Главная » 2023 » Май » 10 » Битва за Коррин. Б.Герберт, К. Андерсон. Дюна 240
20:20
Битва за Коррин. Б.Герберт, К. Андерсон. Дюна 240

***

***

*** 
Ракелла вспыхнула.
— Не забывай, что первые симптомы инфекции — это мания преследования, спутанность сознания и агрессивность. Пряность стимулирует процессы мышления — может быть, она, кроме того, помогает отразить первичную инфекцию.
Он обнял ее за плечи.
— Ракелла, если ты права, то это подлинный прорыв. Мы можем провести профилактику среди всего населения, которое пока не заразилось, дав ему в качестве иммунизации против вируса меланжу.
— Да, но надо действовать без промедления, — сказала Ракелла. — Но где мы возьмем столько меланжи?
Мохандас печально опустил голову.
— Есть еще один, более серьезный вопрос. У тебя есть сомнения, что эпидемия уже не поразила другие планеты? Эпидемия может распространиться по галактике как саранча. Нам надо передать эту новость в Лигу любой ценой.
Ракелла решительно перевела дыхание.
— Мой… Вориан Атрейдес — вот кто может это сделать! Она выбежала из кабинета и бросилась в пустующий теперь узел связи госпиталя. Надо связаться с Атрейдесом, пока он не успел покинуть пределы солнечной системы Пармантье. Как верховный главнокомандующий армии Джихада Вориан мог ускорить принятие решения об увеличении поставок пряности на планеты, пораженные сконструированным машинами вирусом. К ее радости связь пока сохранилась, и после некоторой задержки Вориан Атрейдес ответил на вызов. Она без всякого вступления изложила ему суть дела, потом подождала, когда закончится временной лаг передачи. Наконец в динамике раздался голос Вориана:
— Меланжа? Если это правда, то нам понадобится чертова уйма этого порошка. Ты уверена, что это так?
— Уверена. Передай эту новость всем — и постарайся уцелеть.
— Ты тоже, — ответил он. — Я буду пролетать мимо штаб-квартиры «ВенКи» на Кольгаре и напрямую поговорю с руководителями компании, торгующей меланжей.
Он добавил что-то еще, но раздавшийся в динамике статический треск заглушил его слова.

***  

===

Успешный руководитель похож на хорошего игрока в покер — и тот и другой скрывают или искажают до неузнаваемости свои эмоции, чтобы партнеры не смогли использовать их против него.
Аурелий Венпорт. Наследие бизнеса


Почти две недели Вориан Атрейдес гнал «Мечтательного путника» с таким ускорением, какое мог выдержать только робот, стремясь любой ценой не терять времени и доставить жизненно важную новость в Лигу. Все тело ныло и болело, но он понимал, что каждая минута промедления может стоить еще одной человеческой жизни.
Если, увеличив скорость корабля до пределов переносимости, он сможет спасти хотя бы одного человека, то это с лихвой вознаградит его за все его преходящие и кратковременные страдания. Сам Агамемнон преподал когда-то ему этот урок, проведя лечение, продлевающее жизнь. Боль — это малая цена, если ее платят за жизнь.
За время долгого путешествия у Вориана не появилось ни одного симптома, ни одного предупреждающего признака заражения новоявленной чумой, о которых предупреждала его Ракелла. Это означало, что, согласно ее знанию, у Вориана действительно есть иммунитет к этой вирусной инфекции. Это означало также, что он может поспешить и сделать нужное дело, не опасаясь, что заразит окружающих или заболеет сам. Его личной безопасности ничто не угрожало.
Вориан изменил курс, чтобы совершить краткий визит на Кольгар, на верфи компании «ВенКи». В этой ситуации он считал полезным самому лично переговорить с главными поставщиками пряности. Последствия открытия Ракеллы могли быть чрезвычайно важными.
Вориан сильно опечалился, когда, приблизившись к Кольгару и начав принимать сообщения по линиям связи, узнал из новостей, что эпидемия уже поразила множество планет Лиги Благородных. Омниус доставлял смертоносные торпеды с вирусами с беспощадной эффективностью, заражая планету за планетой, несмотря на все усилия правительств и народов поставить заслон на пути распространения эпидемии. Были наложены строгие карантины, но обычно эти мероприятия запаздывали, и, даже если удавалось соблюсти карантин, то половина населения, запертого на изолированной планете, была обречена.
Один только Вориан Атрейдес мог предложить действенную помощь, и все теперь зависело от согласия корпорации «ВенКи» помочь делу. Те, кто принимает пряность, лучше сопротивляются Бичу.
«ВенКи» окружила завесой секретности свои торговые операции с пряностью, не давая доступа к технологии добычи и источникам поставок другим компаниям и правительствам Лиги. Кроме того, торговая компания имела монополию на производство опасных в эксплуатации коммерческих спейсфолдеров. Теперь в мозгу Атрейдеса сложилась окончательная ясная картина. Для того чтобы противодействовать распространению эпидемии, надо использовать быстроходные корабли для поставок пряности. Для этого нужны спейсфолдеры. И пряность…
Вориан поклялся себе, что не покинет Кольгар до тех пор, пока не добьется своего.

В конце концов, Норма Ценва лично отправилась с Ворианом на Салусу на борту «Мечтательного путника». Благодаря своим сверхъестественным способностям она предвидела его приезд и каким-то странным и необъяснимым чутьем понимала, что он привезет новости, которые приведут к не терпящим отлагательства действиям. Вориан не успел произнести и пары фраз, когда Норма твердо решила про себя три вещи: ситуация критическая, спасти ее может большое количество пряности и она сама поедет на Салусу, чтобы обратиться к Парламенту Лиги.
После этого она приказала своему сыну Адриену изменить всю деятельность корпорации «ВенКи» и увеличить производство и доставку пряности до самого высокого возможного уровня. Покончив с этим, она вместе с Ворианом отправилась к черно-серебристому курьерскому кораблю.
— Я лучше сосредоточусь на борту вашего корабля, чем здесь. Она жестом указала на верфь, где после недавнего взрыва шел активный и очень шумный ремонт.
— Нам надо спешить изо всех сил, — добавила она.
Когда они поднялись над планетой, Вориан включил весьма умеренное ускорение, но после того, как Норма уверила его, что способна выдержать много большие нагрузки, чем сам Атрейдес, он снова погнал корабль на пределе его выживаемости. Бывший курьерский корабль вырвался из поля тяготения Кольгара и по прямой рванул в сторону Салусы Секундус.
По пути Норма занималась своими расчетами и вычислениями, обложившись записями, электронными блокнотами и другими материалами, захваченными с Кольгара. Любопытно, но ей не пришлось ничем этим воспользоваться. Вместо этого она погрузилась в глубины своего разума и отправилась в увлекательное путешествие, извлекая оттуда массу полезной информации, которая хранилась в ее памяти лучше, чем в любом блокноте. Ее мыслительные способности возросли до невероятной степени, превзойдя все мыслимые пределы.
Вориану казалось, что на борту, кроме него, нет ни одной живой души, но его это не тяготило — он привык путешествовать в одиночестве. Во время таких длинных утомительных перелетов он с удовольствием вспоминал о своих путешествиях с Севратом на борту этого курьерского корабля с обновлениями. Среди всего этого разгула войны и ее ужасов, в чумном безумии было бы неплохо отвлечься игрой или даже послушать неуклюжие — с претензией на юмор — шутки Севрата.

Покачнувшись и дернувшись, «Мечтательный путник» совершил посадку в космопорте Зимии. Стоял прохладный день, и взлетно-посадочная полоса продувалась сильным ветром. Норма вышла из своего транса, посмотрела в иллюминатор и увидела столицу Лиги.
— Мы уже прибыли?
По дороге к зданию Парламента Норма и Вориан узнали, что за несколько прошедших недель эпидемическая обстановка резко ухудшилась: болезнь появилась еще на десятке планет Лиги. Лучшие ученые пока не могли найти средства борьбы с заразой, но открытие Ракеллы относительно пряности уже достигло Салусы на быстроходных разведывательных кораблях — спейсфолдерах, и заказы меланжи сильно возросли. Но одно знание о том, что меланжа являет собой эффективное средство — пусть даже не полного излечения, но лечения, не могло помочь увеличить поставки пряности в должной мере.
Норма надеялась, что ее выступление в Парламенте поможет переломить ситуацию.
Ментальным усилием она улучшила свой внешний вид, пригладила светлые волосы и смягчила черты лица. Хотя лично для нее физическая красота мало что значила, и она удовлетворялась тем, что ее организм работает достаточно хорошо, чтобы поддерживать свое здоровье в условиях постоянных перегрузок, Норма следила и за внешностью в память о своем покойном муже.
Поднимаясь вслед за стремительным верховным главнокомандующим по ступеням, она очень ясно увидела свое исключительно важное место в разворачивающейся перед ее глазами истории человечества. Норма рассматривала себя как нечто эфемерное, невидимое, как дуновение воздуха, поддерживающего горение свечи. Ее мало интересовало, сохранится ли в истории ее имя; она думала лишь о деле. И о спасении жизней.
— Вы готовы? — спросил Вориан. — Мне кажется, что вы витаете где-то очень далеко.
— Я… везде. — Она прищурила глаза, потом всмотрелась в возвышающееся перед ней здание. — Да, я здесь.
Когда они приблизились к дверям Парламента, то увидели группу взволнованных, одетых в желтое монахов, которые, охваченные волнением, несли прозрачную емкость с отделенным от тела мозгом. Норма с любопытством взглянула на эту торопливо пробежавшую мимо группу. Хотя сама она никогда не беседовала с этими древними философами, ее мать Зуфа Ценва рассказывала ей об этих таинственных когиторах, странных уединенных мыслителях.
— Видад, один из когиторов-отшельников, мыслитель башни из слоновой кости, — произнес Вориан, не скрывая отвращения и неприязни. Он ввел Норму в вестибюль, под гулкими сводами которого суетливо сновало множество людей. — Не хотел бы я, чтоб он снова вмешался, как тогда, со своим дурацким предложением о мире.
После того как Серене пришлось пожертвовать собой, чтобы исправить положение, нарушенное когиторами, Видад провел полсотни лет на Салусе, изучая исторические документы и последние философские трактаты. Кроме того, он довольно назойливо занимался политикой, пытаясь вмешиваться в решения Совета Джихада. Вориан от всей души желал, чтобы это чудо скорее вернулось на свою замороженную Хессру.
Войдя в зал заседаний, они увидели, что на месте председателя сидит Великий Патриарх Ксандер Боро-Гинджо с неизменной цепью — знаком духовной власти над народом — на шее. Рядом с ним восседал высокий и худой временный вице-король Лиги О'Кукович. Хотя официально он являлся вождем и руководителем Лиги, в действительности это был не более чем свадебный генерал, лишенный реальной власти. Он был чем-то вроде затычки, которым закрывали ненужное отверстие.
Вориан и Норма заняли два места в переднем ряду собрания. Их появление вызвало заметное оживление, хотя Парламент заседал уже долгое время и обсуждал стремительно распространявшуюся эпидемию — этот Дьявольский Бич. Было известно, что к настоящему моменту болезнью поражены пятнадцать планет, и все боялись, что их еще больше, просто весть об этом пока не достигла столицы Лиги. Совет Джихада уже предложил несколько строгих военных и медицинских мер для предотвращения проникновения страшной заразы на Салусу Секундус.
Вориан изучил повестку дня, просмотрел длинный список выступающих — против каждого имени стояла пометка «Срочно». Он вздохнул и откинулся на спинку кресла.
— Что ж, придется подождать.
Норма явственно слышала панические нотки в голосах выступающих депутатов, видела печать страха на их лицах. Сидевшие рядом представители планет о чем-то тревожно перешептывались. Хотя она продолжала заниматься своими вычислениями на периферии сознания, она прекрасно осознавала масштаб катастрофы, слушая одно краткое выступление за другим. Пока на Салусе Секундус никто не заразился, и Парламент вполне серьезно обсуждал вопрос о введении полной блокады планеты, чтобы защитить ее население от страшной инфекции.
Норма встрепенулась, когда на трибуну поднялась следующая из выступавших — руководительница Колдуний Россака, ее сводная сестра Тиция Ценва. На ее алебастровом безупречном лице была явно написана буря эмоций и страстей, длинные светлые волосы и белое, как слоновая кость, платье развевались, словно в зале дул ветер. Тиция взглядом усмирила аудиторию, заставив замолчать всех одним своим присутствием.
Глядя на нее, Норма не ожидала ни приветственной улыбки, ни даже кивка от сестры. Несмотря на экстраординарные таланты своих представителей, семья была расколота, и куски ее разлетелись далеко друг от друга.
Много лет мать не желала знать Норму, как самый большой провал в своей жизни, и сосредоточила все свое внимание на деятельности во благо Джихада. Обладая незаурядными способностями и будучи великой Колдуньей, Зуфа Ценва долго ожидала рождения безупречной дочери и, в конце концов, сумела родить абсолютно здоровую Тицию. Но, превзойдя всякие ожидания матери, Норма сумела самостоятельно трансформировать свое тело. После этого, оставив дочь, рождения которой Зуфа, по ее же словам, столь долго и страстно желала, на попечении Колдуний Россака, она занялась делами Нормы. А потом Зуфа погибла вместе с Аурелием.
Тиция росла и воспитывалась на Россаке, проявляя все ментальные способности, о которых молилась ее мать, но жила она в вакууме, который постепенно наполнялся негодованием. Прошли годы, Тиция стала Главной Колдуньей, подобно Зуфе Ценве, но Тиция была еще строже и суровее, чем мать, еще более Фанатично преданной делу Джихада. Погруженная в свои теории и вычисления, не говоря уже о делах корпорации «ВенКи», Норма редко выкраивала время, чтобы навестить свою сводную сестру, они не могли считаться подругами даже в самом широком смысле этого слова.
Тиция встретилась взглядом с Нормой, мгновение поколебалась, но потом начала свою речь, меча громы и молнии каждым своим словом, каждым вздохом. Депутаты содрогнулись от такого выступления.
— Мы, Колдуньи, отдавали свои жизни годами, истребляя кимеков всюду, где они принимались преследовать людей. Я видела, как гибли мои сестры, выстреливая свои эмоции, свой мозг, свое сознание, чтобы убить и унести с собой в могилу еще одного кимека. Так мы уничтожили многих из них, включая первоначальных титанов. Я всегда готова сделать то же, если появится враг. Но теперь, в течение последних десятилетий, опасность со стороны кимеков отступила.
Бревин О'Кукович одобрительно зааплодировал.
— Колдуньи Россака сослужили великую службу человечеству.
Тиция недовольно взглянула на человека, перебившего ее, и продолжила:
— Так же как и многие другие, сэр. Теперь, перед лицом разразившейся страшной эпидемии, я должна подчеркнуть, что мы, Колдуньи, получили другую точку приложения наших способностей. Так как на нашей планете нам приходится жить в очень суровых условиях, мы усердно составляем генеалогические древа и прослеживаем родословные многих поколений и, значит, понимаем все значение генетической наследственности как сырого материала для воссоздания человечества. Если эта насланная на нас Омниусом зараза будет распространяться и дальше, если положение осложнится и ухудшится, то мы сможем оказаться перед угрозой потери многих ветвей нашего вида, это будут уже не просто потери, это будет уничтожение пути в будущее.
Теперь, когда на одной планете за другой уничтожаются целые семьи, целые города, наша реакция не может быть слишком скорой или слишком энергичной. Наш род находится в величайшей опасности. Хотя мы прилагаем массу усилий для того, чтобы отыскать способ излечения этой страшной заразы, способ борьбы с этим Бичом Дьявола, мы также должны сделать все возможное и невозможное для того, чтобы сохранить лучшие образцы ДНК, прежде чем они будут для нас безвозвратно утрачены — мы должны защитить и сохранить ключевые маркеры некоторых сильных линий в человеческих родословных. Если мы не сделаем этого, болезнь может стереть их полностью и навсегда. Мы должны организовать и провести программу защиты генетической информации всех людей, на всех планетах. — Она гордо вскинула голову. — Мы, Колдуньи, можем и должны выполнить такую программу.
Норма смотрела на манипулирующую залом сводную сестру, не вполне понимая, чего она хочет добиться своим предложением. Хотя Верховную Колдунью вряд ли можно было назвать сентиментальной дамой, она, как и Зуфа Ценва, была фанатичным приверженцем Джихада.
Тиция обвела электризующим взглядом зал, намеренно избегая смотреть на Норму.
— Я предлагаю, чтобы Колдуньи отправились на планеты, не пораженные эпидемией дьявольской болезни, и отобрали здоровых кандидатов. Мы можем составить банки проб крови, сохранить наследственные признаки семей, если уж мы не сумеем спасти сами семьи. Позже, когда машины будут разбиты, мы сможем воспользоваться этими пробами для того, чтобы восстановить население.
Великий Патриарх, кажется, тоже не вполне понял суть предложения.
— Но если этот Дьявольский Бич уничтожает половину населения, то у нас останется очень много уцелевших. Является ли действительно необходимой операция такого размаха?
Тиция испустила намеренно долгий вздох и ответила:

— Но останется ли
верная
половина? Рассчитывать надо на худшее, Великий Патриарх. Мы должны сделать это до того, как станет слишком поздно. Надо поступить, как древний Ной, но в большем масштабе. Нам надо успеть взять пробы с самыми сильными генетическими признаками на каждой планете, и сделать это надо до того, как эпидемия распространится по всей Лиге. Нам понадобится вся ДНК, которую удастся спасти и сохранить, чтобы гарантировать достаточное разнообразие во имя сохранения здоровья нашего рода и нашей расы.

— Но почему бы не научиться лечить эту проклятую болезнь? — растерянно спросил один из депутатов. — Зараза проникает всюду!
Великий Патриарх призвал присутствующих к порядку.
— Мы уже организовали добровольческий корпус из врачей, чтобы оказать помощь пораженным планетам, где катастрофически не хватает медицинских кадров. Может быть, Колдуньям стоит собрать пробы и там?
Тиция взглянула на Патриарха, как на слабоумного.
— Слишком поздно. Какая-то часть тамошнего населения, конечно, выживет, но генетический фонд уже испорчен. Мы должны сконцентрировать усилия там, где они принесут наибольший положительный эффект. Мы ничего не получим на планетах, уже пораженных эпидемией.
— Хорошо-хорошо, — примирительно произнес вице-король, выразительно взглянув при этом на часы. — Я не вижу оснований отказывать Колдуньям в том, чтобы и они внесли свой вклад к мерам, которые мы уже предпринимаем по всей Лиге. Вы найдете достаточное количество добровольцев-женщин на Россаке?
— Мы найдем больше чем достаточно.
— Вот и отлично. Я вижу, что следующий пункт повестки дня может стать более обнадеживающим. Верховный главнокомандующий Вориан Атрейдес? И некто по имени Норма Ценва? — Очевидно, О'Кукович не знал, кто такая Норма, но его память вообще не отличалась надежностью. — Вы хотите изложить детали использования меланжи в борьбе с эпидемией?
Вориан проводил Норму к трибуне, а Тиция проявила явное беспокойство по поводу своего мнимого унижения. Хотя сообщение было доставлено недели назад, Вориан вкратце рассказал о своем посещении Пармантье и об открытии, сделанном его внучкой Ракеллой.
— Согласно донесениям, поступающим с других планет, это заключение верно. На каждой планете есть люди, обладающие необъяснимым иммунитетом к заболеванию, но у всех этих людей есть кое-что общее. Те, кто потребляет меланжу, обладает повышенной сопротивляемостью, если даже и не стопроцентным иммунитетом. Пряность — дорогое, но эффективное лекарство. Мощное оружие в борьбе с Дьяволским Бичом!
Вориан отошел в сторону, уступив место на трибуне Норме. Она не колебалась ни секунды.
— Таким образом, становится ясно, что необходимы большие количества меланжи, которую надо как можно скорее доставить на множество планет. Я предлагаю воспользоваться для этого возможностями корпорации «ВенКи».
— Это уловка, повод к увеличению добычи пряности — для повышения ваших доходов! — крикнул из четвертого ряда какой-то депутат — мужчина крупного телосложения.
— Это верно, компания «ВенКи» является главным поставщиком пряности в Лиге и, кроме того, в нашем распоряжении имеются спейсфолдеры, с помощью которых можно быстро доставить меланжу на пораженные инфекцией планеты.
С внезапно охватившей ее подавленностью Норма подумала о том, что если бы эти перепуганные и сверх меры фанатичные люди не заставили ее отказаться от компьютерных навигационных систем, то уровень безопасности полетов на кораблях, свертывающих пространство, мог бы стать существенно выше. Может быть, стоит тайно установить на судах вычислительные системы…
Твердым голосом она продолжила:
— Я уже отдала распоряжения относительно максимального увеличения добычи меланжи на Арракисе. В память о моем любимом покойном муже, патриоте Аурелии Венпорте, я буду поставлять меланжу на инфицированные планеты бесплатно как гуманитарную помощь.
По залу прокатился ропот удивления. Норма посмотрела на человека, выкрикнувшего обвинение.
— Думаю, что это снимает все подозрения в том, что мы хотим нажиться на трагедии?
Адриен, как настоящий бизнесмен, конечно, будет недоволен таким решением, скажет, что корпорация «ВенКи» и так уже пожертвовала очень многим, но сейчас Норма не интересовалась прибылью. Она поступала правильно.
Представители планет оживились, но Тиция Ценва, сидевшая теперь в первом ряду, не разделяла всеобщей радости. Она склонилась к уху Великого Патриарха. Вид у нее был поистине заговорщический. Глаза круглолицего Патриарха вспыхнули от того, что нашептывала ему Тиция. По мере того как она говорила, он кивал все более и более энергично. Наконец Ксандер Боро-Гинджо встал и потребовал тишины.
— Мы ценим бескорыстное предложение корпорации «ВенКи», но в настоящем тяжком положении одного такого жеста далеко недостаточно. Даже при напряжении всех своих сил, одна компания не в состоянии произвести достаточно меланжи для того, чтобы смягчить последствия кризиса, если, конечно, меланжа действительно производит профилактический и лечебный эффект. Каким-то образом надо увеличить добычу меланжи в десятки и сотни раз.
Он откашлялся, на его лунообразном лице появилась кривая лукавая усмешка.
— Поэтому, ради блага человечества и выживания нашего биологического вида, я объявляю об аннексии Арракиса, включении его в состав Лиги Благородных и об открытии этой планеты для любого, кто пожелает помочь в добыче пряности в песках пустыни этой планеты. Теперь не время осторожничать и проявлять консервативность в отношении этого ресурса. Человеческий род нуждается в каждом грамме меланжи.
Норма успела заметить, что Тиция очень довольна таким поворотом событий. Ей, видимо, казалось, что она одержала важную победу. Учитывая обстоятельства, сейчас было не время оспаривать решение Великого Патриарха, но Норма надеялась, что оно не нанесет смертельный удар по корпорации «ВенКи».
Обитатели же отдаленной планеты Арракис не подозревали, что ждет их в самом ближайшем будущем.

***  

===

Некоторые утверждают, что текущая в моих жилах кровь Харконненов бесчестит меня, но я не принимаю эту ложь, эти попытки запятнать память моего деда. Для меня поступок Ксавьера Харконнена есть проявление чести, а вовсе не трусости.
Абульурд Харконнен. Письмо главнокомандующему Вориану Атрейдесу


Бич Омниуса поражал одну планету за другой скорее, чем там успевали установить карантин или эвакуировать население.
Во исполнение программы сохранения генного фонда, предложенной Тицией Ценвой, армия Джихада направляла наблюдательные и спасательные корабли на возможно большее число не пораженных болезнью планет. Добровольцы из числа Колдуний отбирали пробы у лучших, на их взгляд, представителей местных популяций, чтобы спасти по крайней мере генофонд. Некоторым эта стратегия казалась пораженческой, трусливой уступкой к худшему сценарию, согласно которому болезнь, в конце концов, распространится по всем планетам Лиги без исключения.
Одну из таких миссий возглавлял, несмотря на свой не слишком высокий чин кварто, молодой Абульурд Батлер. На этот раз с миссией находилась сама Верховная Колдунья Джихада. Учитывая его звание, Абульурд не мог рассчитывать на какое-то право распоряжаться, но номинально за успех малочисленной быстрой экспедиции на Икс отвечал именно он. Таких миссий, состоявших из небольшого количества армейских кораблей, было снаряжено в последнее время великое множество. В задачу солдат и офицеров входило улаживание возникавших в ходе выполнения программы конфликтов, которые были неизбежны, учитывая общую критическую ситуацию.
Некоторые аристократы Лиги полагали, что Абульурду Батлеру уже в силу его рождения была обеспечена блестящая военная карьера, но примеро Квентин Батлер не давал хода своему младшему сыну. Абульурд полагал, что к этому новому назначению приложил руку верховный главнокомандующий Атрейдес — тем более предполагалось, что эта миссия относительно безопасна. Вориан продвигал Абульурда при первой возможности, но сам молодой кварто предпочел бы оказаться на планете, реально пораженной вирусом, чтобы доставить требуемую медицинскую помощь, добровольцев и меланжу.
Видавший виды штурмовик Абульурда был отправлен на Икс для установления карантина, начала проведения профилактических мероприятий и для отбора генного материала — лучшего, который мог сохраниться у некоторых представителей местного населения после длительного господства на планете мыслящих машин. Почти семьдесят лет назад планета была освобождена от власти и гнета Синхронизированного Мира. Тиция была особенно заинтересована в иксианском генетическом материале, так как этот генофонд пока не был усвоен населением Лиги.
К несчастью, в момент прибытия экспедиции Абульурда на планету выяснилось, что на ней уже появились первые признаки эпидемии — иррациональная мания преследования и агрессивное поведение толпы, похудание, поражения кожи и изменения ее окраски. Было неясно, взорвались ли в атмосфере контейнеры с инфицирующим материалом или заразу занес на планету какой-нибудь торговец или беженец из горячей точки. Были поражены целые поселения; другие населенные пункты были на грани заражения.
Стоя на мостике штурмовика, Абульурд стонал от сознания собственного бессилия.
— У нас только один корабль! Как сможем мы спасти весь этот народ?
Верховная Колдунья скорчила презрительную гримасу, высказав прежде всего озабоченность по поводу собственных задач:
— Икс — это всего лишь одна планета. Население здесь настолько велико, что мы не сможем сохранить и спасти его при всем желании. Не надо даже пытаться. Нам надо покинуть планету. Ее генофонд уже испорчен.
Абульурд, однако, горел желанием помочь.
— Покинуть планету? Мы летели сюда несколько недель.
— В этом нет никакого смысла, кварто Батлер.
Молодой офицер казался неопытным мальчиком рядом с этой устрашающе могущественной женщиной, но Абульурд представил себе, что сделал бы на его месте Вориан Атрейдес.
— К счастью, мадам, командую здесь я. У нашей миссии может быть не только ваша цель, — сказал Абульурд. Возможно, он не так хорошо понимал генетическую значимость отбора, как Колдунья, но он чувствовал, что в моменты таких народных бедствий сочувствие и сострадание важны гораздо больше всякого понимания. Зато он мог понять, что такое жизнь человека в отличие от запутанного понятия генного фонда. — Я не вижу причин, по которым мы должны отказать этим людям в помощи. Почему бы не приземлиться в отдаленном районе, где пока нет признаков заражения? Мы можем распределить там весь запас меланжи, который есть на борту, чтобы помочь тем, кого мы не сможем забрать с собой. Мы же можем спасти хоть немногих?
— Это потребует взятия анализов, тестирования, обсервации и прочих чрезвычайных процедур.
В ответ Абульурд только пожал плечами.
— Значит, мы проведем их. Я уверен, что мы справимся. Колдунья бросила на Абульурда растерянный взгляд, но не стала продолжать спор, так как экипаж уже начал получать сигналы и последние сведения из населенных пунктов, рассыпанных по поверхности планеты. Просмотрев эти сообщения, Тиция обратила особое внимание на одно из расположенных под землей поселений.
— Если вы настаиваете на таких действиях, кварто, то я предлагаю начать вот с этого места. Согласно донесениям, в этой Деревне чисто, хотя я и не доверяю их возможностям диагностировать первые, малозаметные признаки заразы. Мы отберем нужные нам образцы и посадим их на обсервацию для исключения заболевания. Мы отделим их от прочей популяции, проведем тесты и заберем с собой лиц с неповрежденной наследственностью. У многих других я просто возьму пробы крови.
Абульурд кивнул и отдал соответствующий приказ. Возможно, он был слишком молод, чтобы распоряжаться, но он был Батлер, и солдаты слушались его беспрекословно.
Кубрики экипажа располагались в хвостовой части корабля, и Абульурд приказал людям уплотниться, чтобы освободить помещение для тех, кто будет взят с планеты. Он не думал, что усилия по спасению будут столь тщетными, как полагала Тиция Ценва. Но даже при максимальном уплотнении штурмовик мог взять на борт не больше нескольких сотен человек. Это, конечно, не эвакуация, а символический жест.
Во время снижения он стоял на мостике и осматривал ландшафт планеты. Он никогда прежде не бывал на Иксе, но знал о его историческом значении.
— Мой отец оборонял Икс во время последнего вторжения машин и был заживо погребен в одном из туннелей, — сказал он, прямо не обращаясь к Тиции. — Вообще чудо, что он выжил.
Квентин редко рассказывал об этом эпизоде, и было заметно, что каждый раз, когда ему напоминали об этом, его охватывал приступ клаустрофобии. Абульурд вспомнил и истории, рассказанные Ворианом Атрейдесом.
— Мой дед привел сюда первый флот, который отвоевал планету у всемирного разума. Тогда деда объявили героем Джихада.
Тиция скривилась и искоса взглянула на молодого офицера.
— Но, в конце концов, Ксавьер Харконнен оказался глупцом, трусом и худшим из предателей.
Абульурд сдержал гнев.
— Вы не знаете подробностей, Колдунья. Не поддавайтесь пропаганде. — Голос его был спокоен, но в нем звучали металлические нотки.
Она вперила в Абульурда взор своих светло-голубых глаз.

— Я
знаю,
что Ксавьер Харконнен убил моего биологического отца Иблиса Гинджо, Великого Патриарха Джихада. Никакие объяснения и никакие недоразумения не могут оправдать такого преступления.

Смущенный Абульурд решил не развивать тему. Он слышал, что Колдуньи Россака больше озабочены не смертностью, а генетикой. Или просто Тиция дала волю эмоциям, и они затмили ее разум?
Армейский штурмовик приземлился в заданной точке. Дома и другие строения только подчеркивали пустынность ландшафта вблизи входов в подземные гроты и туннели. Зная о прибытии корабля, отчаявшиеся иксианцы собрались на площадке и немедленно окружили приземлившееся судно. Люди бросились к кораблю с восторженными криками, приветствуя Абульурда и его экипаж как своих спасителей. Каждый из этих людей хотел бежать с планеты, пока до их деревни не дотянулся карающий Бич.
У Абульурда стало тяжело на сердце. Судя по их лицам, они еще не понимали, как мало может кто бы то ни было помочь им. Всех запасов меланжи на его корабле едва хватит на то, чтобы поддержать их сопротивляемость на очень короткое время. Потом он вспомнил, что предлагала Тиция, которая вообще не хотела высаживаться здесь, и все, что бы он ни сделал, будет лучше, чем просто бросить их на произвол судьбы.
Закрыв верхний отсек корабля и произведя в нем дополнительную дезинфекцию, Абульурд вызвал на палубу группу наемников. Несмотря на то что по данным медиков вирус проникал в организм только через влажные слизистые оболочки и открытые раны, он приказал экипажу надеть изолирующие костюмы полного профиля и включить защитные поля. Никакая осторожность в данной ситуации не может оказаться излишней.
На одном из таких штурмовиков, вывезшем беженцев с пораженной планеты Занбар, из-за небрежности и недостаточности профилактики заболела половина пассажиров и треть членов экипажа. У них на борту не оказалось достаточно меланжи, чтобы защититься от инфекции. Абульурд не хотел подвергать такой опасности собственный экипаж.
Колдунья уже надела костюм и ждала, когда к ней присоединится Абульурд. Он в принципе был ей не нужен, и более того, она не желала с ним работать, но он был офицером, руководившим миссией. Тиция будет отбирать нужных ей людей среди надеявшегося на лучшее населения, а наемники будет распределять меланжу и продовольствие, чтобы помочь людям выстоять в надвигавшейся беде.
Вооруженные ружьями и игольными пистолетами наемники сошли с корабля, чтобы навести в толпе какую-то видимость порядка. Одетый в непроницаемый костюм Абульурд вышел из корабля под ослепительные лучи яркого иксианского солнца. Уже несколько недель он дышал стерильным безвкусным и отфильтрованным воздухом корабля; в другой ситуации он сейчас с наслаждением бы вдохнул свежий природный воздух. Тиция сошла с трапа с такой грациозностью, словно на ней не было тяжелого и громоздкого костюма. Оглядывая толпу и отбирая предварительно своих кандидатов, она поворачивала голову из стороны в сторону под большим прозрачным шлемом.
Ожидавшие люди заволновались, приветственные крики сменились тихими разговорами, лица стали серьезными и сосредоточенными. Внезапно Абульурд с тревогой сообразил, что горстки его вооруженных наемников может не хватить на то, чтобы справиться с толпой, если дело дойдет до насилия. Как-никак, иррациональное поведение и склонность к агрессии были в числе первых признаков начавшегося заболевания. Наемники и солдаты не могли стрелять, не отключая защитного поля, а это сделает их вдвойне уязвимыми. Значит, переговоры надо вести аккуратно и с осторожностью.
— Кварто, — начальственным тоном обратилась Тиция к Абульурду, словно командование перешло к ней, — проследите за тем, чтобы образцы, которые я отберу, были доставлены на борт, помыты и осмотрены. Держите их в изоляции до тех пор, пока мы не убедимся в том, что они здоровы. Мы не можем допустить, чтобы больные заразили здоровых.
Абульурд отдал соответствующий приказ. Этого хотела Лига, ради этого их сюда и прислали. По крайней мере хотя бы некоторых из этих несчастных удастся спасти. На трапе показались еще десять вооруженных солдат в защитных полях и костюмах. Они несли с собой «меланжевый дар» Лиги. Правда, этого количества было явно далеко недостаточно.
Колдунья вошла в толпу иксианцев, часто наклоняясь над большинством из них. Она отбирала молодых мужчин, женщин и детей, которые выглядели здоровыми, умными и сильными. Хотя ее выбор был сейчас в достаточной степени произвольным, солдаты Абульурда отводили отобранных в сторону, отделяя их от остальных. Но вскоре замешательство толпы превратилось в гнев и агрессию. Выбирали мужей, но без жен, детей разлучали с родителями. Охваченные ужасом иксинацы наконец поняли, что это не спасательная экспедиция, и те, кто прибыл, не собираются даже облегчать их участь.
Раздались злобные крики. Наемники Абульурда взяли оружие на изготовку, надеясь, что защитные поля выдержат удары любых предметов, которые могут бросить в них из толпы. Одна девочка дико кричала, не желая уходить от матери и вцепившись в ее руку. Понимая, что ситуация начинает выходить из-под контроля, Абульурд решил вмешаться и вызвал по связи Колдунью.
— Колдунья, это не имеет ни малейшего смысла. Мать тоже выглядит здоровой. Почему вы не берете и ее?
Бросив презрительный взгляд на толпу, Тиция уставила свой мертвенно-светлый взгляд в Абульурда, лицо Колдуньи не выражало ничего, кроме нетерпения и досады.
— Какой прок брать еще и мать? Если мы получим дочь, то одновременно получим и весь генетический набор. Будет гораздо полезнее взять еще одного постороннего человека, чтобы спасти еще одну генетическую линию.
— Вы разлучаете семьи! Это совсем не то, что была намерена сделать Лига!
— Для выявления ключевых маркеров в каждой линии нам нужно по одному образцу. Зачем загружать корабль дубликатами? Вы же сами знаете, что на корабле нет лишних мест.
— Может быть, есть какой-то другой способ? Вы не говорили мне, что это будет делаться таким бесчеловечным, ужасным…
Она не дала ему договорить.
— Я не говорила, что мы вообще можем это сделать, кварто. Но вы настояли на своем. Подумайте. Не мы, так болезнь все равно разлучит эти семьи. Я больше озабочена сохранением рода человеческого, а не этими сопливыми сантиментами. — Она отошла от Абульурда и продолжила свой предварительный отбор. Не обращая внимания на угрожавшую ей лично опасность, Колдунья выбирала один образец за другим, выводя их из толпы и отделяя от массы надеющихся.
Седовласая женщина и ее лысеющий муж пробились к колдунье.
— Возьмите нас! Мы хорошо заплатим за труды. Колдунья грубо прогнала их:
— Вы слишком стары.
Подобным же образом она отбраковывала и остальных, громко произнося: бесплодна, физически слаб, недостаточно развит, непривлекательна внешне. Тиция выступала генетическим судией и вершителем судеб.

Абульурд был в ужасе. И это она, эта женщина, смеет думать, что
Ксавьер Харконнен
совершил непростительное бесчеловечное преступление? Он прикрыл глаза, лихорадочно соображая, как прекратить эту отвратительную комедию. Как заставить ее остановиться и перестать играть роль Господа Бога? Но в глубине души Абульурд понимал, что она, по сути, права. Маленький потрепанный штурмовик не мог взять на борт всех.

— По крайней мере примените более честный способ селекции. Пусть они бросают жребии. Это должно быть…
Она не стала слушать его, не проявив уважения ни к нему, ни к его офицерскому званию. Но Абульурд сомневался, что она отреагировала бы по-другому, будь он хоть примеро.
— Вы с самого начала знали, что мы можем спасти лишь ничтожную горсть. Теперь не мешайте мне делать мое дело.
Тиция нетерпеливо продолжала осмотр, в то время как наемники расчищали ей путь. Люди пробивались в первые ряды, стараясь спастись, другие вырывались за периметр оцепления и бежали к кораблю, словно хотели взять его штурмом и улететь. Зазвучали первые выстрелы, когда толпа попыталась напасть на наемников. Абульурд резко повернулся на треск выстрелов. Пистолетные иглы сразили нескольких заводил из толпы, но остальные продолжали напирать, выкрикивая яростные проклятия. Даже стрельба не смогла остановить разъяренную толпу.
Теперь Абульурд рассмотрел, что у некоторых людей были желтоватые белки глаз и кожа — следовательно, они были инфицированы.
Те иксианцы, кого Тиция уже отобрала, сгрудились близ трапа, со страхом взирая на остальных. У некоторых на лицах было написано желание вернуться назад и умереть со своими близкими.
Хотя Абульурд от души сочувствовал всем этим людям, он не знал, как выпутаться из этой ситуации. Он приказал наемникам и солдатам стрелять только по конечностям и не убивать никого без крайней необходимости. Но толпа уже воспламенилась.
— Остановитесь, глупцы! — Голос Тиции ударил по барабанным перепонкам, как раскат грома, усиленный громкоговорителями костюма и ее телепатическими способностями. Поразившая нервы команда заставила толпу отпрянуть и на какое-то время затихнуть. — Мы не можем взять на корабль всех вас, поэтому, по необходимости, мы отбираем лучших, тех, кто может стать источником восстановления родословных и генофонда. Я выбрала таких. Ваша недисциплинированность вредит всем.
Но слова Тиции л ишь еще больше разозлили и без того разъяренную толпу. Люди пришли в неописуемое неистовство и бросились на нее и вооруженных наемников охраны. Абульурд выкрикивал приказы и команды, но его уже не слушали даже его собственные солдаты.
Верховная Колдунья Россака содрогнулась от недовольства и отвращения. Она подняла свою затянутую в перчатку руку, и Абульурд заметил, что на кончиках ее пальцев пляшут электростатические искры. Колдунья выпустила в толпу невидимый заряд, и бесшумный взрыв отбросил прочь сотни людей. Они полегли, как пшеничные колосья от порыва шквального ветра. Некоторые упали и остались лежать, корчась от боли с обожженной кожей, стремительно покрывавшейся волдырями. Один мужчина вообще обуглился, и от его сожженной кожи и волос поднималась струя дыма.
Статические разряды танцевали по телу Тиции, которая разрядила ментальную энергию в толпу. Наконец иксианцы, испугавшись, притихли. Те, кто устоял на ногах, в ужасе отошли назад. Колдунья окинула их долгим уничтожающим взглядом, а потом приказала солдатам отвести последних отобранных кандидатов на судно для окончательной отбраковки.
— Мы улетаем с этой планеты.
Абульурду было почти физически плохо. Стоя на трапе рядом с Тицией, он ожидал окончания погрузки. Колдунья была вне себя от ярости.
— Эгоистичные черви. Стоило ли тратить силы, чтобы спасать этих низших людишек?
Но с него хватило. Чаша терпения Абульурда переполнилась.
— Вы не смеете обвинять в том, что они пытались спастись.
— Спастись, не заботясь о жизни других. Я действую во благо всего человеческого рода. Мне же ясно, что у вас слишком тонка кишка для того, чтобы принимать трудные решения. Неуместное сочувствие может погубить всех нас. — Она скривилась и произнесла, намеренно причиняя ему обиду: — На мой взгляд, кварто Батлер, вы слабы и ненадежны в критических ситуациях… вероятно, вы непригодны к командным должностям. Как ваш дед.
Вместо того чтобы почувствовать себя уязвленным, Абульурд ощутил злобу и ненависть. От Вориана Атрейдеса он знал о героических деяниях Ксавьера Харконнена, пусть даже они и остались не занесенными в анналы истории.
— Мой дед проявил бы больше сочувствия к этим несчастным, чем вы.
Конечно, мало кого теперь интересовала истина. История была уже признана всеми, тем более что сменилось уже два поколения. Но сейчас, видя вызывающее невежество этой женщины, он принял дерзкое и импульсивное решение.
Хотя его братья и отец склонили головы перед этой ложью, Абульурд поклялся никогда не стыдиться своего настоящего имени. Надо перестать прятаться. Если он будет и дальше терпеть это, то никогда и ничего не сможет совершить с честью.
— Колдунья, мой дед никогда не был трусом. Подробности его смерти были утаены во имя продолжения Джихада, но он сделал то, что надо было сделать, чтобы вывести из игры Великого Патриарха и предотвратить тот непоправимый вред, который он мог причинить. Иблис Гинджо был воплощением зла, но не Ксавьер Харконнен.
Ошеломленная этими словами, Колдунья протестующе и недоверчиво посмотрела в глаза Абульурду.
— Вы оскорбляете память моего отца.
— Правда остается правдой, как бы горька она ни была. — Абульурд гордо поднял голову. — Батлер — благородное и очень почетное имя, но таково же и имя Харконнен. И это станет моим именем отныне и до конца моих дней. Я объявляю открыто о своем истинном происхождении.
— Что это еще за глупость?
— Отныне вы будете обращаться ко мне, как к Абульурду Харконнену.

*** 

===

Война — это насильственная форма бизнеса.
Адриен Венпорт. Коммерческий план операций с пряностью Арракиса


В Лиге Благородных это назвали «меланжевой лихорадкой».
Как только выяснилось, что пряность полезна в лечении смертельного Бича, крепкие мужчины и женщины с самых отдаленных планет бросились на Арракис в поисках счастья и богатства. Толпы старателей и поставщиков экскаваторов хлынули целыми кораблями на эту некогда пустынную и заброшенную планету.
Исмаил не верил своим глазам, когда впервые за много десятилетий попал в это сумасшедшее капище — Арракис-Сити. Картина напомнила ему о полузабытой поритринской Старде, откуда он бежал много лет тому назад.
Выжженный солнцем ландшафт, потрескавшаяся почва, словно грибами покрывалась поспешно возводимыми зданиями. Беспрестанно прибывали корабли, в космопорте непрерывно взлетали и садились воздушные суда местного сообщения, сновали вездеходы и грузовики. Пассажиры прибывали тысячами. Прикрывая ладонями глаза от слепящего света желтого солнца Арракиса, они стремились в пустыню, не думая о подстерегавших там смертельных опасностях.
По слухам, здесь можно было просто выйти в пустыню с мешком и набрать сколько угодно пряности, если не лень будет нагнуться за ней. Это в каком-то смысле было верно, если, конечно, знать, где искать меланжу. Большинству этих людей было суждено погибнуть — их либо поглотит червь, либо они умрут от ужасного зноя или собственной глупости. Все они были совершенно не подготовлены к ожидавшим их трудностям и тяготам.
— Мы можем воспользоваться этим, Исмаил, — сказал Эльхайим, который все еще не терял надежды убедить отчима в своей правоте. — Эти люди не знают, что их ждет на Арракисе. Мы можем заработать неплохие деньги, делая совершенно привычные для нас вещи.
— А зачем нам так жаждать их денег? — спросил Исмаил, искренне не понимая пасынка. — У нас есть все, что мы можем пожелать. Пустыня обеспечивает нас всем по-настоящему необходимым.
Эльхайим покачал головой.
— Я наиб, и мой долг перед людьми состоит в том, чтобы наша деревня процветала. Сейчас нам предоставляется прекрасная возможность применить наши навыки и оказать бесценные услуги чужеземцам. Они все равно будут прилетать, нравится нам это или нет. Мы можем либо оседлать червя, либо он пожрет нас. Разве не ты рассказывал мне эту историю, когда я был еще молодым?
Старик нахмурился.
— Значит, ты совершенно не понял смысл этой притчи.
Тем не менее Исмаил последовал за пасынком в Арракис-Сити. Воспитанный в иное время Эльхайим никогда не знал истинного отчаяния, необходимости драться за тяжкими трудами завоеванную свободу. Он никогда не был рабом.
Исмаил с отвращением смотрел на суетливых и громогласных чужестранцев.
— Может быть, разумно будет вывести их в пустыню, обобрать до нитки и оставить в песках умирать?
Эльхайим рассмеялся, сделав вид, что принял слова старика за шутку, хотя знал, что тот говорит вполне серьезно.
— Это же небывалое везение — нажиться на невежестве этих чужеземцев. Почему не разбогатеть на этом?
— Потому что этим ты поощришь их, Эльхайим. Неужели ты сам этого не видишь?
— Они не нуждаются в моем поощрении. Ты слышал о новой Чуме, которую наслали мыслящие машины? О Биче Омниуса? Пряность защищает от этой болезни, и поэтому сейчас она нужна всем. Ты можешь с головой зарыться в дюны, но от этого они не перестанут прилетать.
Младший из двоих мужчин держался своей точки зрения так же упрямо, как старший.
Исмаил негодовал и не мог примириться с истиной, с переменами, но в глубине души понимал, что приток чужеземцев был так же неостановим, как песчаная буря. Он чувствовал, как все, чего он достиг, ускользает словно песок сквозь пальцы. Он все еще называл себя и свое племя фрименами Арракиса, но это гордое название больше не соответствовало действительности.
В городе Эльхайим начал без затруднений общаться с купцами и старателями, легко переходя с одного галактического диалекта на другой, и охотно торговался со всяким, кто был готов выложить деньги. Раз за разом Эльхайим пытался соблазнить старика удовольствиями, которые были недоступны в пустыне.
— Ты уже давно не бежавший из неволи раб, Исмаил, — сказал Эльхайим. — Мы все очень высоко ценим то, что ты сделал для нас в прошлом. И теперь мы хотим, чтобы ты просто хорошо жил, наслаждаясь своим покоем. Неужели тебе не интересно, что делается в других частях вселенной?
— Я уже видел другие части вселенной. Нет, мне это совсем не интересно.
Эльхайим досадливо усмехнулся.
— Ты слишком жесткий и негибкий.
— А ты слишком резво гонишься за новыми впечатлениями.
— Разве это плохо?
— На Арракисе — да, особенно если ты забыл образ жизни, который позволил нам выжить в пустыне.
— Я не собираюсь ничего забывать, Исмаил, но если я найду лучший способ жить, то непременно покажу его моим людям.

  Читать   дальше   ...   

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

---

Источник :  https://knigogid.ru/books/852671-dyuna-bitva-za-korrin/toread

---

Словарь Батлерианского джихада

---

 Дюна - ПРИЛОЖЕНИЯ

Дюна - ГЛОССАРИЙ

Аудиокниги. Дюна

Книги «Дюны».   

 ПРИЛОЖЕНИЕ - Крестовый поход... 

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

---

---

ПОДЕЛИТЬСЯ

---

 

Яндекс.Метрика

---

---

---

---

Фотоистория в папках № 1

 002 ВРЕМЕНА ГОДА

 003 Шахматы

 004 ФОТОГРАФИИ МОИХ ДРУЗЕЙ

 005 ПРИРОДА

006 ЖИВОПИСЬ

007 ТЕКСТЫ. КНИГИ

008 Фото из ИНТЕРНЕТА

009 На Я.Ру с... 10 августа 2009 года 

010 ТУРИЗМ

011 ПОХОДЫ

012 Точки на карте

014 ВЕЛОТУРИЗМ

015 НА ЯХТЕ

017 На ЯСЕНСКОЙ косе

018 ГОРНЫЕ походы

Страницы на Яндекс Фотках от Сергея 001

---

***

***

***

***

***

***

---

О книге -

На празднике

Поэт  Зайцев

Художник Тилькиев

Солдатская песнь 

Шахматы в...

Обучение

Планета Земля...

Разные разности

Новости

Из свежих новостей

Аудиокниги

Новость 2

Семашхо

***

***

Прикрепления: Картинка 1
Просмотров: 166 | Добавил: iwanserencky | Теги: Будущее Человечества, писатели, Брайан Герберт, литература, слово, Кевин Андерсон, фантастика, Хроники Дюны, книги, проза, ГЛОССАРИЙ, люди, чужая планета, из интернета, будущее, Вселенная, текст, Битва за Коррин, миры иные, книга, Хроники | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: