...дракон... 212 - 8 Сентября 2025 - Персональный сайт

Главная » » ...дракон... 212

22:21

...дракон... 212

***

===

Глава 1031

Даже стоя на расстоянии в десять километров, на стене стен Сухашима, Огнешь чувствовал ту мощь, которая исходила от сражающихся. Их битва для него представала лишь в образе разноцветных вспышек и образов, который то появлялись, то исчезали.
Они сражались лишь несколько секунд, но превратили земли вокруг себя в последствия недельной бомбардировки воздушным флотом.
А теперь же, встав друг напротив друга и что-то проговорив, казалось, готовились к финальному удару.
Безумный Генерал поднял меч. Держа его вертикально над головой, он смотрел на стремительно чернеющее небо. Где-то вдали, Огнешь мог поклясться, он услышал бой боевых барабанов.
Но все барабаны Сухашима в данный момент молчали.
А бой только приближался. Жуткий и страшный. Будто с той стороны снежных туч по небесам мчалось воинство. Стучали копыта боевых лошадей. Звенели мечи и топоры о щиты. Потрясали копья и алебарды о землю. Луки звенели натягиваемой тетивой.
Затем ударил гром.
Яростным боевым кличем он прокатился по земле, раскалывая камни, разбросанные после схватки двух воинов.
И когда Огнешь уже было спрятался за выступ. Не от страха, а из чистого благоразумия. Его взгляд, неожиданно, привлекла другая величественная картина.
Снег закружился вокруг орка со стольными руками и ногами. Многотонные снежные массивы, превратившись в сферу, сокрыли его от взора людей и орков, а когда спали, то перед Безумным Генералом стоял волк.
От морды до хвоста он был длиной в двадцать метров, а высотой в холке оказался выше, чем стена Сухашима. Он словно завис в воздухе и лишь передними лапами стоял на вершине каменного клыка.
Запрокинув морду, он завыл. Высоко и утробно. И полный тоски, но в то же время — жажды битвы, вой разнесся по долине и на пару мгновений заглушил жуткий гром.
И, когда опустилась тишина, с неба, прямо в Безумного Генерала, ударила яркая, синяя молния, больше похожая на дракона, чем на саму молнию.
То, что происходило перед его глазами, Огнешь не мог себе вообразить даже в самой смелой фантазии, навеянной песнями бродячих менестрелей.
Будто боги действительно соли с Седьмого Неба и перед глазами смертных устроили свою битву.
* * *
Прикрыв глаза, Хаджар словно исчезал внутри… нет, не потоков Реки Мира, а самого окружавшего его мира. Его душа растворялась в ветре, который проникал внутрь его тела и устремлялся к небу.
И вместе с ним в этом небе исчезал и Хаджар.

[
Экстренное сообщение! Уровень опасности повторения сценария “Кокон” растет 46/100… 58/100…
]

Он был там. На этом небе. Он чувствовал как облака, будто плиты континентов, сталкивались и как снег зарождался в их недрах. И он чувствовал эти облака. Чувствовал, как они лежали на плечах могучего титана, который нес их над всем миром, даже не замечая веса.
Чувствовал, как этот же титан, порой свирепый, как лев, а иногда кроткий, словно домашний котенок, присутствовал всюду в этом огромном безымянном мире.
Разом. Везде. Одновременно и одномоментно.
Хаджар чувствовал его покой и его ярость.
Вбирал в себя каждое мгновение, которое с самого рождения провел рядом с этим титаном.
Он пытался услышать его … понять его… осознать его имя.

[
Экстренное сообщение! Уровень опасности повторения сценария “Кокон” растет 62/100… 74/100…
]

Шкала впадения в состояние медитации Гусеницы и Бабочки стремительно заполнялась, но Хаджару было все равно. Он должен был… должен был…
И тут он посмотрел вниз. Себе под ноги.
Или, может, посмотрел на верх.
Или прямо перед собой.
В сторону или назад.
Он не знал, куда именно смотрел, но видел белого волка. Волка, который пришел умереть в битве.
Хаджар не хотел его убивать, но должен был подарить как можно более быструю смерть. И тогда он обратился к титану за помощью.
И ему ответил старец с лютней в руках. Он положил в протянутые руки Хаджара обжигающую полоску стали, которую предварительно вытянул изнутри самого Хаджара.

[
Экстренное сообщение! Уровень опасности повторения сценария “Кокон” растет 80/100… 98/100…
]

Хаджар схватил её и соединил со своим мечом.
Его брат уйдет быстро и безболезненно. И, однажды, они встретятся вновь.
* * *
Огнешь смотрел на то, как молнии кружили в небе над головой Безымянного Генерала. Спиралью они сужались, пока, как сперва показалось, из их центра не ударил поток синего света. Но, стоило присмотреться, становилось понятно, что это не поток света, а тысячи, сотни тысяч и мириады синих молний, которые без устали били в острие подставленного под них клинка.
Их чириканье, сперва похожее на пронзительный крик птицы, вдруг громыхнуло самым сильным и яростным ударом грома, который только слышал в своей жизни Огнешь.
Кровь потекла из его ушей.
Задрожали стены Сухашима.
Вспенилась морская вода и огромный волны хлынули на берег, чтобы разбиться о фигуры орков, что-то вопящих и потрясающих оружием.
А затем, когда все на мгновение стихло, то Огнешь увидел лишь застывшего в прыжке белого волка и рассекшего его белую молнию.
Он не то что не увидел и не смог почувствовать стремительного рывка Безумного Генерала. Но несколько секунд его разум отказывался осознавать того, что Безумный Генерал переместился с одного каменного клыка, на другой.
Он медленно убирал меч в складки одежд, сформировавших ножны.
За его спиной изнутри огромного белого волка падал на землю пронзенный мечом орк. И кроме одной, маленькой раны прямо на сердце, казалось, не было ни одного другого видимого глазу повреждения.
А затем, еще до того, как орк коснулся земли, над поединочным кругом, вдруг, расправил крылья огромный дракон.
Сотней метров в длинную, десять в ширину он вытянулся куда-то на восток и устремился в полете полным хищной красоты и ярости.
Он рассек огромные волны цунами. Его крылья — жгучие молнии, испарили воду в море до такой глубины, что только через два удара сердца кипящее море смогло закрыть обнаженное дно.
Но полет дракона не остановился.
Его тело — потоки синего ветра, похожие на меч, пронзили десятки километров, а затем, где-то над землями Ласкана, они взорвались смерчем, разорвавшим землю и облака.
И, когда все стихло, Огнешь смотрел на то, как Безумный Генерал, сидя на земле, держал орка. Он прижимал его к груди, удерживая в полусидячем положении.
* * *
— Скажи… брат мой… я сражался… достойно? — Степной Клык говорил медленно. Чавкая и с трудом размыкая губы.
Хаджар проглотил комок в горле.
— Достойнее, чем кто бы то ни был, брат мой.
— Это… хорошо… значит, предки… примут и… простят.
— Они будут горды тобой, — Хаджар прижимал к себе Степного Клыка так сильно, будто надеялся, что сможет удержать тлеющую жизнь в теле старого друга. — И тысячи лет о тебе будут петь песни свободные охотники. И слава степных орков никогда не угаснет. Пройдет сотня эпох, но о вас будут помнить.
— Да… — протянул Степной Клык. — окажи мне… последнюю услугу… брат…
— Какую?
Степной клык взглядом указал чуть дальше на северо-восток. Туда, где находились его родные степи.
— Не хочу… умирать… так… лежа… не видя дома… помоги встать.
Хаджар, вновь проглотив тугой ком, поднялся. Он потянул Степного Клыка на себя. И орк, с пронзенным сердцем, лишь одной волей и целеустремленностью удерживая жизнь в теле, поднялся.
Опираясь на Хаджара, он, прикрыв глаза, подставил лицо рассветному солнцу. И лучи, горячим дождем упавшие на снег, окрасили его самым ярким золотом.
Золотом Ласканских степей.
— Любовь моя… — прошептал последний потомок первых орков. — сын мой… я… до…
Степной Клык вздохнул последний раз и жизнь покинула его. Но когда Хаджар отодвинулся, чтобы уложить мертвого брата на землю, тот остался стоять.
Его жизнь покинула тело, но воля осталась. Воля, которая не позволила свободному охотнику умереть лежа.
Лишь стоя.
Как завещали предки.
Хаджар, встав рядом, поднял в небо меч. И рев дракона разнесся на многие километры вокруг:
— Mok’tan Senh’ad!
И миллион орков, подняв оружие, вторили этому реву:
— Mok’tan Senh’ad!
Еще долго над равнинами разносилось:
— Mok’tan Senh’ad!
* * *
В золотых землях бескрайних степей паслось стадо оленей. Внезапно они побежали в разные стороны. Но один из них не успел.
Ему в шею вцепился большой белый волк. Уложив еще дрожащую добычу на землю, он грозно рыкнул.
Из травы, шурша и поскуливая выбрался маленький волчонок — точная, только миниатюрная, копия своего отца.
Большой волк взглядом темных, теплых глаз, будто говорил:
— “Смотри и учись, сын мой”.

Глава 1032

Генерал Декой Шувер, к радости многих придворных и аристократов, выглядел уставшим и слегка постаревшим. Его кожа стала суше и несколько более серой, пальцы иногда дрожали, а узловатые суставы торчали скальными буграми.
Теперь он немного прихрамывал. Но не от боли, а от глубокого истощения. И только маслянистый взгляд давал понять, что Декою, в целом, все равно, что о нем думают люди — он просто хотел отдохнуть.
В идеале — развестись.
Но вряд ли Его Императорское Величество позволит Декою избавиться от этой… этого… существа. Хотя, стоило отдать должное, оно знало как доставить мужчине в постели наслаждение столь высокое и чистое, что кроме него уже ничего больше не захочется.
Совсем как наркотик из черного лотоса, который наемники Чужих Земель втирают себе в десны, чтобы не знать усталости и страха в бою.
С этими мыслями, мыслями об утехах со своей женой (если так можно было назвать нечеловеческое создание) — Летицией Шувер, глава тайной канцелярии зашел в рабочий кабинет Императора.
В коридоре, как всегда, ждали аудиенции десятки самых разных персон.
Шувер улыбнулся.
Он знал, что большинству из них, сколько они не регистрируйся у секретаря, не ожидай свои очереди, а на аудиенцию не попасть. Самое парадоксальное, что это осознавали и сами ждущие.
Они приходили сюда уже вовсе не для встречи с Императором, а с теми, кто как и они, так же ожидали своего часа короткой беседы с правителем Дарнаса.
Около кабинета Императора, как знали все в столице, сватались династические браки, ссорились роды дворян и аристократии, заключались крупные торговые сделки и тому подобное.
Серпентарий, не иначе.
Внутри же кабинет Моргана Бесстрашного выглядел точно так же, как и всегда. Шкаф, стол и огромные кипы бумаг, пергаментов и табличек из различных материалов.
У окна, спиной к оному, сидел Морган. В простых, но дорогих одеждах, с подвязанными волосами и короной, повешенной на подлокотник его рабочего кресла.
Он внимательно вчитывался в один единственный документ, лежащий на его столе. И, судя по печати корпуса Стражей, документ принадлежал руке Балигора Стойкого — относительного родственника Моргана.
Относительного, потому что кровной связи между ними, а единственный мост связывающий Великого Героя и Императора помимо долга, была жена самого Императора, которая являлась сестрой Балигора.
Отношения между Стойким и Бесстрашным, на памяти Шувера, складывались по разному. От глубокой, чистой вражды, до дружбы и взаимопонимания.
— Декой, — не отвлекаясь от документа Морган указал на стоящий перед столом стул с ситцевой сидушкой, а затем поднял бокал с алой жидкостью и немного оттуда отпил.
Летиция Шувер…
Теперь, благодаря этой… этому существу, глава тайной канцелярии знал, что именно, на постоянной основе, пил Император. И, видят боги и демоны, это внушало как уважение к глубокой самоотверженности Моргана, но и столь же глубокие отвращение и омерзение.
— А, ты про это, — Морган покачал бокалом, а затем поставил его рядом с собой. — Все мы ищем силы, Декой…
— Но такой ценой, мой Император…
— У большой силы — большая цена, — Морган говорил спокойно, глаза его цепко ухватывались за вереницы букв в пергаменте донесения, но в голосе звучала легкая печаль. — Я уже давно достиг своего предела… это позволяет мне зайти дальше, чем мне уготовила Книга Тысячи.
— Но цена…
— Как мой сын? — перебил Морган. Чуть властно и куда более строго.
Декой тут же подобрался, выпрямился и прокашлялся.
— В роли адъютанта генерала третьего легиона, он достойно сражается на северных рубеж фронта, мой Император. Показывает себя умелым мечником, офицером с холодной головой и весьма толковым полководцем.
— Хорошо, — кивнул Морган. — пусть соберет себе отряд из сотни тех, кого выберет сам. И с этим отрядом отправиться в равнину Дельфи.
Декою сперва подумалось, что он ослышался. Что Морган говорил не серьезно.
Долина Делфи, находящаяся в неделе лета от столицы Ласкана, была предметом изысканий Тайной Канцелярии последние два века. И, к моменту, когда началась война, а Регент-мать Ласкана решила уколоть противника Дереком Степным и его мертвыми, то про Делфи, наконец, удалось выяснить все детали.
Именно там находилась главная мануфактура Ласкана, занимавшаяся производством высокоуровневых големов. Да, даже для того, чтобы произвести одного голема уровня Рыцаря Духа требовалось столько ресурсов, что за их стоимость можно было тысячу Небесных Солдат поднять до того же уровня, но…
Декой хорошо знал преимущества и опасность големов в битве. Он был еще молод в те времена, когда Морган, надев на себя генеральские регалии, вытаскивал из праха забвения полуразваленный, погрязший в коррупции и распрях, ослабший Дарнас.
Деспотичной рукой дектатора он вытащил Дарнас за его же волосы из того болота, в котором погрязла Империя. Шувер, в те годы, служил писарем при армии и лишь смотрел на подвиги, которые совершали Балигор, Касий, Морган, Тирисфаль-Орун и прочие адепты, которые впоследствии стали Великими Героями.
И, видят боги и демоны, сотня големов Рыцаря Духа, без всякого сомнения, стоит всех тех ресурсов, что тратятся на их создание.
Точно так же, как окупаются затраты на строительства военных судов равных “Ярости Смертного Неба”.
— Он должен задержать производство големов, — будничным тоном продолжил. — В идеале — привести мануфактуру в полную непригодность.
— Но… мой Император, — Шувер, вытирая платком пот со лба, с трудом мог поверить в то, что Морган говорил серьезно и это не какая-то неуместная шутка. Хотя, за всю жизнь, глава Тайной Канцелярии не помнил, чтобы Император хоть раз шутил. — Долина Дельфи… она защищена немногим хуже, чем столица Ласкана… Даже получись у нас десантировать туда четыре из девяти наших легионов, мы бы осаждали её десятилетие!
— Именно поэтому нам нужно не рубить с плеча топором, а тонко уколоть кинжалом, Шувер. Тебе ли этого не знать… Или твои люди работают как-то иначе.
— И все же… так рисковать наследником… эта миссия невозможна, мой Император. И стране, — Декой покосился на бокал с алой жидкостью. — стране нужен будет Император.
— Именно, — Морган так и не отвел взгляда от документа. — стране нужен Император, для которого невозможное — возможно. Пора моему сыну повзрослеть. Завтра же он получит мой приказ. Головой за это отвечаешь.
— Д-да, конечной, мой Император, — склонил ту самую голову Декой. Когда Морган говорил кому-то, что тот отвечал головой, то это было совсем не в переносном смысле и далеко не пустая угроза.
— Скажи мне, наша маленькая партия в Сухашиме увенчалась успехом?
— Полный, мой Император, — вздохнул от облегчения, что Морган перевел тему, Декой положил ему на стол два пергаментных свитка. — Как мы и предполагали, орк, созвавший Большую Охоту, действительно был знаком с Хаджаром Дарханом. Они сразились. Битва закончилась буквально три часа назад.
— Результат?
— Безоговорочная победа Безумного Генерала.
Морган, впервые за разговор, поднял взгляд на Декоя.
Глава Тайной Канцелярии лишь пожал плечами.
— Уже вся столица, а значит и вся страна знает о его прошлом. Так что я подумал, что будет удобней, если мы не станем искусственно создавать ему какое-то другое прозвище.
Морган недолго подумал и кивнул.
— Логично, — только и сказал он. — что с орками.
— Здесь, уже как и предполагали вы, мой Император, они действительно развернулись в сторону Ласкана.
Император, кивнув еще раз, отложил документ и потянулся. Хрустнули затекшие суставы шеи и локтей.
— Знаешь, что меня интересует во всем этом, Декой?
— То, что если про орков узнали мы, то узнала и регент-мать?
— Именно. И, если она знала про горы Да’Кхасси, а она не могла знать — на её земле случилось. То предполагала, что я не просто так отправлю почти равного Великому Герою в захолустный Сухашим. Но, при этом, никак на это не отреагировала и позволила оркам высадиться, а теперь и развернуться к её границе… что-то в этом не так.
— Может у неё есть свои интересы на зеленокожих?
— Не все из них зеленые, Шувер… или те часы, которые я отвел тебе в моей библиотеке, ты потратил в пустую?
— Нет, мой Император, просто к слову пришлось…
— К слову пришлось… к слову приходится то, что пока регент-мать будет занята своей интрижкой с орками, мы ударим по Делфи.
Тут Декой прокашлялся.
— Что еще, генерал?
— Мой Император… насчет почти, — Декой сделал ударение на этом слове. — равному по силе Великому Герою…
— Ну?
Вместо ответ Шувер лишь пододвинул свой доклад.
— Прочитайте… наш человек все подробно описал… Настолько, насколько ему позволяло его понимание.
Брови Моргана слегка приподнялись. Лучшая ищейка Тайной Канцелярии — Безымянный адепт что-то не понял в действиях Повелителя?!
Что же — хоть что-то интересное с момента начала войны.

Глава 1033

Чин’Аме сидел на горном пике. В позе лотоса, положив на колени посох, он держал его руками и вглядывался в облака, плывущие у подножия горы. Под ними распростерлись долины границы Ласкана и Дарнаса. Чуть дальше, севернее — степи орков… бывшие степи, если говорить откровенно.
Со смертью последнего из прямых потомков первого орка, очередная расса Первых была обречена на упадок и скорую гибель. Так, как это уже произошло с нагами, жителями подводных глубин.
Чин’Аме, еще будучи послушником павильона Волшебного Рассвета имел доступ к самым запретным из книг. Из них он узнал не только о нагах, исчезнувших из безымянного мира еще до того, как расправил крылья регион Белого Дракона, но и о многих других рассах.
Десятках и сотнях.
Их вытесняли. Их линии крови прерывали. Их воля исчезала, а вместе с ней и история мира.
— Однажды, — прошептал Чин’Аме. — здесь не останется никого, кроме людей и младших зверей.
— Ты боишься, старый враг?
Рядом с ним сидел Министр Джу. В своих изысканных, дорогих одеждах. С украшениями работы лучших подгорных гномьих мастеров.
В его волосах блестели волшебные драгоценные камни. А ногти были украшены толченым Солнечным Золотом. Или, как его называли маги и волшебники — истинным золотом.
Его добывали в столь малом количестве, что каждая унция имела стоимость, которую уважали даже в стране Бессмертных. Правда если в регионах истинное золото считалось драгоценностью первой пробы, то в стране Бессмертных его использовали в качестве валюты.
Последние несколько месяцев, после приказа Императора Рубинового Дворца, Чин’Аме и Джу только и делали, что играли в догонялки.
Министр сразу же понял, что глава Волшебного Рассвета знает, где находиться беглый дракон. И потому преследовал его по пятам.
Чин’Аме, мудрец и маг, в свою очередь, пытался запутать след. Он использовал свои лучшие заклинания, вплетая в них магию Слов и волю, но, как бы ни был он могущественнен, министр не отставал.
И это делало ему честь.
Показывало, как достойного бойца.
— Я помню времена войны Трех Зверей, министр, — Чин’Аме провел пальцами по плывущему под ним облаку. Из него поднялись туманные фигуры дракона, феникса и тигра. Они били друг друга хвостами, драли когтями, кусались и клевали. — Я помню войну, которую привела к падению Первого Императора Драконов. Я помню войну, в которой брат шел на брата, отец на сына, мать убивала дочь… Я помню, как строили Рубиновый Дворец. Я помню, как Травес — герой и предатель, пришел за жизнью нашего Императора.
— И я помню все это, Чин’Аме, — Джу тоже провел рукой по облаку и фигуры трех зверей сменились лишь на одну — закованного в цепи дракона. — и я помню, как эпохи назад, именно ты накладывал свои могучие заклинания на цепи, которые сковали Травеса.
— Я не горжусь этим, Джу. И однажды, за свои грехи, я отплачу перед Высоким Небом и нашим предком.
Они замолчали. Каждый думал о чем-то своем. Оба — и Джу и Чин’Аме были одними из старейших драконов, живших в этом регионе.
Джу помнил рассказы своего старого прадеда, которого успел застать живым. Тот рассказывал, как участвовал в войне с Черным Генералом.
Чин’Аме мог похвастаться тем же.
Все же, у них был один прадед… Правда родственниками они себя не считали, как не считали и братьями.
Слишком многое, за прошедшие эпохи, пролегло между кузенами, чтобы вновь вспомнить про братские узы.
— Скажи мне, где находиться этот дракон, — Джу еще раз взмахнул рукой и туманная фигура дракона превратилась в человеческую. — Или мне лучше сказать — где находится этот человек?
Чин’Аме слегка сжал посох, но не рискнул атаковать Джу. И не потому, что боялся проиграть, а просто потому, что соверши он столь необдуманный поступок, как весь его план полетел бы в бездну.
Нет, он не мог настолько оплошать.
— Как ты понял? — только и спросил Чин’Аме.
— Это было не так уж сложно. Я проследил историю Травеса вплоть до момента, когда он покинул страну и отправился в свое путешествие. Отыскать в истории упоминание о нем было, конечно, труднее, но я справился. Скрестить свою кровь с человеческой… многие молодые и горячие драконы метают свое семя по земле смертных, но… но оставить человеку технику “Пути среди Облаков”…
Чин’Аме вздрогнул.
Он не говорил министру Джу, что Хаджар, потомок Травеса, обладает техникой “Пути среди Облаков”… Так что откуда об этом мог узнать министр?
Волшебник посмотрел на чиновника Рубиного Дворца. Тот сидел рядом и смотрел на земли, раскинувшиеся у подножия гор. Для них они находились едва ли не на расстоянии вытянутой руки, на деле же их горный пик, теряющийся в высоте, расположился за сотни километров от границы Ласкана и Дарнаса.
Что скрывал министр Джу и какие цели он преследовал.
— Зачем тебе нужен этот человек, министр?
— А тебе зачем, маг?
Чин’Аме с легкостью парировал вопрос.
— Императорский род обречен на упадок, если первый том техники, созданной нашим предком — Белым Драконом, чье правое крыло пронзало пространство, а левое — время, не вернется обратно на родину. А вместе с упадком императорского рода, падет, однажды, и наша страна. А вместе с ней весь регион Белого Дракона будет обречен на вымирание.
— И ты, Чин’Аме, конечно же не хочешь, чтобы мы вымерли.
— Странно слышать такие слова от министра, Джу! Всю свою жизнь я положил на то, чтобы помочь привести страну Драконов к процветанию! Чтобы наши дети и их дети могли жить свободно и свободно парить среди облаков Высокого Неба.
Джу только улыбнулся.
Великий Белый Дракон… даже в его зубах можно было увидеть следы порошка из истинного золота. Этот дракон не знал меры в своей алчности.
Нет, все хозяева небес страстны к драгоценностям, но до такого сумасшествия никто из них еще не доходил.
— И вот чего ты добился, мудрец Чин’Аме. Мы сидим с тобой здесь, далеко от нашей родины, от горных пиков и зеленых равнин и лесов Страны Драконов. Сидим в регионе смертных. Смотрим на то, как умер последний носитель воли Первого Орка под рукой полукровки, которого ты укрыл.
Чин’Аме резко поднялся на ноги. Посох засиял в его руках чистой энергией.
— Не стоит, — поднял ладонь министр Джу. — сейчас не время забирать его. Повелитель… как это интересно… Путь Среди Облаков может привести лишь к стадии, равной Рыцарю Духа, но он достиг Повелителя… Это стоит того, чтобы потратить немного времени на наблюдение.
Маг, признавая свое полное поражение, опустился рядом с министром. Тот лишь похлопал его по плечу.
— Не расстраивайся, кузен, — улыбнулся Джу. — ты силен в магии и твоя мудрость глубока и крепка, но… в своем обучении ты упустил такие нюансы, как хитрость, подлость, бесчестие и интриги.
— А ты, смотрю, в них преуспел.
По лицу Джу пробежала легкая тень.
— Может и так… — он отвернулся и посмотрел на облака. — Но вот мы сидим здесь с тобой. Древние драконы. Могущественные существа… и мы не в праве испепелить эти людишек. Забрать у них то, считаем нашим. И пребываем мы с тобой вовсе не в своей истинной форме, а в облике людском, находя его более удобным и правильным.
— Что ты хочешь этим сказать, Джу?
— То, что, кажется, твоя жизнь была потрачена впустую, — министр указал пальцем на армию орков. — их судьба — наша судьба.

Глава 1034

Хаджар смотрел на то, как в ночи пылает костер погребального костра. Стены Сухашима остались позади, а сам Хаджар стоял среди армии орков.
Единственный человек.
Но никто не поднимал оружия или руки на убившего последнего потомка Первого Орка, последнего из племен степных орков, последнего из племени Степного Волка.
Погребальное пламя постепенно забирало тело Степного Клыка и пеплом уносило его к небу.
Звучали горны. И стоял плач.
Хаджар смотрел на то, как плачут орки. Свободные охотники. Прирожденные воины, которые с самого рождения сражались за право жить под светом безымянной звезды, которую люди называли солнцем.
Ирмарил… так его называли когда-то очень, очень давно.
Орки, сидя на земле, глухо стучали обухами топоров, копий, палиц и кулаков о землю. И в их глубоком вое, отдаленно напоминающим волчий, слышалось что-то воинственно печальное.
Что же — возможно, все воины всех расс плакали на тризне одинаково…
Хаджар, подойдя к костру, пламя которого испепелило бы иного адепта даже стадии Рыцаря Духа, положил на грудь уходящему в поля вечной охоты брату волчий клык.
— Пусть охота твоя будет богата, брат мой, — прошептал Хаджар и, отодвинувшись, направился обратно в крепость.
Он шел среди орков и те, оказываясь у него на пути, прикасались к груди, затем ко лбу, а затем что-то к небу. В абсолютной тишине, нарушаемой лишь плачем. Плачем не столько по орку, которого большинство из них не знало, а сколько по уходящей истории.
По пропавшей связи с предками.
Еще тридцать шесть лет назад, в мире Земли, Хаджар… Боря… Борей… не понял бы такого поведения. Но теперь…
Впереди показались чернокожие орки Ущелья Смерти. Хаджар напрягся, но те, даже не скаля клыков, в молчании прошли мимо. Что же — не плюнули, хотя бы, на землю.
— Маленький брат, — Хаджар резко обернулся.
Позади него стоял просто огромнейший орк. Выше всех, даже тех долговязых. Белокожий, но с черными волосами, которые переходили в густой мех на груди и спине.
В руках он держал палицу, на плечах носил шубу синего цвета из шкуры неизвестного Хаджару животного. А в волосах у него на ветру качалось столько перьев, что их сложно было сосчитать.
— Первый Вождь, — Хаджар показал орочий знак уважения. — Я скорблю по ушедшему брату вместе с вами…
— Нами, — поправил орк. Его желтые глаза были… стары. Так же стары, как Касия, ректора школы Святого Неба. — Белые перья в твоих волосах говорят мне о том, что ты такой же орк как и те, что сейчас вокруг меня.
Хаджар признательно кивнул.
Белый орк, из племени Белых Вершин, обернулся к погребальному костру.
— Большая Охота, как и обещал тебе наш брат, направится к Ласкану. Слово чести, сказанное перед предками, не может быть нарушено. И мы чтим его. Так же, как чтим и ту боль, которую ты принял на себя, когда помог нашему брату уйти с достоинством охотника на поля вечной охоты, — Вождь всех племен сделал жест уважения. — надеюсь, там он встретится со своим сыном. И нерожденной дочерью.
Хаджар вздрогнул.
— Жена Степного Клыка была беременна.
— Да, — кивнул орк. — она ждала дочь. Дочь и сын, маленький брат, и любящая жена. Сытная охота и крепкий стан. Вот и все, что нужно для счастья свободному охотнику.
Хаджар промолчал. Он только чувствовал, как тяжелеют плечи.
— Первый Вождь, прошу простить мне мою дерзость, но… уходите.
Белый орк повернулся к Хаджару.
— Твои слова не от страха, — прошептал он задумчиво. — будь это иначе, я бы вырвал перья белой птицы из твоих волос и разорвал бы тебя на части. Но твои слова не от страха. Он идут от сердца. Так что — говори спокойно и смело, маленький брат.
— У Ласкана есть летающие боевые корабли. У них есть големы. У них есть пушки. И еще много того, что может уничтожить вашу армию на расстоянии.
— Скорее всего это так, — кивнул белый орк.
Так легко и спокойно, что Хаджар понял, что старый орк все это понимал и сам. Понимал, но все равно вел за собой лучших воинов всех орочьих племен.
— Но тогда — зачем? Вы все там умрете.
И они встретились взглядом. Желтые глаза и синие.
Хаджар посмотрел на за спину орка. На пылающий костер.
И тогда он все понял.
Сюда, в чужие земли, на край Большой Воды, не только Степной Клык пришел за смертью.
Лапа огромного белого орка, в которой легко бы уместилось две головы Хадажара, легла ему на плечо.
— Ты расскажешь о нас, маленький брат? О том, какими мы были. Как сражались. Как жили. Расскажешь о пути предков? Я слышал от Степного Клыка, что ты знаешь, как ветер сделать певучее птицы.
— Расскажу, — согласился Хаджар и вновь почувствовал, как что-то отпечаталось в его душе.
Уже знакомое, почти родное чувство.
— Тогда иди. Иди к своим охотникам и пусть охота твоя будет богата и предки, когда придет час, примут тебя с честью, — Первый Вождь коснулся пальцами груди, лба, а затем, шокируя Хаджар, вытащил из волос одно перо и, несмотря на пальцы, величиной в человеческую руку, вплел его к двум таким же. — Охоться умеренно, Хаджар Дархан, Северный Ветер.
— И пусть кровь не застилает твой взор, Первый Вождь, — ответил Хаджар.
Он развернулся и пошел обратно в Сухашим.
За смертью в эт земли пришел не только Степной Клык… но и все орки, что последовали за ним в чужие земли. Ибо Степной Клык — последний из тех, кто нес в себе волю Первого Орка. С его смертью, может через эпоху, может через две, а может через десять, но орки были обречены на медленное затухание и смерть.
Но смерть в постели не то, что должно стоять в конце пути свободного охотника. И пусть это будет последнее, что они сделают в своей гордой истории, но они соберут Большую Охоту и с честью отпразднуют тризну.
Тризну по всему своему роду. Роду всех орков всех десяти тысяч племен.
Впервые, за долгое время, Хаджар ощутил тягу сесть за Ронг’Жа. Дотронуться до струн. Написать песню.
Балладу о том, как сражались свободные и…
— Сев-в-верн-н-ный вет-т-тер, — проскрипело что-то рядом.
Хаджар повернулся. Рядом с ним стоял беловолосый мужчина. В его руках в свете полной луны сиял простой, не артефактный меч.
Полная луна!
— Врем-м-мя д-д-для д-д-дуэ-э-эли, — и, сверкнув лезвием, Белый Клык рванул в неистовом по скорости выпаде. Выпаде, который не взрыхлил землю, не оставил ни единого следа на траве или почве, не выбил огромные каменные пласты, но… оказался незаметным для взгляда Хаджара.
Он лишь увидел, как простой меч, полоска стали, лишенная энергии и магии, пробила ему грудь. Алая кровь потекла на руки Хаджара, обхватившего запястье пронзившего его мечника.

[
Экстренное сообщение! Носитель в критическом состоянии. Повреждение жизненно важных органов: 96,5 % Вероятность окончания дееспособности носителя: 99.9 %
]

Том двенадцатый. Часть 1

Глава 1035. Пролог

Огромный тронный зал был пуст и чист. И это сочетание внушало одновременно и трепет перед его величием и тоску перед тем, как безлюдно оказалось место, где некогда звенели пиры и балы, прославившие дворец столицы Ласкана на все Семь Империй.
Теперь же единственным, что звенело среди высоких стен, мраморных плит зеркально гладкого пола, колонн, фонтанов и даже маленьких садов в этом прекрасно зале, были шпоры капитана кавалерийского корпуса.
В черных, покрытых сажей и копотью доспехах, он не просто выглядел грязным пятном в белоснежном помещении, залитым дневным светом, сочащимся через высокие, разноцветные витражи. Он им, по сути, и являлся.
Чеканя шаг, он шел к белоснежному трону из благородных пород волшебного мрамора. Слева и справа от кавалериста возвышались ряды фонтанов, в которых уже давно не журчало воды. Их не использовали так давно, что многие из придворных начали сомневаться в том, а включали ли их вообще хоть когда-нибудь.
Сады — по сути, клумбы, огороженные от зала такими же белым металлическим забором, некогда изобилующие плодами, теперь остались лишь со своими, пусть и прекрасными, но пустыми цветками.
Собственно, как и весь дворец.
После смерти Императора Гридида, дворец Императорского рода выглядел лишь жалким подобием того, чем он был прежде.
Что, впрочем, не умоляло всей его славы, изящества, монументальность и красоты. Сад Сатиров, в центре которого находился дворец, ничем не уступал Запретному Городу Даанатана.
Хотя, повтори это кавалерист вслух, не сносить ему головы.
Регент-мать слишком болезненно относилась к любым сравнениям двух Империй. Она ведь помнила еще те времена, когда Дарнас вообще находился на грани исчезновения. Когда до того, чтобы его разорвали остальные шесть стран, не хватило лишь немного усилий.
И, по какой-то насмешке судьбы, именно в момент наибольшей слабости восточного соседа, появился Морган Бесстрашный.
— Проклятый выродок! — часто повторяла регент-мать. — Его отец принял только два умных решения за все свое правление. Засунуть свой отросток в лоно матери этого выродка, а потом спрятать его от нас в секте Лунного Света! Будь не ладны эти пацифисты! Будь не ладен весь демонов Дарнас!
И это была чистая правда.
В детстве, когда Моргану не было и шести зим, его отца и мать отправили к праотцам нанятые Ласканом убийцы. Ведь, случись война за территории восточного соседа, как большая часть территорий отошла бы именно Ласкану — как обладателю не только самой могущественной армии тех времен, но и того, у кого с Дарнасом наибольшая протяженность общей границы.
Империи Чавери и Газаргас (Императорский род которой неустанно повторял, что ведет свой род от великого короля древности — Газрангана), так же имевшие общую границу с Дарнасом, просто не имели хоть сколько-то соотносительной военной мощью.
Что же до оставшихся трех империй, то они были слишком удалены от Дарнаса, чтобы интересоваться им на тот момент.
Теперь же все, кроме Ласкана, поджимали хвосты и испуганно скулили, видя то, как неограниченными темпами растет сила их северного соседа.
— Регент-мать, — глубоко поклонился кавалерист. — донесение с фронта.
Женщина с белоснежными, как снег, волосами, сидела на белоснежном троне и гладила мальчишку, с точно такими же — белоснежными волосами.
Флаг Ласкана издревле считался одним из самых противоречивых и необычных. Белое полотно, на котором, серебристыми нитями, было вышито лишь несколько узоров, складывающихся символом весеннего равноденствия.
Мальчик, игравшийся оловянными солдатиками у подножия трона, не обращал ровно никакого внимания на происходящее. Трехлетнее дитя было слишком поглощено своей игрой, чтобы отвлекаться на такие незначительные изменения в белоснежном зале, как появление еще пахнущего порохом капитана кавалерии.
— “Трехлетний принц, который даже говорить не умеет”, - кавалерист смотрел на мальчишку, сталкивающего двух солдатиков и что-то бормотавшего себе под нос. — “Ходят слухи, что Безумный Генерал в этом возрасте уже тренировался так, что оторопь брала даже бывалых вояк баронства Лидус… Ох, мой Император, на кого вы нас оставили”.
— Поднимитесь, капитан Секия, — властно взмахнула рукой Императрица.
Она была красива.
Пусть все трудности и перипетии последних веков проложили на её узком, резко очерченном, как у скульптуры, лице глубокие морщины. Пусть в белых волосах появились серые пряди. Пусть пальцы стали узловаты, а узкая талия слегка оплыла. Но она все еще была одной из самых прекрасных женщин Семи Империй.
— Регент-мать, — повторила она, продолжая трепать волосы сыну. — Когда-то ко мне обращали “моя Императрица” или “Ваше Императорское Величество”. Теперь же я — просто регент. Которая, вскоре, отдаст бразды правлению своему сыну.
Капитан Секия, будучи не только поверенным правительницы, но и связующим звеном между регентом и начальником службы внешних дел (читай — гнезда шпионов и убийц, состоящих на службе у короны), прекрасно умел сохранять выдержку и каменное лицо в любых ситуациях.
Но в душе, видя беспомощного мальчишку, которому еще даже оружия в руки не дали, он сомневался в том, к чему приведет такое воспитание.
Это смертные считали, что ребенок в три года может играть с игрушками, мямлить неразборчиво несколько слов, с трудом соединяя их в предложения, и что лишь к семи годам с него можно хоть что-то спросить.
У адептов все обстояло иначе.
Что же до Императорского рода…
— Донесение, — Секия протянул запечатанный пергаментный свиток.
Бывшая Императрица, ныне — регент, взмахнула рукой и свиток, вылетев из рук кавалеристы, оказался в её собственных ладонях. Она развернула его и вчиталась.
Узкая, бритвено острая улыбка, исказила её лицо, сделав и без того глубокие морщины еще отвратнее.
— Морган… мстительный мальчишка… когда ты еще грудь матери лобзал, я уже таких как ты водила вокруг каждого из своих пальцев, — регент убрала свиток в пространственный артефакт. — Отправь донесение, капитан — принц Дарнаса должен войти в долину Дельфи. Он должен закрепиться на нашей мануфактуре, после чего… — улыбка регента, что казалось невозможным, стала еще острее. Почти оскал хищной птицы. — действуем по плану, капитан Секия. Вскоре мы получим такой рычаг на Моргана, что все его мелкие интриги перестанут нас волновать.
— Конечно, моя Императрица, — поклонился кавалерист.
Регент отвлеклась от созерцания росписи далекого свода. Изогнув правую бровь, она окинула Секию оценивающим взглядом.
— Знаешь, почему, спустя столько веков работы тайным агентом короны, ты все еще жив, Секия?
— Не имею знать, моя Императрица, — не разгибая спины, ответил капитан.
Он знал.
Видят боги и демоны, он знал это лучше, чем кто-либо другой.
— Ты умеешь льстить, Секия… Может, это даже лучшее, что ты умеешь делать в своей жизни.
И это тоже…
— А теперь, — регент указала в сторону выхода. — отправляйся. Доставь донесение приграничным службам. Флот уже собран, големы тоже. Пусть они не оставят от орочьего отродья ни следа. Я терпела их на границе, но теперь эти звери выполнили свою миссию и позволили Моргану думать, что это он обвел меня вокруг пальца, а не иначе… Больше я в них не нуждаюсь, но… пусть все выглядит так, словно мы не ожидали нападения. И ступай уже — мне надо кормить ребенка.
— Да, регент-мать, — кавалерист вновь поклонился и так, находясь в полусогнутом положении, попятился назад.
Затем, резко развернувшись, он, ускорив шаг, постарался как можно скорее покинуть помещение. Как мужчину, как воину, как человеку, прошедшему многие войны, ему было противно видеть, как мать кормила трехлетнего мальчика — будущего воина, своей грудью.
Секия прекрасно понимал, что, как бы не закончилась война с Дарнасом, у Ласкана не было будущего…
Что же, значит он будет сражаться хотя бы за то настоящее, что осталось у некогда великой Империи.

...

***

Источники :

https://fb2.top/serdce-drakona-chasty-i-814470

https://fb2.top/serdce-drakona-chasty-ii-814487

https://fb2.top/serdce-drakona-chasty-iii-814494

https://fb2.top/

https://fb2.top/series/49151

svistuno-sergej.narod.ru/news/drakon_001/2025-08-20-9303

Слушать - https://knizhin.net/book/serdcze-drakona-i/

https://akniga.org/series/Сердце%20Дракона/

Слушать. Сердце дракона 2 - https://lis10book.com/audio/serdcze-drakona-ii/

Сердце дракона 3 - https://lis10book.com/audio/serdcze-drakona-iii/

Слушать

Сердце дракона 4 - https://lis10book.com/audio/serdcze-drakona-iv/

Сердце дракона 5 - https://lis10book.com/audio/serdcze-drakona-v/

Слушать - https://knizhin.net/book/serdcze-drakona-v/

Том шестой. Часть 1 - Слушать - https://lis10book.com/audio/serdcze-drakona-vi/

https://lis10book.com/audio/serdcze-drakona-vii/ Том седьмой. Слушать

Седьмой Том. Часть 2 - https://knigia.info/roman/1608-serdce-drakona-sedmoj-tom-chast-2.html

Том восьмой. Часть 1 - Слушать - https://lis10book.com/audio/serdcze-drakona-viii/

https://fb2.top/serdce-drakona-vosymoy-tom-chasty-2-776865 - Восьмой Том. Часть 2.

Сердце Дракона IX - Слушать - https://lis10book.com/audio/serdcze-drakona-ix/

Девятый Том. Часть 2 - https://fb2.top/serdce-drakona-devyatyy-tom-chasty-2-776867/read

аудиокнига Сердце Дракона X часть 1 - https://lis10book.com/audio/serdcze-drakona-x/

https://fb2.top/serdce-drakona-desyatyy-tom-chasty-2-776869/read - Десятый Том. Часть 2

Часть II - том 11 Глава 936 - https://www.rulit.me/books/serdce-drakona-chast-ii-knigi-11-15-read-920531-1.html

Слушать - Том 11 - https://lis10book.com/audio/serdcze-drakona-xi/

Глава 981 (Часть 2) - https://www.rulit.me/books/serdce-drakona-odinnadcatyj-tom-chast-2-read-854527-1.html https://lis10book.com/audio/serdcze-drakona-xii/ Слушать Сердце Дракона XII

...