Главная » 2017 » Сентябрь » 26 » О, мой застенчивый герой
18:56
О, мой застенчивый герой

***

***  

О, МОЙ ЗАСТЕНЧИВЫЙ ГЕРОЙ,

ты ловко избежал позора.

Как долго я играла роль,

не опираясь на партнера!

К проклятой помощи твоей

я не прибегнула ни разу.

Среди кулис, среди теней

ты спасся, незаметный глазу.

Но в этом сраме и бреду

я шла пред публикой жестокой -

все на беду, все на виду,

все в этой роли одинокой.

О, как ты гоготал, партер!

Ты не прощал мне очевидность

бесстыжую моих потерь,

моей улыбки безобидность.

И жадно шли твои стада

напиться из моей печали.

Одна, одна - среди стыда

стою с упавшими плечами.

Но опрометчивой толпе

герой действительный не виден.

Герой, как боязно тебе!

Не бойся, я тебя не выдам.

Вся наша роль - моя лишь роль.

Я проиграла в ней жестоко.

Вся наша боль - моя лишь боль.

Но сколько боли. Сколько. Сколько.

1960-1961

Белла Ахмадулина.

***  ***

***        ***   Источник:  https://ok.ru/group53968690020472/topic/67297736163448

Белла Ахмадулина на выступлении.

         https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D1%85%D0%BC%D0%B0%D0%B4%D1%83%D0%BB%D0%B8%D0%BD%D0%B0,_%D0%91%D0%B5%D0%BB%D0%BB%D0%B0_%D0%90%D1%85%D0%B0%D1%82%D0%BE%D0%B2%D0%BD%D0%B0             ***                                                                                                                                                                                        ***       

АВГУСТ
Так щедро август звёзды расточал.
Он так бездумно приступал к владенью,
и обращались лица ростовчан
и всех южан - навстречу их паденью.

Я добрую благодарю судьбу.
Так падали мне на плечи созвездья,
как падают в заброшенном саду
сирени неопрятные соцветья.

Подолгу наблюдали мы закат,
соседей наших клавиши сердили,
к старинному роялю музыкант
склонял свои печальные седины.

Мы были звуки музыки одной.
О, можно было инструмент расстроить,
но твоего созвучия со мной
нельзя было нарушить и расторгнуть.

В ту осень так горели маяки,
так недалёко звёзды пролегали,
бульварами шагали моряки,
и девушки в косынках пробегали.

Всё то же там паденье звёзд и зной,
всё так же побережье неизменно.
Лишь выпали из музыки одной
две ноты, взятые одновременно.

1958                                    

***  

                                                                                                                                                                           ***    

Я думала, что ты мой враг,
что ты беда моя тяжелая,
а вышло так: ты просто враль,
и вся игра твоя - дешевая.

На площади Манежная
бросал монету в снег.
Загадывал монетой,
люблю я или нет.

И шарфом ноги мне обматывал
там, в Александровском саду,
и руки грел, а все обманывал,
всё думал, что и я солгу.

Кружилось надо мной вранье,
похожее на воронье.

Но вот в последний раз прощаешься.
В глазах ни сине, ни черно.
О, проживешь, не опечалишься,
а мне и вовсе ничего.

Но как же всё напрасно,
но как же всё нелепо!
Тебе идти направо.
Мне идти налево.

1957                          ***          

ДРУГОЕ
Что сделалось? Зачем я не могу,
уж целый год не знаю, не умею
слагать стихи и только немоту
тяжелую в моих губах имею?

Вы скажете - но вот уже строфа,
четыре строчки в ней, она готова.
Я не о том. Во мне уже стара
привычка ставить слово после слова.

Порядок этот ведает рука.
Я не о том. Как это прежде было?
Когда происходило - не строка -
другое что-то. Только что?- забыла.

Да, то, другое, разве знало страх,
когда шалило голосом так смело,
само, как смех, смеялось на устах
и плакало, как плач, если хотело?

1966                         ***                      

Жила в позоре окаянном,
а все ж душа - белым-бела,
и если кто-то океаном
и был - то это я была.

О, мой купальщик боязливый,
ты б сам не выплыл - это я
волною нежной и брезгливой
на берег вынесла тебя.

Что я наделала с тобою!
Как позабыла в той беде,
что стал ты рыбой голубою,
взлелеянной в моей воде!

И повторяют вслед за мною,
и причитают все моря:
о ты, дитя мое родное,
о бедное, прости меня!

1960-1961                                ***                      

Завидна мне извечная привычка
быть женщиной и мужнею женою,
но уж таков присмотр небес за мною,
что ничего из этого не вышло.

Храни меня, прищур неумолимый,
в сохранности от всех благополучий,
но обойди твоей опекой жгучей
двух девочек, замаранных малиной.

Еще смеются, рыщут в листьях ягод
и вдруг, как я, глядят с такой же грустью.
Как все, хотела — и поила грудью,
хотела — медом, а вспоила — ядом.

Непоправима и невероятна
в их лицах мета нашего единства.
Уж коль ворона белой уродится,
не дай ей бог, чтоб были воронята.

Белеть — нелепо, а чернеть — не ново,
чернеть — недолго, а белеть — безбрежно.
Все более я пред людьми безгрешна,
все более я пред детьми виновна
.
1974                                            ***                                  

Зима на юге. Далеко зашло
ее вниманье к моему побегу.
Мне - поделом. Но югу-то за что?
Он слишком юн, чтоб предаваться снегу.

Боюсь смотреть, как мучатся в саду
растений полумертвые подранки.
Гнев севера меня имел в виду,
я изменила долгу северянки.

Что оставалось выдумать уму?
Сил не было иметь температуру,
которая бездомью моему
не даст погибнуть спьяну или сдуру.

Неосторожный беженец зимы,
под натиском ее несправедливым,
я отступала в теплый тыл земли,
пока земля не кончилась обрывом.

Прыжок мой, понукаемый бедой,
повис над морем - если море это:
волна, недавно бывшая водой,
имеет вид железного предмета.

Над розами творится суд в тиши,
мороз кончины им сулят прогнозы.
Не твой ли ямб, любовь моей души,
шалит, в морозы окуная розы?

Простите мне, теплицы красоты!
Я удалюсь и всё это улажу.
Зачем влекла я в чуждые сады
судьбы моей громоздкую поклажу?

Мой ад - при мне, я за собой тяну
суму своей печали неказистой,
так альпинист, взмывая в тишину,
с припасом суеты берет транзистор.

И впрямь - так обнаглеть и занестись,
чтоб дисциплину климата нарушить!
Вернулась я, и обжигает кисть
обледеневшей варежки наручник.

Зима, меня на место водворив,
лишила юг опалы снегопада.
Сладчайшего цветения прилив
был возвращен воскресшим розам сада.

Январь со мной любезен, как весна.
Краса мурашек серебрит мне спину.
И, в сущности, я польщена весьма
влюбленностью зимы в мою ангину.

1968

 

     ***

***

***

***  

***

***    

Из глубины моих невзгод
молюсь о милом человеке.
Пусть будет счастлив в этот год,
и в следующий, и вовеки.

Я, не сумевшая постичь
простого таинства удачи,
беду к нему не допустить
стараюсь так или иначе.

И не на радость же себе,
загородив его плечами,
ему и всей его семье
желаю миновать печали.

Пусть будет счастлив и богат.
Под бременем наград высоких
пусть подымает свой бокал
во здравие гостей веселых,

не ведая, как наугад
я билась головою оземь,
молясь о нем — средь неудач,
мне отведенных в эту осень.

1960-1961

***   

Какое блаженство, что блещут снега,
что холод окреп, а с утра моросило,
что дико и нежно сверкает фольга
на каждом углу и в окне магазина.

Пока серпантин, мишура, канитель
восходят над скукою прочих имуществ,
томительность предновогодних недель
терпеть и сносить - что за дивная участь!

Какая удача, что тени легли
вкруг елок и елей, цветущих повсюду,
и вечнозеленая новость любви
душе внушена и прибавлена к чуду.

Откуда нагрянули нежность и ель,
где прежде таились и как сговорились!
Как дети, что ждут у заветных дверей,
я ждать позабыла, а двери открылись.

Какое блаженство, что надо решать,
где краше затеплится шарик стеклянный,
и только любить, только ель наряжать
и созерцать этот мир несказанный...

Декабрь 1974

***

001. Гуамское ущелье (16)

***  

КОФЕЙНЫЙ ЧЕРТИК
Опять четвертый час. Да что это, ей-богу!
Ну, что, четвертый час, о чём поговорим?
Во времени чужом люблю свою эпоху:
тебя, мой час, тебя, веселый кофеин.

Сообщник-гуща, вновь твой черный чертик ожил.
Ему пора играть, но мне-то — спать пора.
Но угодим — ему. Ум на него помножим —
и то, что обретем, отпустим до утра.

Гадаешь ты другим, со мной — озорничаешь.
Попав вовнутрь судьбы, зачем извне гадать?
А если я спрошу, ты ясно означаешь
разлуку, но любовь, и ночи благодать.

Но то, что обрели,— вот парочка, однако.
Их общий бодрый пульс резвится при луне.
Стих вдумался в окно, в глушь снега и оврага,
и, видимо, забыл про чертика в уме.

Он далеко летал, вернулся, но не вырос.
Пусть думает свое, ему всегда видней.
Ведь догадался он, как выкроить и выкрасть
Тарусу, ночь, меня из бесполезных дней.

Эй, чертик! Ты шалишь во мне, а не в таверне.
Дай помолчать стиху вблизи его луны.
Покуда он вершит свое само-творенье,
люблю на труд его смотреть со стороны.

Меня он никогда не утруждал нимало.
Он сочинит свое — я напишу пером.
Забыла — дальше как? Как дальше, тетя Маня?
Ах, да, там дровосек приходит с топором.

Пока же стих глядит, что делает природа.
Коль тайну сохранит и не предаст словам —
пускай! Я обойдусь добычею восхода.
Вы спали — я его сопроводила к вам.

Всегда казалось мне, что в достиженье рани
есть лепта и моя, есть тайный подвиг мой.
Я не ложилась спать, а на моей тетради
усталый чертик спит, поникнув головой.

Пойду, спущусь к Оке для первого поклона.
Любовь души моей, вдруг твой ослушник — здесь
и смеет говорить: нет воли, нет покоя,
а счастье — точно есть. Это оно и есть.

12 марта 1981, Таруса

***

Всегда казалось мне, что в достиженье рани
есть лепта и моя, есть тайный подвиг мой.
Я не ложилась спать, а на моей тетради
усталый чертик спит, поникнув головой.(Ахмадулина)

***   

МАЗУРКА ШОПЕНА
Какая участь нас постигла,
как повезло нам в этот час,
когда бегущая пластинка
одна лишь разделяла нас!

Сначала тоненько шипела,
как уж, изъятый из камней,
но очертания Шопена
приобретала всё слышней.

И забирала круче, круче,
и обещала: быть беде,
и расходились эти круги,
как будто круги по воде.

И тоненькая, как мензурка
внутри с водицей голубой,
стояла девочка-мазурка,
покачивая головой.

Как эта, с бедными плечами,
по-польски личиком бела,
разведала мои печали
и на себя их приняла?

Она протягивала руки
и исчезала вдалеке,
сосредоточив эти звуки
в иглой исчерченном кружке.

1958

***                    

***   

Мне вспоминать сподручней, чем иметь.
Когда сей миг и прошлое мгновенье
соединятся, будто медь и медь,
их общий звук и есть стихотворенье.

Как я люблю минувшую весну,
и дом, и сад, чья сильная природа
трудом горы держалась на весу
поверх земли, но ниже небосвода.

Люблю сейчас, но, подлежа весне,
я ощущала только страх и вялость
к объему моря, что в ночном окне
мерещилось и подразумевалось.

Когда сходились море и луна,
студил затылок холодок мгновенный,
как будто я, превысив чин ума,
посмела фамильярничать с Вселенной.

В суть вечности заглядывал балкон -
не слишком ли? Но оставалась радость,
что, возымев во времени былом
день нынешний,- за всё я отыграюсь.

Не наглость ли - при море и луне
их расточать и обмирать от чувства:
они живут воочью, как вчерне,
и набело навек во мне очнутся.

Что происходит между тем и тем
мгновеньями? Как долго длится это -
в душе крепчает и взрослеет тень
оброненного в глушь веков предмета.

Не в этом ли разгадка ремесла,
чьи правила: смертельный страх и доблесть,
блеск бытия изжить, спалить дотла
и выгадать его бессмертный отблеск?

1968

***   

Все стихи на одной странице

  » Какое блаженство, что блещут снега... » Пришла. Стоит. Ей восемнадцать лет...
» Апрель » Клянусь » Прощай! Прощай! Со лба сотру...
» Бабочка » Когда жалела я Бориса... » Прощание
» Бог » Кофейный чертик » Пятнадцать мальчиков
» Болезнь » Кто знает - вечность или миг... » Ревность пространства. 9 марта
» Быть по сему: оставьте мне... » Мазурка Шопена » Рисунок
» Бьют часы, возвестившие осень... » Медлительность » Сад
» В опустевшем доме отдыха » Мне вспоминать сподручней, чем иметь... » Свеча
» В том времени, где и злодей... » Молитва » Семья и быт
» В тот месяц май, в тот месяц мой... » Молоко » Сказка о Дожде
» Варфоломеевская ночь » Мотороллер » Слово
» Венеция моя » Не добела раскалена... » Случилось так, что двадцати семи...
» Весной, весной, в ее начале... » Не писать о грозе » Смеясь, ликуя и бунтуя...
» Взойти на сцену » Не уделяй мне много времени... » Снегурочка
» Влечет меня старинный слог... » Невеста » Снимок
» Возвращение из Ленинграда » Нежность » Сны о Грузии - вот радость...
» Вот не такой, как двадцать лет назад... » Немота » Сон (Наскучило уже, да и некстати...)
» Всех обожаний бедствие огромно... » Ни слова о любви! Но я о ней ни слова... » Сон (О опрометчивость моя!..)
» Газированная вода » Ночь » Строка
» Глубокий нежный сад, впадающий в Оку... » Ночь перед выступлением » Так дурно жить, как я вчера жила...
» Два гепарда » О, еще с тобой случится... » Так и живем — напрасно маясь...
» Декабрь » О, мой застенчивый герой... » Так, значит, как вы делаете, други?..
» День: 12 марта 1981 года » Однажды, покачнувшись на краю... » Твой дом
» Дождь в лицо и ключицы... » Описание ночи » Театр
» Дождь и сад » Описание обеда » Теперь о тех, чьи детские портреты...
» Другое » Опять в природе перемена...  
» Живут на улице Песчаной... » Опять сентябрь, как тьму времён назад...  
» Жила в позоре окаянном... » Осень » Чем отличаюсь я от женщины с цветком...
» Жилось мне весело и шибко... » Отрывок из маленькой поэме о Пушкине » Черный ручей
» Завидна мне извечная привычка... » Отселева за тридевять земель.. » Четверть века, Марина, тому...
» Заклинание » Пейзаж » Что за мгновенье! Родное дитя...
» Зима на юге. Далеко зашло...   » Чужая машинка
» Зимняя замкнутость » Подражание » Я вас люблю, красавицы столетий...
» Игры и шалости » Последний день живу я в странном доме... » Я думала, что ты мой враг...
» Из глубины моих невзгод... » Пререкание с Крымом » Я думаю: как я была глупа...
» Как холодно в Эшери и как строго... » Приключение в антикварном магазине » Я завидую ей — молодой...

           

http://rupoem.ru/axmadulina/all.aspx

...друзей моих прекрасные черты...

 

И я познаю мудрость и печаль,свой тайный смысл доверят мне предметы.Природа, прислонясь к моим плечам,объявит свои детские секреты.             

По улице моей который год

звучат шаги...

                                                                                                                                                                                                      ***         

***

***   Звучат шаги

***  

ПО УЛИЦЕ МОЕЙ КОТОРЫЙ ГОД... SAM_7968.jpg

***  ПО УЛИЦЕ МОЕЙ КОТОРЫЙ ГОД...

 

Запущены моих друзей дела,
нет в их домах ни музыки, ни пенья,
и лишь, как прежде, девочки Дега
голубенькие оправляют перья.

Ну что ж, ну что ж, да не разбудит страх
вас, беззащитных, среди этой ночи.
К предательству таинственная ... Читать дальше »

***

***

***

***

***

Прикрепления: Картинка 1 · Картинка 2
Просмотров: 396 | Добавил: iwanserencky | Теги: друзей моих прекрасные черты, поэзия, О мой застенчивый герой, Белла Ахмадулина, стихи, КОТОРЫЙ ГОД, Звучат шаги, ПО УЛИЦЕ МОЕЙ | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: