Главная » 2023 » Май » 2 » Крестовый поход машин. Б.Герберт, К. Андерсон. Дюна 190. Пролог. 177 ГОД ДО ГИЛЬДИИ 25 год Джихада
20:36
Крестовый поход машин. Б.Герберт, К. Андерсон. Дюна 190. Пролог. 177 ГОД ДО ГИЛЬДИИ 25 год Джихада

*** 

Брайан Герберт, Кевин Андерсон

Крестовый поход машин

(Легенды Дюны – 2)
Пенни и Рону Меррит, верным спутникам в блужданиях по вселенной Дюны, – с любовью и признательностью за помощь в сохранении наследия Фрэнка Герберта.

Пролог
Историки не могут прийти к единому мнению о посланиях, содержащихся в сохранившихся обломках давнего прошлого.

Углубляясь в историю – такие древние, хаотичные времена, – видишь, как расплываются факты, а свидетельства становятся все более и более противоречивыми. Бескрайний океан времени и подверженная ошибкам ненадежная память преломляют действительность, превращая живых героев в архетипы; битвы приобретают великую значимость, какой они не имели на поле сражения. Трудно примирить правду и вымысел.

Как первый официальный историк и летописец Джихада должен я составить по мере моих сил этот отчет, опираясь на устные предания и фрагментарные документы, чудом сохранившиеся в течение сотен веков. Что больше соответствует действительности – такая тщательно документированная история, как моя, или собрание мифов и народных сказаний?

Я, Ноам Старший, должен писать честно, пусть даже это навлечет на мою голову гнев моих повелителей. Внимательно читайте эту историю, начиная с «Манифеста протеста» Рендика Толу-Фара, документа, конфискованного полицией Джихада:

«Мы устали от борьбы и сражений – устали смертельно! Миллиарды и миллиарды людей уже принесены в жертву этому походу против мыслящих машин. В это число входят не только одетые в военную форму солдаты Джихада и его наемники, но и мирные колонисты и люди-рабы Синхронизированных Миров. Никто не потрудился посчитать число уничтоженных врагов.

Всемогущий компьютерный разум, Омниус, правил многими планетами на протяжении тысячелетия, но только двадцать четыре года назад убийство невинного ребенка жрицы Серены Батлер всколыхнуло человечество и привело ко всеобщему восстанию. Серена использовала эту трагедию, чтобы зажечь яростью Лигу Благородных, что спровоцировало нападение Армады и атомную бомбардировку Земли.

Да, это был удар по Омниусу, но в результате погибли все живые существа на этой планете, а колыбель человечества была превращена на многие будущие столетия в радиоактивное кладбище. Какая ужасающая цена! – и это была не победа, не конец, но лишь первый акт в этой долгой войне.

Более двух десятилетий шла ожесточенная священная война Серены против мыслящих машин. На наши удары по Синхронизированным Мирам роботы отвечали набегами на колонии Лиги. Итак повторялось снова и снова.

Жрица Серена кажется искренней и самоотверженной женщиной, и мне хотелось бы верить в ее чистоту и святость. Она посвятила многие годы изучению доступных сочинений и доктрин древних человеческих философов. Ни один человек не проводил столько времени в беседах с Квиной, когитором, живущей в Городе Интроспекции. Страстность Серены очевидна, а ее убеждения и вера выше всяких упреков, но знает ли она, что творят ее именем?

Серена Батлер – это всего лишь знаковая фигура, и за ней стоит ее ближайший политический сподвижник Иблис Гинджо. Он величает себя «Великим Патриархом Джихада» и возглавляет Совет Джихада, чрезвычайного руководящего органа, который правит вне рамок, установленных Парламентом Лиги. И мы это позволяем!

Я видел, как Великий Патриарх – бывший бригадир рабов на Земле – своими харизматическими ораторскими приемами превращал трагедию Серены в оружие. Неужели все слепы и не видят, что он наращивает свою политическую власть? Зачем бы иначе он женился на Коми Боро, чей род восходит к последнему слабому правителю Старой Империи, царствовавшему тысячу лет назад? Не женятся просто по любви на последней живой наследнице последнего императора/

Чтобы выявлять среди людей предателей и тайных вредителей, Иблис Гинджо создал полицию Джихада, джипол. Подумайте о тех тысячах людей, арестованных за последние годы, – могли ли все они быть предателями, работавшими на машины, как заявляет джипол? Не в том ли дело, что все арестованные были политическими противниками Великого патриарха?

Я не говорю о строевых командирах, храбрых солдатах и даже наемниках, ибо все они сражаются за Джихад, не жалея сил и жизни. Люди всех свободных планет полны решимости уничтожить форпосты машин и прекратить мародерство роботов. Но как можем мы даже надеяться на полную победу? Машины без труда строят новых бойцов… и всегда возвращаются.

Мы истощены бесконечной войной. Можем ли мы питать надежду на мир? Есть ли возможность договориться с Омниусом? Мыслящие машины не знают усталости. И никогда ничего не забывают».

177 ГОД ДО ГИЛЬДИИ 25 год Джихада
Слабость мыслящих машин заключается в том, что они действительно верят всей поступающей к ним информации и реагируют соответственно этому.

Вориан Атрейдес. Четвертый опрос в командовании Лиги после выполнения задания

Примеро Вориан Атрейдес, командир группы баллист, кружившей по орбите вокруг изрезанной каньонами планеты, внимательно изучал выстроенные против него силы роботов: гладкие серебристые машины, похожие на хищных рыб. Эффектный и притом функциональный дизайн придавал им грацию остро отточенного клинка.

Численное превосходство чудовищ Омниуса над силами людей было десятикратным, но корабли Джихада защищены были перекрывающимися слоями Поля Хольцмана, и огонь машин не наносил им вреда, а сами машины не могли пробиться к поверхности IV Анбус.

Огневой мощи защитников не хватало даже на то, чтобы отогнать машины от планеты, не говоря уже о том, чтобы их уничтожить, но воины Джихада продолжали борьбу. Люди и машины столкнулись над планетой, и ни одна сторона не могла взять верх.

За последние семь лет Омниус со своим воинством одержал множество побед, покорил маленькие захолустные колонии и основал форпосты, с которых на планеты людей накатывались жестокие и беспощадные волны атакующих машин. И вот теперь армия Джихада поклялась любой ценой защищать несоюзные планеты от мыслящих машин – хотят того их обитатели или нет.

А внизу, на планете, товарищ Вориана примеро Ксавьер Харконнен вел очередное дипломатическое наступление на дзеншиитских. старейшин, вождей примитивной буддисламской секты. В успехе этих переговоров Вориан сильно сомневался: Ксавьер вообще не отличался гибкостью, и хорошим переговорщиком его можно было назвать с очень большой натяжкой. Для него главным было – помнить долг и свято придерживаться целей своей миссии.

К тому же Ксавьер испытывал антипатию к этим людям… и они не могли этого не понимать.

Мыслящие машины хотят захватить IV Анбус. Долг армии Джихада – не дать им этого сделать. Раз эти дзеншииты прячутся от галактического конфликта и не хотят помочь храбрым солдатам, сражающимся за свободу рода человеческого, то нечего с ними считаться. Однажды Вориан в шутку сравнил Ксавьера с машиной за такой черно-белый взгляд на мир. Ксавьер в ответ с ледяным видом нахмурил брови.

Если верить сообщениям с планеты, религиозные лидеры дзеншиитов оказались не менее упрямыми, чем примеро Харконнен. Обе стороны не желали сдавать ни пяди своих позиций.

Вориан не осуждал командный стиль своего друга, хотя этот стиль разительно отличался от его собственного. У выросшего среди мыслящих машин Вориана, который должен был стать их доверенным лицом, теперь кружилась голова от обретенной свободы. Он наслаждался «человечностью» во всех ее проявлениях, окунувшись в нее с головой. Он чувствовал себя абсолютно раскрепощенным, занимаясь спортом, играя в азартные игры, пересмеиваясь с другими офицерами. Все это так отличалось от того, чему учил его Агамемнон…

Вориан знал: боевые корабли роботов не уйдут, если им не доказать статистически, что у них нет шансов на победу. Все последние недели он разрабатывал сложный план, как пробить оборону флота Омниуса, но этот план еще не был готов. Хотя оставалось недолго.

Это великое стояние на орбите было абсолютно не похоже на военные игры, которыми Вориан с товарищами развлекались в патрулях Джихада, или на военные задачи, которые ставили они друг другу с роботом Севратом в долгих странствиях по межзвездным просторам. В теперешнем тупике ничего веселого не было.

Вориан уже заранее знал, что будет дальше.

Скоро корабли роботов стаей пираний бросятся в атаку с обратной стороны орбиты. Вориан, гордо стоящий на мостике в отутюженной темно-зеленой форме с алой выпушкой – цвета Джихада, символизирующие жизнь и пролитую за нее кровь, – отдаст всем кораблям приказ активировать защитное поле Хольцмана и следить, чтобы оно не перегревалось.

Боевые корабли роботов были удручающе предсказуемыми, и люди Вориана часто заключали пари на точное число выстрелов, которые произведет враг.

Вориан смотрел, как перестраиваются корабли по его приказу. Приемный брат Ксавьера Вергиль Тантор, капитан передовой баллисты, вывел ее на позицию. Вергиль служил в армии Джихада уже семнадцать лет, и Ксавьер внимательно следил за его карьерой.

За последнюю неделю ничего не изменилось, и бойцы теряли терпение, в который раз видя приближающегося противника, но не в силах ничего сделать, кроме как выпячивать грудь и распускать перья в боевой стойке подобно экзотическим птицам.

– Эти машины могли бы уже чему-нибудь научиться, – ворчал Вергиль по линии связи. – Они что, надеются, что мы все-таки ошибемся?

– Они просто испытывают нас на прочность, Вергиль. – Вориан старался избегать официального тона и передачи распоряжений по команде – это напоминало ему жесткие порядки, заведенные у машин.

Еще в начале дня, когда траектории двух флотов на короткое время пересеклись, корабли роботов дали ракетный залп, разбившийся о непроницаемое поле Хольцмана. Вориан даже глазом не моргнул, наблюдая за бесплодной пальбой противника. На несколько секунд вражеская эскадра превратилась в хаотический рой, потом выстроилась в цепь и полетела дальше.

– Сколько всего? – спросил Вориан.

– Двадцать восемь выстрелов, примеро, – доложил один из вахтенных офицеров.

Вориан кивнул. Выстрелов всегда было от двадцати до тридцати, хотя сам он на этот раз думал, что их будет двадцать два. Офицеры кораблей обменялись поздравлениями выигравших и добродушными жалобами не угадавших на одну-две ракеты, потом Вориан распорядился об организации расплаты. Вахты передавались от победителей к побежденным, а роскошные продовольственные пайки гуляли между кораблями.

Это уже происходило почти тридцать раз, но теперь Вориан припас для машин сюрприз.

Флот Джихада соблюдал строй не менее дисциплинированно, чем машины.

– Началось, – обратился Вориан к экипажу мостика. – Приготовиться к бою. Поля включить на полную мощность. Вы знаете, что делать. Мы это уже давно отработали.

От мощной жужжащей вибрации, сотрясшей палубу, по коже побежали мурашки. Огромные генераторы, соединенные с двигателями, начали окружать корабли многослойной силовой защитой. Все командиры тщательно следили за перегревом полей, фатальным изъяном этого оружия, о котором – по крайней мере пока – машины не подозревали.

Вориан отыскал глазами передовую баллисту, несущуюся впереди по орбите.

– Вергиль, ты готов?

– Давно готов, сэр. Пора начинать!

Вориан связался с подрывниками, которыми командовал наемник с Гиназа Зон Норет.

– Господин Норет, полагаю, что вы расставили все наши… мышеловки?

. Сигнал вернулся.

– Каждая точно на своем месте, примере. Я разослал по кораблям точные координаты каждой, чтобы они сами не напоролись. Вопрос в том, заметят ли их машины?

– Им не до этого будет, я уж постараюсь! – вклинился в разговор Вергиль.

Корабли машин приближались, угрожающе увеличиваясь в размерах. Мыслящие машины не знали эстетики, но в результате точных расчетов и эффективных технологий возникали корабли совершенных обводов с безупречно гладкими корпусами, ощетинившимися оружием.

Вориан улыбнулся:

– Вперед!

И навстречу летящей рыбьим косяком зловещей стае Омниуса вдруг рванулась с внезапным ускорением баллиста Вергиля, запуская ракеты с помощью новой системы «мерцающего огня». Эта система отключала носовые защитные поля всего на миллисекунду, четко координируя отключение с пуском снарядов.

Мощные ракеты обрушились на ближайший корабль машинного флота, а Вергиль резко сменил курс и пробился сквозь скопление вражеских кораблей, как бешеный салусанский бык.

Вориан отдал приказ рассредоточиться, чтобы не мешать передовой баллисте.

Машины, пытаясь реагировать на неожиданную ситуацию, только и могли, что открыть огонь по кораблям Джихада, защищенным полями Хольцмана.

Вергиль снова направил вперед свою баллисту и приказал, опустошая пороховой погреб, открыть ураганный огонь по противнику. Снаряд за снарядом детонировал об обшивку кораблей роботов, причиняя им значительные повреждения, но не уничтожая их окончательно. Линии связи звенели возбужденными голосами.

Однако атака Вергиля была лишь отвлекающим маневром. Основная масса вражеских кораблей, продолжая следовать по своей орбите, шла прямо на космическое минное поле, заложенное командой наемника Зона Норета.

Огромной мощности контактные мины скрывала оболочка, почти невидимая для сенсоров. Обнаружить такие мины еще можно было бы тщательной разведкой и внимательным сканированием, но яростная и неожиданная атака Вергиля отвлекла внимание машин.

Два передовых крейсера машин взорвались, напоровшись на заложенные мины. Мощная детонация, как бумагу, рвала корпуса кораблей и кожухи двигателей. Сбившись с курса, пораженные корабли вспыхнули пламенем, один из них напоролся еще на одну мину.

Не успев понять, что произошло, на невидимые мины налетели еще три корабля роботов, но остальные тут же перестроились и, не обращая больше внимания на Вергиля, рассредоточились и включили сенсоры на поиск мин, убирая их очередями точных выстрелов.

– Вергиль, отходите! – передал Вориан по линии связи. – Остальным баллистам – перегруппироваться. Хватит, поразвлекались.

Удовлетворенно вздохнув, Вориан откинулся на спинку стула.

– Пошлите четыре разведчика-кинжала, чтобы уточнить потери противника.

Вориан включил отдельную линию связи, и на экране появилось лицо гиназского наемника Зона Норета.

– Норет, вы и ваши люди будете награждены медалями.

Когда наемники не занимались установкой мин и другими тайными операциями, они носили красно-золотые мундиры, ими самими придуманные. Золото означало приличные деньги, которые они получали, а красный цвет – пролитую за эти деньги кровь.

Позади минного поля потрепанная боевая группа Омниуса продолжала свой патрульный полет, не задерживаясь, словно акулы, несущиеся по морю в поисках пищи. Многочисленные группы роботов уже выползли из кораблей и, как вши, ползали по корпусам, ремонтируя повреждения.

– Похоже, нам не удалось даже пощипать их как следует, – разочарованно проговорил Вергиль, когда его баллиста вернулась в строй. И тут же добавил: – Но они не смогли пока отобрать у нас IV Анбус.

– Что да, то да. Мы и так сдали им слишком много планет за последние годы. Настало время переломить ход войны.

Вориан никак не мог понять, почему силы роботов так долго выжидают, не обостряя именно этот конфликт. Это не было похоже на их обычную тактику. Будучи сыном титана Агамемнона, он – больше чем кто-либо из воинов Джихада – понимал, как мыслят роботы, как работает их механический разум. Это было очень подозрительно.

Может быть, это я сам стал слишком предсказуемым? И роботы хотят убедить меня, что не изменят тактику?

Нахмурившись, он включил связь с передовой баллистой.

– Вергиль? Мне все это очень не нравится. Рассредоточь разведывательные корабли – пусть осмотрят и нанесут на карту ландшафт. Кажется, машины что-то задумали.

Вергиль не усомнился в интуиции командира.

– Мы внимательно осмотрим планету, примеро. Если они там хоть камешек перевернули, мы это обнаружим.

– Подозреваю, что не только. Они пытаются хитрить – своим, предсказуемым способом.

Вориан взглянул на хронометр, понимая, что до следующего столкновения в его распоряжении есть несколько часов. Ему было неспокойно.

– Останешься за меня, Вергиль. Я спущусь на планету, посмотрю, чего добился твой брат в переговорах с нашими дзеншиитскими друзьями.

Чтобы понять, что будет значить для тебя победа, надо сначала определить, кто твои враги… и кто союзники.

Примеро Ксавьер Харконнен. Лекции по стратегии

После исхода буддисламских сект из Лиги Благородных, случившегося много столетий назад, центром дзеншиитской цивилизации стала планета IV Анбус. Сердцем этой независимой и обособленной секты был главный город планеты Дарите. Чужестранцы старались не иметь с ней дела – планета была бедна ресурсами и населена воинственными религиозными фанатиками.

Массивы суши IV Анбус пестрели обширными мелкими морями – и пресноводными, и сильно солеными. Приливы, вызванные лунами на низких орбитах, исполинскими швабрами прокатывались по ландшафту, унося почвенный слой по расщелинам каньонов, вымывая в песчанике пещеры и террасы. Под прикрытием огромных скальных навесов дзеншииты и строили свои города.

Между морями текли реки, подгоняемые приливными силами. Обитатели планеты достигли исключительных успехов в математике, астрономии и строительной механике, научились предсказывать разрушительные наводнения и бороться с ними. Из ила текущих по каньонам мутных рек добывались минеральные богатства. Почвы в низовьях рек отличались исключительным плодородием, и крестьяне собирали богатые урожаи, подгадывая вовремя с посевом и жатвой.

В Даритсе дзеншииты построили гигантскую плотину, перегородив узкое горло каньонов в красных скалах, – дерзкий поступок, демонстрация, что вера и мастерство могут остановить даже мощный ход реки. Перед плотиной образовалось огромное водохранилище, заполненное темно-синей водой. Дзеншиитские рыбаки плавали по этому искусственному озеру на утлых лодочках и ловили большими сетями рыбу в дополнение к злакам и овощам, произраставшим на заливных равнинах.

Плотина Даритса была не просто стеной: ее украшали исполинские статуи, высеченные в скале талантливыми и верующими скульпторами. Два монолитных каменных близнеца высотой в сотни метров символизировали Будду и Мохаммеда, черты скульптурных лиц которых заметно стерло время, легенды и представления идеалистического почитания.

Правоверные установили в теле плотины электрические турбины, вращавшиеся силой водяного потока. Вместе с многочисленными плитами солнечных батарей электростанция Даритса давала достаточно энергии для снабжения всей планеты IV Анбус – не очень, впрочем, большой по сравнению со многими другими известными планетами: ее население составляло всего семьдесят девять миллионов человек. Однако инфраструктура линий связи и энергетической сети превосходила по развитости инфраструктуры других планет, где нашли убежище буддисламские изгнанники.

Именно эта инфраструктура и послужила приманкой, ради которой мыслящие машины решили завладеть IV Анбус. Приложив минимум усилий, Омниус смог бы превратить этот мир в плацдарм для широкомасштабного наступления на планеты Лиги.

Джихад Серены Батлер продолжался с полной силой уже больше двадцати лет. За двадцать три года, прошедших после ядерного разрушения Земли, военное счастье много раз сопутствовало и изменяло каждой из противоборствующих сторон.

Но семь лет назад мыслящие машины начали атаковать несоюзные планеты, бывшие легкой добычей по сравнению с лучше защищенными и более густонаселенными планетами Лиги. Рассеянные по поверхности уязвимых, беззащитных несоюзных планет торговцы, шахтеры, крестьяне и буддисламские беженцы не могли собрать достаточные силы для противостояния Омниусу. Только за последние три года жертвами мыслящих машин пали уже пять несоюзных планет.

Совет Джихада, расположившийся на Салуса Секундус, долго не мог понять, зачем Омниусу понадобились эти совершенно бесполезные планеты; но потом Вориан подметил закономерность. Следуя расчетам и проектам всемирного компьютерного разума, мыслящие машины, словно сетью, окружали миры Лиги, подбираясь все ближе и ближе, готовясь нанести решающий удар по ее столице.

Вскоре после этого Вориан Атрейдес – не без поддержки Ксавьера – потребовал, чтобы Джихад направил войска на защиту несоюзных планет, и массированный неожиданный контрудар Джихада принес свои плоды – Тиндалл был отвоеван у машин. Это была блестящая победа.

Поначалу Ксавьер был полон оптимизма. Армия Джихада прибыла к IV Анбус вовремя благодаря предупреждению тлулаксийского работорговца Рекура Вана. Этот торговец живым товаром с командой своих головорезов совершил налет на планету и захватил много дзеншиитов для невольничьих рынков Замбара и Поритрина. На обратном пути работорговец наткнулся на разведывательный патруль машин, проводивших рекогносцировку IV Анбус. Роботы всегда тщательно готовили свои наступления. Рекур Ван поспешил на Салусу Секундус и сообщил страшную весть Совету Джихада.

Для отражения опасности Великий Патриарх Иблис Гинджо распорядился организовать эту торопливую, но весьма эффективную военную операцию. «Мы не вправе допустить, чтобы еще один мир пал жертвой демонических мыслящих машин, – с пафосом возглашал он на церемонии проводов экспедиции под восторженный рев толпы, размахивавшей оранжевыми цветами. – Мы уже потеряли Эллрам, Колонию Перидот, Беллос и многие другие. Но у IV Анбус армия Джихада встанет насмерть!»

Ксавьер недооценил численность армады, посланной Омниусом к этой отдаленной планете, и хотя силам Джихада удалось расстроить его планы, не получилось самое главное – отбросить роботов прочь.

В перерыве переговоров Ксавьер в душе клял дзеншиитов на чем свет стоит. Те самые люди, которым он собирался помочь, не проявляли к борьбе никакого интереса и отклоняли саму возможность своего вмешательства в конфликт с мыслящими машинами.

Город на красных скалах каньона хранил реликвии и древние рукописи дзеншиитского толкования буддислама. Под сводами пещер мудрецы сберегли оригиналы рукописных «Сутр Корана» и пять раз в день возносили молитвы, услышав клич с минаретов, воздвигнутых на краю каньона. Из Даритса старейшины рассылали по всей планете комментарии к священным книгам, чтобы правоверные не заблудились в эзотерических дебрях.

Ксавьер Харконнен едва сдерживал свое дурное настроение. Он был военным, то есть привык руководить сражениями и боями, отдавать приказания своим солдатам, зная, что они будут беспрекословно выполнены. И понятия не имел, что делать с этими твердолобыми пацифистами, которые – трудно в это поверить – просто отказывались его слушать.

На родине, на планетах Лиги, тоже нарастало недовольство Джихадом, множились протесты. Люди устали от двадцатилетнего кровопролития, не принесшего никаких видимых успехов. Бывали случаи, когда недовольные выходили на демонстрации к гробнице Маниона Невинного с плакатами «Мир любой ценой!».

Да, этих людей Ксавьер мог понять – они устали, они отчаялись, ежедневно теряя своих любимых и близких, убитых мыслящими машинами. Но эти забытые богом буддисламисты, не пошевелившие и пальцем ради сопротивления, являли собой разительный пример безумного, крайнего непротивления.

Цель машин была ясна, и Омниус, естественно, не станет считаться с тем, чего хотят и чего не хотят какие-то религиозные фанатики. Ксавьер должен – обязан во имя Джихада – выполнить свою миссию, но для этого необходимо добиться хотя бы минимального согласия с местными обитателями. Он даже не предполагал, как трудно будет заставить этих людей оценить, чем рискует ради них армия Джихада.

Старейшины дзеншиитов, шаркая ногами, вернулись в зал переговоров, где находились древние культовые предметы, блиставшие золотом и драгоценными каменьями.

Как и прежде, старейшина и религиозный лидер Ренгалид смотрел на Ксавьера каменным взглядом, выражавшим непреклонный отказ. Бритая голова старца блестела от масла какого-то экзотического растения, подстриженные брови были искусно подкрашены. Подбородок скрывала окладистая седая борода, которую старец носил с нескрываемой гордостью. Светлые серо-зеленые глаза резким контрастом смотрелись на загорелом дочерна лице. Зловещий боевой флот мыслящих машин навис над планетой, поражала огневой мощью армия Джихада – но этот человек оставался бесстрастен и бесстрашен. Будто в упор их не видел.

Ксавьер заговорил первым – ему стоило усилия сохранить спокойный тон.

– Мы хотим защитить вашу планету, старейшина Ренгалид. Если бы нас здесь не было, если бы наши корабли не отражали ежедневно натиск машин, то и вы сами, и весь ваш народ давно стали бы рабами Омниуса.

Ксавьер сидел неподвижно, выпрямив спину, на жесткой деревянной скамье напротив предводителя дзеншиитов. Ренгалид ни разу не предложил ему перекусить, хотя Харконнен был уверен, что сам он ел, когда солдаты уходили из зала.

– Рабами? Если вы так сильно озабочены нашим благополучием, примеро Харконнен, то где же были ваши корабли и вы сами несколько месяцев назад, когда тлулаксийский работорговец похищал из наших сел молодых здоровых мужчин и способных к деторождению женщин?

Ксавьер постарался не проявить раздражения. Карьера дипломата никогда его не манила – слишком нетерпелив он был для нее. Он служил делу Джихада верой и правдой, отдавая ему все свои силы. Алая форма символизировала пролитую человечеством кровь, а его невинное дитя Манион – малышу едва исполнилось одиннадцать месяцев – стал первым из новых мучеников.

– Старейшина, что вы сами сделали для того, чтобы защитить свой народ от набега работорговца? Я ничего не знал об этом инциденте до вашего рассказа и не могу ничего поделать с тем, что случилось в прошлом. Я могу лишь гарантировать вам, что жизнь под гнетом мыслящих машин окажется хуже.

– Так вы говорите, но это не опровергает лицемерия вашего собственного общества. Почему мы должны считать, что слово одного рабовладельца честнее слова другого рабовладельца?

Ноздри Ксавьера раздулись от едва сдерживаемого гнева. На что я трачу время?

– Если вы уж так хотите поговорить о старых обидах, то вспомните, что отказ вашего народа с самого начала участвовать в борьбе уже стоил свободы миллиардам людей и обошелся в миллионы смертей. Очень и очень многие полагают, что вы в большом долгу перед человечеством.

– Нам одинаково чужды обе стороны в этом конфликте, – резко парировал седобородый. – Мой народ не примет участия в вашей бесцельной кровавой войне.

Удержавшись от столь же резкого ответа, Ксавьер произнес:

– Тем не менее вы попали между двух огней, и выбирать вам придется – хотя и против воли.

– Чем тираны-люди лучше тиранов-роботов? Я знаю одно: это не наша война и никогда не была нашей.

Рабочие внутри даритской дамбы открыли ворота шлюза и из ладоней двух колоссов – Мохаммеда и Будды – полились две мощные струи прозрачной чистейшей воды. Привлеченный этим внезапным шумом, Ксавьер поднял голову и увидел примеро Вориана Атрейдеса, который безмятежно шагал по вымощенной дороге от своего шаттла, приземлившегося на площадке старого примитивного космопорта. Улыбающийся темноволосый человек приблизился, и Ксавьер не мог в который раз не удивиться – это был все тот же юный, мужественный и стройный Вориан Атрейдес, каким был он после своего бегства с Земли много лет назад.

– Ты можешь умасливать их как хочешь, Ксавьер, но дзеншииты говорят на другом языке – не только в лингвистическом смысле.

Даритский старейшина с негодованием заявил:

– Ваша безбожная цивилизация всегда преследовала нас. Мы не желаем видеть у себя солдат Джихада – тем более в Даритсе, нашем священном городе.

Ксавьер поднял глаза и посмотрел в лицо Ренгалиду.

– Должен – для вашего сведения – сообщить вам, старейшина, что я не позволю мыслящим машинам овладеть этой планетой – не важно, будете вы нам помогать или нет. Падение IV Анбус еще на одну ступень приблизит машин к сердцу Лиги.

– Это наша планета, примеро Харконнен. И вам здесь не место.

Ксавьер побагровел:

– Тем более не место здесь машинам!

Вориана начала забавлять эта сцена. Он взял Ксавьера за локоть.

– Вижу, ты изобрел новый вид дипломатии.

– Я никогда не говорил, что я дипломат.

Улыбаясь, Вориан согласно кивнул.

– Если бы эти люди просто взяли и встали по стойке «смирно», услышав твой приказ, то все было бы гораздо проще?

– Я не оставлю эту планету, Вориан.

Из аппарата связи послышался треск, а потом раздался взволнованный голос Вергиля Тантора:

– Примеро Атрейдес, ваши подозрения оправдались! Наши сканеры засекли секретный лагерь мыслящих машин на плато. Кажется, это передовой плацдарм – там масса строительных машин, тяжелого вооружения и боевых роботов.

– Отличная работа, Вергиль, – отозвался Вориан. – Начинается главная потеха.

Ксавьер обернулся и бросил взгляд на погруженного в себя Ренгалида. Старец не желал больше видеть солдат Джихада.

– Здесь мы закончили, Вориан. Возвращаемся на флагман. Сейчас у нас будет масса дел.

===

Единственного будущего не существует. Для человечества всегда существует множество вариантов будущего, и они реализуются в зависимости от событий, с виду совершенно случайных.

Хроники муадру

Зимия поражала воображение – этот город был вершиной культуры свободного человечества. Обсаженные деревьями бульвары, словно лучи, отходили от величественного комплекса правительственных зданий и огромной мемориальной площади. По площади в разных направлениях беспрерывно деловым торопливым шагом куда-то шли мужчины в костюмах-двойках и дамы в расшитых платьях.

Иблис Гинджо, хмурясь, спешил по этому огромному пространству, направляясь к величественному Дому Парламента. Громада здания создавала иллюзию надежности, внушала веру в незыблемость хода вещей.

Но нет на свете ничего вечного. Ничто не вечно и ничто не надежно.

Его работой было вдохновлять людей, побуждать их к действию, убеждая, что злокозненные машины могут в любое время напасть на любую планету и что есть и среди людей подлые шпионы, втайне сохранившие верность Омниусу, и эти негодяи есть даже здесь, в самом сердце Лиги.

Временами Иблис преувеличивал опасность, но исключительно ради успеха борьбы.

Иблис – широкоплечий сильный мужчина с квадратным открытым лицом – был одет в просторный черный блейзер, украшенный золотым шитьем и сверкающими браслетами. Отстав на несколько шагов, за ним следовали несколько полицейских Джихада – агентов джипола, – всегда готовых молниеносно применить свое смертоносное оружие. Поблизости всегда могли затаиться изменники или наемные убийцы, служащие машинам.

Двадцать лет назад Иблис даровал себе титул «Великого Патриарха Джихада Серены Батлер», и толпа бешено приветствовала своего вождя, стоило ему появиться на публике. Он произносил речи, сплачивал людей, учил их, как думать и как поступать. Подобно Вориану Атрейдесу, Иблис некогда был доверенным человеком машин на Земле. Теперь он стал оратором и государственным деятелем высшего ранга – королем, политиком, религиозным лидером и верховным главнокомандующим, – окутанным во всех своих ипостасях одним харизматическим покрывалом. Он сам, без посторонней помощи проторил свой путь, беспрецедентную дорогу, приведшую его в элиту человеческого сообщества. Он знал историю и ясно видел в ней свое место.

Когда он, поднявшись по широким ступеням подъезда, вступил в высокое, украшенное огромными фресками фойе, в толпе парламентариев и чиновников воцарилась мертвая тишина. Иблис любил смотреть, как начинают люди мяться в его присутствии, краснеть и заикаться от смешанного чувства благоговения и страха.

Перед украшенной нишей – гробницей убиенного сына Серены Батлер Маниона – Иблис остановился с должным смиренным почтением. Манион, которого скульптор изваял в виде ангела, стоял, раскинув руки, готовый принять в дар охапки оранжево-красных ноготков, горевших, словно маленькое скопление сверхновых. Ноготок давно стали называть «цветком Маниона».

Зал был полон. Все места были заняты аристократами или планетными представителями. Именитые гости находились даже в проходах, усевшись на недавно изобретенные портативные кресла-подвески, которые могли парить в любом доступном месте.

Впереди всего собрания сидел монах в оранжево-желтом одеянии, не спускавший глаз с тяжелой прозрачной емкости, внутри которой, в поддерживающей жизнь голубоватой электрожидкости, находился живой человеческий мозг. Стоило ему взглянуть на почитаемого когитора, как Иблис испытал головокружительную радость воспоминаний о мозге древнего философа по имени Экло, поделившегося своими знаниями с Иблисом, бывшим тогда на Земле всего лишь надзирателем рабов. Да, какими горячими, полными надежд и возможностей были те незабываемые дни…

Этот же когитор, мозг женщины-философа по имени Квина, не слишком охотно делился с Иблисом, не хотел давать советы. Но несмотря на это, Иблис часто приезжал в Город Интроспекции, чтобы просто посидеть у емкости с мозгом Квины в надежде чему-нибудь научиться. В своей жизни он видел только двух когиторов, но замечательные органические мыслящие единицы не переставали до глубины души впечатлять его. Они настолько превосходили Омниуса, были настолько изящны и так человечны, несмотря на свои очевидные физические ограничения.

Заседание парламента уже продолжалось несколько часов, но до появления Иблиса на нем не могло происходить ничего важного. Так было устроено заранее. Незаметные союзники Иблиса среди Представителей Лиги блокировали работу парламента бюрократическими процедурами и многословными обсуждениями ничего не значащих мелочей, чтобы тем эффектнее выглядел Иблис Гинджо, сразу решающий все проблемы.

На трибуне стоял представитель Хагала Хостен Фру и бубнил что-то невразумительное по поводу ничтожной коммерческой проблемы – спора между корпорацией «Вен-Ки» и правительством Поритрина в связи с патентами и правами на продажу плавающих светильников, начавших входить в моду.

– Исходная концепция основана на работах помощницы саванта Тио Хольцмана, но «Вен-Ки» торгует новой технологией без всякой компенсации Поритрину, – гудел с трибуны Хостен Фру. – Я предлагаю создать комитет, чтобы разобраться в существе дела и вынести решение…

Иблис мысленно улыбался. Ага, и ничего этот комитет не сможет решить. Хостен Фру казался абсолютно некомпетентным политиком, блокировавшим работу Лиги высосанными из пальца проблемами и выставлявшим правительство в неприглядном свете – таким же бессильным, как Старая Империя. Но никто даже не подозревал, что представитель Хагала был всего лишь тайным агентом Иблиса. И эта марионетка превосходно делала свое дело: чем более очевидной становилась некомпетентность правительства, чем больше показывала Ассамблея Лиги свою неспособность решать даже простые вопросы, особенно в критических ситуациях, тем больше дел делегировалось на рассмотрении Совета Джихада – органа, полностью подконтрольного Иблису Гинджо.

Излучая несокрушимую уверенность в себе, Иблис торжественно вступил в зал заседаний. Как приближенный самой Серены Батлер, он являлся полномочным представителем всего человечества в Священном Джихаде против мыслящих машин.

После беспощадного атомного разрушения Земли прошло десять бурных лет. Старый Манион Батлер ушел с поста вице-короля Лиги, попросив, чтобы на это место была назначена его дочь Серена. Она была избрана под шумное одобрение собравшихся, но настояла на том, чтобы ее называли лишь «временной вице-королевой» до окончания войны. Иблис был в полном восторге. Постепенно он втерся в доверие к Серене и стал ее ближайшим советником. Он писал для нее речи, разжигая истерию крестового похода против машин.

Высоко подняв голову, он прошествовал по устланному толстым ковром проходу и подошел к трибуне. Проекторы показали увеличенное лицо Иблиса на экранах по обе стороны зала. Хостен Фру, немедленно проявив должную почтительность, замолчал и, низко поклонившись, сошел с трибуны.

– Я с радостью отдаю оставшееся в моем распоряжении время выступления нашему Великому Патриарху.

Иблис взошел на сцену, пересек ее и, сложив на груди руки, формально поблагодарил Хагальского представителя, спешно покинувшего, сцену, за любезность. Прежде чем Иблис успел собраться с мыслями, из зала раздался протестующий голос:

– Я требую соблюдения порядка!

По голосу Иблис тотчас узнал женщину – Муньозу Чен, докучливую представительницу отдаленной планеты Лиги – Пинкнона.

Иблис обернулся к ней, с трудом сохранив на лице маску терпения. Тем временем представитель Пинкнона, встав, заговорила:

– Я сегодня уже ставила вопрос о дополнительных полномочиях, переданных от парламента Совету Джихада без соответствующей процедуры. Обсуждение было отложено до того момента, когда на заседании Ассамблеи появится авторитетный член Совета. – Чен сложила руки на маленькой груди. – Я полагаю, что Великий Патриарх Гинджо уполномочен выступать от лица Совета.

Иблис холодно улыбнулся женщине.

– Я не для этого пришел сегодня в Ассамблею, мадам Чен.

Но эта несносная женщина и не думала садиться.

– На повестке дня незаконченное дело. Официальный протокол требует решить его, прежде чем переходить к следующему вопросу.

Иблис умел улавливать нетерпение толпы и использовать его к своей выгоде. Они пришли слушать его, а не следить за утомительной дискуссией о несущественных протокольных проблемах.

– Вы сами даете сейчас наглядный урок, объясняя, зачем был образован Совет Джихада: чтобы принимать быстрые и неотложные решения, не увязая в бюрократической трясине.

По залу прокатился одобрительный ропот. Улыбка Иблиса потеплела.

В течение первых тринадцати лет объявленного Сереной Батлер Джихада Парламент Лиги изо всех сил старался решать экстренные вопросы военного времени с помощью той же неуклюжей государственной системы, что действовала в течение предыдущих столетий неустойчивого мира. Вышло так, что пока политики торговались, взвешивая «за» и «против», целые протектораты исчезали под натиском машин, не дождавшись спасательных экспедиций. После катастроф, постигших Эллрам и Колонию Перидот, возмущенная Серена Батлер обратилась к парламенту с пламенной речью. Она выразила свое негодование и (что было еще хуже) разочарование тем, что парламентарии ставят свои личные амбиции выше необходимости борьбы с реальным врагом.

Стоявший тогда рядом с ней Иблис немедленно перехватил инициативу и предложил создать Совет Джихада, который бы взял на себя оперативное решение всех вопросов, непосредственно связанных с Джихадом, оставив в ведении парламента менее неотложные торговые, общественные и внутренние дела, которые можно было обсуждать в ходе неторопливых парламентских дебатов и слушаний. Военные вопросы надо было решать быстро, не отвлекаясь на мелочи, и тут тысячеголосый парламент мог служить только досадной помехой.

Во всяком случае, Иблис сумел убедить в этом парламентариев. Его предложение прошло подавляющим большинством голосов.

Но даже теперь, десятилетие спустя, старые политические методы продолжали тормозить прогресс. Одобрительный ропот ласкал слух, и Иблис снова посмотрел на представительницу Пинкнона взглядом, исполненным многострадального терпения.

– И в чем же заключается ваш вопрос?

Муньоза Чен, казалось, не замечала поднявшегося в зале шума.

– Ваш Совет продолжает находить все новые и новые функции, подпадающие под его юрисдикцию. Изначально ваша работа ограничивалась надзором за армией Джихада в вопросах проведения военных операций и за деятельностью джипола. Теперь Совет занимается беженцами, распределяет финансирование и припасы, вводит новые пошлины и налоги. Когда кончится эта тревожная экспансия и движение к авторитаризму?

Иблис про себя решил, не откладывая, поручить командующему полицейскими силами Йореку Турру тайно покопаться в биографии этой женщины. Может быть, придется даже найти «свидетеля», который выступите неопровержимыми доказательствами «сговора» Чен с мыслящими машинами. Турр такие вещи хорошо умел. А может, она, как это ни прискорбно, скончается от какой-то не обнаруженной ранее болезни.

Иблис принялся невозмутимо отвечать:

– Оказание помощи выжившему мирному населению и беженцам из зоны военных действий – очень важная часть мандата Совета, как и подготовка военно-полевых хирургов, распределение медикаментов и продовольствия. Когда мы всего лишь год назад отвоевали Тиндалл у машин, Совет Джихада немедленно приступил к гуманитарным операциям. Введением экстренных законов о налогах на роскошь на благополучных планетах мы смогли дать этим нечастным людям кров, лекарства, надежду. Если бы мы оставили все это на усмотрение Парламента Лиги, мадам Чен, то вы бы до сих пор обсуждали этот вопрос на своих открытых заседаниях. – Он обвел взглядом подиум, а потом, словно подумав, добавил: – Я не слышал ни одной жалобы от населения Тиндалла.

– Но расширение Советом пределов своей компетенции без соответствующего голосования…

  Читать   дальше   ...   

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

---

Источник : https://4italka.su/fantastika/nauchnaya_fantastika/94206/fulltext.htm 

---

Словарь Батлерианского джихада

---

 Дюна - ПРИЛОЖЕНИЯ

Дюна - ГЛОССАРИЙ

Аудиокниги. Дюна

Книги «Дюны».   

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

---

---

ПОДЕЛИТЬСЯ

---

 

Яндекс.Метрика

---

---

---

---

Фотоистория в папках № 1

 002 ВРЕМЕНА ГОДА

 003 Шахматы

 004 ФОТОГРАФИИ МОИХ ДРУЗЕЙ

 005 ПРИРОДА

006 ЖИВОПИСЬ

007 ТЕКСТЫ. КНИГИ

008 Фото из ИНТЕРНЕТА

009 На Я.Ру с... 10 августа 2009 года 

010 ТУРИЗМ

011 ПОХОДЫ

012 Точки на карте

014 ВЕЛОТУРИЗМ

015 НА ЯХТЕ

017 На ЯСЕНСКОЙ косе

018 ГОРНЫЕ походы

Страницы на Яндекс Фотках от Сергея 001

---

***

***

---

О книге -

На празднике

Поэт  Зайцев

Художник Тилькиев

Солдатская песнь 

Шахматы в...

Обучение

Планета Земля...

Разные разности

Новости

Из свежих новостей

Аудиокниги

Новость 2

Семашхо

***

***

Прикрепления: Картинка 1
Просмотров: 157 | Добавил: iwanserencky | Теги: фантастика, чужая планета, книга, ГЛОССАРИЙ, слово, из интернета, Хроники Дюны, текст, люди, миры иные, Будущее Человечества, Вселенная, писатели, литература, Брайан Герберт, проза, будущее, Крестовый поход машин, Хроники, книги, Кевин Андерсон | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: