Главная » 2020 » Декабрь » 18 » Великие путешественники 010. Коронадо Франсиско Васкес де. Сото Эрнандо де. Орельяна Франсиско де
07:31
Великие путешественники 010. Коронадо Франсиско Васкес де. Сото Эрнандо де. Орельяна Франсиско де

***

Коронадо идёт на север, картина Фредерика Ремингтона (1861 - 1906).

***

***

Коронадо Франсиско Васкес де

(1510 - 1547 или 1554)
Испанский конкистадор. В 1540-1541 годах открыл южные отроги Скалистых гор, Большой каньон, реки Колорадо с его притоком Хилой; Рио-Гранде-дель-Норте с притоком Пекос; Арканзас, Канзас и, возможно, Миссури. Первым прошел через Великие равнины до 40° ю.ш.

С поисками богатого города Сивола связаны важнейшие географические открытия в Новом Свете. Как утверждает легенда, один архиепископ и шесть епископов бежали после разгрома христиан на отдаленный остров, где с течением времени основали семь городов. Эти города быстро достигли невиданного расцвета. Правда, со временем легенда несколько трансформировалась, и испанские конкистадоры искали уже не остров Семи городов, а страну Семи городов, страну, которая получила название Сивола. Еще в 1530 году Нуньо Гусман услышал от раба-индейца, что он сам видел эту волшебную страну, где каждый город величиной с Мехико и в каждом целые улицы заняты лавками ювелиров. Дорога туда идет через пустыню и длится 40 дней. Но поиски Сиволы не приносили результата.
По поручению вице-короля Новой Испании Мендоса послал в марте 1539 года на поиски Сиволы монаха Марко де Ниса вместе с Эстеваном, дав обоим индейских проводников. Вернувшись в сентябре, Марко утверждал, что видел Сиволу своими глазами, но войти не решился, так как боялся найти там свою смерть. По его описанию город этот больше и величественнее Мехико.
В 1540 году, получив "проверенные" известия о величии и богатстве Семи городов, Мендоса поручил офицеру, коменданту Кульякана, Франсиско Васкесу де Коронадо возглавить военную экспедицию для завоевания Сиволы. В роли вербовщика добровольцев выступал с церковной кафедры Марко де Ниса, который не жалел красок для восхваления открытой им страны.
Приток добровольцев был очень велик, о нравственных же их качествах лучше всего свидетельствуют два очевидца. Один из них аттестует основную массу добровольцев как "порочных молодых бездельников идальго" , другой заявляет, что уход таких людей из Новой Испании был для страны "скорее благодеянием, чем потерей" .
Маршрут странствий Коронадо.
С величайшим трудом организаторам экспедиции удалось отобрать среди этого сброда 300 человек, наименее бесполезных для далекого и тяжелого похода. Нужно отдать должное талантам Коронадо и двух-трех его офицеров с такими солдатами они провели огромного размаха экспедицию, которую по ее географическим результатам можно без всяких оговорок причислить к величайшим сухопутным экспедициям в истории открытия внутренних областей Северной Америки.
К 300 испанцам Коронадо присоединил 700 "мирных" индейцев. В его распоряжении были сотни вьючных лошадей и мулов, большие гурты крупного и мелкого рогатого скота и свиней. Итак, с отрядом в 1000 человек и огромным количеством голов вьючных животных и убойного скота Коронадо выступил в конце февраля 1540 года из поселка Компостела (Западная Мексика); невозможно было организовать такую большую экспедицию ближе к цели, на северо-западе Мексики, в еще слабо освоенных испанцами районах. Двигался отряд в северо-западном направлении по приморской низменности, а вдоль берега его должны были сопровождать вспомогательные суда под общим командованием Эрнана Аларкона.
От Кульякана сухопутный отряд медленно шел к Сиволе путем, разведанным монахом Марко, который, разумеется, сопровождал Коронадо, отряд обошел с востока, по долине реки Сан-Педро, пустыню Хила и вышел к реке Хила. Коронадо назвал ее Рио-де-лас-Бальсас - название двусмысленное: "бальса" по-испански значит и "плот", и "лужа". Отряд Коронадо переправился через реку на плотах, но в сухое время года река ниже устья Сан-Педро пересыхает, и ее русло представляет собою ряд луж. Пройдя затем в северо-восточном направлении через южные уступы высокого плато Колорадо, отряд, наконец, достиг того полупустынного района, где стояли Семь городов.
Ян Мостарт. Пейзаж Вест-Индии, написанный около 1545 года под впечатлением от экспедиции.
На всем пути население было столь редкое, а индейские поселки так малы, что набеги на них могли кое-что дать только небольшим группам грабителей-испанцев. Но эти грабительские набеги озлобили местных индейцев, и они часто тревожили экспедицию. Большой отряд питался в основном взятыми из Мексики продуктами и мясом забиваемого скота. Солдаты шли пешком всю дорогу; каждый тащил на себе запас продуктов, так как лошади и мулы были и без того тяжело навьючены.
Конкистадоры горько разочаровались, когда после долгого и тяжелого пути подошли к городу, который они назвали Сивола. Город на скале был такой величины и вида, что солдаты начали проклинать "лживого француза" монаха Марко и с насмешкой говорили, что иной хутор в Новой Испании производит более солидное впечатление. Сивола была построена на уступах скалы так, что плоские крыши нижних домов находились на одном уровне с полом верхних домов; укрыть она могла не более 200 воинов. Испанцам не стоило большого труда взять приступом такую "крепость" и выбить оттуда индейцев. Горожане были одеты в хлопчатобумажные ткани или в звериные шкуры. Сокровищ здесь ожидать не приходилось, а "прекрасные города", окружавшие Сиволу, были еще меньше. Хотя ряса и защищала монаха от слишком бурного проявления чувств обманутых солдат, Марко при первом удобном случае скрылся.
В то время когда главный отряд повернул в сторону от моря и начал движение вверх по долине реки Соноры, Коронадо приказал Мельчору Диасу с небольшим отрядом идти берегом на северо-запад вдоль Калифорнийского залива, чтобы разыскать вспомогательные суда и дать их командиру Эрнану Аларкону дальнейшие инструкции. Выполняя поручение, Диас дошел до вершины Калифорнийского залива. Не видя на море ни одного судна, он двинулся дальше по восточному берегу большой реки, впадающей с севера в залив. Так он шел, пока не заметил могучего дерева. На нем Диас увидел надпись, вырезанную на коре, - указание, что под корнями этого дерева зарыто письмо.

В письме сообщалось следующее. Эрнан Аларкон вышел в мае 1540 года из одной южной мексиканской гавани на двух судах, и в пути к ним присоединилось еще одно судно с запасами для экспедиции. Он, Аларкон, достиг северного угла залива и открыл устье большой реки. Он шел пятнадцать дней вверх по течению реки на лодке, которую тянули по берегу индейцы, но не нашел Семи городов и в два дня вернулся к устью реки.
Аларкон, не теряя надежды на то, что река может довести испанцев до Сиволы, назвал ее Буэно-Гиа ("Добрый Вожатый"); теперь эта великая река носит другое, тоже испанское имя - Колорадо ("Красная" или "Цветная"). Аларкон напрасно ждал Коронадо у реки, напрасно разыскивал его людей и вынужден был вернуться обратно. Его кормчий Доминго Кастильо нанес на карту оба берега Калифорнийского залива и доказал, что на западе его отделяет от океана не остров, а длинный полуостров - Нижняя Калифорния. Но карта Кастильо, как и другие, была засекречена, и вплоть до второй половины XVIII века господствовало неправильное представление, что Нижняя Калифорния - остров.
Близ устья Колорадо Мельчор Диас погиб от несчастного случая, а его спутники вернулись в Новую Испанию.
На карте... Франсиско Васкес де Коронадо 
Между тем Коронадо остановился в Сиволе, подчинил себе окрестных индейцев, а затем выслал во все стороны отряды для исследования страны. В одном селении испанцы услышали о большой реке на севере. На поиски этой реки Коронадо отправил разведывательный отряд, командиром которого был назначен Гарсиа Лопес Карденас.
Карденас шел через плато Колорадо и достиг южного края Большого Каньона. Испанцы были изумлены и потрясены видом, который открылся под их ногами. Они полагали, что глубина ущелья достигала 3-4 миль, на самом же деле этот самый глубокий во всем мире каньон имеет "всего лишь" 1800 метров глубины. Три дня они бродили вдоль обрыва, напрасно отыскивая среди отвесных стен спуск, который привел бы их к воде. Карденас вынужден был вернуться обратно и сообщил Коронадо о поразительном открытии.
Второй разведывательный отряд двинулся из Сиволы на восток и обнаружил, что за Семью городами было еще много других поселков, построенных на склонах гор так же, как Сивола. Один из таких поселков, в двух днях пути от Семи городов, стоял близ реки, которая текла на юго-восток и впадала, как оказалось, в большую реку, текущую на юг; до этого же все реки текли в западном направлении. На эту географическую особенность обратил внимание командир второго отряда Харамильо: "Все воды - реки и ручьи,  - докладывал он Коронадо, - которые мы встречали до Сиволы и за ней на расстоянии еще двух дней пути, текут к Южному морю (Тихому океану), а начиная отсюда - к Северному (Атлантическому) океану" . Благодаря этому мы можем точно сказать, что Харамильо открыл водораздел между системами двух великих североамериканских рек: Колорадо, впадающей в Калифорнийский залив, и Рио-Гранде-дель-Норте, несущей свои воды в Мексиканский залив.
Главный отряд Коронадо выступил на восток и прошел к большой реке Пекос (левый приток Рио-Гранде) через один из проходов между горами Сангре-де-Кристо (южный участок Скалистых гор) и горами Сакраменто. На Пекосе отряд остановился на зимовку.
На реке Пекос перед конкистадорами возник новый мираж - страна Кивира.
В приречном селении солдаты встретили флоридского индейца-раба. Он был захвачен в плен индейцами центральной равнины, переходил от одного племени к другому, пока, наконец, не оказался в тысячах километров от своей родины. Он заслужил доверие испанцев, так как оказался толковым и надежным проводником. Индеец сообщил, что к востоку от того места, где находился испанский отряд, течет огромная река шириной в-2 мили; что там водятся рыбы величиной с доброго коня; что берега реки густо населены; что по реке плавают большие челны, в которых у каждого борта сидят по двадцати гребцов. Если считать, что речь шла о Миссисипи, то в этой части рассказа мало преувеличений (даже огромные рыбы не внушают сомнений); но и заманчивого для конкистадоров было мало. Их внимание привлекла вторая часть рассказа.
Флоридец сообщил, что у этой гигантской реки находится страна Кивира; что местный верховный вождь проводит свой полуденный отдых под ветвями огромного дерева, увешанного золотыми колокольчиками, и дремлет под их тихий перезвон, что жители Кивиры пользуются только золотой и серебряной утварью, а на носах их челнов большие золотые орлы. Рассказчик добавлял, что верховный вождь Кивиры и ему подарил золотые вещи, которые лишь недавно у него отнял местный вождь.
К вождю был немедленно отправлен отряд с приказом вернуть вещи; но в селениях не нашлось и следа золота, а жители назвали флоридского индейца бессовестным лжецом. Вождя все же заковали в цепи и привели к Коронадо, который приказал бросить его в тюрьму. Тогда восстали все окрестные индейцы и всю зиму тревожили своими набегами испанцев.
Весной 1541 года Коронадо с частью своих солдат начал поход на Кивиру. По сохранившимся документам можно лишь предположительно установить его путь. По одной версии, Коронадо, перейдя реку Пекос, двигался в северо-восточном направлении. По другой версии, он шел за рекой Пекос сначала в южном направлении, обогнул с юга плато Льяно-Эстакадо, достиг верховьев реки Брасос, впадающей в Мексиканский залив, и повернул прямо на север. Он шел, "куда указывала стрелка компаса",  пересекая малые и большие реки, текущие на восток, - правые притоки Миссисипи- верховья Ред-Ривер, Канейдиан и Северный Канейдиан и т д. Уже в начале своего пути на север отряд Коронадо вступил в безбрежные прерии. Здесь испанцы впервые увидели огромные стада бизонов. Через 10 дней после того, как они перешли реку Пекос, "они наткнулись на поселения людей, живших наподобие арабов" . В последние два дня пути испанцы все время видели "коров", а теперь узнали, что обнаруженные ими племена жили в палатках, сделанных из дубленой кожи этих "коров", что они все время передвигались вслед за стадами этих животных, а когда нуждались в пище, забивали их.
Совершая короткие дневные переходы, испанцы шли в полосе прерий целый месяц и достигли в день Петра и Павла (29 июня 1541 года) реки, которую и назвали в честь этих святых - "Сан-Педро и Сан-Пабло". По-видимому, это был Арканзас (правый приток Миссисипи), в устье которого уже побывали солдаты Эрнандо Сото. В 4-х милях пути к северу за рекой испанцы снова встретили индейцев-охотников. По расчетам Коронадо, он был уже в стране Кивире.
Участники похода описывали Кивиру как невысокую, изрезанную полноводными реками, свежую, зеленую, роскошную страну, "лучше которой не найти ни в Испании, ни во Франции, ни в Италии" . Они утверждали, что страна эта пригодна для произрастания всех культур, что иногда близ ручьев они находили довольно вкусный дикий виноград.
В письме Коронадо к королю Карлу I прямо указано, что он дошел до большой реки "Теукареа". Несомненно, он пересек реку Канзас, а может быть, двигаясь дальше в северо-восточном направлении, проник и в долину Миссури.
Страна была хороша, но местные индейцы не имели никаких ценных вещей, даже вожди носили медные украшения. Приближалась осень, и Коронадо повернул назад, боясь северной зимы. Обратный путь к реке Пекос продолжался сорок дней. Коронадо повел свой отряд в юго-западном направлении, другой дорогой, через местности, которые оказались более безлюдными.
Коронадо верил еще в существование страны золота Кивиры. Он хотел весной 1542 года повторить поход, надеясь продвинуться дальше в глубь открытой им огромной страны и дойти до Кивиры. Но болезнь из-за несчастного случая во время турнира заставила Коронадо отказаться от дальнейших поисков. Через Сиволу он вернулся со своим отрядом в Кульякан. По одной версии, он умер через несколько дней после возвращения; по другой, впал в немилость из-за неудачного похода и был отрешен от должности.
Авторы книги "Испанские исследователи на Юге США" (1925) Ходж и Льюис писали: "Экспедиция Коронадо имела чрезвычайно большое значение с географической точки зрения, поскольку в сочетании с экспедицией де Сото она дала миру возможность заглянуть в огромную внутреннюю область северного континента и создала основу для его картографирования. Благодаря ей удалось узнать о существовании оседлых племен пуэбло на юго-западе нынешних Соединенных Штатов Америки, о промышляющих охотой племенах Великой равнины, о Большом Каньоне реки Колорадо, о ее нижнем течении, о громадных стадах бизонов и о том, как глубоко и всесторонне зависит от них все хозяйство охотников-индейцев.
В погоне за фантастическими городами и странами отряды Коронадо прошли несколько тысяч километров внутри материка, который оказался гораздо больше, чем кто-либо тогда предполагал. Открыты были на протяжении многих сотен километров новые берега на западе, полоса низменностей вдоль этих берегов, гигантские сухие плоскогорья и высокие южные отроги Скалистых гор, величайший в мире каньон, большая часть плато Прерий, огромные реки, текущие в разных направлениях: Колорадо с его притоком Хилой, Рио-Гранде-дель-Норте с притоком Пекос, Арканзас, Канзас и, возможно, Миссури, необъятные прерии, которые простирались от подножия Скалистых гор до Миссисипи. Коронадо не дошел до нее, двигаясь с запада на восток, но почти в то же время, двигаясь в обратном направлении - с востока на запад и пересекая южные лесные районы, ее достиг отряд Эрнандо де Сото.

Франсиско Васкес де Коронадо

*** 

***

***

***

***

 

Сото Эрнандо де

(1495 - 1542)
Профессиональный военный. Предпринятая им экспедиция (1539-1542 годы), охватившая своими маршрутами почти весь континент от нынешней Джорджии до Калифорнийского залива, - первое исследовательское путешествие по территории современного Юга Соединенных Штатов. Цивилизованный мир впервые узнал о жизни и обычаях южных индейцев.

Эрнандо де Сото впервые выдвинулся при завоевании Никарагуа, затем сопровождал в перуанском походе Франсиско Писарро и активно участвовал в пленении верховного вождя инков Атауальпы. Во время кровавой борьбы между перуанскими конкистадорами Сото добровольно оставил "страну золота" и вернулся в Испанию богатым человеком. Там он разработал план завоевания Флориды, за которой ему грезились залив Тихого океана или морской проход к нему и "Семь городов". Используя свои связи при королевском дворе, Сото собрал очень большой по тому времени отряд. С ним он отправился на Кубу, а оттуда на полуостров Флорида.
На западный берег Флориды, вероятно, у залива Тампа или несколько южнее его, 28 мая 1539 года высадились вместе с Сото, по разным источникам, 600- 900 пехотинцев и кавалеристов с 200-350 лошадьми. Новый Свет еще не видел такого большого европейского войска.
Через день-два после высадки к испанцам явился их земляк Хуан Ортис, один из немногих уцелевших людей из экспедиции Памфило Нарваэса, одиннадцать лет живший на побережье Флориды среди индейцев. По словам Ортиса, его спасла от смерти жена местного вождя. Лишенный возможности свободно передвигаться, Ортис мало знал о внутренних районах Флориды, но был очень полезен Сото как переводчик.
Оставив для охраны судов часть солдат, Сото двинулся с остальными в глубь страны, на север. По дороге испанцы встречали крупные селения (в иных было больше 600 домов). Участники экспедиции прежде всего начали расспрашивать, где "страна, богатая золотом и серебром" . Индейцы направили их "на закат", где народ будто бы так богат, что воины выступали в поход в золотых шлемах.
Испанцы медленно продвигались по заболоченной лесной местности, изрезанной реками; часто приходилось наводить временные мосты. Индейцы были враждебно настроены, так как в их стране уже побывали солдаты Нарваэса и память о жестокости испанцев была еще свежа. По испанским источникам, солдаты Нарваэса отрезали нос одному из флоридских вождей, а его мать затравили собаками.
Услышав о приближении отряда Сото, индейцы уходили из своих деревень и укреплялись на холмах, окружая их частоколом.
В октябре отряд повернул на запад, к морю, и остановился на зимовку близ залива Аппалачи, где было достаточно продовольствия. Сото вызвал туда свои суда и послал их далее на запад - разведать побережье на 100 лиг.
В марте следующего, 1540 года Сото двинулся от залива Аппалачи на северо-восток, на поиски области, где верховным вождем является женщина, собирающая дань тканями и золотом от подвластных ей племен: такие сведения собрал Ортис у местных индейцев. Сото действительно нашел женщину-вождя на текущей в Атлантический океан реке Саванне, в долине ее среднего течения. Однако резиденцией этой правительницы был бедный поселок; ценных тканей и золота. У нее не было, и поделиться с непрошенными гостями она могла только жемчугом, который ее "подданные" добывали в реке и ее притоках.
От этой малопривлекательной "столицы" Сото поднялся в поисках Семи городов в северном направлении вверх по долине Саванны до параллели 35° с.ш. и проник в горный район - юго-западный участок Голубого хребта Аппалачской горной системы. Возможно, что конкистадора привлекали рассказы о большой реке, начинающейся в этом районе и текущей на запад (Теннесси, системы Миссисипи). Но он не перевалил Аппалачи, а снова, увлеченный рассказами о больших городах на юго-западе, повернул к ним. Сото прошел вдоль южного участка аппалачского "Подножия" (Пидмонт), то высылая вперед с переводчиками наиболее ловких солдат, которые "лаской и приветом"  убеждали индейцев мирно пропустить отряд, то силой прокладывая себе путь.
Теперь испанцы пересекали верховья рек, текущих через плато Пидмонт и приморские низменности в южных направлениях и несущих свои воды в Атлантический океан (система Олтамахо) и в Мексиканский залив (системы Аппалачи-колы и Алабамы).
Вождь одного из местных племен вызвался сопровождать испанский отряд и привел непрошенных гостей в поселок на берегу большой реки (вероятно, Алабамы). Поселок был окружен высоким земляным валом и бревенчатым забором с двумя воротами. Через каждые пятьдесят шагов у забора сооружены были сторожевые башни, и в каждой помещалось до восьми воинов. Поселок насчитывал восемьдесят больших деревянных домов; некоторые из них были так велики, что в них якобы размещалось по тысяче человек. Испанцы, увидев дома-крепости, решили, что их предательски заманили в ловушку, поспешно отошли назад и атаковали поселок. Они выбили топорами деревянные ворота, ворвались внутрь и подожгли дома. Со стороны индейцев сражались не только мужчины, но и женщины. Сото был ранен, но остался в строю, чтобы его люди не пали духом.
Индейцы мужественно сопротивлялись, однако когда огонь распространился на весь поселок, обратились в бегство. Бой продолжался девять часов. Испанцы потеряли более восьмидесяти человек; часть их погибла в бою, остальные вскоре умерли от ран. Сведения о потерях индейцев, как всегда, разноречивы: историки говорят о двух, пяти, семи и даже десяти тысячах индейцев, частью убитых во время резни на "городских" улицах, частью сгоревших в домах. Тем не менее, людские потери, понесенные испанцами, и гибель нескольких десятков лошадей повергли их в уныние. Золота они не нашли, окружены были враждебными племенами; многие поэтому настаивали на возвращении на Кубу (испанские суда находились сравнительно недалеко от места битвы). Но Сото не хотел отступать. Он предоставил своим солдатам двухнедельный отдых и двинулся в середине ноября дальше на запад, сломив сопротивление индейцев, пытавшихся задержать его отряд у переправы через реку.
В декабре 1540 года Сото решил остановиться на зимовку в индейском поселке, который, казалось, был выгодно расположен и снабжен запасами продовольствия. Испанцы взяли поселок приступом; индейцы ушли, и Сото разместил своих солдат в покинутых домах. Дисциплина в испанском войске падала; охрану перестали выставлять. Индейцы - по-видимому, хорошо осведомленные - воспользовались этим: в январе 1541 года они ночью ворвались в поселок и подожгли соломенные крыши домов, где спали испанцы. В ночном бою было убито сорок солдат и потеряно пятьдесят лошадей. Испанцы перешли в соседний поселок, но и здесь их беспрерывно беспокоили индейцы.

Как предполагают, оба поселка стояли на лесистых холмах (Блафф-Хилс), протянувшихся вдоль восточной окраины долины Язу, нижнего левого притока.
Миссисипи. Отсюда Сото ранней весной того же 1541 года начал поход в северном направлении, через болота и леса, уклоняясь иногда далеко к востоку. По-видимому, именно во время этого весеннего похода он достиг реки Теннесси в ее среднем течении. Но эта река здесь круто поворачивала на север, удаляясь от заветной цели конкистадоров; поэтому Сото повернул на запад и вышел, наконец, в мае 1541 года к широкой реке с извилистым течением. Воды ее были мутны, масса вырванных с корнями деревьев плыла вниз по течению. Это был великий поток Миссисипи - "река Святого Духа", как ее назвали предшественники Сото.
Открытие Миссисипи , американское полотно 1847 года..
Так как река несла свои воды не на запад, а на юг, к хорошо знакомому испанцам Мексиканскому заливу, то конкистадоры не испытали никакой радости при виде великой реки: они рассматривали ее только как большое и досадное препятствие для дальнейшего продвижения на запад - к Тихому океану и Семи городам. Для безопасной переправы на западный берег Миссисипи на виду у враждебно настроенных индейцев необходимы были большие суда; для их постройки и перековки железных изделий на гвозди потребовалось около месяца. Следует отметить, что испанцы пустили в переплавку далеко не все железные изделия: они бережно хранили цепи и железные ошейники для пленных индейцев.
Построив несколько больших судов, Сото переправил свой отряд на западный берег Миссисипи. Там он вступил в союз с одним индейским вождем и вместе с ним предпринял поход против враждебного племени на легких челнах вниз по реке.
Возможно, Сото надеялся, что где-то южнее места переправы открытая им река поворачивает на запад. Но "река Святого Духа" несла свои воды на юг; ниже устья большой реки, впадающей в нее с северо-запада (Арканзас), Сото окончательно перенес свои поиски на правобережье Миссисипи.
Еще почти год Сото блуждал "в погоне за мечтой"  по равнинам к западу от Миссисипи, то отходя от реки далеко в сторону, то возвращаясь к ее берегам. Отряд его таял. Во время одного из таких походов, осенью 1541 года, Сото проник в невысокую горную страну (плато Озарк), прилегающую с севера к реке Арканзас. Пройдя ее, Сото повернул на юг и вышел к Арканзасу в том районе, где в него впадает Канейдиан. Здесь испанцы остановились на зимовку.
Карта пути экспедиции де Сото, основанная на карте Чарльза М. Гудзона (1997).
Весной 1542 года отряд вернулся на Миссисипи. Тяжелобольной Сото послал на юг вдоль правого берега реки группу кавалеристов разведать, далеко ли до моря. Посланный им в разведку капитан вернулся и доложил, что он не смог найти ни дороги, ни тропинки через громадные болота, тянущиеся от Большой реки (то есть Миссисипи). Пришлось опять строить суда (старые были брошены), чтобы переправиться на левый берег реки или спуститься по ней к морю, какие бы опасности ни таил этот долгий и неразведанный путь.
Эрнандо де Сото умер в мае 1542 года. Тело его завернули в шкуры бизонов и положили в гроб, заполнив свободное пространство песком. Погибшего капитана конкистадоры хоронили ночью, чтобы весть о его смерти не распространилась среди индейцев. Гроб был затоплен в одном из глубоких рукавов Миссисипи.
Командование экспедицией перешло в руки Луиса де Москосо, который, в надежде достигнуть Мексики, приказал экспедиции выступить в поход на запад. Переходя от одного племени индейцев к другому и "каждый раз попадая во все более скудные области" , Москосо "решил, наконец, вернуться в ту местность, где умер де Сото, так как там можно было построить суда и уйти на них из этой страны" . Испанцы вышли к устью реки и следовали далее, все время придерживаясь побережья, пока "не достигли реки Пануко, где их дружественно встретили христиане". 
Так закончилось путешествие де Сото. Английский перевод описания этого путешествия был опубликован Ричардом Хаклюйтом в 1607 году.
Американские историки благожелательно освещают поведение Сото во время завоевания Перу, особенно то обстоятельство, что он назвал (задним числом) казнь верховного вождя инков Атауальпы "делом постыдным и бесполезным" . Но и они признают, что в Северной Америке "его собственное поведение относительно индейцев было жестоко и безумно"  (Джон Фиске).
Если индейцы оказывали сопротивление испанцам, Сото приказывал убивать их и сжигать дома со всеми находящимися в них людьми. С "подозрительными" индейцами он обращался так же, как с теми, кто открыто выступал против испанцев. У "мирных" индейцев Сото брал в заложники вождей, а также других взрослых мужчин, приковывал одного к другому цепями и гнал за сотни километров от их поселений. Затем он расковывал тех пленников, которые выживали после длинных переходов, Сото знал, что они не убегут от испанцев, если находятся на большом расстоянии от дома, так как боятся индейцев из враждебных племен.
Экспедиция де Сото, так же как и экспедиция Коронадо, имела важное значение .Обе они охватили своими маршрутами почти весь континент от нынешней Джорджии до Калифорнийского залива. Де Сото впервые исследовал территорию современного Юга Соединенных Штатов, благодаря ему мир впервые узнал о жизни и обычаях южных индейцев, результатом его путешествия было открытие реки Миссисипи, вниз по течению которой экспедиция проделала свой обратный путь. Впрочем, это было, по всей вероятности, вторичное открытие Миссисипи, если даже не считать экспедиции Пинеды. Есть много оснований предполагать, что на "реке Святого Духа" (Миссисипи) в 1528 году побывали люди Нарваэса.

  Памятник Эрнандо де Сото на его родине, в Испании.Сото Эрнандо Де

***

***

***

***

***

 

Орельяна Франсиско де

(ок. 1511 - 1546)
Испанский конкистадор, первый европеец, пересекший Южную Америку в самой широкой части материка, проследил среднее и нижнее течение реки Амазонка (1541-1542).


Биография Орельяны - это биография целого поколения обнищавших и алчных дворян-идальго, не всегда умеющих даже написать свое имя и ринувшихся в Новый Свет с единственной целью завоевать богатство.
Франсиско отправился за океан, когда ему было всего пятнадцать или шестнадцать лет. Он прошел суровую школу завоевательных походов. Орельяна принимал участие во всех значительных походах и сражениях во время завоевания Перу.
В 1534 году он был в составе отряда, захватившего город инков Куско, год спустя, участвовал в захвате Трухильо и Кито. В 1536 году, когда восставшие индейцы осадили Куско, охраняемый маленьким испанским гарнизоном, Орельяна, занимавший к этому времени важный пост в Пуэрто-Вьехо, поспешил на выручку осажденным во главе отряда в восемьдесят солдат, снаряженных им на собственный счет. В следующем году Франсиско Писарро отправил его усмирять восставших индейцев в провинции Кулата. Жестоко подавив восстание, Орельяна заложил на берегу реки Гуаяс, неподалеку от места ее впадения в морской залив, город Сантьяго-де-Гуаякиль, нынешний Гуаякиль - один из крупнейших городов Эквадора. А в конце 1540 года, узнав, что правитель Кито Гонсало Писарро готовится выступать на поиски страны Эльдорадо, Орельяна решил присоединиться к нему. Ему было тогда около тридцати.

Гонсало Писарро вышел из Куско на Кито через Пиуру и Гуаякиль. К февралю 1541 года он составил отряд из 320 испанцев и четырех тысяч индейцев-носильщиков. По истечении примерно шести недель он и его люди начали "переход через снежные Кордильеры, где шел такой густой снег и где было так холодно, что многие индейцы замерзли насмерть" . В поисках новой "золотой страны" в декабре 1541 года он перевалил Восточную Кордильеру и открыл полноводную реку Напо - один из притоков верхней Амазонки. Во время перехода отряду Орельяны пришлось еще тяжелее, чем людям Писарро, так как в его распоряжении было всего двадцать три человека, он шел по местам, разоренным его предшественниками. Орельяне приходилось отбиваться от постоянных атак мстящих белым людям индейцев. Когда Орельяна добрался до лагеря Писарро, из четырнадцати лошадей у него оставались только две, снаряжение, провиант и большую часть оружия пришлось бросить.
По другую сторону гор они нашли необычайную страну, где "дожди шли, не переставая ни на один день в течение двух месяцев" . Испанцам повезло: сезон дождей уже подходил к концу. Спускаясь по Напо, они нашли деревья, кора которых напоминала драгоценную шриланкийскую корицу. Целые леса мнимого коричного дерева открывались перед ними. Чтобы обследовать эту "страну корицы"  и, быть может, найти еще большие богатства, Писарро продолжил путь вниз к реке и впервые вступил в Амазонскую низменность. Но для плавания всего отряда у него не хватало судов, а двигаться сухим путем вдоль берегов Напо не представлялось возможным: они были заболочены, покрыты непроходимым лесом и почти безлюдны. Испанцы голодали, болели желтой лихорадкой, умирали десятками, индейцы - сотнями. Из четырех тысяч индейцев выжило менее трех тысяч.
Отряд задержался, чтобы построить судно, - этим руководил Орельяна. Испанцы сколотили большую лодку, громко назвав ее бригантиной. На судне разместили снаряжение, а также больных и раненых. Аборигены рассказали Орельяне и Писарро, что ниже по течению, всего "в десяти солнцах" , лежит земля, где много пищи и золота.

Писарро отправил Франсиско де Орельяна на разведку и за провиантом вниз по Напо, после чего он должен был вернуться, "чтобы вывести остальных из тяжелого положения".
26 декабря 1541 года Орельяна с 57 солдатами на бригантине и четырех каноэ отправился в путь. Так началось это великое путешествие.
Орельяна достиг указанного ему места в три дня, но не обнаружил никакого продовольствия и продолжил свое плавание вниз по течению Амазонки до океана. Вернуться он, по-видимому, был уже не в состоянии; кроме того, у него не было уверенности, что он найдет Гонсало Писарро на прежнем месте. Такова версия самого Орельяны и его спутника монаха-доминиканца Гаспара Карвахаля, написавшего позднее "Повествование о новооткрытии достославной реки Амазонок". По другой версии, исходящей от спутников Гонсало Писарро, Орельяна имел возможность и должен был вернуться к главному отряду, чтобы сообщить о результатах своей разведки, но поступил как изменник. Орельяна хотел "ценой измены присвоить славу и, может быть, выгоду открытия".  Так или иначе, но Гонсало Писарро потерял много времени, ожидая и разыскивая Орельяну. И только когда всякая надежда на встречу исчезла, он повернул назад. На обратном пути погибли все до одного индейца. Испанцы даже не решились войти в Кито, настолько они были оборваны. На городских улицах они появились только тогда, когда им доставили из города одежду.
Франсиско Орельяна тем временем плыл по реке, открытие которой принесло ему великую славу. Он утверждал, что подчинился требованию своих спутников, которые потребовали плыть дальше, в поисках счастливых земель, что было даже зафиксировано документально (историкам известен текст, подписанный всеми участниками похода). Только с 5 января 1542 года на пути начали попадаться индейские деревни. В одной из них испанцам удалось раздобыть еду. До этого им приходилось есть кожу, ремни и подметки от башмаков, сваренных с какой-нибудь травой. Они не могли вернуться: по суше дорог просто не существовало, а по реке против течения им пришлось бы идти на веслах целые месяцы. Орельяна решил плыть дальше, не представляя, куда попадет.

Путешественники задержались на несколько дней. Они построили новую, более надежную бригантину и продолжили спуск по реке Напо.
12 февраля 1542 года бригантина Орельяны прошла место, где соединяются три реки, и самая большая из них была "широка, как море".  Путешественники еще не знали о том, что вышли на Амазонку - самую многоводную реку мира. Им предстояло пересечь с запада на восток весь Южно-Американский материк.
Этот великий, вошедший в историю географии момент - открытие Амазонки, - Карвахаль описывает так - "Здесь мы оказались на краю гибели... Опасно было плыть по реке, так как в ней было много водоворотов, и нас швыряло из стороны в сторону. С превеликим трудом мы все-таки выбрались из этого злополучного места, но так и не смогли подойти к берегу. А затем потянулись необитаемые края, и, лишь пройдя двести лиг, мы заметили какое-то жилье..." 
В одном из селений - индейцы называли его Апария - путешественники провели март и апрель, сооружая еще одну, больших размеров, бригантину, которую назвали "Викторией". Несмотря на то, что у них не было подходящих материалов и нужных инструментов, люди трудились не жалея себя, понимая, что только с этим судном может быть связана их единственная надежда добраться до мест, заселенных европейцами.
24 апреля они отдались воле мощного потока, который уносил их на восток, к неведомому морю, через неведомую страну. Река была так широка, что путешественники не сомневались, что они находятся рядом с Атлантическим океаном. Но проходили недели, а океана все не было видно.
21 мая Орельяна открыл устье "реки Троицы" (Журуа). Путешественники могли видеть с середины реки сразу оба ее берега, иногда, впрочем, только как туманные полоски земли. Но когда они приближались к берегу, перед ними открывались бесчисленные протоки, окаймленные непроходимыми чащами девственного леса. Если испанцы встречали на берегу небольшую деревню, они грабили ее, отнимали у "дикарей" провизию; в более крупных селениях еду они выменивали или выпрашивали. Постоянным мучением для них была "египетская" казнь - москиты.
В середине мая они вступили в густонаселенную "страну Омагуа" , вероятно, между низовьями рек Журуа и Пурус. В течение пяти дней испанцы непрерывно сражались с воинами одного из индейских племен. Сражение началось на воде: индейцы атаковали бригантины, приблизившись к ним на пирогах. Затем испанцы высадились на берег, и битва разгорелась на суше. Порох у людей Орельяны отсырел, тетивы самострелов потеряли упругость, все дальнобойное оружие пришло в негодность. Несколько конкистадоров были убито, многие ранены. После этого сражения испанцы высаживались на берег в поисках продовольствия лишь возле небольших, одиноких селений. Почти везде возникали стычки с аборигенами, причем вооруженные арбалетами и огнестрельным оружием конкистадоры не всегда одерживали победы. Одно из селений они назвали Вредным - испанцы едва унесли ноги, спасаясь от стрел индейцев. В столкновении с индейцами Карвахаль был тяжело ранен стрелой и потерял глаз. Испанцы старались держаться середины реки, где их меньше беспокоили.
3 июня 1542 года они дошли до громадного левого притока Амазонки, который Орельяна назвал Риу-Негру - "Черной рекой". "Она неслась с такой стремительностью и таким бешенством,  - пишет Гаспар Карвахаль, - что ее воды текли в водах другой реки струей длиною свыше двадцати лиг (120 километров) и ни та вода, ни другая не смешивались".  Ниже по течению страна была гуще заселена: на берегах встречались большие селения, иные будто бы растягивались вдоль реки на 12-18 километров. 10 июня был открыт другой великий приток Амазонки, река Мадейра - "очень большая и мощная река". 
Путешественникам казалось, что великой реке не будет конца. Иногда на ней разыгрывались штормы, не уступающие морским бурям. Бригантины с трудом противостояли стихии. Тем не менее, испанцы, опасаясь отравленных стрел индейцев, приставали к берегу только в экстренных случаях. Люди смертельно устали. Летописец свидетельствует: "Откровенно говоря, среди нас были люди, столь уставшие от жизни да от бесконечного странствования, до такой крайности дошедшие, что, если б совесть им сие могла только позволить, они не остановились бы перед тем, чтобы остаться с индейцами, ибо по их безволию да малодушию можно было догадаться, что силы их уже на исходе. И дело дошло до того, что мы и вправду боялись какой-нибудь низости от подобных людей, однако же, были меж нами и другие - истые мужи, кои не позволяли оным впасть в сей грех, на веру да на силу коих слабые духом опирались и носили более того, что смогли бы снести, не найдись среди нас люди, способные на многое". 
В конце июня испанцы достигли страны, где снова видели много селений, в том числе очень больших. "Там мы неожиданно набрели на благодатную землю и владение амазонок". 

24 июня, по свидетельству монаха, испанцы, высадившись на берег, вступили в сражение с индейцами, предводительствуемыми амазонками. "Битва, здесь происшедшая,  - пишет Карвахаль, - была не на жизнь, а на смерть, ибо индейцы перемешались с испанцами и оборонялись на диво мужественно. Мы сражались более часа, но индейцев не покидал боевой дух, скорее наоборот - казалось, что в бою их смелость удваивается. Я хочу, чтобы всем ведома была причина, по которой индейцы так защищались. Пусть все знают, что тамошние индейцы - подданные амазонок и что, узнав о нашем приближении, они отправились к ним за помощью, и десять или двенадцать из них явились к ним на подмогу... Мы увидели воочию, что в бою они сражаются впереди всех и являются для оных чем-то вроде предводителей... Сии жены весьма высокого роста и белокожи, волосы у них очень длинные, заплетены и обернуты вокруг головы. Они очень сильны, а ходят почти нагие - только прикрывают стыд. В руках у них лук и стрелы, и в бою они не уступают доброму десятку индейцев, и многие из них - я видел это воочию - выпустили по одной из наших бригантин целую охапку стрел..."
Амазонки атаковали испанцев, но были отбиты и потеряли семь человек. Этот эпизод произвел такое впечатление на современников, вспоминавших древнегреческий миф об амазонках, что река, которую Орельяна хотел назвать своим именем, получила и сохранила название реки Амазонок ("Амазонас"; в русском языке в единственном числе - Амазонка).
Существовали ли эти племена амазонок в действительности? Страну амазонок, открытую будто бы Орельяной, не нашла ни одна из более поздних экспедиций. Однако, вероятнее всего, что в рассказе Карвахаля причудливо смешались правда и вымысел – женщины-индеанки и вправду иной раз принимали участие в сражениях с испанцами. К этому добавились по-своему истолкованные рассказы индейцев, в которых отражались реальные сведения, например о перуанском храме "Дев Солнца". Карвахаль описывает "полную золота"  страну амазонок не как увиденную своими глазами, а так, как рассказал о ней испанцам один из пленных индейцев. Своими же глазами Карвахаль видел лишь индеанок, сражающихся в бою рядом с мужчинами...
Рассказ монаха стал одной из географических легенд, приведших к подлинным открытиям: в поисках страны амазонок более поздние экспедиции подробно обследовали берега самой большой в мире реки.
После сражения с амазонками Франсиско Орельяна продолжал путешествие по великой реке, разделившейся на множество протоков, иные из которых были настолько широки, что скорее походили на морские проливы. Карвахаль отметил, что морская вода поднимается по реке "с превеликой яростью"  - противоборство океанского прилива и речных вод сопровождается ужасающим грохотом и порождает за один прилив до шести отвесных волн (поророку) высотой до 5 метров, идущих против течения.
Один из июльских дней едва не стал последним днем экспедиции: во время отлива обе бригантины оказались на суше, и в этот момент конкистадоров атаковали индейцы. Нападение было отбито с огромным трудом.
Ближе к морю, за "страной Амазонок",  также встречались большие селения, но индейцы держались мирно. Еще ниже бригантины вошли в громадную дельту реки. "Островов было множество, и очень крупных, мы до самого моря... не могли выбраться к материку..."
Испанцы пристали к берегу, чтобы отремонтировать малую бригантину, налетевшую на полузатопленный ствол дерева и давшую течь. Ремонт занял восемнадцать дней. Через несколько дней плавание снова пришлось прервать - новый ремонт продолжался еще две недели. Испанцы просмолили борта, поставили на бригантинах новые мачты, сплели из травы веревки и из своих старых плащей сшили паруса для плавания в океане.
Необходимо было пополнить запасы пресной воды и продовольствия. В устье реки в одном из селений путешественники преподнесли аборигенам европейские безделушки и раздобыли все необходимое. По всей вероятности, в этом селении европейцы уже побывали - в одном из домов испанцы увидели "сапожное шило с острием и с рукояткой и ушком". 
2 августа 1542 года испанцы вошли в "Пресное море" . Все плавание продолжалось 172 дня; восемь испанцев умерли от болезней, трое - от ран. Океан был рядом. Но выйти в него оказалось нелегко. Встречный ветер относил бригантины назад, камни, заменявшие якоря, не могли удержать суда на одном месте. Перед рассветом 26 августа бригантины Орельяны двинулись на север вдоль берегов, чтобы достичь каких-либо поселений европейцев на побережье или островах.
Среди участников экспедиции, оставшихся к тому времени в живых, не было ни одного моряка, у испанцев отсутствовали навигационные карты и компас. Но теперь им неизменно сопутствовала удача. За все время, пока они шли на север, не было ни бурь, ни ливней.
30 августа бригантины потеряли друг друга из вида и дальнейший путь совершали поодиночке. Орельяна достиг 11 сентября 1542 года островка Кубагуа в Карибском море, у южного берега острова Маргарита, и с командой сошел на берег близ испанского поселения Новый Кадис. Местные колонисты отнеслись к ним дружелюбно и были поражены рассказом о необычайном плавании.
Открыв Амазонку - самую большую реку мира, проплыв по ней около шести тысяч километров, Франсиско Орельяна совершил одно из самых важных в истории изучения Южной Америки путешествий. Орельяну заслуженно относят к великим путешественникам: он первым пересек с запада на восток, от океана до океана неисследованный Южно-Американский материк почти в самой широкой его части, открыл на протяжении более трех тысяч километров все среднее и нижнее течение Амазонки - крупнейшей в мире реки по водоносности и площади бассейна - и доказал, что "Пресное море"  Пинсона - это и есть устье реки Амазонок, судоходной от предгорьев Анд.

   Орельяна Франсиско де     

***

 Читать дальше - Великие путешественники 011

***

***

Источник : Муромов Игорь - 100 великих путешественников     Игорь Муромов. 100 великих путешественников

Метки: историяпутешественникиМуромов,книга,100 Великих путешественниковИгорь Муромовпутешествия

***

  ПУТЕШЕСТВЕННИКИ. Смотреть ФОТО на Яндекс-ДИСКЕ  Картинки-Коллекции - СМОТРЕТЬ Путешественники. СМОТРЕТЬ на ФОТО-СТРАНЕ   

***

***

***

ПОДЕЛИТЬСЯ

 

 

***

Яндекс.Метрика

***

***

О Ермаке

Кадр из художественного фильма «Ермак» 1996 год. Режиссёры Валерий Усков, Владимир Краснопольский.

Кадр из художественного фильма «Ермак» 1996 год. Режиссёры Валерий Усков, Владимир Краснопольский.

... Читать дальше »

***

Из живописи фантастической 006. MICHAEL WHELAN...Смотреть ещё »

***

Шахматы в...

Обучение

О книге

Разные разности

Из НОВОСТЕЙ 

Новости

Из свежих новостей - АРХИВ...

11 мая 2010

Аудиокниги

Новость 2

Семашхо

***

Просмотров: 329 | Добавил: iwanserencky | Теги: путешественники, история, книга, Орельяна Франсиско де, путешествия, Игорь Муромов, 100 Великих путешественников, Коронадо Франсиско Васкес де, Муромов, Сото Эрнандо Де | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: