Ал.Ак. 001 - 2 Февраля 2026 - Персональный сайт

Главная » » Ал.Ак. 001

13:19

Ал.Ак. 001

***

===

===
Алексей
Александрович
Федотов
Чужой мир: Академия

Глава 1

Тьма — зеркало, способное отразить истинную сущность. Когда нет более света, заслоняющего суть бликами, суть остается, отверстая и обнаженная. Скажи, как выглядишь ты перед лицом Тьмы — она скажет, каков есть ты…

Я стоял на той же арене, но вместо серого тумана вокруг меня — тьма. Не просто бесплотная темнота, но активная всепоглощающая и плотная тьма, окружающая небольшой радужный круг вокруг меня. Тьма была живой и из нее постоянно выстреливали жгуты-щупальца стараясь добраться до моего тела. Но попав в радужный круг развеивались на множество черных возвращавшихся к родителю. Тьма шипела и страдала что не может добраться до меня. Тьма шептала, кричала, молила…

— Ты
мой
…

— Почему ты
сопротивляешься
…

— Пойдем за мной, и ты воистину
станешь великим
…

— Не
сопротивляйся
…

— До тебя
были тысячи
, что согласились…

— Почему ты
еще думаешь
…

— Подумай…

Я молчал и смотрел на нее ощущая, как вне круга тьма становиться плотнее и все сильнее давит на то что меня защищает. Это было сродни с погружением в глубину, когда толща воды стискивает тебя в своих объятьях все больше и больше…

— Я могу
вернуть
тебя обратно в
твое предыдущее тело
…

— Я могу многое если ты
согласишься
…

— А не пойти ли тебе лесом… — сказал я усмехаясь. Никогда не любил назойливость. — Как-нибудь сам разберусь!

Тьма захохотала многими голосами и не переставая смеяться породила-свила толстое щупальце и бросила им в меня. На этот раз защита не устояла и жгут тьмы пробил мне грудь. Тьма довольно прошептала-прокричала:

— Теперь
ты мой
!

Круг вокруг внезапно замерцал, вспыхнул радужным цветом расширяясь и продавливая сопротивление.

Тьма заорала с хлюпаньем выдирая распадающиеся щупальце из меня и попятилась от разбухающего круга-защиты. От невыносимой боли я упал на колени и на грани сознания видел, как мое тело начинает мерцать-изливаться радужным сиянием в такт увеличивающегося круга…

Мое пробуждение было мягко скажем болезненным. Болело все и куда хуже, чем при инициации месяцем назад. Мое тело стало одним часто пульсирующим источником боли, которая, когда я чуть приоткрыл глаза еще усилилась.
Я лежал на спине в нашей повозке, которая за недели путешествия стало узнаваемой до мельчайших деталей хоть я и приходил в нее только спать. На меня тут же обрушились водопад воспоминаний последних дней и последних минут до моего падения во тьму. Голова и так сильно болела, но после калейдоскопа картинок казалось, что она сейчас взорвется.
Я зашипел сквозь сжатые зубы от невыносимой боли и закрыл глаза. По-моему, я снова потерял сознание потому что, когда я в очередной раз открыл глаза изменилось положение солнца ярким пятном, просвечивающим через тент. Тогда оно было аккурат над повозкой, а сейчас явно склонилось к вечеру. Да и боль в теле стала терпимой настолько, что я осторожно повернул голову направо-налево оглядываясь.
Как ни странно, в повозке я был один. Что было странно учитывая характер моих ран. Я бы не оставил тяжелораненого человека одного. Хотя…
Я хмыкнул, проверяя ощущения в теле. Ран? Я четко помнил, что у меня после боя было два наисерьезнейших ожога как минимум тридцати процентов тела. С такими ожогами и в моем мире сложно выжить было, а тут… Но вот что странно — тело болит всё. Включая и пораженные области. Но болит странно, будто мышцы прокручивают через мясорубку, но это отнюдь не боль от ожогов.
Кряхтя как столетний дед я с большим трудом сел, сбрасывая с себя легкое одеяло которым меня, как оказалось, накрыли и обнаружил отсутствие двух вещей. Во-первых, одежды — я лежал под одеялом абсолютно голым с приложенными мокрыми тряпочками на боку и спине от которых исходил удушающий запах каких-то трав. Весь в какой-то неприятно пахнущей слизи. Во-вторых, каких-либо следов ожогов — кожа на теле была белой и ровной на местах как я помнил обжаренных до хрустящей корочки.
Я с удивлением погладил-почесал свой левый бок — прикосновения пальцев чувствую. Осторожно согнул и разогнул в коленях ноги — работают. На спине не стал проверять. Думаю, там тоже самое — непостижимым образом зажившее тело. Почему непостижимым? Я помнил, как выжал свой источник досуха… До выжженного состояния.
Я на автомате посмотрел себе на грудь. Так и есть — ни капли энергии.
Я вздохнул. Вот тебе и начало новой жизни.
А как мечтал-то… Крутой маг… Абсолют…Настоящий чародей…
А вон оно как. В первом же настоящем бою пережег источник.
Я вздохнул. Чего сожалеть-то. Бой выиграл? Выиграл… Лену спас? Спас.
На душе тут же стало тепло. Ну подумаешь… Жил семьдесят лет без магии не плохо и сейчас проживу.
Я кинул еще раз взгляд на источник и снова вздохнул.
Стоп!!!
А как я вижу то его?
Если я лишен магии?
Сердце учащенно забилось.
Так. Спокойно. Надо глубоко вздохнуть и выдохнуть…Еще раз…
Тело ты успокоилось? Вот и чудненько…
Даже хорошо, что в повозке никого кроме меня нет. Никто не увидит моих экспериментов. Хотя я думаю после случившегося отвечать на вопросы придется.
Я еще раз внимательно посмотрел на источник пытаясь рассмотреть в нем какие-нибудь остатки сырой силы. Нет…Ничего. А где ядро?
Ядра не было!
Источник висел в груди серым и сдувшимся комком, а вот магического ядра не было.
Все страннее и страннее…
Я вытянул правую руку и попытался вызвать шарик силы.
Получилось! Причем куда быстрее чем раньше! Было просто достаточно сформировать в голове приказ и вот он — сгусток сырой силы, сияющий у меня на ладони.
Я стряхнул переливающийся всеми цветами радуги шарик с руки и уставился себе на грудь.
Повторим. Шарик силы формируйся!
Источник как оставался мертвым, так и остался, а вот жгуты каналов в моем теле полыхнулся радужным светом и мгновенно у меня на руке засиял второй шарик силы.
Да этого просто не может быть! Как?
Ни в одной из книг по магическому искусству я ничего подобного не читал.
Есть ядро, источник и каналы. И все они взаимодействуют между собой. Это непреложная аксиома! А вот то, что я сотворил это нонсенс. Но нонсенс приятный для меня.
Я прислушался к затухающей боли в моем теле. Ощущения один в один как при инициации месяц назад в приюте. Может быть вторая инициация? То, что я нигде про нее не читал, не значит, что ее не может быть. Наверняка это присуще абсолютным магам, а зачем про эту их особенность писать в книгах для обычных магов.
Что же получается? Я все еще маг с неизвестными после второго пробуждения способностями, а это значит, что мои планы в силе.
Я довольно улыбнулся. Но правда улыбка тут же пропала, когда я подумал о том, что придется много объяснятся перед товарищами из отряда и моими девушками. Да и с возчиками надо что-то делать. Вряд ли меня переносили в повозку тайно или голым. Значит все видели мой реальный облик в обгоревшей одежде Алексея Столетова.
Я с сожалением посмотрел на перстень с синим камнем на правой руке — артефакт иллюзии. По-видимому, со Столетовым придется прощаться, а это значит здравствуй Демидов.
Я снял с шеи цепочку с замотанным в тряпицу перстнем главы рода — меня раздели до гола, но украшений с тела снимать не стали. Размотав тряпку и сняв его с цепочки одел его на безымянный палец левой руки. Перстень на мгновение полыхнул светом признавая владельца.
Ну вот я снова граф Алексей Николаевич Демидов. Смешно — граф без графства. Но ничего… Москва не сразу построилась. Ну и мы потихоньку полегоньку всего достигнем.
Я поискал глазами свою одежду и дорожную сумку. Одежды не было, что не удивительно, а вот сильно обгоревшая сумка лежала в углу повозки.
Морщась от боли, я полностью выбрался из-под одеяла и взял ее.
М-да… Если бы я мог оживить мага-синоби, то оживил бы и тут же снова убил бы… И повторил бы раз пять. С таким трудом добытые книги превратились в обгоревший и деформированный от высокой температуры утиль. По-видимому, моя спина на сантиметры оказалась от смертельной вспышки магического пламени и только сильно обгорела. А вот сумка побывала в нем. В настоящий момент она представляла собой мешанину из обгоревшей ткани, кусков почерневшей бумаги и расплавленного золота.
Вот ведь сукин ты сын синоби!
На золото и артефакты я сильно рассчитывал по прибытию в Тир.
Да и книгу по артефакторике я еще не изучил.
Я отбросил остатки сумки в угол. Это теперь хлам на выброс. Из артефактов сохранилось только то, что было на мне. Но это вроде бы как даже не мое, а то что мне дал попользоваться Белоусов. А значит рано или поздно придется их вернуть. То, что я добыл в замке и постоялом дворе погибло и моя жаба горько воет в голос и топает своими жирными ножками.
Хорошо еще хоть перстень рода сохранился, а то было бы совсем печально.
Но передо мной встал глобальный вопрос — в чем на люди то выходить?
Я тоскливо посмотрел на тонкое одеяло. Так-то я не страдаю излишней скромностью и могу и голым выйти, но будут ли люди счастливы видеть юного графа Демидова, сверкающего своими причиндалами? Честно говоря — сомневаюсь. Скорее мое появления в таком виде вызовет лишь тихие смешки. Но то что можно было Столетову никак нельзя целому графу Демидову. Решив, что одеяло останется здесь я поднял его и тщательно обтерся, стирая слизь на теле и задумчиво посмотрел на браслет скрыта. А что? Неплохой вариант.
Раз уж одежды нет то придется идти в невидимости. Да и выяснить обстановку не лишним будет. Насколько я помню в момент потери сознания я падал на восстановленное и обнаженное тело Лены. Да и три трупа в очень интересной одежде на фоне горящей поляны должны как минимум вызвать кучу вопросов у товарищей по походу, а я пока не готов рассказать им всю правду памятуя о шпионе синоби. Кстати с этим тоже надо что-то делать и причем чем быстрее, тем лучше. Сколько времени я тут провалялся — неизвестно, но как минимум не меньше суток судя по солнцу. Этот деятель за это время мог вполне связаться со своими нанимателями, рассказать им о гибели боевиков и вызвать подкрепление. Да что там мог… Я бы так наверняка и сделал будь на его месте. А это значит, что к нам на всех парах несутся много злых людей в черных одеждах и кучей колюще-режущего железа. У ниндзя в моем мире были самые разные предметы для убиения врагов. Сомневаюсь, что у затейников синоби этого мира будет меньше. К тому же как оказывается у них не слабые маги есть.
Я задумчиво почесал бок. С одним магом такого уровня еле справился и едва не ушел на очередное перерождение, а если таких будет два? Три? Однозначно не сдюжу. Да и этот уже_труп_без_имени не бил по площадям хотя наверняка мог всю поляну залить огнем. Уж не знаю почему сразу не зажарил до хрустящей корочки? Может поговорить хотел? Говорун.
Ну ладно. Будем решать вопросы по очереди. Сначала на разведку.

Глава 2

Я вздохнул и нажал камень на артефакте. Встал и невидимой ладонью аккуратно отодвинул ткань закрывающую вход в повозку. Прильнул к отверстию глазом.
Ну что ж… Вроде все здесь. Телеги с товаром… Повозки отряда наемников стоят рядом.
Два «финских» костерка с нависающими над ними большими котелками. Возчики как обычно — сидят кругом возле костра и непринужденно разговаривают. Я пересчитал их. За исключением того, что погиб — здесь были все. Возле второго костра стоит мрачная Аня с деревянной поварешкой и что-то размешивает в котелке. Рядом сидим тоже мрачный Маркус. Остальных членов отряда не видно. Наверное, часть спит, а часть несут караул вокруг лагеря. Не видно купца и Лены, но по-видимому они в их повозке.
Я еще раз огляделся — никто не смотрит в мою сторону. Быстро отодвинул брезент и выпрыгнул из фургона. На мгновение замер оглядываясь, а потом крадучись пошел к Ане и Маркусу старясь не потревожить траву и сухие ветки под ногами. Подошел как раз к моменту начала спора между ними.
— Ань, я тебе уже устал повторять — людям и лошадям нужен отдых! Мы и так уже сутки скакали как ненормальные. Минимум до утра отдыхаем!
— Маркус, но он же умрет!
— Если лошади падут, то он умрет наверняка!
— Но…
— Ань, мы выйдем на рассвете. До форпоста гвардии нам ехать еще сутки, а там маг жизни есть. Подлечит. Алексей как новенький будет, — с уверенностью сказал Маркус но глаза опустил.
Ну да. Опыта у него не меньше моего, и он наверняка знает, чем такие ожоги чреваты. Но если на одну чашу весов поставить одного умирающего меня, а на другую два десятка человек за которых он отвечает то выбор очевиден. Я бы точно так же поступил на его месте.
— Хотя Алексей ли… — задумчиво произнес он, глядя на повозку, из которой я только что выбрался.
— А это так важно? — Вскинулась Анна. — Ты же знал, что он под иллюзией ходит! Он спас нас всех и Лену!
— Да кто же спорит! — Мрачно сказал Маркус. — Но мы еще до столицы не дохали, чтобы говорить о спасении. Там, где три синоби, там могут быть и десять.
— Дозоры стоят вокруг лагеря.
— Сомневаюсь, что дозоры что-то заметят если нас решат атаковать. Мы и тех трех не увидели, когда они под скрытами к нам подобрались. К тому же мы долго против магов не сдюжим. Ты же видела, что там на поляне было?
Аня кивнула и мрачно помешала в котелке поварешкой. М-м-м… каша с мясом! Только сейчас я понял насколько я голоден.
— Вот я об том и говорю. Единственный маг, который им мог бы помешать лежит сейчас в повозке… без сознания.
— Лена тоже маг!
— Какой она маг? Даже не поступила в академию. Да и к тому же она тоже без сил лежит, но хоть в сознании. По крайней мере рассказала, что случилось.
Я мысленно хмыкнул. Ну вряд ли она рассказала обо всем, но что в сознании это хорошо. Разберусь с первостепенными делами зайду к ней. В первую очередь — шпион. Пока он здесь покоя и безопасности нам не будет.
Аня еще раз помешала поварешкой, постучала ей о край котелка и подхватив горку деревянных мисок пошла к реке. Я двинулся вслед за ней.
Она подошла к неторопливо струящейся воде, положила на траву миски и стала по одной споласкивать их.
— Ань! Это я. — прошептал я и глядя на то что она дернулась от неожиданности и стала озираться сказал — Тихо, тихо. Не надо так оглядываться — я под скрытом. Мне не нужно пока чтобы меня кто-то видел.
— Леш, это ты? Действительно ты? Ты очнулся?
— Я. Ты мой тарелку, мой…
— Зачем ты встал? У тебя сильные ожоги! — яростно зашептала она.
Ну слава богу хоть обниматься не полезла с невидимкой. Девка-кремень! Люблю таких.
— Ожогов больше нет.
— Как?
— Ань, я позже объясню. Правда объясню. Но сейчас нам надо решить одну срочную проблему, связанную с нашей безопасностью. Давай поступим так… Ты сейчас домоешь посуду и позовешь Маркуса в лес. Там поговорим. Можешь ему сказать, что я позвал.
Она кивнула. Окунула последнюю миску в воду, собрала посуду и пошла к костру. Наклонился к сидящему Маркусу и что-то тихо зашептала. Тот при первых словах в изумлении уставился на нее. Затем, под шепот Анны, посмотрел на повозку, в которой я недавно лежал. Кивнул, поднялся и пошел к опушке леса. Анна скинула посуду на лежащий у костра брезент и пошла следом за ним.
Я с минуту подождал, смотря на переговаривающихся мужиков возле второго костра — с виду они не обратили внимания на то, что кто-то отошел в лес. С одной стороны, ничего особенного нет, с другой стороны на месте соглядатая я бы насторожился — куда это командиры наемников так спешно направились.
Я был уверен почти на сто процентов, что шпион синоби это кто-то из возчиков. Вряд ли кто-то из нашего отряда — Анна говорила, что они знают друг друга много лет и то что в отряде есть «спящий» синоби я не верил. Слишком низка вероятность. Не тот уровень влиятельности нашего отряда чтобы внедрять в него своего человека. Вот большая деревня, расположенная на торговом пути из города — другое дело. Стратегически оправдано.
Раз Маркус говорил, что они ехали сутки значит шпиону скорее всего не удалось связаться с руководством — в боевом построении все на виду, даже нужду справляют, не отходя от телег и значит он попытается улизнуть с места стоянки сегодня.
Моя задача, сделать так чтобы он выдал себя.
Я еще раз вгляделся в безмятежные лица мужиков и тихо скользнул в лес вслед за Анной и бесшумно побежал нагоняя.
Когда лагерь уже не было видно, Маркус остановился и оглядевшись тихо позвал:
— Алексей, ты здесь?
— А где мне еще быть? — я стоял позади них чтобы видеть направление на лагерь. Маркус резко обернулся.
— Можешь снять скрыт?
— Не сейчас. Я как бы не совсем одет. В повозке не было одежды.
Маркус хмыкнул и посмотрел на Анну. Та начала краснеть. Чего краснеет? Можно подумать, что она что-то там не видела. Да и Маркус, уверен, знает, что видела.
— А чего не кликнул из повозки?
— Рано пока показывать, что я пришел в себя.
— Почему?
Я рассказал им о моем разговоре с магом-синоби, о своих догадках по поводу шпиона и о том, как его можно было спровоцировать.
— План конечно так себе, но может и сработать, — кивнул Маркус.
— Попробовать надо. Если мы его не найдем будет сложнее, — ответил я.
— Да. Если они нас догонят, мы же их не заметим если они будут в невидимости, — соглашается Анна.
— Я замечу, но проблема не в этом а в том, что там наверняка будут сильные маги, а я с моим уровнем хорошо если справлюсь с одним.
— А как ты их заметишь? — Заинтересовался Маркус.
— Я могу видеть активированные артефакты, — поморщившись сказал я. Ну что ж… еще двое, кто знает одну из моих тайн. Но надо.
— Как?
— Это не важно, Маркус. Главное результат. Активированный скрыт я замечу. Так же, как и работающий артефакт связи.
— М-да. — Пробормотал он. — Я видел и переносил вчера в повозку обгоревшего мальчишку, но под иллюзией и сейчас ты говоришь, как опытный мужик в годах. Кто ты Алексей?
— Детство было тяжелым, — буркнул я. — И мы же договорились что моя личность останется в тайне? По крайней мере пока.
— Договаривались, — Маркус согласно кивнул. — Слово есть слово. Расскажешь потом, если захочешь.
Анна явно что-то хотела спросить, но смолчала. И правильно — все разговоры потом как будем наедине.
Мы с Маркусом обменялись еще парой фраз и закончили разговор. Не торопясь вернулись в лагерь. Я присел на траве около опушки леса прислонив спину к большому, теплому дубу, росшему на берегу безымянной речки. С этой позиции я мог видеть весь лагерь. Так сказать, лучшее место в партере около сцены на которой сейчас разыгрывалось представление для одного шпиона.
Солнце уже склонялось к горизонту, но было еще довольно тепло. Я даже разомлел под последними лучами заходящего солнца, но не забывал поглядывать на сцену.
Вот Маркус говорит возчикам, чтобы никто не отлучался от лагеря без его сопровождения.
Вот Анна будит спящих членов отряда — Родиона, Семена и Еремея.
Те едят и уходят менять посты секретов. Вышедшие из леса Игорь и Влад поев, забираются в повозку — спать.
То Маркус то Анна залазят в «мою» повозку «менять» компрессы из трав.
Вылезший из третьей повозки мрачный купец, взяв две полные миски каши залазит в нее снова.
Уставшие возчики устраиваются спать на охапках еловых ветвей. Я мысленно отмечаю двоих, кто делает себе постели не у костра, а у телег на краю поляны. Один — бригадир возчиков, а вот второй вызывает у меня неподдельный интерес. Невысокий, щуплый и немногословный мужичок всегда державшийся в тени остальных.
Маркус и Анна отойдя к реке и тихо, но так чтобы слышали возчики обсуждаю дорогу на завтра. После чего Анна уходит в «мою» повозку — «следить за раненым». Маркус садиться у костра и постепенно «задремывает».
На лагерь медленно опускается темнота. Костры «финских свечей» еле-еле освещают поляну и спящий лагерь на ней. Тонкий серп луны куда больше свету дает — образую на воде призрачную дорожку. По богатырскому храпу мужиков можно за десять километров установить месторасположение нашего лагеря.
Мне спать не хотелось — видимо выгорание источника и очередная инициация после ранения встряхнули мой организм настолько, что тело было переполнено энергией и готово горы свернуть. А тут сиди терпеливо и неподвижно в засаде и жди злодея. Еще очень и очень хотелось есть! Даже не так… Хочется есть если ты пропустишь скажем обед… А сейчас до одурения хотелось жрать! Видимо сказалось восстановление раненного тела до прежнего состояния. Энергия на создание и замену клеток тела откуда-то должна была взяться?
Боже мой — как я хотел оказаться в магической академии в которую я еще даже не поступил! Получить доступ к библиотеке. У меня было столько вопросов и все без ответа! Столько проблем…
Хотя, одна проблема начала решаться — мужичок устроивший постель на краю поляны, рядом с привязанными лошадьми, приподнял голову и внимательно осмотрел спящий лагерь. Бесшумно поднялся, что в постели из веток довольно сложно, поркснул в лес и замер в тени деревьев, оглядываясь. Затем осторожно начал двигаться в сторону реки.
Ну вот, ты и попался голубчик. По идее можно было его легко догнать, стукнуть по темечку и спеленать, чтобы допросить с пристрастием… Но мне было интересно посмотреть, что он будет делать дальше. Как он будет пробираться через наших бойцов в секретах. Разве что у него есть скрыт.
А, нету… Шпион можно сказать меня удивил — отойдя от поляны по берегу реки метров тридцать, он сел под деревом в недвусмысленную позу и активировал артефакт тишины наподобие того, что были под столами в «Вороньей горе». А что… Умно.
Если он случайно попадется скажет, что брюхо подвело… Так гадить хотелось, что мочи нет. А то, что он, что-то говорит — никто даже стоя в метре от него не услышит. Под артефактом и в темноте поди услышь.
Я выяснил все, что хотел и бесшумно сократив расстояние межу нами без затей отправил не ожидавшего этого человека в нокаут.

===

Глава 3

Время всегда было самым ценным ресурсом. Причем невосполнимым. И именно этого ресурса у меня было мало.
Я быстро раздел человека, лежащего передо мной, до гола, тщательно обыскивая каждый клочок ткани снятый с него. Потом крепко связал его располосованными на ленты добротными штанами и привязал к дереву.
Посмотрел на очень интересную коллекцию колюще-режущих предметов выуженную мной из-под одежды пленника и на два артефакта. Хмыкнул и отправился за Маркусом оставив трофеи на месте. Допрашивать шпиона в одного я не хотел. Это ж потом придется повторять результаты «беседы» и не по одному разу. Маркус человек дотошливый и будет уточнять детали.
Что ворог скажет я приблизительно догадывался — хватило беседы с разговорчивым магом-синоби. Но одно дело рассказ из моих уст, а другое дело из уст живого и запакованного в путы шпиона. Пока живого.
Маркус так же сидел с закрытыми глазами изображая уставшего и дремлющего человека, но я видел по характерному напряжению мышц спины, рельефом выступающих из-под тонкой туники, что он не спал.
Я отключил срыт, коснулся его рукой и тихо прошептал:
— Иди за мной.
Он кивнул, открыл глаза и встал, прихватив мешок, лежавший у его ног.
Шпион уже пришел в себя и извивался в напрасных попытках развязать веревки. Бессмысленно, надо сказать. Уж что-что, а узлы я вязать умел.
Заметив нас, он замер. Серп луны скупо освящал его сухую фигуру и перекошенное в ярости лицо. Понял по лежащим рядом оружию и артефактам, что его образ мужичка испарился.
— Ну что, поговорим? — я присел на корточки рядом. Он только ухмыльнулся и промолчал.
— Ну что, если по-хорошему не хочешь значит будем по-плохому.
Мужик молча глядел на меня.
— Знаешь, я много слышал о вас. Синоби хорошие бойцы… Разведчики… Диверсанты, — я копался в горке трофейного оружия откладывая небольшие метательные ножи. — Молчите при пытках…
Я вытащил последний нож, зажег на правой руке небольшой файербол и засунул в него лезвие ножа. Подождал пока клинок раскалился до белого цвета, положил слева от себя и взялся за следующий. Заметил удивленный взгляд Маркуса и деловито пояснил:
— Опасаюсь яда на ножах. Мы ж не хотим, чтобы он так легко от нас ушел после первого же надреза?
Тот согласно кивнул, а я продолжил для пленника:
— Вот только я думаю, что вы к настоящим синоби никакого отношения не имеете. Ведь я прав? — я осмотрел очередное раскаленное лезвие с обоих сторон и молча воткнул ему в икру. Не ожидавший этого человека заорал от боли.
— Вот видишь, я был прав, — я взял следующий нож и стал раскалять его на магическом пламени.
— Перебудим всех, — мрачно заметил Маркус.
— Не, — я указал ножом на лежащий рядом с пленником артефакт тишины. Работающий артефакт. — Не перебудим. Разве что от света моего файербола проснутся, но и то вряд ли. Пока артефакт работает никто ничего не услышит. Ведь так?
Я с улыбкой посмотрел на синоби и быстрым движением проткнул ему вторую икроножную мышцу. Мужик снова заорал благим матом.
— Заметь! Я тебе всего лишь мясо протыкаю, а ты так орешь. А если на кости перейду? Поверь, тебе лучше рассказать нам все, что мы спросим, а иначе ночь длинная и для тебя она покажется бесконечной.
Я взял очередной нож.
— За меня отомстят!
— Вооот! Разговорился! А то в молчанку играл! — На этот раз я воткнул нож в предплечье. Переждав крик взял из кучки следующий клинок.
— Стой!!! — Шпион тяжело дышал.
— Стою, — кивнул я. — Созрел поговорить?
Он молча кивнул.
— Ну, давай поговорим.

Интерлюдия

Тир. Поместье. Настоящее время.

Мы нашли его! — его помощник ворвался в рабочий кабинет где Андрей Валентинович работал с документами.
Тучный помощник тяжело дышал и утирал лоб кружевным платочком как будто пробежал бодрой рысью пол столицы. Хозяин кабинета отложил гусиное перо на стол, откинулся в кресле и скрестил руки на груди.
— И где он?
— Он в четырех днях от Тира. Нанялся в боевой отряд наемников сопровождающий караван.
— И как, позволь тебя спросить, он нанялся к наемникам? Он же еще ребенок.
— Под артефактом личины!
— Интересно, — сказал Андрей Валентинович закрыв глаза. — Очень интересно.
Помощник опять утер потное лицо платочком и замер в ожидании реакции хозяина.
— Откуда сведения?
— От нашего человека в клане синоби.
— А эти то с какого бока здесь оказались? — Андрей Валентинович открыл глаза и его лицо исказилось неподдельным гневом.
Помощник побледнел и отступил на шаг назад — он то прекрасно знал к чему может привести даже мимолетный гнев хозяина. Стараясь не пустить петуха в голосе проблеял:
— На следующий день после отъезда каравана из Новоиста они остановились в деревне на постой. В трактире на купца напала банда, нанятая купцами Морозовым и Перепелкиным. И они же наняли синоби для кражи дочери купца.
Андрей Валентинович поморщился — купцов он не любил потому как до наживы падкие. Никчемные торгаши из-за мошны с золотыми рублями убить были готовы, а не то что ребенка выкрасть.
— Дальше.
— Произошла потасовка, в которой члены банды и один синоби были убиты. По достоверным сведениям, Демидов участвовал в бою.
— М-да… Прыткий молодой человек. Даже чересчур. — Андрей Валентинович усмехнулся, но через мгновение до него дошло ЧТО сказа помощник и он прошипел:
— Раз погиб один синоби за караваном клан выслал боевую группу? Так?
— Да. — сказал помощник и отступил еще на один шаг. — Наш человек сказал, что послали огненного мага с лучшей тройкой. Но группа до сих пор на связь не выходила.
— Так почему ты докладываешь об этом только сейчас? — Андрей Валентинович понимая, что его планы, которые он пестовал уже много лет и вложил безмерное количество ресурсов пошли крахом, начал медленно подниматься с кресла. По его телу заструилась жидкое пламя поджигая изысканную одежду. — Почему я об этом узнаю только сейчас а не неделю назад? Я тебя спрашиваю, почему?
Толстяк в ужасе всхлипнул и попытавшись отойти еще назад, но из-за трясущихся ног не смог этого сделать, а потому просто упал на колени глядя на то как объятая пламенем фигура хозяина движется на него поднимая руку.
Через мгновение все было кончено. От помощника осталась кучка оседающего пепла, а Андрей Валентинович выместив свою ярость начал остывать в прямом и переносном смысле. Он сделал небрежный пасс рукой по направлению горящего стола с бумагами и ревущее пламя подчиняясь заклинанию архимага мгновенно опало и погасло.
Хозяин кабинета оглядел сожжённую им комнату, зло плюнул и вышел в соседнюю — свою спальню. Покопавшись в шкафу, надел на голое тело халат и упал в мягкое кресло, стоявшее у камина. Налил себе в хрустальную рюмку крепкой настойки. С удовольствием выкушал ее. Встал. Подошел к секретеру и достав из тайника артефакт связи сжал его в руке.
— Кин, друг мой. У меня к тебе есть дело…

Конец интерлюдии

Интерлюдия 2

Тренировочный лагерь культа синоби в горах.

Замок главы клана.

Настоящее время.

Кин Абэ сидел в позе для медитации и задумчиво смотрел на артефакт связи в руке.
— Мастер? — Вошедший в комнату помощник низко поклонился. — Вы звали?
— Что с группой Такеши? Доложился о выполнении задания?
Сказать, что Керо удивился это было ничего не сказать. Чтобы глава клана спрашивал о таком незначительном событии как устранении какого-то гайдзина посмевшего поднять руку на представителя их клана. Даже то, что убийство Наоки было первым за много-много лет и то, что он посоветовал направить на задание сильнейшую боевую тройку не моги вызвать столь неожиданного интереса высокородного дзёнина.
— Уже второй день нет от них вестей, — старый помощник слишком хорошо владел лицом, чтобы не выдать своего волнения.
— Вот как… — Кин Абэ оторвался от созерцания артефакта и поднял глаза на тотчас склонившего в поклоне человека. — Почему мне не доложил?
— На устранение цели у тройки Такаши есть три дня. Прошло всего два.
— Два дня… На Такаши это не похоже.
— Если господин желает, я могу отправить еще тройку, — Керо снова склонился в поклоне.
— Оправь две с приказом наблюдать. Попробуй еще связаться с Такаши и передай что его задания отменяется. Только наблюдение.
— Господин? — Бесстрастная маска на лице Керо дала трещину. Но только на мгновение.
— Я все сказал. Только наблюдение за целью. Докладывать каждый день. — Кин Абэ сделал движение рукой отпуская помощника. Дождавшись пока он выйдет и аккуратно прикроет дверь прошипел, обращаясь к артефакту:
— Это будет тебе дорого стоить, Андрей. Очень дорого.

Конец интерлюдии

Я зашел по грудь в воду реки. Течение здесь было не быстрым и на мелководье прохладные водяные струи мягко обняли мое тело смывая засохшую корку слизи, которая образовалась после самолечения ожогов и свежих потеков крови. С пару минут просто простоял, закрыв глаза, а затем перебрался поближе к берегу и стал ожесточённо тереть песком руки отмывая уже присохшую кровь.
Тихо спросил обращаясь к сидящему на берегу Маркусу:
— Осуждаешь?
— Нет, — так же тихо и флегматично ответил он мне. Мы оттащили тело шпиона подальше вниз по течению реки и могли не волноваться, что нас услышат в лагере. — Я думаю над его словами и насколько правдивы они были.
— Почему нет? — я продолжал процесс садомазохизма втирая речной песок в кожу на всем теле. Не люблю я экспресс-допросы. Но, если нет спецсредств, а надо разговорить «языка» то приходится пользоваться вот такими методами. Эффективно, да. Но больно уж грязно в физическом плане и тяжело морально если ты конечно не садист в душе. Хотя знавал и таких, кто занимался этим с удовольствием. — Можешь мне поверить, что он говорил правду. По крайней мере какой он ее видел. Я не думаю, что синоби его уровня много известно. Приехал много лет назад в проходную деревню на крупном тракте где обычно ночуют караваны идущие из Новоиста. Хозяйством обзавелся. С мужиками в поле ходил. Выпивал и с бабами заигрывал. Докладывал о всяких неординарных событиях в поселении и ждал задания. Дождался. Подсуетился. Нанялся к нам в возчики и каждые день докладывался где мы и где будем завтра. Планов движения мы ж не скрывали.
— Да это то понятно, — задумчиво проговорил Маркус. — Вот только почему он тебя не убил сам? Оружия на нем было как блох на собаке. Почему нужно было ждать других синоби?
— Это как раз просто. — Я закончил втирать песок, окунулся по шею в воду смывая грязь и вышел на берег. — Сдается мне, что у него было задание только следить, и он планировал вернуться в деревню с остальными возчиками. С одной стороны, его тайна не раскрыта и можно было бы дальше там жить, а слухи о том, что синоби не трогают простых людей для их клана лишней не будет. Вот весь ваш отряд и купца с Леной пустили бы в расход.
— Как же… Не трогают простых людей. Вон как возчика вместе с телегой приложили заклинанием. — Маркус перебросил мне мешок с вещами, который он захватил из лагеря.
— Да я разве спорю! — Я поймал мешок. Распотрошил его, достал простую холщовую рубаху и начал вытираться. — Для них жизнь, что простолюдина, что аристократа -ничто. Но остальных мужиков они бы не тронули дабы создать алиби собрату по клану. Даже думаю заплатили бы за работу из золота, взятого у Александра.
Предусмотрительный Маркус положил в мешок даже пару сапог так что через минуту я уже был одет и обут. Хорошо то как! Все-таки, шастать в начале июня голышом по ночному лесу было холодновато.
— Что делать будем? — Спросил, поднимаясь с песка Маркус. — Насколько я понял из его слов, о гибели боевой тройки никто пока не знает и, следовательно, по нашу душу никого пока не пошлют.
— Вот именно, что пока. Им дается три дня на выполнение задания. Два дня считай уже прошло. С его слов тройка прибыла в первый же день и скоропостижно полегла. Из-за того, что вы фактически целые сутки ехали, синоби не смог воспользоваться артефактом связи. Значит у нас в лучшем случае будет день до того, как на место нашей предыдущей стоянки направят еще бойцов. А то что направят это как пить дать.
Маркус согласно кивнул, а я продолжил:
— Но это если у той тройки не было артефактов связи, и они не должны были выходить каждый день на связь. Надо взглянуть на артефакты, снятые с убитых. Если у синоби артефакты унифи… одинаковы, то мы будем знать, что искать.
— Да я и сейчас могу сказать, что был. У мага такой же кулон был. Только огонь сильно все попортил — обгорел он сильно. Целые артефакты мы сняли с бойцов, но там мало что было. Придем в лагерь я тебе все отдам. И артефакты, и доспехи.
Я кивнул. Моя жаба радостно квакнула.
— Значит будем исходить из того, что другая боевая тройка уже там, но где мы сейчас им неизвестно. Предыдущая тройка воспользовалась порталом по уставленному шпионом маяку, но сейчас им надо будет искать нас и это дает нам фору.
— Маршрут будем менять?
— Думаю, что надо изменить. Нам ни к чему сейчас заходить в поселение. Если уж в деревне был соглядатай синоби, то в околостоличном гарнизоне, он точно будет. Я считаю, что нам надо идти прямиком до столицы. Шансы, что они нападут на дороге около Тира малы. Хотя и есть. Скорее всего до города мы доберемся спокойно.
— Согласен, — задумчиво сказал Маркус.

...

***

Глава 4

Наконец-то я добрался до еды!
По приходу в лагерь Маркус ушел за Анной, а я бросился к котелку, висящему у почти потухшего костра. Есть хотелось безбожно. Как будто всех голодающих мира, поселили в моё бренное тело. Я сутки валялся без сознания, так ещё и получил мощное усиление, теперь нужно было отъесться. Нет, даже отожраться!
К моменту, когда мои товарищи подошли, полная, с горкой тарелка с чудесной мясной кашей ухнула в мой желудок, а я накладывал вторую. На этот раз, судя по вкусу, была гречка с тушеной уткой. Не важно, что еда была уже остывшей — мне она показалась пищей богов.
Аня села напротив голодного меня, а Маркус подбросил в костер полешки, налил в большую деревянную кружку кваса из бочонка и тоже сел рядом. Так они и смотрели на меня пока я быстро, почти не жуя, приканчивал вторую порцию с энтузиазмом орудуя ложкой как профессиональный землекоп. Выскреб остатки каши, протер тарелку куском хлеба и наконец то почувствовал, как зверское чувство голода потихоньку отступает. Аня, глядя как я задумчиво, с плотоядным видом осматриваю котелок и облизываю ложку, встала, отобрала у меня тарелку, быстро наложила третью порцию и отдала мне.
На этот раз я ел медленно, смакуя каждую ложку, но все равно тарелка опустела как-то слишком быстро. Я кинул жадный взгляд на котелок, сыто вздохнул, положил на брезент тарелку и достав артефакт тишины активировал его. Не за чем окружающим знать, о чем мы будем беседовать, хотя, судя по бодрому храпу, возчики спали беспробудным сном. Ну, береженого, как говорится… Да и не надо отвлекать людей от столь важного занятия как сон.
Мысленно вздохнул, глядя на сосредоточенную мордашку Ани. М-да… Как ни хотел рассказывать о себе, а придется. Иначе доверие этих двоих людей сильно пошатнется, а этого я не хотел.
— Задавайте вопросы. У нас время откровений.
Маркус открыл рот, но девушка опередила его:
— Как ты себя чувствуешь?
— Нормально. Все зажило.
— Но, как? Ты еще днем лежал при смерти? У тебя были страшные ожоги!
— Честно? Не знаю — откровенно сказал я. — Подозреваю что это особенности проснувшейся во мне магии.
— Но…
— Не знаю, Ань! Честно не знаю. Потому я и еду в столицу, чтобы, поступив в магическую академию попытаться выяснить это.
— Но ты — огненный маг? — спросил Маркус. — Я недавно видел, что ты без проблем зажег огненный шар.
— Не совсем — я покачал головой. — Не только огненный.
— Не понял? У тебя что? Два аспекта? — Маркус недоверчиво округлил глаза. — И какой второй?
— По-видимому воздух — я пожал плечами. — По крайней мере так показал артефакт в Новоисте три недели назад.
— Постой, постой… — Маркус широкой ладонью потер шею. — А тот случай на площади со столбом белого света в неба это ты что ли был?
— Ага. Я.
— Ну, дела… — заместитель отряда покрутил головой. — А я-то думаю где я тебя видел.
Аня переводила непонимающий взгляд с Маркуса на меня и обратно. Маркус пояснил ей:
— Да это тот самый шкет, что при тестировании на магию вызвал невиданный столб света из определяющего артефакта и сломал его. Я как раз ездил покупать провизию и зашел на площадь как раз в момент, когда он положил руки на круг.
— Как?
— Как, как… У него спроси — усмехнулся Маркус.
— Да я сам не знаю, как это получилось. Для меня это все в новинку, понимаете.
— Да понимаем, что уж. И немереную силу показать и дорогой артефакт сломать. Но… — Маркус внимательно посмотрел мне в лицо. — Если ты тот самый. То это значит, что ты из того самого приюта?
— Ну, да — кивнул я головой. — Из императорского сиротского дома.
— Благородный значит.
Я кивнул и показал руку с перстнем:
— Граф Алексей Демидов. Но все мое графство вот в этом родовом перстне. Больше ничего не осталось. Ни земель, ни замка.
— Понятно — протянул Маркус. — Казненный род?
Я еще раз кивнул.
— Тяжело тебе придется парень если поступишь.
— Я знаю. Уже понял в… приюте.
Он конечно мне глаза не открыл. И без него было ясно, что аристократы в академии мне проходу не дадут. От простолюдинов я отличался всего лишь титулом, к которому ничего материального не прилагалось, а как в среде подростков относились к белым воронам я прекрасно знал по сиротскому приюту. Вон, почивший Демидов не даст соврать. Но я был благодарен Маркусу за проявленное сочувствие. А Анна так вообще сидела с приоткрытым ртом смотря на меня.
— Ты сказал, что от Ильи? А с ним как познакомился?
— Он был командиром отряда, расследующего дело от смерти четырех подростков из сиротского дома, а я как бы оказался ключевой фигурой в этом деле.
— Как это?
Я без излишних подробностей рассказал им свои приключения до знакомства с Анной.
— Дела… — выдохнул Маркус. — Так на тебя уже была охота и убив того синоби ты еще добавил проблем.
— А ты предпочел бы, чтобы я остался постоять в сторонке, когда убивали тебя и Анну?
— Да нет. Ты все сделал правильно. На твоем месте я бы поступил точно так же. — Маркус усмехнулся. — Вот только я бы не смог справится с тренированным синоби. Да и не справился.
— Ну, он был под скрытом, как ты помнишь. И кстати, он оценил тебя как самого сильного противника и потому вывел из строя первым.
Марксус вздохнул. Я понимаю, тот случай оставил на нем незаживающую ментальную рану, что он не смог защитить приемную дочь. Но он не прав. Тренированный противник, внезапно атакующий из невидимости и меня бы уделал, если бы я не был магом, видящим сквозь заклинания. Недавние сражение с тремя синоби показали это более чем наглядно. Так что он зря корит себя.
— Надо ли скорректировать планы после твоего рассказа? — Спросил Маркус.
— Не особо. — я вытянул палец с перстнем иллюзии и активировал его, заметив, как слегка дернулась Аня, когда я сменил облик с пацана на столь знакомого ей мужчину. — Но, во-первых, не стоит что бы кто-то знал, что вы видели меня в реальном облике и отряд надо убедить в этом же. Иначе вполне возможно, что вы станете интересны тем, кто преследовал меня в Новоисте.
— Да это-то понятно. Сделаем — кивнул Маркус.
— Во-вторых, надо чтобы меня видели в этом облике на входе в город. Бьюсь об заклад, что соглядатаи клана синоби будут там дежурить на каждых воротах и если вы вернетесь без этого меня, то у них закономерно возникнут вопросы где я вас покинул. Сами понимаете подобный их интерес вам не нужен. Поэтому я покину вас прилюдно в городе и встречусь с Белоусовым. На этом, надеюсь, интерес к отряду со стороны синоби пропадет.
— А как же ты? — спросила Аня.
— А что я? За меня не волнуйся. Меня сложно убить. Тем более я грозный маг! — перевел все в шутку.
— Я не это имела в виду. — прошептала она. Маркус сделал вид, что ему очень интересен прогорающий костер — он поднялся и побрел к сваленным на краю поляны нарубленным поленьям.
Да все я понимаю, что она имела в виду. Но чтобы вывести ее из-под удара я должен с отрядом официально расстаться. С ней расстаться. С Леной расстаться. По крайней мере на виду. Что будет потом — посмотрим.
— Ань, понимаешь…
— Да все я понимаю. Все вы аристократы одинаковы.
Она вскочила и побежала к повозке.
Ну вот, что сейчас было? Даже не дала объяснить. Неужели она не понимает, что рядом со мной сейчас не безопасно? Пока я не разберусь с текущими проблемами.
Да, понимает видимо. Но женская логика для нас мужчин словно логика пришельцев с других планет. Такая же далекая и не постижимая. При чем тут аристократ или не аристократ? Насколько я видел в приюте, большинство аристо ценят больше всего собственную жизнь и плевать хотели на других. Для них на первом месте лишь собственное благополучие.
Сейчас я опасен и для Ани, и для Лены. Как только эти мои текущие проблемы выяснят что они близки мне их однозначно используют для того чтобы выманить меня.
Я вздохнул и посмотрел на то как Маркус подкинув в костер еще пару поленьев садится рядом. Взял протянутую им кружку с квасом, отпил и кивнул головой в благодарность.
С минуту мы молчали и попивали квас.
— Поругались? — спросил Марскус нарушив тишину.
— Не поняли друг друга… — пожал я плечами. Ну, конечно он не слышал нашего короткого диалога.
— Бывает. — он отпил из кружки. — Дело молодое. Помиритесь еще.
— Бывает — согласился я. — Помиримся.
— Девка к тебе неровно дышит. Смотрит влюбленными глазами. Мне это не нравиться… не того полета ты для нее птица, как бы крылья не обожгла, но я смирюсь. — Маркус посмотрел мне в глаза. — Но, если ты сделаешь ей плохо из-под земли тебя достану.
— Никогда! — я встретил его взгляд. — Обещаю!
— Обещает он. Хех. — Маркус одобрительно крякнул. — Иди спать, до утра не далече.
Я прислушался к себе. Спать не хотелось совершенно несмотря на весьма плотный ужин. Такое ощущение, что вся еда будто рухнула в черную дыру и во мне все еще гуляла энергия после второй инициации наполняя тело бодростью.
— Лучше ты иди, а я посижу, покараулю. За сутки пока лежал пластом как-то отоспался.
Маркус не стал спорить — поднялся, пожал мне руку и пошел в сторону телег. Судя по всему, сделать обход лагеря, а потом уж спать.
Я сходил к бочонку с квасом, налил еще кружечку, вернулся на насиженное и уже прогретое моей пятой точкой место и пристроившись поудобнее стал созерцать неторопливые языки пламени жадно лижущие сыроватые дрова. Созерцать и думать, как бы не сдохнуть и отправиться на очередное перерождение в ближайшие дни.

Интерлюдия

Мертвые пустоши.

Уральские горы. Гора Большой Ямантау.

2356 метров над уровнем моря.

Подземная военная база древних.

Текущее время.

В циклопической искусственной пещере было темно. Уже несколько тысяч лет было темно. Единственно в самом ее центре, на металлическом возвышении мерцал тусклый красный огонек показывающий, что вычислительный кластер системы обороны Центрального округа Российской империи расположенный на глубине нескольких сотен метров вглубь находится в ожидании и что искусственный разум заключенный в нем готов проснуться по первому электронному зову.

И зов пришел. Одна из Башен, сдерживающих Скверну, зарегистрировала слабый сигнал, пришедший из Средне-Сибирского плоскогорья. Сигнал был неоднозначным и слишком слабым, чтобы классифицировать ее по базе Башни, но ее ЦИР (
Цифровой Искусственный Разум
) посчитал обоснованным передать ее на единственный оставшимся целым центральный вычислительный кластер.

Огонек последний раз мигнул красным и загорелся стабильным синим цветом. Где-то в глубине горы прошла глухая дрожь от сомкнувшихся створок кваркового реактора. База оживала.

Конец интерлюдии

...

***