Главная » 2022 » Май » 15 » "Гаргантюа и Пантагрюэль". Франсуа Рабле. 014
00:19
"Гаргантюа и Пантагрюэль". Франсуа Рабле. 014

---

---

VI.

 

Почему новобрачные освобождались отъ обязанности идти на войну

-- Но,-- спросилъ Панургъ,-- въ какомъ законѣ опредѣлено и установлено, что тѣ, которые насаждаютъ новые виноградники, тѣ, которые строятъ новыя жилища, и новобрачные будутъ освобождены въ теченіе перваго года отъ обязанности идти на войну?

   -- Въ Моисеевомъ законѣ,-- отвѣчалъ Пантогрюэль.
   -- Почему же освобождены новобрачные?-- спросилъ Панургъ. Я слишкомъ старъ, чтобы интересоваться виноградарями; строители, складывающіе мертвые камни, тоже не внесены въ мою книгу жизни. Я складываю только живые камни, а именно, людей,
   -- По моему мнѣнію,-- отвѣчалъ Пантагрюэль,-- причина этому та, что желали, чтобы въ первый годъ они въ волю наслаждались любовью и запаслись наслѣдниками. Такимъ образомъ, если бы случилось имъ на второй годъ быть убитыми на войнѣ, то ихъ имена и оружіе перешли бы къ ихъ дѣтямъ. Также хотѣли узнать навѣрное, плодовиты ли ихъ жены или безплодны,-- для чего опытъ одного года казался достаточнымъ въ виду зрѣлаго возраста, въ которомъ онѣ вступали въ бракъ,-- чтобы въ случаѣ смерти первыхъ мужей жены скорѣе могли вторично выдти замужъ: плодовитыя -- за тѣхъ, которые пожелаютъ многочисленнаго потомства; безплодныя -- за тѣхъ, которые объ этомъ не думаютъ и возьмутъ ихъ ради ихъ добродѣтелей, а именно: добронравія и для домашнихъ утѣхъ и поддержанія хозяйства.
   -- Проповѣдники въ Вареннѣ, сказалъ Панургъ,-- осуждаютъ вторичный бракъ, какъ безуміе и нечестіе.
   -- Не по носу табакъ,-- отвѣчалъ Пантагрюэль.
   -- Само собой разумѣется,-- сказалъ Панургъ,-- да и братъ Пролазъ въ разгарѣ проповѣди, сказанной имъ въ Парельи, когда онъ громилъ вторичный бракъ и божился, что пусть его діаволъ унесетъ въ адъ, если онъ не предпочтетъ лишить невинности сто дѣвъ, нежели связаться съ одной вдовой. Я нахожу ваше мнѣніе разумнымъ и основательнымъ. Но что вы скажете, если это увольненіе отъ военной службы было дано имъ потому, что въ теченіе перваго года своей брачной жизни они такъ усердствовали -- что вполнѣ законно и справедливо -- въ любви къ. женамъ, что истощили всѣ свои силы; и что въ день битвы они бы оказались совсѣмъ никуда негодными и остались бы при обозѣ, какъ трусы, вмѣсто того, чтобы занять тѣ мѣста, гдѣ храбрые воины, предводительствуемые Беллоной, идутъ въ атаку и наносятъ жестокіе удары непріятелю; и если бы ихъ подвиги подъ знаменами Марса оказались бы ничего не стоящими отъ того, что они слишкомъ усердствовали въ служеніи Венерѣ? Что это именно такъ и было, можно заключить изъ того, что во всѣхъ знатныхъ фамиліяхъ до сихъ поръ удерживается старинный, умный обычай посылать по истеченіи шести недѣль новобрачныхъ навѣстить дядюшку, чтобы удалить ихъ отъ женъ и дать имъ отдыхъ и возможность возобновить свои силы для новыхъ подвиговъ по возвращеніи, при чемъ часто у нихъ даже и нѣтъ никакого дядюшки или тетушки. Такимъ образомъ король Пето {Король изъ старинныхъ сказокъ, отъ которыхъ осталась поговорка: La cour du roi Pétaud.} послѣ битвы при Корнабонѣ, собственно говоря, не прогналъ насъ, меня и Куркалье, но отослалъ насъ домой собраться съ новыми силами. Онъ до сихъ поръ еще ищетъ свой домъ. Крестная мать моего дѣдушки, когда я былъ маленькимъ, говаривала мнѣ:
   "Молитва Господня и другія молитвы существуютъ для тѣхъ, кто ихъ можетъ запомнить. Флейтистъ, отправляющійся на сѣнокосъ, сильнѣе двоихъ, возращающихся съ сѣнокоса". Что меня утверждаетъ въ этомъ мнѣніи, такъ это то, что виноградари почти не ѣдятъ винограда и не пьютъ вина въ продолженіе перваго года, когда они насаждаютъ виноградники, а строители не живутъ первый годъ во вновь отстроенномъ домѣ, подъ страхомъ задохнуться, какъ это отмѣтилъ ученый Галенъ (lib. II. De la difficulté сіе respirer.). Не въ обиду вашей чести будь сказано, я спросилъ это не безъ причинной причины и не безъ резоннаго резона.
  

VII.

 

О томъ, какъ Панургъ вдѣлъ блоху въ ухо и снялъ свой великолѣпный клапанъ отъ штановъ.

   На другой день Панургъ велѣлъ пронять себѣ правое ухо, на-еврейскій ладъ, и вдѣлъ въ него золотое съ мозаикой колечко, въ гнѣздѣ котораго вправлена была блоха. И чтобы вы не сомнѣвались, сообщаю вамъ, что блоха была черная. Хорошее дѣло имѣть достовѣрныя свѣдѣнія насчетъ всего. Кормленіе этой блохи, какъ это видно изъ приходо-расходныхъ книгъ, стоило дороже въ четверть года, нежели приданое Гирканской тигрицы, а именно; 609000 мараведи {Испанская монета.}. Такія издержки досаждали ему, когда онъ расквитался съ долгами, и съ тѣхъ поръ онъ сталъ питать ее, на манеръ тирановъ и адвокатовъ, потомъ и кровью своихъ подданныхъ. Онъ взялъ четыре аршина грубой шерстяной ткани и завернулся въ нее какъ въ длинную тогу, снялъ штаны и прицѣпилъ къ шапкѣ очки. И въ такомъ видѣ предсталъ передъ Пантагрюэлемъ, который нашелъ его костюмъ страннымъ, тѣмъ болѣе, что не видѣлъ больше на немъ великолѣпнаго и красиваго клапана. отъ штановъ, который, какъ онъ зналъ, Панургъ считалъ якоремъ спасенія и послѣднимъ убѣжищемъ отъ всякихъ житейскихъ крушеній и невзгодъ.
   Не понимая этой тайны, добрый Пантагрюэль спросилъ его, что означаетъ эта новая прозопопея?
   -- У меня блоха въ ухѣ {Avoir la puce à l'oreille -- безпокоиться, тревожиться.},-- отвѣчалъ Панургъ. Я хочу жениться.
   -- Съ Богомъ!-- замѣтилъ Пантагрюэль,-- это меня радуетъ, хотя, правду сказать, не настолько, чтобы мнѣ одурѣть отъ радости. Но не въ обычаѣ у влюбленныхъ ходить со спущенными штанами и выпущенной поверхъ штановъ рубашкой и въ длинной тогѣ изъ грубой шерстяной ткани сѣраго цвѣта, который въ такихъ случаяхъ совсѣмъ не употребляется добрыми и честными людьми. Если какіе-нибудь еретики и сектанты во время оно и переодѣвались такимъ образомъ, то многіе считали это обманомъ, притворствомъ и попыткой потиранствовать надъ простымъ народомъ; я не хочу, однако, осуждать ихъ и произносить надъ ними суровый приговоръ. Каждый поступаетъ, какъ ему вздумается, въ особенности въ дѣлахъ внѣшнихъ и безразличныхъ, которыя сами по себѣ не хороши и не дурны, потому что не исходятъ изъ сердца или ума -- источниковъ всякаго добра и всякаго зла:-- добра, если чувство доброе и истекаетъ изъ чистаго духа; зла -- если чувство недоброе и искажено злымъ духомъ. Но въ настоящемъ случаѣ мнѣ не нравится новшество и презрѣніе къ принятымъ обычаямъ.
   -- Цвѣтъ,-- отвѣчалъ Панургъ,-- такой же, какой бываетъ у горшковъ, и я намѣренъ его отнынѣ придерживаться и быть бережливымъ. Разъ я расквитался съ долгами, то буду самымъ невеселымъ человѣкомъ, какого вы когда-либо видали въ жизни, если только Господь не придетъ ко мнѣ на помощь. Взгляните на мои очки. Издали меня можно принять за брата Жана Дуржуа {Францисканскій монахъ, жившій при Людовикѣ XI и Карлѣ VIII, основатель многихъ монастырей.}. Я думаю, что, пожалуй, уже въ слѣдующемъ году стану проповѣдывать крестовый походъ. Видите ли вы эту сѣрую тогу? Повѣрьте, что въ ней скрыто какое-то тайное свойство, мало кому извѣстное. Я только сегодня утромъ облекся въ нее, но уже горю желаніемъ, жажду быть женатымъ и ухаживать за женой, не опасаясь быть побитымъ. О, какой я буду великій скопидомъ! Послѣ моей смерти меня сожгутъ изъ уваженія и чтобы сохранить на память и поученіе потомству пепелъ совершеннаго скопидома. Поглядите на меня спереди и сзади: на мнѣ образецъ античной тоги, одѣянія римлянъ въ мирное время. Я снялъ фасонъ съ Траяновой колонны въ Римѣ, а также и съ тріумфальной арки Септимія Севера. Я усталъ отъ войны, усталъ отъ воинскаго наряда. Плечи мои утомлены до изнеможенія бранными доспѣхами. Долой оружіе, да здравствуетъ тога, хотя бы на весь послѣдующій годъ, если я буду женатъ, въ силу Моисеева закона, о которомъ вы мнѣ вчера повѣдали! Что касается штановъ, то внучатная тетушка моя Лорансъ когда-то говорила мнѣ, что они придуманы ради клапана. Пожалуй, что и такъ, принимая во вниманіе то, что говоритъ честный шутъ Галенъ (кн. IX. Объ употребленіи нашихъ членовъ), а именно: что голова создана для глазъ. Ибо природа могла бы помѣстить наши глаза въ колѣняхъ или на локтяхъ; но, создавъ глаза, чтобы видѣть вдаль, она посадила голову точно на полку наверху тѣла, подобно тому, какъ мы видимъ маяки и высокія башни, которыя воздвигаются въ морскихъ гаваняхъ, чтобы свѣтъ ихъ былъ виденъ издали. И, какъ разъ, потому, что я бы желалъ на нѣкоторое время, по крайней мѣрѣ, на годъ, отдохнуть отъ браннаго дѣла, то-есть, жениться, я и не надѣваю клапана, то-есть штановъ. Клапанъ -- главная часть бранныхъ доспѣховъ для человѣка военнаго. Я буду утверждать это до костра (исключительно, понятно), а потому вооруженіе турокъ неудовлетворительно, ибо имъ запрещено по закону носить клапанъ.
  

VIII.

 

О томъ, почему клапанъ -- главная часть бранныхъ доспѣховъ для военныхъ людей.

   -- Неужели вы станете утверждать, сказало, Пантагрюэль,-- что клапанъ -- главная часть бранныхъ доспѣховъ? Это ученіе -- новое и крайне парадоксальное.
   -- Утверждаю -- отвѣчалъ Панургъ,-- и не безъ основанія. Посмотрите, какъ природа, дабы сохранить и продлить на долгій періодъ времени созданные ею растенія, деревья, кустарники, травы и зоофиты,-- такъ, чтобы виды не погибали, хотя, бы отдѣльныя особи и умирали,-- диковинно вооружила ихъ зародыши и сѣмена, которыя и служатъ для продолженія ихъ рода, и снабдила ихъ и облекла, съ удивительнымъ искусствомъ, шелухой, костеобразной оболочкой, скорлупой, шипами, корой, и это служитъ имъ прекраснымъ естественнымъ клапаномъ. Примѣръ тому ясно видимъ на горохѣ, бобахъ, орѣхахъ, фасоли, скороспѣлыхъ персикахъ, зерновыхъ хлѣбахъ, макѣ, лимонахъ, каштанахъ и вообще всѣхъ растеніяхъ, у которыхъ явно замѣчаемъ, что зародыши и сѣмена старательнѣе прикрыты, защищены и вооружены, нежели другія ихъ части. Такой заботливости въ сохраненіи рода человѣческаго природа не проявила. Она создала человѣка голымъ, нѣжнымъ, хрупкимъ, безоружнымъ, какъ для обороны, такъ и для наступленія, въ состояніи невинности, свойственной первоначальному золотому вѣку; не какъ растете, но какъ существо одушевленное, созданное не для войны, а для мира, существо, созданное, чтобы пользоваться невозбранно всѣми плодами и произрастеніями, существо, созданное для мирнаго владычества надъ всѣми животными. Когда же, позднѣе, при наступленіи желѣзнаго вѣка и царства Юпитера, люди стали злы,-- земля начала производить крапиву, репейникъ, всякія колючія растенія, и такимъ образомъ учинился какъ бы бунтъ противъ человѣка среди растеній. Съ другой стороны, почти всѣ животныя роковымъ образомъ освободились изъ-подъ его господства, молча сговорились не служить ему болѣе, но сопротивляться и вредить по мѣрѣ силъ и возможности. Такимъ образомъ человѣкъ, желая удержать свою прежнюю власть и продолжать господствовать,-- тѣмъ, болѣе, что онъ и не могъ обходиться безъ услугъ многихъ животныхъ,-- увидѣлъ необходимость вооружиться.
   -- Клянусь божественнымъ гусемъ Гене,-- вскричалъ Пантагрюэль, послѣ послѣднихъ дождей ты сталъ, что называется, великимъ философомъ!
   -- Замѣтьте,-- продолжалъ Панургъ, какимъ образомъ природа внушила ему вооружиться и какую часть своего тѣла онъ первою вооружилъ. По свидѣтельству военачальника и философа еврейскаго Моисея, онъ вооружился добрымъ и знатнымъ клапаномъ изъ фиговыхъ листьевъ {Пропущенное мѣсто не можетъ быть переведено по его крайней непристойности.}, . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
   ....Перестаньте же удивляться моему одѣянію.
  

IX.

 

О томъ, какъ Панургъ совѣтовался съ Пантагрюэлемъ: слѣдуетъ ли ему жениться.

   Такъ какъ Пантагрюэль ничего не возражалъ, то Панургъ продолжалъ свою рѣчь и сказалъ, съ глубокимъ вздохомъ:
   -- Господинъ, вы слышали о моемъ намѣреніи жениться; если всѣ пути къ тому, на бѣду, не заказаны, то, умоляю васъ, ради любви, которую вы такъ давно ко мнѣ питаете, скажите мнѣ ваше мнѣніе.
   -- Если,-- отвѣчалъ Пантагрюэль,-- вы такъ рѣшили и намѣреніе ваше твердо, то безполезно объ этомъ разговаривать, а нужно только привести въ исполненіе.
   -- Хорошо,-- отвѣчалъ Панургъ,-- но я не желалъ бы поступить безъ вашего добраго совѣта и согласія.
   -- Я согласенъ,-- сказалъ Пантагрюэль,-- и совѣтую вамъ жениться.
   -- Но,-- отвѣчалъ Панургъ,-- если вы думаете, что мнѣ лучше бы не жениться и. не измѣнять своего положенія, то я предпочелъ бы остаться холостымъ.
   -- Ну, такъ не женитесь,-- сказалъ Пантагрюэль.
   -- Хорошо,-- замѣтилъ Панургъ,-- но неужели вы хотите, чтобы я пробылъ всю жизнь безъ супруги? Вы знаете, что написано: Vae soli! {Притчи Соломона: IV, 10.} ("Горе одинокому!"). Одинокій человѣкъ никогда не бываетъ такъ счастливъ, какъ женатый.
   -- Ну, такъ женитесь, ради Бога!-- отвѣчалъ Пантагрюэль.
   -- Ну, а вдругъ,-- сказалъ Панургъ,-- жена сдѣлаетъ меня рогоносцемъ, какихъ, какъ вамъ извѣстно, ного на свѣтѣ; вѣдь это выведетъ меня изъ терпѣнія! Я очень люблю рогоносцевъ и охотно вожу съ ними компанію; но самъ, хоть умереть, не желалъ бы имъ быть. Я на этотъ счетъ очень щекотливъ.
   -- Ну, значитъ, не женитесь,-- отвѣчалъ Пантагрюэль,-- потому что изреченіе Сенеки, несомнѣнно, не допускаетъ исключенія: "Какъ ты поступалъ съ другими, такъ, будь увѣренъ, другіе поступятъ съ тобой".
   -- Вы говорите,-- сказалъ Панургъ,-- что это правило безъ исключенія?
   -- Безъ исключенія,-- отвѣчалъ Пантагрюэль.
   -- Ого, то!-- сказалъ Панургъ,-- чорта съ два! Какъ знать, говорилъ онъ про этотъ или про тотъ свѣтъ? Но если я такъ же не могу обойтись безъ жены, какъ слѣпой безъ палки, то не лучше ли мнѣ соединиться съ какой-нибудь честной и добродѣтельной женщиной, нежели мѣнять ихъ каждый день съ опасностью быть побитымъ или, чего хуже, заболѣть венерической болѣзнью? Съ честными женщинами мнѣ не приходилось водиться, не въ обиду будь сказано ихъ мужьямъ.
   -- Женитесь же, ради Бога!-- отвѣчалъ Пантагрюэль.
   -- Но если Богу угодно будетъ,-- сказалъ Панургъ,-- чтобы я женился на честной женщинѣ, которая будетъ меня бить, вѣдь я съ ума сойду отъ злости. Мнѣ говорили, что честныя женщины обыкновенно очень сварливы, а потому несносны въ семейной жизни. Въ таковъ случаѣ я ее всю изобью и переломаю ей руки, ноги, ребра, пробью голову, легкія, печень и селезенку; платье на ней изорву въ клочки палкою, такъ что чертямъ тошно станетъ. Я бы желалъ еще на годъ, по крайней мѣрѣ, быть въ безопасности отъ такихъ крайнихъ мѣръ.
   -- Ну, значитъ, не женитесь,-- отвѣчалъ Пантагрюэль.
   -- Хорошо,-- сказалъ Панургъ,-- но какъ быть, когда я расплатился съ долгами и холостъ! Замѣтьте, что я расплатился съ долгами совсѣмъ не кстати, потому что будь я весь въ долгу, мои кредиторы заботились бы о продолженіи моего рода; но разъ я расплатился съ долгами и не женатъ, у меня нѣтъ никого, кто бы заботился обо мнѣ и окружалъ бы меня такою любовью, какова любовь супружеская, по словамъ добрыхъ людей. И если бы я, чего добраго, заболѣлъ, за мною будутъ ухаживать шиворотъ-навыворотъ. Мудрецъ {Іисусъ сынъ Сираховъ, XXXVII, 27.} говоритъ: "Тамъ, гдѣ нѣтъ жены (то-есть матери семейства и законной супруги), тамъ больному плохо приходится". Я этого достаточно наглядѣлся у папъ, легатовъ, кардиналовъ, епископовъ, аббатовъ, игуменовъ и монаховъ. Неужели вы хотите и мнѣ того же?
   -- Ну, такъ женитесь, ради Бога!-- отвѣчалъ Пантагрюэль.
   -- Но что, если я заболѣю и не въ силахъ буду исполнять супружескія обязанности -- сказалъ Панургъ,-- а жена моя, разсердясь на мое безсиліе, отдастся другому и не только не станетъ ухаживать за мною, но насмѣется надъ моимъ несчастіемъ и, что хуже того, оберетъ меня, какъ я это частенько видалъ, то вѣдь мнѣ придется совсѣмъ плохо и я рискую остаться въ одной рубашкѣ!
   -- Ну, значитъ, не женитесь,-- отвѣчалъ Пантагрюэль.
   -- Хорошо,-- сказалъ Панургъ,-- но въ такомъ случаѣ у меня не будетъ законныхъ ни сыновей, ни дочерей, которымъ бы я могъ передать свое имя и гербъ, для продолженія рода, и которымъ бы я оставилъ свое имущество наслѣдственное и благопріобрѣтенное (которое будетъ не малое, если я примусь въ одинъ прекрасный день наживать деньги и создамъ себѣ большіе доходы) и съ которыми я могъ бы разогнать грусть-кручину, какъ, я вижу, это ежедневно дѣлаетъ вашъ отецъ въ вашемъ обществѣ, и какъ дѣлаютъ это всѣ добрые люди въ своемъ семейномъ кругу. Вѣдь если я буду чистъ отъ долговъ и холостъ, да вдругъ стану, паче чаянія, горевать, вмѣсто того, чтобы радоваться, вѣдь мнѣ всякъ въ глаза насмѣется!
   -- Ну, такъ женитесь же, ради Бога!-- отвѣчалъ Пантагрюэль.
  

X.

 

О томъ, какъ Пантагрюэль доказывалъ Панургу, что трудно давать совѣты въ брачныхъ дѣлахъ и что можно гадать о томъ по Гомеру и по Виргилію.

   -- Вашъ совѣтъ,-- сказалъ Панургъ,-- похожъ, съ позволенія сказать, на пѣсню Ricochet: все это одни сарказмы, насмѣшки, игра на созвучіяхъ и противорѣчіяхъ. Одно уничтожаетъ другое. Я не знаю -- чего держаться.
   -- Да вѣдь и въ вашихъ вопросахъ столько если да кабы,-- отвѣчалъ Пантагрюэль,-- что я не могу на нихъ основываться и ничего не могу рѣшить. Вы развѣ не увѣрены въ своемъ желаніи? Въ этомъ все дѣло, а остальное -- только случайность и зависитъ отъ роковыхъ рѣшеній Неба: Мы видимъ много людей, которымъ такъ повезло въ этомъ отношеніи, что въ бракѣ ихъ находимъ какъ бы отблескъ и отголосокъ райскихъ радостей. Другіе же такъ несчастны, что черти, соблазняющіе пустынниковъ въ пустыняхъ Ѳиваиды и Монсерра, не несчастнѣе ихъ. Въ бракъ слѣдуетъ вступать на удачу, съ завязанными глазами, опустивъ голову, цѣлуя землю и поручая себя Богу; короче говоря: разъ человѣкъ захотѣлъ жениться, никто не можетъ поручиться за его счастіе. Знаете ли, что мы сдѣлаемъ, если вамъ угодно: принесите мнѣ творенія Виргилія и троекратно, раскрывая ихъ ногтемъ, мы загадаемъ, какова будетъ судьба вашего брака, и смотря по тому, какіе стихи намъ откроются, мы это и рѣшимъ. Точно такъ часто бывало, что, гадая на Гомеровскихъ стихахъ, люди узнавали свою судьбу, какъ, напримѣръ, Сократъ, который, услышавъ въ тюрьмѣ произнесенный стихъ Гомера, въ которомъ Ахиллесъ говоритъ (Иліада, IX, 363): Ἣματι κὲν τριτάτῳ Φϑίην ἐρίβωλον ἱκοίμην, предвидѣлъ, что умретъ черезъ три дня, и увѣрялъ въ томъ Эсхина, какъ о томъ сообщаютъ Платонъ (in Critone); Цицеронъ (primo de divinatione) и Діогенъ Лаэрцій. Другой примѣръ: Опилій Макринъ, желая узнать, будетъ ли онъ римскимъ императоромъ, гадалъ, и ему вышелъ слѣдующій стихъ (Иліада, VIII, 102):
   Ὦ γέρον, ἦ μάλα δή σε νέα τειροοσι μαχηταί Σή δὲ βίη λέλοται, χαλεπὸν δέ σε γῆραςοπάζει. И, дѣйствительно онъ былъ уже старъ и пробылъ императоромъ всего лишь годъ и два мѣсяца, а затѣмъ низвергнутъ Геліогабаломъ, молодымъ и сильнымъ, и убитъ. Примѣръ: Брутъ, который хотѣлъ узнать судьбу битвы при Фарсалѣ, въ которой онъ былъ убитъ, и напалъ на стихъ, Патрокла (Иліада, XVI, 849):
  
   Ἀλλά με μοῖρ᾽ ολοὴ, καὶ Λητοῦς ἔκτανεν ὑιός.
  
   А именно: Аполлонъ, имя котораго было лозунгомъ въ этомъ сраженіи. Точно такъ въ древности стихотворенія Виргинія часто служили для предсказанія важнѣйшихъ и значительнѣйшихъ событій, включая даже занятіе трона, какъ это было съ Александромъ Северомъ, которому какъ предсказаніе выпалъ слѣдующій стихъ изъ Энеиды (VI, 851):
  
   Tu, regere imperio populos, Romane, memento.
  
   И черезъ нѣсколько лѣтъ онъ, дѣйствительно, былъ избранъ римскимъ императоромъ. А римскій императоръ Адріанъ, сомнѣваясь и желая узнать, какого мнѣнія о немъ Траянъ и насколько онъ къ нему расположенъ, гадалъ на виргиліевыхъ стихахъ, и ему вышелъ слѣдующій стихъ (Энеида, VI, 809):
  
   Quis procul, ille autem ramis insignis olivae.
   Sacra ferens? Nosco crines incanaque menta Regis Romani.
  
   И впослѣдствіи былъ усыновленъ Траяномъ и наслѣдовалъ отъ него имперію.
   А Клавдій второй, этотъ достохвальный римскій императоръ, загадавши, вынулъ слѣдующій стихъ (Энеида, 1,269):
  
   Tertia dum Latio regnantem viderit aestas.
  
   И, дѣйствительно, онъ правилъ всего лишь два года.
   Ему же, когда онъ пожелалъ загадать о судьбѣ брата своего Квинтилла, съ которымъ хотѣлъ раздѣлить правленіе, выпалъ слѣдующій стихъ (Энеида, VI, 869):
  
   Ostendent terris bunc tantum fata.
  
   Что и оправдалось, такъ какъ онъ былъ убитъ семнадцать дней спустя послѣ того, какъ вступилъ въ управленіе имперіей.
   То же предсказаніе выпало на долю императора Гордіана младшаго.
   Клавдію Альбину, желавшему тоже погадать, выпалъ слѣдующій стихъ (Энеида, VI, 858):
  
   Hie rem Romanam magno turbante tumulto.
  
   Sistet eques, etc.
   А императору Клавдію, предшественнику Авреліана, освѣдомлявшемуся о судьбѣ своего потомства, вышелъ слѣдующій стихъ (Энеида I, 278):
  
   Nic ego nec metas rerum nec tempora pono.
  
   А потому у него и были преемники съ длинными генеалогіями.
   Наконецъ, примѣръ тому мы видимъ въ Пьерѣ Лами {Другъ Раблэ, бывшій вмѣстѣ съ нимъ монахомъ въ монастырѣ Фонтенэ-Леконтъ.}, когда онъ гадалъ, чтобы узнать, спасется ли онъ отъ сѣтей демоновъ, и напалъ на такой стихъ:
  
   Heu! fuge crudeles terras, fuge littus ayarum.
   Покинь внезапно эти варварскія націи,
   Покинь внезапно эти скупые берега.
  
   И послѣ того спасся отъ нихъ цѣлъ и невредимъ.
   И тысяча другихъ примѣровъ, пересказывать которые было бы слиш комъ долго, и въ которыхъ мы увидимъ, что по стиху люди узнавали о своей судьбѣ. Я не буду, однако, утверждать, что эта судьба неотразима, чтобы не ввести васъ въ заблужденіе.
  

XI.

 

О томъ, какъ Пантагрюэль доказывалъ, что гадать на костяхъ беззаконно.

   -- Скорѣе и успѣшнѣе было бы погадать на костяхъ,-- сказалъ Панургъ.
   -- Нѣтъ,-- отвѣчалъ Пантагрюэль,-- это гаданіе зловредно, беззаконно и очень постыдно. Никогда не довѣряйтесь ему. Проклятая книга "Passetemps des dez" давнымъ-давно изобрѣтена врагомъ рода человѣческаго въ Ахаіи, около Буры. И передъ статуей Геркулеса Бурскаго во время оно и во многихъ мѣстахъ въ настоящее время вводитъ въ заблужденіе простыя души и уловляетъ ихъ въ свои сѣти. Вы знаете, какимъ образомъ мой отецъ, Гаргантюа, запретилъ это гаданіе во всемъ своемъ королевствѣ, сжегъ весь шрифтъ и всѣ рисунки, все отмѣнилъ, искоренилъ и истребилъ, какъ весьма опасную заразу. То, что я вамъ говорю о костяхъ, относится также и къ гаданію на талэхъ. Это гаданіе представляется такимъ же злоупотребленіемъ. И не указывайте мнѣ, какъ на доказательство противнаго, что Тиверію удалось получить благопріятное предсказаніе отъ оракула Геріонскаго при Апонскомъ фонтанѣ. Это одна изъ тѣхъ уловокъ, какими врагъ рода человѣческаго приводитъ простыя души къ вѣчной погибели. Но, чтобы сдѣлать вамъ удовольствіе, готовъ согласиться, чтобы вы троекратно бросили кости на этотъ столъ. По числу выпавшихъ очковъ мы выберемъ стихъ на раскрытой вами страницѣ. Кости, конечно, имѣются у васъ въ кошелькѣ?
   -- Виткомъ ими набитъ,-- отвѣчалъ Панургъ. Это зелень чорта, какъ это объясняетъ Мерленъ (libro secundo De patria diabolorum). Нортъ поймалъ бы меня безъ зелени, если бы встрѣтилъ меня безъ костей {"Le diable me prendroit sans verd, s'il me rencontroit sans dez". Намекъ на старинный обычай или игру: если кто-нибудь попадался безъ вѣточки какой-нибудь зелени въ первый день мая мѣсяца, то съ него брался фантъ: поцѣлуй, если то была женщина, или выливалось ведро воды на голову, если то оказывался мужчина. Эта игра долго держалась. У Лафонтена есть небольшая комедійна нодъ этимъ заглавіемъ: "Je vous prends sans vert".}.
Кости вынули и бросили, и выпали очки: пять, шесть, пять.
-- Шестнадцать,-- объявилъ Панургъ.-- Возьмемъ шестнадцатую страницу. Число это мнѣ нравится, и я думаю, что наше гаданіе будетъ благопріятное. Пусть я пробьюсь черезъ всѣхъ чертей, какъ шаръ черезъ разставленныя кегли или какъ пушечное ядро черезъ батальонъ пѣхоты, если въ первую же ночь не обыграю свою жену ровно столько разъ.
-- Я въ томъ не сомнѣваюсь,-- отвѣчалъ Пантагрюэль,-- нечего было такъ страшно божиться. Въ первый разъ промахнешься, и это сочтено будетъ за пятнадцать, а поутру вновь попытаешься и вотъ тебѣ шестнадцатый.
-- Вы такъ думаете?-- сказалъ Панургъ. Ну, я, какъ мужчина, еще ни разу не попадалъ впросакъ. Развѣ вы когда-нибудь замѣчали, чтобы я опростоволосился? Никогда, никогда, ровнехонько никогда. И какъ отецъ и какъ тесть я безупреченъ. Беру въ свидѣтелей всѣхъ игроковъ.
Когда онъ это договорилъ, принесли сочиненія Виргилія. Прежде чѣмъ ихъ раскрыть, Панургъ сказалъ Пантагрюэлю:
-- Сердце бьется у меня какъ полуперчатка (mitaine) {Одинъ изъ комментаторовъ Рабле утверждаетъ, что mitaine поставлено здѣсь вмѣсто misaine, паруса, вѣчно трепещущаго отъ вѣтра. Но существуетъ французское выраженіе battre la mitaine, выражающее дѣтскую игру, состоящую въ томъ, чтобы скрестивъ руки хлопать ладонью другъ друга по плечамъ. Это правильное и очень быстрое движеніе можетъ дать нѣкоторое представленіе объ учащенномъ біеніи сердца.}. Пощупайте-ка мой пульсъ на артеріи лѣвой руки: онъ такъ бьется, что можно подумать, что меня приперли къ стѣнѣ въ Сорбоннѣ. Не слѣдуетъ ли намъ до начала гаданія призвать на помощь Геркулеса и богинь Тенитъ божества, которыя, какъ говорятъ, управляютъ гаданіями.
-- Ни тѣхъ, ни другихъ,-- отвѣчалъ Пантагрюэль. Раскройте только книгу ногтемъ.

XII.

 

О томъ, какъ Пантагрюэль разслѣдовалъ, гадая на виргиліевыхъ стихахъ, каковъ будетъ бракъ Панурга.

И вотъ Панургъ, раскрывъ книгу, прочиталъ на шестнадцатой строчкѣ слѣдующій стихъ:
Nec Dens hunc mensa, Dea nec dignata cubili est {Буколики IV, 63.}.
-- Этотъ стихъ для васъ не благопріятенъ,-- сказалъ Пантагрюэль. Онъ доказываетъ, что жена ваша будетъ гулящая, а вы, слѣдовательно, рогоносецъ. Богиня немилостивая къ вамъ, это -- Минерва, весьма грозная дѣвственница, могущественная богиня, громовержица, врагъ рогоносцевъ, женолюбцевъ, прелюболѣевъ, врагъ развратныхъ женщинъ, невѣрныхъ своимъ мужьямъ и отдающихся постороннимъ мужчинамъ. Ногъ -- это Юпитеръ-громовержецъ. При чемъ слѣдуетъ замѣтить, что, по ученію этрусковъ, манубіи (такъ называли они снопы вулканическихъ молній) подчинены только Минервѣ (примѣромъ чего служитъ пожаръ, охватившій корабли Аякса Оилея) и Юпитеру, изъ головы котораго она появилась. Остальнымъ олимпійскимъ богамъ не дано извергать громы. Отъ того они не такъ страшны людямъ. Скажу болѣе и прошу считать это извлеченіемъ изъ древней миѳологіи: когда титаны начали войну съ богами, боги вначалѣ насмѣхались надъ такими врагами и говорили, что съ ними легко справятся даже ихъ пажи. Но когда они увидѣли, какъ титаны нагромоздили Оссу на Пеліонъ и уже стали колебать Олимпъ, чтобы и его отправить туда же, они испугались. И тутъ Юпитеръ созвалъ военный совѣтъ. На немъ было постановлено, что всѣ боги окажутъ храброе сопротивленіе. А такъ какъ они много разъ видали, какъ битвы проигрывались изъ-за женщинъ, то рѣшено было изгнать, на тотъ часъ съ небесъ въ Египетъ, на дальній конецъ Нила, всѣхъ богинь, преображенныхъ въ ласокъ, куницъ, летучихъ мышей, лягушекъ и пр. Одна только Минерва осталась, чтобы метать громы вмѣстѣ съ Юпитеромъ, какъ богиня войны и наукъ, богиня совѣта и дѣйствія, богиня вооруженная и внушающая страхъ и въ небѣ, и въ воздухѣ, и на морѣ, и на сушѣ.
-- Чортъ побери!-- замѣтилъ Панургъ,-- ужъ не Булканъ ли я, про котораго говоритъ поэтъ. Нѣтъ. Я и не хромъ, и не фальшивый монетчикъ, и не кузнецъ, какъ былъ онъ. Можетъ быть, жена моя будетъ такъ же красива и прекрасна, какъ и его Венера, но не такая потаскушка, какъ она, а я не буду такимъ рогоносцемъ, какъ онъ. Безобразный хромоножка велѣлъ объявить себя рогоносцемъ по суду, да еще въ присутствіи всѣхъ боговъ. Нѣтъ, нѣтъ, я понимаю оракулъ навыворотъ. Этотъ оракулъ обозначаетъ, что жена моя будетъ цѣломудренна, стыдлива и вѣрна, не бой-баба, не сварлива, не суемудрая и вышедшая изъ головы, какъ Паллада, а этотъ франтъ Юпитеръ не будетъ мнѣ соперникомъ и не будетъ макать свой хлѣбъ въ мою похлебку, когда мы будемъ вмѣстѣ сидѣть за столомъ. Обратите вниманіе на его дѣянія и поступки. Что за подлый разбойникъ! Другого такого развратнаго тунеядца свѣтъ не производилъ. Онъ заткнетъ за поясъ вепря; не даромъ его вскормила Твинья на островѣ Критѣ, если вѣрить вавилонянину Агаеоклу. Онъ сладострастнѣе козла; не даромъ существуетъ также повѣрье, что его вскормила коза Амальтея. Клянусь Ахерономъ! Онъ совокуплялся однажды съ третьей частью міра, съ животными, людьми, рѣками и горами: я разумѣю Европу. Вслѣдствіе этого аммоніане изображали его въ видѣ барана, рогатаго барана. Но повѣрьте, что я не намѣренъ быть глупцомъ Амфитріономъ или дуракомъ Аргусомъ съ его ста очками, ни трусомъ Акризіемъ, ни ограниченнымъ Ликусомъ Ѳиванскимъ, ни мечтателемъ Агеноромъ, ни флегматикомъ Эзопомъ, ни бархатной лапкой Ликаономъ, ни лѣнтяемъ Коритусомъ Тосканскимъ, ни широкоплечимъ Атласомъ. Онъ могъ бы сто и сто разъ обращаться лебедемъ, быкомъ, сатиромъ, золотомъ, кукушкой, какъ тогда, когда онъ лишилъ дѣвственности свою сестру Юнону; орломъ, бараномъ, огнемъ, змѣей, даже блохой, превратиться въ эпикурейскіе атомы или магистронострально во второе измѣреніе. Я его посажу на крючокъ. И знаете ли, что съ нимъ сдѣлаю? А то, что Сатурнъ сдѣлалъ со своимъ отцомъ, Небомъ. Сенека предсказалъ это обо мнѣ, а Лактанцій подтвердилъ. То, что Реа сдѣлала съ Атисомъ: Я бы его выхолостилъ, и онъ бы не могъ быть никогда папою, ибо testicnlos non habet.
-- Потише, дружокъ,-- сказалъ Пантагрюэль,-- потише. Раскройте еще разъ книгу.
Membra qiratit; gelidusque coït formidine sanguis.
-- Это обозначаетъ, что она будетъ васъ бить безъ милосердія,-- сказалъ Пантагрюэль.
-- Напротивъ того,-- отвѣчалъ Панургъ,-- это говорится про меня, про то, что я буду бить ее изо всей мочи, когда она меня разсердитъ. Мартынова палка сослужитъ мнѣ добрую службу. А не будетъ палки, такъ я живою ее съѣмъ, чортъ меня возьми, какъ съѣлъ свою жену Кандавлъ царь Лидійскій.
-- Вы очень храбры,-- замѣтилъ Пантагрюэль,-- за вами и Геркулесу не угнаться, а вѣдь говорятъ, что тузъ стоитъ двойки {Выраженіе изъ игры въ триктракъ.}, и одинъ только Геркулесъ рѣшался биться одинъ противъ двухъ.
-- Я тузъ,-- отвѣчалъ Панургъ.
-- Ладно, ладно,-- сказалъ Пантагрюэль, я думалъ объ игрѣ въ триктракъ.
По третьему разу попался слѣдующій стихъ:
Fœmineo prœdæ et spoliorum ardebat amore.
-- Это обозначаетъ, что она васъ обокрадетъ,-- сказалъ Пантагрюэль. И я отлично вижу по этимъ тремъ оракуламъ, что вы будете рогоносцемъ, битымъ и ограбленнымъ.
-- Напротивъ того,-- отвѣчалъ Панургъ,-- этотъ стихъ доказываетъ, что она будетъ меня любить всей душой. Сатирикъ {Ювеналъ.} не лжетъ, когда говоритъ, что женщина, горящая любовью, находитъ иногда пріятнымъ украсть у своего друга. Знаете что? Перчатку, аксельбантъ, чтобы заставить его искать. Какую-нибудь мелочь, пустякъ,-- все это, какъ и тѣ пустыя ссоры, возникающія иногда между любовниками, оживляетъ и подстрекаетъ любовь. Такъ точно мы видимъ, напримѣръ, какъ ножевщики бьютъ молоткомъ свой брусокъ, чтобы ножи лучше оттачивались. Вотъ почему я принимаю эти три оракула за хорошее предзнаменованіе. Въ противномъ случаѣ подаю аппелляцію.
   -- На рѣшенія судьбы и фортуны не бываетъ аппелляціи,-- сказалъ Пантагрюэль,-- и это утверждаютъ всѣ наши старинные юрисконсульты, и въ томъ числѣ Больдъ (lib. ult. De leg.). Причина этому та, что фортуна не признаетъ надъ собою верховной власти, къ которой можно, было бы аппеллировать на нее и на ея рѣшенія. Здѣсь уже minor не можетъ in integrum вступить въ свои права, какъ это весьма опредѣленно говоритъ L. Ait Proetor. §§ ult. ff. De minor.
 

XIII.

 

О томъ, какъ Пантагрюэль совѣтуетъ Панургу предугадывать счастіе и несчастія своего брака по снамъ.

-- Ну вотъ, такъ какъ мы не согласны въ истолкованіи Виргиліевыхъ оракуловъ, то изберемъ другой способъ гаданія.
-- Какой же?-- спросилъ Панургъ.
-- Добрый способъ,-- отвѣчалъ Пантагрюэль,-- древній и достовѣрный, а именно: посредствомъ сновъ. При извѣстныхъ условіяхъ, описанныхъ Гиппократомъ въ Lib. perienypnion Платономъ, Плотиномъ, Ямблихомъ, Синезіусомъ, Аристотелемъ, Ксенофонтомъ, Галіеномъ, Плутархомъ, Артемидоромъ Далданіемъ, Герофиломъ и другими, душа часто предвидитъ грядущія событія. Нѣтъ нужды пространно доказывать это. Примѣръ изъ повседневной жизни пояснитъ вамъ это: когда дѣти чисто вымыты, сыто накормлены и вдоволь насосались молока и крѣпко уснули, кормилицы уходятъ отдохнуть на свободѣ и заниматься, чѣмъ имъ угодно, такъ какъ присутствіе ихъ у колыбели кажется безполезнымъ. Такимъ же точно образомъ и душа наша, когда тѣло спитъ, пищевареніе совершается, и ему ничего не нужно до пробужденія, отлетаетъ на небо, свою отчизну. Тамъ она участвуетъ въ высшей жизни, какъ и подобаетъ ей въ силу ея первоначальнаго и божественнаго происхожденія; она созерцаетъ безконечныя сферы, въ которыхъ ничего не наступаетъ, ничто не проходитъ, ничто не гибнетъ, всѣ времена настоящія; отмѣчаетъ не только все то, что прошло въ низшихъ сферахъ, но и грядущее и приноситъ это тѣлу и, путемъ его чувствъ и органовъ, доводитъ, до свѣдѣнія друзей и становится предсказательницей и пророчицей. Правда, она не передаетъ ихъ съ такою точностью, какъ видѣла, принимая во вниманіе несовершенство и слабость тѣлесныхъ чувствъ, подобно тому какъ луна, получая отъ солнца свой свѣтъ, не.передаетъ намъ его такимъ яснымъ, чистымъ, такимъ сильнымъ и яркимъ, какъ его получила. Поэтому необходимы для истолкованія сонныхъ видѣній искусные, мудрые, ловкіе, опытные, разумные и совершенные Онирокриты и Онирополы {Истолкователи сновъ.}, какъ ихъ называли греки. Вотъ почему Гераклитъ говорилъ, что сны ничего не открываютъ намъ и ничего отъ насъ не скрываютъ, а только посылаются намъ, какъ указаніе на вещи грядущія и чужое счастіе и несчастіе. Священное писаніе это свидѣтельствуетъ, свѣтскіе писатели увѣряютъ въ томъ, передавая намъ тысячи случаевъ, когда сны оправдались какъ на особѣ того, кто видѣлъ сонъ, такъ и на постороннихъ. Только обитатели Атлантическихъ острововъ и острова Ѳазоса, одного изъ Цикладъ лишены этого удобства, потому что въ тѣхъ странахъ никто не видитъ сновъ. То же самое было съ Клеономъ изъ Давліи, съ Ѳразимедомъ и въ наше время съ ученымъ Виллановой, французомъ, которымъ никогда ничего не снилось. Итакъ завтра, въ тотъ часъ, какъ Аврора съ розовыми перстами разгонитъ ночныя тѣни, постарайтесь, чтобы вамъ привидѣлся основательный сонъ. Для этого отриньте всякія людскія чувства, любовь, какъ и ненависть, надежду и страхъ. Подобно тому, какъ нѣкогда великій прорицатель Протей не могъ предсказывать грядущаго, будучи превращенъ въ огонь, воду, тигра, дракона и другіе странные образы, а предсказывалъ только тогда, когда къ нему возвращалась его собственная форма,-- такъ и человѣкъ не можетъ получить божественнаго дара прорицанія, если божественная въ немъ часть, а именно: νοῦς и mens, не будетъ спокойна, миролюбива, свободна и не развлечена страстями и внѣшними чувствами.
-- Согласенъ,-- сказалъ Панургъ,-- но какъ мнѣ поужинать сегодня вечеромъ? много или мало? Я спрашиваю это не безъ причины: ибо если я хорошо и плотно не поужинаю, то совсѣмъ не сплю, и ночью мнѣ лѣзутъ въ голову такія же пустыя бредни, какъ пустъ мой желудокъ.
-- Не ужинать вовсе, -- отвѣчалъ Пантагрюэль,-- было бы лучше, въ виду твоей дородности и привычки. Амфіарусъ, древній прорицатель, требовалъ, чтобы тѣ, кто черезъ него во снѣ получали оракулы, цѣлый день передъ тѣмъ не вкушали нищи и три дня не пили вина. Мы не станемъ прибѣгать къ такой крайней и строгой діэтѣ. Хотя я думаю, что человѣкъ, объѣдающійся мясомъ и невоздержный, съ трудомъ проникается духовными вещами, но не раздѣляю также мнѣнія тѣхъ, кто думаетъ, что продолжительный и упорный постъ помогаетъ дойти до созерцанія божественныхъ вещей. Припомните то, что намъ часто говорилъ блаженной памяти отецъ мой, Гаргантюа, о писаніяхъ отшельниковъ-постниковъ, которыя такъ же безцвѣтны, плохи и худы, какъ худы были ихъ тѣла. И дѣйствительно трудно, чтобы умъ былъ здравъ и ясенъ, когда тѣло истощено! Вѣдь недаромъ же философы и медики утверждаютъ, что жизненная сила рождается и поддерживается артеріальной кровью, которая превосходно очищается въ чудесной сѣткѣ, лежащей подъ полостями мозга. Хорошимъ примѣромъ служитъ намъ одинъ философъ, который воображалъ, что въ уединеніи и внѣ толпы ему легче будетъ мыслить, созерцать, разсуждать и сочинять, но скоро убѣдился, что лай собакъ, вой волковъ, рыканіе львовъ, ржаніе лошадей, ревъ слоновъ, шипѣніе змѣй, крикъ ословъ, трещаніе стрекозъ, воркованіе голубокъ мѣшаетъ ему сильнѣе, чѣмъ если бы онъ находился на ярмаркѣ въ Фонтенэ или Ніорѣ, потому что онъ слушалъ все это на голодный желудокъ. Въ борьбѣ съ голодомъ желудокъ у него громко вопилъ, въ глазахъ темнѣло, вены высасывали собственное вещество изъ мясистыхъ частей и растраивали причудливый духъ, который не заботится о сохраненіи своего питомца и естественнаго хозяина, то есть тѣла, которое, какъ птица, сидящая на рукѣ, не можетъ подняться въ воздухѣ, хотя бы и хотѣла, если ее притягиваетъ внизъ ремень, на которомъ она привязана. И тутъ кстати я сошлюсь на авторитетъ Гомера, отца всякой философіи, который сказалъ, что греки прекратили свой плачъ о Патроклѣ, великомъ другѣ Ахилла, не прежде того, какъ голодъ ихъ пронялъ и брюхо заявило, что у него не стало больше слезъ. Тѣло, истощенное продолжительнымъ голодомъ, не выдѣляло больше слезъ: и не могло плакать. Средина во всѣхъ случаяхъ похвальна и любезна, и ея слѣдуетъ придерживаться и въ данномъ случаѣ. За ужиномъ не ѣшьте ни бобовъ, ни зайца, ни другого мяса, ни полиповъ, ни капусты и вообще никакого кушанья, которое могло бы смутить и разстроить ваши жизненныя силы. Ибо, подобно тому, какъ зеркало не можетъ отражать предметы, если его поверхность затуманена дыханіемъ или мглой,-- такъ и духъ не воспринимаетъ разоблачаемыхъ во снѣ вещей, если тѣло обезпокоено и разстроено испареніями принятой пищи, вслѣдствіе симпатіи, какою они оба неразрывно связаны. Итакъ вы скушаете нѣсколько хорошихъ грушъ икрустумійскихъ {Крустумій прославлялся Виргиліемъ за его груши.} яблокъ и бергамотъ, яблокъ-ранетъ, нѣсколько турскихъ сливъ, нѣсколько вишенъ изъ моего фруктоваго сада. И не знаю, почему бы вамъ бояться, что сны ваши станутъ отъ того невѣрными, вздорными или подозрительными, какъ это утверждали нѣкоторые перипатетики относительно осеннихъ сновъ, объясняя это тѣмъ, что осенью люди больше, нежели во всякое другое время года, ѣдятъ плодовъ. А древніе пророки и поэты мистически объясняютъ намъ это тѣмъ, что пустые и обманчивые сны падаютъ на землю и лежатъ на ней подъ прикрытіемъ палыхъ листьевъ, отъ того, что осенью листья падаютъ съ деревъ. Потому что естественное броженіе, которымъ богаты свѣжіе плоды и которое легко испаряется изъ животныхъ частицъ, какъ это мы видимъ въ виноградномъ суслѣ, давно уже прекратилось и заглохло. И вы напьетесь воды изъ моего прекраснаго фонтана.
-- Это условіе мнѣ тяжеленько,-- сказалъ Панургъ. Со всѣмъ тѣмъ я согласенъ. Куда ни шло! Но съ условіемъ, что завтра рано поутру позавтракаю, тотчасъ послѣ того, какъ окончатся мои сновидѣнія. Въ концѣ концовъ я ставлю себя подъ покровительство двухъ воротъ Гомера, и да будутъ ко мнѣ милостивы Морфей, Ицелонъ, Фантазій 'и Фабеторъ. Въ случаѣ они помогутъ мнѣ, я сооружу имъ веселый жертвенникъ изъ пуху.
И затѣмъ спросилъ у Пантагрюэля:
-- Хорошо ли будетъ, если я положу подъ подушку нѣсколько лавровыхъ вѣтокъ?
-- Этого совсѣмъ не нужно,-- отвѣчалъ Пантагрюэль. То, что писали объ этомъ Серапіонъ, Антифонъ, Филохоръ, Артемонъ и Фульгенцій Планціадъ,-- одно пустое суевѣріе и вздорный обычай. То же самое я вамъ скажу и про лѣвое плечо крокодила и хамелеона, не въ обиду чести стараго Демокрита будь сказано. И про камень Бактріанъ, называемый Евие-тридомъ. И про рогъ Аммона. Такъ называли эѳіопы драгоцѣнный камень золотого цвѣта и формы бараньяго рога, какъ рогъ Юпитера Аммонскаго. Они утверждали, что сны тѣхъ, кто носитъ этотъ камень, такъ же вѣрны и сбываются какъ божественные оракулы. Кстати припомнимъ, что пишутъ Гомеръ и Виргилій про двое воротъ, черезъ которыя проходятъ сновидѣнія, и о которыхъ вы только-что поминали. Одни -- изъ слоновой кости, черезъ которыя проходятъ сновидѣнія смутныя, вздорныя и невѣрныя, такъ какъ сквозь слоновую кость, какъ бы она ни была тонка, ничего нельзя видѣть, и ея плотность и непрозрачность мѣшаетъ проникать силѣ зрѣнія и не пропускаетъ видимыхъ вещей. Другія -- роговыя и черезъ нихъ проходятъ вѣрныя, истинныя и необманчивыя сновидѣнія, такъ какъ черезъ рогъ, благодаря его прозрачности, все ясно видно.
-- Этимъ вы навѣрное хотите сказать,-- замѣтилъ братъ Жанъ,-- что сновидѣнія плутовъ-рогоносцевъ, какимъ будетъ съ Божіею помощью и помощью жены Панургъ, всегда бываютъ вѣрны и необманчивы.

XIV.

 

Сонъ Панурга и его истолкованіе.

Въ семь часовъ слѣдующаго утра Панургъ явился къ Пантагрюэлю, у котораго въ комнатѣ уже находились Эпистемонъ, братъ Жанъ Сокрушитель, Понократъ, Евдемонъ, Карпалимъ и другіе, которымъ, завидя Панурга, Пантагрюэль сказалъ:
-- Вотъ идетъ нашъ сновидецъ.
-- Это слово во время оно дорого стоило сынамъ Іакова {I Моис., XXXVII, 19.},-- замѣтилъ Эпистемонъ.
-- Со мной случилось то же, что и съ сновидцемъ Гильо,-- сказалъ Панургъ. Я много чего видѣлъ во снѣ, но ничего не понялъ. Одно только знаю, что мнѣ приснилось, будто у меня молодая, любезная, чудно-прекрасная жена и что она нѣжно обращается со мною и ласкаетъ меня, какъ младенца въ колыбели. Никогда еще не бывало такого счастливаго и довольнаго человѣка. Она меня гладила, щекотала, ласкала, цѣловала, обнимала и, дурачась, приставляла мнѣ хорошенькіе рожки ко лбу. Я шутя говорилъ ей, что ей слѣдуетъ лучше приставить мнѣ рога подъ глазами, чтобы мнѣ лучше видѣть, въ какое мѣсто бодаться, и чтобы Момусъ не нашелъ къ чему придраться, какъ онъ сдѣлалъ это относительно бычьихъ роговъ. Но шалунья, несмотря на мои замѣчанія, продолжала ставить ихъ мнѣ гораздо выше. И всего удивительнѣе при этомъ было то, что мнѣ нисколько не было больно. Вдругъ мнѣ привидѣлось, что я не знаю какъ, превратился въ тамбуринъ, а она въ -- сову. Тутъ мой сонъ прервался, и я проснулся сердитый, недовольный и негодующій. Не правда ли, какая сонная каша! Угощайтесь ею и толкуйте, какъ вамъ вздумается. А мы пойдемъ завтракать, метръ Карпалимъ.
-- Если я вообще понимаю что-нибудь въ сновидѣніяхъ,-- отвѣчалъ Пантагрюэль,-- то думаю, что жена ваша не приставитъ вамъ ко лбу явныхъ наружныхъ роговъ, какіе бываютъ у сатировъ; но она не будетъ хранить супружеской вѣрности и, отдаваясь другимъ, содѣлаетъ васъ рогоносцемъ. Этотъ пунктъ искусно излагается Артемидоромъ, какъ я замѣтилъ. Точно такъ же вы не превратитесь въ тамбуринъ, но она будетъ васъ бить, какъ бьютъ въ тамбуринъ на свадьбахъ. Она тоже не будетъ превращена въ сову, но станетъ обворовывать васъ, какъ это водится за совами. И такимъ образомъ ваше сновидѣніе вполнѣ сходится съ Виргиліевыми оракулами. Вы будете рогоносцемъ, вы будете биты и вы будете ограблены.
Тутъ братъ Жанъ вскричалъ:
-- Онъ говоритъ правду. Ты будешь рогоносцемъ, добрый человѣкъ. Увѣряю*тебя, ты будешь съ рогами! Ха, ха, ха! Мастеръ Роговой! Спасибо тебя Богъ, прочитай-ка намъ проповѣдь, а я обойду весь приходъ за сборомъ милостыни.
-- Напротивъ того,-- отвѣчалъ Панургъ,-- сонъ мой предсказываетъ, что бракъ мой будетъ изобиловать всѣми благами, какъ рогъ изобилія. Вы говорите, что это рога сатировъ. Amen, amen, fiat, fiatur, ad differentiam papae. А потому я буду неутомимъ какъ сатиръ, чего всѣ желаютъ, но чѣмъ немногіе награждаются небесами. А, слѣдовательно, никогда не буду рогоносцемъ. Ибо это единственная причина, почему мужья бываютъ рогоносцами. Ито заставляетъ мошенниковъ просить милостыни? А то, что дома имъ нечего ѣсть. Что выгоняетъ волка изъ лѣсу? Недостатокъ добычи. Что заставляетъ женщину распутничать? Вы хорошо понимаете меня. Обращаюсь съ запросомъ къ господамъ клеркамъ, президентамъ, совѣтникамъ, адвокатамъ, прокурорамъ и другимъ комментаторамъ почтенной статьи De frigidis et maleficiatis. Вы извините меня:, если я заблуждаюсь, но, сдается мнѣ, вы, очевидно, ошибаетесь, понимая рога, какъ роль рогоносца. У Діаны на головѣ рога въ формѣ полумѣсяца. А развѣ она рогоносица? И какъ бы она ею, чортъ возьми, была, когда она никогда не была замужемъ! Будьте, ради Бога, осторожнѣе въ рѣчахъ, изъ опасенія, чтобы она съ вами не сдѣлала того, что съ Актеономъ. Добрый Бахусъ тоже носитъ рога, а также Панъ, Юпитеръ Аммонскій и многіе другіе. А развѣ они рогоносцы? Развѣ Юнона -- потаскушка? А вѣдь такъ бы слѣдовало заключить -- по фигурѣ metolepsis. Если назвать ребенка въ присутствіи его отца и матери пащенкомъ или ублюдкомъ, то, значитъ, иными словами назвать его отца рогоносцемъ, а мать потаскушкой. Окажемъ лучше: рога, которые мнѣ приставляла моя жена,-- это рога изобилія и богаты всякими благами. Увѣряю васъ. Вдобавокъ я буду всегда веселъ, какъ тамбуринщикъ на свадьбѣ, буду всегда въ рѣчахъ звонокъ, громокъ и раскатистъ. Повѣрьте, это предвѣщаетъ счастіе. А жена моя будетъ миловидна и красива, какъ маленькая совушка. Кто въ это не вѣритъ. Пускай того чортъ повѣситъ.
-- Я долженъ отмѣтить,-- сказалъ Пангагрюэль,-- послѣднее обстоятельство вашего сновидѣнія и сравнить его съ первымъ. Вначалѣ вы были въ восторгѣ отъ своего сна. Но проснулись внезапно разсерженный, раздосадованный и негодующій.
-- Еще бы,-- сказалъ Пантагрюэль,-- когда я не обѣдалъ.
-- Все грозитъ бѣдою,-- я это предвижу. Знайте за истину, что всѣ сны, оканчивающіеся внезапно и приводящіе спавшаго въ дурное расположеніе духа или въ негодованіе, предвѣщаютъ или боль, или несчастіе. Боль означаетъ болѣзнь опасную, злостную, заразительную и скрытую въ тѣлѣ, и которую сонъ, вызывающій, какъ насъ учитъ медицина, разрѣшительный процессъ, развиваетъ и вызываетъ на поверхность, такъ что черезъ этотъ грустный толчекъ сонъ нарушается и чувствительность оживляется и приглашается къ сочувствію и помощи. Это выходитъ по пословицѣ: раздразнить гнѣздо осъ, разворошить кучу грязи или разбудить спящую кошку; такъ и видѣть во снѣ боль означаетъ, что душа, охваченная соннымъ провидѣніемъ, даетъ намъ понять, что готовится какая-то бѣда и скоро обнаружится ея дѣйствіе. Примѣромъ этого могутъ служить сонъ и страшное пробужденіе Гекубы или сонъ Евридики, жены Орфея, которыя, по разсказу Эннія, проснулись внезапно и въ ужасѣ. Послѣ этого сна Гекуба видѣла, какъ ея мужа Пріама, дѣтей и всю родню перебили и истребили. А Евридика вскорѣ послѣ того горестно скончалась. И Эней, видѣвшій во снѣ, что говоритъ съ покойнымъ Гекторомъ, внезапно пробудился въ тревогѣ. И въ ту же ночь Троя была разорена и сожжена. Въ другой разъ онъ видѣлъ во снѣ своихъ фамильныхъ боговъ и пенатовъ и, въ ужасѣ проснувшись, въ тотъ же день испыталъ страшную бурю на морѣ. Такъ было съ Турнусомъ, который проснулся испуганный сномъ, въ которомъ ему привидѣлась фурія, возбуждавшая его къ бою съ Энеемъ, который въ концѣ концовъ его и убилъ. И тысяча другихъ. Говоря про Энея, я припоминаю, что Фабій Дикторъ говорилъ, что онъ ничего не предпринималъ и ничего съ нимъ не случалось, чего бы раньше ему не было возвѣщено во снѣ. Этимъ примѣрамъ разумъ нисколько не. противорѣчитъ. Ибо если сонъ и покой суть особые дары и милости боговъ, какъ утверждаютъ философы и свидѣтельствуетъ поэтъ, когда говоритъ:
 
Было то время, когда измученныхъ смертныхъ объемлетъ
Первый покой и боговъ благостыней вливается сладко1) --
1) Виргил. Энеида II, 268 и 269.
 
то, конечно, такой даръ не можетъ приводить къ раздраженію и негодованію, не предвѣщая великаго несчастія. Въ противномъ случаѣ даръ не былъ бы даромъ, а покой покоемъ и происходилъ бы не-отъ боговъ, а отъ злого духа, по поговоркѣ:
 
Ἐχϑρῶν ἄδωρα δῶρα1).
1) Дары отъ враговъ не дары. Софоклъ, Аяксъ. V, 365.
 
Возьмемъ для примѣра отца семейства, который, сидя за роскошной трапезой и пользуясь прекраснымъ аппетитомъ, вдругъ бы вскочилъ въ ужасѣ, едва приступивъ къ обѣду. Кто бы не зналъ тому причины, могъ бы удивиться. Но въ чемъ же дѣло? А въ томъ, что онъ услышалъ, какъ его слуги кричали: "Пожаръ!", его служанки вопили: "Грабятъ", его дѣти взывали: "Рѣжутъ!" Тутъ ужъ по неволѣ пришлось бросить обѣдъ и бѣжать на помощь. И какъ я теперь припоминаю, кабалисты и истолкователи Священнаго Писанія, излагая, какимъ образомъ можно различить появленіе злыхъ и добрыхъ духовъ -- такъ какъ часто Сатана принимаетъ образъ свѣтлаго Ангела -- говорятъ, что разница въ появленіи этихъ двухъ существъ заключается въ томъ, что добрый ангелъ-хранитель появляется человѣку сначала въ грозномъ видѣ, но. въ концѣ концовъ утѣшаетъ его поставляетъ радостнымъ и довольнымъ; между тѣмъ какъ злой духъ-искуситель вначалѣ обрадуетъ человѣка, а затѣмъ оставляетъ его смущеннымъ, недовольнымъ и разстроеннымъ.

Читать  дальше  ...

---

--- Источник :  http://az.lib.ru/r/rable_f/text_1564_gargantua-oldorfo.shtml

---

 Читать  с  начала ...

Иллюстрации к роману Франсуа Рабле "Гаргантюа и Пантагрюэль" 

---

---

ПОДЕЛИТЬСЯ

Яндекс.Метрика

***

***

Просмотров: 77 | Добавил: iwanserencky | Теги: 16-й век, слово, Франсуа Рабле, история, Европа, средневековье, из интернета, франция, классика, Пантагрюэль, литература, Гаргантюа и Пантагрюэль, проза, текст, Роман, Гаргантюа, Гаргантюа и Пантагрюэль. Ф. Рабле | Рейтинг: 5.0/1
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: