Главная » 2023 » Май » 12 » Битва за Коррин. Б.Герберт, К. Андерсон. Дюна 248
12:32
Битва за Коррин. Б.Герберт, К. Андерсон. Дюна 248

***

***

***   

===

Если, оглянувшись назад, мы попытаемся рассмотреть наше отдаленное прошлое, то едва ли сможем разглядеть его, таким неощутимым становится оно со временем.
Марсель Пруст, древний земной писатель


Вориан стоял у окна кабинета в главном штабе Армии Человечества и задумчиво смотрел на моросящий вечерний дождь. Влажный холод, веявший от окна, был очень приятен - в последние недели стояла удушающая жара. Дождь был превосходной разрядкой духоты, но верховный башар не чувствовал особенной радости. С каждым днем, как казалось ему, он проигрывал одну позицию за другой в битве с чиновничьим застоем, летаргией и неспособностью принимать трудные решения. Представители Парламента Лиги боялись заканчивать необходимую грязную работу, и с каждым проходившим годом они все больше и больше забывали о том, что произошло. Погрязнув в локальных мелких проблемах и в политическом фаворитизме, они убедили себя в том, что угрозы со стороны Омниуса и кимеков исчезнут, испарятся сами собой. Вориан не смог заставить этих людей поверить в то, что хотя титаны затихли на многие годы, Агамемнон не отказался от планов установления своей террористической диктатуры. Его собственная долгая война была закончена. После завершения Великой Чистки Квентин Батлер не был единственным военачальником, искавшим лишь покоя и отдыха. Было так легко отдать все силы на восстановление и реконструкцию. Очень многие в Лиге хотели предать Джихад полному забвению. Но на самом деле он не закончился, во всяком случае пока. Он не мог закончиться, пока Коррин и кимеки представляли вполне реальную угрозу для людей. Но Вориану казалось, что он единственный, кто ясно это осознает. Лига отказалась финансировать наступательную войну, они даже не захотели провести разведывательную операцию на Хессре, где, как было известно, окопались последние титаны. Легкомысленные, бездеятельные глупцы!
Великий Патриарх и аристократы использовали всю свою недюжинную энергию для решения внутренних экономических проблем, желая расширить свою власть на несоюзные планеты для того, чтобы создать более обширную империю с централизованным контролем каждой планеты. Великий Патриарх добавил несколько побрякушек к золотой цепи, которую он носил на шее в знак своего высокого достоинства. Отвоеванные у Омниуса планеты Синхронизированного Мира будут необитаемыми в течение многих столетий, но несоюзные планеты, по мнению руководителей Лиги, вполне созрели для того, чтобы их подобрать. С окончанием страшной эпидемии спрос на меланжу в Лиге отнюдь не уменьшился. Уже много лет претворялась в жизнь программа по восстановлению численности населения, которую выполняли под руководством Верховной Колдуньи Тиции Ценвы.
Общественные работы требовали большого количества неквалифицированных рабочих, так как использование компьютеризированной техники было строго запрещено. Это означало возобновление использования труда рабов, преимущественно буддисламских пленников с отдаленных захолустных планет. В Парламенте раздались отдельные голоса протеста — депутаты возражали против того, чтобы обращаться с другими людьми так, как это делали машины. Но протесты не нашли поддержки основной массы представителей планет.
Так как военные обязанности теперь сводились исключительно к администрированию, произнесению речей и участию в парадах, Вориан решил возобновить на Пармантье поиски своей внучки Ракеллы. Наконец, спустя шесть месяцев он разыскал ее. Бежав из госпиталя для неизлечимых больных, Ракелла и Мохандас обосновались в дальней затерянной деревушке, населенной людьми, которые в большинстве своем исповедовали невероятно древнюю религию — иудаизм. Обосновавшись, пара врачей помогли людям пережить эпидемию и преодолеть ее последствия — но потом в деревню пришла другая возбужденная фанатичная толпа, влекомая еще более древними предрассудками, и сожгла деревню, обвинив машины, а заодно и иудеев в страшной эпидемии.
Так ей и Мохандасу пришлось бежать и отсюда. Они продолжили работу вместе с некоторыми евреями, которые скрыли свою религиозную принадлежность. Даже после того, как эпидемия закончилась, выздоровление населения Пармантье затянулось на многие годы. Когда Вориан нашел внучку, она работала в совершенно первобытных условиях. Большая часть медицинской аппаратуры была уничтожена, поэтому Вориан щедро снабдил ее всем необходимым, включая оборудование и охрану, которая должна была позаботиться о ее безопасности. Вскоре после этого Вориан привлек Ракеллу и Мохандаса к работе по созданию гуманитарной медицинской комиссии, органа, который должен был заменить прежнюю медицинскую комиссию Джихада. Потом Вориан на собственные средства купил для них космический госпитальный корабль. Этот новый корабль позволил Ракелле и ее медицинской группе перемещаться по галактике и оказывать более эффективную помощь на местах. Правительства планет Лиги продолжали тщательно следить за возможными проявления ретро-вирусной инфекции, хотя с тех пор прошло так много лет.
Кому-то все равно приходилось быть бдительным…
Но не все расходы Лиги были столь же благодетельными для ее граждан. Освещенный прожекторами, на центральной площади Зимии полным ходом сооружался храм Серены — это строительство было одним из проектов Райны Батлер и последователей провозглашенного ею культа. Строительство осуществляли за счет правительства. По окончании возведения это должно было стать самым крупным зданием религиозного назначения, которое когда-либо вообще строили люди. Хотя Вориан почитал и любил Серену — настоящую Серену, — он полагал, что этим деньгам можно было найти более достойное применение.
Культ Серены разрастался очень быстро, и основания для этого были самые печальные. Хотя серьезная Райна Батлер оставалась верной своему крестовому походу против машин, ее последователи в большинстве своем использовали эту бледную худую женщину как муляж для усиления своей власти и влияния. Вориан в отличие от многих очень ясно это видел.
Никто не хотел слушать, когда Вориан Атрейдес, этот старый и закоренелый «поджигатель войны», указывал на очевидные проблемы.
Он испустил долгий тяжкий вздох. Парламентские и военные чиновники занимались собственными проблемами и носились со своими планами, вытеснив верховного башара из процесса принятия ответственных решений. Этот ранг стал скорее декоративным, нежели действительным. Несмотря на то что Вориан по-прежнему выглядел очень молодо, даже Фейкан Батлер предложил ему уйти в давно заслуженную почетную отставку. Вориану даже не придется пасть в сиянии славы, как выпало Ксавьеру Харконнену. У него все будет гораздо хуже. Он просто канет в безвестность.
Каждый день, вставая рано и отправляясь по делам в город, Вориан Атрейдес неизменно возвращался в своих мыслях к неповторимым моментам своей жизни и к кризисам, которые ему пришлось переживать, — он вспоминал Серену, Леронику и даже Севрата, которого он, помнится, называл Старым Железным Умником.
Как он ненавидел сейчас свою вынужденную бездеятельность.
Вориану было уже сто тридцать пять лет, но он чувствовал себя еще старше. Когда заканчивалась его работа в Главном Штабе, он возвращался домой, где никто не ждал его. Сыновья его давно были глубокими стариками со своими многочисленными семьями, жившими на далеком Каладане.
Скучал Вориан и по своему бывшему адъютанту Абульурду Харконнену, который считал его наставником и почти отцом — в отличие от Эстеса и Кагина. Но весь последний год Абульурд провел возле Коррина, следя за поддержанием блокады Омниуса.
Словно подслушав его мысли, на улице вдруг показался Абульурд, который быстрым шагом, пригнув голову от дождя, шагал к зданию Главного Штаба. Форма была измята, батор шел без сопровождения. По всем его движениям чувствовалось, что случилось что-то неотложное.
Не веря своим глазам, решив, что это иллюзия, Вориан тем не менее выбежал в коридор и бросился к выходу по лестнице, перескакивая сразу через две ступеньки. Он оказался у входной двери, когда Абульурд взялся за ручку, чтобы открыть ее и войти.
— Абульурд, какая приятная неожиданность!
Младший офицер сразу сгорбился и поник головой, словно этот приход в Главный Штаб потребовал от него напряжения всех сил.
— Я прибыл прямо с Коррина, сэр. Мне пришлось воспользоваться спейсфолдерным разведчиком, чтобы опередить машинные корабли. Но сколько времени в нашем распоряжении, я не знаю.
Абульурд и, естественно, Вориан понимали всю серьезность сложившейся ситуации, но члены Парламента и правительства Лиги считали, что военные несколько преувеличивают масштаб кризиса.
— По прошествии стольких лет на что еще могут надеяться и рассчитывать мыслящие машины? Они потерпели поражение! — возбужденно кричал представитель Гьеди I.
— Но если эти автоматические снаряды пролетели через скрэмблерные поля, то разве смог бы там уцелеть хотя бы один гель-контур компьютерного мозга? Нет, а значит, нам не о чем беспокоиться, — заметил нудный представитель Хонру, откинувшись на спинку кресла с самодовольной улыбкой.
— Беспокоиться всегда есть о чем — пока уцелело хотя бы одно-единственное воплощение Омниуса.
Вориан никак не мог понять, почему они все так уверены в своей правоте. Но такое отношение не было удивительным. Каждый раз, когда члены Парламента сталкивались с серьезными проблемами, начинались бесконечные обсуждения, в которых терялась суть и которые не приводили к четким и ясным решениям.
После возвращения Абульурда Вориан провел целую неделю в беседах с более младшими командирами — своим подчиненным Абульурд представил кадры съемки, сделанной флотом у Коррина, на которых были изображены странные снаряды. Наконец верховный башар настоял на том, чтобы лично обратиться к Парламенту Лиги. Согласно расчетам — в зависимости от ускорения и запасов топлива на снарядах, — эти объекты могли теперь приблизиться к Салусе в любой момент.
— Вы уверены, что не преувеличиваете степень угрозы, не стремитесь ли вы посеять в народе панику и заодно укрепить позиции Армии Человечества, верховный башар? — спросил худощавый депутат с Икса. — Мы все слышали ваши военные истории.
— Благодарите Бога, что вам самому не пришлось стать участником этих историй.
Иксианец скорчил недовольную гримасу.
— Я вырос во время эпидемии, верховный башар. У большинства из нас нет вашего военного опыта, но каждый из нас пережил свои трудные времена.
— Зачем гоняться за тенью? — спросил еще один депутат, которого Вориан так и не смог узнать. — Пошлите разведывательные корабли на периметр орбиты и перехватывайте все объекты, приближающиеся к Салусе. Если, конечно, таковые появятся. Именно так Квентин Батлер расправлялся со снарядами, заряженными чумой Омниуса.
Перепалка с Парламентом продолжалась в том же духе большую часть утреннего заседания. Наконец, испытывая полное отвращение к тому, что он здесь услышал, Вориан покинул огромное здание Парламента, увенчанное высоким золотым куполом. Выйдя из дверей, он остановился на верхних ступенях подъезда и, подавив тяжкий вздох, тоскливо посмотрел в небо.
— Как вы себя чувствуете, сэр? — Из-за резных колонн подъезда показался Абульурд Харконнен.
— Все тот же набивший оскомину идиотизм. Законодатели забыли, что можно говорить о чем-то ином, кроме цен на зерно, регулировании межпланетных полетов, субсидиях на строительство и пышных общественных проектах. Теперь я наконец понимаю, зачем Иблис Гинджо сформировал Совет Джихада в самый разгар войны. Люди, конечно, жаловались на его драконовские меры, но по крайней мере Совет мог принимать скорые и эффективные решения. — Он задумчиво покачал головой. — Самый страшный враг человечества — это бездеятельность и бюрократия.
— У нас очень мал диапазон наблюдения, и будет трудно обнаружить приближение снарядов на дальних подступах к Салусе, — заговорил Абульурд. — Наше общество так сосредоточено на возвращении к нормальной жизни — словно кто-то помнит, что это такое, — что не может даже сконцентрировать внимание на угрозе, реальность которой вполне очевидна.
Дождь возобновился с новой силой, но верховный башар не двигался. Кто-то раскрыл зонтик над головой военачальника, чтобы он не промок. Конечно, это был Абульурд. Вориан улыбнулся офицеру, но батор остался серьезным.
— Что мы будем со всем этим делать, сэр? Снаряды летят и неумолимо приближаются.
Прежде чем Вориан успел ответить, порыв ветра подхватил подвесной плавающий зонтик и швырнул его на ступени. Абульурд бросился поднимать его.
Они уже хотели было вернуться в здание Парламента, чтобы переждать дождь, когда Абульурд после нескольких попыток поправить плавающий подвесной зонтик, вдруг показал Вориану на горизонт. Порыв ветра снова подхватил и унес зонтик, но на этот раз Абульурд не побежал за ним.
Небо на горизонте вдруг прорезало серебристо-оранжевыми полосами, похожими на следы когтей огромного хищника.
— Смотрите, это снаряды Омниуса с Коррина! — громко простонал Абульурд, в равной степени переполненный стыдом и тревогой из-за того, что не смог никого заставить поверить своему предостережению.
Вориан стиснул зубы.
— Армия верит своей пропаганде. Люди думают, что если мы объявили Джихад оконченным, то наши враги перестали интриговать и плести заговоры против нас.
Он глубоко вздохнул, слишком хорошо вспомнив, что значит быть военачальником на войне.
— Похоже, что мне понадобится помощник, — сказал он Абульурду. — Скоро у нас с тобой будет очень много дел.

***  

===

Про Норму Ценву говорили, что о ней нельзя судить по внешности. Не важно, было ли это физическое безобразие или сменившая ее классическая красота — ни то ни другое не составляло сущности этой женщины. Ее основным достоинством был мощнейший интеллект.
Принцесса Ирулан. Биографии Батлерианского Джихада


Когда Норма вернулась на Россак, один только вид серебристо-пурпурных джунглей вызвал целую бурю нахлынувших на нее воспоминаний о детских годах. Небо все также было испятнано ядовитым дымом из кратеров отдаленных вулканов, запах перенасыщенной жизнью атмосферы миазмами поднимался от густого подлеска в окрестностях главного города, расположенного внутри скалистых гор. Там, в горах, джунгли были представлены самыми необычными видами растений и насекомых, эта флора и фауна, борясь за свое выживание, освоила плодородные расщелины в камнях.
Норма вспомнила, как будучи девочкой ходила в экспедиции с Аурелием и его ботаниками, которые разыскивали в джунглях растения, грибы, ягоды и даже насекомых и пауков, из которых можно было бы добыть лекарственные вещества. Корпорация «ВенКи» и сейчас продолжала получать хороший доход от продажи лекарств, хотя теперь ведущим экспортным продуктом компании стала меланжа.
Однако недавно Норму посетило очередное видение, которое поведало ей о том, что все здесь будет разрушено и уничтожено, причем очень и очень скоро. Случится нечто ужасное с Россаком, Колдуньями, со всем населением. Она надеялась убедить сводную сестру осознать опасность, но Тиции потребуются доказательства, детали, объяснения. Норма не могла представить никаких подтверждений своих слов. У нее было лишь очень отчетливое предчувствие, предупреждающее сновидение во время меланжевых грез.
Вряд ли Тиция станет прислушиваться к ее бездоказательным заявлениям.
Много лет назад Тиция отправилась в один из налетов на кимеков, она и ее подруги Колдуньи были готовы выплеснуть свою ментальную энергию и умереть, захватив с собой и кимеков. Все спутницы Тиции погибли, пожертвовав жизнью, и сама Тиция была следующей на очереди, но получилось так, что кимеки отступили, невольно подарив Тиции жизнь. Ее жертва оказалась ненужной, и потом она всю жизнь жалела о том, что так и не смогла воспользоваться шансом. Личность Тиции состояла сплошь из сожалений, обвинений и упорной решимости. Она всегда находила причины, отравляющие жизнь, как и всегда, находила виноватых в этом людей.
Верховная Колдунья никогда не обращала внимания на Норму, делая вид, что не замечает ее присутствия, что на самом деле Нормы просто не существует. Тиция мирилась с тем, что Норма одна работает на Кольгаре со своими кораблями и спейсфолдерными двигателями. Правда, она была так же преданна своим идеям, как Норма своему делу и призванию. Именно это обстоятельство и позволяло Норме понимать мотивы поступков сводной сестры.
Теперь, когда Джихад был окончен, женщин Россака перестали готовить на роли своеобразных ментальных бомб. И сейчас Колдуньи направили всю свою энергию на изучение любых доступных им родословных Лиги и выяснение методов управления наследственную. Кроме того, у них была масса работы по изучению генетического материала, собранного на других планетах на высоте вспышки искусственной, насланной на человечество Омниусом эпидемии.
— Подозреваю, что твои видения являются не следствием истинного предзнания, а, скорее, следствием искажения сознания под воздействием чрезмерно больших доз меланжи, — сказала Тиция, когда Норма рассказала ей о своем последнем видении.
Они стояли на балконе, вырубленном в отвесном склоне скалы, и смотрели на густое море джунглей.
Будучи Верховной Колдуньей Тиция с презрением относилась к психостимуляторам и прочим лекарственным «костылям», к которым столь охотно прибегают обычные люди. По ее глубокому убеждению, только слабаки бывают вынуждены полагаться на лекарства. Корпорация «ВенКи» получала чудовищно огромные прибыли, фабрикуя разнообразные стимуляторы, галлюциногены и прочие лекарства, экстрагируемые из экзотических растений россакских джунглей. Все это было глубоко противно Тиции, так же как и явное болезненное пристрастие сводной сестры к пряности с Арракиса.
Обе женщины отличались поразительно гармоничной, но ледяной красотой — высокие, белокожие с платиново-светлыми волосами и точеными чертами лиц. Но мысленно Норма продолжала видеть себя неуклюжей карлицей, некрасивой женщиной со смазанными, невыразительными чертами лица, которую легко может запугать такая властная и привыкшая к повиновению Колдунья, как Тиция.
— Это не просто мое разгулявшееся воображение, — продолжала утверждать Норма, — это предостережение. Я знаю, что среди Колдуний предзнание иногда проявляется как особый дар. Конечно же, у тебя есть документы, подтверждающие эти факты.
— Я напишу тебе или пришлю сообщение, если твое страшное предсказание сбудется. А пока возвращайся на Кольгар и продолжай свою работу. — Тиция царственно подняла голову, вскинув волевой подбородок. — У нас, между прочим, здесь тоже много важной и ответственной работы.
Норма посмотрела в светло-голубые глаза сводной сестры, за которыми, казалось, скрывалась целая вселенная, невидимая постороннему взору. Норма коснулась виска и, примирительно улыбнувшись, сказала:
— Моя работа — это вычисления. Я могу делать их здесь так же легко, как и на Кольгаре.
— Ну, тогда, возможно, мы вместе будем наблюдать исполнение твоих пророчеств.
Шли дни, ничего страшного не происходило, и у Нормы не было больше видений, из которых она смогла бы узнать детали предостережения, виденного ею ранее.

Во время этого затянувшегося визита на Россак Норма каждое утро в полном одиночестве гуляла по джунглям, собирая корни, листья, ягоды и рассовывая их по карманам, никогда не объясняя, зачем она это делает.
Какая странная личность,
думала Тиция, издали наблюдая за своей сводной сестрой.


Приглушенный солнечный свет отражался от неестественно золотистых волос и ослепительно белой кожи Нормы, когда она в похожей на транс задумчивости поднималась по крутой тропинке из заросшей джунглями низины к вырубленным в скале дверям, в проеме которых стояла Верховная Колдунья. У Нормы был отсутствующий вид, она, казалось, потерялась среди своих невысказанных мыслей.
Было бы очень занятно, если бы Норма споткнулась и расшиблась насмерть…


Их мать бросила Тицию на руки нянек, чтобы проводить все свое время с Нормой, предпочтя эту… эту уродину ей, совершенной и безупречной Колдунье.
Упади же, будь ты проклята!

Когда Норма своим легким скользящим шагом поднялась по тропинке ко входу в пещеру, Тиция продолжала пристально смотреть на нее, не сдвинувшись с места. Норма заговорила, обращаясь непосредственно к Тиции так, словно они продолжали разговор, который она, вероятно, мысленно вела со сводной сестрой — Верховной Колдуньей, — пока поднималась наверх.
— Где ты прячешь свои компьютеры?

— Ты сошла с ума? У нас тут нет мыслящих машин! — Тиция была потрясена тем, что ее сестрица сумела разгадать ее секрет.
Неужели она и правда обладает предзнанием? Может, стоит серьезнее отнестись к ее предостережению?

Норма смотрела на сестру без всякого гнева и злобы, но не поверила ни единому ее слову.
— Если только вы не натренировали свой ум и память до степени организации и объема, характерных для сложных вычислительных систем, то вы не сможете обойтись без них, обрабатывая такую массу детальной генетической информации.
Она взглянула на Тицию, словно проникая внутрь ее существа, как прибор для глубокого сканирования внутренних тканей тела. — Или ты плохо работаешь, так как боишься использовать необходимые инструменты? Но мне кажется, что ты не такой человек, чтобы халтурить.
— Компьютеры незаконны и опасны, — заявила Тиция, надеясь, что такого ответа будет достаточно.
Норма же как всегда зафиксировала проблему и не стала быстро сдаваться.
— Тебе не следует опасаться подозрений или паранойяльного страха перед машинами с моей стороны. Мною движет простое любопытство. Я и сама охотно пользовалась преимуществами, которые предоставляют нам компьютерные системы, когда занималась решением навигационных проблем, связанных со свертыванием пространства. К несчастью, Лига отказалась признать целесообразность применения компьютеров в этой ситуации, и я была вынуждена прекратить эту многообещающую работу. Поэтому меня нисколько не возмущает то, что ты используешь машины в своих трудных исследованиях.
Прежде чем Тиция успела сочинить какое-нибудь подходящее оправдание, она вдруг услышала пронзительный свист, который издавало какое-то раскаленное тело, несущееся по воздуху с огромной скоростью. Свист усилился до почти непереносимого воя. Сестры одновременно подняли головы и посмотрели на затянутое дымкой утреннее небо, в котором показались серебристые полосы — следы, оставленные космическими объектами, устремившимися к расположенным в ущельях деревням. Большие снаряды ударялись о верхушки деревьев, прорывались сквозь листву и с тупым грохотом падали на землю.
Норма прикусила губу и склонила голову.
— Думаю, что это и есть начало исполнения моего видения. — Она повернулась к Тиции. — Не теряй времени, объявляй тревогу.
Услышав грохот, из пещеры выбежали одетые в белое Колдуньи. У подножия скалы упал один из снарядов, который глубоко врезался в мягкую подстилку джунглей. Корпус заколебался и раскололся пополам, как яичная скорлупа. Из этой странной, похожей на гроб емкости, стремительно вывалились какие-то металлические детали, которые, соединившись, врылись в землю и принялись делать из грязи, щебня и прочего каких-то прыгающих насекомых.
Несмотря на ужасное содержание видения, Норма испытывала сейчас одно только холодное отчужденное любопытство.
— Похоже, что это автоматизированная фабрика, хотя и не такая сложная, как настоящие мыслящие машины. Фабрика использует любые местные ресурсы для сборки каких-то предметов.

— Это
машина, —
сказала Тиция. Она напряглась, готовая генерировать энергию мозга — источник, позволявший ей сражаться единственным доступным ей способом. — Даже если это не кимек — это враг.

Внизу, в джунглях, к месту падения странного предмета приблизились несколько человек, одетых в форму корпорации «ВенКи». К их поясам были пристегнуты мешки, наполненные материалом, собранным в подлеске джунглей. В группе был один бледный, неправильно сложенный молодой человек, который вел себя как резвый несмышленый щенок. Формы его тела были безобразны, глаза покорны, как у коровы, — короче, это был жалкий неудачный Урод, и Тиция презрительно скривилась, глядя на него с высоты. Лучше бы этому ублюдку умереть в джунглях…
Как только группа приблизилась вплотную к приземлившемуся снаряду, эта автоматическая фабрика выплюнула в воздух первую партию готовой продукции: маленькие серебристые шарики, которые взлетели в воздух словно рой бронированных голодных насекомых. Они поднялись над землей, осмотрели окрестность и всем роем бросились к группе рабочих. Уродливый молодой человек с удивительным проворством исчез в густом подлеске среди сплетенных ветвей, но остальные люди не успели уйти, так как двигались недостаточно быстро.
— Они малы, но снабжены довольно грубыми сенсорами, — констатировала Норма, в которой никогда не засыпал аналитик.
Летающие металлические клещи закружились вокруг своих жертв как облако рассерженных ос, а потом набросились на людей, превратившись в крошечные острые пилы, начавшие кромсать несчастных, сдирая с них одежду и кожу. Брызнули фонтаны крови, на землю посыпались кусочки перетертой живой плоти. Люди начали кричать и вопить от боли и страха, стали разбегаться и петлять в кустах, стараясь укрыться от страшных созданий, но летучие пираньи преследовали их, впивались в кожу и своими беспощадными укусами на глазах превращали человеческие тела в кровавое уродливое месиво.
Туча зубастых насекомых развернулась и стремительно направилась ко входу в пещеру.
— Они нацелились на нас, — сказала Норма.
Тиция выкрикнула команду своим Колдуньям, и обладающие сверхъестественной ментальной мощью женщины Россака, сомкнув строй, обратились лицом к надвигавшейся опасности. Жужжащие искусственные осы, покрытые острыми металлическими шипами, летели словно пули. Тиция начала вибрировать, окружая себя защитным ментальным полем.
За спинами Колдуний дети и мужчины Россака спешно прятались в запертых безопасных помещениях, вырубленных в скале. Своими мыслями Тиция и ее подруги подняли энергетический ветер, мелкие кванты ментальной энергии словно ураган обрушились на страшных механических насекомых. Скопления их рассеялись, а затем сами твари начали рассыпаться в мелкий порошок. Но на смену уничтоженным появлялись новые. Дьявольская мастерская фабриковала железных насекомых тысячами.
— Для уничтожения этих гадов нужно намного меньше энергии, чем для того, чтобы превратить в пар кимека, — сказала одна из Колдуний, — но все равно даже это приносит какое-то удовлетворение.
— Омниус нашел способ обратить против нас свое новое оружие, даже находясь в осаде, — сказала Норма. — Эти машины запрограммированы на поиск и уничтожение людей.
Тучи металлических ос заполонили все пространство перед пещерами. Жуткие насекомые искали своих жертв. Колдуньи окружили себя слоем озона, подняв невидимый ионизирующий ветер. Светлые волосы поднялись, одежды шевелились от телепатических потоков. Тиция подняла руку, и по этому знаку женщины послали еще один мощный разряд, отогнавший следующую волну насекомых. Потом, соединив усилия, Колдуньи сокрушили саму фабрику, производящую маленьких монстров, и она превратилась в оплавленный кусок железа.
— Пошлите туда людей с огнеметами и взрывчаткой, — приказала Тиция. — Пусть они уничтожат этот цилиндр, пока он не восстановился.
Настроение у Тиции было приподнятое, она так радовалась, что признала за сводной сестрой способность к предвидению.
— Война еще не кончилась, — сказала Норма. — Возможно, что она лишь начинается. Еще раз.

***   

===

Если мыслящие машины лишены воображения, то каким образом им удается изобретать все те новые и новые ужасы, которые продолжают обрушиваться на нас?
Батор Абульурд Харконнен Доклад о происшествии в Зимин


Все сотрудники службы безопасности и любопытные прохожие, бросившиеся к месту падения странных цилиндров, были убиты. Даже камеры, передававшие изображение с места события, были разрушены. Насекомые пожирали все на своем пути. Все линии связи были перерезаны в считанные секунды.
Подозревая худшее и ожидая от Омниуса любой хитрости, Вориан приказал полкам внутренней гвардии окружить места приземления цилиндров. Стоявший рядом с верховным башаром Абульурд делал все, чтобы приказания Вориана были выполнены точно и вовремя. Атрейдес был похож сейчас на разъяренного салусского быка, и никто не осмеливался перечить ему.
— Я предупреждал их, я говорил, что нельзя терять бдительность, — рычал Вориан, обращаясь к Абульурду. — Ты принес прямое предостережение, но они не захотели прислушаться даже к нему!
— За несколько лет мира люди забыли, что такое угрозы и опасности, — ответил Абульурд, согласно кивнув.
— И теперь, когда Омниус снова атакует нас, мы реагируем, как разбегающиеся от кота крысы! — возмущенно продолжал Вориан.
Еще до того, как стали ясны детали происшествия, Абульурд расставил солдат, расквартированных в столице, вокруг мест падения прилетевших из космоса снарядов. Пользуясь чрезвычайными полномочиями, он мобилизовал также и наемников, которые все еще оставались на службе в Армии Человечества.
Снаряды — цилиндры размером с гроб — упали на большой территории. Батареи снабжали их энергией, которая требовалась для фабрик, находившихся в их внутренней части. Практически сразу из расколовшихся при падении цилиндров начали вылетать ненасытные мелкие твари — каждая размером не больше шарика из подшипника. Все эти шарики были оснащены источниками энергии и имели простую программу, помимо острых челюстей. Как пираньи, они набрасывались на любого человека, атаковали его и пожирали.
Жужжащие тучи гнусных механических тварей набрасывались на бегущих, пытающихся спастись людей и мгновенно объедали их, выполняя свою безжалостную программу, оставляя после себя лишь клочья кровавой плоти и осколки размолотых костей. Излюбленными мишенями стали солдаты в форме и люди в облегающих брюках и шортах. Женщины, священники в свободной одежде и пожилые мужчины в старомодных высоких шляпах поначалу не вызывали у механических насекомых интереса, но, расправившись с солдатами и молодыми мужчинами, твари возвращались и, присмотревшись к новым жертвам, набрасывались и на них.
Люди с отчаянными криками бежали по улицам, но падали, не успев найти убежища. Как беспощадные мясорубки, насекомые-пираньи пробуравливали тела и начинали блуждать в живой ткани, как пули со смещенным центром тяжести, извергая месиво измельченного мяса. Когда жертва погибала, насекомые покидали ее и принимались искать следующую цель.
Солдаты первой линии были убиты практически сразу. Пираньи поражали их, как смертоносные пчелы, но некоторые из солдат успели включить защитные поля Хольцмана, чтобы блокировать нападение. Другие же, которые не успели быстро среагировать, падали мгновенно, словно пораженные ядовитым газом. Стрелковое оружие оказалось бессильным против этих мелких и многочисленных тварей.
Но даже защитившиеся электромагнитным полем люди тоже со временем становились жертвами, так как механические убийцы облепляли поле и беспрерывно атаковали, ища и находя любую лазейку, используя тактику медленного проникновения. Изнутри шарообразной полости поля начинали бить фонтаны крови и разлетаться куски тканей, отскакивавшие от мерцающего силового поля. В течение нескольких мгновений запертые в ловушке пираньи выводили из строя генераторы, поле исчезало, и твари вылетали на волю.
В воздухе появлялось все больше и больше жутких созданий. Семьи прятались в домах и машинах, запирались изнутри, но пираньи преследовали людей и там, находя способы проникнуть в здания и машины. Спрятаться было негде.
Радиус поражения продолжал угрожающе увеличиваться, коллекторные приспособления собирали весь доступный металл и другие необходимые материалы, добавляя их к запасам смертоносных фабрик, которые продолжали тупо производить все новых и новых убийц. Упавшие цилиндры раскрыли свое нутро и выплевывали в атмосферу тучи новых пчел. Изготовленные тут же сырьевые подвижные станции принялись собирать материал, уничтожая строения Зимин, добывая металл и другие необходимые в производстве элементы.
Периметр разрушения продолжал расширяться.
Абульурд последовал за верховным башаром, когда тот решил лично осмотреть место поражения. На размышления времени не было — неопытные и необстрелянные солдаты были слишком сильно напуганы, чтобы точно выполнять приказы. Вориан и Абульурд устроили наглухо закупоренный командный пункт недалеко от точки падения первого снаряда. На улицах творилось нечто невообразимое. Граждане запирались в домах, пытаясь спастись от самоуправляемых пуль с острыми зубами.
После падения снарядов прошло меньше часа, но погибло уже несколько тысяч человек.
Наконец к месту события подтянули артиллерию Лиги. Абульурд оценил диспозицию.
— Подготовлены снаряды повышенной разрушительной силы. Артиллерийские офицеры докладывают, что готовы открыть огонь. Одно прямое попадание должно вывести из строя эту дьявольскую фабрику, и тогда мы сможем справиться с этим кошмаром.
Вориан нахмурился.
— Отдавай приказ стрелять, но не рассчитывая, что все пройдет так гладко. Омниус наверняка установил там защитную систему. — Он махнул рукой. — Но чем скорее мы узнаем, в чем заключается эта защита, тем скорее найдем способ обойти ее.
Артиллерия открыла ураганный навесной огонь. Снаряды летели по крутым коротким дугам, нацеленные точно на цилиндр, глубоко впившийся в землю. Когда снаряды начали падать на яму, тысячи пираний образовали облако вокруг отверстия в брюхе цилиндра. Смертоносные пчелы соединились в гроздья, словно стараясь образовать баррикаду на пути снарядов. Твари прилипали друг к другу, образуя различные фигуры, создавая препятствия для артиллерийских снарядов.
Пираньи облепляли каждый летевший снаряд, начиная обдирать с него металл еще в воздухе. Эти кусочки металла они несли на фабрику, которая использовала новый материал для производства новых механических убийц.
Не дожидаясь приказа, один из храбрых наемников поднялся над местом падения цилиндра в маленьком бронированном вертолете, и машинные пчелы атаковали его. Тысячи летающих пожирателей облепили корпус летательного аппарата и начали методично уничтожать его металл, а потом принялись за замки и электронные системы.
Оказавшийся в отчаянном положении наемник успел сбросить только одну бомбу. Бомба эта взорвалась в воздухе до того, как пираньи успели очистить ее от металла. Ударная волна всколыхнула тучу механических насекомых, не причинив им, впрочем, практически никакого вреда.
Вертолет развалился на части. На какой-то момент обреченный пилот оказался в свободном падении, летя к земле и отчаянно размахивая руками. Но в мгновение ока пираньи напали на него, превращая его тело в кровавое месиво. Человек умер до того, как его останки коснулись земли.
Столкнувшись с таким ужасом, некоторые молодые солдаты попросту перестали реагировать на приказы верховного башара.
Они десятками покидали свои посты. Вориан был вне себя от ярости и стыда.
— Они неопытны и не привыкли к тем страшным вещам, на которые способен Омниус, — сказал Абульурд.
Вориан натянуто улыбнулся в ответ.
— Другие могут размякнуть и опустить руки, Абульурд, но ты никогда не позволял себе расслабляться. Нам надо найти выход — тебе и мне. Надо найти эффективное решение и применить его немедленно.
— Я не подведу вас, верховный башар.
Вориан посмотрел на него с гордостью и теплым чувством.
— Я знаю, Абульурд. Нам по плечу спасти всех этих людей.

*** 

===

Когда люди попадают в рай при жизни, это приводит к неизбежному: они становятся вялыми, теряют навыки и остроту восприятия.
Дзенсуннитская сутра, переделанная для Арракиса


После смерти престарелого Тука Кидайра Исмаил остался самым старшим в дзенсуннитской деревне. Кидайр, бывший работорговец, формально оставался пленником группы отступников, последователей Селима Укротителя Червя. Хотя, конечно, у Кидайра было множество возможностей бежать и вернуться в цивилизованный мир Лиги, тлулакс смирился со своим жребием и остался здесь, с Исмаилом и дзенсуннитами пустыни.
Исмаил никогда не называл бывшего торговца живым товаром другом, но они провели немало ночей вместе, ведя интересные беседы за чашкой крепкого, приправленного пряностью кофе и глядя на проплывающие по небу звезды. Они были врагами, но по крайней мере понимали друг друга, чего нельзя было сказать об отношениях Исмаила с нынешними молодыми вождями деревни.
Как всегда, сидя после ужина в столовой, Исмаил слушал разговоры старейшин, к которым теперь принадлежала и его дочь. Даже Хамаль вела разговоры о городе, о вещах и тряпках, обо всех тех предметах роскоши, которые казались Исмаилу ненужными и лишними. Жизнь этих свободных людей теперь была более комфортной, чем жизнь рабов в доме Саванта Хольцмана. Все это действительно было не нужно и, более того, опасно.
Прошло много лет, потомки бывших поритринских рабов переженились на потомках уцелевших членов группы Селима. Дочь Исмаила Хамаль была замужем дважды, у нее было пятеро детей. Теперь она считалась важной старейшиной племени, мудрой старой матроной.
Исмаил очень хотел, чтобы никто из них не забыл старую жизнь и ее обычаи; он все время настаивал на том, что бежавшим рабам никогда не следует забывать свои навыки независимой жизни в пустыне, чтобы снова не сделаться добычей работорговцев. Пока Арракис не стал для них обетованной землей, как они надеялись, когда он возглавил их отчаянное бегство. Исмаил желал сохранить плоды своих трудов во что бы то ни стало, любой ценой.
Правда, другие видели в Исмаиле лишь желчного упрямого старика, предпочитавшего трудности прошлого улучшениям и удобствам настоящего. Двадцать лет назад разразившаяся в Лиге меланжевая лихорадка навсегда изменила лицо Арракиса, чужеземцы не ушли, напротив, с каждым годом их становилось все больше и больше. Исмаил понимал, что не может остановить этот процесс, и с упавшим сердцем был вынужден осознать, что видения Селима становятся явью — торговля меланжей погубит пустыню. Казалось, что на всей планете не осталось больше такого места, где он и его народ могли бы жить свободно и независимо.
За один только прошедший месяц наиб Эльхайим дважды приглашал иноземные космические корабли совершить посадку вблизи их деревни, дав им координаты, составлявшие тайну надежного поселения дзенсуннитов. И все это ради того, чтобы обменять побольше меланжи на припасы и предметы роскоши.
Погруженный в свои мысли старый Исмаил вслух фыркнул от возмущения.
— Мало того что мы впали в зависимость от торговли с городом, мы еще и стали настолько ленивы, что уже не хотим туда ездить.
Один из сидевших рядом стариков пожал плечами.
— Зачем совершать утомительные поездки в город, если можно заставить работать чужеземцев?
Хамаль сделала выговор старику за непочтительность тона, но Исмаил не обратил внимания на них обоих, нахмурившись и продолжая держать совет только с самим собой. Несомненно, односельчане считают его ископаемым, упрямцем, не желающим признавать прогресс. Но он в отличие от них хорошо понимал и остро чувствовал опасность этого прогресса. После окончания Джихада и потери массы рабочих рук вследствие эпидемии по галактике снова широко распространилась работорговля, которую принимали как нечто должное. Но ведь работорговцы так привыкли охотиться на людей буддислама…
Несмотря на свой почтенный возраст, Исмаил сохранил острое зрение. Вглядываясь в ночное небо, он стал первым, кто заметил приближающиеся корабли. Бортовые огни отмечали траекторию по мере приближения судов — они шли не наугад, было видно, что они целенаправленно спускаются к деревне. Исмаил ощутил беспокойство.
— Эльхайим, ты опять пригласил сюда этих вечно сующих свой нос в чужие дела иностранцев?
Пасынок, занятый беседой с одним из старейшин, быстро встал.
— Нет, я никого не жду. — Он подошел к выходу из пещеры и тоже увидел приближавшиеся на большой скорости суда. Рев двигателей напоминал рев песчаной бури.
— Значит, надо готовиться к худшему, — возвысив голос, сказал Исмаил, снова приняв на себя роль вождя, каким он был, когда вел этих людей из рабства к свободе. — Выставить охрану у домов! Скоро здесь будут чужеземцы.
Эльхайим безнадежно вздохнул.
— Не надо этих крайностей, Исмаил. Может быть, у них вполне добрые намерения…
— Или вполне опасные замыслы на уме. Лучше быть во всеоружии. Что если это работорговцы?
Он вперил яростный взгляд в Эльхайима, и пасынок наконец пожал плечами.
— Исмаил прав. От бдительности не будет никакого вреда. Дзенсунниты приготовились к обороне, но было видно, что люди не слишком торопятся.
Зловещие корабли принялись описывать круги над деревней, то ускоряясь, то замедляя полет. Из открытых люков начали высовываться люди в темной форменной одежде, которые открыли огонь из легкого стрелкового оружия. Дзенсунниты с криками бросились прятаться в пещерах.
По скалам ударили первые снаряды, но только один попал в балконный зал, вызвав небольшие разрушения и оползание скалы. Через мгновение корабли приземлились на песок у подножия скалы. Из кораблей хлынул поток плохо одетых людей, которые без команд, организации или плана бросились вверх, карабкаясь по скалам. Оружие у них, правда, было новое.
— Постойте, это же старатели! — закричал Эльхайим. — Мы уже торговали с этими людьми. Почему они нападают…
— Потому что хотят забрать у нас все, — сказал Исмаил. Ружейный огонь не прекращался. Вокруг них свистели пули, слышались небольшие взрывы, крики, беспорядочные команды. — Ты хвастался, сколько у нас припрятано меланжи, Эльхайим? Ты говорил этим купцам, сколько воды запасено в наших цистернах? Ты рассказывал, сколько здесь живет здоровых мужчин и женщин?
Пасынок стоял как соляной столб, не зная, что отвечать. На лице его было озадаченное и беспомощное выражение. Он начал отрицать все, но Исмаил знал верные ответы на свои вопросы.
Они смотрели, как чужеземцы выгружают оснащение — оглушающие пояса, сети и удавки, — и Исмаил понял, что это не просто разбойники. Он вскричал на удивление сильным голосом:
— Работорговцы! Если они захватят вас, то вы станете рабами. Даже Эльхайим теперь зашевелился. Наверняка он понял, что эти чужеземцы обманули его доверие и теперь заслуживали смерти.
Хамаль встала рядом с отцом и обратилась к племени:
— Вы должны защитить свою жизнь, свои дома и свое будущее! Никто из пришельцев не должен остаться в живых.
Исмаил посмотрел на нее с жесткой улыбкой.
— Мы поразим этих людей, и пусть это будет уроком для других, кто, возможно, тоже захочет поднять на нас руку. Они думают, что мы слабы. Но они глупы и заблуждаются.
Хотя дзенсунниты и были испуганы, они гневно зашумели в ответ на эти слова. Мужчины и женщины рассыпались по комнатам, вооружаясь старыми пистолетами, дубинами, шестами для управления червем, короче, всем, что могло послужить оружием. Группа стариков из числа первых отступников, знавших еще самого Селима, с гордостью обнажили хрустальные клинки, сделанные из зубов червя. Хамаль созвала группу женщин, тоже вооруженных кривыми ножами, тщательно изготовленными из обрезков металла. Глаза женщин пылали неукротимым гневом.
У Исмаила потеплело на сердце, когда он увидел, с какой решимостью люди готовились отстаивать свою свободу. Он обнажил свой кристаллический нож, подарок, полученный им, когда он овладел искусством езды на черве. У Мархи тоже был такой нож, который после ее смерти унаследовал Эльхайим. Исмаил обернулся к нему, и пасынок нехотя достал свой молочно-белый сверкающий клинок.
Начинающие работорговцы ползли по крутому склону скалы, подбадривая себя криками и выстрелами и поминутно оскальзываясь на гладких камнях. Зная Эльхайима, они были уверены, что встретят здесь покорных, как кролики, собирателей меланжи.
Но вломившись в пещерный город, пришельцы оказались неготовыми к яростному сопротивлению, какое они встретили. Воя, как шакалы, пустынные кочевники набрасывались на пришельцев из каждого угла, заманивали их в глухие закоулки и убивали. В ответ нападавшие стреляли из своих мощных ружей.
— Мы свободные люди — фримены! — кричал Исмаил. — Мы не рабы!
Всхлипывая, как раненые дети, четверо работорговцев с трудом вырвались из пещер и бросились вниз, надеясь попасть на корабль и унести ноги. Но они не знали, что горстка добровольцев тайными тропами покинула поле боя и, пробравшись к кораблям, захватила их, устроив на борту засаду. Спрятавшись внутри, они дождались, когда пытавшиеся спастись чужеземцы войдут в судно, и перерезали им горло.
После того как все незадачливые работорговцы были убиты, дзенсунниты принялись зализывать раны и подсчитывать потери. Убитых было четверо. Когда Эльхайим оправился от потрясения и удивления, он послал группу разведчиков обыскать воздушные суда.
— Посмотрите на эти суда! Мы конфискуем их у людей, которые хотели сделать нас рабами. Это достаточно честная сделка.
Исмаил вспыхнул гневом и подошел к наибу, встав перед ним.
— Ты говоришь так, словно это был торговый обмен! Покупка и продажа имущества, как во время твоих походов в Арракис-Сити! — Он поднял свой искривленный от возраста палец. — Ты подверг опасности жизни всех нас, приглашая сюда этих людей, невзирая на мои предостережения. И теперь, как это ни печально, ты сам видишь, что они оказались оправданными. Ты не годен…
Старик напряг свои еще не слабые мышцы и почти поднял руку, чтобы ударить пасынка по лицу, но вовремя вспомнил, что этим нанес бы ему смертельное оскорбление. Эльхайим должен был бы ответить тем же, вызывая Исмаила на поединок, который мог закончиться только смертью одного из них.
Исмаил не мог позволить себе расколоть единство племени — помимо того, что он обещал Мархе позаботиться об Эльхайиме, — и он сдержал свой гнев, удовольствовавшись тем, что увидел страх в глазах наиба.
— Ты был прав, Исмаил, — тихо произнес Эльхайим. — Я должен был прислушаться к твоим предостережениям.
Старик покачал головой и отвернулся, а Хамаль подошла к отцу и успокаивающим жестом положила руку ему на плечо, одновременно глядя на наиба.
— Ты никогда не жил в рабстве, Эльхайим, и не знаешь, что это такое, — сказала она. — Мы вырвались из рабства, рискуя жизнью, чтобы освободиться от ига и явиться сюда.
— Я не позволю тебе продать на рынке нашу свободу, — добавил Исмаил.
Пасынок Исмаила был потрясен настолько, что не сразу смог ответить. Исмаил замолчал, отвернулся и зашагал прочь.
— Это никогда не повторится, — сказал наконец наиб. — Обещаю тебе!
Исмаил сделал вид, что не слышит.

  Читать   дальше  ...    

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

---

Источник :  https://knigogid.ru/books/852671-dyuna-bitva-za-korrin/toread

---

Словарь Батлерианского джихада

---

 Дюна - ПРИЛОЖЕНИЯ

Дюна - ГЛОССАРИЙ

Аудиокниги. Дюна

Книги «Дюны».   

 ПРИЛОЖЕНИЕ - Крестовый поход... 

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

---

---

ПОДЕЛИТЬСЯ

---

 

Яндекс.Метрика

---

---

---

---

Фотоистория в папках № 1

 002 ВРЕМЕНА ГОДА

 003 Шахматы

 004 ФОТОГРАФИИ МОИХ ДРУЗЕЙ

 005 ПРИРОДА

006 ЖИВОПИСЬ

007 ТЕКСТЫ. КНИГИ

008 Фото из ИНТЕРНЕТА

009 На Я.Ру с... 10 августа 2009 года 

010 ТУРИЗМ

011 ПОХОДЫ

012 Точки на карте

014 ВЕЛОТУРИЗМ

015 НА ЯХТЕ

017 На ЯСЕНСКОЙ косе

018 ГОРНЫЕ походы

Страницы на Яндекс Фотках от Сергея 001

---

***

***

***

*** 

Мы простые скитальцы холодного космоса,
антиподы светил, диссиденты богов.
Как ловцы тайных грез и вершители снов,
делим судьбы на черные, белые полосы.

Нас рисуют безумцы героями комиксов,
хоть сюжет наших подвигов вовсе не нов.
Мы простые скитальцы холодного космоса,
антиподы светил, диссиденты богов.

Нам не ведомы страхи и всякие комплексы,
но к седому покою никто не готов.
В этом сложная суть и основа основ,
по которым свой путь опознаем без компаса
мы, простые скитальцы холодного космоса.


 Семён Гонсалес. 
 

Источник: https://my.mail.ru/community/writerx/4983E2734270743B.html

***

***

---

О книге -

На празднике

Поэт  Зайцев

Художник Тилькиев

Солдатская песнь 

Шахматы в...

Обучение

Планета Земля...

Разные разности

Новости

Из свежих новостей

Аудиокниги

Новость 2

Семашхо

***

***

Прикрепления: Картинка 1
Просмотров: 150 | Добавил: iwanserencky | Теги: из интернета, слово, Битва за Коррин, книга, ГЛОССАРИЙ, Хроники Дюны, Брайан Герберт, будущее, люди, Вселенная, фантастика, Хроники, чужая планета, писатели, книги, литература, миры иные, проза, Кевин Андерсон, текст, Будущее Человечества | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: