***
***
===
===
Дмитрий
Николаевич
Матвеев
Ниочёма — 4
Пролог
Где-то вне пространства
Лев и Песец играли в нарды.
— Третий раз подряд! — рыкнул Лев. — Признавайся: мухлюешь?
— Вот ещё! — возмутился Песец. — В смысле, ни за что не признаюсь. Мой подопечный по этому поводу так и сказал однажды: чистосердечное признание смягчает вину и увеличивает срок. Башковитый попался. Может, и выйдет из него толк.
— Слишком уж он башковитый, — поморщился Лев, — А, вернее сказать, чересчур ушлый. Впрочем, как и все твои потомки.
— А тебе-то что? Твой царь-анпиратор до сих пор лишь в плюсе был. И чемодан артефактов пригрёб, и кучу мерзости под носом разглядел да вычистил. Теперь и вовсе, почитай, Среднюю Азию целиком захапать может. Не впрямую, конечно, через посредника…
Песец отвернулся, скрывая глумливый оскал, и сделал вид, что пытается разглядеть что-то вдалеке. Не разглядел, состроил на морде почтительное выражение и, повернувшись к собеседнику, закончил:
— Всё в дом, всё в семью. Ну и в империю тож.
— Оно, конечно, так…
Лев задумчиво поскреб лапой затылок.
— Но что-то всё же не так. Слишком быстро и легко твой потомок поднимается. Год назад кто он был? Нищий голодранец. Полнейший ниочёма, едва звание дворянское не утратил. И выжил-то лишь чудом, едва лапы не протянул, а теперь ни с того ни с сего ханом заделался. Что скажешь, толстый?
И Лев сурово взглянул на соперника тяжелым царственным взглядом.
Но Песец был не таков, чтобы смутиться от подобных вещей.
— Вот именно, что едва не гикнулся, — ничтоже сумняшеся подтвердил он. — Сколько раз ему пришлось по краешку пройти, чтобы хоть на малую ступеньку приподняться? С риском для жизни парень вверх карабкается, все силы к своему развитию прилагает. И, заметь, против главенства твоего нисколько не возражает и на имперский трон не претендует. Напротив, еще и власть укрепить помогает. Помощи не просит, подарков и льгот не клянчит. Лишь бы только не мешали, а там он и сам справится.
Песец замолчал, переводя дыхание после долгой речи, и напоследок уточнил:
— Вообще-то я не толстый, я полный.
И тут же, переводя тему, предложил:
— Ну что, еще партеечку?
— Нет уж, — отказался Лев, — с тобой играть неинтересно, ты вечно выигрываешь. Айда лучше к Уссурийцу, пульку распишем.
Глава 1
Где-то в Московской Магической Академии
В августе месяце года восемьсот сорокового от Обретения на крыльце Московской Магической Академии появился молодой человек с виду лет восемнадцати. Максимум, девятнадцати, не больше. Был он невысок, в плечах неширок и, пожалуй, щупловат. Но держался прямо, смотрел вокруг уверенно и несколько нагловато. Костюм, пошитый у явно хорошего портного, сидел ловко и даже чуточку щеголевато. Вензель «П» на запонках, вставленных в манжеты рукавов сорочки, выложен был мелкими бриллиантами. Лаковые штиблеты сверкали на солнце так, что встречный прохожий запросто мог наловить «зайчиков» не хуже, чем от электросварки.
По причине летних каникул студентов было немного, а потому молодой человек позволил себе остановиться посреди широкой лестницы, ведущей прямо в храм науки, и осмотреться по сторонам.
А посмотреть, надо сказать, было на что. Перед парадным входом в Академию вокруг большой асфальтированной площадки зеленел и благоухал искусно спланированный парк с чистыми дорожками, разноцветными клумбами, затейливыми фонтанами и аккуратными беседками. Молодой человек прежде уже бывал здесь, но тогда у него не было времени полюбоваться шедевром ландшафтного дизайна. Сейчас же он имел в запасе целых шесть минут.
Насмотревшись, молодой человек уже собрался продолжить свой путь, как из-за спины раздался голос. Молодой голос. Молодой и нахальный:
— С дороги, молокосос!
Молодой человек обернулся было, чтобы поглядеть, кто там швыряется подобными словечками, но получил удар в плечо. Наверное, его правильней было назвать «толчок», но от толчков люди обычно с лестниц не падают.
К счастью, лететь было невысоко: всего-то три ступеньки. Молодой человек поднялся на ноги под развязный хохот, сопровождаемый обидными комментариями:
— Совсем на ногах не стоит, бедняга, — издевался один голос.
— Надо же было так нажраться с самого утра! — подхватил другой.
А третий просто и незатейливо ржал.
Молодой человек поднялся на ноги и обернулся в ту сторону, откуда доносились голоса. Три крепких высоких субьекта от души веселились, разве что пальцами не тыкали. Видимо, воспитание не позволяло. На оболтусах была студенческая форма с шевронами третьего года обучения. Старшаки, значит. На левой стороне груди гербы: дворяне. Судя по клыкам и пятачку, не то Кабановы, не то Вепревы. А то и вовсе Свиньины, или даже Пятачковы.
— Чего вылупился? Вали отсюда, пока добавку не схлопотал, — презрительно скривился предположительно Пятачков.
Молодой человек сокрушенно покачал головой:
— Давно я не готовил отбивную свинину.
— Ты что-то вякнул? — угрожающе процедил предположительный.
Его вассалы прекратили веселиться и принялись тактически грамотно заходить с флангов, оставляя господину почетное право атаковать в центре. Что произошло потом, никто из весёлых парней понять не успел. Земля с небом внезапно поменялись местами, мир закрутился безумным волчком и погас. А когда спустя некоторое время подоспела охрана, все трое лежали на земле аккуратной стопочкой, крест-накрест. Пятачков — снизу.
По регламенту охрана должна была зафиксировать факт драки, задержать участников, устроить долгие разборки: кто, почему. Потом полагался визит представителей рода и повтор тех же разборок в новой компании. Тоска!
Времени на то, чтобы дожидаться охранников у молодого человека не было, у него до назначенной встречи оставалось лишь две минуты. Он легко взбежал по ступенькам, на ходу отряхивая костюм. Поморщился, увидев порванный на локте рукав пиджака. Оказавшись в холле, вынул из внутреннего кармана телефон и на ходу скинул свежую запись на имперское облако. На втором этаже прошелся мимо ряда одинаковых дверей в административном крыле, нашел ту, на которой висела табличка «Приемная комиссия», поглядел на часы и, постучавшись, вошел.
— Добрый день, — поздоровался он с миловидной женщиной, сидящей у барьера, отделяющего работников от посетителей. — Я собираюсь у вас учиться. Вот мои документы.
Молодой человек был морально готов к тому, что его будут мурыжить бюрократическими процедурами, что предстоит доказывать свои права и, возможно, стучать кулаком по столу, но женщина, внимательно проглядев бумаги, лишь переспросила:
— У вас в анкете указан пятый ранг.
— Так точно, указан.
—. Это не ошибка?
— Никак нет, все верно.
— Я вижу, вы после армии. Сразу на второй курс?
— Ну да, — улыбнулся молодой человек, — как полагается по закону. Или меня неправильно информировали?
Женщина развернула ладонь в успокаивающем жесте:
— Нет-нет, что вы! Это просто любопытство. К нам редко приходят учиться после службы в спецназе. Что же касается зачисления, то я не вижу никаких проблем. Занятия начнутся в следующий понедельник. Подойдите, пожалуйста, через три дня. Как раз будут завершены все формальности, вы сможете получить студенческий билет и прочие полагающиеся вам документы, а также согласовать график сдачи зачетов по второстепенным дисциплинам, которые не преподают в войсках. Пока что вот, возьмите, — женщина протянула визитку. — Это адрес ателье, в котором вы сможете заказать себе академическую форму.
— А что именно шить? — поинтересовался будущий студент. — Какие модели, какие фасоны?
— В ателье всё знают. Вам нужно только снять мерки, а после оплатить заказ.
— Что ж, спасибо.
Молодой человек улыбнулся, вежливо кивнул и явно собрался на выход.
— Всего вам хорошего, — мило попрощалась женщина за стойкой, послав напоследок свою самую лучезарную улыбку. — Буду ждать вас через три дня.
* * *
Когда молодой человек вышел из здания академии, стопки тел на асфальте уже не было. Зато на том самом месте топтался представительный мужчина с папочкой в руках, а при нем пара человек в форме и с оружием. Свежеиспеченный студент глянул на троицу и бодро зашагал мимо них по своим делам. В конце концов, до окончания работы ателье оставалось не так много времени, а ему еще предстояли приятные хлопоты.
Мужчина с папочкой внимательно глянул на юношу, сверился со своими бумагами и решительно зашагал наперерез:
— Молодой человек!
Молодой человек сделал вид, что не услышал. Или не отнес на свой счет. Во всяком случае, он не отреагировал на обращение и, как ни в чем ни бывало, продолжил свой путь. Зато среагировали охранники. Они резво стартанули, и вскоре встали на ведущей к воротам дорожке, преграждая путь. Молодой человек даже остановился, чтобы поглядеть: черная униформа с жетонами и нашивками, высокие черные ботинки, черные очки прячут глаза. На поясе с одной стороны антимагическая дубинка, с другой — шокер, спереди привешены блокирующие магию наручники — полный полицейский комплект. Да и поза характерная: ноги на ширине плеч, руки с растопыренными локтями заложены за спину. Прямо полицейская академия!
— Вам нужны проблемы? — осведомился юноша у двоих крепких мужиков на полголовы его выше.
— Вы нарушили правила поведения на территории Академии. Мы вас задержим, — сообщил тот, что постарше.
— В чем заключается нарушение?
— Нападение на студентов Академии.
— У вас имеется подтверждающее видео?
Охранники переглянулись, но ответить не успели.
— Молодой человек!
Представительный мужчина догнал, наконец, свою цель. Отдуваясь после быстрой ходьбы, он выдохнул:
— Ваше поведение… фу-ух… возмутительно!
Молодой человек тут же отшагнул назад, оставив мужчину между собой и охранниками.
— Ну вот вы возмутились. Мне на это наплевать. Что дальше? — насмешливо спросил он.
— Вы… фу-ух… вы нанесли оскорбление действием членам рода Кабановых. И я имею честь…
— Честь? — перебил своего оппонента молодой человек. — У Кабановых? Не смешите меня! Хуже только, может быть, Жабины. Ну, или Оленевы, хотя в последнее время они присмирели.
Представительный мужчина решил проигнорировать эту эскападу и перешел к главному. К тому, ради чего он вообще торчал здесь последние полчаса.
— От имени рода Кабановых я уполномочен вручить вам иск о возмещении ущерба. Ущерб, нанесенный представителям древнего рода оценивается в двадцать тысяч рублей за каждого пострадавшего, итого шестьдесят тысяч.
Молодой человек нахмурился:
— Иск? Об ущербе? Вот же люди, на всю голову больные. Никак не уймутся. Еще за прошлый раз не рассчитались, а уже снова лезут!
Говоря это, молодой человек не пыхал возмущением, не фонтанировал эмоциями, как можно было ожидать от несовершеннолетнего юноши, а холодно констатировал факты и четко расписывал перспективы.
— Это я буду Кабановым иск предъявлять. И не в академическом парке при двух охранниках, а в арбитражном суде при Московском Магическом Архиве. Меня интересует лишь то, в каком виде Кабановы будут компенсировать мне ущерб. Деньги? Земли? Доли в бизнесе? У меня после их сегодняшнего нападения испорчен прекрасный костюм ценою в две тысячи рублей. Вот, полюбуйтесь! Между прочим, за этот костюм удавился каптенармус Жабин.
Он сунул под нос мужчине дырку на рукаве.
— И это не считая оскорблений, нанесенных сознательно как словом, так и действием. Заметьте: неспровоцированных оскорблений с отягчающими обстоятельствами. За подобное мне стоило немедленно вызвать всех троих на дуэль до смерти и размазать тонким слоем по арене. А я всего лишь сломал изрыгнувшие хулу челюсти и нанесшие удар конечности. И заметьте: чтобы детки не мучились сверх необходимого, милосердно погрузил их в забытье.
— И у вас имеются доказательства?
Представительный мужчина постарался вложить в свои слова максимум сарказма.
— Разумеется. Но сейчас мне с вами беседовать недосуг, дела. Меня жены ждут, я их год не видел.
Позади молодого человека возник небольшой висящий в воздухе коврик.
— Ах, да! Вот моя карточка. Надеюсь, вы не станете тянуть с компенсациями. Если дело дойдет до суда, потери Кабановых будут намного больше.
С этими словами молодой человек сунул собеседнику в карман пиджака свою визитку, вспрыгнул на коврик и, усевшись по-турецки, взмыл в воздух. Перелетел через представительного мужчину, через охранников, через ограду Академии и, приземлившись на тротуаре, скрылся в толпе. Коврик при этом бесследно исчез.
Ошарашенный мужчина вытянул из кармана визитку. На ней серебром по черному полю значилось: «Песцов Олег Иванович. Глава клана».
Где-то в одной из московских квартир
В относительно скромной московской квартире, в гостиной на первом этаже, сидели за сервированным на четверых столом три девушки. Все они были нарядно одеты, тщательно причесаны и накрашены. С кухни доносились умопомрачительные ароматы ожидающих подачи блюд. Взгляды всех троих гипнотизировали настенные часы.
— Ну где он ходит? — возмутилась, наконец, одна из красавиц, густые темно-русые волосы которой были заплетены в две толстенные, чуть не с руку, косы.
— Едет, — пожала плечами миниатюрная брюнетка. — Сама знаешь, какие пробки бывают в Москве.
— Ну так в метро бы сел, или еще как-нибудь ускорился. Знает ведь, что мы ждем! — не унималась обладательница косичек. — В конце концов, я уже проголодалась.
— Ничего, потерпишь, — усмехнулась роскошная златовласка. — Неужели ты думаешь, что парень девятнадцати лет от роду, целый год в глаза не видевший женщин, не поторопится домой, к таким красоткам? Если задержался, то, значит, по делу.
— А позвонить? Позвонить-то мог!
Брюнетка состроила скорбное лицо:
— Для этого телефон купить нужно. И вообще: когда ты нервничаешь, то начинаешь стремительно глупеть. Успокойся, расслабься. И не дергай Предка попусту, а то потом по делу не дозовёшься.
Девушка с косами вздохнула и вновь уставилась на циферблат. Но не успела минутная стрелка перескочить хоть на одно деление, как в дверь позвонили.
Все трое тут же соскочили с мест и кинулись в прихожую. Первой успела брюнетка. Отперла дверь и в растерянности остановилась: из лестничной клетки на неё надвинулся огромный букет цветов.
— Ой! — взвизгнула та, что с косами.
Из-за букета послышался знакомый голос:
— Девочки, кто сейчас от меня справа?
— Я, — растеряно подала голос блондинка.
Из-за охапки цветов появилась рука, отделила треть и протянула на голос:
— Машенька, это тебе!
— С-спасибо! — осторожно произнесла названная Машенькой.
— Ну бери же! — нетерпеливо потребовал голос. — А то сейчас на запах все соседки сбегутся.
Довод подействовал. Блондинка приняла букетище, зарылась лицом в нежные лепестки и восхищенно-счастливо вздохнула.
Оставшиеся цветы распались на два мегабукета и протянулись сразу в две стороны. Голос из-за цветов провозгласил: Верочка, Алёнушка, это — вам!
Девушки разом заулыбались, приняли каждая по охапке, глубоко вдохнули тонкий аромат и лишь после этого поглядели на открытую до сих пор дверь. Надо сказать, у них ничего не вышло, потому что цветы закрывали весь обзор. Но женское любопытство неистребимо. Методом последовательных гимнастических упражнений с цветами (поднять, опустить, повернуть влево, повернуть вправо), они смогли рассмотреть человека, притащившего им букеты.
— Оле-ежек! — пронесся по квартире слаженный вопль.
Девушки кинулись было обниматься, но руки у них были коварно заняты цветами. Они заметались, ища, куда бы девать красоту, да так, чтобы не испортить. И тут из ванной комнаты вышла блондинка с пустыми руками.
— Девочки, в ванну сложите, — подсказала она.
И пока Вера с Алёнкой бегали избавляться от подарка, единолично безо всякой конкуренции, подошла к вошедшему. Улыбнулась счастливой улыбкой, крепко-крепко его обняла и еще крепче поцеловала:
— С возвращением, Олег!
Глава 2
Где-то в кабинете главы рода Кабановых
— Почему меня окружают одни идиоты? — орал Геннадий Викторович Кабанов, по совместительству глава одноименного рода. — Одни идиоты решили напасть на высокорангового мага, другой попытался предъявить ему за это иск.
Он повернулся к троим оболтусам, только что вышедшим от целителя.
— Вы почему не узнали имя человека, на которого решили наехать?
— Да чего там узнавать было? Дрищ дрищом, плюгавенький, противный, герба на костюме нет…
— Вся страна его в лицо знает, а вы не видали?
— Так он спиной стоял, — жалобно ныли залётчики. — Мы в лицо не смотрели, а потом стало не до того.
— Значит, вы на него еще и со спины напали? Удивительно, что вообще живы остались! Он мог вас просто в пепел обратить и ему за это ничего бы не было. Судья бы посмотрел запись с камер и сделал вывод: невиновен.
— Хлюпик? В пепел? — усомнился пострадавший Кабанов.
— Он вас троих голыми руками за секунду в бараний рог скрутил. Этого мало? А если бы вы попытались хоть один конструкт сотворить, я сейчас бы уже траурные венки заказывал. У этого, как вы говорите, хлюпика пятый ранг. Он сотню таких, как вы, идиотов спалит, и не вспотеет.
— Пятый ранг!..
У великовозрастного балбеса ослабли коленки. Чтобы не осесть на пол он быстренько прислонился к стене. Глава рода произведенным эффектом был вполне доволен:
— Что, проняло? Дошло, наконец, во что вляпался сам и весь род втянул? Знаешь, какую виру придется уплатить роду за ваши выкрутасы? Со следующего месяца содержание вас троих урезаю наполовину, пока не будет полностью возмещена компенсация этому Песцову за ваши действия. А на ближайший месяц никаких клубов, гулянок и прочих увеселений. Учиться будете. И чтобы портреты всех первых лиц старых родов запомнили. Ясно?
Оболтусы поскучнели, скрипнули зубами, но спорить с Главой не решились.
Кабанов тем временем повернулся к солидному представительному мужчине. У того уже заранее тряслись поджилки. В отличие от молодняка, он осознал всю глубину попадалова в тот момент, когда увидел фамилию на визитке. К роду он не принадлежал, работал по контракту и этот залет вполне мог означать разрыв договора и выплату огромной неустойки со всеми вытекающими.
— Твою мать! Почему не проверил данные? Почему лично не просмотрел запись? Почему, в конце концов, не узнал имя парня, которому собрался предъявлять иск?
— Я обратился к сотрудникам охраны Академии, они подтвердили факт драки и предоставили фотографии, на которых господин Песцов явно выглядел агрессором. К сожалению, после службы в армии Песцов несколько изменился на лицо, и узнать его, ориентируясь на гимназические фото, стало довольно затруднительно. Позже, выяснив, с кем имею дело, я пытался связаться с господином Песцовым, но на предоставленной им визитке не указан телефон. Операторы сотовой связи утверждают, что на Песцова не зарегистрирован ни один номер, и что он вот уже год, как не пользовался их услугами. Где он находится в данный момент выяснить невозможно. Могу только утверждать, что его нет ни в поместье под Воронежем, ни в особняке в Санкт-Петербурге.
Как ни был зол главный Кабанов, но подобная ситуация его удивила. А от удивления до любопытства было совсем недалеко.
— А его жены? — спросил он. — Песцов упоминал о них в разговоре с вами, следовательно, они сейчас в Москве. Насколько мне известно, они учатся в той же Академии. Они-то наверняка имеют контакт со своим супругом.
Я пробовал пойти по этому пути, Геннадий Викторович. Но мне не удалось найти студентов, которые знали бы их телефоны или адрес проживания. В деканате же наотрез отказались сообщать личные данные студентов иначе, как по запросу правоохранительных органов. Правда, в том же деканате мне сообщили, что Песцов должен появиться там через три дня для выполнения бюрократических формальностей. Я, конечно, буду еще пытаться найти Песцова, но в настоящий момент это — самый надежный вариант.
— А соцсети? Наверняка у этого Песцова и у его жен есть аккаунты.
— Разумеется, всем были разосланы сообщения. Но когда они их прочтут и как на них отреагируют, предсказать невозможно.
— Хорошо. Мы с тобой подготовим компенсацию, и через три дня ты должен её Песцову передать. Потому что через четыре дня состоится заседание Магического Арбитража. Дело для нас заведомо провальное, и тогда денег род заплатит намного больше. И ладно бы денег!
Кабанов-главный вновь обратил свой взор на притихших «золотых мальчиков». Он уже не орал, но от этого слова его не становились менее весомыми.
— Если дело дойдёт до суда, то благодаря вам, засранцы, мы проиграем в течении пяти минут. И тогда потери в деньгах будут сущим пустяком по сравнению с потерей репутации. Все тут же начнут говорить, что Кабановы уступили какому-то Песцову, что род слабеет. Тут же появятся желающие попробовать нас на зуб. Сильных врагов у рода накопилось немало, и если они сумеют сговориться и начнут действовать сообща, то в момент раздерут нас на клочки. И это всё по вашей вине. Поэтому через три дня все трое вместе с ним вот, — Кабанов кивнул на представительного мужчину, — будете караулить Песцова в институте и каждый из вас принесет ему извинения по всей форме. В полном варианте. Слышите?
— Да, Геннадий Викторович, — поспешили заверить главу всерьез напуганные мажорики.
— Тогда брысь с глаз моих!
Дважды повторять не пришлось. Все трое испарились из кабинета во мгновение ока.
— А ты садись, — Кабанов кивнул представительному мужчине на стул. — Будем готовить компенсацию.
— Геннадий Викторович, — робко спросил представительный мужчина, — Песцов что-то говорил о некоем прошлом разе. Это не может стать помехой в предстоящем вопросе?
— Не боись, не станет.
Глава рода Кабановых неожиданно поднялся из-за стола и прошелся взад-вперед по кабинету. Вновь уселся в кресло, положил на стол крупные кисти рук, до хруста в суставах сжал кулаки. Широко ухмыльнулся, на секунду обнажив кривоватые клыки:
— За тот случай Песцов еще ответит.
Где-то в одной из московских квартир
На другой день семейство Песцовых проснулось поздно. И как-то так вышло, что глава клана поднялся первым. Наверное, сработала армейская привычка. Накануне его после торжественного ужина так же торжественно отвели на второй этаж и разместили в самой большой спальне. Пожелать супругу спокойной ночи явились все трое, и все в совершенно развратных нарядах.
Видимо, девушки были еще недостаточно раскрепощены, и на ночь осталась лишь одна из них. А к утру Олег и той не обнаружил в своей постели. Ну что ж, каждый имеет право на персональное ложе. А ему пора вставать, умываться, одеваться и топать вниз готовить завтрак.
Трудно сказать, когда проснулись девушки. Но к тому моменту, когда на большом блюде выросла гора пышных горячих оладий, а легкий магический ветерок разнес по квартире запах свежесваренного кофе, все трое, уже умытые и одетые, одна за другой спустились вниз, в гостиную. Расселись вокруг стола и приготовились к ожиданию.
Впрочем долго ждать им не пришлось. Почти сразу Олег выкатил из кухни сервировочный столик. В минуту, помогая себе магией не хуже домового, сервировал стол, левитировал в центр блюдо с оладушками, расставил многочисленные розетки со сгущённым молоком, мёдом и различным вареньем. И, в завершение всего, разлил по чашкам кофе, предоставив женам добавлять по вкусу сливки, сахар или то и другое. Уселся во главе стола, накидал себе на тарелку верхних, самых горячих, оладушек. Пожелал всем:
— Приятного аппетита!
И обмакнул первую оладушку в сгущенку.
Девушки тоже принялись за еду. И тут Алёнка, потянувшись за очередной оладушкой, задумчиво произнесла:
— А Фриц кофе готовит лучше.
— Не нравится — приготовь сама, — не задержалась с ответом Вера. — Лично мне всё нравится.
Песцов с интересом посмотрел на Машу: кого она поддержит?
— И в самом деле, Олег, почему здесь у нас нет ни домовых, ни горничных? У нас и без того куча дел. Учиться приходится с утра до вечера. А ещё готовить, платья гладить, туфли чистить и квартиру убирать.
Олег на это лишь усмехнулся:
— А что вы хотели, выбирая такую квартирищу? Взяли бы простонародную «трёшку», и не заморачивались. Ну а насчёт готовки — на сто процентов уверен: вы этот год обходились полуфабрикатами и кафешками.
— В общем, так оно и было, — кивнула Вера. — Но хотелось-то большего.
Олег доел последний оладушек, допил кофе и, вытирая руки салфеткой, важно изрёк:
— Этот мир не настолько хорош, насколько вы о нем думаете.
И уже серьезно добавил:
— Нежить в подавляющем большинстве привязывается к дому, к одному месту, к одним людям. Те, кого мы сюда привезем, если привезем, должны будут остаться здесь навсегда. А поскольку эти апартаменты специально предназначены для сдачи внаём, хозяева у домовых будут меняться часто, как бы не каждый месяц. Мне кажется, это неправильно по отношению к ним.
Алёнка прониклась объяснением, но всё же надеялась на какое-то решение:
— А что же делать? — задала она вопрос капризным детским голоском, подпустив той особенной женской интонации меж слезами и скандалом.
— Как что делать? — удивился Олег. — Конечно, спрашивать. Через три… нет, уже через два дня мне нужно появиться в деканате, чтобы завершить все формальности с поступлением. А после можно прокатиться в поместье. При желании, даже прямо от ворот Академии. Там, на моих родовых землях, живет достаточное количество нежити. Я с ними встречусь, обо всём расспрошу и, возможно — пока только возможно — кто-то из них согласится провести следующие два года здесь, в этой квартире. И главный вопрос в том, что после надо будет их куда-то пристроить. А у нас и особняк, и поместье полностью укомплектованы прислугой.
— А дворец в Караим-кала? — напомнила Маша.
— А с дворцом еще предстоит разбираться, — ответил Песцов. — Сколько там нежити спит, сколько реально нужно для обслуживания этой громадины, сколько людей в прислуге сейчас и сколько потребно всего. И уже потом, если будут свободные вакансии, предлагать нежити переезд. Ну так что, едем в Воронеж? У нас будет почти неделя до начала учебного года.
— Едем! — радостно подпрыгнула Алёнка. — На кабриолете, да? Чур, я за рулём!
Где-то в Московской Магической Академии
В этот раз Песцов был одет попроще: джинсы, клетчатая рубаха навыпуск, шейный платок, широкий ремень рыжей кожи и остроносые туфли на скошенных каблуках. Еще бы кожаный жилет и пробитый пулей стетсон — и практически парень из прерий.
Женщина в приемной комиссии широко улыбнулась ему навстречу:
— Доброе утро, господин Песцов. Ваши документы готовы. Вам нужно только поставить подписи вот здесь, здесь и здесь
Олег послушно расписался там, куда указал красивый ноготок
— Теперь еще вот здесь, за выдачу студенческого билета. Ага, хорошо. Теперь все формальности соблюдены.
Женщина поднялась на ноги, протянула руку. Олег осторожно пожал её, но женщина отпускать ладонь Песцова не спешила.
— Поздравляю вас: теперь вы полноценный студент, — произнесла она всё с той же широкой улыбкой.
Очевидно, кто-то однажды ей соврал, что именно такая гримаска делает её неотразимой. Вот она и старалась изо всех сил.
— Возьмите ваш документ, — протянула она студенческий билет в солидном кожаном переплёте.
Олег принял корочки и убрал их в нагрудный карман рубашки.
— Ну а теперь, — женщина с явным сожалением выпустила руку Песцова и вернулась за свой стол, — вот вам перечень предметов, по которым вы должны получить зачет в течении ближайших двух месяцев.
Симпатичная женщина передала Песцову лист с изрядной длины списком несданных предметов и фамилиями преподавателей, у которых эти предметы предстояло сдавать. Она изобразила на лице вселенскую скорбь:
— Не могу вас более задерживать. Удачи вам в обучении.
Олег распрощался с дамой и едва успел выйти на крыльцо, как услышал совсем рядом:
— Господин Песцов!
Он обернулся. К песцу подкрался незаметно подкрался давешний представительный мужчина. Очевидно, поверенный Кабановых.
— Господин Песцов, — поклонился поверенный, — глава рода Кабановых приносит глубочайшие извинения за поведение его родичей. Он готов уплатить подобающую виру. А сейчас давайте зафиксируем урегулирование спора двух субъектов магического права в досудебном порядке.
С этими словами он вынул из портфеля планшетку с прикрепленным к ней листом бумаги и подал Песцову. Тот принял бумагу, внимательно прочёл её и, возвращая, заметил:
— А как же вира за предыдущий случай?
— Э-э-э… какой случай? — вежливо позволил себе осведомиться поверенный.
— Ну как же! — пафосно воскликнул Песцов. — Это было примерно год и два месяца назад. Тогда, сразу после того, как стали известны результаты моего теста на магический ранг, род Кабановых пытался меня похитить, чтобы заставить присоединиться к ним или убить, если я откажусь. В тот раз я смог спастись лишь по счастливой случайности. Через день, на выпускном балу гимназии, я публично заявил, что пока Кабановы не принесут соответствующих извинений и не уплатят положенную виру, я не буду иметь с ними никаких дел. Даже общаться с их представителями не буду. Это моё заявление видели и слышали многие. И если я сейчас заключу соглашение с Кабановыми, то окажется, что я нарушил своё слово и, соответственно, репутация моя в глазах имперского дворянства весьма пострадает. Наша с вами беседа уже на грани возможного, а заключение с Кабановыми любых договоров прямо нарушает данное мною обещание. Посему позвольте откланяться, меня ждут.
Произнеся эту речь, Песцов сделал шаг в сторону и неожиданно для всех исчез.
* * *
На обширной полупустой парковке у входа в академию стоял кабриолет. Он и сам по себе привлекал внимание зевак: явно дорогое раритетное авто в отличном состоянии не каждый день можно встретить на улице даже такого большого города, как Москва. Но когда рядом с машиной стоят три ярких красивых девушки, это зрелище привлекает намного сильней. Большинство проходит мимо, любуясь машиной и девушками. Но рано или поздно непременно найдутся те, кто захочет не только посмотреть, но и потрогать.
Александр Маралов был хорош собой, одевался у лучших кутюрье, как наследник главы рода содержание имел вполне достаточное, а потому не знал отказов у девушек. И как маг он вполне состоялся: восьмой ранг — не хухры-мухры. Академию он окончил год назад, и сейчас осваивал азы бизнеса в одной из принадлежащих роду фирм. Понимал толк он не только в девушках, но и в машинах, а потому столь редкое сочетание зацепило его не хуже тройного рыболовного крючка.
Отец давно грозился оженить отпрыска, но пока не преуспел, а Саша Маралов тем временем активно изучал столичный полусвет. Правду сказать, ни на одной из тех дам, которых он успешно и регулярно кадрил в ночных клубах, он жениться бы не стал. Зато с любой из троицы, слоняющейся вокруг шикарной тачки, был готов под венец хоть прямо сейчас. Девушки были и впрямь как на подбор, достойные самого лучшего парня. А кто здесь самый лучший? Разумеется, он, Маралов.
Саша надел на лицо самую неотразимую улыбку, придирчиво оглядел свой наряд на предмет малейшего беспорядка и, убедившись в идеальности своего вида, вальяжно приблизился к кабриолету.
— Доброе утро, девушки, — с лёгким поклоном поздоровался он. — Разрешите представиться: Александр Маралов.
— Очень приятно, — почти хором отозвались красотки.
— Маша, — назвалась эффектная блондинка.
— Алёна, — улыбнулась шатенка с изумительно правильным, словно кукольным, личиком.
— Вера, — кивнула изящная брюнетка.
— Ждёте подругу? — рискнул предположить Маралов.
Он, будучи довольно наблюдательным, сразу сопоставил: наряды подружек, свободное место в машине, Академия, дамские солнечные очки на панели около руля, и тут же сделал очевидный вывод: девчонки собрались на загородную прогулку, возможно даже на пикник. Но у одной из них дела в Академии, и её приходится ждать.
— Возможно, — отозвалась блондинка Маша.
Голос её был несколько суховат, но Маралов не огорчился: знакомство только состоялось, рано пока рассчитывать на большее.
— На пикник собрались? — беззаботно продолжал он расспросы.
— Возможно, — в тон блондинке ответила брюнетка Вера.
Маралов чутьём опытного ловеласа почувствовал: он на верном пути. Сомнений нет, они собрались на пикник. Но каждый мужчина знает: девочек нельзя отпускать на природу одних. Им обязательно нужен спутник, который отгонит хулиганов, приготовит мясо на огне, смажет нагую спину кремом от загара, сделает массаж, плавно переходящий от плеч к ягодицам… Но просто так навязываться нельзя: это гарантированный провал. Надо заинтересовать. Как? Элементарно! Судя по машине, одна из них увлекается этим делом. Надо её раззадорить, раскрутить на небольшую гонку. Как раз сегодня он взял в гараже новую машину. Не самую заряженную, но достаточно бодрую. К тому же в ней будут лишь двое: он сам и его приятель, тоже красавчик и атлет. Авось, хватит двоих крепких парней на этот цветник.
— Девочки, мы тут с приятелем поспорили: насколько ваша машинка быстрая? Это ведь весьма старая модель.
— Достаточно, чтобы половину современных спорткаров делать, как стоячих, — хвастливо заявила та, что назвалась Алёной.
— А, может, погоняемся? Если сможете меня догнать, возьмёте с собой. Я, признаться, и сам собирался с другом выехать на природу.
— А если ты не сможешь нас догнать? — с азартным прищуром спросила шатенка.
— Тогда… — несколько растерялся Маралов, — тогда с меня ужин на всех вас четверых в любом ресторане на ваш выбор.
— Идёт! — расплылась в улыбке Алёна. — Девочки, вам где больше нравится? В «макдональдсе» или в пиццерии?
— Вечером решим, на пикнике, — подмигнула ей Вера.
А Мария, самая серьёзная и, видимо, верховодящая в этой компании, прислушалась к чему-то, и распорядилась:
— Девчонки, по местам. Олег идет. Алёнка, заводи.
Обернулась к Маралову и добавила:
— Готовьтесь к старту, молодой человек, если еще не передумали.
Александр Маралов на бегу радостно соображал: пикник, вечер. Значит, выезжают с ночёвкой. Да это же просто праздник какой-то! А что эта Маша сказала про какого-то Олега? Да нет, не может быть. Наверняка он ослышался: Ольга!
Он прыгнул за руль, пристегнулся, повернул ключ зажигания, даванул на газ. Мотор радостно взревел. В зеркале он увидел щуплую фигуру в джинсах и ковбойке, прыгнувшую на правое переднее сиденье кабриолета. За рулём сидела шатенка. Она тоже дала гари, кабриолет лихо вырулил на дорогу и рванул куда-то в сторону южного выезда.
Глава 3
Где-то на дороге между Москвой и Воронежем
Александр Маралов сразу, едва дернувшись вдогон, понял: кабриолет явно не из простых. К тому же шатенка водила действительно хорошо: пусть и не нарушая правила, но на грани фола. Как Маралов не старался, но приблизиться к девчонкам не мог. Правда, и не отставал, постоянно держа соперниц в поле зрения. Пока что этого было достаточно: удержаться на хвосте. А потом, вырвавшись на трассу, можно будет притопить по-взрослому и показать этим зазнайкам, как умеют ездить настоящие мужчины!
Сидящий рядом лучший друг и верный товарищ по ночным тусовкам Вася Мухтаров хоть и катался с Мараловым не первый раз, нынче изрядно сбледнул. Он поминутно хватался за ручку двери и то и дело кричал:
— Осторожно!
Но потом, видимо, вспоминал о грядущем пикнике с шикарными девчонками и на какое-то время успокаивался. А чего кричать? Он, Маралов, полностью контролирует ситуацию. И строго следит, чтобы расстояние до соседних машин было не менее пяти сантиметров. Скоро он догонит этих наглых спорщиц и поедет спокойно и неторопливо рядом с кабриолетом.
Мало-помалу жилые дома вокруг становились ниже, потом и вовсе исчезли, сменившись зданиями промышленными. А потом, после пары хитрых развязок, город, в конце концов, остался позади. А вишнёвый кабриолет всё продолжал маячить буквально перед носом. Но теперь это ненадолго.
Маралов лихо перестроился в левый ряд и утопил педаль газа в пол. Мотор взревел и машина рванулась вперед навстречу романтическим приключениям с интимным финалом. Вот только шатенка тоже неслабо прибавила, и сейчас неслась, опережая Сашу на какой-то десяток метров. Расстояние между машинами потихоньку, но неуклонно сокращалось. Вот уже пять метров, три, два…
А потом шатенка быстро обернулась и, передвинула рычаг на руле. Кажется, на старых машинах именно так переключалась скорость. Гонщик за клубничкой на секунду оторопел: девка просто переключила передачу? Что у нее за машина?
Тем временем вишневый монстр буквально рванулся вперед, стремительно увеличивая разрыв. Маралов скрипнул зубами: он не имеет права проиграть! Не может женщина, не должна водить лучше мужчины! Несколько секунд он колебался, но, видя, как уходит к горизонту кабриолет, сжал зубы и откинул пластиковую крышку с гашеток магического ускорителя. Да, это здорово садит ресурс движка, и длительность ускорения всего каких-то пятнадцать секунд — если, конечно, не хочешь вызывать эвакуатор. Но всё равно: он должен, просто обязан догнать этих девчонок!
Закусивший узду Маралов нажал гашетки, и тут же их обоих, его и приятеля, ускорением вдавило в спинки сидений. К этому времени Мухтаров был уже не бледным, а сине-зеленым, и не кричал, а тихонько что-то шептал себе под нос. А Маралов, мертвой хваткой вцепившись в руль, не видел ни спидометра, изрядно перевалившего за две с половиной сотни, ни приятеля, ни пролетавших мимо попутных машин. Только приближающуюся корму кабриолета. У него уже почти получилось, но тут с легким щелчком ускоритель отключился, и машина стала мало-помалу замедлять ход. А вишневый кабриолет в считанные минуты превратился в точку и скрылся за горизонтом. Разочарование от проигрыша было настолько сильным, что Маралов просто не мог вести машину. Он съехал на обочину и остановился, весь еще во власти гонки.
— Твою мать! — выкрикнул он и с силой ударил по баранке руля. — Сделали! Как стоячего сделали! И кто? Рассказать парням — засмеют!
Маралов не усидел: выскочил из машины, со злости пнул колесо, ушиб ногу, сматерился, нарезал пару кругов вокруг, плюхнулся обратно и вспомнил, наконец, что рядом был еще и приятель.
Мухтаров постепенно принимал естественную окраску. Он даже начал дышать и отпустил, наконец, ручку двери. На кожаной обивке остались глубокие вмятины. Правда, гонщика эта картина не тронула. Он снова саданул по рулю ладонями и тут вспомнил об уговоре: он кормит четверых девчонок в ресторане по их выбору. А, значит, не всё ещё потеряно, у него есть еще один шанс! Надо только узнать, кто в академии ездит на такой крутой тачке.
* * *
Олег даже не подозревал, что его красивый статусный кабриолет, который он рассматривал исключительно как агрегат для неспешного катания прекрасной половины человечества способен так ездить. Пожалуй, спорткар, которым он втайне гордился, если и быстрее, то ненамного. Ну и прорезавшийся талант Алёнки тоже стал изрядным таким сюрпризом. Нет, ревности к чужим умениям у Песцова не было. Но увидеть супергонщика буквально рядом с собой — это было нечто.
Аленка с началом гонки полностью преобразилась. Такой Олег её ещё не видел. Глаза серьезные, цепко смотрят на дорогу, периодически стреляя по зеркалам. Движения скупые, точные, молниеносные. Маневры продуманные, оптимальные. А на плотно сжатых губах нет-нет, да и мелькнёт улыбка, восторженная и от того чуточку сумасшедшая. Хороша, чертовка!
Разговор с водителем в то время, когда стрелка спидометра без малого ложится на ограничитель — самоубийство, а Олег в суицидальных устремлениях замечен не был. Он подождал, пока машина сбросила скорость с безумной до разумной и сурово поинтересовался:
— Куда это мы сейчас так низко летели?
Алёнка, еще не остывшая после бешеной езды, хвастливо отмахнулась:
— Да, на парковке один чудик принялся нас клеить, сразу всех троих. Строил из себя мачо, предлагал пари: мол, если он побеждает, мы берем его с собой на пикник.
— Так мы же не на пикник едем! — не понял Олег.
— Ну и что? Если человек почему-то решил, что четыре девушки собрались на природу, зачем я буду его разубеждать?
— То есть, он меня за девушку посчитал? — возмутился Песцов.
— Ага, — хихикнула Щукина. — Между прочим, он теперь должен нам обед на четверых в любом из московских ресторанов. Хочу поглядеть на его рожу, когда он поймет, как сильно пролетел.
— Кхе! Кхе!
Олег обернулся. Из-под заднего сиденья, откашливаясь и щуря слезящиеся глаза, вылезали Маша и Вера. Волосы девушек были спутаны, одежда в беспорядке, суперстойкая водонепроницаемая тушь застыла над глазами уродливыми потёками.
— Алёнка! — возмущенно заявила Маша, устраиваясь на сиденье и доставая расческу. — Ты о чём вообще думала? Так гнала, что нас чуть из машины не выдуло! Это ж доисторическая тачка, здесь даже ремней безопасности нет! В следующий раз хотя бы крышу подними, чтобы пассажиров не растерять.
— Ой! — виновато пискнуло из-за руля. — Простите, девочки. Я больше так не буду, честно-честно.
Судя по голосу, Алёна говорила искренне. Песцов задумался: насколько хватит этих обещаний? Хотя… Наверняка Щука всё зафиксирует и в следующий раз гонщицу ждет бо-ольшой сюрприз.
— Вы понимаете, — тараторила Щукина, — этот идиот вконец меня достал. Нашел с кем тягаться! Тут же восемь цилиндров, турбина, куча всяких примочек, а он весь такой красивый мачо: если вы меня догоните… Тьфу, чмо! Представляете, он магические ускорители врубал, чтобы нас обогнать. Теперь ему тачку в сервис сдавать, движок на капиталку ставить. Тыщ на десять влетел парняга. Ну так что, в какой ресторан пойдем?
— Алёнка, ты неисправима! — подала голос Вера. — А если бы тебя инспектор Тараканов увидел?
— А-а, — беззаботно махнула рукой Щукина. — он дежурит под Воронежем, нам до него еще пилить и пилить. Так что с рестораном?
— А кто был этот молодой человек? — задал встречный вопрос Олег. — Он хотя бы представился?
— Разумеется!
Алёнка изобразила оскорблённую невинность.
— Моё воспитание не позволяет гоняться с незнакомыми мальчиками. Это некто Александр Маралов.
— Еще один олень! — хмыкнул Песцов. — Ничего, и не таким рога отшибали.
* * *
Кабриолет летел по шоссе, глотая километр за километром.
— Сейчас приедем, отдохнем как следует,- фантазировала Алёна, — погуляем по окрестностям. А то в прошлый раз прискакали, в спешке машину поменяли и дальше погнали. Скажи, Олег, там у тебя красивые виды? Представляешь, вышли бы мы на пленэр. Все такие в длинных платьях, в шляпках с лентами, Ты бы рисовал пейзажи, а мы бы тем временем собирали ромашки и плели из них венки.
— Ромашки давно отцвели, — фыркнула Вера. — Тоже мне, романтическая особа.
— Ну, значит, не ромашки, а какие-нибудь другие лютики, — не сдавалась Алёна. — Ой, а что это за знак?
На белом треугольнике с красной каймой были нарисованы рыжие усы поверх буквы «Т».
— Это слава, — спокойно констатировал Олег. — Народная слава инспектора Тараканова. Иной президент за всю жизнь и памятной таблички не удостоится. А тут люди ради простого имперского ИАИшника постарались, целый знак придумали, сделали и поставили. Думаю, инспектор, при всей своей страсти к соблюдению всех букв закона до единой, даже тех, что написаны мелким шрифтом, не станет его убирать. Хотя, заметьте, в правилах дорожного движения он не прописан. И ты тоже осторожнее: видишь, ограничение скорости? В охотничьих угодьях Тараканова знаки лучше соблюдать.
Щукина поморщилась, но скорость сбросила.
Через два поворота нашелся и сам инспектор. Пассажиры кабриолета от души помахали ему руками. Инспектор в ответ козырнул. Закон предписывает должностным лицам приветствовать иностранных монархов.
Телефон Песцова поймал связь и пиликнул. Олег достал, поглядел и не удержался от досадного:
— Твою мать!
— Что такое? — тут же заинтересовалась Алёна.
— У меня, оказывается, завтра в шестнадцать-ноль-ноль по Московскому времени магический арбитраж.
— С кем ты успел поцапаться? — удивилась Маша.
— Да три дня назад на меня в академии наехали три имбецила из числа Кабановых. Оскорбили, попытались побить, а потом решили за все свои безобразия вчинить мне иск.
— И что?
— Как что? Запись в надежном месте, ждёт суда. Кабановы сегодня пытались виру заплатить и сразу же заключить соглашение сторон.
— Так это же прекрасно! Они понимают, что их позиция в суде ничтожна и хотят решить дело миром. — воодушевилась Маша. — Или ты хочешь сказать, что не стал ничего подписывать?
— Вот именно, что не стал.
— Но почему? Это нормальная практика в отношениях родов.
Олег помотал головой:
— Только не в моём случае.
Теперь любопытство зацепило и Веру:
— Но почему?
— О-о, — протянул Песцов, — это длинная история.
— Ничего, время у нас еще есть, — заметила Алёнка. — На крайний случай поеду помедленней.
— Ну ладно, — вздохнул Олег, — слушайте. Помните, меня похищали перед выпускным?
— Это когда мы тебя из морга вызволяли? — хихикнула Вера. — Помнится, там тоже Кабановы отметились.
— Вот именно. Я тогда публично объявил, что пока не извинятся и не заплатят, разговаривать с ними не буду.
Каракалова сразу сообразила:
— Ясно. Теперь ты не можешь с ними контактировать напрямую без потери лица.
— Вот именно. Зато появился очень удобный случай стрясти с них денег сразу за всё: за старое, за новое и за два года вперед. Только мне придется завтра ехать в Москву. Если я не явлюсь, то автоматически буду считаться проигравшим. А второй раз по одному и тому же иску арбитраж не проводится.
— Тогда зачем ты сейчас в поместье поехал? — удивленно спросила Маша. — Пожили бы без домовых, не померли.
— Я ж не знал, что будет заседание! Сама видела: только что уведомление получил.
— Темнота! — назидательно произнесла Каракалова. — Магический арбитраж постоянно заседает в одни и те же дни недели. И об этом знают все, кто имеет дело с родами, магией и прочим. Только ты, как всегда, идёшь своим особенным путём.
Песцов пропустил толстый намек мимо ушей.
Какое-то время все молчали.
— Олег, — произнесла вдруг Вера, — а Кабановы могут тебя как-то задержать, чтобы ты не успел на суд?
Песцов резко посерьёзнел.
— Могут, конечно, — ответил он после недолгого раздумья. — По крайней мере, могут попытаться. В принципе, и сам бы мог догадаться. Вот же ниочёма! Спасибо, Вера.
— Обращайся, — улыбнулась та. — И что ты собираешься делать?
— Я собираюсь сегодня вечером устроить семейный совет. А теперь давайте уже побыстрее приедем и скатаемся к родовым землям. Иначе окажется, что наша поездка прошла впустую.
Где-то в кабинете главы рода Кабановых
— Геннадий Викторович! — склонился в поклоне солидный представительный мужчина. — Мы все сделали по вашему слову, принесли полагающиеся извинения, но Песцов подписывать мировую отказался.
— И вы не смогли его убедить? — нахмурился Кабанов.
— У меня не было такой возможности. Песцов сразу после отказа просто исчез. Магического действия не ощущалось, так что я даже не могу сказать, какой конструкт он использовал.
— Скорее всего,невидимость, — тут же начал прикидывать Глава. — Перемещение на пятом ранге недоступно. И на четвертом, кстати, тоже. Что ж, еще немного информации о враге лишней не будет. С паршивой овцы…
Он бросил быстрый взгляд на поверенного и внезапно сменил гнев на милость:
— Садись.
Представительный мужчина поспешил исполнить повеление.
— Так значит, сопляк отказался принять виру, — задумчиво произнес Кабанов. — На всё сразу нацелился, стервец. Ну да ничего, есть у нас методы и против Песцова. Ты сделал то, что я велел?
— Да, Геннадий Викторович. — закивал поверенный. — Всё строго по инструкции. Эфирный маяк установился, активировался и дает уверенный сигнал.
— И где сейчас находится твой подопечный?
— В настоящий момент он подъезжает к своему воронежскому поместью.
— Да ты что! Ах-ха-ха-ха!
Кабанов не выдержал, вскочил и возбужденно пробежался по кабинету взад-вперед.
— Мал ты еще с серьезными родами бодаться! — с пафосом изрек он в адрес отсутствующего Песцова. — Сам своей волей в капкан полез. Ну так и не жалуйся теперь. А насчет виры — вот, выкуси!
Геннадий Викторович скрутил дулю и ткнул ею в пространство. Туда, где, по-видимому, находился его незримый оппонент.
— Отказался от малого, так и большого не получишь, — продолжил он монолог, — а там и за остальное возьмемся.
Глава рода потрясши кулачищем, возвысил голос почти до крика:
— До нитки обдеру, молокосос! Ишь, Песец какой выискался! Сниму с тебя шкурку, да на воротник пущу. Зарвался, паскудник, Кабановыми побрезговал. Так получи же по заслугам!
Тут Кабанов спохватился, что в кабинете не один.
— Ступай, — недовольным голосом велел он поверенному. — Мне нужно поработать.
Где-то в Воронежском поместье Песцовых
— Ничего не скажешь, дал ты маху, — озабоченно произнес Пётр Семёнович. — Кабановым ведь даже делать ничего не надо. Дать наводку полиции, что едет, мол, особо опасный преступник. А полицейские строго по закону имеют право любого задержать на двадцать четыре часа до выяснения. Кабановым же только того и надо: время прошло, ты на суд не явился, и автоматически проиграл. Потом в полиции сделают вид, что во всём разобрались, извинятся, отпустят, но тебе это уже не поможет.
— Да понимаю я, — угрюмо согласился с ним Песцов. — Сглупил, бывает. Только, сдается мне, в Москве Кабановы тоже нашли бы способ меня перехватить по дороге в арбитраж. Не сами, разумеется, через подставных лиц. Но результат был бы тот же самый.
Пётр Семенович поскрёб затылок и согласился:
— Пожалуй. Тогда, выходит, очень кстати, что ты сюда добрался. Конечно, расстояние значительное — больше пяти сотен километров. Но зато дорог на Москву отсюда много, все постами не перекрыть. Да и в город не обязательно по главной магистрали въезжать. Там всяческих тропок полно, незаметно прошмыгнуть можно запросто.
— Зато чем ближе к Москве, к Арбитражу, тем проще меня блокировать.
— Но там и свидетелей больше. Есть шанс пролезть внаглую.
— Олег Иванович, — вдруг вмешалась в спор молодая симпатичная барышня Наталья Степановна. — У вас тут что-то непонятное… можно я погляжу?
Не дожидаясь разрешения, Наталья Степановна подошла к боссу вплотную, медленно провела руками вдоль груди, вдоль спины, над головой. Потом нагнулась, быстрым движением сняла что-то с волос и осторожно положила добычу на стол, на лист белой бумаги. Все, кто находился в комнате подошли полюбопытствовать: на листе лежал крошечный, с булавочную головку, ограненный камешек.
— Что это? — спросили вразнобой все шестеро.
— Это — эфирный маяк с функцией маскировки, — сообщила Наталья Степановна. — Применяется для отслеживания положения объекта.
— А подслушивать через него можно? — поинтересовался Пётр Семенович.
— Нет. Для передачи звука требуется довольно значительная мощность, а здесь кристалл чересчур мал. Если через него попытаться транслировать разговор, он просто рассыплется в порошок.
— Дорогая, поди, штука, — предположил Песцов.
— Дорогая, да. И редкая. Сейчас артефакты мало кто изготавливает, да и те слишком велики по размеру и примитивны по функционалу. А это старая вещица, до Обретения сделанная.
— Интересно, зачем Кабанов решил так потратиться? У него, поди, не вагон таких маячков.
— Не вагон, это уж точно, — подтвердила Наталья Степановна.
— Да наверняка раз планировал ваш захват, собирался обратно вернуть, — заметил Пётр Семёнович.
Песцов вздохнул:
— Логично. Но почему не использовали обычный электронный маяк?
— Во-первых, — менторским тоном начала Наталья Степановна, — электронные маяки работают от батарейки, и долго не живут. Два-три часа максимум. Во-вторых, они значительно крупнее. И, наконец, их достаточно просто найти. А эфирный маяк, сами видите, очень мал. Дальность передачи почти неограничена, поскольку идёт через эфир. И, главное, для обнаружения такого требуется либо весьма специальная аппаратура, либо хороший сенсор.
Тут симпатичная барышня засмущалась и мило покраснела.
— В том, что вы, Наталья Степановна, хороший сенсор, я не сомневался. — Песцов потер лоб. — А теперь давайте подытожим. Раз Кабанов подсадил мне этот маяк, он считает, что мы его не найдем и будет в своих действиях ориентироваться на его показания. Так?
— Скорее всего, — подтвердил Пётр Семёнович.
— И непосредственных наблюдателей вокруг усадьбы может не оказаться, — продолжал Олег.
— Именно.
— Так это просто замечательно! Наталья Степановна, собирайтесь. У нас с вами намечается срочная деловая поездка в Москву, на заседание Магического Арбитража. Пётр Семенович, вам придется сесть за руль джипа и отвезти этот маячок туда, где его будут ждать. С собой в машину возьмите нескольких бойцов при оружии, остальные пусть сопровождают вас на дистанции в полкилометра на отдельном транспорте Их задачей будет ваше вызволение из лап врага, если останавливать будут какие-нибудь непонятные люди. А вы, девочки, вернетесь в Москву днем позже и на другой машине. Михалыч вам её покажет.
— А кабриолет? — состроила жалобную гримаску Алёнка.
— Его перегонит в Москву Екатерина. Это, если не помните, девушка из нанятого мною отряда.
— А ты? — возмущенно спросила Алёнка. — Ты как будешь в Москву добираться?
— А вот это — секрет, — подмигнул Олег. — И не обижайся: чего ты не знаешь, того не сможешь рассказать.
— Что значит, не обижайся? — поддержала подругу Вера. — Получается, все в деле, а мы будем сидеть и ждать?
— В самом деле, Олег! — присоединилась Маша. — Я понимаю: женщины рода вступают в бой тогда, когда в живых не осталось ни одного мужчины. Но неужели мы настолько бесполезны, что нам нечего поручить?
Песцов поскрёб темечко.
— Как это нечего? — сообразил он, наконец. — Есть одно важное дело, которое больше никому поручить нельзя. Сами знаете: носимые рации далеко не достают. Да и те, что в машинах максимум сотни на полторы-две километров связь держат. Артефактов для эфирной связи у нас нет, они вообще нынче редкость. А координация действий между отрядами очень важна. Вот и остается только сотовая связь. И тут без вас — никак. Вы будете нашим колл-центром.
...
Читать дальше ...
***
***
***
***
***
***
***
***
Источники :
https://topliba.com/reader/983403
https://www.litlib.net/bk/253320/read
https://knigi.fun/fb2reader/19154/
***
...
...
   
...
Читать с начала - https://svistuno-sergej.narod.ru/news/o_nio_chjom_001/2026-02-08-10562
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
***
|