Главная » 2019 » Март » 24 » Там... за окном
13:39
Там... за окном

***Городской пейзаж

***

***

Двое мужчин, оба тяжело больные, проходили лечение в одной больничной палате. Одному разрешалось сидеть один час каждый день. Его кровать была у единственного окна в палате. Другому все время приходилось лежать на спине, не поворачивая головы, и ему не позволяли вставать.

Оба мужчины говорили часами. Они говорили о своих бывших женах и семьях, своих домах, своих делах, своей жизни, о том,  где они путешествовали когда-то ... и о жизни за больничным окном.

Каждый день, когда человек, который лежал в постели у окна, мог сесть, он использовал этот час, чтобы описать другому происходящее. Второй мужчина наслаждался этими рассказами и ждал с нетерпением того часа, когда его товарищ опять будет смотреть в окно, чтобы приобщиться к радостям и картинам внешнего мира.

"Окно выходит на парк возле небольшого пруда. Утки и лебеди скользят и отражаются в воде, а  дети в это время увлечённо возятся  на детской площадке, играя во всевозможные игры. Влюбленные идут, держась за руки, излучая свет своих тёплых чувств, красочные цветы и высокие здания города  видны на расстоянии в изменчивых картинах проплывающих облаков..." - говорил своему товарищу тот, кто был у окна, и мог сидеть один час в сутки... 

Хотя другой человек не видел своими глазами , то, что происходит на самом деле за окном, он мысленно создавал  образы и краски,  движения и события, о которых слышал,  с помощью своей фантазии.  Человек, который сидел у окна, так хорошо все описывал словами, не пропуская даже мельчайших деталей, что его недвижимый друг был полон этими картинами живого  мира, бурлящего за окном...

Однажды утром пришла медсестра, чтобы дать лекарство обоим пациентам, но обнаружила бездыханное тело мужчины, который лежал у окна. Второй мужчина был очень опечален и потрясен тем, что его товарищ настолько внезапно, но довольно спокойно, ушел из этого мира во время сна...

Несколько дней спустя мужчина спросил медсестру, может ли она подвинуть его кровать ближе к окну. Медсестра удовлетворила просьбу мужчины без каких-либо возражений. Медленно и мучительно он пытался подняться, чтобы посмотреть в окно на внешний мир. Приподнявшись с огромным трудом при помощи слабых рук, он увидел, что за окном кирпичная стена соседнего дома... и больше ничего его взгляд не смог найти...  Мужчина спросил медсестру, кто был его сосед по палате, который так красиво мог описать внешний мир, хотя из окна видна только кирпичная стена. Медсестра ответила ему, что этот человек был когда-то художником, но давно ослеп совершенно,  и даже не мог знать, что там была кирпичная стена. Она сказала: «Возможно, он просто пытался подбодрить тебя».     ...Тогда зрячий испытал такое сильное чувство благодарности, что ему захотелось непременно прийти на могилу товарища и обязательно посадить красивые цветы у надгробия. Он стал делать усилия в своём немощном теле, искал в нём точки силы и здоровья, и нарушая запреты врачей, начал двигать те свои части тела, которые согласны были подчиняться его мыслям и вере. Через некоторое время он смог подняться на ноги и настойчиво говорил врачам и медсёстрам, о том, что он хочет, о том, чем он хочет добиться здоровья... Удивлённые медики решили помочь, они прислушались к убёждённым словам веры и прозрения,  несколько отступили от закреплённых канонов медицинской науки...    Время и убеждённость сотворили чудо, мужчина, твёрдо переставляя костыли, вышел из больницы, обошёл то здание, которое кирпичной стеной заслоняло мир за окном их палаты, и увидел, что там всё так, как рассказывал его друг, и даже ещё краше... Была Весна, лебеди   грациозно склоняли шеи к своим отражениям, утки рисовали замысловатые узоры движениями стаек, на зеркале голубой поверхности воды... Дети смеялись счастливо, влюблённые двигались в ауре своего чувства словно в облаках. Солнце дарило тепло и свет добра, к которому тянулись зелёные листочки деревьев и цветов... Здания города гармонично вписывались в  лёгкий, праздничный шум парков и садов.

...Когда на могиле ушедшего друга расцвели тюльпаны, мужчина почувствовал прилив сил и понял, что костыли нужно оставить у могилы, что его друг этого хочет. И он ушёл, окрепший, к новой жизни, к новому свету...                                                                                                                             В декабре, вечер            Источник :            https://zen.yandex.ru/media/id/5c93af7062c99e00b3e1c2b2/vsego-1-minuta-chtoby-prochitat-eto-i-izmenit-svoe-myshlenie-5c966480eba7a000b49cb3be    ... мышление 

***

Из окна, Бытия нам часть видна...

*********      Оригинал взят у в  А за окном...

Дождь, летний вид ... SAM_0140.JPGФото, вид из окна, фотослепок с действительности, ... Читать дальше »

***Радуга, после дождя                              Архип Куинджи. Лунная ночь на Днепре. 1880. холст, масло. 105 на 144 см.Государственный Русский музей, Санкт-Петербург. Arkhip Kuindzhi. Ночь на Днепре.jpg

***

***

***

***

***     

***

*** ПОДЕЛИТЬСЯ

 

***

***               

***

 

     

***                                   

  •  

***          


Он выдан нам - черный, блестящий,
Похожий на футляр от губной помады...
Впереди, значит, бой н а с т о я щ и й
И хранить его крепко надо.

В нем - фамилия, кровь по Янскому,
Возраст - двадцать коротких лет...
Почему же в нем нет, не ясно мне,
Графы для любимой нет?

Ведь когда от земли отрываешься,
Перебарывая страх и дрожь, 
Разве е е не вспоминаешь,
Разве е е не зовешь?

Разве не важно будет
Людям потом узнать -
Кого средь окопных буден
Ты шел каждый день защищать?

И вот, не боясь последствий -
Я ж не буду тогда живой -
Я пишу... И да будет известно
Имя т о й, что не стала женой...
***

*** Вячеслав Кондратьев. "СМЕРТНЫЙ" МЕДАЛЬОН *** Источник : http://dozor.narod.ru/writers/medalion.html

***

***


Ты не ходил еще, товарищ, по дорогам,
По которым прошла война, 
По которым в молчании строгом
Трое суток идем мы без сна.

Ты не знаешь, как в вьюгу метельную
На привалах мы валимся в снег...
И какую тоску беспредельную
На войну несет человек...
 
Так и кажется - эта дорога -
Твой последний, предсмертный путь,
И что мы уж дошли до порога, 
За которым - ничто и жуть.

Мы идем от усталости шатко
И мечтаем лишь об одном:
Чтоб навстречу попалась хатка -
Не сожженная и с огоньком.

Но кругом - только снег порошею, 
Но кругом - только серая мгла...
Мы идем среди страшных и брошенных
Деревенек, сожженных дотла.

Но колонна идет... Упорная,
Растянувшись змеей на снегу, 
Хоть качаясь, походкой неровною -
Но - вперед. И все ближе к врагу.

И дошли... когда стал уж поблескивать
На плече автомат-пистолет
От взвивающихся в окрестностях
Бело-лунных немецких ракет.

А в другом конце - пожарище
В красных заревах кровяных...
Никогда не забыть мне, товарищ,
Иллюминацию... передовых...  *** Вячеслав Кондратьев. ДОРОГИ. Илье Лапшину ***  Источник :  http://dozor.narod.ru/writers/dorogi.html

***


 

*** ***

***

Деревни русские - чужие и родные!
Я через двадцать лет иду вас брать опять...
Вы снились мне - в пожарище и дыме,
Деревни те, что не смогли мы взять.

Мы брали вас раз двадцать и... не взяли...
Деревни русские, какие вы сейчас?
Засеяно ли поле, где ничком лежали
И где остались многие из нас?

Сейчас иду дорогой старой ржевской,
Распутица и грязь, как и тогда.
Иду то полем, лесом, перелеском,
Иду... в давно ушедшие года...

Иду туда, куда пришел мальчишкой,
Не верившим, что есть на свете смерть,
Где познана была война не понаслышке,
Где все пришлость преодолеть.

И страх и смерть, и кровь и голод,
И боль утрат и горечь неудач,
И наступления, которые как Молох,
Нас забирали без отдач.

Иду туда - в изломанную рощу -
Рубеж исходный для атак,
Где быть убитым было проще,
Чем как-то раздобыть табак.

Где мы от голода шатаясь,
Бродили словно тени средь убитых...
Их закопать мы даже не пытались,
Себе - живым - окопы рыть не в силах...

...И вот усталый грязный, потный
Я вышел, наконец, к деревне той
Где ждал меня у черной липы ротный
Далекой первую военную весной.

Там много было лип... Их нет теперь,
Но та, одна, стоит... И в горле вдруг комок
И в прошлое раскрылась настежь дверь,
Нет, ничего я позабыть не смог!

И в памяти все ярко, зримо всплыло
О чем, как о небывшем говорил порой
И понял я - все это было!
Ни с кем другим, а именно со мной...

Отсюда, помню, ночью темной
Мы шли сгорбясь к передовой
И первый труп на тропке мерзлой
Нарушил наш суровый строй...

И первый страх... И первый выстрел...
И мертвый лунный свет ракет...
И пуль трассирующих искры...
И страшный, как кошмар рассвет...

... Не стал курить... Прошла усталость.
Мешок поправил за спиной,
Лишь километра два осталось
До юности моей лихой.

Мне много лет ночами снилось это:
Вот я иду опять к передовой.
Кругом знакомые приметы,
Но не могу найти я рощи той.

И наяву случилось тоже, -
Иду я верно - путь тот не забыть.
Но был здесь ельник? Быть не может,
Что без меня от весь побит?

Кругом деревца молодые...
Я старше их на двадцать лет.
Их не срезали ливни огневые,
Мы не знакомы... Что ж, привет,

Вам, юные, не знавшие пожаров,
Вас не рубили мы на шалаши
Вы разрослись и скрыли ветеранов старых...
Послушайте, что шепчут вам они в тиши.

Они расскажут вам, как мы их не жалели,
Безжалостно рубили, жгли
И как они в жестокие метели
Давали нам все что могли.

Но вы не слышите... Шумите сами
В весеннем легком ветерке...
Что вам до тех, кто лишь чернеет пнями,
Шумите вы... Живете налегке.

И густотой своей разросшейся
Вы словно не хотите пропустить меня
И из-за вас не узнаю я рощи,
В которую иду уже полдня.

Не узнаю... Но знаю - здесь мы были,
Еще полна земля следов
Той страшной и далекой были
Она глядит глазницами пустыми
Белеющих в овраге черепов...

Она блестит водой воронок черной,
То глянет старым блиндажем,
То гильзой стрелянной, то миной закопченной,
То брошенным солдатским котелком.

Да и земле не заживить те раны,
Что в ярости нанесены войной,
Ни повести, стихи и ни романы
Не скажут столько, сколько скажет малый
Клочек земли, что был передовой...

Вот две громадные воронки...
Я помню их. Бомбил нас самолет...
От них, шагов пятнадцать, чуть в сторонке
Был мой КП... Ушные перепонки
Чуть не полопалися в тот налет.

А вот воронки небольшие...
Им счета нет - они от мин.
Как жили здесь и как живые
Мы оставались - знает бог один.

Нас на заре быдили взрывы
И ноющий противный вой.
А после крики - "Как там живы?"
"Покамест да"... Но чаще был ответ иной.

Иду все дальше. Хочу выйти к полю,
Но вдруг опять белеют на траве
Останки тех, чью горестную долю
Не довелось случайно разделить и мне.

  • много раз, на дню, раз двадцать
    Быть мог убитым и... тогда
    Лежал бы рядом с вами, братцы,
    Лежал бы долгие года... (незахороненный (?) солдат)

Кто вы, лежащие здесь столько лет?
Я знал, наверно, вас, ребята,
Теперь я не солдат и нет
При мне, чтоб вас зарыть, лопаты,

Нет каски у меня, чтоб снять
И тем почтить останки ваши...
Могу лишь только постоять
И молча с болью вспоминать
О днях, в которых судьбы наши

Не разнились, а были общей,
Одной нелегкую солдатскую судьбой...
Мы были вместе в этой роще,
Она ж была - передовой!

Иду опять, воронки обходя
И вот овраг с водой журчащей...
Здесь первый раз, его переходя,
Услышал пули звук свистящий...

Еще пройти осталося немного
И поле развернется предо мной,
Я жду, волнуясь... Я ведь у порога
Того, что звалося когда-то - "первый бой"!

И вот оно... Распахано и рыже
То поле страшное - огромная межа -
Между врагом и нами... Тише!
Беру на изготовку ППШ,а,

Противной дрожи не могу унять я,
Так жутко поле... На снегу
Лежат те, кто вчера несчастья
И пораженья не нанес врагу.

Не взяли! Не дошли! Убиты и лежат
Лицом туда, к деревне русской...
А там лишь трубы черные торчат
И сзади лес полоской узкой

То русский лес, но хмурый темный
Не по своей он воле дал приют врагу
На нас, на русских обозленный
Что допустили немцев мы к нему.

Гляжу и думаю - наверно,
По полю этому сегодня нам итти
И либо мы возьмем эту деревню
Либо останемся лежаь на полпути.

Деревни бедные - чужие и родные -
Мы не родились здесь. Пришли вас только брать...
Вы русские - мы тоже. И отныне
Своею Родиною быдем вас считать.

Не знал еще, что месяц челый
Деревни эти будем страшно брать
Без подготовки артобстрелом,
С одним "ура" лишь оголтелым
По полю этому бежать.

Не будет ни взводов, ни роты,
Лишь горстка чудом выживших ребята
И в наступление последнее пехота,
Ходила молча... Только двадцать пять!

Лишь двадцать пять, лишь двадцать пять
Полуребят, полумужчин
И в наступление опять
На сотню пуль, на сотню мин,

На шквал огня, на муки смерти
В деревню ту, что батальон не взял...
Какою мерою измерить
Отчаяния нашего и мужества накал?

Мы знали - не возьмем! Нас слишком мало,
Но есть приказ - деревню взять!
И мы пошли! Над нами смерть витала,
Нас на пятнадцать меньше стало,
Когда мы, матеряся, повернули вспять.

Да, этот бой для многих стал последним...
Кто жив остался - оглянулся вдруг
И увидал - что день совсем весенний,
Что солнце ослепило все вокруг

И тишина... Дым с поля боя
Отнес весенний легкий ветерок
И мы легли... Живые... Не герои...
Но каждый сделал все что мог.

Деревни русские! Простите, что не взяли
Вас опаленные усталые солдаты...
Мы родиною вас своей считали,
Мы двадцать раз в атаках наступали,
Но не хватило сил... И мы не виноваты...

Вы были первыми в моем пути военном
И в памяти моей все двадцать лет живы
Вот почему сейчас, в шестидесят первом
Я к вам пришел... Но... где же вы? ***

Вячеслав Кондратьев.
1961 год

Вячеслав Кондратьев - солдат Вячеслав Кондратьев - писатель Вячеслав Кондратьев с отцом Юрий Белаш и Вячеслав Кондратьев        ***  ***

***          Вячеслав Леонидович КОНДРАТЬЕВ

***

***

Прикрепления: Картинка 1

 

***

*** ***

Я убит подо Ржевом,
В безымянном болоте,
В пятой роте,
На левом,
При жестоком налете.

Я не слышал разрыва
И не видел той вспышки, -
Точно в пропасть с обрыва -
И ни дна, ни покрышки.

И во всем этом мире
До конца его дней -
Ни петлички,
Ни лычки
С гимнастерки моей.

Я - где корни слепые
Ищут корма во тьме;
Я - где с облаком пыли
Ходит рожь на холме.

Я - где крик петушиный
На заре по росе;
Я - где ваши машины
Воздух рвут на шоссе.

Где - травинку к травинке -
Речка травы прядет,
Там, куда на поминки
Даже мать не придет.

Летом горького года
Я убит. Для меня -
Ни известий, ни сводок
После этого дня.

Подсчитайте, живые,
Сколько сроку назад
Был на фронте впервые
Назван вдруг Сталинград.

Фронт горел, не стихая,
Как на теле рубец.
Я убит и не знаю -
Наш ли Ржев наконец?

Удержались ли наши
Там, на Среднем Дону?
Этот месяц был страшен.
Было все на кону.

Неужели до осени
Был за н и м уже Дон
И хотя бы колесами
К Волге вырвался о н?

Нет, неправда! Задачи
Той не выиграл враг.
Нет же, нет! А иначе,
Даже мертвому, - как?

И у мертвых, безгласных,
Есть отрада одна:
Мы за родину пали,
Но она -
Спасена.

Наши очи померкли,
Пламень сердца погас.
На земле на проверке
Выкликают не нас.

Мы - что кочка, что камень,
Даже глуше, темней.
Наша вечная память -
Кто завидует ей?

Нашим прахом по праву
Овладел чернозем.
Наша вечная слава -
Невеселый резон.

Нам свои боевые
Не носить ордена.
Вам все это, живые.
Нам - отрада одна,

Что недаром боролись
Мы за родину-мать.
Пусть не слышен наш голос,
Вы должны его знать.

Вы должны были, братья,
Устоять как стена,
Ибо мертвых проклятье -
Эта кара страшна.

Это горькое право
Нам навеки дано,
И за нами оно -
Это горькое право.

Летом, в сорок втором,
Я зарыт без могилы.
Всем, что было потом,
Смерть меня обделила.

Всем, что, может, давно
Всем привычно и ясно.
Но да будет оно
С нашей верой согласно.

Братья, может быть, вы
И не Дон потеряли
И в тылу у Москвы
За нее умирали.

И в заволжской дали
Спешно рыли окопы,
И с боями дошли
До предела Европы.

Нам достаточно знать,
Что была несомненно
Там последняя пядь
На дороге военной, -

Та последняя пядь,
Что уж если оставить,
То шагнувшую вспять
Ногу некуда ставить...

И врага обратили
Вы на запад, назад.
Может быть, побратимы.
И Смоленск уже взят?

И врага вы громите
На ином рубеже,
Может быть, вы к границе
Подступили уже?

Может быть... Да исполнится
Слово клятвы святой:
Ведь Берлин, если помните,
Назван был под Москвой.

Братья, ныне поправшие
Крепость вражьей земли,
Если б мертвые, павшие
Хоть бы плакать могли!

Если б залпы победные
Нас, немых и глухих,
Нас, что вечности преданы,
Воскрешали на миг.

О, товарищи верные,
Лишь тогда б на войне
Ваше счастье безмерное
Вы постигли вполне!

В нем, том счастье, бесспорная
Наша кровная часть,
Наша, смертью оборванная,
Вера, ненависть, страсть.

Наше все! Не слукавили
Мы в суровой борьбе,
Все отдав, не оставили
Ничего при себе.

Все на вас перечислено
Навсегда, не на срок.
И живым не в упрек
Этот голос наш мыслимый.

Ибо в этой войне
Мы различья не знали:
Те, что живы, что пали, -
Были мы наравне.

И никто перед нами
Из живых не в долгу,
Кто из рук наших знамя
Подхватил на бегу,

Чтоб за дело святое,
За советскую власть
Так же, может быть, точно
Шагом дальше упасть.

Я убит подо Ржевом,
Тот - еще под Москвой...
Где-то, воины, где вы,
Кто остался живой?! ...

...     Твардовский 

 

***

***

                

...После смерти

 

           ***    ДЕНЬ ПОБЕДЫ

***

Сашка. 001. Повесть.Вячеслав Кондратьев

*** Сашка. 002. Повесть.Вячеслав Кондратьев

*** Сашка. 003. Повесть.Вячеслав Кондратьев

*** Сашка. 004. Повесть.Вячеслав Кондратьев

*** Сашка. 005. Повесть.Вячеслав Кондратьев

*** Сашка. 006. Повесть.Вячеслав Кондратьев

*** Сашка. 007. Повесть.Вячеслав Кондратьев

*** Сашка. 008. Повесть.Вячеслав Кондратьев

*** Правда Вячеслава Кондратьева

*** Кондратьев Вячеслав - "Отпуск по ранению" Театр на Малой Бронной

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***   

Просмотров: 181 | Добавил: iwanserencky | Теги: взгляд на мир, фото из интернета, зрение, за окном, притча, Там... за окном, доброта, прозрение, точка зрения, из интернета, там, фантазия, лечение, кирпичная стена, Однако, рассказ, Из интересного... | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: