Главная » 2023 » Май » 1 » Батлерианский джихад.Б.Герберт, К. Андерсон. Дюна 183
14:48
Батлерианский джихад.Б.Герберт, К. Андерсон. Дюна 183

***

***

***  

Внутри виллы бронированные роботы попытались укрепить ворота. Вориан догадался, что большинство этих защитников были обычными перепрограммированными на военные цели домашними роботами, от которых вряд ли можно было ожидать долгого сопротивления.

Таран ударил еще раз, потом еще, промежуток между створками стал шире. Машины отступили, оставив поле боя.

Хотя Вориан не знал, как ему относиться к своему новому чувству к машинам, он не доверял и толпе освобожденных рабов. Им в действительности не было никакого дела до Серены, даже если это именно она высекла искру, воспламенившую бочку с порохом. Если же она останется здесь, то, несомненно, станет мишенью возмездия со стороны Омниуса.

Стоя под дождем и наблюдая эту сцену, Вориан Атрейдес выработал свой план действий. Он поклялся себе, что спасет Серену. Он выкрадет космический корабль и улетит с ней далеко отсюда, прочь из Синхронизированного Мира.

Да, он отвезет Серену на дорогую ее сердцу Салусу Секундус, даже если это будет означать, что он сам отдаст ее в руки ее утраченного возлюбленного.

* * *


Мы обязаны положить новую информацию на чашу весов и изменить наше поведение. Человека отличает одно примечательное качество – он выживает с помощью разума – как индивид, так и вид в целом.

Наиб Исмаил. «Плач дзенсунни»
Ссылаясь на самые древние поритринские законы, лорд Бладд потребовал для Бела Моулая жесточайшего наказания за совершенное им преступление. Большинство рабов получит амнистию, так как Поритрин нуждается в рабочей силе, но вождю мятежников не может быть и не будет прошения.

Исмаил тесно прижался к Алииду. Два мальчика-невольника искали друг у друга молчаливой поддержки в своем горе. Юных рабов увезли из каньона, где они делали мозаичное панно, и заключили в тюрьму для того, чтобы заставить их присутствовать при казни Моулая. В наказание за то, что они испортили картину, лорд Бладд решил отправить их на ту же работу и увеличить длительность рабочей смены. Но это должно было произойти только после того, как они увидят последствия безумного поступка Бела Моулая. Все рабы должны увидеть возмездие.

Голодные и измученные мальчики сбились в тесную кучку. Одежда их была рваной и грязной, от них исходил неприятный запах, так как у них уже много дней не было возможности помыться. Над ними издевались надсмотрщики:

– Если вы ведете себя как собаки, то и обращаться с вами будут как с собаками. Если вы будете вести себя как люди, то, возможно, и мы изменим свое отношение к вам.

В ответ Алиид только ругался сквозь зубы. Он был неукротим в своей ненависти к угнетателям.

Драгуны-гвардейцы провели закованного в цепи Бела Моулая по площади Старды к высокому помосту, на котором должна была состояться показательная публичная казнь. Толпа оцепенела и замолчала. Моулаю сбрили черную бороду и волосы. На черепе и подбородке, там, где раньше были черные, как смоль, волосы, выступали белые уродливые пятна. Но глаза его продолжали пылать неугасимым гневом и верой. Этот человек не примирился с поражением восстания.

Грубо схватив вождя дзеншиитов, одетые в золотые мундиры драгуны сорвали с Моулая всю одежду. Они бросили лохмотья с помоста, оставив Моулая совершенно нагим, наказывая его сначала стыдом. Рабы зароптали, но их предводитель стоял на помосте, по-прежнему гордый и спокойный. Ничто не могло его устрашить.

Над площадью эхом разнеся голос лорда Бладда:

– Бел Моулай, ты совершил тяжкое преступление против всех граждан Поритрина. В моей власти наказать всех мужчин, женщин и детей, принимавших участие в мятеже, но я проявил милость. Ты один понесешь наказание за свое отступничество.

Толпа тихо застонала. Алиид ударил кулаком по раскрытой ладони. Бел Моулай молчал, но само его молчание было красноречивее всяких слов.

Нико Бладд старался выглядеть великодушным.

– Рабы, если вы извлечете урок из сегодняшней казни, то, возможно, со временем снова станете вести полноценную жизнь рабов, чтобы оплатить свой долг перед человечеством.

Теперь рабы просто взвыли от негодования. Гвардейцы на всякий случай сомкнули ряды оцепления, покрепче уперши древки копий в землю. Исмаил понимал, что, несмотря на все свое недовольство, рабы потерпели поражение и были биты, во всяком случае, в этот раз. Они увидели своего вождя публично униженным – в кандалах, бритого и нагого. И хотя он так и не признал себя побежденным, его последователи и сподвижники потеряли все свое воодушевление. Искры мятежа погасли.

Бладд продолжал говорить:

– Древние законы жестоки, некоторые из них можно даже назвать варварскими. Но поскольку твои действия были нецивилизованными и варварскими, то и наказание за них должно быть адекватным.

Белу Моулаю не дали произнести последнего слова перед казнью. Драгуны выбили ему зубы молотом, а потом засунули ему в рот большие клещи. Моулай отчаянно сопротивлялся, но в глазах его была ненависть, а не страх. Клещами палачи вырвали у приговоренного язык и бросили окровавленный комок плоти в толпу рабов.

Потом топорами с алмазным напылением они отрубили преступнику руки и также швырнули их в отпрянувшую толпу. Из культей в воздух длинными фонтанами хлынула алая кровь. Раскаленными железными штырями палачи выжгли ему глаза. Только в этот момент Моулай застонал от боли, но нашел в себе силы подавить стон.

Ослепленный Моулай не знал, что делали дальше заплечных дел мастера до тех пор, пока они не накинули ему на шею петлю и не подвели его к особого рода виселице. Петля медленно затягивалась вокруг его шеи, сдавливая трахею, но не ломая позвонки. Моулай мучительно умирал от удушья, но было ясно, что, несмотря на свое положение и состояние, он был готов продолжать сопротивление, если бы у него появилась для этого хоть малейшая возможность.

Исмаила вырвало. Несколько мальчиков, рыдая, упали на колени. Алиид стиснул зубы, удерживая рвущийся из груди крик.

После казни Норма Ценва чувствовала в груди холодный ком. Она едва могла отвечать Хольцману, который с мрачным видом стоял рядом в своем лучшем белом костюме.

– Он сам навлек на себя такое жестокое наказание, разве нет? – говорил он. – Мы всегда хорошо обращались со своими рабами. Зачем Моулай замыслил злодейство против нас, почему хотел помешать войне с мыслящими машинами?

Глаза ученого горели, ноздри раздувались от праведного гнева. Он посмотрел на стоявшую рядом с ним маленькую женщину.

– Ну а теперь нам пора возвращаться к работе. Думаю, что рабы теперь будут вести себя по-другому.

В ответ Норма лишь отрицательно покачала головой:

– Репрессии по сути своей не мудры.

Она еще раз с ужасом посмотрела на содрогавшееся в агонии обезображенное тело, висевшее в петле под перекладиной виселицы.

– Лорд Бладд преуспел только в том, что сделал из этого человека мученика. Боюсь, что это еще не конец истории.

* * *
Машины обладают свойствами, которых никогда не будет у людей – бесконечным терпением и долговечностью, помогающей реализовать это терпение.

Файл из архива Омниуса
Хотя Эразм мобилизовал всех своих охранных роботов на защиту виллы, он понимал, что это только небольшая отсрочка. Страсть и натиск рабов удивили его, превзойдя все его самые смелые прогнозы.

Люди способны до бесконечности удивлять самый рациональный ум.

Рабы из грязных бараков были освобождены их братьями хретгирами и влились в ряды разъяренных повстанцев. Бунт распространился на столицу и другие города Земли. Вилла окружена и, несомненно, должна скоро пасть.

Опыты приводят иногда к неожиданным результатам.

Приняв свой самый устрашающий вид, разработанный специально для того, чтобы вызывать у людей кошмары, Эразм вышел на высокий балкон, с которого он сбросил ребенка. Его маска была сейчас похожа на выражение морд страшных чудищ, украшавших фасад виллы, но аналитический механический разум продолжал обрабатывать и оценивать поступавшую информацию. Не сделал ли он ошибку, убив маленького ребенка? Кто мог подумать, что такая банальная мелочь, как его смерть, приведет к такому беспорядку?

Я неправильно просчитал их реакцию.

Толпа внизу осыпала его проклятиями, некоторые рабы стреляли по балкону из легкого стрелкового оружия. Впрочем, этот огонь не приносил никакого вреда. Хуже было то, что некоторые из людей, вооружившись примитивным тараном, принялись ломать металлические ворота, и роботы охраны сдерживали этот натиск уже из последних сил и скоро, видимо, сдадутся. Если мятежники ворвутся на виллу, то они – и в этом не могло быть никаких сомнений – уничтожат Эразма, так же как они убили Аякса и раздавили бесчисленное множество роботов и неокимеков. Эразм – их первая и главная цель.

В гуще толпы стоял суровый человек, явный харизматический лидер, который зажигал толпу своими речами. Лидер размахивал руками, страстно что-то говорил и, по всей видимости, оказывал на людей гипнотическое влияние. Когда он что-то кричал Эразму, толпа начинала вторить ему неистовым ревом.

После недолгой задержки робот обработал эту информацию и установил, что этот лидер – один из объектов его эксперимента по выявлению человеческой лояльности. Иблис Гинджо. По цепям искусственного мозга Эразма потекли импульсы. Он оценивал итог и устанавливал новые ассоциации.

Иблис был начальником строительной команды, одним из довольных жизнью доверенных людей. Однако он без колебаний поддержал мятеж, возможно даже, что он и стал его вдохновителем и организатором. Возможно, что своими смутными и неясными призывами к бунту Эразм сам спровоцировал такой поворот событий, гальванизировал начальника команды, и тот превратился в вождя восставших рабов. Но Эразм не ожидал такого монументального, такого неукротимого ответа людей.

Как бы то ни было, но Эразм отстоял свою правоту. Рядом с ним, на балконе, вился один из жучков всемирного разума. Независимый робот не счел нужным скрывать свое самодовольство.

– Омниус, все произошло именно так, как я предсказал. Даже наиболее доверенные люди в конце концов обратятся против тебя.

– Итак, значит, ты выиграл пари, – произнес в ответ Омниус. – И это очень и очень печально.

Эразм просканировал своими оптическими сенсорами пожары, полыхавшие в городе. Если бы у него была возможность объективно взглянуть на мятеж, то это стало бы захватывающим исследованием человеческой природы. Психология групп в условиях всеобщего потрясения всегда интересовала Эразма, хотя такое изучение было скорее всего очень опасным.

– Да, это, конечно, весьма печально.

Ворота виллы наконец не устояли перед ударами тарана и раскрылись. Иблис рукой указал на них своим фанатикам, и толпа, как приливная морская волна, затопила роботов охраны, сметая их со своего пути.

Эразм понял, что пора уходить.

Зная ценность своих независимых мыслей и построений, робот не хотел, чтобы его уничтожили. Он представлял собой индивидуальность, гордую своими личными достижениями, возможно, у него была даже бессмертная душа. Он хотел продолжить свою работу, обобщить уроки, извлеченные им из этого миленького бунта.

Но для этого надо было немедленно бежать.

Рев толпы с каждой секундой становился все громче и громче. Было слышно, как рабы разрушают его красивый и уютный дом. У него было еще достаточно времени, чтобы спуститься на потайном лифте в подземный уровень, откуда шел скрытый подземный ход к близлежащим холмам, откуда можно было выйти прямо на берег моря.

Он поколебался, размышляя, стоит ли оставлять здесь Серену Батлер, но решил, что эта женщина и так прослужила ему достаточно долго. После того как он убил ее ребенка, она стала для него абсолютно бесполезной, не желая больше поставлять ему свежие интересные данные.

Смерть ребенка превратила Серену в дикое животное, она перестала бояться за свою жизнь. Она нападала на Эразма всякий раз, когда он подходил к ней даже с самыми ласковыми речами. В конце концов, хотя он несколько раз хотел просто убить ее, он не смог заставить себя этого сделать. Что само по себе заслуживало отдельного исследования. В конечном счете, он погрузил ее в медикаментозное оцепенение, запер в одной из своих лабораторий, так как не видел иной возможности укротить ее и заставить не нападать на себя. Теперь она находилась в кататоническом ступоре, но у Эразма не было времени выручать ее из этого состояния.

В опечатанной пещере, расположенной в высокой скале над белопенными волнами моря, у Эразма была наготове космическая шлюпка. В сопровождении одного из жучков Омниуса Эразм ступил на борт судна и взмыл в воздух ранним вечером. Над морем он развернулся и сделал круг над горящим городом.

– Все же ты глуп, Эразм, – проговорил Омниус с настенного экрана. – Тебе надо было дождаться нарастания битвы и переломить ее в мою пользу и в пользу моих мыслящих машин. Это все равно произойдет, и произойдет неизбежно.

– Возможно, это и так, Омниус, но я тоже оценил степень риска. Мне будет лучше вернуться в мое имение на Коррине и продолжить там эксперименты. Естественно, с твоего согласия.

– От тебя у меня одни неприятности, – сказал Омниус. Судно Эразма прибыло в один из отдаленных космопортов, который пока находился в руках мыслящих машин. – Но теперь нам больше, чем когда-либо раньше, надо учиться понимать наших врагов.

Эразм просмотрел базу данных в поисках небольшого корабля, находящегося в пределах досягаемости, на котором можно было бы проделать дальний путь до Коррина. Результатом всей его работы стал пока единственный надежный вывод: люди предсказуемы только в одном – в своей полной непредсказуемости.

* * *
Жизнь – это букет неожиданных ароматов. Иногда они нравятся вам, иногда – нет.

Иблис Гинджо. «Выбор полного освобождения»
Рабы ворвались на виллу злодея-робота, отметив свой успех настоящей оргией разрушения. Захваченный огнем их энтузиазма, Иблис стремительно повел небольшую группу по лабиринтам комнат и коридоров. Люди шли за ним как своеобразная рабочая команда, хотя эта работа приносила им куда большее удовлетворение.

– За Сереной! – крикнул он, понимая, что повстанцы хотели услышать именно эти слова. Люди подхватили клич.

В душе Иблису хотелось найти беззаботного Эразма, который столь буднично убил беспомощного ребенка. Хотелось ему также отыскать отважную мать, которая первая сразилась с мыслящими машинами. Если Иблису удастся освободить Серену Батлер, он сможет сделать ее символом, знаменем широкого движения против Омниуса. Скорее всего она находится здесь, в доме, если, конечно, она ещё жива…

Мятежные толпы ворвались в главное здание, Вориан Атрейдес протолкался в первые ряды, подхваченный бушующим людским потоком. Бывшие рабы топтали роскошные ковры и ломали бесценные статуи. Вор бежал вместе с ними.

– Серена! – Его голос потонул в неистовом реве толпы.

Пока люди уничтожали дорогие безделушки, которыми окружил себя Эразм, Вориан бросился в любимую Сереной оранжерею.

– Серена! Серена!

Он перепрыгнул через распростертые на полу остатки разбитого робота, валявшиеся в коридоре. Бежавшие впереди него люди взломали тяжелую металлическую дверь кладовой и принялись расхватывать тяжелые инструменты, которые можно было использовать как оружие. Вор пробился через эту толпу и схватил в кладовой длинный нож – оружие, больше подходившее для борьбы с людьми, а не с машинами – и побежал дальше, пока не добрался до запертой двери лаборатории. Он страшно боялся, что механический злодей успел поставить свой последний опыт – вскрыть Серену.

Остальные люди рассеялись по обширному имению. Вор пробирался через посты охраны, пункты обороны, пока не дошел до помещения, где содержались люди, предназначенные для опытов Эразма. По коридорам, пошатываясь, бродили освобожденные жертвы с впалыми щеками и тусклыми глазами.

Вориан скоро добрался до запертых камер. Он попытался открыть двери, но безуспешно. Сквозь маленькие круглые окошки он увидел множество людей, некоторые прижали лица к прозрачному плазу, другие безучастно лежали на холодном каменном полу. Серены среди них не было.

Под выключенным оком Омниуса Вориан нашел нужный рычаг и открыл замок камеры, освободив пленников. Когда бывшие пленники высыпали из тесной клетки, где они сидели, как стадо подопытных животных, Вориан протиснулся в их гущу и принялся звать Серену. Рабы хватали его за руки, щурясь от яркого света. Он не мог тратить на них время и продолжил поиск.

В задней комнате лабораторного корпуса, стерильном помещении, где были сложены зловещие хирургические инструменты, он наконец нашел лежавшую с закрытыми глазами на плазкретном полу Серену. Было такое впечатление, что она на какое-то время пробудилась от наркотического сна, приползла сюда и снова впала в беспамятство. Ее золотисто-белая одежда была испачкана и разорвана, на лице и руках были видны синяки и кровоподтеки. Она лежала как мертвая или как человек, который хочет умереть.

– Серена? – Он прикоснулся к ее щеке. – Серена, это Вориан Атрейдес.

С трудом открыв затуманенные наркотиками глаза, она сначала не узнала Вориана. Он увидел ее блуждающий взгляд и понял, что она плавает в безбрежном море галлюцинаций и транквилизаторов. Эразм таким способом пытался держать ее под контролем. Наконец она прошептала:

– Я не ожидала снова увидеть тебя.

Он помог Серене встать на ноги и поддержал ее, так как ее качало, как сомнамбулу. В задней части сада все было залито кровью, но Вориану удалось найти в зарослях папоротника нетронутый фонтан с чистой водой. Он набрал в пригоршню воды и стал поить женщину. Серена жадно пила, стараясь стряхнуть с себя наркотический туман. Потом она оторвала кусок одежды, чтобы протереть лицо и руки.

Казалось, ей хочется только одного – повалиться на пол и погрузиться в благословенное забытье, но она воспротивилась этому желанию и со злостью ухватилась за стену, чтобы сохранить равновесие и удержаться на ногах.

– Почему ты здесь?

– Я пришел, чтобы увезти тебя на Салусу Секундус.

Ее прекрасные глаза, отуманенные ужасными снадобьями Эразма, оживившись, сверкнули.

– Ты бы смог это сделать?

Он кивнул, стараясь своей уверенностью вдохнуть в нее надежду, но в душе сомневаясь, что ему удастся снова отыскать «Дрим Вояджер».

– У нас мало времени, – сказал он.

Лицо Серены просветлело, в глазах появилось выражение силы и надежды.

– Салуса… мой Ксавьер.

Он нахмурился, услышав это имя, но потом сосредоточился на задаче, которую надо было решать немедленно.

– Прежде всего нам надо выбраться отсюда. На улицах очень опасно, особенно для нас.

Теперь, когда перед ней появилась четкая цель, Серена усилием воли собрала все свои силы в кулак. Когда он повел ее по коридору, навстречу им попался Иблис Гинджо. Горя от восторга и широко улыбаясь, начальник строительной команды встал в дверном проеме.

– Так вот вы где! Благословенная женщина, люди сбросили свои оковы, чтобы отомстить за вашего убитого ребенка.

Вор прикрыл рукой Серену, желая защитить ее от непрошеного почитателя.

– Мне надо немедленно вывести ее отсюда.

Он не привык, чтобы даже другое доверенное лицо оспаривало его решения, но вождь восстания не думал освобождать дорогу.

Как это ни странно, но Иблис гораздо больше верил в силу убеждения, чем в силу оружия.

– Эта женщина очень важна для продолжения революции. Подумайте о той боли, какую ей пришлось пережить. Вы и я – не враги. Мы должны объединиться, чтобы сбросить…

Голос Иблиса звучал так, словно он произносил речь перед толпой. Вориан вытащил из-за пояса нож и угрожающе поднял его.

– Раньше я мог стать вашим врагом, но теперь я вам не враг. Меня зовут Вориан Атрейдес.

Иблис недоверчиво взглянул на незнакомца.

– Атрейдес? Сын Агамемнона?

Лицо Вориана исказилось, но клинок в руке не дрогнул.

– Мне всю жизнь предстоит нести бремя этого имени. Для того чтобы искупить этот грех, мне надо увезти Серену в безопасное место. Скоро Омниус вызовет сюда подкрепление, и оно прибудет, даже если ему придется лететь с других планет Синхронизированного Мира. Не впадайте в эйфорию по поводу мимолетного успеха. Вы не представляете себе, на что способны мыслящие машины. Ваш бунт на Земле обречен на поражение.

Иблис, горячась и спеша, начал объяснять, что он задумал, как он желал, чтобы Серена одним своим присутствием вдохновляла революцию, которая, в конце концов, все равно сокрушит Омниуса.

– Вы можете сделать наше движение много сильнее. Серена Батлер и ее убитый ребенок будут побуждать остальных. Подумайте о том, чего мы сможем достичь.

В любое другое время Серена вняла бы такому страстному призыву и отдала бы все силы за освобождение страдающих людей. Это было частью ее характера, частью ее личности. Но убийство невинного Маниона погасило пламя страсти и чувство справедливости, убило не только ребенка Серены, но и часть ее души.

– Ваше дело правое, Иблис, – заговорила Серена, – но я изнемогла от всего того ужаса, который мне пришлось пережить. Вориан взялся отвезти меня на Салусу. Я должна увидеть своего отца и рассказать Ксавьеру, что произошло с его сыном.

Иблис взглянул в глаза Серены, и между ними словно пробежал электрический ток. Он ни за что не хотел лишаться Серены, она была необходима ему и его делу. Мысли его путались, надо было немедленно найти выход. В течение многих месяцев он готовил эту революцию, создал секретную организацию, но теперь он чувствовал, что не сможет добиться окончательного успеха без этой замечательной молодой женщины и всего, что она собой представляла. Он не сможет добиться от народа чувства необходимого религиозного возбуждения.

Темные глаза Иблиса вспыхнули. Он понял, как использовать изменившуюся ситуацию.

– Салуса, планета Лиги? Скажите мне, Атрейдес, как вы собираетесь покинуть Землю?

– Думаю, у меня есть способ это сделать. Я найду свой корабль «Дрим Вояджер». Но медлить уже нельзя.

Иблис в мгновение ока понял, что ему надо делать. Он осознал, что революцию придется вести долго, ее надо закончить на Земле и вне ее. Но тогда лучше руководить ею из другого места. Тогда он сможет следить, чтобы она, как пожар, перекидывалась с одной планеты на другую.

– В таком случае мы отправимся вместе. Я обращусь к представителям Лиги, попробую убедить аристократов прислать сюда необходимое подкрепление. Они должны помочь нашему делу!

В комнате рядом раздался треск ломаемой мебели, звон разбиваемого плаза и громкие торжествующие крики.

– Я провожу вас в безопасное место через толпы моих сподвижников. Они не задержат нас. – Иблис говорил очень резонно и весьма убедительно. – Вы не выйдете из этого здания без моей помощи.

Вориан посмотрел на него своими стальными серыми глазами. У него была только одна цель – увезти отсюда Серену. Он не хотел иметь ничего общего с этим смутьяном. Серена оперлась на плечо Атрейдеса. Она чувствовала прилив сил.

– Прошу вас, позвольте нам уехать. Я хочу покинуть Землю и забыть весь этот кошмар.

В дверях появились двое людей Иблиса. За ними протиснулись еще трое. Они смотрели на своего вождя, ожидая приказаний. Лидер должен был оставить вместо себя человека, который в его отсутствие продолжал бы раздувать пламя революции на Земле, пока он сам старался бы побудить к участию в ней остальное свободное человечество. Это должен быть верный и надежный человек.

Он сразу подумал о великане – посреднике и помощнике Экло – и о сети связей и сведений, которыми располагал когитор.

– Привезите ко мне Акима. Немедленно.

Оказавшись на площади перед фасадом разрушенной виллы, увидев Иблиса и обдумывая его предложение, Аким разрывался между своей человеческой наследственностью и служением когитору, которому он поклялся в верности.

– Ты не можешь и дальше сохранять нейтралитет, – заявил Иблис, – так же как и Экло. Вы оба должны помочь нам дойти в нашей борьбе до конца. Мне нужен человек, которому я мог бы доверить дело революции, а мне надо ехать в Лигу, добиваться от них помощи.

Аким был ошеломлен.

– На это могут потребоваться многие месяцы.

– Ровно столько, сколько летит корабль туда и обратно. – С этими словами Иблис доверительно положил руки на плечи рослого монаха. – Друг мой, однажды вы рассказали мне, как водили группу людей в рейды против мыслящих машин и даже сумели достичь в этом деле некоторых успехов. Помните, что сказал мне когитор – нет ничего невозможного.

Монах помолчал, собирая в кулак все свое мужество.

– Есть большая разница между руководством маленькой группой и властью над тысячами людей.

– В те дни, когда вы еще не увлекались семутой, вы не делали таких тонких различий.

– Семута не отупляет меня, она делает мой ум острее!

Иблис улыбнулся.

– Я хорошо умею подбирать людей и признаю ваши таланты. Есть и другие люди, которых я могу избрать, но только тебе, Аким, я могу полностью доверять. Кроме боевого опыта, ты обладаешь большой мудростью, которую ты почерпнул из общения с когитором. Ты – человек, который годится для такого дела, Аким.

Тот медленно и задумчиво кивнул, проникаясь важностью порученного ему дела.

– Да, Экло хотел бы, чтобы я занялся этим.

Перед отбытием Иблис привел Серену туда, где он хранил тело ее убитого сына. Он сохранял изуродованные останки маленького Маниона в одном из зданий на вилле Эразма и следил за его сохранностью даже во время самых бурных событий мятежа.

Теперь Серена стояла здесь, как статуя разгневанной богини, холодная и окаменевшая. Она протянула руку и прикоснулась к полимерной пленке, которая предохраняла от разложения восковое ангельское личико. Плотное покрытие поглотило тельце ребенка, как последствия убийства невинного младенца поглотили мыслящих машин.

– Ты законсервировал его?

– Это предохраняющий пакет, в который запечатывают тела умерших на работе рабов. – Иблис попросил женщину понять то, что он сделал. – Все должны знать, что здесь произошло, Серена. Они будут помнить твоего сына и все, что с ним связано. Мы построим в его честь величественный мемориал, сохраним его, как в мавзолее, чтобы все свободное человечество могло его видеть.

Он искоса посмотрел на Вориана Атрейдаса.

– Никогда не следует недооценивать значимости символов.

– Вы хотите построить гробницу? Иблис, тебе не кажется, что ты забегаешь вперед? – спросил Атрейдес, с трудом подавляя нетерпение. – Мятеж еще не закончился победой.

Серена взяла на руки пакет с ребенком. Он показался ей очень легким.

– Если мы возвращаемся на Салусу Секундус, то я хочу взять его с собой. Его отец заслуживает того, чтобы хоть один раз посмотреть на своего сына.

Прежде чем Вор успел возразить, заговорил Иблис.

– Каждый должен увидеть его! Это поможет нам убедить Лигу в необходимости оказать нам – на Земле – всяческую поддержку. Ты должна убедить их в такой необходимости, иначе будет слишком поздно. Если мы не получим помощи, то жертв будет намного больше.

Видя, насколько это важно для Серены, Вориан лишь расправил плечи и не стал возражать.

– Если мы сейчас же не поспешим, то опоздаем все, – сказал он.

Держа Маниона на руках, Серена выпрямилась.

– Теперь я готова. Идемте искать «Дрим Вояджер».

* * *

---

===
Существует бесконечное разнообразие отношений между машинами и биологическими объектами.

Запись в базе данных Омниуса
Вориан, Серена и Иблис, который сам вызвался лететь, нашли и захватили в имении Эразма пассажирский челнок. Они не стали ничего брать с собой. Только Серена взяла тело маленького Маниона. Пока повстанцы продолжали громить виллу, Вор и его спутники покинули невообразимый шабаш. Во время перелета они не заметили ни боевых роботов, ни воюющих неокимеков. Титанов вообще не было видно. Никто из них не объявился.

Маленькое судно плавно неслось над землей, направляясь к окраине города, где разрушения были минимальными. Во времена Старой Империи здесь, на пологих склонах холма, террасами располагались уютные дома и красивые сады. После победы мыслящих машин место это было покинуто и пришло в полное запустение. Остались только каменные остовы и железные ворота.

В своих мемуарах Агамемнон высмеивал мирские привычки и суету жителей Старой Империи, но теперь Вориан ставил и это утверждение под вопрос. Ему стало грустно и стыдно. Благодаря Серене он впервые обратил внимание на то, что в действительности происходит вокруг, в его голове появились беспокойные мысли. Было такое впечатление, словно перед ним внезапно открылась новая, незнакомая Вселенная.

Как удалось машинам столь многое от него скрыть? Или Вориан сам выбрал этот путь, предпочитая не видеть очевидного? Обширные исторические материалы всегда хранились в базах данных «Дрим Вояджера», но он ни разу не удосужился в них заглянуть. Он с готовностью принял точку зрения своего отца.

Он сказал Серене, что он нашел в истории, она горько улыбнулась одними углами губ.

– Значит, ты еще не безнадежен, Вориан Атрейдес. Тебе еще многое предстоит открыть уже как человеческому существу.

Впереди показались белое здание космопорта, ангары боевых машин, сенсоры сторожевых систем и тяжелые орудия. Вор передал знакомые позывные «Дрим Вояджера», и роботы охраны разрешили посадку маленького быстроходного судна.

Со всей возможной быстротой Вор ввел корабль в сухой док ангара и выключил все системы. Далеко впереди, среди грузовых причалов, подъемных кранов и цистерн с горючим, виднелись стоявшие у взлетных причалов космические корабли. Машинная ремонтная команда готовила один из кораблей к отбытию.

Серебристо-черный «Дрим Вояджер» тоже находился здесь, как и надеялся Вориан.

– Скорее, – сказал он и взял Серену за руку. Иблис побежал следом, не отставая, держа в руке пистолет – не слишком надежное оружие на случай, если охранные роботы вздумают их атаковать.

Вориан набрал код на внешней панели «Дрим Вояджера» и стремительно проник во входной люк.

– Ждите меня здесь. Если корабль на ходу, я сейчас же вернусь.

С Севратом он должен был разобраться сам.

Оказавшись внутри корабля, Вориан сразу же уловил жужжание мелких ремонтных машин, которые вставляли в гнезда новые блоки питания. Он не счел нужным приглушать свои шаги. Севрат так или иначе обнаружит его присутствие.

– Кажется, ты сломал судно, старый железный умник? – спросил Вориан. – И как ты полетишь без меня?

– Повстанцы обстреляли мой корабль, когда я доставил боевых роботов для пополнения. Один двигатель немного пострадал. Есть еще мелкие царапины на обшивке.

Робот двигал своими неподатливыми волокнистыми конечностями, настраивая параметры открытой системы. Оптические сенсоры были отрегулированы так, чтобы робот мог видеть в визир все детали механизмов.

Наконец робот заговорил:

– Я могу воспользоваться твоей помощью, Вориан Атрейдес. Один из ремонтных шмелей вышел из строя. Все пригодные чинят боевых роботов.

Вор понимал, что действовать надо быстро, промедление смерти подобно.

– Позволь, я взгляну.

– Я вижу, ты сменил свой гардероб, – сказал Севрат. – Когда восставшие рабы бегут по улицам, форма Омниуса резко выходит из моды?

Вориан не смог сдержать улыбки, несмотря на все свое напряжение.

– Люди разбираются в моде лучше, чем машины.

Он подошел ближе к своему механическому другу и внимательно посмотрел на небольшой шунт доступа на защищенной нижней панели корпуса робота. Хотя кнопка была прикрыта крышкой из текучего металла и защищена прочными волокнами, Вориан знал, что ему не составит никакого труда пережать канал поступления энергии, замкнуть преобразователь и парализовать робота-капитана.

Он порылся в карманах, словно что ища, и извлек оттуда мелкий инструмент.

– Сейчас посмотрю, что случилось со шмелем.

Вориан, притворившись неловким, покачнувшись, наклонился и тут же сделал молниеносное движение, зажав шунт в боку Севрата.

Робот дернулся всем корпусом и замер. Хотя Вориан знал, что это состояние машины обратимо и ее можно легко починить, он все же испытал укол стыда и вины.

– Прости меня, старый железный умник.

Он услышал за спиной шум и увидел Серену и Иблиса, которые вошли в кабину.

– Я же сказал, чтобы вы подождали.

Иблис шагнул вперед, к нему вернулась вся его самоуверенность. Он снова почувствовал себя командиром.

– Заканчивай работу. Уничтожь мыслящую машину.

Он приблизился к Севрату, держа в руке тяжелый металлический брус.

– Нет. – Разозлившись, Вориан встал между Иблисом и обездвиженным роботом. – Я сказал – нет. Не Севрата. Если вы хотите, чтобы я вывез вас отсюда, то помогите мне выгрузить его из корабля. Он больше не причинит никому никаких хлопот.

– Вы оба, перестаньте тратить время, – приказала Серена.

Иблис неохотно помог Вориану вытащить робота из корабля через боковой люк и положить его в распределительную топливную станцию. Капитан остался лежать там среди всякого хлама и остатков оборудования.

Вориан постоял несколько мгновений, глядя на свое отражение в зеркальной лицевой маске Севрата, вспомнив плоские шутки своего механического друга и те творческие военные игры, в которые они так часто играли вместе. Севрат за все время не сделал Вориану ничего плохого.

Но возрожденный к новой жизни Вориан Атрейдес должен вместе с Сереной Батлер остаться в рядах свободного человечества, какие бы воспоминания о прошлом его теперь ни мучили.

– Я вернусь, – прошептал он, – но я не могу знать, как сложатся обстоятельства, старый железный умник.

Иблис, устроившись возле иллюминатора, смотрел, как голубой шар родной планеты постепенно уменьшается в размерах и начинает исчезать из виду. Он думал о мировой революции, которую он зажег, и надеялся, что Аким справится с порученным ему великим делом и восстание закончится удачей. Может быть, опираясь на мудрость Экло, монах сможет обуздать насилие и организует разумную оборону от мыслящих машин.

Но в душе Иблис сомневался в успехе. Машины были очень могущественны, а планеты Синхронизированного Мира весьма многочисленны. Несмотря на громадную работу, которую он сделал, мятеж на Земле был обречен на поражение, если ему не удастся немедленно получить помощь от Лиги Благородных.

* * *

***  

Люди оказались настолько глупы, что создали себе конкурентов с интеллектом, равным своему собственному. Но они ничего не смогли с этим поделать.

Барбаросса. «Анатомия восстания»
Языки пламени поднимались над величественными пустыми строениями, словно публичное оскорбление Золотому Веку титанов. Буйная человеческая толпа, осатаневшая от своего безумного освобождения, с воплями носилась по улицам, бросая в дома тяжелые камни и импровизированные гранаты.

Агамемнон кипел гневом, глядя на ужасные разрушения, уже причиненные восставшими монументам и величественным дворцам. Эти мерзавцы даже убили Аякса, хотя могучий титан, вероятно, взял немалую цену за свою жизнь. Еще одна серьезная потеря вслед за гибелью Барбароссы.

Черви! Варвары, которые не имеют ни малейшего понятия о свободе вообще и о свободе воли в частности. Они не знают, что такое цивилизация, и не способны на самоограничения. Они могут быть только рабами, и это для них очень большое благодеяние.

Генерал-кимек шествовал по улицам в своем мощном боевом облачении. Он расшвыривал людей, подбрасывал их в воздух, разбивал о стены. Некоторые, самые храбрые, пытались бить его острыми предметами, которые лишь скользили по его бронированному корпусу. Как жаль, что у него не было времени раздавить их всех.

Вместо этого Агамемнон спешил к расположенному поблизости космопорту, надеясь отыскать своего сына в этом немыслимом хаосе. Если эти насильники, эти мятежники уронили хоть один волос с головы Вориана – лучшего из тринадцати сыновей генерала, – то он устроит на Земле настоящую бойню, какой еще не видела мировая история. Он проверил сведения космопорта и узнал, что «Дрим Вояджер» приземлялся, причем по позывным его сына, правда, остальные сообщения были весьма противоречивыми.

Титан все еще не мог оценить истинные масштабы разгоравшегося восстания. В течение столетий никто не осмеливался бросить вызов владычеству мыслящих машин. Как могли разумные люди дойти до такой степени умопомешательства? Впрочем, все это не имеет ни малейшего значения. Пусть Омниус и его роботы сами разбираются со своими неприятностями.

Сейчас у него одна задача – найти сына. Это главное, это приоритет. Он надеялся, что Вориан не наделал глупостей.

Кимек ворвался на поле космопорта, и первое, что он увидел, были три пылавших грузовых корабля, их топливные отсеки и двигатели были взорваны саботажниками. Пожарные роботы пытались потушить пламя, чтобы не допустить его распространения.

Пришедший в неописуемую ярость титан по оплавленной взлетной полосе направился в док, где должен был ремонтироваться «Дрим Вояджер». Он с неудовольствием обнаружил, что корабля нет, улетел, стартовая решетка все еще была раскалена докрасна выхлопными газами. Включив теплочувствительные датчики, титан увидел след, оставшийся в атмосфере.

Расстроившись и удивившись, он нашел в доке Севрата, который лежал в безопасной зоне. Робот был обездвижен и лежал на спине, как большое беспомощное насекомое – парализованное скопление волокон, металла и пластика. Повстанцы атаковали Севрата, выключили его, но… почему-то не уничтожили.

Сгорая от нетерпения, Агамемнон активировал Севрата, сноровисто работая своими манипуляционными конечностями. Когда Севрат пришел в свое машинное сознание, он первым делом сориентировал свое тело, сканируя космопорт оптическими сенсорами.

– Где «Дрим Вояджер»? – грозно спросил титан. – Где мой сын? Он жив?

– Твой сын удивил меня в свойственной ему импульсивной манере. Он меня дезактивировал.

Севрат осмотрел зону запуска и немедленно сделал свой безошибочный вывод:

– Вориан, должно быть, захватил мой корабль. Он знает, как им управлять.

– Он оказался трусом? Мой родной сын?

– Нет, Агамемнон. Я думаю, что он примкнул к мятежникам и бежал отсюда вместе с другими людьми.

Робот заметил, что Агамемнон дрожит от гнева из-за такого предательства.

– Это очень нехорошая шутка, – добавил Севрат.

Придя в еще большую ярость, Агамемнон резко повернул свой боевой корпус и зашагал прочь. Рядом стоял боевой корабль с полным комплектом оружия и боеприпасов и пригодный для преследования и захвата. К кораблю уже бежали люди, стремившиеся тоже захватить его. Можно подумать, что эти хретгиры способны распоряжаться столь сложной техникой.

Агамемнон поднял одну конечность, снабженную пушкой, и выпустил из нее струю пламени, превратившего червей в мечущиеся по космопорту куски горящей плоти. Пройдя через несколько секунд мимо обугленных трупов, кимек подошел к кораблю-автомату. По команде Агамемнона хватательная рука корабля вытянулась из корпуса, чтобы захватить емкость с мозгом титана и отставить в сторону боевую форму. Системы корабля приняли емкость и установили мозг Агамемнона в контрольное гнездо.

Обтекаемый корабль показывал неплохую скорость, все орудия и пусковые установки были заряжены и готовы к бою. Конечно, у Вориана было преимущество в расстоянии, но «Дрим Вояджер» – тихоходное судно, предназначенное для дальних перелетов. Так что у Агамемнона были все шансы сократить расстояние.

Плавая в теплой электропроводящей жидкости, мозг привыкал к сенсорам корабля, связался с его мыслительными стержнями и адаптировался до тех пор, пока не ощутил корабль своим новым телом. Мысленно подпрыгнув в воздух на воображаемых ногах, Агамемнон запустил корабль и поднялся в воздух.

Набирая скорость, он бросился вслед за добычей.

Вориан Атрейдес знал тактику космических боев и умел уходить от противника, так как Севрат много раз позволял ему брать на себя управление кораблем. Но, покинув кипящую мятежом Землю, он впервые повел «Дрим Вояджер» один, оставив на Земле Севрата – своего давнего друга.

Он отбыл с Земли по прямолинейной траектории, которая должна была кратчайшим путем вывести их за пределы Солнечной системы. Вориан надеялся, что кислорода и прочих припасов на корабле хватит на то, чтобы обеспечить его и пассажиров в течение месяца, который необходим, чтобы добраться до Салусы Секундус. Во время лихорадочного бегства он не подумал о том, на сколько пассажиров рассчитан «Дрим Вояджер», но теперь надо было лететь, иного выбора уже не было.

Нервничая, Иблис Гинджо смотрел в иллюминатор, внимательно вглядываясь в бездну космоса. Он никогда раньше не видел этой впечатляющей картины. Его очень удивило, насколько огромной оказалась испещренная кратерами Луна, когда они пролетели мимо нее.

– Когда мы приблизимся к Салусе, – уверенно произнесла Серена, пристегнувшись к креслу, – то окажемся под защитой Лиги Благородных. Ксавьер прилетит за мной. Он всегда приходил ко мне на помощь.

 

  Читать   дальше   ...    

***

***

Словарь Батлерианского джихада

***

***

***

***

***

***

***

***

---

Источник : https://4italka.su/fantastika/nauchnaya_fantastika/155947/fulltext.htm

---

Дюна - ПРИЛОЖЕНИЯ

Дюна - ГЛОССАРИЙ

Аудиокниги. Дюна

Книги «Дюны».

---

---

ПОДЕЛИТЬСЯ

---

 

Яндекс.Метрика

---

---

---

---

Фотоистория в папках № 1

 002 ВРЕМЕНА ГОДА

 003 Шахматы

 004 ФОТОГРАФИИ МОИХ ДРУЗЕЙ

 005 ПРИРОДА

006 ЖИВОПИСЬ

007 ТЕКСТЫ. КНИГИ

008 Фото из ИНТЕРНЕТА

009 На Я.Ру с... 10 августа 2009 года 

010 ТУРИЗМ

011 ПОХОДЫ

012 Точки на карте

014 ВЕЛОТУРИЗМ

015 НА ЯХТЕ

017 На ЯСЕНСКОЙ косе

018 ГОРНЫЕ походы

Страницы на Яндекс Фотках от Сергея 001

---

***

***

---

О книге -

На празднике

Поэт  Зайцев

Художник Тилькиев

Солдатская песнь 

Шахматы в...

Обучение

Планета Земля...

Разные разности

Новости

Из свежих новостей

Аудиокниги

Новость 2

Семашхо

***

***

Прикрепления: Картинка 1
Просмотров: 154 | Добавил: iwanserencky | Теги: ГЛОССАРИЙ, Хроники Дюны, текст, чужая планета, Вселенная, будущее, фантастика, из интернета, Будущее Человечества, Хроники, проза, книги, слово, люди, писатели, Брайан Герберт, Батлерианский джихад, литература, Кевин Андерсон, книга, миры иные | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: