Ал.Ак. 005 - 2 Февраля 2026 - Персональный сайт

Главная » » Ал.Ак. 005

17:30

Ал.Ак. 005

***

===

Глава 16

М-да… Давненько я не бывал в святая-святых высших учебных заведений — кабинетах руководства. Мои то студенческие годы закончились еще пятьдесят лет назад, в другом мире и в другой жизни.
Как я и предполагал центральное и самое величественно здание в ансамбле Академии было административным корпусом.
Я думал, что Белоусов меня проводит только до Академии, но он молча вошел в здание и пошел вперед. Соответственно мне не оставалось ничего другого, как семенить сзади по широкому, мраморному коридору, стараясь не отставать и по пути вертеть головой осматривая внутренне убранство корпуса. А посмотреть здесь было на что.
Нет, не императорский дворец конечно, но тем не менее вполне и вполне достойно.
Чистые и прозрачнейшие окна от пола до потолка. Старые, в позолоченных рамах, и чуть выцветшие, картины на стенах. Лепнина и барельефы под высокими и расписанными яркими фресками потолками. Красного дерева скамейки со спинками между дверей. Тоже между прочим из благородной древесины. Прямо-таки витает запах благородства и богатства.
И никого! Ни единого человека в коридоре. Никто не бегает, ни ходит, не шумит. Хотя, сейчас же каникулы, а до поступления новой порции студентов еще несколько дней.
Наши шаги по белоснежному мраморному полу разносились гулким эхом.
Цель Белоусова была резная двустворчатая дверь в конце коридора.
Он дождался пока я подойду, чуть приоткрыл створку двери и сделал мне приглашающий знак.
— Ну-с, Демидов. Дерзай! — он по-доброму усмехнулся. — Ректор предупрежден о твоем визите. Передашь ему письмо. Если что — переговорник у тебя. Буду следить за твоими успехами.
Он хлопнул меня по плечу и открыл дверь.
Ну а что я? Я вошел. Чего стесняться-то? Стесняться нужно только одетым в бане! Подумаешь ректор магической академии…И не таких видели. Я вон давеча с самим императором трапезничать изволил.
Дверь за мной закрылась, отгораживая от тихого коридора.
— Ну, что ж ты стоишь? Проходи молодой человек! — Сидевший в глубоком, мягком кресле ректор, усмехнулся в бороду с проседью. — Знакомиться будем.
Вот это да. Таких людей я здесь еще не встречал. Даже сидя ректор внушал благоговение ростом, объемами плеч и магической силой.
Могу ошибаться, но, по-моему, рост у него за два с половиной метра и соответствующие плечи борца. Тот же Родион может показаться ребенком на фоне этого гиганта, а если еще присовокупить чудовищную магическую силу архимага двух аспектов — водного и земляного… В общем мужчина внушал.
О его возрасте было сложно судить — на вид пятьдесят лет, но поди ж ты разбери сколько ему реально. Святослав Первый вон тоже выглядит молодо.
Черноволосый, с прямыми длинными волосами и шикарными усами. Зеленоглазый с правильными чертами лица.
Черт, я же совсем забыл спросить у Белоусова как его зовут, но мне помогли.

Ректор

— Я ректор магической академии — Рудой Александр Львович. А ты, я так понимаю, Демидов?
— Да. Демидов Алексей Владимирович, -поклонился я.- Мечтаю быть студентом в вашем учебном заведении.
Ректор хмыкнул, рассматривая меня с ног до головы.
— Насколько я знаю у тебя должно быть письмо? — он протянул руку.
Дьявол. Что мне стоило достать конверт заранее?
Я быстро скинул сумку с плеча, развязал завязки и протянул ему письмо.
— Ты присаживайся,– сказал он, ломая печать изящным ножом. Хотя в его руке любой боевой нож покажется изящным и игрушечным. — В ногах правды нет.
Сломанная печать коротко засияла, видимо признавая право на чтение, и осыпалась на пол синими искрами. Интересно, а если бы печать не признала адресата? То синими искрами рассыпался сам конверт? Наверное, так бы и было.
Я осторожно сел в кресло, стоявшее напротив ректора и пока он читал — рассматривал кабинет. О человеке много может рассказать окружающая обстановка. Судя по книгам, высокими стопками сложенными на столе, ректор был человеком деятельным и увлеченным. Большинство из лежащих книг были либо открыты, либо с большим количеством закладок.
Кабинет большой, но скорее не солидный, каков был бы присущ магу его ранга и должности, а скорее нечто совмещенное — библиотека с лабораторией. Причем лаборатории химической — у стены стоял стол, заставленный всякими заполненными ретортами, металлическими змеевиками и мензурками в деревянных стойках. Четыре пузатых, под потолок, шкафа набитых книгами. Небольшая стремянка возле одного из них.
Аккуратный кофейный столик с пузатым самоваром на нем, блюдом с сушками, открытой книгой с пометками на полях и чашкой с уже остывшим чаем.
Значит Александр Львович скорее ученый нежели администратор, а с таким куда проще найти общий язык.
Рудой дочитал письмо, посидел в задумчивости с минуту, смял бумагу в комок, подбросил и скупым движением руки, небрежно распылил его на мельчайший части, которые бесшумно осели на ковер под его ногами.
Я мог только завистливо вздохнуть. Кроме полыхнувший зеленым в его теле силы я фактически ничего не успел заметить. Интересно…Так с любым предметом можно?
— Ну что ж делать то с тобой, — задумчиво произнес ректор. — Святослав пишет, что у тебя два аспекта — огненный и воздушный? Так?
— Именно так, — подтвердил я встав.
— И ты знаешь уже несколько заклинаний?
— Ну… Я пробовал только шарики силы вызывать. Получалось. И все. — сделав вид что смущаюсь ответил. Не говорить же ему, что уже освоил несколько боевых огненных заклинаний. Разумеется, у всех причастных и интересующихся моей персоной сразу возникнет справедливый вопрос — а когда же я успел их выучить и освоить если вторая, огненная инициация у меня случилась несколько дней назад? Да и иметь возможность ответить боевой магией на ничего не подозревающего противника лишним не будет. Так что сохраним это пока в тайне. Да и не хотелось Барыгу подставлять. Наверняка бы ректор магической академии заинтересовался, как именно, и от кого ко мне попал учебник по магии. С Барыгой же, как я чувствовал, еще придется пересечься. А своим предчувствиям я верю.
— Будь любезен, покажи.
Я пожал плечами. Хочет — покажу.
На ладони засиял огнем сначала шарик огня, а потом молочно-белым — воздуха.
Рудой, удовлетворенно кивнул.
— Ну что ж. Наглядно. Учил дед?
Я кивнул.
— Да.
Белоусов, пока мы ехали сюда, поведал мне мою новую «легенду» для посторонних — дед скоропостижно скончался от удара, за несколько дней до его смерти у меня инициировались оба дара, а в приют я попал, ибо был несовершеннолетним.
Вот такая по сути история. Житейская…Простак как два рубля…Никаких Некто, никаких синоби, никакого бегства тайком из Новоиста. Единственно, немного жаль было руководство приюта и Семенона, которые конечно были в курсе что никакого дара, а уж тем более двух, у меня и в помине не было. Думаю, они больше никому и ничего не расскажут. Потому что покойники не разговаривают.
А то, что мне немного жаль… Я слишком хорошо помнил, что мне тогда рассказал Белоусов и мне действительно немного жаль то, что подохли они не от моей руки.
— Разумеется ты принят. Даже без учета личности того, кто за тебя просил, — Рудой усмехнулся. — Два аспекта это редкость, которую нельзя игнорировать даже если потенциал был бы не большим. Но, как я вижу, у тебя с потенциалом все в порядке!
Он достал из стола чистый лист бумаги и взял перо.
— Сейчас я напишу записку нашему кастеляну. Отнесешь ему, и он тебя поселит в гостевом доме, выдаст форму и учебники.
Что и все? Так быстро?
— Святослав пишет, что ты грамотен и бою с мечом обучен и просит тебя приять без экзаменов, но решения оставляет за тобой. — Оторвавшись от записки, посмотрел на меня ректор. — Так что ты решил?
Я задумался. А надо ли мне выделяться? И так уже два аспекта магии. От завистников не будет отбоя. А если уж поступлю без экзаменов, то вообще житья не дадут.
— Нет, — отрицательно помотал я головой. — Порядок есть порядок. Да и не боюсь я экзаменов.
— Правильное решение, — Рудой усмехнулся и опять склонился над запиской. — Через пять дней официальное поступление, вот там и покажешь себя. Но хочу предупредить. Владения двумя сторонами магии это великолепно, чтобы стать хорошим магом в обоих тебе надо будет посещать намного больше занятий со второго курса.
Он поставил заковыристую роспись на бумаги, потряс листом высушивая чернила, протянул мне и с улыбкой сказал:
— Ну что, молодой человек? Позволь тебя поздравить со поступлением в нашу академию! Думаю, от того, за кого поручился сам император, надо ждать особых успехов в учебе.
Я осторожно пожал протянутую огромную руку и взял записку.
— Выйдешь из здания и свернешь направо и дойдешь до башни с часами. Спросишь там Вязанку Александра Николаевича. Это наш кастелян.
Я еще раз низко поклонился и уже выходил из кабинета как меня догнало:
— До встречи, Демидов!
К кастеляну я попал не быстро. Несмотря на то, что по указаниям ректора башню с огромными часами я нашел быстро, оказалось, что кастелян уже ушел на обед. Про это мне сказала табличка на закрытой двери.
Обедать он изволил долго. По часам на башне — два с небольшим часа.
Увидев Александра Николаевича, я сразу понял — с этим человеком отношения не заладятся. Судя по всему, у него сложилось такое же мнение обо мне потому что он, холодно буркнув что-то похожее на приветствие, отпер дверь и тут же закрыл ее перед моим носом. Я постучал, но в ответ услышал безапелляционное:
— Подождите. Я вас вызову.
Я постепенно начал закипать.
Вот это хамство.
Да в конце то концов? Нет, я знаю, что должен держать себя в руках, но это уже переходит всякие границы.
Ногой распахнутая дверь жалобно скрипнув, открыла мне круглую комнату, разделенную на две неравные части деревянным барьером. В большей части комнаты — шкафы с толстыми книгами, аккуратно поставленными в рядок, винтовой лестницей на второй этаж и большим, шикарным столом с сидящим за ним Вязанку.
— Что вы себе позволяете? — холодно бросил кастелян, когда увидел меня в дверном проеме.
— А что вы себе позволяете? — не менее холодно спросил я. — Я жду вас уже два часа с запиской от ректора.
Вязанка молча протянул руку и я передал ему бумагу. Он быстро пробежал текст глазами и злорадно усмехнулся.
— Значит вы студент первого курса.
Я холодно кивнул. Он хмыкнул и достав откуда из стола толстенный гроссбух, стал, не торопясь, писать.
— Расписывайтесь, — от повернул ко мне книгу и ехидно добавил. — Если вы конечно умеете писать.
— Вообще-то я граф, — бросил ему я.
— А что? — Он мерзко ухмыльнулся. — Вам не сказали, что на территории академии сословия не играют никакой роли? Более того, указом ректора приказано не носить родовые перстни. Так что вы уже нарушили это указание, и я обязан доложить в дисциплинарный комитет.
Ах ты ж сука такая. Нашел чем ужалить! Про это указание я не слышал, хотя если здесь учатся и дворяне, и простолюдины, то это как минимум логично. Кроме того, на ректоре я не увидел родового перстня, значит по-видимому, это правда. Да и не стал бы он мне говорить очевидную ложь.
— Ну, я еще не студент. Зачисление начнется только через пару дней. Так можете жаловаться куда хотите. Это, во-первых. — Я не менее мерзко улыбнулся ему в ответ. — Во-вторых… Что-то я не вижу у себя в руках имущества, перечисленного вами в записи. Так что? Мне расписываться и уже идти к ректору? Или обсудим?
Улыбка на его лице увяла.
— Ждите здесь, — процедил он мне. Встал и кряхтя начал подниматься по лестнице.

Вязанка Александр Николаевич

Глава 17

Чтобы заселить меня, кастелян вызвал дежурного студента по Академии, рассудив, что ему сопровождать мою персону до гостевого дома слишком много чести. После чего он меня выпроводил со всем врученным скарбом на улицу и сказав ждать. Затем плотно захлопнул дверь.
Вот кого я больше всего недолюбливаю так это мелких чиновников с синдромом вахтера. Начинают качать права с надменным видом, но стоит поставить их на место трусливо поджимают хвосты и забиваются в свою нору. Звук задвигаемого засова за моей спиной лишь подтвердил мое наблюдение.
Я только усмехнулся. Нет, мое радужное настроение от поступления отнюдь не померкло, несмотря на то, что Вязанка потоптался на нем грязными сапогами. И вообще… контроль, Демидов. Контроль и еще раз контроль!
Не хватало еще начать знакомство с Академией битьем морды мелкого чиновника. А желание было, да. Теперь кастелян затаит обиду и начнет тайком гадить при удобном случае. Знаю я таких людей. Хорошо знаю…
По-хорошему не надо было вступать в конфликт. Но что делать…Оскорбления терпеть я не намерен тем более совершенных на ровном месте.
— Это ты, что ли заселяешься? — подошедший ко мне парень был от силы старше меня года на три и куда крупнее. — Уж повздорил, с Крысом? Роман!
Он улыбнулся, протянул руку, и я не без удовольствия пожал ее.
Крыс значит? Надо запомнить. Хм… А что, по поведению похож.
— Алексей! Да так, не сошлись во мнении по поводу имущества.
Парень откровенно расхохотался.
— Гляди. Мстить будет. Он дюже вредный и злопамятный.
— Не сомневаюсь, — я кивнул усмехнувшись. — Но, как ни будь переживу.
Роман снова рассмеялся. Смешливый парень. Хотя именно такие и бывают душой компании. Высокий, коренастый, темноволосый с короткой стрижкой. С неплохим источником, святящимся зеленым. Либо последняя стадия адепта, либо начальная — ученика. Хотя, пока я мог определять ранг только на вскидку. Слишком мало начинающих магов видел для анализа.
— Ну что? Пошли? — парень с любопытством посмотрел на два набитых мешка, с барахлом который мне выдал кастелян. — Я помогу.
Он подхватил один из мешков и закинул его себе на плечи несмотря на то, что мешок был пыльный, а на нем был новый, с иголочки, камзол темно-зеленого цвета. Не знаю где вредный кастелян взял эти мешки, из какой пропахшей мышами кладовки он их достал, но они выглядели так, словно им был не один десяток лет. Но возмущаться я не стал, иначе, подозреваю, тащил бы вещи в охапку. По поводу упаковки к барахлу в ведомости не было ни слова.
Я взвалил на себя второй мешок, и мы пошли в направлении, которое мне показал Роман. Дорога к кампусу, где проживали студенты, заняла минут двадцать, и все это время мой попутчик ботал без передышки. На самом деле я был совсем не против послушать про студенческие будни. Правда процентов девяносто речи у него сводилось к тому, где и как можно дешево-вкусно покушать и выпить. По моим ощущения он посетил все трактиры и таверны не только академического городка, но и Тира. Я лишь поддакивал и делал восхищенное лицо в ответ на его тирады о вкусной и наверняка вреднючей пище которую он с упоением расписывал. Кстати, неплохо бы и мне задуматься об обеде. Кастелян отнял у меня кучу времени и желудок уже подводило.
Услышав урчание из моего живота, Роман понимающе покивал и сходу предложил мне вместе отобедать благо, что мы уже пришли.
— Так… У тебя номер дома восемнадцать, второй этаж — сказал он, сверяясь с номерной табличкой и хмурясь. — Поднимайся за мной.
Дом, к слову сказать, был небольшой, аккуратный и двухэтажный. С такой же остроконечной черепичной крышей что и все окружающие строения. Типовой, можно сказать. Насколько я понял, в Академии не было понятия общежития. Студентов селили вот в такие уютные домики, по размеру больше напоминающие дачи из моего мира. Впрочем, вполне приличные по размерам дачи. Где-то десять на десять метров.
Мы обошли дом и поднялись по внешней скрипучей лестнице на второй этаж и подошли к одной из двух одинаковых дверей, ведущих на разные стороны дома. Замка, как ни странно в двери не было, но Роман развеял мое недоумение прикоснувшись ладонью к каменной пластине там-где обычно у дверей находится замочная скважина. Пластина в моем зрении коротко засияла салатовым цветом и дверь тихо щелкнув открылась на пол ладони.
Хм… Ясно. Чудо магической техники. Магический замок. Забавно.
— Сейчас забросим вещи и настроишь артефакт на себя.
— Что, кроме меня никто не зайдет? — поинтересовался я.
— Кроме дежурных и руководства академии — никто, — подтвердил Роман. — У нас здесь все с этим строго.
Он открыл дверь и зашел. Я оглядел замок — обычный металлический язычок, хмыкнул и последовал за ним.
— М-да. Интересно как ты насолил этому ублюдку, что он тебя в это убожество заселил.
Роман бросил мешок в угол комнаты и теперь рассматривал теперь уже мое жилище. Хотя смотреть тут было собственно не на чего. Помещение пять на пять метров было разделено на две комнаты. Побольше — жилое с узкой кроватью, стоящей у стены, шкафом, столом у окна и небольшой плитой на дровах у другой, внешней стены. Деревянный потолок со стропилами и беленые стены. Другая, крошечная комнатка рядом с входной дверью была туалетом с каменной ванной. На комнатах налет запустенья и не жилого помещения. Пахло пылью и мышами.
Я провел рукой по обшарпанному столу и вздохнул — пыль в палец толщиной.
— Ты ж благородный! По перстню вижу, что благородный и он не имел права селить тебя в эту дыру, — кипятился Роман.
Я тоже поставил мешок и прошел в ванную. Открыл краны — вода была.
Ну, не императорские покои, но жить можно. Еще дровами и посудой разжиться и совсем прекрасно будет.
— Ты должен написать жалобу в ректорат.
— Кому должен? — Я повернулся к Роману.
Не понимает, что эта паскуда только этого и ждет. Потом за мной слава пойдет скандалиста и плаксы. Нет, мне такой славы не надо.
— В любом случае не сегодня и не сейчас.
Роман открыл было рот, но глядя на мое довольное лицо ничего не сказал.
— К тому же мы сейчас хотели пообедать? — спросил я и добавил. — За помощь и за знакомство — угощаю!
— Вот это дело, — немедленно расплылся в улыбке Роман. — Я тут такую таверну знаю! Жареное мясо там — пальчики оближешь. А какое там пиво — ух! Пойдем?
— Пойдем, — согласился я со смешком.
Мы вышли из дома, предварительно настроив замок на меня — как оказалось, для этого достаточно было капнуть капелькой крови на аналогичную панель со стороны моей комнаты — прошли несколько аналогичных домов и свернули на маленькую и извилистую улочку. С минуту шли по ней пока Роман не показал мне на цветастую вывеску «Пескарь» и толкнув дверь под ней — вошел.
Ну, едальня как едальня. Не таверна, скорее трактир. Но чистенько и уютно. Большие окна. С десяток массивных столиков c деревянными лавками рядом. Несмотря на то, что окна, на мой взгляд, давали достаточно света, над каждым столом был светильник с горящей свечой, что создавало какой-то приятный шарм заведению.

Роман

Роман высмотрел незанятый столик в самом углу, быстро подошел к нему и плюхнулся на лавку, одновременно рукой подзывая молоденькую подавальщицу. Я спокойно сел напротив него продолжая озираться.
Несмотря на то, что обед, по моему мнению, давно закончился здесь было людно. Причем в основной массе это были молодые люди, скромно одетые, но с золотым или серебренным значком академии на груди. Кстати, мне значок не выдали, и я поинтересовался у Романа насчет этого.
— Чудак человек. Ты ж еще не зачислен. Вот когда сдашь вступительные и пройдешь тест на царь-камне, вот тогда и получишь.
Я покивал — ну где-то так я и думал.
— Но, думаю, что у тебя за этим дело не станет, — усмехнулся Роман. — Редко селят до поступления, хотя…
Он отвлекся на подавальщицу чтобы продиктовать заказ. Та кивнула и убежала в сторону кухни.
— Так вот… Такое бывает, но за те два года, что я здесь учусь, такое случалось всего пять раз. — продолжил, провожая взглядом покачивающую бедрами девушку, Роман. — А за что тебя сюда прежде времени сослали?
— Почему сослали, — не согласился я. — Просто я из далека. Знаешь такое место — Новоист?
— Хм… Насколько я помню, это где-то далеко на востоке. Рядом с границей, верно?
— Да. Небольшой городишко.
— Понятно, — кивнул мой собеседник. — А из какого ты рода?
— Демидовы мы. Точнее я один, потому что в роду больше никого не осталось.
Роман присвистнул.
— Теперь понятно. Значит ты из императорского приюта? — он поднял руки. — Прости не хотел тебя обидеть.
— Ну официально он называется императорский сиротский дом… Но да, оттуда, — я усмехнулся. — Родители погибли давно. Я и не помню их. А дед умер недавно. Близких родственников не было, вот меня туда и сослали.
— Ясно.
Роман встал, оправил одежду и представился:
— Баронет Силаковский Роман Игоревич! Студент третьего курса магической Академии.
Я тоже встал.
— Граф Демидов Алексей Владимирович. Пока еще не студент.
Мы торжественно пожали друг-другу руки, потом засмеялись и сели на лавки.
— За это нужно выпить! — торжественно сказал Роман и повернулся к как раз подошедшей подавальщице, которая несла огромный поднос с его заказом. — Позвольте я помогу вам милая девушка!
Он подмигнул ей и забрал у нее ношу. Поставил на центр стола. Поцеловал ей ручку, и та, смущаясь, отошла. Вот же бабский угодник. Спорю, что он не одной юбки мимо не пропускает, хотя эта девушка на фигуру была хороша.
— Дочка хозяина, — проводив взглядом подавальщицу и повернувшись ко мне сказал он. — Хорошая девушка. Всегда так смущается.
Он по-доброму усмехнулся и взял деревянную, на пол литра не меньше, кружку с пивом. Судя по пышной шапке — неплохого.
— Ну, выпьем за наше знакомство!
Я вздохнул и потянулся за другой кружкой. Мы чокнулись и выпили.
Черт, а пиво-то неплохое!
Я опорожнил кружку на половину и потянулся за закуской. Закуской было исходящее паром жареное мясо кусочками в огромной миске. Видимо по тому рецепту о котором восхищенно рассказывал Роман. Отдельно, на блюде, лежали обжаренные в масле ломти хлеба. Тут же, на подносе, стояли плошки с соусами. Судя по тому, как мой визави поглощал пиво и закуску, мне нужно было поторопится чтобы успеть удовлетворить мой бурчащий от голода живот.
Следующие десять минут мы увлеченно ели, запивая все это великолепнейшим пивом, которое время от времени подливал Роман из большого глиняного кувшина.
— Слушай, а какая у тебя стихия? И на какой факультет ты поступать собираешься? — спросил он, макая кусочек гренки в сметанный соус.
Я мысленно вздохнул. Вот не хотелось бы отвечать на этот вопрос, но все равно узнает же через несколько дней. Так что скрывать? Кроме того, я не хотел потерять хорошее расположение нового знакомого.
— У меня их две, — спокойно ответил я отхлебывая из кружки. — Огонь и воздух.
Роман замер, уставившись на меня, а потом тихо присвистнул.
— Не шутишь? — и глядя на мою невозмутимую физиономию, добавил. — Точно не шутишь. Вот это да.
Я вопросительно посмотрел на него.
— Да у нас в академии сейчас нет никого из двустихийников. Ты первый за последние несколько лет. Насколько я знаю последний маг двух аспектов выпустился отсюда лет шесть назад.
М-да. Засада. А я-то думал, что не один буду такой. А вон оно оказывается, как. Хотя, я точно один не буду. Лена же будет поступать, а она, как и официально я — огонь и воздух.
— Не думал что двустихийники настолько уж редкость,- пожал я плечами.
— Вот же чудак человек! — приятель восхищенно посмотрел на меня. — Еще какая! За это надо выпить!
Он быстро наполнил наши кружки пивом, и мы чокнулись ими с глухим деревянным звуком.
— Слушай. Тогда я не понимаю! — сказал Роман облизывая пивные усы.
— Чего?
— Крыса совсем с ума съехал что поселил тебя в квартал для простолюдинов?
— Это как это? — заинтересованно спросил я. — Насколько я знаю, что в академии сословное равноправие. Так какая разница куда поселят?
— Ну, — собеседник чуть смутился. — Так оно так, так. Но как-то принято отдельно селить простолюдинов и дворян. Что бы конфликтов не было.
Ну, понято. Все, как всегда. Все равны но некоторые равней других. Им поди и хоромы получше и матрас потолще.
— А ты граф и к тому же двустихийник!
— Ну о том, что я маг двустихийник кастелян не знал. Не стал я его посвящать в эту интимную тему, — усмехнулся я. — К тому же мне все равно где жить. После приюта, знаешь ли, личная комната кажется императорскими покоями.
— Ну уж ты загнул! Императорские покои!- Рассмеялся Роман но тут стал серьезным. — Но, все равно я считаю, что ты должен подать официальную жалобу!
— Ладно, посмотрим, — пробормотал я, чтобы успокоить приятеля. — Завтра видно будет. Сегодня я хотел отдохнуть и поспать с дороги.
— А ты что? Только что приехал?
— Утром, — соврал я. Ну, не говорить же ему про то что я провел ночь в императорском дворце? А так, полуправду… Я ж действительно в Академию утром приехал с Белоусовым.
— Понятно теперь, — кивнул Роман. — Слушай, хочешь я подам за тебя жалобу?
— А так можно?
— Ну как бы не принято, но случай вопиющий и я как дежурный могу подать официальный рапорт.
— Да, нет… Пожалуй, не надо, — протянул я. — В случае чего завтра напишу. Ты вот что мне скажи… Вроде ж сейчас каникулы, а ты здесь. Да и смотрю не шибко то народу много…
— Ну кто как, — Роман пожал плечами. — Кто на все лето уезжает домой, а кто на часть. Я в августе планирую поехать. Наше баронство недалеко — Новая Рязань… Слышал?
— Извини нет.
— Да ничего. Городишко малюсенький, но вокруг есть девятнадцать деревень. Плюс две рудные шахты и мануфактура. Так и живем.
Роман снова наполнил кружки и протянул мне свою — чокнуться.
— Ну, что? Выпьем?
— Выпьем, — ответил я со вздохом.

Глава 18

Мы сидели еще пару часов, лениво попивая пиво и ведя разговоры об учебе.
Роман заказал еще один кувшин и закуску. На этот раз жареную в печи картошку дольками, под сметаной и фирменное блюдо трактира — запечённую рыбку. И пиво, и рыба не подвела наших ожиданий, в результате чего уходил я домой в состоянии приятной сытости и некоторой осоловелости. Нет, пьян я не был. То ли пиво было легким, хоть мы его и выпили, наверное, литра по три на нос, то ли мой организм стал крепче… Не знаю…
Счет за наши посиделки был как ни странно вполне божеский, с учетом цен в Тире. Как сказал Роман, все едальни в Академгородке получают доплаты из государственного бюджета и за счет этого держат невысокие цены для студентов. Конечно у меня не было значка академии, но Силаковский показал на свой золотой значок при расчете с хозяином трактира и тот кивнув, сделал значительную скидку. На мой вопрос от чего зависит из какого метала этот импровизированное удостоверение студента, Роман мне ответил, что все банально просто. Зависит от года обучения. Первый курс — медный, второй — серебряный, а на третьем году обучения уже выдается золотой. Соответственно от типа значка зависела и скидка. При золотом значке, что понятно, была самая большая. Нет, есть можно было и бесплатно. В академии была столовая где кормили студентов, но работа она только в период учебы. В частности, именно поэтому, большинство студентов из простых разъезжались на время каникул. Если жилье и одежду можно было получить за казенный счет, то еда в каникулы за три месяца здесь стоила вполне приличных денег. Даже если покупать продукты готовить самому. Да, студентам выдавалась стипендия от казны — целых десять золотых рублей, но с учетом того, что я сейчас заплатил за наш обед восемь серебряных которых в золотом рубле было десять… М-да…
Это для меня такая сумма сейчас не являлась чем-то заоблачным, но у кого-то семьи получали эти деньги за несколько лет тяжелого труда и студенты из таких семей старались копить золото чтобы подержать своих близких.
Для студентов из семей побогаче таких проблем не было. Они могли и снять дом на территории Академгородка и нанять слуг для бытовых надобностей, если конечно слуги не приехали с ними.
Вообще, как я выяснил при разговоре, территория академии была невероятно огромна. Сами здания Академии и обслуживающего городка занимали малую часть от общей. Большую занимали тренировочные полигоны и арены для магических дуэлей. Кстати, насчет дуэлей, Роман фактически слово в слово пересказал мне предупреждение Белоусова насчет осторожности в общении с отпрысками дворян. Ну это-то понятно. Для того чтобы ни во что не ввязываться нужно быть тише воды ниже травы. Но здесь и заключалась самая большая дилемма. Если будешь вести себя так — заслужишь звание ботана и каждое надменное дитятко будет тебя шпынять. Если не дашь спуску издевкам — не будешь вылезать с дуэлей. Другого не дано.
Дед Демидова убежал от всего мира на край империи чтобы спокойно заниматься наукой и чем это закончилось? Нет уж… Я молча пообещал себе, что лучше уж мои противники будут патологоанатома пугать посмертной гримасой, чем я позволю еще раз надо мной издеваться.
Я поднялся в свою квартиру, открыл дверь и остановился на входе чтобы еще раз оглядеть и оценить комнату без посторонних глаз.
М-да уж. Убожество, но мое. Конечно я не собирался жаловаться. Во-первых, Вязанка еще пожалеет, что со мной связался, но я точно буду действовать, так сказать, не официальным путем. Во-вторых, надеюсь тут я буду ночевать редко, ибо уже завтра хотел заняться поисками собственного дома. По идее, сначала снять с возможностью выкупа в дальнейшем. В-третьих, если тут прибраться, выкинуть старую деревянную мебель, купить новую и обставить комнату мелочами для жизни то тут может быть достаточно уютно.
Но все это планы ближайшего будущего, а пока надо вытереть пыль, помыть полы и спать, спать…

Интерлюдия

Императорский дворец.

Святослав Первый в задумчивости барабанил пальцами по высокому, деревянному подлокотнику кресла в котором он сидел, закрыв глаза. Он даже не открыл глаза, когда в его личный кабинет зашел Белоусов и сел в кресло напротив.
— Ну, что? Проводил Демидова? — тихо сказал он.
— Проводил. Довел до кабинета Рудого.
— Считаешь я зря сделал, что дал мальчишке самостоятельно учится?
Белоусов промолчал.
— Значит так и считаешь… — подождав с минуту ответа, хмыкнул император. — А зря.
— Да я так не считаю, — запротестовал его собеседник. — Я лишь считаю, что надо ему было все рассказать, ваше величество.
— А что рассказать-то, Илюш, а? — Святослав открыл глаза и посмотрел на Белоусова. — То, что он мой внук? Рожденный от моей незаконнорождённой дочери после того, как она сбежала с этим проходимцем Владимиром? Внука, которого я ни разу до этого не видел? Которого я уже год как похоронил вместе с Иваном? Посыпать себе голову пеплом и покаяться?
Его собеседник молчал.
— А что дальше будет не скажешь? — насмешливо поинтересовался император. — Молчишь? Ну, так я тебе расскажу. Мне пришлось бы рассказать ему о многом, что совсем меня не красит. О том, например, что его мать, неодаренная Софья тайно заключила брачный союз с Владимиром Демидовым после того как понесла от него. Что они испугались моего гнева сбежали на край земли к Ивану и тот приютил и сына, и невестку не побоявшись рассорится со своим другом. Ведь по сути, после нашей ссоры его исследование мертвых земель превратилось в ссылку без срока давности. Что ему, что его сыну был запрещен выезд из приграничных земель.
Святослав Первый встал с кресла и заложив руки за спину стал ходить по комнате.
— Самое главное, что даже не расскажи я ему всего этого, расскажут другие, лишь стоит мне сейчас признать его. Обязательно раскопают все это грязное белье и нашепчут мальчишке как надо и в свою пользу.
Император тяжело вздохнул и с ненавистью прошипел:
— Как утомила меня эта боярская дума кто бы только знал. Спят и видят себя в императорских покоях или на крайний случай регентом нового императора как мой братец. Нет, рано Алексею что-то рассказывать.
Он подошел к окну и минуту смотрел на закат успокаиваясь.
— Что там по Андрею? То, что вы его не задержали уже ясно, иначе ты мне это первым что сказал бы.
— В его поместье пусто, но мои люди говорят, что он оттуда не выходил, ваше императорское величество.
— Понятно. Значит телепортом куда-то намылился. Тогда он может быть где угодно, а это плохо. Так мы его могли хоть как-то контролировать.
— Но то, что он сделал вчера это уже за гранью терпения, — спокойно сказал Белоусов.
— Да, за гранью и то, что бойня на площади не случилась целиком твоя заслуга, и кстати твоя вина за то, что допустил такой исход. Ты ж знал, что он охотиться за Алексеем? Знал и все равно допустил покушение. Твои люди должны были наемников за три квартала повязать.
— Я готов понести любое наказание, ваше величество.
Император остановился и пронзительно посмотрел на Белоусова о чем-то размышляя. Вздохнул и хмыкнул.
— Последний раз, Илья. Последний раз. Еще один промах, и я не посмотрю на то что ты мой друг.
Он снова подошел к окну.
— В общем так. Внука под негласную опеку. С кем он там шел? С наемниками? Подготовь с ними контракт и приставь к нему под видом охраны от тебя. Тебя учить не надо как все устроить… Сам лучше знаешь.
Белоусов молча поклонился.
— И чтобы ни одна живая душа не узнала про то, что он мой внук. И еще…
Святослав Первый посмотрел в глаза главе наказующих и тихо сказал:
— Найди мне Андрея, Илья! Найди! Хоть из-под земли достань. Эта сука пожалеет о том, что он хотел мою родную кровь использовать против меня.

Конец интерлюдии

Алексей вставай! Хватит спать! — Я проснулся от стука и громких воплей Силаковского и позёвывая поплелся открывать.
Ну и чего орешь? Рано же еще? — буркнул я, открыв дверь и посмотрев на новенькие наручные часы, купленные вчера. — Семь утра блин.
Давай, давай! Собирайся. Иначе все самое интересное пропустишь.
Да что интересного в толпе народу, проходящего через ворота на территорию Академии? Ко времени открытия приемной комиссии я успею. Оно в десять.
Ну ты и чудак-человек, — хмыкнул Роман. — В этом году знаешь кто поступает?
Оно мне надо? — опять зевнул я. — Знать кто поступает? Главное, что поступаю я.
Ха… Чудик. Тебе не интересно с кем ты будешь учиться? К тому же, — перешел на шепот баронет. — По слухам в этом году поступает княжна Трофимова и не наследная принцесса Чины!
Ну а мне то это зачем? Ну принцесса, ну и что?
Ну ты даешь! — Силаковский даже укоризненно повертел головой. — Во- первых по слухам обе красавицы. Во-вторых, это впервые, когда в нашу государственную магическую Академию поступает человек из другого государства!
Постой, император же запретил…
Ну, сделал исключение из правил! На то он и император! — перебил меня Роман. — И вообще, ты сегодня поступаешь или нет?
Да поступаю я, поступаю. Дай только оденусь и что ни будь в рот кину, — бросил я, шлепая босыми ногами в сторону шкафа.
С того момента как мы познакомились с Силаковским прошло уже четыре дня. Четыре напряженных дня. Первый день я ходил по академгородку — изучая где-что расположено. Второй день — прошелся по магазинам и лавкам, закупаясь всем необходимым. Этого необходимого оказалось столь много, что я раз восемь приносил покупки, не доверяя службам доставки — мелким пацанам с вороватыми взглядами. Слишком хорошо я помнил, как такая же пузатая мелочь обчищала карманы добропорядочных граждан на рынке. Нет уж, здоровая паранойя и не желание никого чужого в дом не пускать, лишним не будет. Тем более что убогая обстановка в моей комнате сменилась за день на вполне приличное жилище. Для этого всего лишь было нужно прибраться, разобрать на дрова старую мебель и купить новую из добротного дерева. Для перетаскивания мебели я позвал Романа соблазнив его обедом и ужином за мой счет.
В целом покупки вышли мне дорого — больше половины накопленных капиталов, но уют я считал крайне необходимым для того чтобы плодотворно учится и не забивать себе голову чадящей плитой или неудобной кроватью. Если я мог это себе позволить, то почему бы и нет. Тем более, что по совету того же Романа я не стал сейчас новое жилье себе снимать. Как оказалось, знак студента и здесь предоставлял существенную скидку и если, скажем снимать на год то это выливалось в приличные деньги. Моя жаба пыталась меня удавить, но я выкрутился, пообещав ей долг с купца за проданные артефактные заготовки в звонкой монете, да и к заказчикам похищения Лены я намеривался наведаться, а что с бою взято то свято.
С баронетом мы вполне сдружились за эти дни на фоне суеты. Парень он оказался неплохой, открытый и без гнильцы. Про таких говорят рубаха-парень хоть он и баронет. Мне сразу вспомнилась прочитанная когда-то книга братьев Стругацких и один из героев в ней был барон Пампа. Вот-вот. Роман один в один.
Ну и в последний день перед поступлением я наведался в книжную лавку и оставил там остаток капитала закупив трактаты для поступающих. По сути это были шпаргалки-свод выжимок из разных наук. Да, да… Было здесь и такое. Как объяснил мне сухой старичок хозяин лавки, эта продукция в основном пользовалась спросом среди молодых людей среднего достатка — детей богатых ремесленников или скажем, купцов победнее. Дворян к экзаменам как правило основательно натаскивали частные преподаватели.
Старичок очень удивился на то что я покупаю такую литератору накануне экзаменов и сделал мне приличную скидку, но услышав конечную сумму я тоскливо присвистнул и полез за кошельком. В этот раз жаба почти лишила меня жизни, но я героически вырвался и скрепя зубами заплатил. Ну, а кто говорил, что будет легко?
Конечно Демидов был начитан и по большому счету готов к экзаменам, но я все равно освежил в памяти сведения, читая эти книги почти до пяти утра. Спать я ложился смертельно уставший, но улыбался как довольный кот, только что сожравший всю сметану в магазине и обнаруживший, что на складе остался ещё ящик молока с пакетом сосисок в придачу.
— Ну, ты скоро? — Роман в нетерпении поторопил меня стоящего у новенького зеркала и поправляющего камзол. В конце концов это значительный день и могу я быть франтом?
— Можно подумать это не я, а ты поступаешь. Так торопишься…
— А ты не забыл ничего? — с усмешкой спросил мой мучитель.
— Да вроде бы нет, — бросил я поворачиваюсь вокруг.
— Ты голодным будешь весь день? — с усмешкой сказал Роман. — Пошли, перекусим. Я так и быть, в честь такого дня — угощаю.