Н. о. 7. 005 - 30 Января 2026 - Персональный сайт

Главная » » Н. о. 7. 005

13:37

Н. о. 7. 005

***

...

===
Глава 29. Аве, император!

Секретарь главы имперских медиков Керлиг, юркий и плутоватый малый, сохранял невозмутимое выражение лица, хотя это было чрезвычайно сложно. Его желеобразное императорское величество в данный момент пыталось выбраться на улицу через окно.
Наставник Ленц поручил Керлигу особое задание — тайком сопроводить императора в одну из лачуг в трущобах столицы и найти там больную болотной лихорадкой мать погибшего мальчика-донора. Было сказано, что повелитель хочет поблагодарить ее за сына. Ха, конечно! Так он и поверил!
Все это выглядело очень странно и дурно пахло, но Керлигу было не привыкать. К тому же Ленц обещал многое объяснить, когда все разрешится.
Вывести тайком грузного и приметного Маджуро оказалось непросто, но и Керлиг был не лыком шит. Недаром в свои двадцать с небольшим он поднялся до таких высот безо всяких родственных связей, своим умом и талантом. Его, лучшего студента медицинского факультета, на третьем курсе заметил Ленц, а на последнем Керлиг уже работал секретарем. И его административные навыки развились не хуже врачебных. А идея переодеть императора в целительские одеяния, скрыв лицо под маской, фильтрующей воздух, отлично подтверждала его способности.
Наконец, Маджуро перелез за окно, но не свалился, а ловко приземлился на ноги. Оглядевшись, он прошагал к карете, где его ожидал Керлиг.
— Погнали! — скомандовал он.
— Возьмите, повелитель… — Помявшись, секретарь ссыпал в ладонь императора несколько серебряных монет. — Там, куда мы едем, вас вряд ли узнают, а потому и деньги пригодятся. Мало ли что…
Повелитель с интересом изучил свой слабо узнаваемый профиль, и Керлиг подумал, что, возможно, Маджуро впервые держит в руках деньги Империи.
С дворцовой территории в город выехали две кареты. В первой сидел Ленц, во второй — они с императором. В городе кареты разделились и свернули в разные стороны.
Под палящим солнцем стража зевала, прея и заживо запекаясь в латных доспехах. Придворные, изнывая от жары, попрятались по домам, и никто не заметил, что император покинул дворец таким необычным образом и без охраны. Керлиг мысленно похвалил себя, однако вскоре радость сменилась беспокойством.
Сейчас он с его императорским величеством направлялся туда, где никогда не бывал, и заранее покрывался мурашками, предполагая, что это путешествие в один конец. Мало того, что ему пришлось самому управлять каретой, так еще и ехали они без охраны. Император хранил спокойствие, Ленц, сухо дав указания, тоже не волновался, и только это утешало Керлига. Может быть, стража все-таки есть и заранее расчищает им путь?
То ли потому что задумался, то ли из-за однообразия извилистых серых улиц, где сам черт ногу сломит, Керлиг заблудился. Признаться повелителю он побоялся, надеялся, что прохожие подскажут дорогу. Единственным ориентиром наставник обозначил ему безымянный трактир некоего Неманьи Ковачара, но ничего подобного поблизости не наблюдалось. В округе сплошь теснились низкие покосившиеся лачуги, у дверей которых чумазые дети копошились в грязи.
Заплутав, Керлиг сделал петлю вокруг квартала и, поняв, что вернулся туда же, где был, выругался. Еще и свора мальчишек окружала карету. И их было очень много! Только этого не хватало! Двурогий!
— Но! — Секретарь хлестнул лошадей, карета резко тронулась с места.
Дети возмущенно закричали — и в богатую обшивку полетели придорожные камни. Пришлось хлестнуть кнутом подвернувшегося под руку зазевавшегося мальчугана, но это вызвало у сорванцов еще большую злость: теперь они целились не в карету, а в самого Керлига. Следующий камень больно ударил его в плечо, и секретарь невольно выругался, а потом испуганно оглянулся назад.
— Останови карету, — скомандовал император.
— Но…
— Сейчас же!
С некоторым злорадством Керлиг сделал требуемое. Похоже, у повелителя совсем поехала крыша. Что ж, немного реальной жизни ему не помешает! А если повезет, может, какой-нибудь из камней пробьет его тупую голову. Добро пожаловать в настоящий мир, ваше желеобразное величество!
Маджуро открыл дверцу и удивительно легко для своего телосложения спрыгнул. Мальчишки, предусмотрительно отбежавшие подальше, настороженно возвращались к карете, окружая императора со всех сторон. Тот достал из кармана монетку:
— Кто знает, где найти дом Приски Децисиму?
Мальчишки переглянулись. Чужак не выглядел опасным, но ничего хорошего они от него не ждали. Богач, да еще и в карете, он чужак и есть.
— Я доктор, — пояснил император. — Она больна. Я могу ее вылечить.
Ответа он не дождался, но Керлиг заметил, как их окружают. Из лачуг и хижин высыпал народ, заинтересованный происходящим. Все как один хилые, грязные и уродливые. Керлиг не сомневался, что еще и очень вонючие. А дальше происходили удивительные вещи.
— Меня прислали из дворца, — терпеливо произнес он. — Женщина больна болотной лихорадкой. Я могу помочь.
— Ты кто такой? — к нему подошел какой-то плюгавенький мужичок и ткнул пальцем в грудь (Керлиг чуть не грохнулся в обморок). — Чо надо?
Обычно за подобное пренебрежение к его желеобразному величеству с плеч слетали куда более важные головы, но сейчас император казался самим спокойствием.
— Врач, — ответил Маджуро. — Ищу больную женщину по имени Приска Децисиму.
— Чо надо? — Мужик будто не слышал всего, что до этого сказал император! — Ты кто такой?
Керлиг не выдержал и слез, чтобы навести порядок. В спрятанной в кармане руке он крепко сжимал медицинский скальпель и был готов его применить. Никто не смеет так говорить с Маджуро, пусть тот и скрывает личность!
— Прояви уважение, как там тебя! — грозно прикрикнул он.
— Что? — изумился мужик. — Ты еще кто такой?
Император бросил на секретаря взгляд, в котором на мгновение промелькнула досада. Но почему?
— Вернись в карету, Керлиг!
Парень застыл в оцепенении. Мало того, что повелитель решил остаться наедине с этим агрессивным отребьем, так еще и назвал его по имени! В полном недоумении он вернулся в карету.
К сожалению, повелитель разговаривал тихо. Он пожал (какой ужас!) мужичку его грязную руку, тот ойкнул, сморщился и посмотрел на «доктора» с уважением. Монета перекочевала к плюгавому, тот что-то крикнул — и толпа рассосалась. Все мальчишки разбежались, кроме самого старшего. Тот кивнул плюгавому и взобрался к Керлигу на козлы. Секретаря Ленца обдало кислым запахом пота. Непрошеный сосед поерзал и начал трогать все подряд теми же руками, которыми только что месил грязь. Керлиг решил быть сильным и терпеть. Главное, потом все тщательно продезинфицировать.
— Пацан покажет дорогу, — сказал император, забравшись в карету, и добавил: — Трогай!
Маршрут, прокладываемый по коротким указаниям мальчика, был крайне запутанным. Керлиг подумал, что в жизни не нашел бы нужных поворотов, терявшихся между убогими лачугами. Он в очередной раз восхитился Ленцем, который этим утром поехал один, быстро нашел нужное место и вернулся целым.
Наконец чумазый пацан велел остановиться.
— Дальше не проедете, — сказал он и злорадно добавил: — Застрянете. Так что идите пешком.
Проводник спрыгнул и был таков. Пока Керлиг размышлял, провожать ли ему императора или охранять экипаж, за него все решили.
— Стереги карету, — приказал повелитель.
Ничуть не смущаясь, он потопал по грязной улице. Утопая по голень в липкой жиже, Маджуро уверенно перешел через дорогу, а вскоре исчез в покосившейся лачуге. Через пару минут оттуда вышел незнакомый мужчина и изваянием застыл у входа.
Императора долго не было. Керлиг, поначалу следивший, чтобы никто из местных бродяг к нему не подкрался, окончательно разомлел и задремал. Его разбудили мухи, нагло ползающие по лицу. Он прихлопнул одну и продрал глаза. Повелитель еще не вернулся.
Когда солнце заметно сдвинулось к западу, к карете подошли три человека: император, незнакомый мужчина и высокая женщина, поддерживаемая ими с двух сторон.
Повелитель помог ей устроиться, а сам забрался с другой стороны. Незнакомец сел рядом на козлы.
— Я поведу, — сказал он. — Смотри по сторонам, здесь небезопасно… для таких, как ты.
Керлиг кивнул. Ленц говорил ему, что женщина в последней стадии болотной лихорадки. В таком состоянии и дышат-то через раз! Но эта хоть и выглядела истощенной, симптомов болезни у нее не наблюдалось. Лучший выпускник медицинского факультета мог сказать с уверенностью, что она была абсолютно здорова.
Незнакомец пояснил Керлигу, что он тоже человек Ленца, а в поскольку в трущобах он ориентировался лучше Керлига, из гиблого места выбрались быстро. Краем уха секретарь слышал, как император врет женщине, что с ее сыном все в порядке. Та стала торопливым речитативом спрашивать о дочери, сестре Луки, но и здесь император ее лицемерно успокоил, пообещав, что ту найдут и тоже привезут во дворец.
— Теперь у вас все будет хорошо, Приска, — заверил ее Маджуро. — Не о чем беспокоиться. И стирать чужое белье вам больше не надо, у вас будет полное имперское обеспечение!
«Это не мое дело, — подумал Керлиг. — Видимо, вся семья Децисиму — подходящие доноры». Правда, непонятно, к чему таинственность и личное участие императора, но к его причудам все давно привыкли. Впрочем, когда карета снова проезжала то место, где их закидали камнями, до Керлига дошло, к чему все это. Повелителю захотелось показать, что он желает быть ближе к народу? Что ж, учитывая усиление Рециния, ход понятный.
— Аве, император! — горланил тот плюгавый мужичок. В руке он держал кувшин с пойлом, купленный, видимо, на подачку повелителя. — Пресвятая мать, храни нашего императора Маджуро Четвертого, милостивого и великодушного!
К удивлению секретаря, прочие оборванцы горячо поддерживали плюгавого и тоже выкрикивали что-то подобное. Керлиг обернулся и сам не понял, как у него вырвалось:
— Что вы им сказали, повелитель?
Маджуро погладил женщину по плечу и поднял голову. К счастью, гнева в его глазах не было, только… радость? Повелитель улыбнулся и ответил:
— Керлиг, ничего такого, о чем тебе стоило бы переживать.
— Но все же?
— Объявил, что по указу императора с сегодняшнего дня лечение всех подданных Империи становится бесплатным. Ведь что может быть важнее здоровья народа?
Секретарь открыл рот, закрыл, снова открыл, но все, что готово было вырваться, виделось ему абсолютно неуместным.
— Правильно, Керлиг, — кивнул повелитель. — Ни-че-го.

Глава 30. Постоянная величина

Весь путь до дворца Лука старался коснуться матери и даже взял ее за руку, но та, вздрогнув, освободилась и отсела подальше. И ее можно было понять. Не зная, где сын и что с Корой, она не находила себе места, и нелепые ухаживания жирного доктора казались ей неуместными. Да и слова о том, что с Лукой все в порядке, ее явно не убедили. Это император хорошо почувствовал, можно сказать, увидел в глазах матери. От нее исходило недоверие, и даже то, что он ее вылечил, ничего не изменило.
Когда Лука только вошел в хижину, она даже не понимала, что происходит и какой сейчас день. Похоже, она совсем не помнила последние несколько суток. В ее горячечном разуме события слились, наслаиваясь друг на друга: Кора в тюрьме за кражу яблока, несколько суток на ногах за стиркой белья, чудесное выздоровление Луки, обвинение в нападении на Карима, суд над сыном, пропажа Коры и…
Мучимая лихорадкой, не имея сил подняться, она утоляла жажду той водой, что скапливалась по углам лачуги, натекая с улицы. В бреду женщина постоянно с кем-то говорила: то с ним, вернее, с Лукой, то с дочкой, то с заказчиками, то с господином судьей. Имя трактирщика Неманьи тоже было упомянуто не раз — мать уговаривала его пощадить сына.
Император, терзаемый жалостью и болью, интуитивно обнял пышущую жаром женщину и отчаянно захотел, чтобы та исцелилась. И в то же мгновение тончайшие — тоньше нити — щупы срастили два тела, передав метаморфизму всю информацию по объекту «Приска Децисиму». Инфекция уже проникла в мозговую ткань и пожирала все органы — вылечить мать было невозможно. Только вычистить организм, поглотить все старые органы и заново их создать. На время операции необходимо было сохранить память объекта и обеспечить питание, в том числе кислородом. Несложная задача требовала времени и резервов энергии Колеса.
Несколько часов сын лежал, прижавшись к матери, и терпеливо ждал, пока она излечится.
Очнувшись в обнимку с каким-то жирным отвратительным мужиком, Приска громко заорала. На крик прибежал человек Ленца, и вместе им кое-как удалось убедить женщину, что они не грабители и не насильники. Еще сложнее было уговорить ее поехать с ними во дворец.
— Встреча с императором? — подозрительно прищурилась Приска. — Это еще зачем?
Нужные слова нашел сам Лука, сказав, что у Коры проблемы, и только вмешательство императора может ее спасти.
В дороге, чувствуя недоверие матери, Лука это принял и запер эмоции внутри — мама жива, здорова и в безопасности. Осталось как можно скорее вытащить сестру. Если Ленц не справится, он лично ворвется в дом целителя-кровососа и сотрет в порошок и его самого, и всех, кто попробует помешать.
У дворцового медицинского блока имелся собственный подъезд. Именно туда императора с матерью Луки подвез человек Ленца. В приемной никого не было, если не считать клюющих носом стражей, и Маджуро прошел внутрь незамеченным. Там он очистился от грязи, переоделся и уже вместе с матерью направился в свои покои.
— Давайте познакомимся заново, Приска, — сказал он, когда они остались одни. — На самом деле я не доктор. Меня зовут Маджуро Четвертый. Я император.
Мать Луки всегда была остра на язык, вот и сейчас она хотела сказать что-то вроде «ну, тогда я — Пресвятая мать», но что-то ее остановило. Женщина однозначно находилась во дворце, встреченные в коридорах придворные замирали в поклонах. И слова «ваше величество», произнесенные в адрес ее спутника, вряд ли относились к доктору. Завороженная осознанием происходящего, Приска не нашлась, что ответить.
— Чувствуйте себя как дома, — просто сказал император. — Вас накормят. Потом, если захотите отдохнуть, дальняя спальня полностью в вашем распоряжении. Я пока отлучусь по государственным делам.
Примчавшийся Керлиг запыхался и, глотая слоги, доложил, что вернулся Ленц. Маджуро оставил мать и отправился к целителям.
Придворные, повыползавшие из своих нор, с удивлением наблюдали, как целеустремленно и быстро передвигается их повелитель. Слухи, один другого чуднее, начали расползаться по дворцу, а оттуда и по всей столице. Что-то происходило, но пока никто не понимал, что именно. Император успел подумать об этом на пути в медблок и сделал в голове пометку: нужно выяснить, что в государстве с информационной политикой и кто ею занимается. А еще хорошо бы разобраться, кто все эти люди и зачем они здесь нужны.
Добравшись до владений Ленца, император ворвался в кабинет главы имперских медиков:
— Где она?
Тот, деловито кивнув императору, сразу начал докладывать:
— Повелитель! Девочку удалось вытащить прямо с операционного стола Ядугары, к счастью, до начала процедуры перелива. Сейчас она, одурманенная препаратами, приходит в себя в отдельной палате.
— Я хочу посмотреть.
Ленц провел его в палату Коры. Лука коснулся сестры и запросил статус.

Объект «Кора Децисиму». Статус жизнедеятельности: 38 %.
Обнаружены угнетающие нервную систему токсины!
Объект крайне истощен!

Мысленно Лука дал команду привести тело в порядок. Метаморфизм среагировал моментально:

Анализ вариантов противодействия…
Запуск агентов-нейтрализаторов произведен.
Насыщение энергетических резервов… Успешно.

Лука подумал, что, когда сестра очнется, первой ей лучше увидеть маму, а не его. Короткий импульс его мысли отправил Кору в глубокий оздоровительный сон. Эта способность напрямую воздействовала на мозг, имитируя работу веществ, отвечающих за сон.
— Разрешите ее матери остаться здесь, Ленц, — сказал Маджуро. — Девочка проспит до следующего утра, ей надо восстановить силы.
— Будет исполнено, повелитель! Я и сам хотел предложить вам это.
Дальнейший разговор был не для чужих ушей. Маджуро вместе с Ленцем выдвинулись в императорские покои. К ним присоединился Керлиг, но он шел в отдалении.
От блока медиков до той части дворца, где обитал император, было неблизко. Обойти предстояло практически весь дворец, а потом подняться на третий этаж.
И кругом на пути сновали люди. Так что очередное публичное появление императора, деловито передвигающегося на своих двоих, произвело фурор. От одной из групп праздношатающихся отделилась фигура разодетого как павлин мужчины. Мимоходом император заметил, что у придворного неестественно румяные щеки.
— Кто это, напомни, — спросил Маджуро у Ленца.
— Рейк Ли Венсиро, ваше величество, — шепнул тот. — Он из знатного рода, безземельный аристократ.
— Рейк?
— Рейк — титул потомков соратников вашего великого предка Маджуро Первого… — пояснил Ленц.
— Ваше императорское величество! — учтиво поклонился подошедший рейк. — Добрый день!
— Рейк Венсиро, — хмуро кивнул император, не сбавляя шага.
Ли Венсиро оббежал массивную фигуру Маджуро и умоляюще сложил ладони:
— Но, повелитель! Уделите мне минуточку вашего драгоценного внимания! У меня прекрасные новости! И одна другой лучше!
Маджуро остановился. Ленц скрестил руки на груди, скептически хмыкнул и принял серьезный вид.
— Докладывай, — приказал император.
— Повелитель! Три самых прекрасных цветка Юга доставлены этим утром в столицу! Свежие, непорочные и пышущие желанием! И каждая из них жаждет сию же минуту…
— Дальше.
— Э… — Венсиро сбился с мысли, но тут же нашелся. — Чистейшие тассурийские… пряности, ваше величество! Десятикратный перегон, сильнейший концентрат!
— Еще новости?
— Цирк уродов, повелитель! Владелец цирка собрал самых уродливых уродов со всех уголков Империи! У него даже мутанты есть! Бородатая женщина! Человек-свинья! Это феерично! Это…
— Это все? — перебил его Лука. Ему не терпелось поделиться с Ленцем своими идеями, прежде чем решить вопрос с мамой и Корой и провести совещание. Дел было громадье. К тому же его все еще ждала Кейриния, а тут этот павлин с дурацкими предложениями.
— Да, но… — Рейк скользнул недружелюбным взглядом по Ленцу, нервно облизнулся и закончил мысль: — Мой повелитель будет очень доволен!
— Уверен? Тогда жду через час в моем кабинете вместе со всеми своими «новостями». Но обойдитесь без фееричных уродов. Приходите с владельцем цирка.
Оставив Ли Венсиро в раздумьях, император с лекарем продолжили путь. Больше никто не пытался к ним подойти.
— Рассказывай, — глянув на Ленца, сказал Маджуро. — Зачем ему это?
— Раньше круг ваших интересов был предельно ясен, повелитель. С одной стороны, долгая жизнь и здоровье — за это отвечает наша служба. Другая сторона полностью перечеркивала то, за что отвечал я. Развлечения. Вы всегда жаждали только одного — развеять скуку. Зрелые женщины и юные девушки, наркотические препараты и алкоголь, вкусная еда и экзотические блюда, спектакли, барды, певички и певцы, фокусники и прочие шарлатаны, гладиаторские бои и оргии… — Ленц вздохнул. — Каждый из придворных бился за вашу благосклонность. А ее можно было получить, только удовлетворив вашу главную страсть. Кто-то нашел себя в поиске красивых девушек, организовав целую наблюдательную сеть по всей Империи, кто-то занялся поставкой…
— Не продолжай, Ленц, я понял. И этот Венсиро, стало быть, решил услужить мне сразу по трем направлениям?
— Уверен, что не он один. С какой целью вы пригласили его к себе через час?
Император криво усмехнулся:
— Ему нужно мое внимание. И он его получит. Разве что не тем способом, которым привык пользоваться. Кстати… Как это скажется на тебе?
— Они шепчутся, повелитель. Говорят о моем резко усилившемся влиянии и ломают головы, как им себя со мной вести. Никак не могут понять, минутная ли это ваша прихоть или вы действительно стали ко мне прислушиваться.
— Вы уверены в своих людях? Что у вас с охраной?
— Я об этом не успел подумать, повелитель. События развивались очень быстро.
— Нам обоим придется подумать, Ленц. К концу дня я хочу знать, на кого можно рассчитывать.
Они достигли дверей, ведущих в покои императора. Два вооруженных гвардейца лязгнули доспехами, приветствуя повелителя.
— Как там? — спросил Маджуро. — Никто не выходил?
— Никак нет, ваше императорское величество!
Император первым зашел в помпезную гостиную. Ленц шагнул следом, а, увидев мысленно похороненную им женщину здоровой и полной сил, перевел взгляд на императора и одними губами произнес: «Невероятно!»
После краткого объяснения женщина, услышавшая, что Кора во дворце, решила немедленно ее увидеть и никуда от нее не отходить. Маджуро кивнул, и Ленц крикнул Керлига, чтобы тот сопроводил Приску.
Оставшись одни, Маджуро и Ленц вышли на террасу. Оба прилично проголодались и несколько минут сметали со стола фрукты и закуски.
— Хорошо. Как там Ядугара? — поинтересовался Маджуро, осушив графин искрящейся воды из источника — гордости южных баронов. — Расстроился?
— Не то слово! Сначала сопротивлялся, подозревал, что я пытаюсь отжать донора для себя. Пришлось вызвать стражу. Это сработало, но разозлило его еще больше. Он орал, брызгал слюной, грозил пожаловаться в гильдию. Кричал, что на завтрашнем награждении объявит о своем выходе из гильдии и расскажет всем о произволе императора.
— Награждении?
— Да, повелитель. Вы в нем участвуете.
— Отлично, — сказал Маджуро. — Как раз объявим о моем новом указе…
Ленц, услышав о бесплатной медицине для всех подданных, мягко говоря, ахнул.
— Это слишком смелое решение! — прямо заявил он. — Такое никак невозможно. Абсолютно. Никто из гильдии на это не согласится! Вы роняете престиж профессии, делая лечение доступным каждому оборванцу!
— Гильдия может продолжать зарабатывать платным целительством, — успокоил соратника император. — Бесплатным лечением всех подданных Империи будет заниматься твоя служба, Ленц.
— Как?
— Сколько у тебя выпускников медицинского факультета?
— Вообще? Или ежегодно? — Ленц хмыкнул. — Идею я понял. Полсотни каждый год. Три четверти из них не состоят в гильдии и перебиваются случайными заработками. Еще часть вынуждена отдать десять лет жизни в «ученичестве» у целителей — за хлеб и крышу над головой, прежде чем, может быть, получит разрешение практиковать.
— Выделим одно из конфискованных у заговорщиков зданий под клинику. Наберешь лучших выпускников из тех, кто все еще не стал практикующим целителем. Поставишь всех на государственное обеспечение и достойное жалование. Выделишь отдельную статью на поощрение особенно успешных. Чтобы не заниматься самому хозяйством, найди хорошего управляющего…
— Керлиг, — перебил Ленц и смутился. — Простите, ваше величество!
— В рабочих вопросах и наедине это допустимо, — сказал император. — Обойдемся без лишних формальностей. Итак, пусть Керлиг. По затратной части проконсультируешься с Наутом — ему в клетке все равно делать нечего, пусть просчитает бюджет.
— Бюджет? Это главный вопрос, повелитель! Идея общественных клиник, пусть даже и платных, не нова. Еще мой наставник предлагал создать нечто подобное — чтобы все целители разного профиля находились в одном месте, а не пытались охватить необъятное в лечении всех болезней. Но она не вызывала ни у кого интереса! А в первую очередь у самой гильдии целителей!
— Мы никак не пересекаемся с гильдией, — покачал головой Маджуро. — Они окучивают богатеев и аристократов. Мы займемся здоровьем обычных подданных. Начнем со столицы, набьем шишек и потом уже откроем имперские клиники в других городах.
— Это все звучит крайне привлекательно, повелитель… — Ленц пожевал губами. — Но откуда мы возьмем деньги? Казна пуста и не успевает наполняться…
От императора не ускользнуло, что Ленц сказал «мы». Он был вовлечен, воодушевлен, и это хорошо. До конца дня предстояло его обезопасить — соответствующая задача уже была поставлена метаморфизму, и даже имелось готовое решение. Осталось подкопить энергии Колеса.
— Все деньги Империи — величина постоянная, — по-мальчишески заразительно улыбнулся Маджуро, и Ленц не удержался, улыбнулся в ответ. — Они только меняют карманы. Направим этот процесс в нужное нам русло.

Глава 31. Кнут и пряник

Расходящиеся слухи и глава имперских медиков Ленц, подозрительно долго сидевший у повелителя, привели к еще большему оживлению во дворце. У покоев императора скопилась любопытствующая толпа придворных, и гвардейцы их едва сдерживали, пока не прибыло подкрепление.
Капитану дворцовой стражи, срочно вызванному с невероятно занимательного допроса фавориток, пришлось лично заходить к императору и выяснять, что ему делать. Маджуро увлеченно обсуждал с Ленцем реформу здравоохранения, как он это назвал, и среагировал предельно деловито:
— Зевак прочь, кто по делу пусть встают в очередь. Как закончишь, зайди вместе с Керлигом, Гектор.
— Будет исполнено, повелитель! — Гектор треснул себя в грудь, ухмыляясь. — Разогнать этих праздношатающихся бездельников? С радостью!
Лука уже отвернулся, чтобы продолжить увлекательную беседу об имперской медицине и порекомендовать новые способы борьбы с неизлечимыми заболеваниями, кои он успешно нарыл в наследии, но снова услышал лязганье металла.
— Простите, ваше императорское величество, — смущенно обратился Гектор. — Но кто такой Керлиг?
— Ленц? — Маджуро перевел взгляд на лекаря.
Тот лаконично объяснил капитану, что речь идет о новом главе первой имперской общедоступной клиники, а пока — его секретаре.
— Тот плут с хитрой рожей? — подивился капитан, почесал затылок и направился к выходу, приговаривая: — Чудны дела твои, Пресвятая мать! Да снизойдет твое благословение…
Сразу после того, как капитан покинул императорскую спальню, дверь отворилась и появилась Кейриния — в образе столь фривольном, что Ленц отвел взгляд. Лука приказал себе не пялиться, хотя пялиться хотелось столь сильно, что было невмоготу. К счастью, девушка поняла все верно и не стала капризничать. Лишь бросила взгляд на опустошенный поднос с фруктами и поинтересовалась, не изволят ли мужчины съесть чего-нибудь посерьезнее. Мужчины изволили, и первая фаворитка занялась делом. Накормленный мужчина — щедрый мужчина. Это она знала не понаслышке.
Потом заявился гвардеец по имени Урцо. Он прямолинейно сообщил, что к императору рвется рейк Ли Венсиро (с группой юных девушек и еще какими-то «бродягами»), которому «назначено».
— Пусть ждут, — отмахнулся Маджуро, и эти два слова вызвали новую волну возбужденных перешептываний.
Вскоре у Луки скопилось достаточно энергии Колеса, чтобы осуществить задуманное и обезопасить Ленца. Стопроцентную защиту лекарь не получит, но относительно легко перенесет любую смертельную рану или отравление. Оставалось проверить, как оно выйдет на деле.
— Принимается, — сказал император в ответ на очередное предложение Ленца и протянул ему ладонь. Тот ответил на рукопожатие. — На этом пока закончим, и так напланировали на годы вперед. Жду от тебя подробный пошаговый план по исполнению.
Он схватил лекаря за предплечье, как это было принято в Империи при скреплении сделки, и именно в этот момент, видимо, произошло повышение уровня способности метаморфизма. Хотя император не исключал, что это случилось раньше, ведь смог же он как-то внедрить в Кору агенты, нейтрализующие токсины? В любом случае он только сейчас обратил внимание на новое сообщение Колеса:

Метаморфизм: +1.
Достигнут третий уровень способности!
Возможность управлять своим телом на начальном уровне: генерация веществ с заданными свойствами по запросу.
Получена возможность использования и внедрения в другие биологические объекты программируемых наноагентов с заданными циклами репликации и функциональности. Доступно удаленное управление в диапазоне видимости объекта с внедренными наноагентами.
Количество единовременно подключенных объектов зависит от уровня влияния носителя и доступного объема энергии Колеса.

— Повелитель, с вами все в порядке? — обеспокоенно спросил Ленц, заметив, как Маджуро завис, глядя в одну точку.
— Да, — выдохнул Маджуро.
Потребовалось некоторое время, чтобы осмыслить свои новые возможности и усвоить базовые биомедицинские технологии, основы молекулярной физики, а так же систему единиц для образования наименований и обозначений десятичных дольных единиц.
Император откинулся в кресле, схватившись за голову, — единовременно полученный пласт знаний из наследия Эск’Онегута напоминал прыжок в колодец, полный ледяной воды. Дыхание перехватило, из сознания была временно вытеснена вся оперативная память, касающаяся текущего места, времени и последних событий и мыслей — все ради того, чтобы объяснить юному страннику значение слова «нано».
Наконец весь объем знаний был структурирован, разнесен по полочкам разума и готов к употреблению. За коротким описанием возможностей нового уровня метаморфизма крылись поистине невероятные перспективы.
Внедренные сквозь кожу в тело лекаря агенты метаморфизма, запрограммированные на репликацию и вмешательство в любые вредящие организму Ленца процессы, смогут спасти даже от удушения, насыщая кровь кислородом без участия легких. Разве что отрубленная голова или расчлененное тело отправят медика к Пресвятой матери. Или к Двурогому, тут уж как повезет на Пороге.
Задумавшись, Маджуро встал, облокотился о перила террасы и замер, очарованный зрелищем. Ленц тихонечко продолжал сидеть, искоса наблюдая за повелителем и боясь обнаружить себя даже вздохом.
Лука некоторое время глядел на солнце, клонящееся к горизонту, изучал бликующую поверхность океана и думал, как же здорово впервые в жизни наблюдать настоящую красоту — закат солнца. Захватывало дух. Огромный огненный шар медленно опускался в море, и император стоял бы так и стоял, пока солнце полностью не растает в волнах, испуская еле видимый свет из глубин… Но дел было слишком много. И все важные!
Устроить маму и Кору, причем так, чтобы это не доставило им проблем, даже если он не останется императором. И как себя с ними вести? Что он скажет о судьбе Луки? Как объяснит? А если признается, поверят ли ему?
Денежную и налоговую реформы, принятые, чтобы поскорее наполнить казну, требовалось обдумать более глубоко, мелькнувшей идеи из наследия недостаточно. В опыте из прежней жизни Эск’Онегута апофеозом обирания подданных стал налог на воздух. Он и привел к преждевременной кончине того императора.
Плетущиеся вокруг заговоры — тема для создания отдельной стратегии, но они лишь следствие недовольства правлением Маджуро, а с причинами за день не разберешься.
Укрепление армии, государственная информационная политика, чистка среди придворных и окружение себя преданными людьми, чью преданность, однако, надо еще заслужить, привлечение на свою сторону северных баронов в грядущей битве с войском Рециния…
Крайне важна разведка, но, как он успел выяснить от Ленца, командующий императорской армией Хастиг отнюдь не лоялен. Так что на его разведданные можно не рассчитывать.
Ко всему, завтра награждение Ядугары в гильдии целителей, и что делать с гадом, тоже надо придумать.
И самое главное. Четвертый советник Кросс. Единственное звено, связующее с теми, кого чернокожий кхар Терант, сосед по камере в городской тюрьме, назвал ракантами. Обрывки знаний о большом, недоступном ему мире, частично полученные от Теранта, частично — из памяти бывшего владельца тела.
Но прежде чем за все это браться, следовало убедиться еще кое в чем. Одну из новых возможностей император решил проверить как можно скорее.
Маджуро резко развернулся к лекарю, положил руку тому на плечо, едва заметно коснувшись пальцем оголенной шеи, и Ленц вздрогнул.
— Еще утром этого дня ты планировал меня убить. Сейчас же ты на моей стороне, — мягко молвил император. — Скажи, Ленц, в чем твои истинные мотивы? Ты меня боишься?
— Нет, повелитель, — мотнул головой целитель.
Всмотревшись в его глаза, Лука удовлетворенно хмыкнул. Их залило кровью. Ленц, почувствовав неладное, попытался проморгаться, а потом, сняв очки, схватился за глаза и застонал. Император отменил последнюю команду, решив впредь обходиться более щадящими методами.
Ленц, заливаясь слезами, утерся. Он мелко дрожал и не знал, чего еще ожидать от повелителя. Нервничая, он натянул очки.
— Ты, верно, забыл, что я более не просто человек, Ленц? Еще раз соврешь мне — ослепнешь. Остальным можешь лгать сколько угодно, если это будет на пользу делу, но мне не смей! Уяснил?
Ленц закивал так часто, что снова уронил очки. Лука перехватил их в полете и протянул единственному, кому мог доверять. Маленькая демонстрация не только силы, но и возможностей.
— В остальном будь спокоен, мой друг и соратник. Вместе мы осуществим задуманное и вернем не только былое величие Империи, но и благополучие ее гражданам. А пока ты мне предан, ты под моей защитой. Я наложил божественную защиту: ты переживешь и клинок в шею, и прямой удар кинжалом в сердце. Яды тебе тоже не страшны…
— Спасибо, повелитель! — Ленц пал ниц и склонил голову. — Простите, что солгал! Я не смог сказать, что побаиваюсь вас, потому что видел ваше отношение ко мне и не хотел обидеть! Но разве не должен подданный бояться гнева своего повелителя?
— Поднимись с колен. Нет постыдного в страхе, ибо ты живой человек, — выдал Лука, сам удивляясь своему красноречию и тому, откуда в его голове столько умных мыслей, но получилось так естественно, что он просто принял это как само собой разумеющееся. — Но и бояться не надо. Не на страхе я хочу строить новую Империю, но на доверии. Об одном тебя прошу, Ленц. Оставайся таким же преданным науке и медицине. Ценю тебя я за это, а не за показную преданность, как та, что демонстрирует Гектор. Разве мой великий предок Маджуро Первый возвысил своих соратников за это?
— Я вас понял, повелитель. Позволите кое-что проверить?
Лука кивнул. Ленц схватил со стола нож для фруктов и проткнул себе ладонь. Он вскрикнул, вытаскивая нож, а потом изумленно наблюдал, как кровь сворачивается, а рана затягивается. Стер образовавшуюся корочку крови и восхищенно воскликнул:
— Потрясающе! Воистину сила Пресвятой матери снизошла на вас, ваше императорское величество!
Одновременно с его восклицанием в покои неуверенно вплыла целая делегация. Кейриния со стариком Немом возглавляли вереницу слуг с блюдами, полными яств, и капитан Колот Гектор, зачем-то тянущий за ухо Керлига.
— Что случилось, Гектор? — всплеснул руками Ленц. — За что ты его так?
— Пытался сбежать, шельмец.
— С чего, Керлиг? — удивился лекарь.
— Да этот… — Секретарь кивнул в сторону капитана и получил от того подзатыльник. Ойкнув, он поправился: — Капитан Гектор и его люди уже полдворца на допросы вытянули. Никто не вернулся! Думал, что и меня… Того…
— Я все объясню, повелитель! — Капитан упал на одно колено.
— Не сомневаюсь, Гектор. — Маджуро втянул носом воздух и улыбнулся: — Давайте-ка все за стол. Капитан, Керлиг, Кейриния… Заодно обсудим дела. И пригласите рейка Ли Венсиро с его «новостями». А пока накрывают, дайте мне время побыть одному. Мне надо кое-что обдумать!
Старик Нем кинулся за рейком. Остальные, удивленно переглянувшись, начали осторожно устраиваться за столом. Кейриния ближе к императорскому креслу, с другой стороны Ленц и Гектор. Керлиг остался топтаться на месте, не понимая, ослышался он или нет, когда император назвал его имя, пригласив за свой стол.
Лука же вышел на террасу, прикрыл за собой двери и долго смотрел, как огромный солнечный шар тонет в океане. «Какого Двурогого? — подумал он. — А вдруг повезет?»
Сама вселенная считала, что он все делает правильно. Он глянул на цифры в правом верхнем углу поля зрения, и они развернулись в строчку:

Очки Тсоуи: +1. Текущий баланс: 24.

Хватит на два оборота Колеса. Но сегодня он закрутит его лишь раз.

Глава 32. Красный сектор

Поверхность океана искрила короткими ослепительными вспышками отраженного солнца. Самый длинный день в жизни Луки близился к завершению, но для него — императора — все только начиналось.
В ближайшие час-два ему необходимо обзавестись теми, на кого он сможет положиться в дальнейшем, а значит, надо будет убедить их. И убедить не как Ленца, а кнутом и пряником. Демонстрация способностей — прямой путь к восстанию и бунту. Для них его способности станут лишь доказательством, что повелитель превратился в мутанта.
А таких в Империи страшились и ненавидели. Не помогут ни царские «пряники», ни смертельный «кнут». Разгорятся слухи, и к утру дворец будет взят бурлящей толпой простолюдинов, подбадриваемых аристократами, причем не обязательно из числа тех, кто поддерживает Рециния.
Но пока было несколько минут передышки, Лука активировал вращение Колеса.

Лука’Онегут, первая жизнь.
Реминисцент. Наследник Эск’Онегута.
Уровень влияния: 0.
Очки Тсоуи: 24.

Активировано использование Колеса: отнимется 10 очков Тсоуи.
Использовать?

Лука задумался, а потом решительно нажал «Да». Ему надо усилиться, а до сих пор Колесо, будто понимая это, давало ему возможности, без которых он бы не выжил. Закончил бы жизнь в луже, убитый точным броском Карима Ковачара, или в погребе Ядугары, сначала выпитый досуха лекарем, а потом до костей обглоданный чинильями. Колесо словно видело будущее и знало, чем его надо наградить.
Он оставил глаза закрытыми, но продолжал видеть Колесо. Исчезло все: багровеющее небо, переливающийся волнами океан, только слегка увеличившееся Колесо набирало обороты, и сегменты смазались в пестрый диск размером с императорский обеденный стол.
Замедляясь, оно распалось сначала на чуть слившиеся фрагменты, а потом и на отдельные. Когда же пошло на последний оборот, Лука увидел, что сразу за серией белых сегментов шли три призовых подряд — синий, золотой и… Он решил не смотреть, закрыв глаза руками, но это, конечно, не сработало.
Медленно, как капля пота, стекавшая по лбу императора, ушел из активной зоны синий, дарующий мастерство в каком-либо навыке. Колесо почти замерло на золотом. Сверхспособность! Лука не был азартен, будучи парализованным калекой, он не успел развить этот навык, хороший или порочный, как посмотреть, но отголоски сознаний двух старших личностей — Эск’Онегута и истинного Маджуро Четвертого — забились в экстазе… и взвыли от разочарования, особенно контрастного после предполагаемого джек-пота.
Выпал красный.

Использование Колеса реализовано.
Результат вращения: красный сектор.
Награда:
— Лука’Онегут получает увечье (в применении к текущему телу и миру существования) «БИСМ».

БИСМ? Увечье? Лука ощупал себя с головы до ног, попрыгал на обеих ногах, потом огладил лицо — вроде бы ничего не изменилось, но сердце все равно рвалось из груди. Особым издевательством выглядело слово «награда».

Бесконтрольный избыточный сексуальный магнетизм (БИСМ)

Классификация: вирус.
Опасность: при определенных обстоятельствах смертельно.
Заразность: незаразно.
Редкое вирусное заболевание. Создано учеными ряда гуманоидных миров, как аттрактивное средство, вызывающее интерес и симпатию, а также половое влечение особей противоположного пола. Средства, отменяющего действие вируса, не придумано.
Базовая колония в теле носителя выделяет в атмосферу вирус-агент, проникающий в организмы всех встречаемых особей и, при возможности спаривания, передающий на базу код индивидуально настроенного феромона. Колония генерирует вирус-носитель целенаправленного действия и в кратчайшие сроки вырабатывает феромон необратимого действия, заражая особь.
Жизнь носителя всегда коротка. Все встреченные особи противоположного пола (или полов для случаев разумной жизни, требующей более чем одного сексуального партнера), встретив носителя, переключают все свое внимание только на него. Обладание (многократное вхождение в половой контакт) им становится их единственной и наиважнейшей целью, смыслом жизненного цикла.
БИСМ сам по себе носителю не вредит, но в социуме всегда приводит к ранней смерти, связанной с истощением и физическими травмами, несовместимыми с жизнью. Перевозбужденные особи противоположного пола в прямом смысле разрывали носителей на…

— Мой повелитель! — голос Ленца за спиной прозвучал неожиданно громко. Маджуро вздрогнул, но лекарь этого не увидел, смущенно уставившись в пол. — Простите, что помешал. Гектор истекает слюной, но не решается приступать к ужину. Также явился рейк Ли Венсиро с сопровождающими. Распорядитесь пока их не пускать?
— Дай мне пару минут, Ленц, — глухо ответил Лука, боясь оборачиваться. Пока непонятно, как воздействует и отражается на его облике «выигранное» увечье. Хорошо бы поскорее разобраться… — Пусть подождут. И вы тоже… подождите.
Ленц прикрыл двери. Император осторожно оглянулся — лекарь и правда зашел внутрь. Маджуро облокотился на перила и задумался, уставившись на тонкую горящую полоску заходящего солнца.
Итак, сексуальный магнетизм. То есть он станет неотразимым или, скорее, желанным партнером для всех встречных дам? С одной стороны, здорово, конечно, с другой — он и без него заветный приз для каждой свободной женщины Империи. Да чего греха таить, скорее всего, для замужней тоже. Но хочет ли он этого сам? Он представил себе, как кухарка Ядугары тетушка Мо вдруг воспылала к нему страстью и набросилась со вполне определенной целью, и его передернуло. Что же делать? Выгнать всех женщин из дворца и окружить себя непреодолимым кольцом стражи? Или…

Обнаружено внедрение вируса БИСМ…
Обнаружено несанкционированное изменение обмена веществ…
Обнаружено воздействие на клеточном уровне…
Активация противодействия…

Сердце замерло, ожидая вердикта метаморфизма. Сила Колеса боролась с другой силой, но все того же Колеса, и строчки логов замерли. По коже пробежали мурашки, конечности онемели, он потерял сознание, но пришел в себя раньше, чем упал, заметив лишь, что мир мигнул, а звезды на миг исчезли с темнеющего небосвода.
Строчки логов сменились новыми, но и те затухли, когда император все прочитал:

Противодействие невозможно!
Пересчет данных…
Требуется больше неорганических энергетических резервов.
Расчетное время до восполнения необходимого объема энергии Колеса с учетом текущих задач: 21 час.

Что ж… Двадцать один час он продержится. Вот только с мамой и Корой до позднего вечера завтрашнего дня лучше не встречаться.

...

===

...

***