Главная » 2024 » Февраль » 4 » Тёмный 024
21:29
Тёмный 024

*** 

===

Книга 2. Эпизод 17.                  


Весь лагерь вышел нас проводить.
Никто не улыбался, все смотрели на отряд с волнением и тоской. Парни и девушки, координаторы и студенты, которые остались в безопасности — все они провожали нас с грустной торжественностью.
Девчонки обнимали, а некоторые из них даже дарили цветы (их собирали тут же, на ближайшей поляне). Парни пожимали руки и хлопали по плечу, желали удачи.
И все, как один, просили вернуться.
Генерал и его помощник Кропп так же пожали нам руки. Теперь, зная их тайну, я воспринимал этих людей иначе. Генерал обращался к нам не иначе, как "солдаты", а мы делали вид, что он всё ещё генерал.
Люче подошла к каждому из отряда и провела по лбу указательным пальцем. Когда дело дошло до меня, она чуть задержалась. Это было странное ощущение, после её прикосновения ушла излишняя тревога, нервы успокоились.
Люче посмотрела мне в глаза.
— Когда придёт время, позволь свершиться тому, что суждено, — тихо сказала она и, не дожидаясь ответа, шагнула назад, к остальным провожающим.
Я даже осмыслить её слова не успел — на меня ураганом налетела Триш.
Она опоздала. Причём не одна, а вместе с Заком. Никогда не замечал, чтобы она проявляла к нему хоть какой-то интерес, а тут они на пару неслись через лагерь со всех ног, чтобы успеть.
Зак остановился рядом с Майло, а Триш растолкала всех и кинулась мне на шею.
— Киро… — зашептала она, целуя меня в щеку, — я не прощаюсь… не прощаюсь…
Краем глаза я заметил, как Сьюн поморщилась и отвернулась, чтобы на нас не смотреть.
Девушку от меня оттащил Майло. Он обхватил её за плечи и со словами «Иди-ка лучше помедитируй» бесцеремонно отодвинул её в сторону. Триш насупилась, но отошла.
— Для тебя кое-что есть, дружище, — на хитром лице Майло появилось таинственное выражение. — Эффект зубодробительный.
С этими словами он быстро сунул мне в нагрудный карман пузырёк со своим легендарным зельем, а потом уже громче объявил:
— Яд никогда лишним не будет, правда же? Всю ночь готовил.
Уже не скрываясь, он вынул из кармана пару склянок с зелёной субстанцией.
— Это от врагов. Кидай ближе к морде, чтобы лучше подействовало. Малых монстров остановит только так, средних чуть задержит. Работает и на мертвоедов, они могут даже в обморок упасть, а вот сильфа и горгун, скорее всего, только чихнут, что тоже неплохо. Но если склянку пихнёшь им в глотку, они подавятся пеной.
— Пусть подавятся, — кивнул я Майло, забирая у него склянки и расталкивая их по карманам жилета.
Майло крепко пожал мне руку, за ним и опоздавший Зак.
— Сиропчик работает в том же режиме, только дозы не превышай, — шепнул Майло напоследок и, широко улыбнувшись, отошёл к Триш.
Затем мы четверо — я, Гровер, Обри и Йорго — а также наши ратники и два координатора, Холли и Буф, отправились по одной из троп в сторону границы лагеря.
Нас повёл Фонтей.
Его высокая фигура маячила впереди, он шагал быстро и не оборачивался.
— Нехорошее у меня предчувствие, — пробормотал Гровер за моей спиной (он шёл сразу за мной, а я — за Холли, которая следовала за командиром отряда, Буфом).
Я ничего не ответил Гроверу, хотя и у меня было нехорошее предчувствие. Хотя чего хорошего ждать, когда отправляешься на чужую войну.
В предрассветном тумане мы шли долго, около часа, мимо густых зарослей, скалистых пригорков и полян, пока, наконец, в одном из перелесков, заросших кустарником и тростником, перед нами не предстала граница — точно такая же, как в школе, плотная сиреневая пелена.
Сминая тростник тяжёлыми ботинками, Фонтей подошёл к границе вплотную и оглянулся на отряд.
— Готовы? Открою совсем ненадолго, и нужно пройти как можно быстрее. Граница и так истончается.
Буф кивнул.
Сварщик опять повернулся к туману, прошептал заклинание себе под нос и развёл руки, раздвигая пелену перед собой. Граница медленно поделилась надвое, и в тумане образовался коридор.
В этот момент позади нас громко и истерично закричала птица.
Таких жутких криков я в жизни не слышал, тварь будто захохотала и в то же время зарыдала. Её вопль-выкрик эхом отозвался по джунглям, после чего внезапно обрушился порыв ветра. Зашумели густые тростниковые заросли и кусты.
Все повернули головы на крик, а Буф даже вскинул ружьё.
— Птица-свежеватель, малый круг, — пробормотал он. — Ауры нет, но я бы всё равно заметил. Здесь не может быть монстров, я проверял территорию…
— Всё в порядке, я справлюсь, Буф, — сразу успокоил его Фонтей. — Идите, пока коридор открыт.
Буф ещё несколько секунд стоял, целясь из ружья в заросли, но птичий крик уже стих, ветер улёгся, и джунгли снова выглядели спокойными.
Холли нахмурилась, вглядываясь в тростник, и подняла руку вверх, будто щупала воздух.
— Странный ветер… очень странный…
— Всё. Идите, идите, — поторопил нас Фонтей.
Буф убрал ружьё за спину, кивнул сварщику и вошёл в коридор первым, за ним отправилась Холли, а следом уже я.
Фонтей махнул нам рукой и сказал вместо прощания, с совершенно спокойной улыбкой, будто мы в магазин пошли и скоро вернёмся:
— Я встречу вас через шесть дней, здесь же, у границы. Вам придётся вернуться, чтобы я не волновался…
Его голос затих.
Быстрым шагом мы преодолели коридор, а он оказался не таким уж и длинным. Это означало, что граница действительно истончилась.
Выйдя из лагеря, мы оказались в перелеске, за которым снова начинались густые заросли тростника, и никаких троп здесь уже не было.
Теперь первой пошла Холли.
Она обогнула Буфа и тихо произнесла заклинание. Гибкие стебли отозвались на её голос: хрустнули, смялись в стороны и медленно раздвинулись перед девушкой.
— Я тоже хочу так уметь, — буркнул Гровер.
— Ты можешь использовать ратника, — сказал я тихо. — Агвид запросто покрошит заросли цепями и проложит тебе дорогу, если надо. Только Холли сделает это без лишнего шума.
— Всё равно… как бы… шумно получается, — добавил Обри.
— В джунглях всегда шумно, — вдруг высказался Йорго.
— Это ты на охотничьих угодьях узнал? — ехидно уточнил Гровер.
— Не твоё дело, — Йорго поморщился.
— Интересно, а высокопоставленный дядюшка тебя ещё не потерял?
— Это тоже не твоё…
— Заткнитесь, — шикнул я на них.
Оба смолкли, но мысль Гровера о том, что Йорго действительно могли уже обыскаться, была верной. Сет Йорго — золотой мальчик, и его практически похитили, только он сам не знал, что его похищают, когда уходил из школы.
Забавно получалось: переговоры с тёмными отбросами наверняка проходили при участии первого помощника императора, а тот даже не предполагал, что его племянник будет воевать совсем за другую сторону.
Сам Сет Йорго, кстати, тоже пока не догадывался, что его родственники предали Юбрион. В этом была жуткая и неприятная ирония.
Пока Холли прокладывала путь сквозь тростник, я подошёл к Буфу и спросил тихо:
— А школа получала разрешение на вывоз учеников за её пределы?
Буф моментально ухватил меня за плечо и отвёл в сторону.
— К чему вопрос?
Судя по его реакции, это была щекотливая тема.
— К примеру, у рода Обри вы разрешение получали? Или у Гроверов?
— Почти у всех семей, — уверенно сказал Буф. — Многие рода хотят получить в своё распоряжение хотя бы одного ратника, поэтому согласились, но они не знают, где конкретно мы находимся, однако доверили Стронгу своих детей. Умные люди понимают, что война скоро дойдёт до Диона, и нам снова придётся сражаться.
— А у кого вы не спрашивали разрешения? У Йорго?
— Насчёт него не знаю, — бросил Буф сквозь зубы. — Я в это не лезу. И ты не лезь.
— А что насчёт Нобу?
Буф покачал головой.
— Твой род Стронг просил не трогать вообще. Он сказал, что ты сам за себя отвечаешь, так как совершеннолетний.
Я нахмурился.
Оказывается, мне исполнилось восемнадцать, пусть и в другом теле. Неожиданная новость.
Буф не стал продолжать разговор и вернулся к Холли.
Она как раз закончила убирать начальные ряды тростника и первой вошла в заросли. Буф скомандовал, чтобы за ней отправились остальные, сам стал предпоследним, а меня поставил замыкающим.
Мы продвигались в глухой чащобе долго и медленно. Тростник высился над головами, стебли потрескивали, от шелеста листьев шумело в ушах.
Туман наконец рассеялся, и вышло солнце.
На ходу я вытер вспотевшее лицо перчатками, точно такими же, какие выдавала нам Холли на тренировке — удобные и цепкие, из материала, похожего на кожу и резину одновременно.
На этот раз Сьюн шла впереди меня, сразу за Йорго и его лучником. Девушка периодически оборачивалась, порой хмурилась, глядя на меня, порой улыбалась.
Я же смотрел на её прямую спину, косу белокурых волос, собранных в шишку, и невольно вспоминал ту ночь слияния ауры, хотя время для воспоминаний нашёл очень неподходящее.
Когда мы преодолели заросли тростника, солнце уже заметно припекало. Время приближалось к полудню. Как только отряд вышел на небольшой пролесок, Буф снова встал во главе и повёл всех по краю лесной чащи, в тени крупноствольных раскидистых деревьев.
Теперь идти стало проще и свободнее, даже дышалось легче.
Ещё через пару часов мы вышли к реке, совсем небольшой, скованной каменистыми берегами и мелким кустарником. Здесь было решено отдохнуть и перекусить.
Потные и уставшие, Йорго, Обри и Гровер рухнули на камни, сбросив рюкзаки. Холли отправилась к берегу, чтобы набрать воды в опустевшие фляжки, а Буф наоборот, ушёл в сторону леса, что темнел вдалеке.
Я тоже скинул рюкзак и размял плечи.
В отличие от магов, ратники не устали. Сьюн, Агвид, гоблич Хуго и лучник Вульф остались начеку, распределились вокруг лагеря и терпеливо ждали, когда привал закончится. Ни есть, ни отдыхать им было не нужно.
Когда вернулась Холли, мы уже вовсю пожирали запасы из своих рюкзаков, но тут услышали вскрик, отчаянный, срывающийся от ужаса. Из-за эха невозможно было сразу определить, где именно кричали.
Я вскочил.
— Буф?..
Холли мотнула головой.
— Нет, не Буф. Но это человек… не монстр и не отброс… кажется, это женский голос…
Вскрик повторился. Теперь уже ближе и совсем не со стороны леса, куда ушёл Буф.
— Нобу, возьми ратника, проверим. Остальные останьтесь. Гровер за старшего, — быстро скомандовала Холли (без Буфа она брала на себя руководство отрядом).
— Это в тростниковых зарослях, — сказал я, вглядываясь в ту сторону, откуда отряд пришёл.
Втроём мы отправились туда. Шли быстро, по краю леса, держась в тени и стараясь не шуметь.
Криков больше не повторялось, и мы приостановились. Тихо переводя дыхание, я обернулся на остальных. Холли приложила палец к губам и прислушалась, Сьюн шагнула вперёд, ближе ко мне, будто встав на мою охрану.
Со стороны зарослей послышался отчётливый шум: трещали стебли, шелестела трава. Шум надвигался лавиной.
Потом опять кто-то вскрикнул, длинно и мучительно, будто его рвали на части.
Теперь я точно услышал: кричала женщина. Никаких сомнений.
— Там! — Холли бросилась к зарослям, но успела сделать лишь пару шагов.
Из тростника навстречу ей выскочила… Триш.
Триш, мать её!..
Бледная как смерть, с исцарапанными руками и с ужасом в глазах, она провопила:
— Береги-и-и-ись! — А потом, споткнувшись, рухнула на траву, ладонями вперёд, и распласталась на животе, прижатая огромным рюкзаком, что болтался у неё на спине.
Сьюн среагировала моментально — я лишь повернул голову, даже не озвучивая приказа. На бегу она облачилась в свой белый доспех, мечи блеснули в горячем тропическом воздухе.
Она подскочила к зарослям в тот самый момент, когда оттуда выпрыгнул гривоголовый.
Взмах клинками — и лохматая голова зверя отлетела в сторону. Кровь окропила белые латы Сьюн, но ей было плевать. Она поставила ногу на обезглавленное и ещё бьющееся в конвульсиях тело монстра и обернулась на меня.
Я рванул к Триш, но не добежал — из тростника показались ещё две львиных морды.
Одного гривоголового снова вяла на себя Сьюн, а второго — Холли. Третий, показавшийся чуть дальше, был уже мой. Я быстро активировал браслет на правой руке и сомкнул пальцы.
Команда сработала молниеносно.
Браслет нагрелся и окутал металлом руку до локтя, на тыльной стороне предплечья со щелчками разложилась конструкция арбалета с тремя механизмами, как у Люче. Только сам арбалет был заметно мощнее и быстрее в работе.
Ленты со снарядами крест-накрест обхватывали мою куртку, поэтому достать их не составило труда. Выхватив сразу три, я насадил их на болты и прицелился, выставив руку вперёд и сжав кулак.
Выстрел.
Снаряд попал точно в голову монстра.
Второй. Туда же.
И третий.
Этого хватило, чтобы расколотить ему череп. Зверь повалился навзничь, как подкошенный. Я бы мог, как и Сьюн, облачиться в доспех и переломить зверю хребет одними руками, но не стал этого делать. Хотелось проверить оружие, пока появилась возможность.
О том, какого овоща тут делает Триш, я подумал уже после.
К ней как раз подбежала Холли и помогла подняться. Триш была одета совсем неуместно: в лёгкую спортивную форму, экипировки на ней не было, да и рюкзак был совсем другой, светлого цвета, яркий и заметный издалека.
— Как ты здесь оказалась?! — зашипела Холли на Триш, вцепившись ей в плечи и тряхнув, как следует. — Как ты сюда… — Холли вдруг замолчала и прищурилась. — Ты кого-то подговорила? Как ты преодолела границу лагеря?
Пока она это спрашивала, я уже догадался, кого именно подговорила Триш. Недаром она с Заком задержалась. Зак — маг-словесник, и именно ему было под силу изобразить крики птицы, когда мы уходили. Он отвлек всех от границы, ещё и порыв ветра выдумал.
Только всё равно не верилось, что Фонтей так просто пропустил бы такой детский сад. Значит, он хотел, чтобы Триш прошла без ведома генерала, потому что свою дочь Лаван бы не отпустил, да и Буф бы ни за что её не взял.
Свои мысли я оставил при себе, а Триш на допрос Холли отвечала только одно:
— Я всё сама… я одна… делайте со мной, что хотите, но я пойду с вами…
— А где твой ратник? — спросил я, подходя к ней
Триш виновато глянула на меня.
— Я его в лагере оставила.
— О боги! — не сдержала возгласа Холли. — Где были твои мозги?!
В зарослях снова зашелестело и затрещало, но на этот раз шум, наоборот, стремительно отдалялся. Оставшиеся гривоголовые уносили ноги, и через пару секунд стало понятно почему.
На прилесок вышел Буф.
Он оглядел убитых зверей, посмотрел на Триш и, как ни странно, даже на неё не наорал.
— Пусть идёт, раз она уже здесь, — бросил он. — Мы её всё равно обратно никак не сможем отправить, граница открывается только с внутренней стороны. Да и Духовный Щит нам лишним не будет.
— О, Бу-у-уф… спаси-и-ибо… — Триш сложила ладони у груди, но Буф на неё уже не смотрел.
Он перевёл требовательный взгляд на меня.
— Нобу, она теперь под твоей защитой. У неё нет ратника, уровень нулевой, поэтому присмотри.
После его слов Триш закусила губу, Сьюн поморщилась и закатила глаза.
А я сжал челюсти до скрипа зубов. Отлично. Тут сам еле ноги волочишь, а теперь ещё и за дурной Триш Лаван присматривать… уже в который раз. Одно дело — в школе или в лагере, но другое, когда самому выжить для начала не помешает.
— Я в состоянии присмотреть за собой сама, — вдруг возразила Триш. — Обойдусь без надзора. Не маленькая. Если что, сама за себя отвечу. Почему это он должен за мной присматривать? Не он ведь меня сюда потащил.
— Она взрослая девочка, — добавил я, — а у меня другие дела есть.
— Вот и я об этом, — закивала Триш.
От удивления Буф вскинул брови и посмотрел на неё с неверием.
— Что-то новенькое от Триш Лаван? С каких пор ты стала взрослая? — Потом он прищурился и опять уставился на меня.
Буф ничего больше не сказал, но его взгляд говорил сам за себя: «Всё равно тебе придётся за этой придурковатой присмотреть, Нобу».
— Уберите трупы, не оставляйте следы, — сказал Буф и, развернувшись, отправился на место стоянки.
Через полчаса перелесок и тростниковые заросли выглядели так, будто тут никто не проходил. Трупы монстров мы убрали подальше в кусты, закопали и тщательно забросали пахучими ветками, а Холли подняла смятые стебли и траву.
Напоследок она окинула придирчивым взглядом округу и сказала с тревогой:
— Главное, чтобы тут не прошли мертвоеды. Они хорошие следопыты, а мертвечину чуют на большом расстоянии.
Когда мы вернулись в лагерь, Обри, Йорго и Гровер встретили нас кучей вопросов. Появлению Триш они были не особо-то рады, и я прекрасно понимал почему.
Буф в это время уже упаковывал свой рюкзак, чтобы снова отправиться в путь. Пока все отвлеклись на Триш, я подошёл к командиру.
— Есть Гровер, есть Обри, есть Йорго, в конце концов. Почему я, Буф?
— Мои приказы не обсуждаются, Нобу, — отрезал Буф, затягивая шнуровку на рюкзаке. — Я хочу сохранить Духовный Щит в целости и сохранности. Поэтому только ты.
Он покосился на Триш в окружении остального отряда.
— Представь, что ты несёшь бесценный щит, — добавил он. — Он тяжёлый, очень тяжёлый, и порой ты его ненавидишь и хочешь швырнуть в кусты, но всё равно несёшь. Потому что знаешь, что он понадобится тебе в битве, ведь только он сможет остановить тысячи снарядов и стрел, которые в тебя полетят.
Никогда не слышал, чтобы Буф разговаривал в такой манере.
— Хочешь сказать, она нас всех спасёт, когда придёт время? Что-то похожее говорила Люче.
— Ничего нельзя исключать, а предсказаниям Люче я вообще склонен верить, потому что она никогда не ошибается. Я даже допускаю, что и Фонтей, и Люче знали, что Триш задумала сбежать из лагеря. Они просто не стали ей мешать.
Я нахмурился.
— Если Триш такая ценная, тогда навешай эту ответственность на Гровера. Пусть хоть чем-то полезным займётся.
— Нет. — Буф закинул рюкзак на плечи. — За Духовным Щитом присмотришь ты. Я не требую, чтобы ты за ней по пятам ходил, но отслеживай, куда Триш Лаван суёт свой нос. Чтобы далеко в заросли не ходила. Она должна дойти до болот целой.
— А потом?
Буф посмотрел на отряд и сказал совсем не то, что я хотел услышать:
— Если меня и Холли по какой-то причине выбьют из строя, то бери команду на себя, понял? Сразу же. Я парней предупредил. Они знают.
Он поднял руку, подавая всем знак, что пора отправляться дальше, и все спешно засобирались.
В рюкзаке Триш оказалось не так уж и много лишнего барахла.
Кроме съестного, она вытащила оттуда сменную одежду, такую же, как у всего отряда, и армейские ботинки. Как оказалось, она стащила всё у отца, из его небольшого склада с экипировкой. Её белый рюкзак мне пришлось обвязывать своим дождевиком, чтобы закрыть яркую белизну.
Сьюн наблюдала, как я вожусь с рюкзаком Триш, и кривила недовольную мину, зато теперь никаких заметных пятен среди отряда не было.
К вечеру мы преодолели приличное расстояние по берегу реки, но когда углубились в лес, то наткнулись на жуткое зрелище.
Кости.
Множество костей животных, в том числе, монстров. Несколько куч обглоданных и изгрызенных останков. И вонь, невыносимая вонь вокруг и истоптанная сотнями ног округа.
— Иглокожие волки, — процедил Буф, отпинывая одну из костей из кучи. — Их сгноили, а потом сожрали. Так питаются мертвоеды.
Он присел и скользнул пальцем по почве.
— Несколько дней назад были тут. Это большая семья, около сотни особей.
— Они ещё могут быть где-то рядом? — шёпотом спросил Обри.
Буф покачал головой.
— При крупных семьях они активно ищут пропитание, не задерживаются надолго, и уходят на большие расстояния. Монстров я тут не чувствую, хотя будьте начеку. Мертвоеды не обладают аурой, поэтому обнаружить их сложно. Они мелкие, умеют хорошо прятаться, нападают быстро и всей семьёй.
Мы не стали больше задерживаться, а поспешили покинуть место пиршества мертвоедов. Все заметно напряглись после увиденного. Холли тут же вспомнила про закопанные нами трупы гривоголовых, после чего все напряглись ещё больше, хотя оставалась надежда, что то место было слишком далеко позади.
По берегу реки мы шли до самых сумерек. На ночлег устроились в лесу, под густыми кронами, среди толстых корней, скрывающих нас от лишних глаз.
Никакого костра или дыма, никакого света, никаких заклинаний с мерцаньем.
Когда окончательно стемнело, все устроились кто как: кто на плащах, подложив под голову рюкзак, кто на ветках. Ратники не спали, поэтому дежурили именно они.
Усталость валила с ног, но уснул я не сразу, ещё долго слушал шум леса и крики ночных птиц.
Сьюн сидела рядом со мной, на корне дерева, и зорко смотрела по сторонам.
— Знаешь, Киро, — вдруг заговорила она, — я так мечтаю о третьей высоте, но так боюсь её получить.
— А чего бояться? — пробормотал я, уже засыпая.
— Я уже была на третьей высоте и знаю, какая сила появляется на этом уровне. — Она вдруг наклонилась ко мне. — И ещё я боюсь увидеть, каким станешь ты.
Я прищурил сонные глаза.
— Есть опасения?
— Нет, дело не в опасении… не знаю… но ты станешь невероятным ратником. Третья высота — это рубеж между слабой силой и силой могущественной, понимаешь?
Она вздохнула, а у меня уже сил не было что-то ей отвечать, глаза слипались, сознание проваливалось в бездну, но тут вдруг Сьюн ухватила меня за плечо и затрясла.
— Киро… Киро, проснись…
— М-м? — Я даже глаза не смог открыть сразу и заставить мозги соображать.
— Киро… — Пальцы Сьюн сильнее сжались на моём плече. — Там глаза… глаза…
Странно, но вскочить меня заставили не её тревожные подёргивания, а выкрик Буфа:
— Мертвое-е-е-ды!!!
* * *
Их было много.
Несколько десятков.
Мелкие, как карлики, ростом до груди и даже ниже. Бесшумные, ловкие, юркие, худые и при этом невероятно сильные, с острыми зубами и кинжалами в руках. Они напали толпой, обрушились лавиной, повыскакивали из кустов, как черти. В толстых кожаных плащах-шкурах они напоминали маленьких зверёнышей.
Я вскочил, как ошпаренный.
Сьюн успела наделить меня половиной метки, а сама кинулась в атаку, как и другие ратники. Они яростно отбивали лагерь. Цепи Агвид вышибали в стволах деревьев щепки, косили кусты. Мелкие твари отскакивали от её орудий, выжидали и снова нападали.
Настырные ублюдки.
Лучник сшибал мертвоедов стрелами с невероятной скоростью, но их будто не уменьшалось. Гоблич Хуго крушил врагов булавой. Сьюн косила их тела мечами, её белый доспех мерцал в темноте, и впервые я подумал, что он слишком заметен.
Я тоже облачился в доспех, задействовал кастеты на обеих руках и принялся расхлёстывать мелких уродов одного за другим. Их кинжалы звенели о мои латы, выкрики и визг заполонили всё вокруг. Лес кишел мертвоедами.
Не отвлекаясь от битвы, я принялся искать глазами весь отряд.
Буф дрался чуть поодаль, мертвоеды отлетали от него в разные стороны. Холли читала заклинания, отхлёстывая врага уже знакомыми мне лентами. Потом я увидел Обри и Гровера, через пару десятков метров — Йорго. Все они отчаянно отбивались от полчища мелких тварей.
Я отыскал глазами всех.
Всех, кроме Триш…

Книга 2. Эпизод 18.


Триш нигде не было.
Тела мертвоедов заполонили лес, везде валялись их шкуры и мерцающие криптонные кинжалы с костяными рукоятями.
Кусты, листья, трава и стволы деревьев чернели от пролитой крови, пахло влагой и сырой плотью. Ветер разносил вонь по округе. Стоны и вопли, бульканье и хрипы умирающих — звуков было так много, что я не сразу услышал далёкий призыв:
— Киро-о-о-о!
Через несколько секунд выкрик повторился:
— Киро! Сюда, Киро! Пожалуйста!
Это был голос Триш.
Кричала она со стороны берега реки.
Раскрошив череп паре атакующих меня мертвоедов, я бросился на голос. Сила ратника давала мне дополнительную скорость, поэтому на берегу я был в считанные секунды, но то, что я там увидел, не укладывалось в голове.
Триш дралась с десятком мертвоедов.
Одна. С десятком.
Рядом с ней валялись уже трое убитых. В руках девушка держала по кинжалу обратным хватом и молниеносно отражала ими любую атаку, целясь в горло мелких тварей с разворота.
Чаще ей не хватало скорости, чтобы успеть резануть врага, зато хватало мастерства и злости, чтобы мертвоеды отскакивали от неё и с опаской сторонились в ожидании ошибки.
Честно, я не сразу поверил собственным глазам.
Триш Лаван отлично владела рукопашным боем, да ещё и с ножом.
Ещё в школе я понял, что у неё неплохо поставлен удар, особенно ногой, но чтоб настолько…
Триш так виртуозно отбивалась от атак, что мертвоеды не решались приблизиться. В ход шли то ноги, то руки. Правда, мертвоедов становилось всё больше и больше. Твари понимали, что, в конце концов, Триш выдохнется, и они задавят её количеством.
Она тоже это понимала, поэтому и позвала на помощь.
Увидев меня, девушка опять выкрикнула:
— Киро! Их слишком мно-о-о-го!
Не знаю почему, но теперь я не особо торопился. Наверное, мне понравился вид дерущейся и агрессивной Триш Лаван.
А девчонка-то оказалась не такой уж беспомощной.
Она дралась, как дьяволица. Удары сыпались на мертвоедов, точные и сильные. Клинки криптонных кинжалов мерцали в ночи и шипели, попадая по шкурам и коже врага. Волосы Триш растрепались, и локоны, как потревоженные змеи, подлетали при каждом ударе и резком повороте головы.
Девушка держала под контролем всех мертвоедов, окруживших её, но уже еле справлялась.
— Киро! — опять позвала она. — Киро-о-о!
Больше я не стал испытывать судьбу и налетел на мелких ублюдков, врываясь в их плотный круг с двумя кастетами. Захрустели черепа, кровь снова брызнула на мой доспех, о латы зазвенели кинжалы.
Вдвоём с Триш мы разделались с тварями буквально за полминуты.
Когда я добивал четверых последних, она отошла чуть дальше и, тяжело дыша, уставилась, как мои кастеты забирают жизни, одну за другой. Я чувствовал на себе её восхищённый взгляд. Казалось, она во мне сейчас дыру прожжёт.
Наконец, берег реки был очищен от врага.
Триш вытерла пот со лба тыльной стороной кулака и с облегчением выдохнула.
— Тебе бы уровень повысить хотя бы до первого, — сказал я, оглядев её с ног до головы. — Тогда ты сможешь пользоваться фантомным покровом, а это какая-никакая защита.
Девушка кивнула.
— Я постараюсь. Боюсь только, что с монстрами мне без ратника не справиться. Мои удары для этого слишком… слабые. — Она покосилась на мои кастеты. — Не то, что у тебя… твои руки… они такие сильные… и доспех…
— Пошли, — я не стал выслушивать её комплименты и поспешил в сторону нашей ночной стоянки. — Держись поближе, чтобы тебя не искать, — бросил я на бегу.
Чёрт меня дёрнул это сказать.
— Ты волновался, да? — уточнила Триш, запыхавшись. — Теперь я от тебя ни на шаг.
Это прозвучало как угроза, и я уже сто раз пожалел о сказанном.
Когда мы добежали до стоянки, то поняли, что нашей помощи не понадобится. Я сразу убрал броню и оружие.
Ни одного мертвоеда не осталось в живых. Всё выглядело чинно-благородно.
Сьюн чистила клинки своих мечей от крови. Агвид собирала разбросанные цепи в толстый моток. Лучник и гоблич скидывали тела убитых в кучу. Гровер и Обри разглядывали мёртвых тварей и тихо спорили, а Йорго внимательно изучал подобранный криптонный кинжал и водил пальцем по жёлобу на клинке.
Буф кивнул мне, когда увидел рядом со мной Триш, целую и невредимую.
— Нужно быстро собираться и уходить, — объявил он всем. — Мы вырезали семью мертвоедов. Их сородичи такого никому не простят, если узнают, а столько тел мы уже не спрячем.
— А если сбросить их в реку? — предложил Гровер.
Буф покачал головой.
— Течение унесёт тела в низину, к болотам. Оставим отбросов тут. Собирайтесь. — Он повернулся к Холли. — Ветер относит запахи в сторону болот. Ты сможешь создать штиль, пока мы не отойдём на приличное расстояние?
— Я постараюсь, Буф, — ответила Холли, — но как только заклинание перестанет действовать, ветер снова появится.
Я подошёл к ближайшему убитому мертвоеду, склонился над ним и отбросил полы шкуры, чтобы взглянуть на отброса.
Представителя этой расы я впервые увидел только сегодня.
Это было худое низкорослое существо, похожее на истощённого голодом карлика, бледное и костлявое, с грязными светлыми волосами, в одежде из грубой ткани и в мокасинах, пошитых из кожи.
На шее у него болталось множество ниток с зубами разных животных. Одно из ожерелий украшал человеческий резец, скрепленный с локоном белокурых волос. Похоже, женских.
При виде них меня пробрала дрожь.
Семейство тварей уже успело поохотиться на землях Юбриона.
— Это один из братьев вожака, — пояснил Буф, подходя ближе. — У вожака несколько жён, и его братьям открыто позволено пользоваться гаремом. Зато и защищают семью они все вместе, и охотятся тоже.
Я уставился на Буфа.
— Здесь были особи женского пола?
Вместо ответа он склонился над другим мёртвым телом и отбросил шкуру. Женская грудь существа, прикрытая тканью, говорила сама за себя.
— Я же говорил, что они охотятся всей семьёй, — сказал Буф. — Она добывала пищу для своего многочисленного потомства.
— Дети тоже тут есть?
Я бы мог этого не спрашивать. И так всё было понятным.
— Тебе их жалко? — Буф запахнул шкуру, снова прикрывая самку мертвоеда. — Если бы они остались в Ледане, то никто бы их не тронул. Но они притащились сюда, всем своим прычшшш... семейством, и охотились здесь, нападая на поселения магов.
Он снова распахнул шкуру и сдёрнул с шеи женщины-мертвоеда синие бусы.
— Это ей не принадлежит. Она сняла это с трупа, я уверен. — Буф сжал бусины в кулаке. — Хочешь знать, что эта тварь сделала с той, у которой забрала это украшение? Хочешь знать? Сначала она убила её, потом дала вылежаться пару дней, а потом скормила своим детишкам. От той несчастной остались лишь кости.
Буф разжал кулак, и бусины упали в изрытую лесную почву, пропитанную кровью.
— Вообще-то, они не агрессивны и поедают уже мёртвых, — добавил он. — Но не на этот раз. Здесь им приказано убивать, а что дальше будет с трупами, уже никого не волнует.
Ни Буф, ни я больше не стали разглядывать мертвоедов, чтобы не тратить время. Отряд спешно упаковал вещи по рюкзакам и покинул место уже через несколько минут.
Осталась только Холли.
Я успел заметить, как она прикрыла глаза, тихо запела и выставила руки вверх, останавливая ветер. Постепенно её силуэт скрылся в темноте.
Девушка догнала отряд, когда мы были уже на берегу реки.
— У нас полчаса, — сказала она.
Буф тут же прибавил шагу.
Отряд устремился за ним лёгкой трусцой. Мы побежали по каменистым склонам вдоль русла реки, наперевес с оружием. Командир опять поставил меня замыкающим.
В темноте ночи передо мной маячила спина Триш, и трясся её рюкзак, обвязанный моим дождевиком, но теперь, после битвы с мертвоедами, я не слишком за неё волновался. При необходимости она могла за себя постоять (она ещё и те два вражеских кинжала прихватила).
Буф гнал нас, как заведённый, без остановок и замедления. Надо было отойти как можно дальше от места расправы над мертвоедами.
Когда прошли отведённые полчаса, он наконец снизил скорость бега, а потом и вовсе остановился.
— Отдых две минуты, — бросил Буф и быстро осмотрелся.
Холли вышла вперёд. Она повела головой влево и вдруг поморщила нос.
— Чувствуешь? Пахнет гарью… чувствуешь?
Буф выпрямился и замер, принюхавшись.
— Нет… хотя, погоди… — Он шумно втянул носом воздух. — На карте дальше по течению должна быть ферма. Похоже, это оттуда.
Теперь и я почувствовал еле заметный запах горелой древесины.
— Это нам на руку, — сказал Буф. — Запах гари усиливается. Обойдём ферму с запада. Дальше уже остановимся на передышку. Если всё в порядке, то устроим привал.
Отряд опять устремился вперёд, вдоль реки, но примерно через километр свернул налево, в чащобу. Теперь мы двигались по мягким лесным почвам, перескакивая корни деревьев и огибая овраги.
Чувствовалось, что приближается низина.
Пахло прелой травой. Склоны становились всё круче, и порой приходилось придерживаться за стволы деревьев, чтобы кубарем не покатиться вперёд. Меж деревьев поднимался предрассветный туман, из-за него отряд снизил скорость и перешёл на осторожный шаг.
Шли мы ещё около двух часов.
Потом Буф резко остановился и поднял правую руку вверх. Отряд замер.
— В укрытие, — скомандовал Буф.
Все моментально распределились по округе и затихли, кто в корнях, кто в мелких оврагах у деревьев. Рядом со мной, в яме у кустов, пристроилась Триш (свою угрозу не отходить от меня ни на шаг она выполняла теперь, как священную клятву).
Сьюн скрылась в самих кустах, позади меня.
Так, в полнейшей тишине и без движения, отряд просидел около минуты. Потом послышался топот ног — дрожь я почувствовал ладонями, прижатыми к земле. Ещё через полминуты кто-то тихо простонал вдалеке, затем всхлипнул.
А потом среди деревьев показался бегущий мальчик, навскидку лет десяти, в изодранной и подпаленной одежде, грязный и избитый.
Пацан торопился и постоянно оглядывался. Он прижимал ладонь к правому бедру, к пропитанной кровью штанине, будто в попытке помочь раненой ноге быстрее передвигаться, только ничего у него не получалось.
Топот позади него стремительно приближался. Я услышал, как при каждом шаге позвякивает чьё-то военное снаряжение.
Мальчишка тоже услышал.
Он с сипом вдохнул и постарался ускорить шаг, но вышло только хуже. Его правая нога зацепилась за корень, и пацан завалился на живот, застонав громче.
Он еле поднялся, кашлянул и рванул вбок, в мою сторону, пробежал метров десять и прижался плечом к стволу дерева в надежде, что преследователи проскочат мимо.
При этом от ужаса он не мог унять хрипучего дыхания, его грудь ходила ходуном.
С такими хрипами он будет обнаружен за секунду.
Я бесшумно перевернулся набок, скинул с себя рюкзак и поднялся на ноги. Не тратя ни секунды, подскочил к соседнему дереву, но пацан меня даже не заметил — всё его внимание поглотила слежка за преследователями.
Он повернул голову и во все глаза уставился в темноту леса.
Сделав ещё несколько шагов, я подошёл к нему со спины, шагнул ближе, совсем вплотную и, зажав мальчишке рот ладонью, молниеносно прижал его к себе.
Он задёргался, но я прошептал ему в ухо:
— Тихо, свои.
Услышав человеческий голос, парень замер и позволил оттащить себя к другому дереву, более толстому. Я вжался спиной в ствол и тихо выдохнул. Как раз в эту секунду рядом затопотали ноги преследователей.
Их было несколько. Судя по звуку, больше двух, но я мог и ошибаться.
Мальчишка стиснул холодными пальцами моё запястье, его тело затряслось мелкой дрожью. Мы оба ждали, когда твари пройдут дальше, и это почти случилось: топот ног чуть отдалился…
Но тут утробное покрикивание на неясном языке оповестило, что враг остановился. Топот ног стих.
Я застыл, перестав дышать, и сильнее прижал к себе пацана, буквально вдавил его затылок себе под ребра.
Жуткая тишина продолжалась.
Напряжение росло.
Я не слышал, где находятся противники, не знал, сколько их, не видел, где они. Оставалось лишь надеяться, что эти твари не заметят отряда и всё-таки пройдут мимо.
Судя по всему, это были не мертвоеды, поэтому оставалось три варианта: сильфы, горгуны или полумаги.
Для сильф поступь была слишком тяжёлой, поэтому я больше допускал, что это горгуны. Летать меж зарослей и деревьев для них было затруднительно, поэтому они передвигались пешком, а то, что они умеют быть бесшумными, это, конечно, не исключалось…
Стоило мне об этом подумать, как у того дерева, за которым я прятался вместе с пацаном, появился горгун. Высоченный и могучий воин отбросов, в костяных латах и с синим боевым кнутом в руке.
Не знаю, ожидал ли он здесь кого-то увидеть, по его ящероподобной морде сложно было угадать эмоции. Он шагнул к дереву и, увидев меня, застыл на месте. Пацан бешено задёргался в моих руках, но я так и не выпустил его, продолжая зажимать железной хваткой.
Похоже, горгун отошёл от своих, а те ещё не поняли, что он на кого-то наткнулся.
Мы глянули друг другу в глаза.
Встреча взглядов длилась долю мгновения, и за эту долю мгновения в моём мозгу созрело решение. Я увидел ауру горгуна, синюю с чёрными неравномерными пятнами, будто испачканную.
И в ту же секунду к его ауре потянулась моя.
Красный туман устремился на врага с флангов, окутывая и закольцовывая его тело. Аура у этих тварей была мощная, это я знал ещё с тренировки в школе, но и моя была непростая, почти третья высота.
Не издав ни звука, горгун остолбенел — Оковы воли держали его мёртвой хваткой. Пацан перестал дёргаться и, кажется, даже дышать, наблюдая за горгуном. Он никак не мог понять, что с ним происходит.
Не сводя с противника глаз, я продолжал окутывать его своей аурой, мягко и без напора, как учил Буф. И пока это длилось, я задействовал браслет из маг-металла.
На этот раз активировал меч.
Оружие беззвучно выскользнуло из запястья, рукоять легла в ладонь. Пацан снова дёрнулся, и не потому, что хотел бежать, а потому, что у него дрогнули колени, и разом подкосись ноги.
Я подвёл остриё меча к горлу горгуна.
Сместил ближе… ещё ближе…
Затаил дыхание, напряг руку.
Так, надо ближе.
Ещё ближе…
Вот так.
Когда клинок коснулся его красной кожи на глотке, я резко даванул вперёд, а потом поменял команду кулака, и сталь меча ощетинилась шипами, разрывая шею твари.
В этот момент из груди горгуна, точно между латами, показались острия двух белых клинков, а потом я увидел лицо Сьюн за спиной противника.
Одновременно со мной она вонзила во врага свои мечи.
Этого твари хватило, чтобы сдохнуть, не обронив ни звука. Его глаза распахнулись, будто от удивления, он приоткрыл сморщенный рот, и оттуда обильно потекла кровь.
Горгун вздрогнул в предсмертной конвульсии, потом ещё раз, а на третий повалился набок. Сьюн придержала его на клинках, после чего медленно опустила на землю у моих ног, чтобы он не рухнул мешком.
Аура тёмного отброса обрушилась на меня лавиной.
Сердце заколотилось, как бешеное, и жар прокатился по телу.
Сквозь шум в ушах я услышал, как где-то за деревьями начался бой между отрядом магов и отрядом горгунов. Сколько их было, я так и не понял, пока не отпустил пацана и не заставил себя посмотреть за дерево, прижавшись к нему плечом.
Сьюн не отходила от меня ни на шаг.
Она приготовила клинки, облачившись в доспех, и ждала приказа.
— Иди, — кивнул я. — Я в порядке. Вроде меня отпустило.
Не раздумывая, она ринулась в бой.
Я насчитал трёх горгунов (если не брать в расчёт убитого). Среди них был один заметно помощнее. Скорее всего, вожак уровнем повыше остальных, с ним дрался сам Буф.
Горгун виртуозно отхлёстывал синим энергетическим кнутом, только ему это не особо помогало. Буф умел подчинять себе горгунов, даже таких, как этот, хоть на его покорение у Буфа ушло больше времени.
Он уходил от атак кнута, отскакивал в стороны, не лез на рожон, намеренно затягивал контакт и в это время стремительно исчерпывал силу противника.
Горгун не сразу это понял, а когда понял, было уже поздно — его сила покинула могучее тело. Приподнялись и опустились чёрные перепончатые крылья, облачённые в пластины подвижной брони, вздрогнул морщинистый рот.
Горгун пошатнулся.
— Ублюдо-о-о-о-к… ах ты… ублюдо-о-о-к… — прохрипел он, с ненавистью пялясь на Буфа.
В этот момент я тоже почувствовал на себе пристальный взгляд.
Пока я наблюдал за Буфом, мальчишка стоял рядом и таращился на меня, как будто увидел дьявола. Он открыл рот, не в силах выдавить ни слова.
За его спиной появилась Триш, она выскочила из укрытия и, судя по решительному лицу, готовилась кинуться в бой с горгунами.
Недолго думая, я ухватил пацана за шкирку и толкнул в руки Триш.
— Присмотри за ним и стой здесь!
Потом бросил взгляд на руку — метка полная.
Отлично.
Пара секунд — и на мне был уже мой серый доспех. Масса брони окутала тело, сил мгновенно прибавилось, оружие на правой руке приготовилось к бою.
Я снова выбрал меч.
Одного взгляда на Буфа хватило, чтобы понять, что помощи ему не требуется. Буф подмял под себя вожака, повалив его на спину и вдавив в его грудь колено, а тот беспомощно елозил крыльями по земле.
Глаза Буфа почернели, как и пальцы. Ладонями он обхватил череп противника и стремительно забирал у него остатки сил. В такие моменты Буф наводил ужас.
Больше я не стал на него смотреть — заметил, что ратнику Йорго требуется помощь.
Лучник не справлялся с атаками горгуна и его синего кнута. Вульф не успевал отстреливаться, да и крепости брони ему не хватало, чтобы противостоять ударам.
За секунду до того, как я вторгся в его сражение, лучник повалился с ног, но я успел подставить щиты на левой руке, закрыв ратника собой.
Кнут, несущийся ему в голову, встретился с маг-металлом.
Удар. Недовольный хрип горгуна.
Ещё один взмах.
Удар. Звон щитов.
Тёмный воин зарычал и размахнулся ещё раз, меняя направление атаки и целясь мне в шею. Теперь в ход я пустил меч, тот резанул по полотну кнута и рассёк его надвое. Горгун отшатнулся, но тут же ринулся на меня снова, наращивая орудие и восполняя его своим райфу.
Мы бились всего несколько секунд, зато как…
Мой меч и синий кнут мелькали в воздухе, сшибались и снова расходились. Воздух раскалился. Горгун что-то шипел на своём языке, его ярость набирала обороты, он боялся меня и в то же время всё больше жаждал убить. Внутренняя борьба всполохами отражалась в его глазах.
Он набрасывался всё злее и настырнее, пропускал удары моего меча, подлетал и опускался, наскакивал и нависал глыбой. Его кнут бил по моему доспеху, латы гудели, но выдерживали. Я был слишком крепким противником для этой твари, и это злило её лишь сильнее.
В разгар нашего боя ко мне присоединилась Сьюн.
Она помогла гобличу и Агвид добить противника и теперь поспешила ко мне. Её силуэт вырос за спиной горгуна. Белые клинки взметнулись вверх, скользнули крест-накрест, как ножницы, и снесли голову горгуна так быстро, что бедняга так и не понял, что с ним произошло. Он просто умер.
И опять на меня обрушилась аура, подкатила тошнота. Я остановился и приложил кулак к губам, уверенный, что вот-вот блевану себе под ноги.
Сьюн уставилась на меня в ожидании.
Я понимал, чего она ждала: надеялась на третью высоту. Только высота опять прошла мимо, духовного опыта оказалось мало. Тошнота утихла, мороз отпустил кожу, паршивая эйфория прошла так же быстро, как началась. Белая Сова прикусила губу и со вздохом поморщила нос, а я выпрямился и оглядел поле боя.
В живых остался только вожак отряда горгунов.
Продолжая давить на него коленом и впечатывать в землю, Буф склонился совсем близко к его морде. Горгун что-то ему сказал, не слишком длинную фразу, три-четыре слова, он прошептал её, медленно приоткрыв рот, и оскалился.
Буф бросил злой взгляд на полумёртвого и обессиленного противника, а потом вдавил в его глазницы большие пальцы. Такое я уже видел, когда он убивал полумага в школе.
И вот опять.
Жилы Буфа на руках и шее напряглись, вены вздыбились, глаза снова почернели. Он забирал у горгуна жизнь одним глотком.
Через несколько секунд мёртвое тело крылатого воина распласталось перед ним, голова завалилась набок, могучий горгун испустил дух.
Буф поднялся, расставил ноги шире, чтобы не упасть, зажмурился и мотнул головой, приходя в себя. Затем посмотрел на отряд, собравшийся рядом, перевёл взгляд на Холли и на меня, после чего уставился на грязную физиономию пацана, которого за плечи держала Триш.
Помолчав немного, Буф наконец сказал:
— Нам придётся изменить маршрут, но сначала этот малец расскажет нам кое-что…

   Читать    дальше   ...   

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

***

Источники :

https://onlinereads.net/bk/134887-temnyy-ratnik-fakultet-tom-1-tom-2

https://www.rulit.me/books/tyomnyj-ratnik-fakultet-tom-1-i-tom-2-si-read-763826-1.html

https://author.today/reader/131216/1606586

https://v142.mostop.ru/chitat-online/?b=1214416&pg=1  

***

***

***

***

***

Просмотров: 119 | Добавил: iwanserencky | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: