Главная » 2024 » Февраль » 14 » Темный ратник. Факультет. А. Райро. Том 6.068
02:23
Темный ратник. Факультет. А. Райро. Том 6.068

***   

=== 


===

===
А.Райро

Темный ратник. Факультет.
Книга 6. Эпизод 1.            

— Сью-ю-ю-у-у-ун! — снова крикнул я.
Она не ответила.
От очередного взрыва крыша обвалилась полностью, и меня завалило обломками ещё больше.
Моё отчаяние невозможно было описать.
Да я был готов придушить сам себя! Это ведь я разрешил Сьюн уйти в Каскады. Я сам! Лично! Настоящий идиот! А теперь… что теперь? Где она? И почему взорвался медальон призыва? Что с Каскадами? Что с Творцами?
Ответить на эти вопросы мог только директор, потому что только он один догадался, что случилось.
Но и его, и меня завалило остатками порушенной крыши. Стены Трон-Стронга продолжали трещать, чёрная пыль падала с неба и окутывала раскуроченный верхний этаж. От ударов здание сотрясалось, будто по нему стрелял целый взвод артиллеристов.
Всё вокруг валилось и рушилось, хрустело и гудело. Школу Трон-Стронг уничтожали — от директора до самого последнего студента.
Высокая фигура помощника Ниманда стояла за стеной пыли в золотистом блеске доспеха. В его руке сверкал белый меч — гигантский, как исполинский тесак. Фигура сделала шаг в сторону Стронга, клинок поднялся, готовясь к удару…
И тут в пыльный мрак ворвался второй силуэт — тёмный рыцарь с мерцающими по броне синими вставками и черепом на шлеме, стремительный и молчаливый.
Его я узнал бы где угодно.
Кезарий!
Он смёл помощника Ниманда с места, налетев на того ураганом. Сцепившись, они ударились о стену, раздался жуткий треск, и стена проломилась. Они оба вывалились наружу и рухнули вниз.
Не снимая доспеха, я выбрался из-под завала одновременно со Стронгом. Сильно кашляя, весь в пыли и изрезанный осколками, директор выкарабкался из груды камней и еле поднялся на ноги.
— Директор!! — Я обхватил Стронга за плечи. — Что с Каскадами?
Он кое-как выпрямился, оглушённый взрывом. В отличие от меня, его не защищал доспех, поэтому все взрывы он прочувствовал на себе. На его груди болтались остатки от взорванного медальона призыва, по лицу текла кровь. С его левого глаза сползла повязка, оголив обезображенную глазницу.
Трясущейся ладонью директор обхватил окровавленный лоб и прошептал:
— Каскадов больше нет… все, кто в них остался, погибли… выжили только те, кто был призван…
Я отпустил его плечи и шагнул назад.
— Погибли?..
Внутри всё будто вымерзло от боли и ужаса.

— Сьюн! Ответь! Сьюн!
— Мои мысленные призывы всё больше походили на вопли из преисподней. —
Сью-ю-у-у-у-н! Прошу тебя, Сова! Ответь!

Она не откликалась.
Я снова ухватил контуженного Стронга за плечо.
— Где мой брат? Директор! Люче сказала, что он здесь!
Мне хотелось хорошенько его встряхнуть, но я стерпел. Директор всё ещё не мог отойти от контузии, из его ушей сочилась кровь.
Он посмотрел на меня так, будто еле расслышал, а я замер в чудовищном напряжении в ожидании ответа.
— Я приказал Кезарию… унести твоего брата вниз… — произнёс он разбитыми и грязными губами.
— Унести? — У меня ослабли ноги. — Он мёртв?
— Он был серьёзно ранен… но если бы не он, то Кезарий был бы сейчас мёртв… твой брат спас моего ратника…
Кое-как передвигая ноги, директор прошёл к разрушенной стене и глянул вниз, на дно ущелья — туда упал Кезарий вместе с помощником Ниманда, но в клубах пыли было не разобрать, что творится внизу.
От ещё одного удара по зданию под нами затрещал пол, этаж был готов развалиться и рухнуть вниз.
— Уходим! — Я навалил директора на себя и потащил по лестнице вниз.
На Стронге уже не было никакой защиты — все шесть слоёв его фантомного покрова были уничтожены. Тем временем его школа рушилась на его же глазах. Не знаю, что он при этом чувствовал, но на его израненном лице застыло ледяное безразличие.
— Всё кончено, Киро… — прошептал он. — В борьбе больше нет смысла… мы проиграли…
— А Творцы?
— Не знаю… я не знаю, что с ними. Их просто не стало… как и Каскадов, созданных ими, как убежище духов… у нас ничего не осталось…
Я стиснул зубы.
— У нас остались мы сами. Мы же ещё живы. Союз с сильфами заключён, к полуночи они будут здесь вместе с Буфом. Ещё есть надежда.
Честно говоря, мои собственные слова даже мне самому не вселяли надежды.
Сильфы просто не успеют помочь школе, как бы ни гнали свои несчастных лошадей. А ещё я так и не смог докричаться до Сьюн, хоть и не прекращал этого делать. Где она, успела ли покинуть Каскады, почему не отвечает — от этих вопросов внутри всё содрогалось.
Стронг смолк, так и не ответив мне. На его месте я, наверное, тоже бы не ответил.
Но лично у меня оставались вопросы, сдаваться я всё равно не собирался.
— Кто он, директор? Кто этот четвёртый помощник Ниманда? Люче сказала, что он не маг. Тогда кто?
Директор хрипло выдохнул.
Кажется, контузия постепенно его отпускала, заговорил он быстрее, хотя передвигался всё ещё с трудом:
— Это ратник, Киро… первый ратник Каскадов, освобождённый Творцами ещё сто лет назад. Он носит имя Ткач и имеет силу шестой высоты… он из расы тёмных рыцарей, как ты и Кезарий. Но он сильнее Кезария, и уж тем более сильнее тебя. Поэтому Творцы так хотели, чтобы ты получил шестую высоту совместно с Высшим Драконьим доспехом. Ваша схватка необратима…
Он кашлянул в дыму и пыли, перевёл дыхание и продолжил:
— Долгое время этот ратник скрывался под личиной мага, прямо у нас под носом. Мой отец был хорошо с ним знаком… перед смертью он особенно часто с ним общался…
Стронг внезапно вздрогнул и согнулся, будто получил невидимый удар под дых.
— Ке…зарий… — прохрипел он, прикладывая руку к груди. — Мой ратник… сильный урон… потерпи, друг… сейчас…
Директор применил технику восстановления ауры ратника, но стоять вот так, посреди разрушающегося замка, означало погибнуть под завалами. Я потащил Стронга дальше, а он всё продолжал бормотать:
— Держись, друг… держись… я иду…
На самом деле шёл он еле-еле и драться вряд ли бы смог.
Мы наконец спустились в порушенный и заваленный обломками холл. Камни сыпались сверху, стены замка с грохотом обваливались, пыль поднималась плотным облаком.

— Сьюн!
— снова позвал я телепатически.
— Сьюн, ответь!

Надежда на то, что она успела покинуть Каскады, таяла с каждой секундой. Отчаяние ломило волю даже к жизни, не то что к победе. Если Сьюн погибла, то…
Нет, я даже не хотел об этом думать, потому что если подумаю, то сам поверю в это.
А верить не хотелось.
Я намеревался найти её. Хоть где, даже в аду, в любом пекле, в любом из миров, даже если их тысячи. Эта клятва придавала мне сил. Я мысленно клялся сам себе и тащил Стронга к выходу.
Преодолеть холл было сложнее всего — камни валились сверху, раскалывались и грохотали по полу, летело стекло, зеркала взрывались на миллиарды осколков, пол трещал. Даже в доспехе я порой получал ощутимые удары по телу, к тому же приходилось ещё и прикрывать Стронга, чтобы его не задело.
Когда мы наконец вывалились из учебного чертога на разрушенное крыльцо, то отчаяние навалилось на меня с новой силой. Память вдруг подсунула мне слова, сказанные директором:
— В борьбе больше нет смысла… мы проиграли…
«Мы проиграли» — это выглядело именно так.
По замку со всех сторон лупили залпы отрядов Ниманда, их было не меньше полусотни. Ещё столько же сражались со студентами и преподавателями по разным сторонам: наверху, в Кварталах и даже на ветряной лестнице. Порой с неё кто-то срывался и с криком падал вниз, в ущелье.
Везде метались рогатые песочные гиганты, они уничтожали всех, кто попадался им на пути. Однако и сами защитники Трон-Стронга не сдавались.
Они дрались до последнего.
Никто не прятался.
На ветряной лестнице я заметил даже маленькую Хио. Девчонка-полумаг была в мужском пиджаке от красной школьной формы, бесстрашно висела вниз головой и меткими выстрелами огня атаковала магов Ниманда одного за другим. Она целилась им в лицо и поджигала посохи, чем сильно мешала их атакам.
Ещё я увидел ядовитого питомца сестёр Нобу — леданскую кобру Мэйтири. Правда, самих сестёр рядом с ней не было, но если кобра жива, значит, живы и те, кто ею управляет. В дыму мелькнуло и лицо Триш Лаван, девушка вместе с ратником Гектором рубила песочных воинов. Я видел ещё несколько знакомых лиц.
Студенты и преподаватели сражались и гибли, но защищали школу.
Увидев это, директор выпрямился и увереннее встал на ноги на покорёженном крыльце учебного чертога.
— Борьба ещё не окончена, — произнёс он и вдруг сам ухватил меня за плечи, разворачивая лицом к себе. — Я останусь здесь и отобью студентов! Это мой долг. Твоя задача — Ткач. Найди Кезария, вместе вы справитесь. Откиньте Ткача дальше в горы, и тогда я смогу восстановить защитный барьер…
Внезапно над ущельем и руинами Трон-Стронга прогудел оглушительный голос:
— Её больше не-е-е-е-е-ет!
От этой фразы меня пронзило очередной порцией ужаса.
И я, и директор задрали головы, посмотрев наверх. Там, на краю обрыва, стоял Филат Фонтей. Он держался за раненый живот, но был жив, а в крупной руке сжимал клок рыжих волос, с которых капала кровь.
— Тильзы Маглон больше нет!
Такого жёсткого голоса у Фонтея я никогда не слышал, да и лицо у него было злое и кровожадное, глаза потемнели — он будто еле себя сдерживал, как оборотень во время полнолуния.
Но на это мне было наплевать.
Главное, что Фонтей убил мага-джадуга, помощницу императора, и это значило, что если защитный барьер вокруг школы восстановить, то через него уже не пройдёт никто.
Директор отпустил мои плечи и бросился в атаку, в самую гущу.
— Отобьёмся, Филат!! — рявкнул он.
Не знаю, откуда у него взялись силы, но на бегу он выдал жуткий по силе удар Шквального урона по всем отрядам Ниманда, которые крушили замок.
Всё тем же оглушающим голосом Фонтей выкрикнул заклинание прямо сверху. Резко подул ветер, вокруг потемнело, пророкотал гром, искры затрещали в воздухе, и с неба по отрядам Ниманда ударили молнии.
Ну а я рванул к Фонтею вверх по ветряной лестнице, с бешеной скоростью перескакивая студентов, что на ней стояли, а заодно мечами перерубая замешкавшихся врагов.
Оказавшись наверху в считанные секунды, я подскочил к Фонтею.
— Где Кезарий?
Маг-джадуг даже не успел никуда указать, да и не нужно было. Место схватки двух могучих ратников было видно издалека. Они сражались в Квартале Веридий, самом тихом Квартале школы — там никогда и ничего не происходило.
Но не теперь.
Теперь два самых сильных тёмных рыцаря, какие только могли существовать в этом мире, крушили дома Квартала Веридий, будто они были бумажные. От их ударов взрывались стены, падали деревья, вспыхивали крыши и раскалывалась земля.
Они оба владели одним и тем же набором навыков.
Атаковали друг друга Ударами гнева, откидывали Точечным вихрем, швырялись огромными цепями Теневых пут и погружались во тьму. Отзвуки их боя содрогались в ближайших горах, эхом гремело в вершинах Иксидора.
И только сейчас я понял, что Кезарий на тренировке со мной бился вовсе не в полную мощь. Совсем не как сейчас.
Сейчас он сражался на пределе своих невероятных сил, и я на его фоне был так себе рыцарем, зато я был ещё и магом. Тем, кем не был ни один из этих ратников — ни Кезарий, ни Ткач.
Это преимущество я собирался использовать на всю катушку.
Но прежде, чем кинуться на помощь ратнику директора, я снова обратился к Фонтею.
— Вы видели Сьюн?
— Нет, Киро… я был немного занят… — Он всё никак не мог выбросить клочок рыжих волос, будто у него пальцы не разжимались.
И тут за моей спиной громко сказали:
— Мы найдём её!
Я обернулся.
Позади меня стояли сразу с десяток студентов из разных Факультетов и пять ратников. Среди них я увидел Триш Лаван и её Гектора, Тома Обри и его гоблича Хуго, а ещё Сета Йорго и Железную Агвид, ратника погибшего Раста Гровера.
Целый боевой отряд под предводительством учителя Сато.
Низенький старик кивнул мне.
— Сражайся, ученик. Мы найдём Белую Сову.
— Она не откликается…
— Без медальона призыва и Каскадов ваша телепатическая связь оборвалась. Сьюн не слышит тебя, но если она здесь и жива, мы её найдём.
Все пятнадцать, как один, подняли правые руки в приветствии мага.
Решительный голос старика подарил мне надежду, которая уже почти угасла. Я кивнул ему в ответ. В этот момент из-за развалин Квартала Рубрум вышел Майло. Он придерживал Люче, а та, бледная, как смерть, торопилась вперёд и всё оглядывалась по сторонам.
— Альмагор! Где Альмагор?
Когда я её увидел, меня пронзила идея.
— Директор жив! — выкрикнул я и помчался к Люче, на бегу убирая доспех.
Да, я сильно рисковал и мог отхватить случайный удар по незащищённому телу, но мне нужен был мой карман. Я быстро вытащил из него свиток с картой, которую нарисовал мне Буф, и, подскочив к Люче, сунул бумагу ей в руки.
— Конницы сильф едут по этому маршруту, с ними Буф. Отправьтесь с школьным порталом, найдите их, перенесите сюда хотя бы часть конницы. Самый сильный отряд королевы Энио.
Люче ничего не стала спрашивать.
Она крепче стиснула свиток, кивнула, и они вместе с Майло поспешили к порталу, ну а я вновь облачился в доспех и рванул в сторону Квартала Веридий — туда, где в схватке сшиблись Кезарий и Ткач.
Времени на отчаяние уже не оставалось.
* * *
Квартал разнесли в руины полностью — не осталось ни одного целого дома, ни одного дерева.
Округа утопала в пыли, треск и грохот оглушали нещадно, и чем ближе я приближался, тем страшнее становилось: в пылу боя эти двое не заметили бы даже великана, раздавив его, как муху.
Они дрались то на мечах, то в дальнем бою, швыряли друг друга и ломали без того разрушенный Квартал.
Кезарий еле справлялся с натиском противника. При равных навыках, Ткач превосходил его по силам, и доспех Кезария был уже прилично повреждён, даже половина шлема растрескалась.
Ткач тоже был в доспехе, мощном и крупном.
На его шлеме был изображён зубастый оскал, а с затылка свисал волчий хвост. Сами латы имели шипастые вставки в виде клыков на локтях и наплечниках. Броня отливала золотом и порой мерцала на солнце так, что слепило в глазах.
Мерзкий рыцарь в сияющих доспехах!
Жаль, что я так и не успел спросить у директора, под чьей именно личиной скрывался ратник Ткач. Хотя какая уже разница? Сейчас мне было не до этого.
Погрузившись в скрытие, я подбирался к месту схватки всё ближе, выбирая удобный момент для атаки. Нужно было ударить врага с тыла, когда он отвлечётся. Играть в героя и выходить на честный бой я не собирался — не та ситуация. С этим фвытчем сойдут любые методы войны, даже самые грязные.
Я проскочил мимо Кезария, продвигаясь к Ткачу на расстояние удара и заходя к нему со спины. Пока он не погрузится во тьму — он меня не увидит…
И тут он, будто почуяв присутствие ещё одного тёмного рыцаря, тоже ушёл в скрытие.
Прфетчерый ублюдок!
Пришлось атаковать его уже без раздумий.
В бой пошли ранговые техники мага — Шквальный урон, а следом Незримый плен.
Мощная броня противника выдержала и то, и другое. Он лишь слегка отшатнулся вбок и передёрнул плечами, упакованными в клыкастую защиту.
Затем Ткач повернулся в мою сторону, в прорезях его шлема вспыхнул белый свет.
— Сам пришёл? Хорошо. Ты тоже есть в моём списке.
Пока он отвлёкся на меня, его атаковал Кезарий. Мощный Точечный вихрь устремился в противника, но тот опять чуть покачнулся.
— Вы двое, — усмехнулся Ткач, — так похожи друг на друга и ничего не стоите…
На середине фразы он атаковал сам. От его Точечного вихря меня снесло, как щепку, и прибило к стене разрушенного дома. Та же участь постигла Кезария.
Не успел я моргнуть, как Ткач оказался рядом. Я еле успел отбить удар его белого меча. Отбить-то отбил, но меня всё равно отшибло в сторону — я прокатился кубарем и проломил стену уже другого дома.
Пока я поднимался из руин, на Ткача снова налетел Кезарий.
И тут я отчётливо понял одну штуку: а ведь по отдельности мы действительно были слабее противника, зато вместе, как два тёмных рыцаря, мы имели неплохие шансы. Та же история произошла с сёстрами Нобу на экзамене. По отдельности они не смогли бы покорить ядовитого питомца, а вот вместе — сработали даже лучше многих.
Я снова погрузился во тьму, но на этот раз бросился не к Ткачу, а к Кезарию.
Добравшись до него, я встал рядом и точь-в-точь повторил движение его дальнобойной атаки — это был Удар гнева. Ратник директора хлестанул кулаком по дорожке Квартала Веридий. Я сделал то же самое одновременно с ним.
Вот это вышел Удар гнева, трфытечш!
Такого я ещё не видел. Земля содрогнулась, в ближайших горах прогудело, по камням с хрустом понеслись огромные трещины, и… Ткача сбросило с ног!
Я вышел из погружения во тьму, чтобы показать Кезарию, в чём причина такого удара. Тот понял всё моментально. Мы переглянулись и снова ударили вместе, на этот раз Точечным вихрем. Синхронно вынули мечи, синхронно ими крутанули и синхронно пустили удар в противника.
Не успел он подняться от предыдущего удара, как его снова сбило с ног, и теперь уже сам Ткач в своём золотистом волчьем доспехе проломил стену дома.
Чтобы не дать ему опомниться и поменять тактику, мы использовали Теневые путы. Вытянули вперёд руки, сжали и разжали кулаки, выпустив сразу по пятёрке цепей с гарпунами. Прямо на лету цепи сплелись вместе и стали вдвое мощнее.
Я даже не думал, что такое возможно.
Кажется, Кезарий тоже о таком не подозревал. Мало того, даже сам Ткач подобного не ожидал. Его тело окутали цепи, громадные гарпуны намертво впились в его броню, ну а я и Кезарий бросились в ближний бой.
Мы атаковали врага сразу с двух сторон, рубанув по броне Ткача одновременно. Его крепкий доспех выдержал и это, но всё же загудел, получая сразу двойной урон.
Удары не прекращались, атака набирала силу и скорость.
Кезарий бил мастерски, выискивая слабые места в латах врага, а я усилил атаку ещё и параличом, после чего прошептал заклинание Моментальной заморозки и рубанул прямо по шее свободного ратника. Льдом успела обрасти часть его шлема, броня снова загудела, но лёд почти сразу взорвался осколками. Из Теневых пут Ткач тоже освободился быстро.
Понимая, что сейчас он выкрутится и всё-таки даст нам прикурить, я и Кезарий снова ударили вместе. Не сговариваясь и будто точно чувствуя, что именно будет делать другой.
Удар гнева.
Точечный вихрь.
Теневые путы.
Точечный вихрь.
Удар гнева.
Ткач отшатывался, падал, доламывал дома, таранил спиной поваленные деревья. И если уж для того, чтобы пробить его броню, мы не доросли, зато доросли, чтобы повалять ублюдка по камням.
Обычно скупой на эмоции Кезарий неожиданно вошёл во вкус.
Он выдал виртуозный Точечный вихрь, подкручивая свои мечи снизу вверх и подкидывая противника в воздух. Я повторил его движение, как тень — получился хитрый, мощный и короткий удар снизу, как апперкот невидимым гигантским кулаком.
Мы проделали такое ещё несколько раз.
Ткач подлетал, отшатывался, получал урон и уходил в беспросветную оборону, а мы оба надвигались на него, тесня к краю Квартала, к самому обрыву.
Он уходил.
Мы надвигались.
В этот момент краем глаза я заметил мерцание школьного портала. Ворота в нём распахнулись, над полем битвы прокатилось дружное ржанье сильфийских лошадей. По каменным дорожкам застучали копыта, и руины школы озарились градом мерцающих стрел. Новая атака обрушилась на остатки магов Ниманда.
Отряд Энио и Буфа пронёсся на лошадях, сметая врагов.
Неожиданно ко мне и Кезарию присоединился Альмагор Стронг. Он встал позади нас и принялся хлестать Ткача внеранговыми заклинаниями. Только они оказались куда мощнее моих — такими я даже не умел пользоваться.
Сначала Стронг выкрикнул короткую фразу на древнекронодском, и по воздуху тут же пронеслось гудение, звук будто стал осязаемым, сплёлся в единую ударную волну и отправился в Ткача. Ратник дёрнул головой.
На этом директор не остановился.
Он произнёс ещё одно внеранговое заклинание. Увидев, как оно работает, я захотел немедленно его выучить.
Прямо из воздуха, вертикально земле, образовался тончайший и почти невидимый диск с лезвием. Он завертелся и метнулся в противника, бесшумно резанув пространство и ударив его в шлем. Потом был ещё один режущий диск, и ещё один.
Да, броня у Ткача была крепкой.
Такую не пробьёшь — директор был прав.
Шлем Ткача остался цел, зато от ударов он опять отшатнулся и мотнул головой, будто потеряв ориентир. И тут к атакам Стронга присоединились мелкие атаки студентов. Они встали уже за спиной директора и пустили в Ткача всё, что могли — от ядовитых питомцев до потоков огня.
Ну а потом на врага пошёл Фонтей, раненый и всё ещё злой.
Он вооружился световым мечом и таким же щитом.
Увидев всё это, Ткач шагнул назад.
— Я не прощаюсь, — тихо сказал он.
Ратник вдруг убрал доспех и, откинувшись назад, упал в обрыв. Его тут же подхватила воронка золотистого песка, он будто в нём растворился. И только теперь, увидев его без брони, я точно вспомнил, откуда знаю этого человека… точнее, не человека, а только того, кто им притворялся.
Совсем недавно он смотрел на меня с портрета на стене бывшего дома Беллы Мориц. Это был её муж, Атрей Мориц. Широкоплечий и крупный блондин в позолоченных очках.
Сегодня очков на нём уже не было.
— Всем приготовиться! — выкрикнул Стронг. — Воздвигаем защитный барьер!
Он и Фонтей бросились в сторону обрыва, вскидывая руки и выкрикивая одинаковые заклинания. В воздухе забрезжила сиреневая дымка. Она становилась гуще, крепла, расплывалась и разрасталась вверх и в стороны.
На это я уже не стал смотреть. У меня были задачи поважнее.
Я быстро убрал доспех и обернулся, чтобы отыскать в толпе выживших студентов, преподавателей и сильф того, кто обещал найти Сьюн.
Учителя Сато.
Его я увидел позади всех. Он стоял один и хмуро смотрел на меня…
* * *


===

Книга 6. Эпизод 2.                             

Сквозь толпу я ринулся к учителю Сато.
От его хмурого взгляда во мне всё оборвалось, отчаяние обрушилось с новой силой.
— Нашли?! — выкрикнул я на бегу. — Вы нашли её?
Не дожидаясь меня, учитель развернулся и торопливым шагом посеменил в сторону Квартала Кэрулим. Из четырёх Кварталов уцелел он один, всего пара домов стояли в копоти от пожара.
— Учитель! — Я догнал старика. — Учитель, скажите, что вы нашли её!
Он остановился. Его посох с птичьей лапой на набалдашнике привычно ткнул меня в грудь.
— Ты должен быть стойким, ученик. Тяжёлые времена для всех нас, и мы не имеем права на отчаяние. Тебе придётся привыкать к тому, что твой ратник уже не будет таким сильным…
Я со злостью ухватил посох старика и выдернул из его руки.
— Так вы нашли её или нет?!
— Погоди. Это важно. — Старик с серьёзным видом полез в карман и вынул мешочек, как из-под табака, сунул в него пальцы и вытащил… леденец.
Сато отправил его себе в рот, раскусил и смачно захрустел.
Он жрал конфеты, трпфыншч!
— Учитель… — Я скрипнул зубами.
А он снова сунул пальцы в мешочек.
— Тебе бы тоже не помешало. — Сато протянул мне второй леденец. — Это успокоительные конфеты от Бакчо Барбара. Очень хорошая штука, знаешь ли… мне помогают.
Я на конфету даже не посмотрел.
— Если вы не нашли её, так и скажите!
— Кто сказал, что не нашли? Нашли, — спокойно ответил он, выдёргивая у меня свой посох обратно и продолжая хрустеть леденцом. — А что, я разве не сказал?
Вот придушить бы его!
Если бы я не знал Сато, то подумал бы, что он надо мной издевается.
— Она без сознания, — добавил учитель. — И ранена. Я предполагаю, что Белая Сова покидала Каскады как раз в тот момент, когда они подверглись уничтожению. Из-за этого она материализовалась здесь уже без сознания и с ранением.
Сердце и так бешено колотилось, но сейчас оно было готово взорваться от радости. Живая… она живая!
— Где она? — спросил я, стараясь не орать на старика.
Учитель Сато нахмурился и сурово на меня посмотрел.
— Когда она очнётся, не дави на неё и ничего не требуй, понял? Предупреждаю, зная твой дурной характер. Ты ведь понимаешь, что всем выжившим ратникам осталось всего недели три. Без Каскадов они истощатся и погибнут всё равно. Мы будем наблюдать их смерть и ничего не сможем с этим сделать.
Мне снова захотелось его придушить, но я лишь повторил свой вопрос:
— Где она?
Он будто меня не услышал, а продолжил на своей волне.
— Её обнаружила Селена Тимо, именно она спасла твоего ратника, спрятав её в общежитии во время боя и закрывшись в одной из подсобок. Бедняжка так перепугалась…
Больше я не мог себя сдерживать.
Снова ухватил посох старика.
— Где она?!
Учитель не стал испытывать судьбу и моментально ответил:
— В первом общежитии Квартала Кэрулим, с ней Агвид, Гектор и…
Не дослушав его, я рванув в указанное место.
— Я отправлю к тебе Фонтея! — выкрикнул учитель Сато мне вдогонку. — Он возьмётся за лечение!
Прямо на бегу я облачился в доспех и сразу погрузился в скрытие, чтобы прибавить себе скорости. До общежития добрался за несколько секунд, распахнул покорёженные двери и пронёсся по коридору.
— Сьюн! Где Сьюн?
Надо было видеть лица двух раненых студентов, которые встретились мне в общежитии. Они меня не видели, только слышали, и от моего дьявольского голоса, прозвучавшего им прямо в лицо, чуть не рухнули в обморок.
Я и сам забыл, что погрузился во тьму.
Хотя когда я показался, то студенты перепугались ещё больше. Я быстро убрал доспех.
— О боги… — выдохнул один.
— Мне нужна Сьюн Белая Сова! — Я тряхнул его за плечи.
— Она… там… — Второй студент показал дальше по коридору. — Комната восемнадцать… мы как раз тебя пошли искать…
Я помчался дальше.
Дверь комнаты восемнадцать чуть не слетела с петель, когда я её распахнул.
Первое, что предстало глазам — трое ратников у одной из кроватей: Железная Агвид, Гектор-Сокрушитель и гоблич Хуго. Рядом на стуле сидела Селена Тимо, слепая помощница профессора Спиро и «большой специалист по тёмному райфу». Подол её зелёной юбки был оторван.
Девушка держала безвольную руку Сьюн.
Когда я ворвался в комнату, ратники вскинули оружие, а вот Селена Тимо даже не вздрогнула. Она заботливо положила руку Сьюн и поднялась со стула, уставившись на меня безжизненными глазами.
— Ваши стремительные шаги я узнала бы среди тысяч других, адами Нобу. Только вы один можете так угрожающе спешить. Хотя нет. Не только вы. Ещё Альмагор Стронг. Он спешит точно так же, как и вы.
Её лицо стало грустным.
Наверное, мне надо было кинуться к кровати, на которой лежала Сьюн, но я замер, не в силах сделать ни шага. Ратники расступились и убрали оружие. Селена тоже шагнула в сторону.
Они опустили головы и молча освободили мне путь.
И вот в могильной тишине комнаты я наконец шагнул к Сьюн.
* * *
Она лежала, укрытая покрывалом, и выглядела так, будто просто спит.
Безмятежное лицо, слегка растрёпанная коса.
Я присел на край кровати и прикоснулся пальцами к её лбу, он был горячий и влажный — настоящий человеческий лоб с признаками жара. Приподняв покрывало, я сразу увидел, куда она была ранена: её кожаная куртка была расстёгнута, а живот стянут лоскутами зелёной ткани и скреплён шнурком. Видимо, ткани даже не хватило, чтобы завязать концы.
Вот, значит, на что ушёл оторванный подол юбки Селены Тимо — той самой юбки, которая вечно на ней криво сидела. И шнурки… это были те самые шнурки, которые когда-то болтались не завязанными на ботинке слепой девушки.
— Спасибо, — прошептал я Селене.
Она положила руку мне на плечо.
— Всё будет хорошо, адами Нобу. Иначе не может быть, правда?.. Ваш ратник восстановится. Фонтей поможет… только вы ведь понимаете, что потом случится?
— Говорите прямо, — вдруг подала голос Железная Агвид. — Мы выжили лишь временно. Остатки ратников скоро всё равно погибнут.
Гектор хрустнул кулаками.
— Зато перед смертью мы ещё покрошим головы! Так и знайте!
Гоблич Хуго закинул на плечо свою булаву.
— Покрошим! О наших подвигах будут слагать легенды!
— Мы не боимся ни страданий, ни смерти, — процедила Агвид. — Только дайте нам возможность сражаться в память тех, кто уже погиб.
Все трое ратников покинули комнату, и как только дверь за ними закрылась, Селена опустила плечи.
— Как же страшно, адами Нобу… всё вокруг рушится на наших глазах… вот если бы вы получили шестую высоту, тогда у нас был бы шанс, правда?
Я бережно укрыл Сьюн покрывалом и положил ладонь на её руку.
— Где мне взять столько духовного опыта, эвен Тимо? Может, вы мне скажете, как суперспециалист по тёмному райфу?
Не знаю, откуда во мне взялось столько сарказма, но я ничего не смог с собой поделать.
Селена будто не заметила моего язвительного тона. Она вздохнула.
— Я бы хотела сказать вам что-то хорошее… но нет. Простите меня. Я честно искала разные возможности, прочитала все трактаты по теории духовного опыта, просмотрела сотни трудов, сотни конспектов. Я искала упоминания о такой же плотности ауры, как у полумага Гудреда и его подруги Хио. Нашла только нечто похожее с аурой древних чудовищ. Но я всё равно ничего не понимаю, адами Нобу… не понимаю, почему у них образовалась такая плотная аура.
Я усмехнулся, снова дав волю сарказму.
— Было бы здорово, если бы духовный опыт можно было просто выпить, как амброзию адами Фонтея.
Селена шагнула назад, чуть не запнувшись о собственные ноги.
— Выпить? Как амброзию?.. Вы сказали, выпить?
Девушка развернулась и бросилась в угол комнаты.
Там стоял её рюкзак-короб. Она ухватила его, перевернула и встряхнула, высыпая всё своё барахло на пол: карандаши, тетради, книги, наборы стальных колб, кульки с гипсовой глиной, разноцветные мелки.
Селена опустилась на колени перед своими сокровищами и принялась их разгребать, ощупывать и что-то выискивать.
— Красная тетрадь… — забормотала она. — Мне нужна красная тетрадь… не знаю, красная ли она на самом деле, но мне так сказали. Хотя почему-то на ощупь кажется, что она белая… Адами Нобу, помогите! Мне нужна красная тетрадь! Вы видите её?
Я нехотя оставил тёплую руку Сьюн и подошёл к шуршащей в вещах Селене.
Одного взгляда на её барахло хватило, чтобы понять, что красных тетрадей у неё вообще нет. Ни одной. Они все были других цветов: белые, серые, чёрные, синие. Значит, кто-то в очередной раз зло подшутил над слепой девушкой.
— Что ещё на этой тетради есть? — спросил я. — Кроме цвета есть какие-то признаки?
Она зажмурилась, будто вспоминая.
— Да-да… там ещё деревянная палочка для клинописи прикреплена… сбоку… это тетрадь с восковыми страницами. У меня вообще все тексты специальные… некоторые из них выпуклые… там специальные чернила, застывают мгновенно, это специальная смола… профессор Спиро подарил… а ещё есть выдавленные тексты. На воске. Так вот эта тетрадь с выдавленным текстом. Я так пишу, пользуюсь специальными знаками сокращения. Обычно делаю так конспекты того, что читаю.
Я нахмурился.
— А как же вы читаете? Простите, но вы ведь слепая.
Селена поморщилась.
— Вы очень проницательны, адами Нобу. И для таких, как вы, поясняю, что я пользуюсь заклинаниями, которые проговаривают тексты мне в уши.
— Э… серьёзно? Такое бывает?
— Ну раз я пользуюсь, значит, бывает! — Она с новой силой принялась рыться в вещах. — Ну так что? Вы видите красную тетрадь?
Тетрадь с палочкой для клинописи тут была всего одна.
Она лежала под кучей кульков с гипсовой глиной, испачканная белым порошком, высыпанным из одного кулька. Я вытащил тетрадь, сдул пыль и подал в руки Селене.
— Это тетрадь белого цвета.
— Я так и знала!
Девушка стиснула тетрадь и принялась перелистывать толстые вощёные страницы. Тщательно ощупывала каждую и продолжала листать.
— Где-то тут должно быть… я же записывала… вот! Вот оно! — На одной из страниц она остановилась и вскочила на ноги.
Её проворные пальцы ещё раз пробежались по выдавленным в воске каракулям непонятного содержания.
— Видите, адами Нобу? Это из древних легенд магов Кронода. Тут написано, что первый духовный опыт в виде живой ауры появился намного позже сотворения мира. Маги Кронода считали, что в нашем мире магии раньше не было, и её принесли искусственно. Без духовного опыта маги бы не могли развиваться, и такой опыт был порождён гигантскими иномирными существами. Великими мудрыми чудовищами. Именно так и написано. Они поделились своей силой с жителями этого мира. Мудрые чудовища явно не предполагали, что мы будем истреблять друг друга, чтобы получать духовный опыт для магии.
— И что? — Я нахмурился.
Мне, если честно, было сейчас не до догадок чокнутой Селены Тимо, хотя я понимал, что она говорила о древних чудовищах. Ну принесли они духовный опыт, и что дальше?
— Как что?! — Она потрясла тетрадью у моего носа. — Здесь написано, что они давали другим испить их духовный опыт и отпускали, чтобы его передавали дальше!
— И что? — снова спросил я: пока ничего нового она не сказала.
Древняя вевера из озера Уомор сделала как раз то, что твердила мне Селена Тимо. Та тварь когда-то поделилась со мной духовным опытом и подняла мне ранг до четвёртой высоты. Но этой веверы больше нет.
— Как что?! — Селена ткнула меня тетрадью в грудь. — Вы разве не услышали слова «испить» и «передать дальше»? В легендах так и написано — испить и передать! Возможно, передача такого духовного опыта не так кровожадна, как мы привыкли считать? Может быть, полумаг Гудред и ему подобные способны делиться аурой добровольно? Нужно просто найти способ, как это делать. Их аура похожа на ауру прародителей духовного опыта, древних чудовищ, поэтому она такая плотная. И она способна передаваться дальше, понимаете?
Закусив губу, она ждала от меня ответа, будто от него зависели судьбы мира.
— Ищите способ, — сказал я без энтузиазма. — И никому не говорите про ауру моего… полумага Гудреда. Никому. Даже профессору Спиро. Ищите сами.
Я уже ни в чём не был уверен.
Ни времени, ни сил на эксперименты и догадки не оставалось.
А ещё мне предстояло навестить Броннана, и мороз пробирал от того, что в одно и то же время два моих самых близких человека лежат ранеными.
— Есть ещё один вариант добычи шестого ранга, и мы с вами оба точно знаем, что он сработает, — сказала Селена. — Убить одного из таких полумагов. Одна жизнь, что спасёт многие. Это вы можете сделать прямо сегодня, а потом одолеть того, кто напал на нашу школу.
В этот момент я услышал тихий шёпот.
Сначала подумал, что у меня в башке шумит, но когда шёпот повторился, я понял, что это Сьюн.
— Киро…
Она очнулась, хоть ещё и не открыла глаза.
Я поспешил к ней, одной рукой взял её за ослабевшую ладонь, а второй провёл по щеке.
— Я здесь.
Услышав мой голос рядом, она стиснула мне руку пальцами и чуть улыбнулась, после чего открыла глаза.
— В твоём черепе так много навоза, доминат, что до тебя не докричишься. — Она с тоской посмотрела на меня. — Кажется, мы поменялись местами. Теперь я больше человек, а ты больше ратник. Забавно, правда?
Это была жуткая усмешка судьбы, её самый циничный оскал.
— Мы что-нибудь придумаем, — ответил я, стараясь не пропускать в голос отчаяние.
— Я хочу, чтобы эти три недели стали для нас самыми прекрасными, — сказал она тихо.
Как и другие ратники, Белая Сова не боялась смерти. Она собиралась умереть достойно. И я, и она понимали, что без Творцов и Каскадов выжить не сможет ни один ратник.
— Я найду Ниманда, — прошептал я, склонившись к её лицу, — и заставлю его сделать всё, чтобы ты жила.
Она не ответила, лишь посмотрела мне в глаза и приподняла голову, чтобы поцеловать. Точнее, слегка прикоснуться к моим губам и снова упасть затылком на подушку.
В этот момент в комнату вошёл Филат Фонтей.
— Прости, Киро, но тебе лучше выйти! — с порога попросил он. — Всем выйти!
В руках маг-джадуг держал несколько заклинательных свечей — он собирался лечить Сьюн, как делал это с обычными людьми. Но это было не всё.
Что-то в нём изменилось.
Не знаю, что именно, но мне показалось, что он стал сильнее. Ещё более могучий и уникальный, чем обычно, будто при убийстве другого мага-джадуга с ним что-то произошло.
Правда, спросить об этом у меня не представилось возможности.
Фонтей буквально стащил меня с места, ухватив за плечо, и подтолкнул к выходу. Потом та же участь постигла Селену Тимо вместе с её белой тетрадью.
— Всё, ребята! Пациенту нужен покой!
За нашими спинами захлопнулась дверь.
Я потёр ладонью потный лоб и посмотрел на Селену, но та уже погрузилась в свои мысли настолько, что, кажется, вообще не поняла, что её только что выпроводили из комнаты.
В коридоре я неожиданно увидел Хио.
Девчонка-полумаг явно ждала меня.
— Я пришла с адами Фонтеем, — сказала она, ухватила меня за руку и потянула к выходу из общежития. — Пошли! Там Гудред очень просит тебя прийти! Он в больничном чертоге, в его уцелевшей части. И он очень плохо выглядит, Киро. Очень плохо! И вообще всё вокруг плохо, нужно срочно что-то делать! А ещё Гудред почему-то назвал тебя братом… он бредит… кажется, он умирает…
При фразе «он умирает» я рванул так, что Хио даже не смогла меня догнать.
* * *
Броннан находился где-то среди многочисленных раненых студентов, которых всё ещё доставляли в уцелевший зал больничного чертога и раскладывали по койкам.
Помощницы Фонтея, пять высоких и крепких девушек, сновали между пациентами. В ход шли заклинания, мази, примочки, бинты. Тут же я заметил Бакчо Барбара и студентов Факультета Ядов и Смол. Они готовили целительные смеси.
Здесь же была Таби Нобу, но… без Рин!
Внутренняя боль подкатила в глотке приступом тошноты.
Неужели Рин погибла?..
— Киро! — Звонкий девичий голос заставил меня посмотреть в другую сторону.
Рин.
У меня от сердца отлегло.
Сестра была жива, измазанная в копоти и зелёном ядовитом порошке, сидела на тумбе, а её руку перевязывал студент, один из многих, которые помогали медсёстрам.
Тут мне на шею кинулась Таби.
— Киро! Мы так волновались за тебя! И когда вы с Кезарием… мы видели бой… это было невероятно!
Она вцепилась в меня так крепко, что я еле её от себя отлепил. Правда, ненадолго. Через секунду точно так же меня стиснула Рин. От переизбытка чувств она не могла сказать ни слова, всхлипывала и всё крепче меня сжимала.
— Ну всё… Рин. — Её я тоже еле от себя отлепил.
— Как же папа будет счастлив, когда мы напишем ему в ответ, что мы все живы, — забормотала она, улыбаясь сквозь слёзы.
Сначала до меня не дошёл весь смысл сказанного, но когда дошёл, то даже в жар бросило.
— В ответ?.. Он что, написал письмо?
— Родители часто пишут, вообще-то, — уставилась на меня Рин. — Правда, папа реже, чем мама. Но тут он сам написал. Письмо пришло вчера.
Я обхватил сестру за плечи.
— Где оно? Где письмо?
— Осталось в общежитии. — Рин захлопала ресницами, не понимая, с чего мне вдруг понадобилось письмо отца. — Только общежитие сгорело дотла, Киро. Очень жаль, что ты не увидишь письмо, но ты не расстраивайся, папа напишет ещё одно.
Я зажмурился до боли и медленно отпустил плечи сестры.
Очередной удар судьбы под дых.
Письмо Тюдора Нобу для меня было не просто важным, оно было бесценным. Именно в нём он должен был указать, нашёл ли ферму, которую я ему описывал: маленький дом в глухом районе, с плодовыми деревьями и удивительно чистыми свиньями. И если Тюдор написал письмо, это значит, что он что-то обнаружил.
— Киро, ты в порядке? — Рин и Таби обступили меня. — Ты так сильно из-за письма расстроился, да?
— А хочешь, я восстановлю его по памяти? — вдруг предложила Рин. — У меня хорошая память. Я напишу его тебе, и ты прочитаешь, будто получил от отца… я просто не думала, что ты так его любишь…
У меня даже в глотке сдавило.
Я не удержался и обнял Рин сам.
— Напиши, сестра. Слово в слово.
— Ну конечно… Ты только так не переживай. Напишу слово в слово.
— Напишет, конечно. У Рин отличная память, — подтвердила Таби.
— А вы видели полумага? — хриплым голосом спросил я у сестёр, чтобы не терять больше времени и не выискивать Броннана среди десятков раненых и коек.
Сёстры переглянулись и закивали.
— Вон там. — Таби указала на угол зала, где собралась целая толпа студентов. — Он такой смелый, этот Гудред. И Хио. Никогда бы не подумала, что они будут так сражаться за магов. Они многих спасли.
Я оставил сестёр и направился туда, куда указала Таби.
Койку, на которой лежал Броннан, обступили студенты, и только потом я понял, что это были те, кого он спас, сражаясь за школу, которая его не приняла.
— Брат, — почти беззвучно прошептал я.
Увидев меня, студенты расступились.
— Гуд сражался, как зверь! — с уважением высказался один.
— Он меня прикрыл.
— И меня.
— И меня.
— И меня.
— Меня тоже.
Они всё бормотали по очереди, что он их прикрыл, но я уже не слушал, а смотрел на брата, который лежал без сознания, с перебинтованной головой.
Во мне смешался горючий коктейль из беспомощности и ярости. Там лежала Сьюн, здесь лежит Броннан… а я ничем не могу им помочь! Проклятый замкнутый круг!
— Киро! — вдруг позвали за моей спиной. — Киро, могу я с тобой поговорить? Это важно! Можно, прямо сейчас? И лучше наедине.
Я обернулся и увидел запыхавшуюся Хио.
Она наконец догнала меня.
Я бросил отчаянный взгляд на брата и кивнул девчонке. Мы вышли из больничного чертога и зашли за угол полуразвалившегося покрытого копотью здания.
— В чём дело? — спросил я, нахмурившись: мне было сейчас не до болтовни.
Хио пронзительно посмотрела мне в глаза.
— Если ты получишь шестую высоту, ты же всех спасёшь, да? И Гудреда, и ратников, и Атлас, и школу, и магов, и даже моих друзей из Гнездовья? Ты спасёшь весь мир, да?
— Не понял… ты о чём?
— Нужна тебе шестая высота или нет?
— Нужна, но при чём тут…
Хио не дала мне договорить. Она вынула из кармана кинжал и приставила к собственному горлу.
— Убей меня и получи духовный опыт. Повысь себе ранг. Пусть видит великий Абелайо, я отдаю себя добровольно. Забери мою жизнь во имя мира, чёрный дракон. Или я смертельно раню сама себя, и тогда тебе придётся меня добить. Все умирают… Гудред… ратники… школа разрушена… Каскады уничтожены… столько убитых… война надвигается… но у нас есть шанс всё исправить. Так исправь сейчас! Забери мой духовный опыт! Это судьба, Киро!
В её голосе не было ни капли сомнения.
Лезвие плотно вжималось в кожу на шее, и я знал точно — эта девчонка резанёт себя по глотке без раздумий, лишь бы заставить меня забрать у неё духовный опыт. Она, как и все остальные, знала, что права на ошибку у нас нет. Осталось всего три недели до смерти ратников, и до войны совсем недолго.
Её слова наполнили смятением моё сознание.
«Все умирают… Гудред… ратники… школа разрушена… Каскады уничтожены… столько убитых… война надвигается… но у нас есть шанс всё исправить. Так исправь сейчас! Забери мой духовный опыт! Это судьба, Киро!».
Я даже мысли подобной не допускал, но именно в эту секунду, глядя в пронзительные чёрные глаза Хио, я впервые засомневался…

* * *

===

   Читать   дальше   ...   

***

***

***

*** 

***

***

***

***

***

***

Источники :  

https://knigi-online.pro/book/fakultet-tom-6/reader/

https://www.rulit.me/books/temnyj-ratnik-fakultet-tom-6-si-read-763933-1.html

https://onlinereads.net/bk/177535-temnyy-ratnik-fakultet-tom-6

https://sharlib.com/read_658569-1

https://author.today/reader/173864 

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

Темный ратник. Факультет. А. Райро. Том 1. Том 2. 001  Темный ратник. Факультет. А. Райро. Том 3.030 Темный ратник. Факультет. А. Райро. Том 4.044 Темный ратник. Факультет. А. Райро. Том 5.056   Темный ратник. Факультет. А. Райро. Том 6.068    Темный ратник. А.Райро.Том 7. Выпускной. 081

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

Просмотров: 212 | Добавил: iwanserencky | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: