз-Ола с Пирейи.
Как жалела Тесси Торн, что не согласилась на предложение Люстига! То, что она узнала, не осталось бы ненужным знанием, как это произошло сейчас. Люстиг сумел бы отыскать уязвимое место искусственного спутника.
И все же Тесси не падала духом. Она уже понимала разницу между бессилием одиночки и безграничными возможностями народных масс, поэтому и здесь, в оплоте Кейз-Ола, прежде всего искала единомышленников, которые смогли бы стать союзниками в борьбе.
Недолгая практика агитационной работы от имени Комитета Защиты Мира помогала ей безошибочно отличать друзей от врагов. Немалую роль сыграла в этом и унылая, рутинная обстановка космической военной базы.
Оторванные от родных и друзей, люди были более искренними, откровенными. В течение долгих месяцев они таили друг от друга свои мысли и чувства, небезосновательно опасаясь доносов. Молоденькая девушка не могла быть провокатором. Даже самое крамольное в ее устах звучало естественно, как извечный протест женщины против убийства, и находило свой отклик в сердцах.
Лишь некоторые из многих недвусмысленно и жестко заявили, что хотят войны и уничтожения Союза Коммунистических Государств. Все остальные, даже те, что ненавидели коммунистов, были за мир. Здесь, на искусственном спутнике, где, несмотря на все меры предосторожности, смерть стояла у каждого за плечами, совсем по-другому воспринимались те проблемы, которые на Пирейе можно было рассматривать с олимпийским спокойствием постороннего наблюдателя. Однажды Тесси увидела это наглядно.
Молодой красавец, командир сектора БМ, бросая похотливые взгляды на привлекательную невесту нового главного инженера, много болтал о мужестве и патриотизме, о готовности погибнуть в борьбе против «варваров-коммунистов». Тесси видела, что он просто болтун, поэтому раздражала его, умышленно выражая пацифистские убеждения в категорической форме. И вот неожиданно завизжала сирена, а вслед за тем раздался невероятной силы взрыв.
Командир сектора схватил Тесси за талию, быстро закинул ее в отверстие аварийного бокса и захлопнул герметичную дверь.
На мгновение стало тихо. Потом начал нарастать противный тонкий свист. Он врезался в уши, заставлял сердце сжиматься в тревожном предчувствии.
— Одевайтесь, мисс Тесси! Быстрее! Из сектора выходит воздух.
Начальник суетливо надевал на себя скафандр. Он даже не вспомнил о девушке, которая еще не умела пользоваться такой одеждой. Тесси пришлось ему об этом сказать.
Когда оба оделись, командир сектора нажал на рычаг. С грохотом распахнулась тяжеленная дверь. Воздух отбросил их, как лист бумаги, и со скоростью звука устремился в космическое пространство через те два отверстия, которые зияли в стенах командирской рубки. Их пробил метеорит.
Или, может, нечетко сработали защитные устройства, после обстрела орудий и пулеметов от метеорита случайно остался более-менее значительный осколок, но он пронзил обе двойные стены и слой защитного материала между ними.
Как и раньше, светились скрытые под толстыми колпаками электрические лампы. Как и раньше, мелькали циферблаты электронно-вычислительной машины. Но в этом помещении уже царил смертельный холод и пустота.
Пышные цветы, которые украшали командирскую рубку, сморщились, пожелтели. Они еще даже немного «дымились»: межпланетный вакуум выкачивал из них остатки влаги, превращая растения в причудливые экспонаты страшного гербария. Птичка в клетке над ними тоже лежала неподвижной. Тесси протянула руку, чтобы взять невинную жертву. Но негибкие пальцы пластмассовой перчатки скафандра не имели чувствительности. Хрустнули распростертые крылышки, отвалились, словно сделанные из хрупкого льда.
Тесси взглянула на своего спутника. Он смотрел на птичку. Видимо, ему представлялось, что такое же может в любое мгновение произойти и с ним.
— Теперь вы согласны со мной? — тихо спросила Тесси.
Он вздрогнул, услышав ее голос в наушниках скафандра, и так же тихо ответил:
— Согласен.
Расставаясь с ним после того, как автоматические приборы ликвидировали повреждение, и рубку заполнил холодный чистый воздух, Тесси сказала:
— Когда вам отдадут приказ стрелять — вспомните эту птичку!
Он уже пришел в себя и спрятал смущение за комплиментом:
— Я буду помнить ее всегда, потому что не позабуду вас.
Да, большинство членов персонала «Звезды Кейз-Ола» войны не желали. Но и борцов за мир Тесси среди них не нашла. Даже те, кто были против войны, ссылаясь на присягу, заявляли, что придется выполнить любой приказ. Ведь каждого, кто нарушит клятву, ждет смерть. Именно под страхом смерти человека заставляли убивать других.
Только одного мужчину на искусственном спутнике Тесси никак не могла понять — Проута, того мрачного инженера, что встречал их в день прилета.
Он не нравился девушке. Было в нем что-то такое, что заставляло настораживаться, искать в его словах скрытый смысл. Казалось, что Проут умеет читать чужие мысли.
— Вы — внучка профессора Лайн-Еу? — спросил он, как-то пересекшись с Тесси. И, получив утвердительный ответ, сказал многозначительно: — Жаль, что он умер. Говорят, он творил чудеса.
Эта фраза была сама по себе обычной для разговора двух малознакомых людей. Но сразу же к этому Проут сказал, будто отвечая на вопрос:

— Каторжник Айт, о котором вам рассказывали, варил соседний сектор — БЦ.
Тесси хмыкнула, мол, ей до этого нет дела.
— Вас, наверное, интересует, куда делись каторжники со Звезды? Представьте себе, случился странный случай: сразу же после окончания строительства в сто двадцатом секторе взрывом вырвало герметичные двери. Каторжники были без скафандров. За несколько секунд погибло более ста человек. Все — коммунисты. Гангстеры и убийцы остались. Их накануне вывезли на Пирейю.
У Тесси болезненно сжалось сердце. Она поняла, что это был за «случай», но не могла понять, с какой целью рассказывает о нем Проут.
— Что же, божья кара…
— Да, — улыбнулся он ехидно. — Бог знает, кого наказывать. Между прочим, через декаду заканчиваются последние работы на ракетодроме. Там работают сто пятьдесят коммунистов.
Тесси промолчала, и Проут ничего больше не сказал. Зато на следующий день разыскал девушку специально для того, чтобы показать в иллюминатор.
— Взгляните, вон, в сектор БР транспортируют водородную бомбу. Со «Звезды Кейз-Ола» очень хорошо обстреливать Пирейю. Видимо, мы вскоре и постараемся это сделать.
Он снова улыбнулся так, что Тесси не выдержала.
— Как вам не стыдно!.. Неужели у вас нет жены, детей?
Проут насмешливо покачал головой.
— Нет, мисс Тесси.
— Ну, тогда все ясно. До свидания!
Казалось, он был приставлен шпионить за невестой главного инженера Звезды. Во всяком случае, куда бы не пошла Тесси, там обязательно оказывался Проут, чтобы сообщить еще какую-то из тайн искусственного спутника. Из его уст эти сообщения звучали провокационно.
А, между тем, политическая обстановка обострялась. Обстановка требовала немедленного действия.
Началось то, о чем никто из обслуги Звезды Кейз-Ола даже думать не хотел.
Ракета с водородной бомбой, на которую указал Проут, была первой ласточкой. На следующий день прибыло еще две. Через сутки — еще четыре. А потом — десять.
Если до сих пор на Звезде было невесело, то теперь стало вообще жутко. Тесси еще пробовала через силу улыбаться, шутить, но на нее уже не обращали внимания. Да и сама она, все чаще и чаще, забивалась в свою каюту, и молча, тоскливо смотрела на далекую Пирейю.
Отсюда родная планета казалась красивой и спокойной. Затканная голубоватой дымкой, залитая лучами Солнц, она днем играла самыми разнообразными красками, а ночью сверкала яркими огнями. Там кипела жизнь. Там шла борьба. А на «Звезде Кейз-Ола» царила жуткая, могильная тишина.
Вот, плюясь огнем, бесшумно причаливает к космодрому огромная ракета. Если бы это было на Пирейе, все тряслось и грохотало бы вокруг. А тут — ни тряски, ни звука. Даже если бы взорвалась водородная бомба, разлилось бы только нестерпимое сияние и промчались бы неудержимые потоки смертоносных частиц. Да и только.
Уже целых двадцать секторов «Звезды Кейз-Ола» заперты наглухо, вооруженные ракетами с атомной начинкой. Сегодня сорок четвертое число. До начала Второго месяца осталось десять дней. Каждый день — по десять ракет. Да, мрачный прогноз профессора Литтла сбывается. Никто не будет держать ядерные бомбы на искусственном спутнике просто так.
Значит, эти космические ракеты помчатся на Пирейю. Надо немедленно что-то сделать… Только что? Электронно-вычислительная машина, укрытая в толстенную стальную оболочку, реагирует только на шифрованные сигналы радиоцентра Кейз-Ола. Установят бомбу на стартовой площадке сектора, закроют герметичные двери — и тогда уже туда не войдет ни один человек.
Пожалуй, только один человек сумел бы помочь Тесси Торн осуществить ее героический замысел. Полковник Фредди Крайн получил чрезвычайные полномочия. Даже комендант базы не имеет права заходить в сектор, когда главный инженер устанавливает зашифрованную программу действия перед тем, как запереть наглухо всю аппаратуру. Один из конструкторов «Звезды Кейз-Ола», Фредди Крайн, мог бы сотворить с ней все что угодно. Но триллионер рассчитал верно: тот, кто создал искусственный спутник, вряд ли погубит дело своих рук.
Фредди сначала не знал истинной причины своего назначения главным инженером Звезды. И после прибытия на искусственный спутник первой ядерной бомбы он заволновался и заявил, что Тесси должна немедленно возвращаться на Пирейю.
— Дорогой, — возразила девушка, — а ты думаешь, что если начнется атомная война, на Пирейе будет безопаснее?
— Да, это, пожалуй, верно, моя дорогая. Тогда оставайся.
Он не заметил иронии в ее словах, не думал о том, что будет с теми, которые не смогут уйти в межпланетное пространство и не имеют такого железобетонного бункера, как под дворцом генерала Крайна.
С болью, с сожалением смотрела на него Тесси. И за него она чуть не вышла замуж?!
— Фредди, но ты же против войны!
Он удивленно взглянул на нее ясными-ясными глазами.
— А разве я когда-нибудь высказывал агрессивные мысли?
— А это?.. — Тесси кивнула головой в сторону ракетодрома. — Неужели ты думаешь, что водородные бомбы несут мир?
— Конечно, моя девочка! — он засмеялся, взъерошил ей волосы. — Разве коммунисты начнут войну, если в небе над ними висит «Звезда Кейз-Ола», заряженная ста двадцатью самыми убедительными в мире аргументами?!
— А если войну начнет Кейз-Ол?
— Этого не может быть, моя дорогая!
— Ну, ладно. Я дам послушать тебе одну запись.
Тесси до сих пор колебалась. В своей коротенькой приписке Люстиг предупреждал: можно доверять только настоящим друзьям. Но сейчас уже нельзя терять ни минуты.
Фредди даже не дослушал запись Совещания до конца.
— Дорогая моя, не знаю, как попала к тебе эта опасная вещь. Прошу, выкинь ее и забудь про все. Это неуклюжая коммунистическая фальшивка.
Прошло еще несколько дней. Утром пятьдесят четвертого числа Первого месяца, когда на последнюю свободную стартовую установку была установлена сто двадцатая ядерная бомба, Тесси позвала жениха в свою каюту и строго сказала:
— Поклянись своей жизнью, что ни одна из этих бомб не полетит на Пирейю, если на Монию не нападут первыми!
— Ты опять о своем?.. — Фредди недовольно поморщился. — Это от меня теперь не зависит.
— Неправда!.. Клянись!
— Нет, я этого не могу сделать. Бывают случаи, когда только превентивная война дает возможность избежать…
— Клянись!.. — сжав кулаки, Тесси смотрела на него с ужасом и ненавистью. — Если ты этого не сделаешь, я никогда не стану твоей женой.
— Ну, успокойся, моя дорогая. Я…
— Уходи! — воскликнула девушка, уже не сдерживаясь. — Брачный контракт расторгнут!.. Ты не услышишь торжественного хора на своей свадьбе. Тогда уже на весь мир будут петь атомные бомбы!
И он ушел. Ушел с миной оскорбленного в самых святых чувствах человека, абсолютно убежденного в своей правоте.
Тесси собирала вещи. Она решила улететь со «Звезды Кейз-Ола» первой же ракетой.
Но до отъезда Тесси решила непременно побывать на ракетодроме, чтобы как-то найти общий язык с коммунистами-каторжниками, предупредить их о смертельной опасности. Уже несколько раз она порывалась туда, но выполнить это намерение ей препятствовал страх перед длительным путешествием в безвоздушном пространстве. Только в последние дни Тесси немного научилась управлять ракетницей скафандра и достаточно свободно передвигалась от обода искусственного спутника до его центральной части.
Девушке повезло. Никто не встретил ее на пути к воздушному шлюзу, никто не остановил, когда она помчалась к ракетодрому. И даже там никто не обратил внимания на то, что к одному из каторжников на миг подлетел человек в скафандре, что-то передал ему и сразу же полетел обратно.
Тесси даже не успела разглядеть, кому отдала свое оружие. Запомнились глаза, которые смотрели на нее сквозь окошко скафандра удивленно и растерянно. Они были черные, как у инженера Айта, и это ее почему-то порадовало.
«Милый, как ты там? Вот уже много-много дней ты не слышишь голоса «Матери».
Расстроенная, погруженная в мысли девушка и не заметила, что взяла слишком в сторону. Вместо того, чтобы приблизиться, «Звезда Кейз-Ола» стала странно заваливаться на бок, ложиться на ребро.

Когда Тесси поняла, что она отклонилась от правильного маршрута, у нее сердце ушло в пятки. Немедленно назад! Девушка хорошо запомнила: чтобы не сбиться с маршрута, надо следить за фонарем, который должен был стоять точно в центре красного кольца на противоположной стороне Звезды.
Тесси стреляла и из основных, и из боковых дюз скафандра, тормозила и, наконец, смогла двигаться в нужном направлении. Теперь вперед!
Она нажала на кнопку и вдруг почувствовала: что-то случилось. Девушка глянула на счетчик ракетных зарядов. Стрелка стояла на нуле! Теперь ни остановиться, ни свернуть. Может, повезет схватиться за сигнальный фонарь или кольцо маяка?
Все ближе спасительная «Звезда Кейз-Ола». Девушка в безвоздушном пространстве плывет медленно-медленно. Фонарь прошел стороной, далеко. Но кольцо… И вот же оно!
Изо всех сил извернулась Тесси, рванулась, зная, что сейчас ее жизнь зависит от доли секунды.
Только нет, не хватило длины рук, проплыло мимо толстое алюминиевое кольцо с полыхающими неоновыми трубками. Оно все отдалялось, все ближе сдвигались друг к другу круглые окошки — иллюминаторы на борту «Звезды Кейз-Ола». Наконец, они превратились в светящиеся точечки, в едва заметную пунктирную линию.

Не остановишь, не остановишь медленного полета. Может, миллионы и миллиарды лет будет мчаться этот скафандр по межзвездному пространству, пока не столкнется с каким-то небесным телом. Но что до этой встречи девушке, которая грустно и тоскливо смотрит на Вселенную через прозрачное окошко скафандра? Напуганная и растерянная, она в первое мгновение забыла о радиосвязи, потом позвала на помощь и, не получив ответа, замолчала.
Уже не было ни страха, ни боли. Только учащенно стучало сердце, отсчитывая секунды жизни.
Перед глазами Тесси на черном с блестками бархате неба капелькой крови теплится Марри — планета, названная так в честь древнепирейского бога войны.
А Тесси не хочет думать о войне, о смерти. Ей почему-то вспоминается, что пирейские астрономы до сих пор не раскрыли тайну загадочных каналов на поверхности соседней планеты. Ей хочется верить, что и на Марри есть жизнь.
Минули сутки. Крошечная песчинка затерялась в космическом пространстве… А в той песчинке еще горит жизнь, стучит сердце, бродят мысли. В ней до сих пор горит любовь, полыхает ненависть.
Безразлично и враждебно смотрит Вселенная на эту песчинку своими острыми лучами-звездами. 

   Читать   дальше   ...   

***

***

***

***

***

***

***

  Источник :  https://litvek.com/book-read/478451-kniga-nikolay-aleksandrovich-dashkiev-gibel-uranii-chitat-online  

***

***

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 001. Часть первая. Земля и небо 

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 002

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 003

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 004

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 005 

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 006 

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 007

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 008. Часть вторая. Накануне 

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 009

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 010

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 011 

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 012

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 013. Часть третья. Гибель Урании

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 014

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 015

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 016

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 017

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 018 

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 019 

Гибель «Урании». Николай Дашкиев. 020. Эпилог. «Слушайте, люди вселенной!» 

О чтении книги "Гибель Урании"

***

***

ПОДЕЛИТЬСЯ

---

 

Яндекс.Метрика

---

---

Встреча...

---

---

Фотоистория в папках № 1

 002 ВРЕМЕНА ГОДА

 003 Шахматы

 004 ФОТОГРАФИИ МОИХ ДРУЗЕЙ

 005 ПРИРОДА

006 ЖИВОПИСЬ

007 ТЕКСТЫ. КНИГИ

008 Фото из ИНТЕРНЕТА

009 На Я.Ру с... 10 августа 2009 года 

010 ТУРИЗМ

011 ПОХОДЫ

012 Точки на карте

014 ВЕЛОТУРИЗМ

018 ГОРНЫЕ походы

Страницы на Яндекс Фотках от Сергея 001

---

О книге -

На празднике

песнь

Обучение

Планета Земля...

Аудиокниги

Новость 2

Семашхо

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

Просмотров: 182 | Добавил: iwanserencky | Теги: слово, Николай Дашкиев, писатель Николай Дашкиев, проза, фото из интернета, Роман, фото, писатель, писатели, О чтении книги Гибель Урании, книги, Гибель «Урании», из интернета, Научно-фантастический роман, фантастика, Николай Александрович Дашкиев, из произведений Н.Дашкиева, текст | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: