Главная » 2023 » Май » 27 » Дом Атрейдесов. Б.Герберт, К. Андерсон. Дюна 295
11:45
Дом Атрейдесов. Б.Герберт, К. Андерсон. Дюна 295

***

***

***   

===

~ ~ ~
Задумывая месть, надо ценить превыше всего предвкушение и все его моменты, ибо исполнение часто сильно отличается от первоначального плана.

Хазимир Фенринг. «Донесения с Арракиса»
Барон Владимир Харконнен не мог бы испытывать большего восторга по поводу того, как развивались события. Он мог бы, конечно, полнее насладиться, если бы вся Империя оценила изящество его плана, но, к сожалению, он никому не мог раскрыть суть того, что он совершил.

Как глава важного Дома и правитель находящегося на окраине Империи Арракиса, дававшего большую прибыль от продажи пряности, барон был помещен в прекрасные апартаменты в одном из флигелей императорского дворца. Ему уже доставили билеты и приглашения на церемонию коронации и бракосочетания.

Но, конечно, перед всеми этими приятными церемониями, для барона будет тяжкой и досадной обязанностью присутствовать на суде над Лето Атрейдесом. Он хлопнул себя по бедру и растянул в улыбке полные чувственные губы. Что делать, бремя благородства.

Он удобно расположился в плюшевом кресле, положив на колени хрустальную сферу, внутри которой переливались огни. То было голографическое изображение фейерверка, который осветит Кайтэйн в день коронации и свадьбы императора. В углу комнаты находился музыкальный камин, из которого доносилась успокаивающая, вызывающая зевоту мелодия. В последнее время барон часто испытывал необъяснимое недомогание и слабость.

— Я хочу, чтобы ты покинул эту планету, — сказал барон Глоссу Раббану, не отрываясь от хрустальной сферы. — Я не желаю, чтобы ты находился здесь во время суда и коронации.

Широкоплечий и толстогубый человек сразу ощетинился. Его темные волосы были коротко острижены без всякого изящества, которое требовалось для появления в обществе, на Раббане была надета куртка из грубой кожи, и это одеяние еще более подчеркивало его сходство с бочонком.

— Почему? Я сделал все, о чем ты просил, наш план блестяще удался. Почему ты меня отсылаешь?

— Потому что я не желаю, чтобы ты находился здесь, — ответил барон и провел рукой по тщательно подстриженным густым волосам, приглаживая их. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь, взглянув на тебя, подумал, что ты имеешь какое-то отношение к тому плачевному положению, в котором оказался бедный милый Лето. У тебя такой… злорадный вид.

Племянник барона нахмурился и вздохнул, все еще продолжая упрямиться.

— Но я хочу быть здесь. Мне страшно хочется взглянуть в его глаза, когда он выслушает свой приговор.

— Вот именно поэтому-то я и хочу, чтобы ты уехал. Разве это так трудно понять? Ты можешь невольно все выдать.

Еще раз тяжко вздохнув, Раббан сдался.

— Но смогу я хотя бы приехать на казнь? — Племянник был опасно близок к недовольству.

— Это зависит от срока казни. — Барон пристально разглядывал свои унизанные перстнями пальцы и прислушивался к металлическому позвякиванию, которое издавали перстни, когда он выстукивал по хрустальной сфере свою любимую мелодию. — В крайнем случае я велю записать это событие ради твоего удовольствия.

Барон с трудом поднялся с кресла и затянул пояс халата, который с некоторых пор стал ему тесноват. Вздыхая, он босиком обошел комнату, посмотрел на украшенную орнаментом массажную ванну, снабженную автоматическим регулятором температуры. Тело Харконнена продолжало страдать от непонятных болей, и он решил лечиться от них ваннами — долгими роскошными ваннами; хорошо бы найти здесь человека, который мог бы правильно массировать его.

Раббан, все еще надувшись от обиды, стоял у выхода из роскошных апартаментов барона.

— Что я должен делать дальше, дядя?

— Закажи место на лайнере и отправляйся на Арракис, надо проследить за добычей пряности. — Барон с улыбкой жестом показал племяннику, что тому пора уходить. — Не прикидывайся несчастным. Поохоться на каких-нибудь заблудших фрименов, это развлечет тебя. Ты уже выполнил свою часть плана, и выполнил ее хорошо. — Барон придал своему голосу успокоительные интонации. — Но нам надо проявить предельную осторожность. Особенно теперь. Смотри на меня и старайся учиться.

Схватив что-то с подноса, стоявшего на столике, Раббан вышел. Оставшись один, барон стал раздумывать, где бы найти молоденького мальчика с гладкой кожей, чтобы тот сделал ему надлежащий массаж в ванне. Надо полностью расслабиться и приготовиться к наступающему дню суда.

Завтра ему не придется ничего делать, только наблюдать и радоваться при виде того, как юный Атрейдес попадает в сеть, о размерах которой он даже не догадывается.

Скоро, совсем скоро Дом Атрейдесов перестанет существовать.

***  

===

~ ~ ~
Что важнее: формальная справедливость или настоящий результат? Не играет никакой роли, как именно суд рассматривает улики и доказательства; основания подлинной истины остаются незапятнанными. К несчастью, эта подлинная истина часто известна лишь жертве и виновнику. Все прочие действуют в силу своего разумения.

Закон Ландсраада; толкования и анализ
В назначенный для открытия процесса день Лето особенно тщательно перебирал свой гардероб. Многие на его месте оделись бы изысканно и дорого, выбрав роскошную шелковую сорочку, украшения и серьги, задрапировались бы в накидку из китового меха, а на голову надели бы стильную шапку, украшенную перьями и драгоценностями.

Вместо этого Лето оделся в грубые рабочие брюки и полосатую тельняшку, а на голову надел синюю рыбацкую шапочку — простой наряд, который ему придется носить, если он больше не будет герцогом. К поясу он пристегнул сумку для наживки и пустые ножны. Не надел он ни знаков герцогского достоинства, ни кольцо предков. Обычный простолюдин — каковым он станет, если его признают виновным. Своим скромным поведением Лето хотел показать Ландсрааду, что он выживет любой ценой. Он удовольствуется даже самой скромной ролью.

Следуя примеру отца, он всегда старался обращаться с верными людьми настолько хорошо, что многие из слуг и солдат считали его своей ровней, товарищем по оружию. Сейчас, когда он причесывался перед началом суда. Лето начал думать о себе как о простом человеке… и нашел, что это не такое уж плохое ощущение. Он понял, насколько тяжкий груз ответственности пал на его плечи после смерти старого герцога.

Стать простым рыбаком было бы в известном смысле облегчением. Не придется думать об интригах, заговорах, шатких союзах и предательстве. К сожалению, Кайлея вряд ли захочет стать женой рыбака.

А я не могу пожертвовать своим народом.

В коротком письме к сыну мать выразила свое полное несогласие с его требованием Конфискационного Суда. По ее мнению, потеря статуса и разрушение Дома Атрейдесов стало бы большим ударом для нее лично, хотя она сама (конечно, временно) проживает в изгнании среди Сестер-Отшельниц.

Из-за упадка Дома Ришезов Елене пришлось выйти замуж за герцога из Дома Атрейдесов, чтобы укрепить тающее состояние семьи, особенно после того, как Эльруд лишил Ришезов лена на Арракисе и передал управление этой планетой Харконненам.

В качестве приданого Дом Атрейдесов получил политический вес Дома Ришезов, место директора ОСПЧТ и привилегии при голосовании в Ландсрааде. Но герцог Пауль так и не сумел сколотить сказочного состояния, о чем всю жизнь мечтала леди Елена, которая желала возвращения прежнего блеска своему семейству. Все это станет невозможным, если Лето потерпит поражение в своей игре.

После получения официальной повестки о явке в суд Лето вышел в коридор, где его ждали два блестящих элакканских адвоката — Клер Руитт и Бруда Виоль; эти женщины славились своим искусством защиты в самых безнадежных ситуациях. Их кандидатуры предложил иксианский посол в изгнании Каммар Пилру, а Туфир Гават побеседовал с женщинами.

Адвокаты были одеты в темные деловые костюмы и следовали букве закона во всех делах, хотя в этом необычном суде — Лето знал это наверняка — ему придется рассчитывать почти исключительно на собственные силы, и это при том, что было очень мало улик, свидетельствующих в его пользу.

Клер Руитт вручила ему тонкий лист ридулианской кристаллической бумаги.

— Прошу прощения, лорд Лето, но мы получили это только сегодня утром, всего лишь несколько минут назад.

Заранее почувствовав страх. Лето пробежал глазами по строчкам, оттиснутым в кристалле. Плечи Гавата опустились, словно он на расстоянии почувствовал, что именно содержится в этом документе. Ромбур подошел ближе, стараясь разглядеть, что именно написано в бумаге.

— Что это. Лето? Дай мне посмотреть.

— Трибунал магистратов постановил, что Вещающая Истину не может выступать на процессе от моего имени. Такое свидетельство недопустимо.

Ромбур плюнул от возмущения.

— Ад Вермиллиона! Но ведь в Конфискационном Суде допустимо все! Они не могут делать исключений.

Вторая женщина-адвокат, сохраняя на лице мягкое выражение, покачала головой.

— Они заняли такую позицию, считая, что все имперские законы противоречат привлечению к процессу Вещающих Истину. В процедуре Конфискационного Суда, подобного данному, правила смягчены, но магистраты считают, что не следует заходить слишком далеко в этих послаблениях.

— Итак… Вещающей Истину не будет. — Ромбур скривился, лицо его стало совсем печальным. — Это было самое лучшее, на что мы могли рассчитывать.

Лето высоко поднял голову.

— Значит, мы все сделаем сами. — Он посмотрел на друга. — Пойдемте, обычно я не поддерживаю твой оптимизм.

— Надо закончить на приятной ноте, — заговорила Бруда Виоль. — Тлейлаксы отозвали своего главного свидетеля — пилота уцелевшего корабля. Никаких объяснений по этому поводу не представлено.

Лето облегченно вздохнул, но Гават предостерег его от преждевременной радости.

— Мы услышим многих свидетелей, мой герцог.

Вместе со своими советниками, в полном молчании, Лето проследовал в зал судебного заседания. В начале длинного прохода стоял стол защиты, во главе которого сел Лето, окруженный советниками и адвокатами. Сверху над скамьей подсудимых возвышались скамьи, на которых будут восседать магистраты, слушающие дело. Руитт что-то нашептывала ему на ухо, но Лето не слушал адвоката, а внимательно изучал список имен магистратов: семь герцогов, баронов, графов и лордов, случайным образом отобранных из числа представителей в Ландсрааде Великих и Малых Домов.

Эти люди скоро решат его судьбу.

Поскольку Тлейлаксу не принадлежал ни к одному Великому Дому, этому народу было отказано в представительстве в Ландсрааде даже после того, как тлейлаксы захватили Икс. В дни, предшествовавшие процессу, разъяренные тлейлаксы устроили скандал во дворце, требуя справедливости, однако после неудачной попытки покушения на Лето сардаукары быстро успокоили толпу, не особенно стесняясь в средствах усмирения.

И вот сейчас, шурша накидками и официальной формой, избранные магистраты заняли предназначенные для них места. Они уселись на полукруглой длинной скамье, окружавшей стол защиты. За спиной каждого магистрата висели флаг и герб его Дома.

Со слов адвокатов и Туфира Гавата Лето узнал всех. Двое магистратов, барон Теркиллиан Сор Анбусский и лорд Бэйн О'Гэри Хагальский, были основными торговыми партнерами Атрейдесов. Один, черноволосый герцог Прад Видаль Эказский, был заклятым врагом старого герцога и союзником Харконненов. О четвертом, графе Антоне Мише, говорили, что он падок на взятки и может стать легкой добычей для Харконненов, поскольку ни Ромбур, ни ментат не успели встретиться с ним первыми.

Двое на двое, подумал Лето. Остальные три магистрата могли проголосовать и так и этак. В воздухе носился явственный запах измены и коррупции; он видел это по ледяным лицам судей, по их нежеланию встречаться с ним взглядом. Они заранее решили, что я виновен?

— Есть еще одна плохая для нас новость… герцог Лето. — Бруда Виоль поколебалась, прежде чем назвать Лето его бывшим титулом. Ее чопорное суровое лицо было удивительно бесстрастным, словно она на своем веку видела столько несправедливости, что перестала на нее реагировать. — Мы только что узнали, что один из трех колеблющихся магистратов, Ринкон из Дома Фазилей, потерял на Иксе огромное состояние, ведя с ним тайную войну. Речь идет о разработках полезных ископаемых на кольцевом астероиде Клитемна. Пять лет назад советники Ринкона едва удержали его от объявления войны Доминику Верниусу.

Клер согласно кивнула и заговорила, понизив голос почти до шепота:

— До нас дошел слух, мсье Атрейдес, что для Ринкона ваше персональное падение — это единственный способ поквитаться с Иксом, поскольку граф Доминик стал отступником.

Лето покрылся холодным-потом и застонал от отвращения.

— Этот суд вообще интересуется тем, что в действительности произошло на лайнере?

Бруда Виоль и Клер Руитт посмотрели на Лето с таким видом, словно он только что сказал невероятно смешную глупость.

— Три на два, мой герцог, — сказал Гават. — Следовательно, мы должны завоевать на свою сторону двоих колеблющихся и не потерять вероятных сторонников.

— Все будет хорошо, — сказал Ромбур.

Во время строительных работ в Кайтэйне в этом зале без окон и с толстыми стенами размещалась герцогская канцелярия. Его высокий сводчатый готический потолок был расписан картинами на военные темы и украшен флагами и щитами Великих Домов. Лето сразу увидел красный ястребиный гребень Атрейдесов. Хотя юноша и старался держаться стоически, при взгляде на герб им овладело страшное чувство потери. Ему стало жаль того, что он может сегодня навеки утратить. Через несколько часов он лишится всего, что оставил ему отец, и от Дома Атрейдесов останутся одни развалины.

Из глаз Лето потекли непрошеные слезы, и он отругал себя за малодушие. Не все еще потеряно. Он еще сможет выиграть. Он обязательно выиграет! Им овладело ледяное спокойствие, и он подавил наплывавшее отчаяние. На него смотрят члены Ландсраада, и он должен быть сильным и готовым сделать все, что потребуют от него нелегкие обстоятельства. Горе ему, если им овладеет отчаяние или другие эмоции.

В зал судебного заседания начали входить наблюдатели, переговариваясь между собой приглушенными возбужденными голосами. С обеих сторон, справа и слева от стола защиты были поставлены два больших стола. Слева заняли свои места враги — пылающие негодованием тлейлаксы, поддержанные скорее всего Харконненами и другими неприятелями Дома Атрейдесов. Однако сам ненавистный барон и его свита сели далеко, в зале для зрителей, словно подчеркивая свою полную непричастность к этому делу. За правым столом расселись друзья и союзники Атрейдесов. Лето кивнул каждому из них, выдержав на лице уверенную улыбку.

Но в действительности он не испытывал и тени уверенности, показное спокойствие было не более чем бравадой. Следовало признать, что у его защиты мало убедительных доводов. Обвинение представит свидетельства того, что снаряды вылетели из орудий, установленных на корабле Атрейдеса. Десятки нейтральных свидетелей подтвердят, что снаряды не могли вылететь ниоткуда, кроме как из пушек небольшого судна, находившегося на борту фрегата Лето. Этих показаний будет вполне достаточно, даже если учесть, что нет пилота тлейлаксов — главного свидетеля обвинения. Противоположные показания членов экипажа и спутников Атрейдеса будут явно недостаточными, равно как и показания друзей, которые засвидетельствуют лишь положительные черты характера ответчика.

— Возможно, отказ от услуг Вещающей Истину послужит достаточным основанием для апелляции, — сказала Клер Руитт, но Лето не почувствовал никакого облегчения от ее слов.

Через боковой проход к столу обвинения проследовала группа мрачных тлейлаксов в сопровождении собственных адвокатов и ментата. Их появление не отличалось торжественностью, но двигались они с шумом и треском, так как привезли с собой какую-то дьявольскую машину. Она передвигалась на разболтанных колесах, скрипя петлями и дверцами. В помещении среди зрителей, наблюдателей и магистратов возник ропот. Люди вставали и вытягивали шеи, чтобы лучше разглядеть невиданное изобретение тлейлаксов.

Это очень изобретательно, подумал Лето. Они хотят запугать меня.

Тлейлаксы с нарочитым грохотом провезли машину мимо Лето, глядя на него со зловещими ухмылками, просверливая его своими маленькими черными глазами. В публике поднялись гул и перешептывание. Крошечные людишки с серой кожей поставили машину в центре зала, прямо под скамьей судей.

— Что это? — Один из магистратов, барон Теркиллиан Сор привстал, скорчив презрительную гримасу.

Предводитель тлейлаксов, имени которого никто не назвал, с ненавистью посмотрел на Лето и только потом взглянул на спрашивающего.

— Милорд, во всех анналах имперского Закона очень мало записей, касающихся Конфискационного Суда, но все же они есть, и в них очень четко выражены основные мысли: «Если обвиняемый не сможет законным порядком доказать свои претензии, то он лишается всего своего достояния без исключения». Всего.

— Я умею читать. — Теркиллиан скривился еще больше. — Но какое отношение имеет то, что вы сказали, к этой вещи?

Представитель Тлейлаксу глубоко вздохнул.

— Мы хотим заявить свои права не только на владения Лето Атрейдеса, но также и на личность самого гнусного преступника, герцога Лето Атрейдеса, на все его клетки и генетический материал.

Потрясенная аудитория ахнула. Техники тлейлаксов начали настраивать машину; закрутились циркулярные пилы, на кончиках длинных игл потрескивало статическое электричество. Зловещая машина была преувеличенно страшной — как и было задумано.

— С помощью этой машины мы откачаем из Лето кровь в этом зале, до последней капли. Мы снимем с него кожу и удалим глаза для наших опытов. Каждая его клетка будет принадлежать нам для любой цели, которой намерен добиться Бене Тлейлаксу. — Он шмыгнул носом. — Это наше право.

После этого маленький человечек с серой кожей с победной улыбкой взглянул на Лето.

Юный Атрейдес стойко выдержал этот удар, стараясь не показать того ужаса, который охватил его при виде дьявольского изобретения тлейлаксов. По спине пробежала струйка холодного пота. Он ждал, что скажут адвокаты, но они молчали, словно набрали в рот воды.

— Возможно, обвиняемый даже получит некоторые преимущества от наших действий, — произнес тлейлакс с издевательской ухмылкой, — поскольку у него нет наследников. Если он проиграет процесс, то не будет больше Дома Атрейдесов. Однако, имея в своем распоряжении его клетки, мы сможем возродить его в виде гхола.

Для того, чтобы добиться своих целей, с ужасом подумал Лето.

Сидя за столом защиты, Ромбур вызывающе смотрел на тлейлаксов, Гават застыл, как статуя, а двое адвокатов по обе стороны от Лето торопливо делали в блокнотах какие-то записи.

— Достаточно с нас этого представления, — грохнул со своего места лорд Бэйн О’Тэри. — Этот вопрос мы обсудим позже. Давайте перейдем непосредственно к процессу. Я хочу услышать, что скажет по этому поводу сам Атрейдес.

Лето старался не поддаться чувству страха, но до него вдруг с беспощадной ясностью дошло, что он заведомо проиграл дело. Все присутствующие в зале знают о его непримиримой ненависти к тлейлаксам и горячей поддержке поверженного Дома Верниусов. Некоторые могли бы засвидетельствовать его добрый нрав, но как мало людей здесь действительно знают Лето Атрейдеса как человека. Он молод и неопытен, и лишь волей обрушившейся на него трагедии Лето стал герцогом Каладана. Единственный раз члены Ландсраада видели Лето, да и то только лишь слушая речь, в которой он изобличил свой не в меру горячий темперамент.

Искры трещали на адской тлейлаксианской машине для вивисекций. Она урчала, словно голодный, алчущий крови зверь. Лето понял, что пощады ждать неоткуда.

Не успели вызвать первого свидетеля, как огромные, окованные медью двери зала со звоном и стуком ударились о стену, распахнувшись настежь. По залу пробежал шум, и Лето услышал грохот кованых сапог по вымощенному мраморными плитами полу.

Оглянувшись, Лето увидел кронпринца Шаддама, одетого в мех и шелка. Вместо простого мундира сардаукара, к которому привыкли все в Империи, принц оделся в алое с золотом — официальные геральдические цвета императорского Дома Коррино. Будущий император прошествовал по залу, привлекая всеобщее внимание, во главе тяжеловооруженной охраны. Четыре человека словно сканером пронизывали людей взглядами, готовые к немедленному действию.

Сам по себе Конфискационный Суд был в Империи большой редкостью, и никто не ожидал, что на нем появится сам кронпринц Шаддам. Это вообще беспрецедентный случай.

Шаддам прошел по широкому проходу мимо Лето, едва удостоив его взглядом. Сардаукары заняли места по краям стола защиты, что вызвало у Лето еще большую подавленность.

Лицо Шаддама было каменным, лишь верхняя губа была слегка оттопырена. Он ничем не выдавал своих намерений. Оскорбило ли его мое послание? Сокрушит ли он меня сейчас перед лицом всего Ландсраада? Кто сможет возразить ему, если он это сделает?

Взойдя на помост, Шаддам громко провозгласил:

— Я бы хотел сделать заявление до начала процесса. Предоставит ли Высокий Трибунал мне такое право?

Хотя Лето не слишком доверял своему дальнему родственнику, он все же не мог не отдать должное царственному виду и элегантности Шаддама. На этот раз в зале появился полноправный властитель, а не бледная тень древнего старца Эльруда. До коронации Шаддама осталось два дня, за коронацией последует пышная, невиданная доселе свадьба — Шаддам женится на Анирул. Правда, Лето не суждено дожить до этого бракосочетания. Могущественный Орден Бене Гессерит бросил все силы на поддержку Шаддама, и все Великие и Малые Дома немедленно станут искать его благорасположения.

Он чувствует угрозу с моей стороны?

Главный магистрат низко поклонился и сделал широкий жест рукой.

— Сир, ваше присутствие здесь и интерес, проявленный вами к процессу, — великая честь для нас. Конечно, трибунал Ландсраада выслушает вас.

Лето знал немного об этом магистрате: барон Лар Один, с богатой титаном планеты Рисп VII.

— Прошу вас, сир, говорите, — произнес Один.

Шаддам через плечо обернулся в сторону Лето.

— С разрешения суда я бы хотел, чтобы мой кузен Лето Атрейдес встал рядом со мной. Я хотел бы внести ясность в это прискорбное обвинение, и, надеюсь, мне удастся сберечь драгоценное время судей.

Лето пришел в смятение и посмотрел на Гавата. Что он делает? «Кузен»? Он говорит это так… сердечно, но ведь мы никогда не были близки. Лето приходился внуком одной из дочерей Эльруда от второй жены престарелого императора, которая не была матерью Шаддама. Ветви древа рода Коррино распространились широко среди Домов Ландсраада, и такие кровные узы мало что значили в глазах Шаддама.

Главный магистрат кивнул. Адвокаты застыли на месте, не в силах вымолвить ни слова от изумления. Лето с опаской поднялся. Колени его подгибались, когда он поднимался на помост, чтобы встать рядом с кронпринцем. Вот они стоят рядом — Шаддам справа. Лето — слева. Двое мужчин, похожих статью и лицом, правда, одеты они совершенно по-разному, представляя собой два противоположных социальных полюса. Лето в своей рыбацкой одежде чувствовал себя словно пыль, подхваченная могучим вихрем.

Лето отвесил будущему императору церемониальный поклон, и Шаддам, подойдя к нему, обнял его за плечо, шелк одеяния кронпринца скользнул по руке Лето.

— Я говорю от самого сердца Дома Коррино, от крови падишахов императоров, — начал Шаддам. — В этом меня поддерживают все мои предки, какие когда-либо имели счастье встречаться с Домом Атрейдесов. Отец этого человека, герцог Пауль Атрейдес, храбро сражался под знаменами Империи против мятежников Эказа. В битвах и среди великих опасностей семья Атрейдес никогда, насколько мне известно, не совершала предательств и бесчестья — этого не было с времен, когда они проявляли героизм и самопожертвование в битве у Хретгирского моста во время Джихада. Никогда! Слышите, вы, никогда Атрейдесы не были способны на подлое убийство. Кто хочет меня опровергнуть, пусть попробует сделать это. — Он прищурил глаза, и магистраты, испытывая неловкость, отвели взгляды.

Шаддам переводил взор с одного магистрата на другого.

— Кто из вас, зная историю своего Дома, может с чистой совестью сказать то же самое о себе? Кто может рассказать о такой же верности, о такой же незапятнанной чести? Не многие из нас, если говорить правду, могут сравниться в благородстве с Домом Атрейдесов. — Он дождался тишины, нарушаемой лишь потрескиванием статического электричества в зловещей тлейлаксианской машине. — Ах да, но ведь именно для этого мы и собрались сегодня здесь, джентльмены, для того, чтобы не пострадали правда и честь.

Лето заметил, что некоторые магистраты закивали в знак согласия, но от них и не ожидали другого. Но выглядели они озадаченно. Имперские вожди редко по своей воле посещали заседания судов Ландсраада. Зачем было Шаддаму впутываться в такое незначительное дело?

Он прочел мое послание, подумал Лето, и это его ответ. Тем не менее он ждал, когда захлопнется ловушка. Он не понимал, во что его вовлекли, но чувствовал, что Шаддам не мог просто так взять и явиться в суд, чтобы его спасти. Из всех Великих Домов Ландсраада Дом Коррино отличался наибольшим коварством.

— Дом Атрейдесов всегда руководствовался в своих действиях высокими идеалами, — продолжал Шаддам, его императорский голос звучал подобно раскатам грома. — Всегда! И юный Лето, вынужденный в силу бессмысленной смерти своего отца слишком рано взять в свои руки бразды правления, впитал с молоком матери фамильную честь и этический кодекс.

Шаддам снял руку с плеча Лето и шагнул вперед, приблизившись к магистратам.

— Мое мнение таково, что этот человек не мог намеренно открыть огонь по тлейлаксианским кораблям, в чем его обвиняют. Такой акт противен всему, во что верит Дом Атрейдесов. Все аргументы, говорящие о противоположном, насквозь фальшивы и лживы. Мои Вещающие Истину говорили с Лето и его свидетелями и подтверждают правоту и истинность их слов.

Ложь, подумал Лето. Я не разговаривал с Вещающими Истину!

— Но, ваше высочество, — сказал магистрат Прад Видаль, нахмурив свои черные брови, — экспертиза показала, что из пушек фрегата Атрейдесов стреляли. Вы предполагаете, что корабли Тлейлаксу были разрушены вследствие несчастного случая и безумного стечения обстоятельств?

Шаддам пожал плечами.

— Насколько я знаю, герцог Лето удовлетворительно объяснил этот факт. Я и сам часто пользуюсь своими боевыми кораблями, чтобы в космосе попрактиковаться в стрельбе по движущимся мишеням. Все остальные данные расследования дали неоднозначные результаты. Возможно, что это был несчастный случай, но вина за него лежит не на Атрейдесе. Вероятно, это было поломка какой-то системы корабля.

— Но сразу на двух кораблях Тлейлаксу? — недоверчиво протянул Видаль.

Лето безмолвно оглядывался, наблюдая, как разворачиваются события, самопроизвольно раскручиваясь, как отпущенная пружина. Шаддам собирается начать свое царствование. Если император сам открыто и недвусмысленно выступает на стороне ответчика, то кто из представителей Великих Домов рискнет противоречить императору, объявляя таким образом себя врагом короны? Возмездие будет суровым, а опала долгой.

Все это политика, игры во власть Ландсраада, обмен любезностями и одолжениями, думал Лето, стараясь, однако, сохранять хладнокровие. Все сказанное не имеет ни малейшего отношения к истине. Теперь, когда кронпринц четко обозначил свою позицию, все, кто проголосует за виновность Лето, автоматически проявят неподчинение воле нового императора. Даже враги Дома Атрейдесов поостерегутся делать такой рискованный шаг.

— Кто знает? — сказал Шаддам, тряхнув головой и давая таким образом понять, что это несущественный вопрос. — Вероятно, осколки первого корабля повредили второй, находившийся рядом.

Никто из присутствующих не был настолько наивен, чтобы всерьез воспринять это нелепое объяснение, но кронпринц Коррино дал всем опору, пусть бумажную, но площадку, от которой можно отталкиваться.

Магистраты принялись тихо переговариваться между собой. Некоторые находили объяснение вполне пригодным, они просто хотели согласиться с новым императором, но только не Видаль. Лоб его покрылся холодной испариной.

Оглянувшись через плечо, Лето увидел, что представитель Тлейлаксу от возмущения трясет головой. В высоком кресле, предоставленном ему возле стола обвинения, он выглядел капризничающим ребенком.

Кронпринц продолжал свою речь:

— Я здесь, потому что воспользовался своим правом вашего верховного главнокомандующего, чтобы лично позаботиться о моем кузене герцоге Лето Атрейдесе. Я настоятельно прошу закончить этот процесс и восстановить Лето в его правах на титул и владения. Если вы удовлетворите эту… просьбу, то я обещаю послать на Тлейлаксу корпус имперских дипломатов, чтобы убедить их отказаться от иска и не мстить Лето каким бы то ни было способом.

Шаддам долгим взглядом посмотрел на тлейлаксов, и у Лето возникло впечатление, что кронпринц давно держит этих гномов на мушке прицела. Похоже, что это действительно было так. Во всяком случае, у тлейлаксов убавилось спеси, когда они убедились, что будущий император держит сторону Лето Атрейдеса.

— Но если истцы не согласятся? — поинтересовался Видаль.

Шаддам улыбнулся.

— О, они согласятся. Я готов открыть для них сокровищницу Империи для возмещения убытков от катастрофы, которая воспоследовала, несомненно, в результате несчастного случая. Мой долг, как вашего нового правителя, обеспечить мир и стабильность во всей Империи. Я не могу допустить, чтобы какая-то родовая вражда разрушила здание, которое мой дражайший отец возводил столь долго и неутомимо.

Лето встретился взглядом с Шаддамом и за бравадой и напыщенностью увидел страх. Без слов Шаддам велел Лето молчать, что вызвало еще большее любопытство у последнего. К какому взрыву привел его блеф и какие шестеренки привел в движение?

Так или иначе, но Лето решил придержать язык. Но даст ли Шаддам жить ему спокойно после процесса, не зная, располагает ли Лето какими-нибудь доказательствами его преступлений?

После короткого совещания барон Лар Олин встал, прочистил горло и провозгласил:

— Обсудив все улики против Лето Атрейдеса, должным образом приведенный к присяге Совет Ландсраада нашел, что все обвинения против означенного Лето Атрейдеса являются условными и недоказуемыми. Учитывая большие сомнения, суд считает, что нет достаточных оснований для процесса, который может привести к разрушительным последствиям, особенно в свете речи кронпринца Шаддама Коррино. Таким образом, мы объявляем, что Лето Атрейдес полностью освобожден от обвинений и ему возвращены титул и все достояние.

Пораженный таким неожиданно свалившимся счастьем, Лето не сразу сообразил, что надо ответить на поздравление будущего императора. После этого Лето мгновенно окружили его друзья и сторонники. Многие из них были рады его выигрышу, но Лето не был наивным простаком и, несмотря на молодость, понял, что многие члены Ландсраада радуются не столько его победе, сколько поражению Тлейлаксу.

В зале началась овация и раздались приветственные крики. Лишь несколько присутствующих сохраняли угрюмый вид, недовольные исходом дела. Лето заметил, кто это, понимая, что то же самое сделал и Туфир Гават.

— Лето, я должен сделать еще одну вещь, — сказал Шаддам, прорезав своим мощным голосом общий шум.

Углом глаза Лето заметил, как в воздухе что-то сверкнуло. Шаддам резким движением выбросил из рукава кинжал, прозрачное лезвие которого светилось таким же сине-зеленым светом, как и подножие императорского трона. Шаддам взмахнул кинжалом.

Туфир вскочил на ноги, но было поздно — люди заполнили все пространство между ним и Лето.

Однако Шаддам с улыбкой вложил кинжал в пустые ножны на поясе Лето.

— Примите мои поздравления, кузен, — сказал Шаддам приветливым тоном. — Носите этот клинок как напоминание о верной службе вашему императору.

*** 

===

~ ~ ~
Мы делаем то, что должны. Да будут прокляты дружба и верность! Мы делаем то, что должны.

Леди Елена Атрейдес. Из личного дневника
Потрясенный Фенринг грустно размышлял, сидя в своих апартаментах. Как мог Шаддам так поступить с ним?

Капсула из-под послания валялась тут же на кровати, запечатанная восковым львом Коррино. Указ Шаддама Фенринг порвал в клочья, но содержание запомнил слово в слово.

Новое назначение — ссылка! — а может, выдвижение?

«Хазимир Фенринг, в признательность за твою безупречную службу Империи и трону падишахов императоров, ты с этого момента назначаешься на вновь образованный пост официального имперского наблюдателя на Арракисе.

Вследствие того, что эта планета имеет жизненную важность для экономики Империи, ты будешь получать все необходимое для твоей службы довольствие».

Ля-ля, ля-ля.

Как он вообще осмелился это сделать? Какая бездарная трата его, Фенринга, сил и таланта. Какая мелкая месть — послать Хазимира Фенринга в эту песчаную дыру, где ползают какие-то вонючие черви и обитают немытые люди. Он просто дымился от ярости, и больше всего ему хотелось посоветоваться с очаровательной Марго Рашино-Зеа, которой он доверял больше, чем следовало. В конце концов, она же ведьма Бене Гессерит…

Вследствие того, что эта планета имеет жизненную важность! Он фыркнул от ярости и начал крушить все, что попадалось ему под руку. Он понимал, что Шаддам выслал его в приступе раздражения. Для человека со способностями Хазимира Фенринга такая новая работа — это неприкрытое оскорбление. Она удаляет его от центра имперской власти. Он должен быть здесь, на Кайтэйне, в оке политического тайфуна, а не затеряться где-то на краю вселенной, в богом забытом углу.

Но указ Шаддама должен быть выполнен беспрекословно. Фенрингу дано тридцать дней, чтобы отправиться на планету, известную своим знойным климатом. Интересно, вернется ли он когда-нибудь назад.

***   

===

~ ~ ~
Все люди содержатся в одном-единственном человеке, точно так же как все времена в едином мгновении, а вся вселенная в одной песчинке.

Фрименская поговорка
В день коронации и свадьбы Шаддама IV на всех планетах Империи царил подлинный праздник. Люди пели, плясали, пили, устраивали игры и фейерверки. Старый император Эльруд правил так долго, что лишь считанные единицы помнили его коронацию.

В столице Империи густые толпы выстроились вдоль великолепных бульваров задолго до прохождения императорской процессии. Стоял, как обычно, яркий солнечный день, и торговцы спешили продать свой товар — дешевые сувениры, памятные знаки и холодные закуски.

На ветру развевались знамена Дома Коррино; все жители надели алые и золотые цвета, для того чтобы как следует отметить великое событие. Солдаты сардаукарской гвардии были одеты по случаю праздника в золотые парчовые накидки, наброшенные поверх обычного черно-серого обмундирования. Стоя, как статуи, они держали на караул свои лазерные винтовки, не обращая ни малейшего внимания на звонкое пение фанфар и рев толпы. Однако гвардия была готова пустить в ход смертельное оружие при первом же намеке на угрозу жизни и достоинству императора. Приветственные крики вырвались из тысяч глоток, когда кронпринц Шаддам и его нареченная невеста Анирул показались в карете, запряженной шестеркой львов с планеты Хармонтеп. Гривы великолепных животных развевались подобно флагам на теплом ветру. На запятках стояли ливрейные лакеи, кавалеры свиты гарцевали вокруг кареты, которая, словно дымкой, была подернута мерцающим защитным полем.

Анирул выглядела поистине царственно. По случаю свадебной церемонии она сбросила свою черную накидку Сестры Бене Гессерит и нарядилась в море кружев, оборок и жемчуга. Ее тиара поражала взор обилием драгоценных камней, которые сияли и переливались в лучах ласкового солнца, светившего с вечно безоблачного неба. Под стать невесте был и жених — рыжеватые волосы Шаддама были безукоризненно уложены, на принце красовался мундир с аксельбантами и эполетами, на груди сверкали золотом позвякивающие медали.

Поскольку кронпринц своей женитьбой не отдал предпочтения ни одному Великому или Малому Дому, то Ландсраад без особых трений принял Анирул как супругу нового императора, хотя многие задавали себе вопрос о таинственном происхождении невесты и ее положении в «секретной табели о рангах» Бене Гессерит. Правда, после смерти Эльруда и коронации Шаддама в Империи назревали большие перемены, и сам кронпринц рассматривал такой брак как свое преимущество.

С отеческой улыбкой, застывшей на его лице, Шаддам бросал в толпу пригоршни солари и пакетики с пылью драгоценных камней, следуя имперской традиции, утверждавшей, что такая щедрость нового императора сделает счастливым его царствование. Народ любит его; он купается в богатстве, одним движением пальца может он уничтожить целые планеты. Именно так представлял себе Шаддам роль императора.

Пение фанфар возвещало наступление великого праздника.

* * *
— Вы не хотите присесть рядом со мной, Хазимир? — с кокетливой улыбкой спросила стройная гибкая блондинка во время торжественного приема, предшествовавшего коронации. Фенринг не понял, нарочно ли Марго Рашино-Зеа придала своему голосу знойную страстность или это была ее естественная интонация. Фенринг держал в руке тарелку с изысканными лакомствами, над толпой раздавалось гудение индикаторов яда. Церемония длилась многие часы, и гости могли закусывать и отдыхать по своему усмотрению.

Возвышаясь над Фенрингом, Сестра Марго стояла рядом с ним, демонстрируя едва ли не интимную близость. Украшенное кораллами и черным гагатом платье выгодно подчеркивало ее роскошные формы и красоту лица. На шее Марго было надето ожерелье из каладанского жемчуга, к платью была приколота брошь, инкрустированная золотом и самоцветами. Кожа блистала молочно-медовым оттенком.

Вокруг, на балконе вестибюля Большого Театра, пили и болтали благородные господа и дамы, потягивая изысканное вино из бокалов на высоких тонких ножках, издававших приятный звон, когда присутствующие чокались, произнося бесчисленные тосты. Через какой-нибудь час все гости станут свидетелями главного события, двойного торжества, которое состоится на сцене: коронации Падишаха Императора Шаддама Коррино IV и его бракосочетания с леди Анирул Садоу Тонкин из Бене Гессерит.

Фенринг кивнул своей крупной головой и коротко поклонился.

— Я буду счастлив сесть рядом с вами, прекрасная Марго.

Стараясь не опрокинуть блюдо, Фенринг опустился на скамью рядом с красавицей. Она посмотрела на закуски в его тарелке и, не спрашивая разрешения, взяла себе добрый кусок.

Какое веселое получилось собрание, думал Фенринг: никакого недовольного перешептывания, каким славился дворец в последние месяцы. Он мог быть довольным результатом усилий, приложенных им в этом направлении. Ключевые союзы утвердились, а Федеративные Дома не предпринимали серьезных попыток организовать мятеж против Шаддама. Бене Гессерит бросил все свое влияние на то, чтобы поддержать его царствование, и нет никакого сомнения, что ведьмы, прикрываясь этим, станут продолжать свои интриги за спинами властителей многих и многих Домов. Фенрингу было очень любопытно узнать, что без его участия (и это было самое удивительное!) многие наиболее подозрительные и разговорчивые аристократы без шума покинули это бренный мир.

Суд над Лето Атрейдесом закончился оправдательным приговором, и единственными, кто выразил свое открытое недовольство по этому поводу, были тлейлаксы. Но они с Шаддамом быстро их успокоят. Самая большая загадка, которая не переставала мучить Фенринга, заключалась в том, что в действительности случилось на борту лайнера Гильдии. Чем больше он наблюдал и чем больше анализировал последовавшие за этим события, тем сильнее становилось впечатление, что Лето Атрейдеса просто подставили — но зачем и кто? Ни один Дом не проявил злорадства, и хотя все были уверены в виновности Атрейдеса, даже самые смелые и длинные языки не распространяли никаких дополнительных слухов.

Фенринг с удовольствием занялся бы выяснением истины, но в его распоряжении было пока недостаточно техники, а новое назначение на Арракис вообще лишит его возможности заниматься этим делом.

Прежде чем Фенринг успел произнести какие-нибудь галантные слова для продолжения беседы, снаружи донеслись восторженные вопли толпы и звуки труб.

— Прибыли Шаддам и его свита, — сказала Марго, тряхнув своими светлыми волосами. — Нам лучше занять свои места.

Фенринг понял, что карета с кронпринцем только что въехала в четырехугольное огороженное пространство, вмещавшее театр и правительственные имперские здания. Он постарался скрыть разочарование.

— Но ведь вы будете в секторе Бене Гессерит, моя дорогая.

Он бросил на нее горящий взгляд своих огромных темных глаз, обмакнув в сливовом соусе кусок фазаньего мяса.

— Вы не возражаете, если я переоденусь в накидку Бене Гессерит и притворюсь одной из вас? — Он проглотил кусок, наслаждаясь его изысканным вкусом. — Я бы сделал это лишь для того, чтобы быть рядом с вами, ххммм-а?

Она игриво толкнула его в грудь.

— Однако вы совсем не таков, каким кажетесь, Хазимир Фенринг.

Он прищурил свои громадные глаза.

— Что это значит?

— Что это значит?.. Это значит, что у нас с вами очень много общего. — Она прижалась мягкой грудью к его руке. — Наверно, будет мудро, если мы продолжим и формально оформим наш намечающийся союз.

  Читать   дальше ...   

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

Источник : https://4italka.su/fantastika/epicheskaya_fantastika/22673/fulltext.htm 

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

---

---

---

Словарь Батлерианского джихада

---

 Дюна - ПРИЛОЖЕНИЯ

Дюна - ГЛОССАРИЙ

Аудиокниги. Дюна

Книги «Дюны».   

 ПРИЛОЖЕНИЕ - Крестовый поход... 

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

---

---

ПОДЕЛИТЬСЯ

---

 

Яндекс.Метрика

---

---

---

---

Фотоистория в папках № 1

 002 ВРЕМЕНА ГОДА

 003 Шахматы

 004 ФОТОГРАФИИ МОИХ ДРУЗЕЙ

 005 ПРИРОДА

006 ЖИВОПИСЬ

007 ТЕКСТЫ. КНИГИ

008 Фото из ИНТЕРНЕТА

009 На Я.Ру с... 10 августа 2009 года 

010 ТУРИЗМ

011 ПОХОДЫ

012 Точки на карте

014 ВЕЛОТУРИЗМ

015 НА ЯХТЕ

017 На ЯСЕНСКОЙ косе

018 ГОРНЫЕ походы

Страницы на Яндекс Фотках от Сергея 001

---

***

***

---

О книге -

На празднике

Поэт  Зайцев

Художник Тилькиев

Солдатская песнь 

Шахматы в...

Обучение

Планета Земля...

Разные разности

Новости

Из свежих новостей

Аудиокниги

Новость 2

Семашхо

***

***

Прикрепления: Картинка 1
Просмотров: 185 | Добавил: iwanserencky | Теги: миры иные, проза, будущее, Хроники, Дом Атрейдесов, Будущее Человечества, книги, Вселенная, Брайан Герберт, фантастика, Кевин Андерсон, писатели, книга, из интернета, текст, люди, ГЛОССАРИЙ, чужая планета, Хроники Дюны, слово, литература | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: